Скажи мое имя

Глава 4

Лея

– Па-а-ап, – кричу из коридора, снимая дурацкие туфли на платформе.

И дёрнул же меня черт их купить. Я и в магазине не особо устойчиво на них стояла, на неровном асфальте все вообще вышло из-под контроля, а сцена возле лифта – эпик фейл.

Дурацкие, дурацкие, дурацкие туфли!

– Дочь, они пришли! – отец появляется в дверях спальни с сумасшедшим блеском в глазах.

И я точно знаю, о чем он говорит. Дело в том, что папа… он… немного эксцентричен, так сказать. При всем его грозном виде, высоте роста, серьезной должности на промышленном заводе, он – малое дитя, когда речь заходит о его игрушках.

А тех у него… вагон и маленькая тележка. Нет, огромная, гигантская, многотонная тележища!

Всю неделю мы ожидали доставки очередного трофея: книгу ситхов и путь джедая. С тех пор, как она появилась в продаже на их фанатском сайте, отец не мог думать ни о чем другом. Ведь это полное руководство по управлению силой, понимаете? Нет?

А я, к сожалению, да. Плетусь на кухню, одарив отца усталой улыбкой. Поесть бы, если честно, а потом уже слушать про историю возникновения Силы и появления Ордена джедаев. Но отец такого шанса мне не даёт. Входит на кухню следом за мной, и пока я гремлю кастрюлей, разогревая вчерашний суп, трындит не переставая.

– Одуванчик, это нечто! Я сначала за ситхов взялся, Вука46 говорил, что там есть факты, которыми раньше создатели истории не светили. – Трепло твой Вука, хочется мне сказать. Он и про радиоуправляемый ВВ8 говорил – улёт. А на деле? Так и пылится на шифоньере, с перегоревшими проводами. Ну, вот как доверять взрослому дядьке с псевдонимом Вука46?

– И представляешь, – продолжает отец, не замечая моего скептического выражения лица. – Правда! В 'Книге ситхов", написанной, кстати, самим Сидиусом, описана полная история ситхов! Полная! История!

Мой отец сумасшедший. Пора смириться с этим и жить дальше. Может, сдам его на старости лет в психушку с полным рационом, буду навещать на выходных и привозить печеньки в виде шлема Дарта Вейдера. Формочки для запекания у меня уже имеются.

Оглядываю кухню скользящим взглядом и вздыхаю. Ещё у нас есть чайник в виде шлема Дарта Вейдера, тостер, выжигающий Star Wars на хлебе, бесконечное число кружек со всеми персонажами саги, про магнитики на холодильнике вообще ни слова. Просто. Ни слова.

Отец продолжает эмоциональный рассказ о тех, у кого в руках побывали эти книги, о заметках на полях, точь-в-точь рукописных и удивительных фактах из истории Вселенной Звездных войн.

Я усердно работаю ложкой, активно кивая отцу, а сама уношусь далеко в свои мысли. Я люблю отца, просто обожаю, если честно, он растил меня один и вложил в это огромную часть своей души. Но я давно уже поняла, что за первое место в его сердце всегда придется бороться со Звездными войнами. Мне это не в тягость, честно. Но техникой активного слушания всё-таки овладеть пришлось. Вот и сейчас я, подобно героини из "Теории большого взрыва", угукаю, киваю головой и, время от времени, выдаю: вот это да, ну и ну, да ты что!

Суп сильно пересолен, но я все равно упорно поглощаю его, потому что за весь день во мне побывали только злополучные пирожки и килограмм неловкости. Вспоминаю взгляд Александра Германовича, его голос, запах. Насмешливый тон и двусмысленное предложение. И сердце, отчего-то, бьётся как сумасшедшее. Снова и снова прокручиваются в голове его "красотка" и "Лея". Почему-то отчётливо вижу, как его язык ударяется о нёбо, а затем выпускает сладкие звуки моего имени.

Губы сами собой растягиваются в глупой улыбке. Лея, я прошу тебя, только не западай на высокого умопомрачительного красавца, которому ты совсем не под стать. Пожалуйста, думай башкой, а не тем, чем ты думаешь обычно!

Но, кажется, поздно. Мышечный орган усиленно перекачивает кровь, разгоняя эндорфины по венам. Сегодняшний день – лучшее, что происходило со мной за весь последний год.

Дурацкая улыбка становится шире.

Утро начинается не с кофе. А с имперского марша, разрывающего перепонки. Лучший будильник на свете, честное слово. Спасибо, Дарт.

За окном уже солнечно, жарко. Из приоткрытого окна слышны пение птичек и звук метлы дворника, очищающей пыль с тротуара. Свежий утренний ветерок пьянит запахом лета: сладким, цветочным. Обожаю август.

Если вчера, после сильного ливня было прохладно и сыро – я молчу про гигантские лужи в самых неподходящих местах – то сегодня просто шикарно. Градусник радует 24° с самого утра в тени. А прогноз погоды обещает, что колготки и джинсовку сегодня можно не надевать.

А единственных приличных колготок уже и нет. Они похоронены со всеми почестями ещё вчера после ужина. Я проводила их в долгий мусоропровод, сопроводив слезами и обещая навсегда запомнить, как отдала за них полторы тысячи рублей. Раскошелилась для своей первой работы. Три недели, Карл, их хватило тебе на три недели!

Стою возле шкафа целую вечность. Вся одежда в нем кажется ужасно не подходящей для серьёзной работающей девушки. Для вчерашней студентки – да. Все эти плиссированные юбочки, футболки с провокационными надписями и лёгкие платьица никуда не годятся! А в джинсы влезать – чистое самоубийство в такую жару. Шорты? Не по дресс-коду. Может надеть платье с вручения дипломов? Оно строгое. И закрытое. И шерстяное…

Святой Йода, что же одеть? Раздраженно откидываю назад непослушные кудри и рычу. Придется всё-таки влезать в джинсы. А к ним простую черную футболочку из Mango. А что, вполне прилично. Обтянуто, но гармонично. И балетки как раз подойдут идеально. Аккуратно собираю копну в мелкий пучок, скрепляя его миллионами шпилек. Пружинки так и норовят выскочить на свободу, разрушив мои планы выглядеть, как подобает, но литр лака сверху и вуаля, я деловая девчонка.

Даже удивительно, насколько хорошо я выгляжу. Конечно, я говорю себе, что все эти перемены, потому что настало время. Работа, ответственность, все дела. Но в глубине души трепыхается маленькая птичка очевидности: я жду встречи с Мистером Биг Боссом.

Здание холдинга "Маффин", похоже на огромный маяк из стекла и металла. Никогда не думала, что буду работать в таком месте. Даже не мечтала. И посмотрите на меня теперь – собранная, стильная, на хорошей должности. Уверенно иду к лифту, то есть, цели. Конечно, цели.

Вместе с остальными спешащими сотрудниками проталкиваюсь в кабинку. Давка, как на концерте One Republic, честное слово! К десятому этажу становится посвободнее, множество сотрудников выходит на шестом и седьмом – в колл-центр. Несколько на восьмом-девятом в расчетный центр. А до четырнадцатого доезжаю только я. Наверное, руководство пользуется какими-то другими лифтами, потому что кроме вчерашнего дня, никого из них я ни разу здесь не видела.

Отдел оформления корпоративных договоро́в – догово́ров, догово́ров, дурья ты башка – встречает меня звуками клацающих кнопок. Смотрю на часы – нет, не опоздала, но девчонки уже все на своих местах и бодро работают над полисами, которые с утра подвезли новой кучкой. Они тут все ярые фанатики, по-моему. Готовы сидеть с утра до ночи, пока не выполнят свою миссию. А может, так они чувствуют себя значимыми, а не просто винтиками в огромной корпоративной машине.

Достаю из сумки телефон и включаю компьютер. По привычке ставлю пальцы в позицию Ctrl+Alt+Delete, чтобы ввести пароль, но неожиданно застываю. Клавиатура-то не моя. Моя была серая, исписана карандашом, который не оттирался и местами с потертыми буквами. И не Дианкина, которую я вчера вернула владелице по завершению работы. А новая. Крутая. Чисто черная, эргономичная, беспроводная, с панелью быстрых клавиш. Улёт!

Верчу ее в руках, глазея, как на восьмое чудо света. Снизу приклеен зеленый стикер всего с одним словом: Пожалуйста.

Вмиг заливаюсь краской, словно Он на меня смотрит. Хотя точно знаю, что здесь никого кроме сотрудников отдела нет. А ещё точно знаю от кого такой презент. Обалдеть можно!

Работа с новой клавой идёт гораздо быстрее и приятнее, может оттого, что касаясь ее своими пальцами, я представляю руки Александра Германовича. Сильные, немного шершавые, теплые. Я касаюсь его ладони кончиками пальцев и их бьёт едва заметными разрядами тока. И в моих мечтах ладони уж точно не потные.

К обеду меня вызывает Камилла Георгиевна. И это не к добру, уж точно.

С опаской захожу к ней в кабинет, робко присаживаюсь на стул напротив нее. Между нами ее огромный стол с идеальным порядком и напряжение, порожденное моим страхом.

Это же не из-за порванного договора, да?

– Лея, – начинает начальница. – Сегодня мы проводим промо-акцию на сталелитейном заводе. Он же в твоей зоне?

Я несмело киваю. К чему это она?

– Наши маркетологи организуют раздачу сувенирки и консультирование сотрудников завода с пяти до шести. Им нужен человек, чтоб оформлять полисы, если найдутся желающие сразу сделать НС-ку. Поедешь с ними.

– Я же… не работаю с клиентами, – сглатываю комок нервов.

– Тебе и не придется. Консультирование и продвижение – на маркетологах. Твоя задача тупо оформить, если что.

– А никого из менеджеров нет?

– Менеджеры этим не занимаются. А специалисты отдела оформления договоров да. Представляешь, как совпало? Сотрудники отдела оформления – оформляю договоры, – саркастично выдает Камилла Георгиевна.

Она, вообще, дамочка ничего. Лет тридцати, активная такая, жизнерадостная, но я ее отчего-то ужасно боюсь. Робко улыбаюсь ее шутке и незаметно потираю ладони о джинсы. Вообще-то это интересно, побывать на заводе, пообщаться с людьми, посмотреть, как проводятся эти акции. Просто волнительно. Я в этих НС-ках плаваю пока. Вдруг что забуду и спросить даже не у кого. А это же страхование людей, это серьезно!

– Возьмешь бланки полисов в делопроизводстве и к четырем поднимайся на шестнадцатый в маркетинговый, с ними поедешь.

– Хорошо, – отвечаю я так твердо, насколько умею.

Следующие два часа сижу, штудируя мануал по страхованию от несчастных случаев. Распечатываю себе памятку и достаю из закромов тетрадку с заметками из Школы страхового агента, где я обучалась первую неделю. Вообще, если так посмотреть, все довольно просто. Я справлюсь. Справлюсь, справлюсь, справлюсь.

Собираю фирменный чемоданчик с логотипом компании, укладываю туда выданные мне полисы и квитанции, распечатанные заявления и свои шпаргалки. И отправляюсь на шестнадцатый этаж.

Мне открывается другой мир. Шумный, яркий, наполненный людьми. Если на нашем этаже все сидят по кабинетам, то здесь – открытая площадка с пластиковыми перегородками между рабочими местами. Огромный шумящий улей. Как в американских фильмах.

Стою и топчусь возле лифта, не зная, к кому идти и что говорить. От небольшой компании, бурно обсуждающей какой-то вопрос возле кулера, отделяется парень и идёт в моём направлении. Высокий, симпатичный, с очень нестандартной внешностью. Он широко улыбается мне и скользит неспешным взглядом с головы до ног.

– Лея, да? – приятный, располагающий голос.

– Да.

– Я – Руслан. Руководитель этого беспредела, – кивает он на шумную компашку. – Сегодня поедешь с нами. Повеселимся, – подмигивает мне, и я улыбаюсь.

Он забавный.

– Так, народ, все в сборе, грузимся! – кричит он остальным. – Лея, там коробка с футболками, возьми себе одну, все в фирменной одежде должны быть.

– Окей! – подхватываю его жизнерадостный тон.

Фирменная футболка! Круто-круто. Будет весело!

***

Ладно, все не так уж и весело.

Ребята из маркетинга просто ловят народ на проходной по окончании смены, радостно улыбаются им, раздают рекламки с цветастыми картинками, а я что? Сижу уныло за выделенным мне столиком, пялюсь на разложенные передо мной БСО (бланки строгой отчётности – прим.автора) и жую губу. Да-да, пчела все еще колется.

– Скучаешь? – на стул рядом присаживается Руслан.

– Да нет, – пожимаю плечами.

– Да ладно, – непринужденно говорит он. – Надо было тебя предупредить, что тут для галочки просто посидеть придется. На самом деле такие полевые выходы никогда не дают результат сразу. Но по регламенту положен спец из оформления. Вдруг случится чудо.

Руслан разводит руки, словно иллюзионист после фокуса, и широко улыбается. Робкая улыбка касается моих губ.

– Хочешь с ребятами брошюры пораздавать? Разомнешься, согреешься.

Это звучало бы полным абсурдом, находись мы снаружи под палящим августовским солнцем, но в стенах завода на удивление прохладно. На самом деле мои руки уже заледенели в футболке с коротким рукавом, но не хотелось выглядеть неженкой на фоне остальных. Я отрицательно машу головой, не мое это уставшим после долгого рабочего дня людям бумажки в нос пихать. Руководитель беспредела, как он сам представился, кладет руку на мое запястье и протяжно мычит.

– У-у-у, ледышка. Погоди, у меня в машине пиджак лежит, сейчас принесу.

И прежде, чем я успела благородно отказаться – ну, неприлично как-то жертву из себя строить перед руководством, хоть и не твоим – Руслан влился в толпу покидающих рабочие места тружеников завода. Спустя пару минут его улыбающееся лицо вынырнуло уже с другой стороны проходной.

– Вот, накинь, – и снова я слова пискнуть не успела, как мужчина уже перешёл к действиям. Обошел меня сзади и накинул тяжёлую ткань на плечи. Нагретый пиджак пах солнцем и каким-то острым мужским ароматом. Я чувствовала себя ужасно неловко от такого внимания со стороны совсем незнакомого человека, к тому же сильно выше меня в должности, но быстро расслабилась под воздействием тепла.

Сложила руки на груди, укутываясь в пиджак плотнее, и непроизвольно застонала от удовольствия. Я теплокровное животное, холод мне чужд и неприятен. Я с трудом переживаю зимы в средней полосе, вечно упаковываюсь в сто слоев и плачу от ледяного ветра при каждом выходе на улицу. Папа всегда говорит, что я родилась не в том месте, и мне показана жизнь на теплых берегах. А ещё вечно фантазирует, как выйдя на пенсию, мы продадим нашу квартиру в Москве за баснословные деньги и купим себе маленький домик где-нибудь на юге. Где будем выращивать клубнику, а я, наконец, избавлюсь от смертельной бледности. Он тот ещё фантазер.

– Спасибо, – я улыбаюсь настолько же тепло, как себя чувствую. Поднимаю взгляд на Руслана и встречаюсь с его черными глазами, внимательно изучающими мое лицо. – Что? – мгновенно краснею я.

– Да ничего, просто думаю, может, в корпоративном отделе кастинг проводят какой-то для девчонок. С каждым разом всё симпатичнее и симпатичнее.

О боже! Это же был комплимент такой, да? Замысловатый и неоднозначный. Но явно с подтекстом. Предательское смущение отражается на лице еще более ярким окрасом, и я опускаю взгляд. Вот как на такое отвечать?

– Ладно, народ, закругляемся на сегодня, – спустя пару неловких секунд кричит Руслан скучающим возле проходной ребятам. Поток сотрудников иссяк, а я и не заметила.

Все начинают упаковывать не розданные материалы и громко переговариваться. Я тоже встаю со своего жутко неудобного стула и укладываю все бланки обратно в чемодан. Зря только тащила с собой такую стопку. Ещё и нога ужасно затекла. Это ж надо было столько времени в таком холоде неподвижно просидеть, удивительно, что я вообще конечности чувствую. Пытаюсь расшевелить ее, потопать, потрясти, но болезненное покалывание искривляет мое лицо в гримасу "ой-ей-ей".

Ребята относят в машины коробки с остатками рекламной продукции, а я медленно хромаю позади, надеясь, что никто не заметит. Боже, ну и позорище. Они, наверное, подумают, что я ущербная и меня на работу взяли по программе толерантности, как инвалида. Крепче прижимаю лацканы пиджака, чтоб он не свалился, пока я тут ковыляю. Блин, а больно-то как!

На улице жаркий ветер сразу бросается мне в лицо, разбивая с таким трудом уложенную с утра прическу. И вот, пружинистые пряди разлетаются по лицу, бьют по щекам, нервируют. Отлично. Хромая, лохматая, потная. Сейчас ещё и чужой пиджак провоняю – вот это первое впечатление, блеск!

Выискиваю глазами Руслана, он стоит возле своей машины и разговаривает по телефону. Я аккуратно снимаю пиджак с плеч и подхожу к нему.

– Да. Ага. Ты прав. Подходит, – он снова окидывает меня неоднозначным взглядом и фиксирует взгляд на лице. – А я уже!

Обрывает звонок и радостно скалится. Его телефон тут же начинает звонить снова, но он игнорирует вызов и отключает экран.

– Ну что, Лея, рабочий день почти закончен, мы обычно не возвращаемся после таких выездов в офис. Куда тебя подбросить?

Он открывает дверцу своей машины, словно я уже согласилась, словно других вариантов и не было. Я хмурюсь, вспоминая, как вчера другой мужчина тоже горел желанием меня подвезти. Чувствую себя странно. Я что резко похорошела, или, может, стандарты красоты в мире перевернулись, а я не в курсе? Стою, отбиваюсь от непослушных прядей и не знаю, что делать. Руслан, вроде нормальный, от него не веет снисходительностью, которая бесит, и мурашки по телу не пробегают, словно тебя током шандарахает. Может, он ничего такого за этим "подбросить" и не имеет в виду. Но в голове упорно бьются папины слова: никогда, никогда не садись в машину к незнакомым мужикам.

И пусть, он говорил это, когда мне было шесть, а Руслан не такой уж и не знакомый уже. Стрёмно. Вдруг он будет ожидать за это какой-то благодарности? А на метро по одной ветке десяток станций, не больше. Но на машине с кондиционером в такую жару, конечно, комфортнее будет.

Руководитель беспредела смотрит на меня, склонив темную голову, сканируя своим черным взглядом, словно пытается проникнуть в мои мысли. Снова начинаю кусать губу от нерешительности. Он расплывается в улыбке.

– Эй, Натах, тебе же в Щукино? – говорит проходящей мимо мелированной девчонке.

Та радостно скалится и с энтузиазмом кивает головой. Ещё чуть-чуть и выпрыгнет из трусов, честное слово. А, так у него уже есть ярая поклонница, и она поедет с нами. Может, они даже в отношениях. И чего себе напридумывала? Резко расслабляюсь и спокойно ныряю в машину. Следом за мной влезает эта самая Наташа. Правда, я оказываюсь на переднем сидении, потому что именно эту дверцу открыл мне Руслан, а поклонница на заднем. Чему она явно не рада.

– Так, а тебе куда, Лея? – доброжелательно спрашивает мужчина, пристегивая ремень безопасности.

– Меня можно просто до станции метро подбросить, мне подальше, – смущенно говорю я.

Ох уж это мое нежелание доставлять беспокойство.

– А куда? – не унимается он.

– На северо-восток. Свиблово, – зачем-то добавляю я.

– Да ладно! Вот это совпадение, – он улыбается, пока заводит машину. – Почти соседи. Отрадное.

– Бывает же! – доносится с заднего сидения. И то, как мелированная Наташа это произносит, мне вообще не нравится. Хотя понятно – ревнует.

До Щукино едем в тишине, только радио ФМ разрывается свежими хитами, немного сглаживая неловкую атмосферу в машине. Наташа яро благодарит Руслана за то, что подбросил и сжимает его плечо, прощаясь. Не теряет надежды мелированная.

Как только за ней захлопывается дверь, Руслан заметно расслабляется, убирает звук в магнитоле и заводит разговор.

– Меня все терзает вопрос… – он ловко выруливает со двора, немного нахмурившись. – Лея, такое необычное имя. За этим стоит какая-то интересная история?

– Вы не поверите, – смеюсь я. – Сколько раз мне задавали этот вопрос в разных вариациях.

– Давай на ты. Я же тебе не начальник, – улыбается он.

– Хорошо, – легко соглашаюсь я. Действительно, мы в разных отделах, мне он точно не начальник, субординацию соблюдать не обязательно, тем более в нерабочее время и с ним совсем не хочется "выкать".

– Так вот, мой отец – ярый фанатик Звездных войн. А девяностые славились безудержной фантазией жителей бывшего советского союза…

– Так ты у нас Звёздная девочка! Я сразу так подумал. Обожал в детстве эти фильмы. Хотя я, конечно, больше за Натали Портман, без обид.

– Да какие обиды! Лея была мечтой мальчишек в восьмидесятых, тогда ее золотой купальник произвел фурор. Сейчас этим уже не удивить.

– Точно, – медленно произносит Руслан. – Золотой купальник! Как я мог забыть…

И кидает на меня многозначительные взгляды, будто прикидывает, не надет ли такой на мне под одеждой. Скрещиваю руки на груди, пытаясь побороть раздражение. И так каждый раз. Все, кому я рассказываю эту историю, не упускают шанса пустить сальную шуточку или облапать меня глазами. А ведь Руслан поначалу казался мне приятным. Словно почувствовав мое состояние, он переводит тему.

– Так, как тебе у нас в компании?

– Нормально. Пока не совсем разобралась. Но мне нравится.

– Наверное, сразу после института к нам?

– Ага.

– Я так и подумал. Хотя ты выглядишь очень юной, я сначала даже подумал, что ты школьница.

"Прекрасный комплимент!" – ехидно проносится в моей голове. На деле же просто фыркаю.

– Эй, это не с целью задеть сказал, правда. Я просто все гадал, можно ли тебе пить уже, потому что хотел позвать вечером в бар.

Он снова расплывается в улыбке, обнажая ряд белоснежных зубов. Он, конечно, очень симпатичный. Особенно необычный разрез глаз привлекает и этот его темный взгляд. Но не екает, хоть ты тресни.

Он высаживает меня возле дома и выходит из машины, чтобы проводить до подъезда. И мне это не очень нравится. Слишком навязчиво. И странно.

– Так ты не ответила. Хочешь сходить куда-нибудь? – запускает руку в волосы и немного теребит их, создавая хаос из густых волос.

– Я не уверена, – блин, как неловко-то. У меня не слишком много опыта в подобных разговорах.

– С кем-то встречаешься?

– Вроде того, – уклончиво говорю я. Отличное оправдание! И ничего, что ложь, не говорить же напрямую, что ты мне не нравишься, правда?

– Окей, – спокойно говорит он, продолжая улыбаться. – Но, если ситуация изменится, ты мне скажи, я буду первым в очереди.

Снова подмигивает мне и удаляется к машине.

Странный, странный день.

Глава 5

Алиса

Это будет прекрасный день.

Легкие укороченные брючки и приталенный жакет цвета спелой черешни сидят на мне безукоризненно. Стильные лодочки в цвет дополняют образ, вытягивая силуэт. Не хватает только помады – той самой, от которой в таком не восторге сам Биг Босс. Но я хороший работник, я прислушиваюсь к руководству. Поэтому костюм точь-в-точь цвета моего отпечатка рта на его стикере и никакой помады на самих губах. Просто лёгкая отсылка.

Но он поймет.

Кручусь возле зеркала, повторяя ежедневные процедуры по укладке волос – это утомительный процесс, но гладкий глянец каштановой копны стоит этих усилий. Праймер, тональный крем, консилер, бронзер, румяна, пудра. Столько усилий необходимо для "естественного" свежего лица. Но все окупается в свете искусственных ламп офисного гиганта, когда я сверкаю в ряду болезненно-серых лиц. На глаза только подводку. Ресницы, благодаря современным технологиям, смотрятся шикарным веером и без туши.

Хватаю плетеную сумочку от Givenchy, телефон и фальшивую улыбку – образ завершён.

К двенадцати подготавливаю один из учебных классов: цветные маркеры ровной линейкой на столе, свежие листы на флип-чарте, карточки для упражнения. Я готова доказать этому напыщенному индюку, что за красивой оберткой скрывается ценный ресурс.

Руководители каналов приходят точно ко времени, указанном в рассылке, однако сам Биг Босс опаздывает на десять минут. Без него не начинаем, ведь это он жаждет проверить мои навыки, ему нужны доказательства компетенции. Возможно, он занят или забыл о назначенной встрече, несмотря на мое уведомление по почте, но, скорее всего, это просто очередной способ проверить мою стрессоустойчивость. Что ж, очередной просчет МББ. Ведь за это время я успела расположить к себе участников предстоящего действа.