Первый встречный

ДАНИИЛ.

- Позовём этих красоток к себе? – долетает до уха.

- Потянешь четверых? – кидаю взгляд на соседний чилаут, где увлечённо болтает компашка моделей.

- Обижаешь, Клык! – слюнявит свою блондинистую чёлку Задиров. - Ты мою физиономию видел? Сейчас как миленькие слетятся на сладкое.

- Нельзя быть таким циничным ублюдком, Толян. – усмехаюсь я.

- Да, нельзя. – мелькает фальшивая совесть в глазах. - Но кто остановит? – коварно подмигнув, переключает весь интерес на молоденьких цыпочек, что ещё в неведении в какой винегрет они вляпались. Толя на утро их имена даже и не подумает вспомнить, а вот им придётся ещё долго горевать по голубоглазому демону.

У него это всегда срабатывает на раз-два. Он ещё в школе такое проделывал. Все девки у ног лежали, а сам перешагивал и искал себе новую добычу. Этот спортивный похотливый азарт, чтоб его.

Я подстилками в отличие от друга брезгую. Верю, что расслабляют они за ночь неслабо, но до моей планки им не достать. Я предпочитаю барышень с большими преимуществами, чем однодневки с «продавленным сиденьем».

Не скажу, что я неотразим, как Задиров, но цепляю дам не меньше его. Вновь убеждаюсь в этом, когда красотки, выслушав его разученную пикаперскую хрень, как по щелчку, в унисон, поворачивают головы в мою сторону. Салютую бокалом привет, сипловато смеюсь. Малышки ведутся, переглядываются и почти единогласно принимают решение присоединиться ко мне и Задирову. Одна только скуксилась. Пока подружки ровным строем перебираются в нашу зону, четвёртая пытается жестами достучаться до их мозгов.

Бесполезно, детка. Они другим местом думают. Судя по тому, как они дружно пялятся на зад Толяна, сучки жаждут развлечений и не прочь замутить всей компанией сразу.

- А вот и Даниил! – восклицает он, подводя их к моему столику. - Видите, как он скучает?

Дебил. Знает же, что ни одну не возьму. Меня в фокус брать не надо. Я пришёл чисто побухать и расслабиться после рабочего дня.

Вблизи модели совсем не модели, но на четвёрочку потянут. Штукатурки много, возраст себе прибавили. Безликие тела.

- Какие конфетки, да? – долетел счастливый шёпот друга. Не разделяю восторга, но ради приличия всё же на секунду отключил скучающий вид и кивнул каждой в знак приветствия. Пока прелестницы рассаживались рядом с нами на диванчике, зазывно закидывая ногу на ногу, я бросил взгляд на последнюю. Ту, что не хотела сюда приходить. Но пришла. Застыла, размышляя над своими дальнейшими действиями.

Почему-то возникло желание крикнуть ей, чтобы не ломалась и подошла поближе, припала охота разглядеть её также, как и предыдущих. Мешал пересвет зеркального шара с танцпола, что доходил до прохода в чилаут. Пока Толян соблюдает этикет и узнаёт имена наших гостий, я на кой-то хрен привстаю и делаю пару шагов навстречу незнакомке, что мнётся и тянет время.

Стоит мне только осознать, что именно я вижу при ближайшем рассмотрении, как моя ширинка моментально напрягается до предела.

На миг в голове всё путается и я, теряя связь с реальностью, залипаю на девушке, как тигр на мясо. Накрывает такое животное притяжение, что ещё немного и по моему подбородку потечёт слюна. Малышка смотрит мне прямо в лицо и притихает как воробей, только холку настороженно вздыбливает. Такую днём с огнём не сыщешь. Ноги от ушей, волосы густые, талия завидная, грудь стоячая. И глаза. Блядь, какие глаза. Там неземные цвета. Резко захотелось примотать её скотчем к кровати и трахать до потери пульса. И чтоб смотрела на меня этими самыми глазами, когда кончает. Опускаю взгляд на губы. А это что?? Что за охуительная родинка? Прямо над контуром губ красуется притягательная точка, так и тянет лизнуть языком. Клинит не по-детски. Мгновенная реакция ниже пояса.

- Трусишь? – пересыхает в горле, дыхание становится сдавленным и тяжёлым.

- Нет. – глухо отзывается маленькая. Она и впрямь девчонка ещё. Сколько ей? Девятнадцать? Двадцать? По сравнению со своими раскрашенными подругами, она и не пыталась размазать свой возраст. Настоящая вся. Косметики по минимуму. Сиськи не выпячивает, флиртовать не пытается. Я не в её вкусе? Или просто похрену на всех мужиков?

- Тогда пошли. – протягиваю ей руку в приглашающем жесте.

- Я не хочу с вами знакомиться. – решительно и наотрез.

А пташка с характером.

- Договорились. Без имён. – снижаю градус общения улыбкой. Отчего-то не хочется давить. Она и так на грани, чтобы развернуться и уйти. А я, должен признаться, загорелся не на шутку. Давно не испытывал такого пыла. Что-то новенькое.

Поправив свои светлые волосы, малышка обходит меня боком и движется целенаправленно к подругам.

- Где ты ходишь? Тут такие мальчики! – поёт соловьём одна из них. Показная улыбка сразу, лисий прищур. Женская дружба, она такая.

- Мы не для этого здесь. – хмурится воробушек, выбирая самое дальнее место от меня. Кривовато ухмыляюсь.

- А для чего? – искреннее общее недоумение.

Они-то трахаться пришли, а ты для чего?

- У нас девичник. – занудно напоминает пташка, за что получает затыкающие взгляды.

- Просто так или есть повод? – вклинивается Толян, одаривая всех своей фирменной улыбкой.

Не лезу. Не любитель трепаться. Отдаю всё во власть Задирова. Хватает того, что я во время разговора мило улыбаюсь и не задаю личных вопросов. Считай, веду себя вежливо. А могу и послать.

- Готовимся ко второму курсу!! Новый учебный год! – вдруг заголосили хором девицы и у меня от неожиданности дёрнулся кадык. Аккурат в тот момент, когда я делал глоток коньяка. Справившись с першением в горле, хмыкнул, когда столкнулся с раздражением заинтересовавшей меня студентки.

- Так что же мы сидим, красавицы? Надо срочно отпраздновать! – засиял Толька, подзывая официантку. – Всем шампанского! Девочки, не стесняемся! Пьём за хорошие оценки!!

А те и рады. Причмокивают уже. Друган аж рядом нервно заёрзал. Понимаю. Невтерпёж. Осталось каких-то полчаса и они по очереди будут обсасывать ему член.

Смотрю напрямую на пташку. Ей не нравится происходящее, кидает на меня злые взгляды. А я-то что? Я пока себя хорошо веду, не нагнетаю.

- Я не пью. – выставляет ладонь, когда ей предлагают шипучий напиток.

- Прекрати уже! – фыркает рядом с ней брюнетка. – Ты сама хотела забыться сегодня! Вот! – пододвигает к ней бокал. – Хоть раз попробуй вырубить контроль и оторваться на полную катушку!

- Конечно! – поддакивает Задиров, не желая упускать четвёртую жертву на ночь. - Мы угощаем!

Красноречиво даю ему понять, что с этой малышкой ему ничего не светит. Пусть не старается. Придурок на это лишь растягивает губы в усмешке.

- Она просто не умеет пить! – сдают с потрохами гордого воробышка. А ту так и тянет всех послать на три по три.

- Нет-нет-нет! Так не пойдёт! – деланно ругается Толя. – Праздник есть праздник! Все заодно! Делаем первый глоток! Говорите, за что пьём?

Девушки поднимают бокалы, всучивают один подруге, грозно на неё смотрят, а потом со смехом наперебой произносят:

- Чтобы было легко учиться! Чтобы учёба начиналась со второй пары! За добрых преподавателей! За то, чтобы не было сраных домашних заданий! За то, чтобы на нашем потоке появились симпатичные парни!

Ну и бред. Они реально этим живут?

- Так-так, девочки! Я не успел сосчитать! Сколько было желаний? – пялит на них глаза Задиров.

- Много желаний… - томно протягивает брюнетка. – Давайте сразу до дна! – ехидно оглядывает подружек. Секунда, две, и все разом опрокидывают в себя бокалы. Залпом. Шампанское. Естественно, морщиться и кашлять начинает только пташка. Сочувствую. Кому-то с непривычки сегодня будет хреново.

- А коктейли будут? – хлопает глазками рыжая.

- Естественно! – приходит в состояние возбуждения друг, уже заливается сенбернарскими слюнями.

Ох и отрабатывать вы сегодня будете, дамы. Толян не слезет с вас, пока не выжмет всю жидкость обратно.

Пока остальные весело распивают спиртное, я незаметно пересаживаюсь к красотке, с которой долго не свожу глаз.

- Как насчёт того, чтобы отсоединиться от компании и побыть вдвоём?

Эффект получился неожиданным. Думал, что пошлёт, а она моргнула несколько раз, а потом удивлённо уточнила:

- Вы и я?

Вы? Мне тридцать два.

- Ты и я. – поправляю с нажимом и едва ощутимо касаюсь её голой коленки.

Ей действительно нельзя пить. Слишком долго догоняет. Сколько она уже вылакала?

- Я не…

- А у меня идея! – хлопает в ладони Толька. – Давайте продолжим в более уютном месте! Предлагаю устроить маленькую вечеринку у меня дома!

Сучки вскакивают со своих мест и шумно обсуждают стремительное развитие событий. Поразительно, какое скопление мелких шлюшек. Отполируют они Задирова, как пить дать.

Пока всё это сестринство продвигается к выходу, замечаю полную растерянность в глазах пташки. Бедняга. Бросили одну. В лапах такого зверя, как я. Даже не обернулись.

- Дань? – спрашивает Толька.

- Я пас. – машу ему рукой.

- А она? – про заторможенную малышку.

- Со мной. – вопрос закрыт.

- Удачи, Клык! – и ржёт сука, угорает, как слабоумный.

- Тебе она больше понадобится. – бумерангом ему в лоб, молись, чтобы член не отгрызли. – Вали. – возвращаюсь к своей светлой птичке, не мешкая, провожу большим пальцем по её пухлым губкам, задеваю родинку.

- Я хочу… - прерывисто вздыхает. - …домой.

- Не хочешь. – вижу по отклику её тела. Грудь высоко вздымается, коленки сводит, бёдра сжимает. Жду-не дождусь, когда разожму ей эти ножки и заставлю стонать, пока не сорвётся голос. Все её реакции соберу. Растяну так, что впадёт в беспамятство. Только бы самому в ней не сдохнуть. Меня уже дожимает, хотя я даже не вошёл. Девочка просто демонически сексуальна.

Поддеваю пальцами край платья, тяну к аппетитным ляжкам.

- Нет… я… - сбивчиво шепчет девушка, кусая губы. К щекам приливает кровь. – Я поеду домой. Вызову такси. – и действительно тянется к сумочке, быстро копошится, выуживает оттуда смартфон, порывисто кликает запрос такси, поднимает на меня затуманенный взгляд. – Я так не могу. – припечатывает на удивление твёрдо. – Я пойду. Извини.

Отодвинув мою руку, поднимается, поправляет платье и вихляющей походкой бредёт к выходу.

С лёгкостью могу заставить пойти со мной. Пару раз помычит и сдастся, как миленькая. Но мудаком с ней быть не хочется. Отказала, значит, отказала. Сижу ровно, сражаюсь с внутренним протестом, не отпускаю взглядом до самого танцпола, а потом замечаю, как два урода переглядываются и топают за ней. Вздыхаю. Иду следом. Нагоняю их быстро. В коридоре приглушённый свет, лица не рассматриваю, просто на автомате бью в центр рожи сначала первому, потом второму. На их завывания оборачивается пташка, пробегает по ним глазами, потом широко их раскрывает и столбенеет. Дошло.

- Сдёрнули отсюда. – басую им. Чмошники линяют быстро, видимо, оценили степень моего похуизма. Я ж и убить могу, не моргнув глазом. Злить меня не надо, я быкую, потом ломаю. Раскаиваться не умею.

- Они...? – дрожит голос малышки.

- Да. – пожимаю плечами, подхожу ближе. – Глупая ты совсем.

- Я не глупая! – смотрит горящими глазами.

О, сколько эмоций разлетелось. От зажатости не осталось и следа.

- Если не глупая, то больше не суйся в ночные клубы. Тебе здесь не место. – обвожу пальцем родинку над губой, она никак мне не даёт покоя. – Пропадёшь, красивая, никто не поможет... – проглатываю окончание и наклоняюсь ближе. Секунда, зрительная сцепка и я прижимаюсь ртом к её сладким губам. Перемешиваем дыхание. Она не отталкивает, наоборот, притягивает за шею, задевает ноготками кожу. По позвоночнику стрела из мурашек. Чувствую влажный кончик её языка. Дурею. Облизываю своим её ровные зубы. Прижимаюсь затвердевшим членом к её животу, стягиваю волосы у неё на затылке, слух тут же вбирает сдавленный стон. Выкруживая у неё во рту языком, нахожу ладонью грудь, сдавливаю сквозь ткань бюстгальтера. Член болезненно дёргается, не могу, как хочу засадить. По кровотоку бежит горючее, выжигает рецепторы. Спину осыпает жаром. В это мгновение я отбрасываю всё назад, поглощён только химией между нами. В лёгких заканчивается воздух, но я не экономлю, отдаю себя до сухого остатка. Упиваюсь вкусом женских губ и податливым трепетом. От девушки исходит пьянящий запах. Он заполняет меня целиком. Забываюсь в эйфории.

Не глядя, продвигаю нас обоих к дверям, ведущим на улицу. Маленькая спотыкается, я подкидываю её на руки, сажаю себе на живот, держу руками круглую попку. Прощупываю сексуальную мягкость, интимно массирую пальцами. Задница зачётная, аккурат под мои ладони. Чётко ощущаю, как дрожат упругие ножки, пока я спускаю малышку себе на пах. Член как шпага, яйца звенят от напряжения. Хочу вонзить прямым концом, агрессивно втолкнуть, чтобы разбиться и не встать.

Неожиданно в её сумке вибрирует телефон и всё её тело каменеет.

Что такое?

- Нет… - брыкается. - Стоп. Не надо!

В висках грохочет пульс. Сознание рассыпается на мелкие чёрные точки. Я не в себе. Я всё ещё там – в ней. В девчонке, что вывернула меня наизнанку за один поцелуй. Сердце бухает в затылке, словно я ударился головой. В чём дело? Почему остановились?

Девушка спрыгивает с моих рук с такой скоростью, что я не сразу врубаюсь что происходит. Пятится спиной, разрывает зрительный контакт и вылетает за дверь, прямиком на улицу.

На автомате ловлю за локоть:

- Тебе же понравилось.

Вон, всю колотит от недотраха. Мне ли не знать, как выглядит баба, желающая кончить.

- Понравилось. – не отрицает, дышит через раз, густо краснеет. – Но я не могу. – мотает головой и неуклюже бежит к подъехавшему такси.

- Почему? – хотелось бы услышать.

- У меня есть муж! – с размаху летит в меня правда и девчонка запрыгивает в машину, которая через мгновение быстро уезжает.

Глава 2

КСЕНИЯ.

Настроение поганое. Голова болит. Ноги не держат. Сразу миллион вопросов атакует сознание. Основной из них:

Зачем. Я. Это. Сделала?

Ответов ноль. Липкий стыд закрался в душу. Надо же… Обжималась с первым встречным. Чуть не отдалась!

Эта ночь вообще не вписывается в образ моей жизни. Не в моих чертах пускать всё на самотёк. Вон, во что вытекло.

Захожу в ванную, встаю перед зеркалом, устало протираю лицо руками и медленно оцениваю результат ночной вылазки.

Пунцовые щёки, лихорадочный блеск в глазах, искусанные губы и...

Какой кошмар! Ниже подбородка красуется фиолетовый засос!! Мать моя женщина! Что с этим делать? У меня никогда такого не было. Замазывать? Может, пластырь наклеить? Или разодрать ногтями, сказать, что споткнулась, проехалась челюстью об асфальт? Боже! Какой срам!

Вот-вот должен вернуться муж с рыбалки, а у меня ярким пятном на лбу горит «шалава». И я до сих пор отчётливо помню вкус коньяка с языка брюнета. Чужого мужика.

Да что ж такое! Он теперь то и дело возникает перед глазами. Засел в голове, проник в мозг, между ног полыхает.

Взрослый, крепкий, уверенный, опытный и очень… сексуальный. От одного только голоса мурашки по телу. От первого же взгляда воском расплавилась. От дыхания на шее, горячих твёрдых ладоней на моей груди…

Так, всё, сумасшествие какое-то! На пять минут решилась отпустить контроль и вот, что вышло. Перепила, изменила мужу, пустилась почти во все тяжкие. Хотела испытать ощущение полёта? На, получи, распишись. Ударной дозой. Смыло всё самовоспитание. А если бы такси вовремя не приехало? Хорошая девочка Ксюша проснулась бы распутной женщиной Ксенией и умерла бы смертью грешницы.

А во всём этот мужчина виноват. Змей.

В мыслях снова унеслась в его жгучие объятия.

А как он пахнет... Дурманяще, парализующе. Улётный кайф. Полное разоружение. А ведь пыталась держаться подальше и не дышать. Сразу же почувствовала свою слабость, стоило сделать малюсенький вдох рядом с ним. По венам растеклась ненасытная жажда – вдыхать-вдыхать-вдыхать. От кальяна так не ведёт, как от этого красавца. Он подобен мощному магниту, что невидимой силой притягивает к себе. А я всего лишь маленькая железная деталька. Куда мне против него? Все усилия устоять выглядели такими жалкими и напрасными. Не получилось в уголке отсидеться, попалась в ловушку чар. Нужно срочно от них избавляться. Хотя бы сейчас, без его присутствия. Плюнуть и растереть.

Боже! Повезло, что хоть в своей койке проснулась.

Лезу под душ. Выливаю на себя чуть ли не весь баллон геля, будто это сотрёт позор и совесть моя очистится. Естественно, ничего не выходит. Прикосновения брюнета въелись в кожу, чёрными нитями перетянуло нервную систему. Разум пуще прежнего бомбят воспоминания. Отрывки, вспышки, импульсы. Это проклятие какое-то! Я никак не могу избавиться от возбуждения. Тугой узел внизу живота сводит с ума. От одной мысли, какое бы меня могло ждать продолжение с ним… рука сама опускается ниже пупка, движется по треугольнику волос и находит то, что требует ласки. Нажимаю кончиком пальца на набухший бугорок и блаженно мычу. О да! Мне просто необходимо снять напряжение. Как же это всё необычно. Секс с мужем меня так не возбуждает, как мимолётный поцелуй с незнакомцем. Я и раньше ловила себя на том, что с Вовой у нас пресно и я в постели испытываю только… ничего. А сейчас ещё больше убеждаюсь, что мы друг другу вообще не подходим и наш брак большая ошибка. Зачем я тогда послушала папу? Вовка был мне другом, но никак не мужчиной, от которого кружилась земля под ногами.

Целый год я пыталась привыкнуть к тому, что мы друг к другу не испытываем влечения. Вовка раньше тоже пытался создать это искусственно, потом махнул рукой и теперь секс между нами больше напоминает механическое трение, чем страсть, нежность и удовольствие. Нет химии и вряд ли уже будет. Нас поженили без любви. Откуда ей взяться?

Шлёпаю босыми ногами в спальню. Сбрасываю полотенце и пристально вглядываюсь в своё обнажённое тело. Красивая ли я? Трудно сказать. Муж головы не повернёт, если сяду напротив голая и раздвину ноги. А первый встречный готов был сожрать и хотел меня всю. Как самец хочет самку. Как мужчина хочет женщину. Развратно, порочно. И я почти узнала каково это. Быть желанной.

Может, стоило продолжить? Раз начала… поцелуй – уже измена, так и так. Зато, наконец, была бы удовлетворена и оттрахана, как следует. И не ходила бы подобием и бледной копией жены.

ТАК. СТОП.

О чём я вообще думаю!?

Я замужем. У меня есть замечательный муж, который заботится обо мне и уважает. Чего я прицепилась к этому сексу? Вон, в интернете женщины пишут, что так живёт каждая вторая. И ничего, живы, здоровы. Правда, злые как собаки. Но со временем уже и не замечаешь этого. Я просто ещё только в начале пути. Надо, в конце концов, купить уже этот проклятый вибратор и не маяться, что внизу живота беспощадно горит и хочется утрахаться вусмерть.

Всё. Забываю всё ненужное и продолжаю терпеть.

То есть, жить.

Быстро привожу себя в порядок, скоро приедет Вовка со своей вонючей рыбой.

Подбираю образ. Платье, туфли, плащ, заматываю шею шёлковым шарфиком. Хоть бы муженёк не приглядывался и ничего не заподозрил.

Слышу шум открывающегося замка и я моментально впадаю в панику. Хоть бы голос не выдал и я не начала позорно хрипеть. Вина в груди увеличивается в размерах, густеет тревожной грозой.

Как я теперь Вовке в глаза буду смотреть?

Понятное дело, что я ничего ему не расскажу и он никогда об этом не узнает. Выворачивать себя из-за одной ошибки я не буду. С тем брюнетом я больше никогда не встречусь. Попереживаю какое-то время, потом забудется, успокоюсь.

Всё. Вдох-выдох.

- Привет. – встречаю мужа улыбкой. Сгрузив с себя рыбацкое снаряжение, он протягивает пакет с уловом и встречается со мной взглядом:

- Заболела?

Я, конечно, подозревала, что у меня помятый вид, но не настолько. Так-то я уже успела почистить пёрышки и изобразить олимпийское спокойствие. Видимо, актриса из меня никудышная. Разруха в глазах всё выдаёт.

- Не выспалась. – отвлекаю от своего вида быстрым поцелуем. Вова клюёт, теряя интерес к моему состоянию, а я незаметно морщусь и отодвигаюсь. Запах рыбы вперемешку с алкоголем. Тянет блевать, но я снова стойко выдерживаю и отворачиваюсь. Муж как обычно не замечает и проходит мимо меня в спальню, сбрасывая на ходу грязную одежду. Дёргается глаз, так и хочется гавкнуть, чтобы перестал так делать, но я молчу. Нет сил на скандалы. Убирать за ним я точно не стану. Вот придёт его мамочка, без стука и приглашения, пусть и подтирает ему попу. Все довольны, включая меня. Уже свыклась, что свекровь ни дня не может прожить без своего сыночка. Как же? Он такой несчастный, я ведь ему ноги не облизываю, а должна. Обязанность жены, как-никак. Для чего ещё я на этот свет появилась?

Погасив в себе раздражение, кричу Вовке, что я ухожу. В ответ тишина, только звук включающегося компьютера.

Окей. И на том спасибо.

Минутка смеха. Муж замечает, что я ушла только через двадцать три минуты.

«- А ты где? - прилетает от него смска.

- Надо ещё кое-что прикупить к учёбе, похожу по магазинам.

- На чьи деньги?

- На свои. Из шкатулки взяла.

- Ладно.»

И всё.

Ни «Когда придёшь?», ни «Буду ждать». Ни-че-го. Слово «соскучился» только во сне снится. Уже и нечасто, кстати. Подзабила на это дело. Пользы от глупых мечт всё равно никакой.

Весь оставшийся день я провожу неторопливо. Домой не тянет. Мотаюсь по торговому центру, нахожу то, что нужно, а потом не выдерживаю и покупаю туалетную воду по акции. Следом красивую сумку, куда поместится много вещей. И под конец корю себя ещё и за юбку, которую не представляю с чем носить, но в ней мои ноги выглядят намного длиннее.

Транжира.

Такси к дому довозит так быстро, что я расстраиваюсь – ни черта не отдохнула. В лифте не сразу нажимаю на кнопку. Уже выходя на нашем этаже, чувствую запах жареной картошки. Наша мамочка пожаловала. Вечер обещает быть насыщенным.

Разувшись в коридоре, глубоко вздыхаю и на цыпочках пытаюсь прошмыгнуть в спальню.

Ага. 30 раз.

- Где была? – вырастает из-под земли свекровушка. Маленькая, толстенькая, злая женщина. С кухонной тряпкой в руках. В глазах плещется расправа. Кровушки моей попьёт от души.

Если она у неё есть.

- По делам ездила. – до боли растягиваю губы, надо улыбаться, а то неуважение.

- Знаю я твои дела! – выплёвывает со злостью. – Хоть бы платье спрятала, бесстыжая!! Специально свой шлюховской наряд на видное место бросила?

Если что, я его в корзину с грязным бельём закинула. Даже больше – закопала в самый низ. Но мы же любим чужие трусы перебирать, чего б и не найти что-то новенькое, да?

- Ольга Борисовна. – с губ слетает как ругательство. – Поменьше трогайте чужие вещи и не будете так нервничать.

Бесплатный совет, искренне хочу помочь.

- Ты мне тут не указывай! – брызжет слюной. - Я у себя дома и буду делать всё, что захочу!

Для справки: она и впрямь считает эту квартиру своей собственностью, а всё потому, что, когда мы с Вовой поженились и решили взять ипотеку (чтобы не жить с родителями, ага), его мать и отец добавили денег на первоначальный взнос на двести тысяч больше, чем мои.

С тех пор мой дом – её дом. И хоть тресни.

С ней пробовали разговаривать, объяснять, вдалбливать в голову, что эта квартира принадлежит нам с Вовой и мы исправно за неё платим, а долг со временем и тем, и другим родителям вернём. Но. Увы и ах. Не канает. Хозяйка она и пофигу на остальных. Шастает к нам чуть ли не каждый день, проверяет ребёночка и следит за имуществом. Вдруг я что-то из этого испорчу?

- Извините, я очень устала. – вежливо, как могу, отмахиваюсь и направляюсь в комнату с диким намерением сию же секунду запереться и, если кто-то с этим не согласен, стрелять на поражение.

- А шарф зачем напялила? На улице теплынь-тепло! – вдогонку с подозрением.

Сглатываю, с ужасом понимая, что у меня против воли напрягается спина и сбивается шаг.

- Для красоты. – бросаю через плечо.

У этой гадины намётанный глаз. Не проведёшь.

- Снимай. И за стол. – отдаёт приказ.

- Не голодна. И очень устала. – душу нарастающее раздражение. – Сына своего покормите и когда будете уходить, закройте, пожалуйста, дверь на верхний ключ.

В ответ я предпочитаю не вслушиваться, захожу в спальню и обнаруживаю там Вовку, сидящего в наушниках и играющего в свои дебильные стрелялки. Выкинуть бы этот компьютер в окно… и Вовку толкнуть следом.

Трогаю мужа за плечо:

- Иди свою маму проводи, она и так весь день убирается и готовит. Ей пора отдохнуть, как думаешь?

- Да, конечно. – охотно соглашается парень, прям всерьёз задумывается о здоровье своей матери. – Я просто отвлёкся ненадолго. – кивает на комп.