Механики. Замерзшее озеро

Александр Март

Глава 1

Александр.

6 ноября. Шахта. Мир Белазов.

Рейдеры, Хватальщики, Юп – у меня рвёт шаблон, вернее, я просто в таком лёгком шоке! Тогда, в шахте, когда я видел, как эти хрен пойми кто и мало смахивающие на людей или Укасов пёрли в атаку с почти голыми руками на автоматы и прикрывали друг друга вместе с людьми и Укасами, я как-то действовал на автомате, прикрывал, как мог других, да и самому чтобы что-нибудь в тушку не прилетело.

Затем наверху, когда мы всех подняли, рыли эти окопы, как пехота какая, я тоже особенно не обращал внимания, ну работают они вместе с людьми и Укасами, ну и хорошо. Самое интересное, что к Укасам, к этим зелёным, я привык мгновенно, а вот от этих монстров меня торкнуло.

Торкнуло тогда, когда я увидел, как здоровенные Рейдеры тащат на себе в укрытия раненых. Как один из Хватальщиков под обстрелом, рискуя своей жизнью, откапывал руками двоих Укасов, к нему тут же на помощь пришло ещё несколько бывших шахтёров, и они, откопав-таки людей, утащили их в укрытие, а Малыш и ещё один Рейдер держали здоровые щиты железа, прикрывая ими всех от осколков.

У меня не укладывается в голове, что они все едины, они действовали как одна команда, ну, как мы с пацанами, как наши Васьки, Мушкетёры.

Этот мир Белазов мы открыли четыре-пять месяцев назад, и почти каждый день до сегодняшнего дня мы слышали, что Рейдеры и Хватальщики уроды, бандиты, убийцы, что люди и Укасы их враги, что они убивают всех подряд, что они настоящее воплощение зла и всё такое.

Но сегодня, млять, сегодня я просто охренел от увиденного! Да и ещё Клёпа с Тучей стали нереальными корешами с этим Малышом. Ладно наш Юп, он нам просто помогает, и как-то – есть он и ладно, но эти… Да уж, никогда не знаешь, какие и где секреты откроются перед тобой через несколько дней. Даже не секреты, а что-то новое, новое в понимании этого мира и его жителей. Оказывается, вон оно как – не все они плохие, и, судя по всему, все эти шахтёры, ну, я имею в виду Укасов и людей, воспринимают этих Рейдеров и Хватальщиков как равных, никто не говорит, что они плохие, как нам говорили в городах.

– Саня, башку-то убери, – дёрнул меня за рукав Слива, когда я начал ворочаться в окопе, пытаясь размять затёкшие ноги, – а то прилетит тебе от снайперов, будет больно.

– Со снайперами нужно что-то делать, – зло произнёс Клёпа, – это сейчас тихо, а если эти – он кивнул головой в сторону – пойдут в атаку, снайпера могут больших дел натворить. Мужики и так, вон, боятся лишний раз высовываться.

Словно в подтверждение его слов, откуда-то со стороны леса сухо щёлкнул одиночный выстрел.

– Не попал, падла! – тут же кто-то громко заорал метрах в тридцати от нас.

– Во! – ухмыльнулся Клёпа.

– Слушайте, мужики, – начал говорить я, – а есть тут на шахте что-то типа пакли? Ведь вода-то, бывает, течёт сквозь стены, дырки-то нужно чем-то заделывать.

– Зачем она? – удивлённо спросил Клёпа.

– Измазать в масле, поджечь и разбросать вокруг шахты. Будет много дыма, снайперам точно целиться будет неудобно.

– Ха, далеко ли ты её кинешь? – воскликнул Клёпа, шмыгая носом, – нам самим ничего не видно будет.

– У нас, вон, Малыш есть, – улыбаясь, кивнул я на него, – он и его собратья точно подальше, чем человек клубок швырнут.

– Гыы! – тут же заулыбался Рейдер.

Млять, да когда же я к нему привыкну-то? У меня, прям, мурашки от этой его улыбки!

– Есть на складе какая-то хрень, – почесав макушку, ответил Туча – пакля, не пакля – я не знаю, но что-то типа неё там есть, и бочки какие-то с жидкостями там тоже есть. Намешать бодяги какой горючей – не проблема.

– Надо только клубков наделать, размером с футбольный мяч, – продолжил я, – как те в атаку пойдут – поджигаем и раскидываем, ну, и встречаем их уже тут, на территории шахты. Больше я вариантов не вижу, Клёпа прав, все от снайперов прячутся, и мало будет желающих стрелять в атакующих, высунувшись из укрытия.

Сказано – сделано. Прикрываясь железным щитом, который Малыш приволок с собой в наш окоп, мы двинули в сторону небольшого склада, который чудом уцелел после обстрела. Конечно, дым-то был, от горящих зданий, но они уже почти прогорели и потихоньку начинали затухать, а нам нужен дым, много дыма, даже если ветер будет, то кидай и кидай клубки пакли.

Короче, свистнули ещё мужиков, быстро объяснили, что от них требуется, ну и пошло-поехало. Пакли тут было завались, ею, как я и предполагал, заделывали мелкие дырки в шахте, ну, где вода просачивалась. Масла тут тоже хватало и отработки с тепловоза, и запасы были. Быстро намешали какой-то гадости, слив из нескольких бочек в одну эти жидкости, попробовали – горит. Затем наделали клубков, вернее, мячей, перетянули их проволокой и с одного конца ещё привязали верёвку, чтобы кидать было удобней и самому не обжечься.

Ох, и перемазались же мы все, но зато за тридцать минут наделали этих шаров столько, что ими, мне кажется, можно было дорожку от шахты до деревни выложить.

– Малыш, попробуешь кинуть? – спросил у него Клёпа, когда мы извели всю паклю, и мужики начали грузить эти клубки в тележки, чтобы развести в разные стороны шахты.

Мы же не знаем, откуда снайпера будут по нам стрелять, они, вон, сволочи, постоянно перемещаются, выстрелы то с одной, то с другой стороны, да и не один там этот снайпер, вроде трое, точно, есть.

– Гыы! – снова выдал Малыш.

Я, достав зажигалку, сначала поджёг небольшой факел, затем мяч. Сначала он никак не хотел разгораться, затем зачадил так хорошо, чёрный и едкий дым так и попёр!

– Давай, Малыш, – кивнул я.

Тот тут же взялся за верёвку и, пару раз крутанув над головой, запулил его в сторону. Мы все смотрели за полётом дымящегося клубка. Тот, пролетев достаточно хорошее расстояние, шлёпнулся на плац и, прокатившись метров десять, развалился, но дыма от него было – будь здоров. По крайней мере я отсюда не видел, что там за ним, чего уже говорить о снайперах, которые за шестьсот метров отсюда сидят.

– Молодец, Малыш, – хлопнул в ладоши Туча, – метров на шестьдесят-восемьдесят точно закинул. Такими штуками вокруг всё обкидаем – хрен нас хоть один снайпер увидит!

– Теперь всё это взяли и быстро развезли по укрытиям, – тут же отдал команду Туман, – ты, – ткнул он пальцем в одного из Хватальщиков, – скажи Рейдерам, что им нужно делать.

– Хорошо, – спокойно кивнул тот.

– Только по команде! – Туман постучал по висевшей у него на поясе рации.

Прошло ещё пару часов. На моих почти три часа дня. Мля, где же Грач-то с пацанами? Их помощь нам сейчас точно не помешает. Неужели мы действительно так далеко уехали на эшелоне от базы, что они до нас никак добраться не могут? С другой стороны, я частично видел дорогу, по которой мы сюда ехали, и понимал, что в нескольких местах через горы, где шла железка, проехать им будет очень и очень сложно. Ну ничего, там Полукед есть, Юп, опять-таки, найдут они проход, обязательно найдут.

Ох, как было бы хорошо, если бы они появились тут до подхода основных сил бандитов с базы. Нас, вон, уже к земле прижали, а что будет, когда по нам начнут лупить из пушек Белазов, я вообще предпочитал не думать.

– Ежиииии!!! – внезапно слева заорал кто-то во всё горло.

Заорал так, что у меня сердце тут же ухнуло куда-то в район желудка.

– Ежи прут, мужики! – тут же подключился ещё один, особо горластый мужик, – на северный въезд катятся.

Моё сердце, а потом и желудок упали куда-то ниже, прям в мои ботинки. Северный въезд-то вон он, мы почти напротив него сидим. Высунувшись из окопа, увидел картину и просто охренел.

Из леса, по направлению к этому въезду катились ежи и из-за деревьев выезжали всё новые и новые эти создания.

– Доклад, быстро! – заговорил в рацию Туман, – с других сторон ежи есть?

– Нет, только с одной, только с вашей, – тут же посыпались торопливые ответы в рацию.

– Да они, походу, этими ежами решили разминировать пространство перед забором, – зло прошипел Клёпа, – эти сейчас на минах подорвутся.

– Малыш, раскидывай клубки, – тут же сказал ему Туман, – Саня, поджигай.

Я, Слива и Малыш пулей выскочили из окопа, со скоростью спринтеров рванули к куче какого-то хлама, за которыми мы клубки и сложили.

– Мужики, поджигайте! – на ходу заорал я, увидев там троих шахтёров. Оглянувшись на ежей увидел, как некоторые из них крутятся на месте. Затем они начали собираться в кучку, которая с каждой минутой становилась всё больше и больше.

– У них там либо Юп есть, либо сержант! – на ходу крикнул нам Туман, – Слива, иди сюда, надо сержанта найти и завалить.

Слива, бросив мне факел, рванул назад к Туману. Млять, да что же ты, падла, никак разгораться-то не хочешь! Хорошо, рядом мужики есть, они, вон, тоже вовсю пытаются поджечь свои факелы. Наконец, когда мат от нас стал уже до небес, мы запалили два факела, а потом начали быстро зажигать клубки.

– Малыш, раскидывай их по бокам от ворот! – прокричал я ему, видя, как он хватает сразу два горящий клубка.

– Гыыы!

И раз! – два первых чадящих клубка улетели, за ними ещё два. Как только он кинул десятый клубок, мы все отчётливо услышали взрыв и за ним тонкий писк, затем ещё два взрыва, ещё. Вижу, как в дыму от клубков, которые Малыш, как какой-то заправский олимпиец, раскидывает перед въездом, крутятся и подрываются на минах ежи. Млять, вон они, до них метров пятьдесят, не больше.

Туман в рацию орёт, чтобы никто не стрелял, берегли патроны на случай прорыва. Вон, сюда к этим воротам прибежала уже куча мужиков, кто с оружием, кто с ломами или с кирками, трубами какими-то. По бокам оставили несколько наблюдателей, остальные все сюда.

Ещё взрыв, писк, ничего не видно. Вижу, как клубок Малыша врезается в одного из ежей, клубок рассыпается, и ёж вспыхивает, как спичка. И там вон уже трое горят, о как!

– Жги их, пацаны! – орёт кто-то из-за кучи камней.

И тут, из-за копоти и дыма выкатился еж. Он не поехал на ворота, он прорывался через минное поле. Два ряда проволоки в одном месте ежи уже снесли, снесли ценою невероятных потерь. Я даже вот так сходу и сказать-то не могу, сколько их там подорвалось и сколько их на заборе там осталось, но много, очень много. Мля, где эти уроды столько ежей-то набрали!

– Ну, вот теперь точно – кабздец! – выматерился Клёпа.

Всё, ежи прорвались, вон, сразу трое, перевалив через остатки забора, вкатились на территорию шахты. По ним тут же открыли огонь. Двоих положили сразу, третий попытался с разгона заехать на горку, где лежали трое стрелков, но порода под весом ежа просела, и он немного забуксовал. Мужики, не растерявшись, дружно встретили его из трех стволов, а вон Укас, который там же сидит, метнул в ежа лом или пику какую-то. Пика, прям, так хорошо вошла в ежа, и он, запищав, тут же сдулся. Слева и справа уже открыли огонь, замолотили пулемёты. Походу, все ежи бросились в эту дырку на прорыв.

И тут рвануло, хорошо так рвануло! Взрывчатку, которую мы заложили на въезде, взорвали. Очень многих ежей, которые сунулись в эту дырку, просто снесло, их раскидало в разные стороны, но всё равно, уцелевшие, несмотря на гибель своих сородичей ломанулись вперёд.

Млять, прямо на меня из-за бочек выкатился еж. Я только автомат успел вскинуть, как эта скотина провалилась в окоп и застряла в нём. Тут же с диким криком к нему подбежали двое Укасов с кирками и стали его ими долбить – всё, готов!

Но тут выскочил ещё один, его я уже успел встретить, скорее, с испугу выпустил в него весь магазин, от него полетели ошмётки, кровь и ещё какая-то гадость, еж, прокатившись пару метров сдулся и замер.

Вокруг кипела драка не на жизнь, а на смерть. Маты, вопли, крики о помощи. Быстро перезаряжаюсь, поворачиваю голову и вижу, как один из ежей уже схватил своим длинным языком мужика и тащит его к себе, мужик орёт, что есть мочи и пытается уцепиться за землю руками. Млять, ежа толком не видно, вон он, сволочь, стоит на месте, и торчит только его макушка; бегом к нему, запрыгиваю на камни и попрыгав по ним вижу ежа, вот он, прямо передо мной.

Я так близко ежа первый раз вижу, ну и страшная же хреновина! Шар, размером с автомобиль Ока, вон, вижу открытую пасть, и из неё торчит этот язык. Всё это заняло какие-то мгновения, вскидываю автомат и практически в упор всаживаю ему в макушку полмагазина, еж аж задергался, снова полетели эти ошмётки, и он, падла, лопнул, часть этой гадости попала на меня.

Не обращая внимания на слизь бегу к мужику, который своими пальцами оставил на земле хорошие такие борозды. Мужик продолжает орать и вырываться.

– Не ори ты! – резко хватаю его и переворачиваю.

Еж языком схватил его за левую ногу, достаю нож и начинаю резать язык. Мужик уже сидит, хлопает глазами и смотрит на меня.

– Где твоё оружие? – ору ему.

– Ттттам, – тычет он пальцами куда-то в сторону, – этот меня схватил, – кивает на убитого мною ежа.

А неплохо так мужика колбасит-то.

– Давай назад, стреляй по ним! – наконец-то отрезаю язык и освобождаю ногу мужика.

Тот, почувствовав, что свободен, рванул от меня куда-то в сторону. Ещё один еж, за ним ещё двое, катятся куда-то в сторону, меня не видят. Ловлю в прицел заднего и выпускаю по нему остатки магазина – есть, еж тут же сдулся и замер.

А вот тот, который катился впереди, заметил меня. Мля, надо бежать, этот хрен уже развернулся и рванул в мою сторону. Хлоп! – в самый последний момент я увидел, как он открыл свою пасть и выкинул язык, я еле-еле успел в сторону отпрыгнуть. Запрыгиваю на ящик, и язык падает на то место, где я только что был.

Бах! Бах! – сбоку пару раз хлопает помпа, и следом за ней хорошие такие маты.

– Слива! – ору во всё горло.

Точно он, вон выскакивает из окопа и радостно скалясь, бежит ко мне. Быстро перезаряжаюсь, ловлю в прицел ещё одного ежа, стреляю по нему, Слива лупит из помпы куда-то в сторону. Снова слышу писки ежей, вопли раненых и нереальные крики людей, которым очень страшно.

Бежим со Сливой на вопли. Оббегаем кучу хлама и видим, как двое Рейдеров, с какими-то жутко здоровыми ломами отмахиваются сразу от трёх ежей. Бах! – один из Рейдеров опускает этот лом точно на одного из ежей, мне показалось, что еж аж меньше стал от страшного удара. Тут другой еж выпускает свой язык и обхватывает им ноги другого Рейдера, тот, не успев замахнуться, падает на землю, и еж, круто развернувшись, рванул в сторону и поволок Рейдера за собой.

Вижу глаза Рейдера, вижу, как он раскрывает в немом крике рот и пытается схватиться за лом, который при падении выпустил из рук.

Не сговариваясь и не обращая внимания на то, что творится вокруг, мы со Сливой рванули за ними. Рейдер умудрился схватиться за какую-то железку, которая торчала из земли. Он вцепился в неё что было силы, и еж тут же остановился. Еж развернулся в тот момент, когда мы со Сливой уже подбежали к нему метров на семь, и тут же открыли огонь. Всё, готов!

Только я достал нож, чтобы освободить ноги Рейдера, как увидел, что он уже сам рвёт руками язык и смотрит то по сторонам, то на нас. О, кивнул нам головой, мы кивнули в ответ.

Дальше из окопа стреляет пулемёт, лупит длинными очередями по въезду, там через баррикаду пытаются прорваться ещё несколько ежей и, мать твою, тут же два ежа вкатываются сверху на огневую точку этого пулемётчика и начинают на ней кружиться, вон их языки туда-сюда шарят по листам железа сверху, пытаются за ствол ухватить. Видимо, пулемётчик их заметил, так как тут же спрятал ствол.

Меняю магазин, это, кстати, последний, как я буду отбиваться от других ежей я пока не представляю, но этих двух нужно сбить с пулемётной точки. Слива рядом снова матерится, достаёт из кармана патроны и ловко вставляет их в помпу.

Снова всаживаю почти весь магазин в обоих ежей, рядом захлопала помпа Сливы, обоих ежей как ветром сдуло с пулемётной точки.

– Стреляй! – забежав на крышу пулемётной точки и пару раз стукнув прикладом по листу железа, ору я, – ежей мы убрали.

– Ща! – орёт кто-то изнутри.

Спустя пару секунд из бойницы появился ствол печенега. Этот пулемётчик открыл огонь вовремя. Его длинная очередь влепилась точно в трёх ежей, которые уже перекатились через баррикаду и ринулись на территорию шахты. Да уж, пулемёт это вам не автомат, он их, прям, нашпиговал свинцом, и вон они одни за другим начинаются сдуваться и останавливаться.

– Есть, падла! – слышу радостный голос Тумана, – Клёпа сержанта завалил, пацаны!

А вон и сам Туман и Клёпа, оба лежат на горе. Где ещё ежи? Озираемся со Сливой по сторонам, но вроде как отбились. Тут, стоя почти посередине большой площадки, мы увидели, как со всех сторон крутятся пять или шесть ежей, кто-то из них передвигается быстро, кто-то медленнее, у них из боков железки торчат. Один вон вообще с писком и киркой в боку ломанулся в сторону, подмял под себя кирку, распорол себе брюхо ещё больше, тут же сбоку от него, словно из-под земли вырос Хватальщик и трое мужиков, все с лопатами. Млять, да они его ими просто забили, Хватальщик, вон, ловко поймал язык, прижал его ногой к земле и тут же перерубил лопатой. А другие мужики что есть силы, и от души так, лупят его лопатами.

– Малыш, добиваем! – слышу нереальный крик Тучи из-за продолжающего гореть здания.

Сначала оттуда показался еж, он как-то совсем не быстро катился, видать, ему точно что-то отбили, зато за ним с ломом в руках и с перекошенной от злости мордой, выбежал сначала Туча, а за ним Малыш, млять, у Рейдера в руках какая-то балка. В три прыжка Рейдер догнал ежа и со всей дури, а дури в нём точно много, обрушил эту балку на ежа. Ну, а там уже и Туча с ломом подбежал, вдвоём они его уработали очень быстро!

Сзади писк, резко разворачиваюсь и вскидываю автомат, в последний момент понимаю, что патронов-то у меня нет, да, в принципе, они и не нужны.

Пищит еж, катится и горит, за ним аж шестеро мужиков, один из них стреляет из пистолета по пытающемуся свалить ежу, остальные пятеро с кирками и лопатами. Их автоматы и ружья висят за спинами, походу, мужики врукопашную с ежами сошлись, либо патроны кончились, либо экономят. Улепётывающий еж, не успев отвернуть, падает в окоп, тут же выкидывает язык и цепляется им за балку, вбитую в землю метрах в пяти от него, пытается сам себя вытянуть. Но куда там, мужики, как саранча, накинулись на него и, не обращая внимания на летящие от ежа брызги, забивают его.

– Не расслабляться, – орёт появившийся рядом Туман, – всем назад, по своим точкам!

Щёлк, – хлопает выстрел, один из стоящих неподалёку от нас шахтёров вскрикивает и падает, схватившись за ногу. Его тут же хватают под руки и волокут в сторону.

– В укрытие! – орёт Слива и буквально толкает меня в ближайший окоп.

Щёлк, щёлк! – тут же в паре метров от нас вспухают два фонтанчика земли. Снайперы, мать их так! В окоп мы спрятались мгновенно, через пару секунд к нам прибежал Туча и Малыш с листом железа.

– Гыыы! – довольно произнёс он и выставил щит перед окопом. В него тут же прилетели две пули, но не пробили. Вон я вижу, как с нашей стороны появились выпуклости от попаданий, но лист толстый, пробить его у снайпера не получилось.

– Точно, трое снайперов, – вытянув шею и прислушиваясь произнёс Слива.

– Туман, где Клёпа? – ору я под действием адреналина.

– Малыш, тащи его сюда, – не поворачиваясь в мою сторону, кричит Туча, – он за пулемётной точкой был.

– Гыыы, – снова лыбится Рейдер и рванул из окопа.

Мы со Сливой только успели руки подставить, чтобы этот лист железа на нас не завалился.

Через минуту мы сначала услышали прерывающиеся маты Клёпы, а потом к нам в окоп свалился и он сам, вернее, с Малышом вместе – тот его на плече приволок.

– Малыш, мать твою, больно же! – корчась в углу окопа от боли и хватаясь за свою ногу, заорал Клёпа.

– Гыыыы, – абсолютно спокойно дыша, снова улыбнулся Рейдер.

– Мины! – орёт кто-то сбоку.

Млять, нас опять стали обстреливать. Лупили по нам хорошо, эти миномётчики и пушкари работали по всей территории шахты. Под нами, прям реально, земля дрожала, и наш окопчик частично обвалился, так как одна из мин рванула совсем недалеко от нас. Малыш тут же дёрнул лист железа и накрыл им нас. И тут сбоку что-то бабахнуло, рвануло очень хорошо.

– Склад с горючкой, – произнёс Слива, осторожно выглядывая из окопа.

Снова свист, теперь я знаю, как свистит мина, когда она летит в твою сторону. Бац! – рядом снова рвануло, потом ещё и ещё. В ушах больно отдаётся каждый взрыв, пацаны, вон, сидят, сжавшись в клубок и обхватив голову руками. Даже Малыш и тот понимает, что надо шкериться, правда он чересчур большой и спрятаться ему тут довольно-таки проблематично. Но вроде мы сидим ниже уровня земли, разок нас, правда, хорошо так засыпало, особенно Тучу, но ничего, все живые, никто не ранен.

Обстрел продолжался минут пять, затем резко всё стихло. Только несколько раз по сторонам что-то хлопнуло, хлопки сильно похожи на взрывающийся шифер. Второй обстрел был сильнее первого.

– Видать, уроды поняли, что мы сержанта грохнули, вот и начали по нам лупить, – стряхивая со своей головы землю, сказал Клёпа.

– Командиры отделений, доклад, быстро! – взявшись за рацию и отряхнув её, заговорил Туман.

– Первое отделение – двое убитых, пятеро ранено, второе отделение – трое убитых, один раненый, третье отделение – командир убит, остальные все целые, – посыпались доклады.

Через пару минут мы уже знали, что у нас одиннадцать человек убитых и ещё четырнадцать раненых. Причём, все последние погибли из-за обстрела, во время схватки с ежами никто не погиб, раненые есть, но ежи так и не смогли никого грохнуть и сожрать. Видать, шахтёры с кирками и лопатами страшное оружие. И уничтожены две пулемётные точки.

– Здоровых бойцов осталось чуть больше сорока человек, – выслушав доклады, сказал нам Туман – ещё одна такая атака и всё, патронов почти нет.

– У меня один магазин остался, – добавил Клёпа.

– Я пустой, – вздохнул я, показывая на свой автомат.

– Пять, нет, шесть патронов, – проверяя свою помпу сказал Слива.

– А у меня вообще ствола нет, – виновато улыбнувшись, сказал Клёпа, – меня взрывом с горы снесло, а потом меня Малыш уволок, некогда искать было.

– Ну и что будем делать дальше? – совсем невесело спросил Туча, – от ежей-то ладно, отобьёмся. А вот если эти уроды на тракторах попрут, нам всем хана.

По Туману я видел, как он лихорадочно пытается что-то придумать. Чешет, вон, то щёку, то затылок, но тут и дураку было понятно, что без огнестрельного оружия мы долго не выстоим. Нас осталось мало, мы раскиданы по всей территории шахты.

– Всем командирам отделений, слушать меня, – взялся за рацию Туман, – всем покинуть свои огневые точки и собраться в здании, где у нас раненые, будем там отбиваться. Давайте, мужики, пока тихо, все туда.

Малыш тут же закинул себе на плечо Клёпу, который опять стал матерится, и мы рванули через площадку к этому зданию. Пока бежали, я слышал, как снова стреляли снайпера, и пару раз молотили пулемёты, а вот пушки и миномёты молчали. Через пару минут в этом здании собрались все оставшиеся в живых. Млять, вот она война! Теперь я понимаю это слово.

Мы все грязные, оборванные, кто-то ранен, в крови и слизи этих ежей, в здании, недалеко лежат и стонут раненые, а мы им ничем помочь не можем.

– Мину должны выдержать! – хлопнув по стене рукой, сказал Клёпа.

– Шесть Рейдеров осталось, – как-то негромко сказал Туча, – оба Хватальщика погибли.

– Одного Рейдера при мне миной накрыло, – сказал сидящий на земле Укас, лет тридцати пяти.

– Я тоже видел, как двоих посекло, – добавил молодой парнишка, – мы их так и не смогли вытащить, по ним снайпер стрелял.

– Гыыы! – зарычал Малыш.

Именно зарычал, не заулыбался, как некоторое время назад.

– Не расслабляться! – снова начал командовать Туман, – проверить оружие и боеприпасы, найти укрытия, оборудовать огневые точки, давайте, мужики, закладываем окна, чем есть.

Глава 2

Александр.

6 ноября. Шахта. Мир Белазов.

– Да чё они не нападают-то? – спустя тридцать минут спросил Туча, нервно тиская свой автомат.

– Не спеши, приятель – спокойно ответил ему дедок лет шестидесяти.

Он сидел, прислонившись спиной к стене, и отдыхал.

– Умереть никогда не поздно, – так же, не открывая глаз, снова сказал дед.

– Нет, отец, – хмыкнул я, – умирать мы точно не собираемся!

– Да нам обороняться нечем! – взвизгнул совсем молодой Укас, – зря я вас послушал, надо было в лес уходить.

– Замолчи! – так же спокойно сказал дед, – тут ты хоть успеешь в горло бандитам вцепиться. А в лесу тебя как зайца гнать будут, если в болоте не утонешь.