Танец с чудовищем

Глава 2

– Ничего интересного мы так и не увидели, а ведь вы женщина! – с обвиняющими нотками в голосе заявил ближайший ко мне мужчина. Он был неизвестной мне расы, с тёмно–фиолетовой кожей, вылитый баклажан.

Надо было всё–таки накопить на обучающий расам чип. Но я и предположить не могла, что меня зашлют в такую дыру. Думала, начну работать, буду откладывать пару лет на накопительный счёт, а затем одним заходом установлю все необходимые данные. Просто так, для себя. Кто же знал, что попаду в сектор, где живут изначальные, а под их крылом – ещё с десяток–другой не контактирующих с простыми человечками рас. Теперь же придётся учить по старинке и учить быстро. Вряд ли здесь есть платные услуги подобного толка.

– Вы опоздали. Мы ждали вас полчаса назад, – холодным и резким голосом встретил меня мужчина–изначальный. Мощный, сильный и очень старый. По крайней мере, ничем другим я не могла объяснить его седую голову, ведь изначальные живут почти вечно.

Я отчётливо почувствовала его недовольство. Оно разливалось в воздухе, искрило, потрескивало на коже. И под его началом мне работать! Не стала строить из себя крутую женщину, сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Приношу свои извинения, больше подобного не случится.

Я старалась говорить ровно и чётко и не дёргаться от присутствия древнего чудовища, кажется, по совместительству ещё и ректора ВАД. Но и без него мне было бы весьма дискомфортно – женщин в преподавательской не наблюдалось. Более того, около двадцати процентов присутствующих здесь существ я не могла даже идентифицировать. Как с ними работать? Улыбнёшься ему, допустим, и окажешься замужем. Притом двадцать пятой женой в общем семейном гареме на десятерых мужиков. Ну почему, почему я не накопила на чип? Первым делом сяду и проштудирую данные по расам!

– Вам была предоставлена карта, следовало тщательно её изучить. Подобные промахи недопустимы в Академии. Мы учим лучших из лучших, в том числе и собственным примером. Завтра сдадите экзамен феру Маргоду по ориентированию на местности.

Он зыркнул на фиолетового преподавателя и тот коротко кивнул. Я повторила его движение.

Мамочки! Куда я попала?

– Не сдадите, вернётесь домой со стёртой памятью. Вы, если я ничего не путаю, с Раймосса, вот туда и доставим.

Глаза ледяные, голос пробирающий до мурашек, а чувствую – смеётся про себя. И это его «если я ничего не путаю» – для красного словца. Тиран, но с чувством юмора. И интриган. Уже не его ли рук дело – моё назначение?

– Сдам, – заявила, прямо глядя в светло–серые глаза самого опасного существа во Вселенной.

И пусть они все прекрасно понимают, что родная планета – и есть моё самое слабое место, на которое можно бесконечно давить, я не позволю вытирать о себя ноги. И здесь все очень скоро этой поймут. Как поняли в моём университете. Если мне что–то надо, я сдохну, но получу это.

– Тогда до завтра. После экзамена встретимся здесь же, – с весьма приятной улыбкой сообщил ректор. И добавил чуть издевательски через пару мгновений: – Корпус общежития сами найдёте?

– Да, карту территории я изучила, но опасаюсь, что внутри не смогу ориентироваться, мне не знакомы ваши обозначения.

– Лорд Стирфа, проведите леди Шур, будьте любезны.

Ещё один изначальный кивнул и направился в сторону двери, не удостоив меня даже взглядом. А я ещё боялась, что на меня все будут плотоядно смотреть! Если они думали меня запугать безразличием, то глубоко просчитались. Я была ему только рада!

Однако как только за нами сомкнулась дверь, лорд Стирфа остановился и приказал: «Идите первой, вспоминайте дорогу».

– Благодарю, так действительно будет лучше.

То, что я немного поблуждала по этажу до встречи с руководством, пошло на пользу – я прекрасно ориентировалась и выход к лестнице нашла без проблем.

– Вы куда? Академия оснащена лифтами, – всё–таки услышала я что–то человеческое от изначального. – А! Над вами же подшутил кадет Ронсар. Идти пешком вовсе не обязательно, пройдёмте к лифтам.

– Подшутил, – прошипела мстительно. – Кадет Ронсар, каков шутник! – бухтела под нос, перебирая ногами. Хорошо, дорогу к лифтам я так же прекрасно знала. – И можно, разумеется, спуститься и подняться с любого этажа безо всяких ухищрений?

– Именно так. Его раса довольно обидчива, вы отказали ему как мужчине, он подшутил над вами. Довольно безобидно, надо сказать, коты обычно более жестоки. А вы хорошо ориентируетесь, – похвалил меня мужчина.

– Благодарю. Я не совсем поняла про отказ. Каждый кадет вправе мстить преподавателю?

– Нет. Вы первая женщина–преподаватель в академии и Ронсар, скорее всего, вам не поверил. На территорию Даргасса допускаются только женщины с планет–полигонов, Мэду и Варто. Обычно это или такие же кадеты или обслуживающий персонал.

Последнюю фразу он произнёс с небольшой задержкой и я подумала, что обслуживает этот персонал только сексуальные потребности мужчин, и, возможно, была права.

– Первая женщина–преподаватель – звучит ужасно.

– Вы – эксперимент, – сообщил лорд Стирфа так, словно это должно было всё объяснить, но, конечно, я лишь добавила ещё три сотни вопросов в список того, в чём хотела бы разобраться. Но не сейчас. Мы почти подошли к корпусу общежития, стоило поторопиться, ведь завтра экзамен.

– Лорд Стирфа, скажите, пожалуйста, пока я не вступила в должность, имею ли право посещать здание академии в неучебное время? После изучения теоретической части я бы хотела закрепить знания практикой.

– Да. На территории можете перемещаться свободно, за территорию – ни шагу. И, леди Шур, можете не опасаться, вас никто не тронет без вашего желания.

– А сделать так, чтобы у меня такое желание появилось даже против воли, какие–либо расы способны? – уточнила взволнованно.

– Да. Так что думайте, что важнее, небольшой риск и сданный экзамен или Раймосс. Всего доброго. Буду надеяться, завтра мы встретимся с вами уже в преподавательской на совете.

И он мне подмигнул! Изначальный! Мир сошёл с ума?

А затем, не дожидаясь, пока я отомру, развернулся и ушёл. Не сообщив, как открыть дверь.

– Сим–сим, откройся, – произнесла я недовольно. – Аделия Шур прибыла в собственные апартаменты.

С громким хлопком и небольшим свистом дверь отворилась. Комната, похоже, была законсервирована. Это и хорошо.

Я сделала шаг вперёд. Автоматически включилась иллюминация. Из угла тут же подъехал робот и протянул мне планшет. Приложила руку, прошла дополнительную идентификацию.

– Неплохо, – оценила обстановку. – Очень неплохо здесь живут преподаватели.

– Комната предназначена для кадетского состава. Вы находитесь здесь временно, – сообщил робот.

– Что же тогда у преподавателей, замки с драконами? – удивилась я. Даже от входа видела, что это не просто комната, а полноценная квартира, притом не такая уж маленькая. Мы с Морганой ютились в крошечной каморке, и то рады были. А здесь… Мечта!

– Аналогичные кубрики, но на последнем этаже, – проинформировал робот.

– У тебя стандартная прошивка? – уточнила, заподозрив неладное. Слово «кубрики» мне было известно и относилось оно к сленгу, а никак не к базовой языковой программе робототехники. – Кто тебе установил язык?

– Нет, конечно. Меня взломали и управляют дистанционно, а ещё за вами сейчас подглядывает половина академии, ждёт, когда вы начнёте переодеваться, – призналась взломанная негодяями программа.

Все роботы были по умолчанию честными и не умели хранить тайны. Нужно было только уметь задавать правильные вопросы. А вот болтал он вполне по–человечески, значит, о стандартной прошивке в академии не знают. Или доверяют юмористам–кадетам настройку. Опрометчиво. Если даже мы, девочки, почти пансион благородных девиц, и то умудрялись выкинуть коленце, что говорить о взрослых половозрелых мужчинах, оказавшихся без женщин? Страшно подумать!

Не обольщайтесь, котики. Как бы вы ни были круты, власть у меня, и робот об этом прекрасно осведомлён. Субординация – это базовая программа, человек может придерживаться, а может нет, у робота такой возможности нет. И это не взламывается.

– Выведи мне, пожалуйста, на планшет лица, взломавшие тебя, – попросила мстительно. И глазки прищурила.

Что, мальчики, не знали, что это возможно? В ваших гаджетах не просто так встроены камеры со всех сторон. Уж я‑то с роботами умела управляться куда лучше, чем с людьми, и знала их скрытые возможности. На родной планете только этим, можно сказать, и занималась. Мы «приторговывали» информацией. Кроме того, современных преподавателей обучали многим интересным навыкам. А что делать, если живём практически в киберпространстве?

– Задача выполнена, – сообщил робот.

Я уселась в белоснежное кресло, которое тут же стало чуть более тёплым и подстроилось под контуры тела, и под взглядом всё тех же любопытных принялась листать фотографии с данными.

– Интересно, у кого из вас я буду преподавать ближайшие пять лет? – спросила в воздух, прекрасно понимая, что зрители ловят каждое моё слово, и мне нельзя, категорически нельзя давать слабину. – Благодарю тебя, робот, ты отлично потрудился. А теперь иди ко мне, милый, просканируем помещение дополнительно.

Я забрала планшет и в два счёта нашла ещё несколько прослушек. Вот тебе и законсервированные апартаменты. Где есть студенты, нет спокойствия. А уж продвинутые кадеты военных специальностей – это вообще ужас и кошмар. Надеюсь, моих знаний и умений хватит для того, чтобы хотя бы не светить обнажёнными телесами на все экраны академии. Подозреваю, придётся просить защиты и помощи у других преподавателей, у них здесь уровень однозначно повыше, чем у меня, и мой сегодняшний успех – лишь везение. Никто не рассчитывал, что молоденькая девчонка из института благородных девиц разбирается в технике. Но пока мне стоит заняться изучением… всего. Мало ли, из чего на самом деле будет состоять мой экзамен.

Кляня себя за недостаточную мотивированность во время двух суток полёта, приступила к изучению оставшихся файлов и начала с задачи, поставленной ректором, хотя в глубине души была уверена, что завтра меня ждёт тотальная проверка. Не зря нам рекомендовали в университете досконально изучить поступившие от работодателя файлы. Видимо, были прецеденты.

В какой–то момент даже подумала, а не провалить ли экзамен, но перспектива вернуться на Раймосс… Нет уж.

К четырём часам то ли ночи то ли утра я справилась с теорией и поняла, что подошло время страшного – практики. Впрочем, благодаря выходке пятёрки кадетов, у которых, к слову, были прекрасные рекомендации в личном деле, минимум половина, а то и все вместе взятые знали о моей должности. Пусть и будущей. Надеюсь, это поможет в случае столкновения с кем–либо из обучающихся. Не посмеют же они приставать к преподавателю! Опять же, ищу положительную сторону в случившемся.

Успокаивая себя таким образом, выпила воды и пошла исследовать коридоры академии. Начала сразу с общежития. Здесь всё было настолько примитивно, насколько возможно: десять идентичных этажей. Нижние этажи – первокурсники, высокие – выпускники и преподаватели. И по каждому я прогулялась на всякий случай, сверяясь с картой в планшете. Мало ли, вдруг есть нюансы и хитрости для проверки моей внимательности. Так и вышло. Я нашла не обозначенные в электронной версии карты пожарные выходы. Запомнила.

Хорошо, что с детства привыкла никому не доверять. Выучила бы только теорию, сто процентов провалилась бы. А, возможно, интуиция сработала. Почему–то ждала подвоха от преподавателей академии. Или даже огромной подставы.

Хотя, конечно, это было немного странно. Испытывают меня, словно я не преподавать сюда явилась, а готовиться на шпионском подразделении. Ну, или как это называется в мире военных? В любом случае, нечто подобное существует, но оно точно не для меня.

В здание самой академии шла, то и дело озираясь по сторонам. И тем не менее не была готова в тому, что мне преградит путь двойка очередных амбалов. Они здесь что, все на стероидах?

– И что госпожа учитель делает ночью на территории? – мурлыча от удовольствия спросил соплеменник уже знакомого мне кота Ронсара. Его глаза светились в темноте и я не могла не дёргаться, выглядело это довольно жутко.

– Госпожа учитель выполняет задание ректора, – ответила чуть более резко, чем стоило бы. – Желаете сопроводить с целью обеспечения моей безопасности? Приказать?

Ого! Да я умею говорить так же сухо и неприятно, как эти военные! Вот так учишь годами красивый литературный язык, а оказываешься в мире канцелярщины, и всё, тут же переключаешься.

– Мы бы с удовольствием, леди Шур, но, к сожалению, нам не повезло сегодня дежурить по территории, – с сожалением произнёс второй парень, лица которого я тоже не видела. Освещение на территории было весьма скромным. Быть может, потому что дежурили коты?

Однако голос! Что это был за голос! Низкий, тягучий, бархатистый! И в то же время, раскатистое «р» отдавалось вибрацией во всём теле, заводило его как чип–ключ – флайкар. Идеальный голос для ночи. Услышишь раз – не забудешь никогда. И на занятиях такого лучше не вызывать вовсе, иначе можно запросто потерять контроль над ситуацией и собственным телом.

– Проведите меня до двери, пожалуйста, дальше я сама, – попросила котов.

– О, вас не оставят в одиночестве, госпожа учитель, – пообещал в ответ первый из моих невидимых собеседников. – В академии вы всегда под надёжной защитой.

– Хотелось бы, чтобы эта защита не распространялась на мои личные комнаты, – сказала суховато.

– Простите их, леди Шур, – вновь включился обладатель самого сексуального голоса галактики, – вы ведь знаете мужчин, мы не можем не использовать все шансы.

Фраза прозвучала двояко, но спорить с ним желания не было. Я остро реагировала на голос этого котяры и желала избавиться от его внимания и компании незамедлительно. Не хватало ещё опростоволоситься в первые же сутки пребывания в академии.

– Просто так не прощу.

– Как же нам всем загладить перед вами вину? – вновь зарокотал своим сексуальным «р–р–р» этот извращенец. Хотя о чём это я? Это я извращенка, если от одного голоса трепещу как лань. Надеюсь, они не видят неприлично торчащие соски под одеждой. Лично я отчётливо их ощущала. Так же, как и предательскую тяжесть внизу живота. Держите себя в руках, госпожа учитель!

– Я подумаю, хорошо подумаю, – дала обещание, открывающее заманчивые перспективы. Должники – всегда хорошо.

– Мы будем ждать.

– И верить в вашу доброту, госпожа учитель.

– Моя доброта будет зависеть исключительно от вашего поведения, – не стала скрывать очевидного. Вдруг устыдятся? Что–то не верится.

Мужчины провели меня ко входу и даже галантно открыли дверь. Вручную. Безо всяких устных команд, которым, похоже, в академии подчиняется решительно всё. И это было приятно, хоть и непривычно.

В холле висели огромные механические старинные часы и показывали, до чего неумолимо время. Я потеряла на разборки с постовыми почти десять минут, а впереди у меня сорок семь открытых моему доступу этажей! Надеюсь, на каждом из них меня не будут подстерегать мужчины.

– Здоровье в порядке, спасибо зарядке, – бубнила под нос любимую фразу нашего преподавателя по физическому воспитанию, поднимаясь по очередному лестничному пролёту. Вызывать лифт из–за одного этажа было как–то глупо, однако после десятого этажа я прошла к такой же видовой, что обнаружила днём на сорок седьмом, и без сил рухнула на ближайший диванчик.

Ожидаемой темноты за панорамным окном не наблюдалось. В небе то и дело сверкали разряды выстрелов, однако слышно ничего не было. Страшно. Но не так страшно, как вернуться на родную планету и дальше заниматься незаконными делами и каждый раз рисковать жизнью и честью, выходя за порог бронированного дома.

Мысль придала сил и я, превозмогая боль во всех мышцах, о существовании которых прежде и не подозревала, пошкандыбала дальше. Нужно что–то делать с физической подготовкой, иначе за это возьмётся педагогический состав или ректор лично, с него станется. Буду работать на перспективу.

В отличие от фокуса с общежитием, карта здания административного корпуса соответствовала электронному варианту. По крайней мере, до тридцать восьмого этажа. Каждую секунду я хотела всё бросить, успокоить себя мыслью, что и дальше не будет разногласий, но шла. Не верила здесь ни–ко–му!

Обещанного контроля не заметила. Возможно, академия дружно наблюдала за моей не самой лучшей физической подготовкой и делала ставки, сольюсь я или нет, и если да, то на каком этаже. Если бы здесь учились мои братья, сто процентов организовали бы тотализатор.

На сорок седьмой этаж я вползла под звук сообщения. Активировала коммуникатор. Экзаменатор информировал, что через пять минут он ждёт меня в преподавательской.

Пять минут на этаж – непозволительно мало, здесь такие длинные коридоры!

– Раймосс, Раймосс, Раймосс, – шептала я из последних сил набирая скорость. Те два ответвления, что исследовала накануне, пропустила. Там всё было хорошо. А вот дальше… Даже не сомневалась, что что–нибудь найду! По закону космической подлости во всех оставшихся коридорах были несовпадения с картой.

Ну что за… мужчины! Так и хотелось выругаться, но я, во–первых, девушка, во–вторых, выпускница не какой–то–там военной академии и умею держать себя в руках.

В преподавательскую влетела секунд за пять до назначенного срока. Ну и влетела – это громко сказано. Улитки и то быстрее ползают.

– Доброе утро, фер Маргод, Аделия Шур прибыла для прохождения экзамена, – произнесла фразу, принятую в академии. Вот она – теоретическая подготовка.

А с остальными не поздоровалась – не положено. Пусть сидят, наблюдают. Экспериментаторы!

– Почему в две ветки не пошли на этаже? – спросил фиолетовый экзаменатор.

– Была вчера, там всё согласно карты, запомнила.

– Ясно. Расслабьтесь, Аделия, экзамен вами сдан. По распоряжению ректора вы вступаете в должность с этого дня. Учитывая сложность экзамена, – фер обаятельно улыбнулся, обнажив заострённые белоснежные зубы, вызывающие одним своим видом приступ паники, – к проведению занятий вы приступите завтра. Однако сегодня примете под свою руку группу.

– Под свою руку? – переспросила бестолково. Сказывалась усталость и непривычная терминология не вызывала ассоциаций.

– Кураторство, – пояснил мой экзаменатор. – С группой встретитесь так же завтра, сегодня у вас есть время ознакомиться с личными делами обучающихся, продумать процедуру знакомства и отдохнуть, разумеется. Поставьте отметку о прохождении экзамена, назначении вас куратором боевой группы класса «А» и преподавателем культуры речи у пяти групп, танцев – у трёх групп и истории искусств у двух групп класса «Ф».

Он подносил мне планшет с обозначенным там силуэтом ладони и я практически бездумно касалась его, подписываясь под каждым назначением, устало думая про себя, что ещё чуть–чуть и я смогу рухнуть в собственную кровать. Дойти бы до неё. И пусть хоть все смотрят, как я сплю без задних ног – наплевать.

– На сегодня всё, – улыбнулся мне фер Маргод. – Вы нас очень порадовали, леди Шур, и вчера и сегодня. Такая юная, красивая девушка и настоящий боец. Я уже молчу о ваших отметках в университете. Вы подходите академии а она, поверьте, подходит вам.

– Доверюсь вашему мнению.

Нашла в себе силы вежливо улыбнуться и откланяться. Однако как только вышла за дверь, прислонилась спиной к стене. Я дрожала всем телом, ослабленные непривычными физическими нагрузками колени мелко затряслись, превратились в желе, не выдерживающее вес человеческого тела.

Однако стечь на пол обессиленной лужицей мне не позволили.

Сильные руки подхватили, прижали к стальной груди. Внимательные жёлтые глаза с вертикальным кошачьим зрачком заглянули в мои. И тот самый восхитительный, будоражащий воображение и пробуждающий тело голос проник в сознание.

– Я отнесу тебя в общежитие. Как пр–р–рошло?

– Приняли.

– Пр–р–рекр-р-расно!

Глава 3

Я пришла в себя резко, рывком, не понимая, что послужило причиной пробуждения. Села на кровати, потрясла головой, открыла глаза. Я находилась… А где я, собственно? Комната выглядела весьма обжитой и совсем не напоминала мою красивую, но всё–таки казённую, без намёка на присутствие личности.

И этот мерзкий, всепроникающий звук сирены… Подъём? Неужели мне придётся привыкать к нему? По всей видимости, да.

Не успела я как следует прийти в себя, как из соседнего помещения вылетел мой кот–спаситель, одетый в чёрную форму без знаков отличия.

– Аделия, извини, не могу побыть с тобой ещё хоть мгновение, тревога! – Он подлетел и, против собственных слов, схватил меня в охапку, впился губами в мой приоткрытый от удивления рот, быстро, жарко, требовательно сорвал поцелуй и рванул к двери. – Твоя комната этажом выше, но ты можешь остаться у меня.

И исчез.

Я же сидела и, мягко говоря, удивлялась происходящему.

Что это, вообще, было?

Спаситель мой оказался наглым похитителем невинных девушек. Хотя я наговариваю. У него ведь нет доступа в мою квартирку. Учитывая, что я выключилась прямо там, на его руках у двери в преподавательскую, мужчина поступил разумно и правильно. А вот поцелуй похитил.

Так странно.

Твёрдые губы. Горячие. И при этом необыкновенно нежные.

Исчезло безумное усталое отупение, я отдохнула, восстановилась и моё тело вновь стало реагировать на голос кота. И его поцелуи. Точнее, один–единственный, но что–то мне подсказывает, далеко не последний поцелуй.

А ведь я даже имени его не знаю! Стыд какой!

Быстро привела себя в порядок и сбежала наверх, к себе. Коммуникатор подсказал номер выделенной мне квартиры и я решила не проверять, доставили ли вещи, сперва обследовать новую жилплощадь. Мало ли, вдруг кто–нибудь позаботился. Хотя здесь помощь ближнему не особо пользуется популярностью, как я успела заметить.

Однако оказалась не права. Сумка со скромными пожитками и личными вещами стояла в кресле, окна заботливо открыты и даже робот навёл порядок и ждал моих указаний.

Первым делом проверила жилплощадь на наличие подглядывающих и прослушивающих устройств. Чисто. Не рискуют связываться с вступившим в должность преподавателем? Было бы неплохо, но я слишком хорошо училась и знала, что нельзя забывать об удивительной изобретательности обучающихся. Захотят – ничто их не остановит. Усыпят бдительность, лучше подготовятся и всё равно рискнут.

– Да уж, весёлые пять лет меня ожидают. Скучно точно не будет.

Приняла душ, разложила вещи – немного расходилась после сна, приготовила чашку кофе с корицей в личном пищевом автомате с отдельно выделенной конфоркой, видимо, какие–то расы питаются не синтезированной пищей и умеют готовить, и разместилась с ногами в кресле. Пришла пора изучить личные дела моих подопечных.

Или сперва посмотреть, что я там подписала в состоянии полной прострации, до которой меня умышленно довели?

Зашла в личный кабинет преподавателя. Раздел «документы» содержал огромное количество подписанных мною соглашений и обязательств, о которых я или не слышала или не помнила. Очень интересно!

С трепещущим сердцем начала последовательно изучать файл за файлом. Всё было чин по чину, никаких подлогов, большинство файлов касались сохранения военной тайны и прочих нюансов, которые автоматически подписывались вместе с рабочим контрактом.

– Интересно, что за классы у этих групп? Где–нибудь написано? – бормотала, открывая всё новые и новые файлы, доступные мне по долгу службы.

Или эта информация была секретной или я просто не умела искать, но ровным счётом ничего не обнаружила. Зато изучила личные дела моих «мальчиков» и поняла, как сильно влипла. Особенно, когда увидела одну кошачью морду в списке подопечных. Настойчивую, сексуальную и любящую поцелуи морду.