Параллели Вселенных: Даниэль и Элизабет

Дизайнер обложки Александра Евстигнеева

© Марина Марли, 2025

© Александра Евстигнеева, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0067-1721-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Параллели Вселенных: Даниэль и Элизабет

ГЛАВА 1

– Беги, сынок! Беги! Не оборачивайся! – слышал Даниэль позади себя голос матери. Он убегал так быстро, как мог.

«Трава, трава, кругом трава. Она такая высокая и так хлёстко бьёт по коленям. Мне тяжело. Ноги еле передвигаются. Мне так трудно дышать, и этот свежий лесной воздух уже не помещается в лёгкие. Со лба стекает пот, а щёки горят жарким пламенем. Деревья, их так много. Я стараюсь их огибать, чтобы случайно не врезаться. Я бегу. Куда? Не знаю. Бегу…»

Даниэль начал задыхаться во сне и резко открыл глаза. Он почувствовал, как по его коже пробежали леденящие ужасом мурашки. Спустив ноги на пол, он сел на край кровати, обхватив голову руками, и попытался отдышаться.

Этот сон – последнее воспоминание о матери – он видел всё чаще и чаще. Почти каждую ночь один и тот же сон… И что бы он ни делал, чем бы ни занимал себя, как бы ни изматывал за день, сон всё равно возвращался. Стало труднее засыпать. Он пытался отвлечься, думая обо всём на свете. Но как только Даниэль снова оказывался в том лесу и слышал крик, он вскакивал с постели с колотящимся сердцем, будто действительно только что бежал.

– Это невозможно. Я больше не могу так жить. Что же это за наказание? Чего же ты добиваешься от меня? – медленно и мучительно произносил Даниэль каждую фразу. – Ещё немного, и я сойду с ума.

В дальнем углу комнаты на маленьком столике потрескивала догорающая свеча, которую по привычке зажигали каждый вечер. Тени отступили. Людям удалось загнать их в подземелья, замуровав ходы и залив их той самой жидкостью, прихваченной Даниэлем из клана Воды. Всего лишь одна капля, и Тени ретировались, не возвращаясь в то место, где она была пролита. Они боялись её как огня.

Даниэль дотронулся до флакона у себя на шее, проверяя его сохранность. В нём оставалась добрая половина чёрной жидкости. Придя в себя, он встал с постели и с силой задул свечу. В воздух поднялась струйка дыма. На улице было ещё совсем темно, но горизонт уже пропитала алая краска, разводы которой медленно растекались по небу.

– Багряный рассвет. Опять. Точно солнце забыло о других цветах, – тихо и безнадёжно произнёс Даниэль.

Немного понаблюдав за тем, как постепенно гасли на небе звёзды и тёмные краски сменялись светлыми, Даниэль переоделся и вышел из спальни. В коридорах не было ни души. Все ещё досматривали последние сны. В отличие от него. Он уже давным-давно не мог нормально спать. Пройдя по длинным коридорам мимо спальни, библиотеки и комнаты собраний, он вышел во двор.

Со временем погода пришла в норму. Сезоны снова сменяли друг друга. Исключением остался лес. Он, как и долина, расстилающаяся ранее зелёным ковром перед поселением клана, чернели выжженными пятнами. Когда Даниэль вернулся, лес потерял всю листву, оголив безжизненные ветви, а долина больше ни разу не зацвела. Постояв в дверях, словно в нерешительности, Даниэль направился в конюшню.

«Я больше не могу сидеть в стенах поселения. Не могу видеть этот сон. Я должен, наконец, решиться и выехать за стены», – думал он, шагая по брусчатым дорожкам.

Сонный конюший, увидев Даниэля, выскочил из дверей своей каморки, услужливо поклонился и предложил свою помощь. Даниэль отмахнулся. Конюший не посмел перечить главе клана и, откланявшись, удалился. Даниэль подошёл к стойлу своего коня по кличке Лианор, просунул руку через решётки, чтобы погладить его лохматую голову. Тот, сразу признав хозяина, довольно зафырчал и задёргал носом. Даниэль улыбнулся, убрал руку и направился к противоположной стене, где висело его седло. Сняв седло, он заглянул в ящик, стоящий у стены, доверху заполненный песком. Из ящика торчали хвостики морковок.

– И как же я раньше не заметил? А? Лианор? – пожурил сам себя Даниэль за свою невнимательность.

Оглядевшись по сторонам, Даниэль повесил седло обратно и вздохнул. Затем вытащил крупную сочную морковь, отряхнул её, потёр в ладонях, убирая остатки песка и дал Лианору. Тот, хрумкая и причмокивая, одобрительно кивал. Даниэль снова растянул губы в довольной улыбке и опять направился за седлом.

– Похоже, у меня есть страсть чинить проблемы самому себе, – тихо произнёс Даниэль.

Снова сняв седло со стены и подойдя к стойлу, он вдруг осознал, что не открыл засов. Упёршись головой в столб и закрыв глаза, он постучал по нему несколько раз, пытаясь собраться.

– Вот видишь, Лианор, к чему приводит недостаток сна, – говорил он, не поднимая век, как вдруг услышал щелчок отодвигаемого засова.

Даниэль обернулся и увидел Радмира.

– Спасибо, – холодно сказал Даниэль и открыл дверь носком сапога. Войдя внутрь и закинув седло на спину Лианора, он сказал:

– Я признателен тебе за помощь, – намекал Даниэль Радмиру на то, что он может быть свободен.

– На прогулку собрался?

– Да, собрался, – ответил ему Даниэль, сжимая губы и натягивая ремешки под лопатками лошади.

– Далеко?

– Я на допросе? – обернулся Даниэль, сурово посмотрев на Радмира.

Тот, ничего не ответив, подошёл к соседнему стойлу. Даниэль, перестав возиться с ремешками, молчаливо и в недоумении наблюдал, как Радмир собирается седлать лошадь, и громко сказал:

– Мне нянька не нужна!

Радмир проигнорировал его.

– Ты обязан меня слушать и подчиняться! Я глава клана! – настаивал Даниэль, повышая тон, на который даже конюх вышел из своей каморки и встал у входа в конюшни по стойке смирно.

Радмир, спокойно закончив своё дело, вывел лошадь из загона и, остановившись рядом со стойлом, где был Даниэль, сказал:

– Вот поэтому я и буду тебя сопровождать.

Даниэль не нашёл что ему ответить. Он недовольно стиснул зубы, фыркнул носом и повернулся к Лианору. Подтянув всё подпруги, перепроверив их ещё раз и убедившись в их надёжности, он вывел лошадь из загона. Не проронив ни слова, он прошёл мимо Радмира, который стоял на том же месте и терпеливо ждал.

Во дворе начали появляться первые люди. Они сновали по своим делам, не обращая внимания на двух наездников, вышедших с лошадьми на прогулку. Запрыгнув на лошадь и продолжая намеренно игнорировать Радмира, Даниэль упёрся каблуками в бока Лианора. Конь, моментально отреагировав, поскакал в заданном направлении. Радмир следовал за ним, держась чуть в стороне.

Даниэль надеялся, что Радмир со временем отстанет, но вместо этого услышал нарастающий топот за своей спиной. И стоило ему приблизиться к главным воротам, как Радмир выскочил перед ним, преграждая путь. Даниэль был вынужден резко дёрнуть под уздцы своего коня, дабы избежать столкновения.

– Ты никак за ворота собрался? – сурово, но по-отечески спросил Радмир.

– Да. И я уже сказал, что провожатый мне не нужен, – отрезал Даниэль, попытавшись объехать Радмира.

– Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя за ворота одного?

– Я устал. Мне тут душно. Дай дорогу!

– Ты устал? А как же остальные?! Или думаешь, что ты единственный тут устал? – Радмир махнул в сторону стражников, которые напряжённо переглядывались. – Ты глава клана и должен вести себя подобающе.

Даниэль только хмурил брови и играл желваками, выражая своё недовольство.

– Да, глава! И поэтому я приказываю тебе уйти с моего пути, иначе… – осёкся Даниэль, дёрнув руку в сторону ножен.

Радмир, кивнув, отвёл лошадь, открывая перед ним дорогу. Стражники послушно распахнули ворота, не смея вступать в перепалку с главой. Только Радмиру было дозволено подобное поведение, и то его не одобряли ни старейшины, ни простой люд.

– Стефан был хорошим правителем, – бросил Радмир проезжающему мимо Даниэлю.

– Его больше нет, – тихо произнёс Даниэль и, пришпорив коня, выехал за ворота.

Ошарашенные стражники переводили взгляд с удаляющейся фигуры Даниэля на Радмира и обратно. Столько лет никто не покидал поселение и не выезжал за ворота, боясь возвращения Теней или появления новых напастей, которые могли расплодиться за это время и распространиться по лесам и долинам. Наконец, один из них, прокашлявшись, произнёс:

– Вы так его и отпустите? Одного? Без сопровождения?

– Привязать его к себе не могу. Хочет проветриться – его воля.

– Но как же? – искренне тревожась за главу, переглянулись они.

– Он справится, – поставил точку в беседе Радмир и, развернув лошадь, отправился в замок.

На обратном пути Радмир размышлял, правильно ли он поступил, отпустив Даниэля одного. Несомненно, на его долю выпало немало испытаний. Он очень сильно изменился, пройдя путь от неуверенного и робкого юноши до сильного и храброго правителя. «Мудрости и уравновешенности ему, конечно, ещё нужно поднабраться, но это только вопрос времени. Он научится», – думал Радмир, подъезжая к хмурым конюшням и спрыгивая с лошади.

Конюх, заслышав стук копыт, сразу же выбежал встречать своего подопечного. Ловко перехватив поводья из рук Радмира, он без промедления отвёл лошадь обратно в стойло, покинутое ей совсем недавно. Радмир же быстро зашагал в сторону замка.

«Даниэля что-то тревожит и уже довольно давно. Хорошо бы выяснить, что именно. Надеюсь, прогулка в одиночестве пойдёт ему на пользу и его пыл немного поостынет», – рассуждал он про себя, двигаясь вперёд и ничего не замечая вокруг.

– Куда спешишь в такую рань? – откуда-то издалека донёсся до Радмира мужской голос.

Он покрутил головой. Уже решив, что ему послышалось, он почувствовал, как его кто-то похлопал по плечу. Обернувшись, он увидел, что за его спиной стоит Ричард собственной персоной.

– Видимо, ты ещё не проснулся, если проскочил мимо меня, даже не заметив. Какие же думы так сильно занимали твою голову? – поинтересовался он, открывая идеальный ряд зубов и искренне желая знать, что происходит Радмиром.

– И всё ещё занимают, – отстранённо и всё так же задумчиво ответил он.

– Что-то случилось? – встревожился Ричард.

– Случился Даниэль.

– Что произошло? – не на шутку разволновался он.

– Решил прогуляться за ворота.

– И ты его отпустил? Не одного я надеюсь.

Радмир молчал.

– Но почему? Почему ты не поехал с ним? Не дал ему сопровождение, в конце концов? – нервно жестикулировал он.

– Наш мальчик вырос, – только и ответил ему Радмир.

– Разве это повод отпускать его одного за ворота?!

– Он глава клана, – напомнил ему Радмир, – и волен делать то, что считает нужным.

Отвернувшись, он продолжил свой путь, не обращая на Ричарда никакого внимания.

А в это время Даниэль уже мчался во весь опор на своём Лианоре. В его распоряжении была вся колыбель долины. Свежий весенний ветер дул ему в лицо, развевая волосы и одежду. Он не мог поверить, что находится за пределами поселения, и гнал Лианора, стремительно удаляясь от замка. По краям всё так же темнел лес, который, похоже, совсем не оправился от нашествия Теней. Он был таким же угрюмым, как и все последние восемь лет. Казалось, что деревья уже никогда не покроются листвой, а их искорёженные ветви так и будут торчать в разные стороны, нагнетая тяжёлые и мрачные чувства. Однако Даниэль, только что вырвавшийся на свободу, испытывал совершенно противоположные эмоции. Он вдыхал этот лёгкий воздух и не мог им надышаться. На какое-то время ему даже показалось, что всё те тяжкие думы, занимавшие его голову днём, и сны, приходившие каждую ночь, улетучились вместе с ветром. Он чувствовал себя таким же невесомым и чистым, как этот воздух.

Погрузившись в свои мысли, Даниэль и не заметил, как Лианор отклонился от курса, свернув чуть влево, уже вплотную приближаясь к кромке леса, могучие деревья которого, отбрасывали тени спутанных ветвей, змеями, расползающимися по земле. Заметив это, Даниэль, невольно вздрогнув, вернулся к воспоминаниям, где в лесах и на равнинах не так давно орудовали те самые Тени, сейчас были надёжно замурованы в подземельях. Попытавшись притормозить Лианора или хотя бы повернуть его в другую сторону, чтобы тот не влетел стрелой в лес, Даниэль понял, что он не подчиняется ему. Его лошадь неслась во весь опор, и он ничего не мог с этим поделать.

– Лианор! Т-п-р-р-р! – кричал Даниэль, с силой натягивая поводья, но тот, словно околдованный, не слышал его и продолжал свой неудержимый бег.

Искорёженные тени, отбрасываемые ветками деревьев, становились все ближе и уродливей. Даниэль слышал неукротимое биение своего сердца, ритм которого набирал скорость вместе с его непокорной лошадью. Он пытался дышать глубже, чтобы хоть немного успокоить тревогу и волнение, подступающие к горлу. Осознавая неотвратимость судьбы, Даниэлю почти удалось подавить все поднявшиеся из глубин подсознания страхи. Он полагал, что если его время закончится сейчас, то так тому и быть. Даниэль крепче ухватил поводья и наклонился ниже, к самой шее коня. Он готовился вместе с ним ворваться в лес.

Лианор влетел в сумерки чащобы. Он мчался мимо деревьев настолько быстро, что, казалось, он может в любой момент врезаться в их массивные стволы, встречающиеся на пути. Но, несмотря на его скорость, он отлично маневрировал среди них. Как только Даниэль открыл глаза, он заметил деревья, проносящиеся мимо него со скоростью ветра. Сердце его снова застучало и защемило от боли. Воспоминания из детства вернулись, и теперь он их видел не во сне, а наяву. Он снова закрыл глаза, стараясь думать о чём-то другом, чтобы отвлечься.

Наконец, Лианор начал притормаживать, похоже, услышав его мольбы. Остановившись на небольшой круглой полянке, он неспешно вышагивал, ожидая, когда же Даниэль, сообразит слезть с его спины. Тот открыл глаза. Перед ним предстала унылая картина: изнеможённые деревья с торчащими в разные стороны безжизненными ветвями, на которых висели одинокие и хилые листочки; чахлая и бурая трава, до того наполненная влагой, что казалась больше похожей на подводные травы клана Воды, нежели на земные. На фоне этой картины лишь одни ели стояли стройными красавицами, одетые в пушистые и зелёные наряды. Даниэль поднял голову и выпрямился. Осмотревшись вокруг, наблюдая эту безрадостную картину, он произнёс:

– Слишком влажно. Слишком много воды в этом лесу. Похоже, что Овиден вышла из берегов, захватив новые владения.

Дана, конечно же, была тут как тут и слышала всё, что говорил Даниэль. Словно бальзамом пролилась для неё первая часть фразы, а уголки губ поднялись в торжественной улыбке. Но вторая часть неприятно резанула ухо. Она не считала себя захватчицей. Она полагала, что цена оплачена справедливая – взамен на благополучие людей из клана Гор она обрела свободу. Медленно, неторопливо, из года в год она продвигалась всё дальше, заполняя собой сначала прибрежные земли, а потом уходя глубже в лес. Неслышно фыркнув носиком, она отвернулась и скрылась за деревьями, не желая больше слушать глупости, которые нёс этот мужчина. За всё время, что пролетело так незаметно, она уже и позабыла, как выглядел Даниэль. А сейчас, увидев его снова, не узнала – так он изменился.

Замолчав и нахмурившись, Даниэль, словно почувствовав, что за ним кто-то наблюдает, обернулся в ту сторону, откуда, как ему показалось, на него смотрели. Вглядываясь в зияющие тёмными дырами промежутки между стволами деревьев и не обнаружив никого, он отвернулся. Спрыгнув с лошади и ступив ногами со всего маху в лужу, прикрытую плотной толщей травы, он наделал немало брызг и шуму. Птицы вспорхнули с насиженных мест, с криками разлетаясь в разные стороны. Среди них Даниэль заметил одну, ярко-голубую, сильно выделявшуюся из стаи. Ему показалось, что он уже видел её раньше. Снова посмотрев себе под ноги, он немного потоптался на месте. Земля хлюпала и чавкала, облизывая его сапоги, оставляя грязные отметины, оповещая, что он стоит в вязкой жиже. Даниэль, недовольно поморщившись, сделал шаг в сторону. Предварительно ощупав ногой островок травы на устойчивость, убеждаясь, что там он будет в безопасности и не увязнет по колено. Лианор в это время тоже старался выбирать островки посуше. Увидев, как он забавно перебирает ногами, Даниэль невольно рассмеялся, снова спугнув только что вернувшихся на свои места птиц и окончательно загоняя их вглубь леса. Подняв голову к небу и снова осмотрев искорёженные ветви деревьев, он довольно быстро опять заметил ту самую птицу. Она единственная не испугалась и не улетела.

– Та самая, – произнёс он почти неслышно, продолжая смотреть на неё, не сводя глаз. – Столько лет прошло, а ты всё ещё здесь… – вспомнил он, где они виделись в последний раз.

Радмир вошёл во внутренний двор замка и открыл дверь. Далее направился через коридор мимо комнат прислуги, кухни, прачечной, вверх по узким лестницам на второй этаж, где располагалась столовая, различные залы и просторные галереи. На втором этаже находились комнаты, в которых жили старейшины. Самую большую и отдалённую ото всех занимал Даниэль. Соседнюю занимал сам Радмир. Подойдя к комнате Даниэля, он дёрнул за ручку – дверь отворилась. Скользнув внутрь, он предусмотрительно закрыл её за собой. Он медленно осмотрел покои главы. Что-то ему подсказывало: ключ к разгадке того, что так сильно терзает Даниэля, находится именно тут.

Открыв все ящики в столе, тумбах и комоде, заглянув в гардеробную, проверив все уголки и даже забравшись под кровать, Радмир уже было отчаялся. Взъерошенный, он сел на край постели и в раздумьях уставился в окно. Солнечные лучи весело играли, прыгая с подоконника на пол и обратно. Радмир их даже не замечал, вплоть до того самого момента, пока один из них не вонзился ему прямо в глаз, ослепив. Радмир моментально зажмурился, заслонив лицо ладонью. Он обернулся в поисках источника света. Яркий луч всё ещё светил и был направлен точно в его руку, но начал медленно угасать. Его сияние таяло, как воск свечи от жаркого пламени. Радмир вскочил с кровати и направился к подоконнику. Луч угас. Разочарование вдруг охватило его. Но он и в этот раз не поддался этим чувствам. Он присел на корточки и начал обследовать камни подоконника. Прикасаясь к каждому, Радмир искал любой намёк, который позволил бы приоткрыть завесу тайны внезапного появившегося свечения.

– Откуда же ты взялся? – тихо бубнил он себе под нос, ощупывая камни и не замечая ничего вокруг.

– Что ты там ищешь? – услышал он позади себя знакомый голос.

Не поворачивая головы, Радмир произнёс:

– Ответы.

– И ты надеешься найти их в подоконнике? – Ричард прошёлся по комнате, бросая изумлённый взгляд на тот беспорядок, который тут был устроен. – Это всё ты?

– Не бери в голову. Прислуга уберёт, – шумно и тяжко выдохнул Радмир, поднимаясь во весь рост.

Он повернулся спиной к окну и упёрся руками в подоконник, где так ничего и не сумел отыскать. Внезапно послышался треск. Рука Радмира соскользнула вместе с частью камня, оставив на том месте зияющую дыру. Удержавшись от падения, Радмир повернул голову и с интересом начал осматривать образовавшийся скол.

– Ты решил разгромить не только комнату, но и замок, – укоризненно покачал головой Ричард, подходя ближе. – Даниэль будет очень расстроен.

Радмир присел на корточки и просунул руку в образовавшееся отверстие, извлекая оттуда небольшую книжку в теснёном кожаном переплёте. Покрутив её в руках, с любопытством рассматривая со всех сторон, Радмир встал и попытался открыть металлическую защёлку. Книжица поблёскивала заклёпками и золочёными краями страниц.

– Что за вещица? – с любопытством спросил Ричард, выглядывая из-за плеча Радмира.

– Сам хотел бы узнать, – повернулся к нему Радмир. – Может, ключик найдётся?

Ричард инстинктивно потрогал карманы своих брюк.

– Нет, у меня нет ключа.

– Значит, используем старый верный метод, – ответил Радмир, доставая небольшой нож и направляясь к столу.

– Ты что удумал? Как можно? – возмущался Ричард, но было уже поздно.

Положив книжку на стол и прижав её рукой, Радмир поддел лезвием зажим, резко надавил и повернул нож. От книжицы отскочила часть механизма, веером распахнув страницы. Радмир положил рядом нож и с нескрываемым интересом начал читать строки, написанные красивым почерком.

– Лора, – только и произнёс он, оторвавшись от чтения и посмотрев в окно, напротив которого стоял письменный стол.

– Мать Даниэля? – озадаченно посмотрел Ричард на Радмира, а тот понял, что он, вероятно, уже вспомнил абсолютно всё.

В это же самое время Даниэль внимательно рассматривал причудливые узоры, обрамлявшие кончики крыльев птицы. Она сидела на ветке, не шевелясь, и, казалось, тоже наблюдала за ним. Вдруг ему очень захотелось подойти к ней поближе, и он, подчинившись своему желанию, начал медленно переступать с кочки на кочку. Он вытягивал вперёд ногу, ощупывая землю, чтобы не вляпаться в очередную лужу. Медленно продвигаясь, Даниэль старался держать птицу в поле зрения, боясь, единожды выпустив её из виду, больше не найти. Странное чувство возникло в его груди. Будто всё это уже было с ним раньше. Подойдя практически к самому стволу дереву, откуда открывался наилучший обзор, Даниэль собирался сделать последний шаг, но в тот же миг провалился по пояс в грязь.

– Даниэль! – услышал он, как кто-то испуганно выкрикнул его имя.

Оглядываясь по сторонам, он никого не обнаружил. Не понимая, кто его тут может называть по имени, он решил, что ему это причудилось. Собравшись с силами, он попробовал ухватиться за торчащие корни дерева, предприняв попытки вылезти. Но это не дало результата. Даниэль осознал, что без помощи ему отсюда не выбраться. Внутри он ощутил острое чувство гнетущего одиночества. Скорби о впустую потраченном времени и своей большой глупости отправиться сюда в одиночку.

– Я абсолютный идиот!

– Даниэль, – услышал он теперь мягкий голос и начал опять озираться по сторонам, в итоге обнаружив порхающую над его головой птицу.

Он смотрел на неё и не мог понять, не мог поверить своей догадке.

– Это… это ты меня позвала? – запинался он, обращаясь к птице.

– Да, дорогой. Я, – ответила она так нежно, словно давно его знала.

– Но… но почему ты раньше молчала? Почему не говорила со мной? Мы же встречались в том лесу. Это же ты показала нам место, где были лошади, – недоумевал он.

– Ты всё правильно запомнил. Но сейчас не об этом. Тебе нужна помощь. Жди меня здесь, – вспорхнула она повыше и улетела вглубь леса.

– С ума сойти, – прошептал поражённый Даниэль, провожая птицу взглядом. – Я, собственно, никуда уходить и не собирался.