Убойное реалити

1

За что я «люблю» свою подругу?  Так это за то, что даже в самом тихом и безобидном месте, она способна навести тако-о-ой кипишь – мама не горюй! А что говорить о местах большого скопления людей? Но обо всем по порядку.

– Ты просто не поверишь, что со мной произошло! Это просто событие века! – она уже полчаса забрасывала меня аудио-сообщениями, – Этот день рождения просто вернул мне веру в жизнь! Я так счастлива! Я восстала и переродилась, как птица феникс!

– Может, ты наконец-то озвучишь причину своего перерождения? – спросила я, не дожидаясь очередного наплыва сообщений, вроде бы вчера на празднике все было как обычно, что с ней могло произойти-то за пять часов? О чем я не знаю?

– Мы едем на концерт моих любимых булочек! – она визжала так, что у меня заложило уши.

– Каких булочек? – не поняла я, потому что всех, кто ей нравился, она называла «булочками с корицей», а кого ее величество не жаловало, имели статус «пирожков с какашками».

– Моих сладких булочек! Я увижу этих сасных мальчиков! Карамельки мои! Зацеловала бы!!! – пищала она.

– У меня сейчас из ушей кровь пойдёт! – я уже понимала, о чем, а вернее о ком говорит моя подруга, её любовь уже на протяжении нескольких лет, была полностью направлена на супер популярную, супер молодёжную группу «Hazard». Группа состояла из пяти парней, поющих сладкую девчачью попсу, от которой меня просто выворачивало наизнанку. Я была ярым любителем и фанатом рок музыки, во всех её проявлениях. Но за подругу, я была искренне рада,  потому что билеты на их концерты стоили, как пара донорских почек, а у нее идея фикс – попасть на их концерт, не выходила из головы уже несколько месяцев.

– Теперь ты поняла? Я самый счастливый человек! – продолжала она пищать, где-то в диапазоне ультразвука.

– Рада за вас! – я улыбнулась.

– Ты чего это ко мне на вы? – подруга перестала присылать голосовые сообщения и позвонила по видео связи. На экране появилась миловидная блондинка, с розовой пушистой повязкой на голове и золотыми патчами под глазами.

– Ты же сама сказала, что «Мы» едем на концерт? – я не поняла её возмущения.

– Ну-у-у… – продолжала тупить подруга.

– Вот тебе и ну, я говорю, что рада за вас! Ты с сестрой поедешь? – я смотрела на недоумевающую девушку, на лице которой отображался весь мыслительный процесс.

– Вот ты вроде и умная, но в некоторых вещах дико тупишь! Мы, это значит мы! Ты и я! – прошипела подруга, будто это было прописной истиной, и её радость в доли секунды сменилась на праведный гнев.

– Не-е-ет! Галя, что я тебе плохого сделала? – меня обдало ледяным потом, что угодно, но только не такая подстава.

– Да! Да! И ещё раз – да! – заключила подруга, – Будем чилить в фан-зоне, а ещё у нас есть пропуск на автограф сессию!

– Подожди минуту! – я встала.

– Ты куда? – завопила подруга.

– Пойду,  головой  об стену ударюсь пару раз! – проворчала я,  вот же задница собачья, вот так подстава, один раз я уже ходила на концерт какой-то певицы, от которой Галя была в восторге и три часа простояла с этой дурочкой в ожидании автографа, которого мы естественно не получили.

– Дура! – обиделась подруга, – Родаки старались, ради нас с тобой!

– Может ради тебя? – фыркнула я, она всегда начинала давить на  жалость и умело этим пользовалась.

– Нет, ради нас! Я сказала, что ты тоже их фанатка! – довольно хмыкнула она.

– Галя, как ты могла? Зачем ты родителей обманула? – я начала возмущаться.

– Я их не обманывала! – надулась подруга, – Я сказала, что хочу сделать тебе сюрприз на день рождения!

– Ты с ума сошла? У меня день рождения через полгода! – я всплеснула руками.

– Через полгода концерта не будет! А сейчас как раз! – подруга продолжала изображать обиду, именно изображать, потому, что по ее лицу было видно, насколько из нее прет радость и плевать она хотела на мои возмущения.

– Ах ты хитрая лиса! – я прищурилась взывая к стыду эту заразу, но какой там, о стыде в этой голове даже не слышали.

– Ритос-полтос, меня одну они бы не отпустили!  называть меня так! – ныла она.

– Я же просила не называть меня так! – дурацкое прозвище прицепилось ко мне ещё со школы, из-за моего роста, в полтора метра.

– Прости! Рит, это же шанс потусить в столице! – она упорно продолжала ныть.

– В столице? – взвилась я.

– А ты думала, что они к нам в попинск приедут? Конечно в столицу! – Галя отлепила патчи и умоляюще посмотрела на меня, – Ну Ри-и-ит! Пожа-а-а-алуйста-а-а!

– Ладно, только ради твоих родителей! – проще было согласиться, тем более ее родаки вбухали огромную сумму за эти билеты, как-то стремно будет отказываться.

– А-а-а-а! – снова завизжала она.

– Бедные твои соседи! – я закрыла руками уши.

– А-а-а-а! Я тебя люблю, Ритос! – она начала прыгать по комнате с телефоном в руках, – Ты прикинь, какие фотки в твоем портфолио будут, самих булочек! К тебе очереди выстроятся на фотосессии!

– Ох, лиса-а-а! Ох, и лиса-а-а, ты Галя! – я покачала головой, – Когда хоть концерт будет?

– Послезавтра! Я уже заказала билеты в столицу! – довольно сказала она.

– Что-о-о? – у меня вырвалось не одно ругательство, – А как мы успеем доехать в столицу? У нас только сутки на дорогу уйдут?

– Доберемся за три часа, подруга! – Галя довольно улыбнулась, показывая билеты.

– На ковре-самолете что ли? – я с сомнением смотрела на нее.

– В точку! Вылетаем завтра вечером! – она послала мне возушный поцелуй.

– Ты больная совсем? Решила родителей ограбить? Откуда у тебя деньги на билеты? – я не знала, толи радоваться прозорливости подруги, толи плакать.

– Они здесь не причем! Я больше двух лет собирала деньги, чтобы попасть на концерт, а так как мне подарили билет, этих денег вполне хватит на билеты. Не первый класс, но зато быстро!

– Ты не исправима! – я вздохнула, упрямого барана по имени Галя уже было не остановить.

– Не вздыхай, будь готова завтра к восьми, я заеду! – подруга что-то еще пробормотала и отключилась.

2

Мы вошли в просторное помещение, Галя была на нервах, для неё такое мероприятие было в новинку. Одно дело концерты в клубах, в родном городе, другое дело огромный концертный зал, самый большой в стране. Другой статус и все такое. Для меня конечно тоже, это было в новинку. Я привыкла к другого рода мероприятиям, шумным и неформальным. На рок-концертах было проще, все свои, никакого пафоса и жеманства. Одним словом, особая неформальная атмосфера мне нравилась намного больше.

 Здесь же царил пафос, и если выражаться совсем по-простому – понты. Все девочки, как на подбор, были одеты в пятьдесят оттенков розового, таков был дресскод, в честь названия нового альбома. Так что и мне пришлось облачиться в розовый вельветовый комбинезон, который мне дала Галя и черную футболку на замке. Армейские ботинки на платформе я отстояла, с условием, что заменю чёрные шнурки на розовые. Одним словом я выглядела, как мечта ранее популярной молодёжной субкультуры – Эмо. Черно-розовая пантера, с офигевшим от происходящего выражением лица. Подруга не отставала, она задавала тон, и выглядела в отличие от меня женственной, и воздушной – блузка и туфли цвета функции в сочетании со светло-голубыми джинсами, смотрелись на ней более чем гармонично. В Большинстве своем перед шоу, девушки вели себя высокомерно, ходили задрав носы, соревнуясь своей красотой друг с другом. Мы же с Галей просто хлопали глазами, пытаясь понять, куда нам идти. Опасная лига, если говорить на простом, человеческом языке – Фан-клуб группы тусовался отдельно, вообще считал себя элитой, среди остальных. Даже автографы элите раздавались в особых условиях на отдельной автограф сессии, с кучей плюшек и бонусов от артистов. Кто бы сомневался, что Галя являлась участником этого Фан-клуба?

она потащила меня с собой на «закрытую вечеринку», предназначенную исключительно для участников Опасной лиги, в качестве личного фотографа. Мне полагалось сфотографировать ее с каждым участником группы, в остальном цирке мне участвовать не нужно было. Поэтому просто решила постоять в стороне, предварительно спросив у охранника, не буду ли я мешать. Мужчина не возражал, и оказался довольно разговорчивым. Галя унеслась занимать очередь среди других фанатов.

Пока артисты готовились к выходу, часть помещения была скрыта полумраком. Вторую часть занимали шумные девушки, они визжали и орали не своими голосами свои лозунги и кричалки. Пока я готовила камеру, пришлось, даже несколько раз закрывать уши, потому что их визг отдавался где-то в мозгу. Я была готова, оставалось только дождаться Галю, пока ее очередь еще не дошла, просто листала ленту в телефоне, читала последние новости, как обычно лайкала фото друзей. Как только я расслабилась, раздался душераздирающий виз и крик. Я невольно подпрыгнула на месте и  матюгнулась, чего обычно себе никогда не позволяла делать на публике. Охранник засмеялся.

– Испугалась? – спросил он.

– Ага… Ох, ты ж еперный театр! – я открыла рот, глядя на розовое безобразие, которое осветили лучи ярких прожекторов. Теперь было понятно, почему девушка визжала. Пока я залипала в телефон, парни из группы, прошли мимо и сели за свои столики. За их спинами был растянут розовый баннер с их же изображениями и ванильными надписями типа «Детка, твоё сердце принадлежит только мне!» или «Я буду целовать твои клубничные губы». Парней усадили каждого, за свой столик, с кучей мерча и ещё какой-то блестящей дрянью в стаканчиках.

– Боже, как же это приторно сладко… – тихо сказала я, пытаясь не морщиться, что бы ненормальные, визжащие девушки не придушили  меня прямо здесь.

– Так, что сердце замирает? – хмыкнул охранник, его видимо тоже это забавляло.

– Так, что задница может слипнуться! – ответила я, – Мне срочно нужно промыть глаза и желательно с мылом!

– Это ещё почему? – спросил мужчина.

– Мне сейчас плохо станет! Что они делают? – я с ужасом смотрела, как девушки медленно продвигались паровозиком, останавливаясь только напротив музыкантов. Некоторые что-то влюблённой щебетали, другие, чуть наглее садились рядом и о чем-то беседовали и делали селфи. После этого, каждой на щеке рисовали сердечко жидким блёстками.

– Обычное дело, ты знаешь, как девчонки радуются, что могут прикоснуться к своим кумирам! – с улыбкой сказал охранник.

– Они, что истуканы с острова Пасхи? Чему радоваться? – я прикусила губу, с ужасом рассматривая происходящее вокруг.

– Они известные музыканты, кумиры миллионов, красивые, музыка у них ничего так! – спокойно ответил мужчина.

– Это больше напоминает какую-то секту, а не ценителей музыки! – я смотрела, как и моя подруга стала счастливым обладателем сверкающего сердечка на щеке и сделала фото, – Нет, это шествие загипнотизированных муравьёв в смертельном хороводе!

– Интересно, однако. И впрямь, похоже! Интересная параллель, так и просится на бумагу! – хмыкнул охранник, его словам я не придала значения. Мало ли, может он интересные выражения записывает. У творческих людей, даже охрана получается с прибабахом.

– Ты просто посмотри, как она на него смотрит! У меня мороз по коже… Она ж к нему в рот сейчас залезет! – я прикрыла рот ладошкой, – Это как надо потерять голову от человека. Что она хочет там увидеть?

– Где? – не понял мужчина.

– У него во рту? Рождение звука что ли? – я бормотала под тихий смех охранника, – А название – Pink moon, Розовая луна, а чего не голубая? Как раз бы подошло. Интересно у них работа с психологами входит в страховку? Мне бы после такого, наверное, психиатр потребовался.

– Думаю, входит! – хмыкнул рядом охранник.

– Бедные парни, эти бабищи им в кошмарах снятся наверно! Ты посмотри, какая жесть, она его сейчас своим бюстгальтером задушит! Ох как грудь на стол положила! – я прикрыла рот ладошкой, глядя как фигуристая девица с шестым, а то и больше, размером, чинно уселась за стол, так что ее грудь легла на столешницу, и с невинной моськой протянула парню плюшевого медвежонка, – Зачем парню этот пылесборник?

– Игрушки можно они раздают детям, акция такая! – спокойно сказал он, а я на минуту замолчала, взирая на это идолопоклонение, но долго не выдержала.

– У них один парикмахер? – видимо от усталости, после дороги, во мне проснулась ворчащая бабка. Я смотрела на парней, причёски были один в один, разве что различались оттенком.

– В каком смысле? – спросил парень.

– Ты посмотри, у них одинаковые причёски петушок-дурачок! – я скривила лицо, – Хотя бы разную укладку  сделали что ли?

– И что, тебе совсем никто из них не нравится? – вдруг спросил охранник.

– Не-а! – я пожала плечами.

– А зачем на концерт тогда пришла? – удивился мужчина.

– Подруга попросила сходить с ней!  А если откровенно, то парней мне жалко. Конечно, тот, кто придумал концепцию их группы – гениален, глупец такое провернуть бы не смог, но парней, правда, жалко.

– А что их жалеть? Деньги гребут лопатой,  девчонки проходу не дают! – хмыкнул парень.

– Я бы не смогла жить по чужому сценарию! Даже не спорь со мной, но я в жизнь не поверю, что ему, – я посмотрела в сторону мелкого и вредного парня, перед которым особо озабоченная фанатка разложила свой шикарный бюст на столе, – Нравится такое поклонение! Конечно, если он не извращенец какой-нибудь! Ну, сам посмотри, они все актёры. Зуб даю, что у них в контрактах или в сценариях, не знаю, как это называется, все прописано, каким глазом подмигнуть, что сказать, каким взглядом посмотреть, как реагировать. Они просто играют роль, которую придумал хитрый режиссер. В жизни же все по-другому, они другие

– Интересно! – хмыкнул охранник, – Даже удивительно. Но они сами выбрали этот путь.

– О, этот мелкий поганец как улыбается. Двуличный гад… Не, ну нужно отдать должное, актеры они, что надо.

– А, почему двуличная? – в голосе охранника послышалась улыбка.

– О, так ты не видел концерт, который он устроил? Ну, так слушай мою историю с самого начала. Моя безумная подруга, потащила меня на автограф-сессию, та, что была для всех. На кой она мне? Значит, стала я в сторонке, дай, думаю постою, подожду, пока эта дурочка каждого облобызает. Стою, никого не трогаю. И на тебе, Шут их, ну тот, с грустными, глазами, от которого все кипятком писают, подошёл и говорит: «Фто ты тут стоиф, млыфка фкучаеф, стефняефся! Пойдём со мной, селфи сделаем!» – я набрала воздуха в лёгкие, и начала рассказ, передразнивая их вокалиста. Чьей харизмой и чувством юмора нагло пользовался хитрый менеджер. Особо впечатлительные особы, типа моей подруги, впадали в некое подобие эйфории от каждого его слова, жеста или выходки. Следили за его мимикой, и речью, ловя каждое слово, как приманку. Что до меня? А меня это всегда дико пугало. Он мне напоминал паука, заманивающего в свои сети. А я арахнофоб, с большим стажем, пауков всегда боялась до дрожи в коленках.

– И ты пошла? – хмыкнул охранник.

– Я бы посмотрела, как ты не пошёл, когда тебя в зад толкают, как самого припротивнейшего осла! Мы не просто пошли, он меня потом за руку к каждому подвёл! Как душевно больную. Видимо подумал, что я настолько стеснительная.

– А ты стеснительная? – спросил мужчина.

– Я? Не знаю! – я пожала плечами, – Скорее нет, чем да.

– Ну, ок. Так, что тот парень плохого тебе  сделал? – спросил охранник.

– А, точно. Отвлеклась. Короче, Шута этого отвлекли, и он ушёл. Оставил меня одну с этим недоманьяком. Сидит, исподлобья смотрит, типа весь загадочный. Девочку одну до орг… гм, до припадка радостного довёл, одним взглядом. Я стою, он на меня глазками стреляет, бровью играет, а мне по боку. Одна мысль в голове, как отсюда слинять. Этот мелкий говорит, садись, ну я и села, че стоять-то. Я молчу, и он молчит. Он мне такой, расскажи о себе, малышка.  Молчу, буду я ещё не знакомому человеку о себе рассказывать. Ну и понеслась:

– Я и говорю ему, чувак, давай помолчим, а? – я надула щеки и выдохнула, потому что вся это свистопляска порядком меня утомила.

– Серьезно? –  парень удивленно выгнул бровь.

– Ты устал,  и я устал. Давай помолчим! – я оперлась рукой о стол, мозги отключились, и я несла ахинею. Вот подумай только перед тобой звезда, почти мирового масштаба, толпа девчонок едва им не поклоняется, а я сижу и в ус не дую. Толи прикалываюсь, толи издеваюсь.

– Устал! – он улыбнулся, – Но мне надо делать шоу, детка. Давай  распишусь хотя бы!

Я не будь дурой, в первую очередь о выгоде подумала, что потом смогу ненормальным фанатам продать, говорю, давай. Он руку протянул, я пожала. И сидим, глазами хлопаем. Парень в шоке.

– А дальше? – охранник уже еле сдерживался, чтобы не засмеяться в голос.

– Ну не ожидал видимо парнишка, не такое встретить. А дальше, он говорит, где расписаться. Мой бескостный язык, как всегда опередил мозг, я говорю, да хоть на груди. Он и глазом не моргнул, потянулся к замку на моей футболке, а я ему по ручонкам-то и нашлепала. Офигел совсем. А он мне такой говорит:

– Что слабо? Только на словах смелая?

Провокатор! Я падкая на «слабо». Да и в грязь лицом нельзя ударить. Задрала футболку, так эта зараза не только на каждой си… груди расписалась, так ещё и на животе имя свое написал. Дурочки на радостях завизжали, моя клуша вообще в обморок чуть не упала. Все сразу фотографировать начали. Парни в шоке, девчонки визжат, а он сидит и ржет. Правильно говорят, мал клоп да вонюч! Я эту хрень теперь никогда не отмою. Как и свой позор!

– А ты не промах, нашу несмеяну расс…. – заключил охранник, и резко замолчал, когда увидел несущуюся к нам, с огромными глазами Галю.

Я обрадовалась, наконец-то моё мучение закончится. Сделала лицо проще, чтобы не расстроить подругу кислой миной, даже улыбнуться получилось. Но эта фурия пронеслась мимо меня и с воплями обожания бросилась к охраннику. Совсем голову потеряла, на всех мужиков теперь бросаться будет что ли?

– Галюня! Фу! Нельзя! Отпусти человека! Ты с ума сошла, чем тебе охранник не угодил? – я попыталась оторвать её от охранника.

– Какая охрана? Ритка! Это же Джокер! – Галя тыкала в него пальцем, – У них квест среди Фан-клуба «Найди Джокера», так вот нужно было у каждого из мальчиков правильно ответить на вопрос об их группе, и они давали подсказку. Я победила, и Бусинка сказал, что он среди охраны!

– Бусинка? – переспросила я, нет, услышала-то я сразу, но мне нужна была пауза, чтобы принять тот факт, что я  конкретно затупила и облажалась. Я подняла глаза на человека, которому в течение часа лила грязь в уши. Лицо было закрыто чёрной балаклавой, на голове кепка с надписью «security», я даже  подумать не могла, что это может быть кто-то ещё, кроме охраны.

– Басс, Бусинка сокращенно! А я смотрю, ты стоишь с Дожоком болтаешь, я думала, вы подружились ещё с автограф сессии. Я смотрю что…

– Шайзе… – я посмотрела на него, в ответ на меня из-под козырька кепки на меня смотрели смеющиеся глаза, – Неловко вышло… Кажется, теперь мне нужно ещё и рот с мылом помыть…

– Зато информативно! – хмыкнул он, смеётся ещё зараза.

– Я не поняла? – Галя переводила взгляд от Шута ко мне и обратно, так и застыв с протянутым плакатом в руке.

– Всё хорошо, милая! Держи автограф, селфи? – он спросил у Гали, но хитро посмотрел на меня, я нервно хихикнула, покраснела и отвернулась.

– Спасибо! Люблю вас! – пролепетала подруга, – Пойдём, любитель бодиарта!

Мы вышли из душного зала, щеки горели, глаза дергались поочереди. Зато подруга ликовала, будто сорвала большой куш. Казалось еще немного и ее разорвет от радости.

Концерт должен был начаться только через полчаса. Мы приехали заранее, чтобы попасть и на автограф сессию, и на встречу Фан-клуба с группой, а я везде прославиться успела.

– Рит, ты чего распсиховалась? – Галя просматривала в фотографии в камере.

– Ты меня убьёшь! – я почему-то вжала голову в плечи, – Я оказывается твоему Шуту, целый час в уши говно лила о нем, и о группе, и о психе который меня разрисовал! Позорище!

– Ты серьёзно? Как ты не смогла узнать Джокера? – хихикнула подруга.

– Так! Я не настолько зафаначенная, что бы знать на какой половинке задницы у него родинка! Естественно я не узнала! – вспылила я, глядя на откровенно стебущую меня подругу, – Я думала, что это охранник!

– Ох, Ритос! – Галя покачала головой, продолжая довольно улыбаться.

– Галь, можно я не пойду на концерт? – я сжала губы.

– Нельзя! – хмыкнула подруга.

– Ну, Галюся! Давай я поменяюсь с какой-нибудь девочкой, и уйду на задние ряды! – я молитвенно сложила ладошки.

– Нет! Нельзя семейный бюджет разбазаривать! Ты же Ритос, чего ты трусишь? Или слабо теперь в глаза смотреть? – она знала, на что давить, и я снова сдалась, слабачка…

3

– Всё готово? – раздался голос, – Я понял, приступаем на афтепати! Подгони машину к черному входу! И не светись! Отбой!

– Всё ок? – раздался второй голос.

– Да, к похищению все готово, с охраной все тип топ, будет естественно, никто не поймёт! Пойдём, скоро начнётся шоу. Нужно успеть все подготовить. Их нужно будет протащить так, чтобы камеры засекли только то, что нам нужно. Понял?

– Принято, сейчас с технарями свяжусь! – сказал второй голос.

– М-м-м? – промычала я, когда хлопнула дверь в соседней кабинке. С Галюней мы зашли поправить макияж перед концертом, ну как макияж, скорее прекратить мою истерику из-за провала. А когда в женский туалет ввалились два бугая, подруга быстро среагировала, и затащила меня в кабинку, и зачем-то закрыла рот рукой.

– Ты слышала? Слышала? – прошептала она, глаза горели, щеки в одно мгновение стали красными, – Слышала? Моих булочек хотят похитить! Мы их спасём! Надо предупредить!

– Ты с ума сошла? Как? Будешь кричать из зала? – я смотрела на подругу, как на восьмое чудо света. Она настолько загорелась идеей спасти любимых музыкантов, мне даже стало немножечко обидно, что о них она беспокоилась больше, чем обо мне.

– Не знаю как, но не так! – изрекла она и коварно улыбнулась, – И ты мне в этом поможешь, подруга! У меня идея!

– Ты издеваешься? Я даже не возьму эту гадость в руки! – я прижалась к стене, а подруга надвигалась на меня с плакатом, который выкупила у одной из фанаток, и все бы ничего да вот только на нем было написано «Джокер улыбнись, если хочешь меня!»

– Надо внимание к себе привлечь любыми способами! – с каждой минутой становилось страшнее, потому что подруга говорила серьёзно.

– Так подними сама этот ужас! – я пыталась отвернуться.

– Ритка, я одна из миллионов, а тебя он точно запомнил надолго! – она гаденько хихикнула, – Давай, детка, если ты меня любишь, то поможешь! А я помогу им. А вместе мы спасем мир!

– Совсем что ли? Какой мир? – я покрутила пальцем у виска.

– Музыкальный! – Галя подняла вверх указательный палец, а потом, резко схватив за руку, потащила в зал, где охрана проверяла билеты.

– Минута позора, всего лишь минута… позора… – пока счастливая подруга открывалась с другими фанатами, я повторяла это, как мантру, крепко сжимая в руках злополучный плакат. Его нужно было развернуть во время песни «I want you baby», поэтому я стояла практически у самой сцены и старалась спрятать лицо за длинной чёлкой. Парни заигрывали с фанатами, сверкали своими бицепсами и задницами, потом бросали то бутылки с водой в толпу, то бумажные самолётики с автографами. А потом начали запускать какие-то светящиеся штуковины. Сверкающий вертолетчик прилетел мне в затылок, как раз в тот самый момент, когда началась нужная нам песня. И с самым злым выражением лица, которое я могла сделать, я повернулась и развернула этот дурацкий плакат. Шут скакал по сцене, и даже не смотрел в мою сторону, а я мысленно молилась, чтобы он так и не увидел это позорище. Но моим мечтам не суждено было сбыться, плакат увидел этот мелкий вредный клоп. И начал ржать прямо на сцене, при этом продолжал петь, не иначе как под фанеру. Ещё бы так прыгать и не задохнуться! Мелкий, размахивая, микрофоном, подбежал к Джокеру. Пока играл проигрыш, что-то шепнул на ухо и показал на меня. Хорошо, что в зале сверкали огоньки и подсветка и эти звезданутые парни не видели, как я стала красной, нет даже малиновой, когда этот Шут с грустными глазами посмотрел на меня и расплылся в самой гадкой и похотливой улыбке. Могла ли я подумать, что случится ещё что-то хуже? Нет! А случилось. Довольный оператор засек и плакат, и улыбку певца, вывел картинку на большой экран, за спинами парней, я еле успела спрятать лицо за картонкой. Галя довольно визжала и прыгала, а я пыталась стать невидимой или как хамелеон слиться с толпой. Я была в аду. Моя месть подруге будет страшной! Я приведу ее на самый жесткий рок-концерт в розовых шмотках!