Будущая вдова генерала?

Великое мастерство репортёра. Пять фотографий, и каждая достойна занять свое место на обложке журнала. Все вместе сценами счастья они рассказывают историю, целый роман, рождают волну в душе, дают обещание.

Даже корсет подвенечного платья и тот не стесняет. Лицо теряет способность сохранять маску начинающей светской львицы. Плотнее подпираю шваброй дверную ручку туалетной кабинки. Мы здесь вдвоем. Роскошь особняка позволила сделать кабинку туалета просторной для маневров. Нога обретает опору на кондиционере. Так проще раскрыть небольшой портфель, достать нужное, спасибо моей всегдашней предусмотрительности, захватила с собой, сберегла, в нарушение всех протоколов.

- Вот тут поставьте свой росчерк и ещё вот здесь. Вместе с паспортными данными. Вы сами снимали?

- Я? Что? Да, конечно. Тайком. Он бы не согласился. Ну, кроме самого последнего кадра.

- Великолепные снимки. Вы знаете, Ира, я потом возьму вас на службу. Если захотите, конечно. А пока, все что могу предложить – сто пятьдесят тысяч. По тридцать за кадр. Поверьте, они вам понадобятся. И я бы на вашем месте бежала дальше, чем вижу. Прямо отсюда. Не говоря никому ни слова.

- Я, правда, не знала. И мне ужасно стыдно, что все так сложилось. Тем более, когда зашло так далеко и у меня, и у вас. Простите. Вы удивительная, даже не плачете, а ведь это ваш…

- Мой кто? Любовник? Суженый-ряженый? Отец толпы моих будущих малышей? Последний вагон уходящего поезда, в который нужно непременно запрыгнуть? Уймитесь, мне только тридцать пять.

- Ваш жених. Это платье, гости, отель. Столько денег потрачено.

- Минимизация потерь. Удачная сделка. Вы вовремя меня известили. Билеты я сдам. Или он пусть сдает. Расписались? Умница. Вас подсадить в окно?

- Что, простите?

- Лично я планирую слинять с несостоявшихся похорон своей свободы через эту оконную раму. Думаю, застрять не должна. А вы?

- А я через дверь, наверное.

- Ну, тогда подадите мне шлейф. Будет обидно, если я макну его в унитаз, согласны?

- Наверное.

- И мой вам совет. Сколько вам, кстати, лет? Девятнадцать?

- Двадцать один.

- Так вот, Ира, бегите из города. А ещё лучше, из страны. Веланд – та ещё мстительная сволочь, пусть поостынет с полгодика. Вы чудовищным образом сорвали ему крайне выгодную сделку в моем лице. Не советую продолжать отношения, можете пожалеть по-крупному.

- Вы угрожаете мне?

- Человеку, который удерживает от потопления шлейф моего платья? Я так похожа на дуру? Хотя, повод сомневаться в моей разумности у вас, безусловно, есть. Нет, я не угрожаю, просто даю совет. Бесплатный, заметьте. Думаю, мы с вами будем сотрудничать.

- Спасибо.

- Всего доброго, Ирочка. Берегите себя!

Вот же дура! И я и она. Две дуры. Надо успеть сбежать и никому особо важному не попасться пред грозны очи. Ещё повезло, что платье я себе выбрала винного цвета, не так заметна в толпе незнакомых мне напыщенных лиц. Ну как, выбрала? Новоиспеченный муж настоял. Видите ли, согласно устоям их допотопной семейки, берущей свое начало в глубинах веков, вдова имеет право выходить замуж в платье любого цвета, только не в белом. Невинности нет, и символа нет. Вот я и выбрала со зла винного цвета платье, чтоб наверняка оценили масштаб моего грехопадения. Всей своей благовоспитанной семейкой! Я – дважды вдова. Карма такая, наверное. Или какое-то проклятие затесалось в роду. Вдох-выдох. Тут уже можно так не бежать, лучше, наоборот, приобрести благопристойный вид, подобающий месту и действию. Задние дворы ресторанчика пройдены, впереди небольшое озаренное фонарями пятно подъездной дорожки, а там уже и парковка. Заправила выбившуюся из прически рыжую прядку за ушко, отряхнула, как смогла, подол платья. Дыхание бы перевести, да никак не выходит.

- Эльжбеточка! Куда ты так бежишь?

Ненавижу свое полное имя! Элли куда короче и проще, но мама считает иначе. Она же его выбирала, и муж – тоже ее идея, плохая, как оказалось. Но ей пока об этом лучше не знать – загрызет и костей не оставит.

- Мамочка, моя дорогая! Вы тут? А я как раз спешила к машине, убрать, согласно вашему настойчивому совету, портфель.

- Лучше уж поздно, чем никогда.

- Безусловно, вы правы, мама.

- Обращайся ко мне по имени, Жозефа, сколько раз можно напоминать. Не смей называть меня мамой! Твой отец ужасно тебя воспитал! Был бы он жив, я бы…!

- Мой отец погиб два года назад, поэтому наш спор неуместен. Позвольте, я все же пройду.

- И поскорей возвращайся. Гости заждались возможности запечатлеть сей счастливейший момент твоей жизни!

- Безусловно, сделаю все что смогу.

Знала бы она, какая завтра разорвется бомба! Спасибо девчонке, подкинула мне восхитительные кадры, и качество, надо заметить, на высоте. Морда лица Веланда, непременно покроется алыми пятнами, а подбородок будет ходить ходуном! Условия договора с матерью я выполнила до конца. Измена является достаточно веской причиной для расторжения брака. А браку-то всего пять часов. Только один раз публично поцеловались. Всех остальных поцелуев, запланированных устроителем празднества, - тамадой, - мне удалось благополучно избежать. Спасибо Ирочке, надеюсь, он ее не убьет! Никаких денег не жалко. Тридцать тысяч за снимок – это по-божески. Моя статья с этими снимками станет бомбой, и стоить будет немеряно! А главное, я заполучила свободу и коллекцию статуэток отца. Вывезенные из Африки слоники из слоновой кости всех возможных оттенков с инкрустацией золотом лежат в простеньком сундучке на заднем сидении моего джипа. Слонов продам сразу, мне они не нужны даже как память. Мать, правда, считает иначе. Но отец брал их в руки всего несколько раз от силы. А вот сундучок ценен. Точнее, то, что он скрывает в себе. И никто ничего не нашел, я проверяла.

Восторженный вопль представителя диких племен так и рвется наружу! Как легко я отделалась, а? Считай, лёгким испугом! И по дурацкому договору не придется платить никакой неустойки. Факт измены налицо и не только лицо. Как девчонке удалось все снять в мельчайших подробностях, да с такого ракурса с собой в главной почти роли – ума не приложу. Талант. Нет, талантище.

А джип-то мой где? Зелёненький такой был. Гадство! Уволокли, украли мою прелесть! Распилят на запчасти за ближайшим углом! А я даже слоников перепрятать не успела вместе с их ларцом. Вспомнила! Я же джип бросила в гараже. Ух. А взяла затрапезную машину старшего менеджера нашего издания. Вот идиотка! Чуть дурно не стало. Вон она, красненькая. Ручная коробка передач, четыре колеса, ездит, тормоза почти исправны. Что ещё нужно знать о машине? Ровным счётом ничего. Главное, чтоб ездила, тормозила, пусть и не сразу, и документы все были на месте. Уф! Ключ повернулся в замке далеко не с первого раза, дверца открылась немного не до конца. Хорошо бы с поста охраны эту мою попытку влезть в собственную машину никто не заметил, а то примут за оригинального вора. Красное платье со шлейфом, прическа как новое слово кондитерского искусства. Торт из волос: три коржа с наклоном налево, блёстки и заколки вместо пропитки и крема. Состригу все к чертям! Лихо протиснулась в щель, перекинула излишки платья через левую руку, чтоб не сползали под ноги, и тронулась в путь. Осталась самая малость, решить, куда я всё-таки еду. А не все ли равно? Ноутбук-то со мной! Статьи можно писать хоть под пальмой, хоть в пивной, был бы только интернет. Домой возвращаться нельзя, новоиспеченный муж в гневе может быть страшен. Ещё бы, потерять столько активов и доброе имя в моем лице. Принцесса Куор, разрешите представиться. Младшая ветвь, да-да, того самого рода баронов. Интересно, сколько денег мать отдала в архивах, чтоб построить столь нелепое генеалогическое древо?

И куда я сегодня? В городе остаться или уехать куда? Может, устроить себе свадебное путешествие на одно лицо? А почему, собственно, нет, когда - да? Въехала в темный переулочек, спряталась за помойкой, чтоб уж наверняка. И с первого раза дозвонилась до туристической фирмы. Тур на двоих молодоженов после лёгкого намека на грядущий скандал удалось обменять на вполне сносный билет и гостиницу на Алтай. Почему нет? Красиво, загадочно и никто меня там не найдет. До самолёта десять часов. Успею поспать, поесть и накропать уничижительную статейку. Сестрица ответила после шестого звонка. Рай всех влюбленных студентов, квартирка, доставшаяся нам в наследство от бабушки, стоит совершенно пустая. Повезло. Доехать бы ещё, не попав в пробку.

Глава 1

Мужчина на капоте появился из ниоткуда. Так просто не может быть. Его же не было, а теперь по капоту стекает алыми каплями кровь. В сумраке они видятся черными, глянцевыми, похожими на смолу. Оторопело смотрю через лобовое стекло на распятого передо мной мужика. Богато одет, сразу видно не бомж, не подстава. Волосы эти белые, длинные, почти седые. И главное, я же почти сразу успела нажать на тормоза. И ехала по проулочку всего двадцать километров в час, ну, может, тридцать. Боялась, что выскочит какой-нибудь ребенок или пьянчуга, а я не успею отреагировать. Ещё и машина эта дурацкая, дороги совсем не видно и коробка передач - механика, отвыкла за десять-то лет от такого подарка, взгляну на рычаг, отвлекусь от дороги. Что делать-то? Надо, наверное, выйти из машины, оказать первую помощь, - знала бы я ещё, как это делается,- вызвать ГИБДД и скорую. Вроде шевелится.

Вот почему!? Почему каждый раз, когда я начинаю искренне радоваться, случается какая-нибудь несусветная пакость?! От злости ударила ладонями по рулю, отчего легче естественно никому не стало, только мужчина немного дернулся, стали видны золотые кольца на его сильно сжатой в кулак руке. Больно так, что ли? А я тут ещё истерики устраиваю, дрянь. А вообще это он виноват, нечего было кидаться мне на машину. Может, он суицидник? Из окна выпал? Тогда есть шанс отделаться лёгким испугом. Хотя, кому я вру? Тут домов вблизи нет. Только если с тополя он свалился - в аккурат нависает тот кроной над проезжей частью. Спилили бы хоть, что ли, пока сам не упал. Ладно, надо взять себя в руки и начать действовать. А там, посмотрим, каким боком жизнь повернется, хорошо бы ещё, не спиной. Мне вообще удирать из города надо, пока Велан ничего не пронюхал и не забеспокоился, куда подевалась его новоявленная жена вместе с земельными наделами в африканском захолустье.

А мужик снаружи машины впечатляет. Серебристый пиджак, волосы, аж, до низа спины, ботфорты. Шоумен? Или просто городской сумасшедший?

Вылезла из машины, боязливо потыкала ноготком в плечо. Если не отреагирует, просто вызову скорую и усядусь на лавочке ждать. Что ещё сделаешь? Ан, нет, дернулся.

- Вы живы? - задала я глупый вопрос. Если дёргается и дышит, точно не помер.

- Да. Одну минуту и я освобожу вам дорогу.

- Не торопитесь. Может быть, воды? Хотя, у меня ее нет. Простите. Я не поняла, как вы здесь очутились. Мне казалось, дорога пуста.

- С дерева упал, неудачно устроился на ночлег.

- Я тогда вызову медиков? Или вас лучше отвезти в больницу? Но место аварии покидать нельзя с другой стороны.

- Самое лучшее, что вы можете для меня сделать – предоставить ночлег, я оплачу все расходы. В том числе и расход по ремонту этого экипажа. Во всем случившемся только моя вина и ничья больше.

В голове мысли пронеслись со скоростью поезда. ГИБДД отменяется, а значит, меня сложнее будет найти. Тем более, что доверенность у меня на руках рукописная и могут возникнуть ненужные вопросы или даже проблемы. Тащить незнакомца с собой не самая лучшая из моих идей. А с другой стороны, я, наверное, смогу отбиться, если он решит ограбить? Да и не похож он на вора. Все пальцы в драгоценных камнях и костюм дорогой, хоть и странный. В сумочке голодным зверем заурчал телефон, придав скорость мыслям.

- Садитесь в машину, тут недалеко.

Мужчина, наконец, попытался принять вертикальное положение. Похоже, я не вполне оценила весь масштаб проблемы. Он же огромный. Под два метра ростом, и плечи эти, выправка опять же, как у военного, да и пиджак скорее похож на парадный зеленый мундир из дорогой тонкой ткани, только без эполет.

Длинные пальцы упёрлись в капот, отчего тот чуть отыграл металлом, прогнувшись.

- Одну минуту, голова немного кружится.

- Может, в больницу?

- Не стоит.

- Зачем вы вообще полезли ночевать на дерево?

- Так сложилось. Куда мне лучше сесть?

- Давайте на переднее сиденье, там больше места.

Обежала машину, телефон так и не перестал вибрировать. Точно, Веланд. Быть беде, если он меня тут найдет. Да ещё и не одну. Вот же чудак! У самого рыльце в пуху по самую шею! А меня ревновал. Надеюсь, Ирочка вняла голосу разума в моем лице и уже достаточно далеко. Самой бы убраться отсюда и поскорее! Потянулась, выдвигая сиденье подальше от приборной доски и откидывая спинку назад. Так он наверняка влезет.

- Ваше платье чудесно.

- Благодарю, садитесь. Время уже позднее, а завтра я уезжаю.

- Да, конечно, как скажете.

Уместился, но настолько неловко, что я десять раз прикинула, что можно было сломать о машину. Вроде ноги и руки шевелятся. Сам только подозрительно бледный.

- Поехали, - выдавила я из себя улыбку. Мужчина лишь кивнул мне в ответ. Ни попытки пристегнуть ремень, ничего, просто сидит, выпрямив спину, почти упираясь головой в потолок. За окном мелькают фасады старинных невысоких домов. Самая окраина города, бывшие наделы купцов. Каменные фасады затейливой кладки, у некоторых даже сохранились резные балкончики. Со студенчества тут не была. Свернуть от проспекта налево, тут обогнуть крошечный сквер. Квартира на втором этаже старого здания школы.

Кирпичный первый этаж давно не жилой, а второй, деревянный, с чуть покосившимися старым фасадом смотрит подслеповатыми окнами на магазин. Запарковалась, уткнув машину почти носом в куст сирени.

- Подождите меня здесь, я куплю чего-нибудь на ужин. У вас есть предпочтения?

- Никаких, - кивнул мужчина, словно разрешая мне пройти в магазин. Хотя, по виду и не скажешь, что он всеядный. Наверняка одни выкрутасы в голове. Но деньгами не поделился, считай, омары уплыли. Будешь есть ровно то же, что и я. Картошка фри в заморозке, пакетик грибов оттуда же, пара кусочков копченого мяса, такое же ребрышко. Сегодня у нас будет суп! На всякий случай купила пару недорогих глубоких тарелок, кастрюльку и ложки. Кто знает, кто последний тут ночевал. И раньше-то посуда была на вес золота. Никто не спешил ничего покупать, а доставшаяся в наследство имела нахальное свойство биться по три раза в неделю от усердия молодых и неопытных хозяек-студенток. Подумала, кинула в корзину комплект простого белья и побрела к кассе.

Машина стоит ровно там, где оставила, уже хорошо. Глупость конечно несусветная тащить в дом незнакомца, а с другой стороны, я его сбила, или он упал мне на капот. Не суть важно, главное для меня на сегодня, что обошлось без полиции и прочих значительных неудобств. Именно сегодня они для меня были бы крайне неудобоваримы. У мужа огромные связи и абсолютно невыносимый нрав. Если б не сделка с собственной матерью, я бы никогда не согласилась на подобную авантюру. Но отцовское наследство стоило определенного риска. Содержимое этого ящика куда как ценнее, чем все взятые вместе наделы земли на далёком берегу. Зря Веланд на них польстился. Вся проведенная геологоразведка на них – миф, отец постарался. Но другим об этом знать вовсе необязательно.

- Идёмте, тут недалеко, - открыла я дверцу.

- У вас не найдется салфетки, я замарал рубашку кровью, боюсь, в таком виде не совсем уместно появляться в гостях.

- Я здесь не живу. Эта квартира пустует довольно давно.

- Надеюсь, я не скомпрометирую вас в глазах соседей.

- Идёмте, мне завтра рано вставать. А вы давно прибыли в город? Или вы местный?

- Я прибыл издалека по важным обстоятельствам.

- Иностранец?

- Можно сказать и так. Вам не сложно нести поклажу?

- Пакет почти ничего не весит. Вы так хорошо говорите по-русски, только немного странно.

- Моя прабабушка родом из этих мест. Изучением русского языка вся семья обязана именно ее корням.

- А вы родились в…?

- Араим. Это довольно далеко от этих мест.

- Никогда даже не слышала.

Ключ все на том же нашем старом законном месте, словно бы я вернулась на целую жизнь назад. Горстка пожухших листьев, клок липучей паутины, бумажка, и я коснулась пальцами тайника за дверным косяком. Лежит ненаглядный, ждёт нового гостя. Дверь в квартиру отворилась не с первого раза.

Красавец мужчина смотрится изощрённой насмешкой над скромным уютом небольшой, но безмерно милой квартиры. Обувь он даже и не подумал снять со своих ног, я же в секунду сбросила надоевшие туфли. Задумалась на секунду и четко осознала, что никакого, даже случайного, хамства в своей жизни больше не потерплю ни сегодня, ни когда бы то ни было. Пусть во многих странах и принято ходить дома в уличной обуви, но не здесь, где все пахнет проделками юности и девичьими посиделками. Как можно осквернить грязным каблуком натёртую половицу паркета, всплакнувшую скрипом в ответ на это кощунство.

- Снимите ботинки.

- Зачем? - взлетела изогнутая тонкая бровь.

- Чтобы не пачкать полы, - не рассказывать же ему о том, как безмерно дорога мне эта квартира, помнящая все проделки моей ранней юности, все шалости и мокрые от горьких слез подушки. И как жаль испачканные плашки резного паркета работы старого мастера.

- Разве у вас нет слуг?

- Не завезли. Разувайтесь.

Задумался, но все же согнулся к ботинкам. Лёгкий хрип, сорвавшийся с губ, послужил острым укором. Может быть, он сломал ребра о мою же машину, а я вынуждаю его наклоняться.

- Давайте я помогу.

- Это неудобно. Я сам справлюсь, просто рана чуть разошлась. Не ожидал.

- Вы ранены?

- Все заживёт, это не стоит вашего внимания. Элегантные туфли заняли свое место у стенки. Незнакомец смотрит на меня вопросительно, отчего мне становится неуютно.

- Идёмте на кухню, я сварю грибной суп. Вы любите грибы?

- Если позволите, я бы хотел привести себя в надлежащий вид.

- Да, разумеется.

- Где я могу это сделать?

- Ванная комната за той серой дверью.

А все же зря я его сюда привела. Надо было поступить, как поступают взрослые люди. Отвезти в больницу, покаяться службе ГИБДД во всех тяжких грехах, как то выписанная от руки доверенность на машину и полглотка шампанского, выпитого в честь торжества фиктивного брака. Может, зря я так демонизирую Веланда и свою собственную мать? Ну не убьют же они меня? Хотя, как знать. Единственные наследники несметных, как им кажется, богатств. А человеческая жизнь так хрупка порой и обрывается очень легко. Алмазные копи черного континента – красивая сказка, наспех сооруженная из груды поддельных бумаг моим погибшим отцом. Кто знает, что на самом деле стало причиной его смерти? Неисправность газовой плитки или... Слишком много пробелов в этой истории. Главное, что ящичек у меня. Теперь осталось состряпать статью, прикрепить фотографии и унести ноги. До самолёта впереди целая ночь. Успею.

Глава 2

Элли

Наспех ополоснула новую кастрюлю, набрала в нее побольше воды. Буду варить не суп, а настоящее зелье! Таким не грех отпраздновать освобождение от гименеевых уз. Алюминиевая старая сковорода с деревянной ручкой уютно примостилась с краю плиты. Газ зажёгся с первой спички, спустя столько лет научилась нехитрому мастерству. Краем уха прислушиваюсь к тому, что происходит за тонкой стеной. Вода, похоже, льется и на пол тоже. Надеюсь, она не зальёт первый этаж этого дома. Надо бы предупредить, а кого? Сейчас ломиться уже вроде как неудобно. Зальёт, и черт с ним! Оплачу ремонт. Не хочу сейчас думать. Торжество вредной пищи – скользящий по алюминию большущий кусок сливочного масла. Лук натерла на тёрке. Немного мучений все же стоит вложить в любой суп, чтобы потом гордиться получившимся блюдом. Вспорола пакет и вытряхнула шампиньоны в горячую воду, чтоб уже через минуту достать размороженные, отжать и отправить их к луку. Копчения нарезались мелкой соломкой. Даже красиво. То, что больше всего оттянет момент, когда блюдо будет готово – картофель. Замороженный, из разряда самых дешёвых. Для варки можно использовать только его. От щедрот души бросила в кастрюлю три увесистые горсти, следом отправила скворчащие вкусности со сковороды. По кухоньке поплыл дивный аромат почти готового супа. Осталось пять минут подождать, пока картофель дойдет, и можно считать меня домашней хозяйкой. Ужин-то я приготовила. Споро ополоснула посуду под краном. Из ванной почудился сдавленный писк. Черт! Должно быть, открыв тут холодную воду, я невольно оставила для ванной один кипяток! Надеюсь, мужчина там не сварился!

Вот уж кому, действительно, не повезло столкнуться сегодня со мной! Убавила газ и прокралась на цыпочках к двери ванной, приложилась к ней ухом. Слышна тихая не то брань, не то бормотанье.

- Барышня! Я оказался в крайне затруднительном положении. Позовите кого-нибудь из мужчин, будете так любезны.

- Что случилось?

- Мне стыдно в этом признаться, но я застрял в вашем корыте.

- Застряли?!

- Оно оказалось немного узким для моих плеч.

Идиот! Как его угораздило застрять в сидячей крохотной ванне? Не мог принять душ? Где я найду мужчин, чтобы извлечь эту тушу из чугуна? Прямо представляю звонок сестре.

- Извини, но я оставила после себя некоторые вещи. Так, ничего особенного, новая посуда и ещё голый мужик в ванной. Он там плохо поместился и застрял! Похудеет – вылезет.

- А где ты его взяла? - обязательно спросит сестра.

- Да так, на капоте валялся, после того, как я его сбила машиной!

Нет, такое отвечать, всяко, не вариант.

- Налейте мыла на плечи.

- Боюсь, мне до него не дотянуться. Позовите мажордома.

- Сейчас, только откопаю. Тут, наверняка, завалялась парочка во дворе под сиренью после гражданской войны. По крайней мере, в детстве нас этим пугали. Прикройтесь, я войду.

- Это совершенно исключено! И дверь заперта! - в голосе появились истеричные нотки. Сейчас ему ещё плохо там станет на фоне всего происходящего, и доставать его я точно буду с полицией и бригадой скорой. Даже не хочу думать, что и как я им стану объяснять! Это вышло совершенно случайно! Сюда он пришел своими ногами, я бы не дотащила. Издох после того, как застрял.

Одно радует, безусловно, - на двери чахлый неисправный замок. Всю свою долгую жизнь этот мерзавец захлопывается в самый неудачный момент. Упереться плечом, чуть приподнять дверь за ручку. Есть! Язычок соскочил с небольшого упора.

Дивен мир! Таких красавцев я ещё не встречала. Фотомодель, не иначе! Алебастрово-белая кожа, яркие пятна смущения на щеках, идеально четко очерченная мускулатура, длинные тонкие пальцы, лежащие на бортиках ванной. На каждом по яркому перстню. Самое сокровенное прикрыто крошечным полотенчиком. Нигде на теле, похоже, нет ни единого волоска.

- Вы поможете мне?

- Простите, сейчас.

Флакон позабытого кем-то шампуня чуть не выскользнул из моих пальцев. Перламутровая жидкость растекается по зажатым в чугуне красивым плечам. Впервые вижу такого красавца. Даже мокрые волосы и те его совершенно не портят, свисая на спину. Чтобы полить на второе плечо, мне пришлось почти уткнуться носом в стену крохотной ванной комнаты. «И зачем я только его сюда привела?» - в сотый раз задаю себе один и тот же вопрос.

- Давайте руку и попробуйте встать.

Кольца острыми ободками впились мне в ладонь, травмируя кожу.

- Снимите кольца, мне больно.

- Нет.

- Почему? Решили тут задержаться? Так я завтра уеду. Или боитесь, что украду?

- Ни в коей мере. Просто их некуда положить, упадут. Будет жаль.

- Вон там мыльница, вы дотягиваетесь.

Нервно и, словно жалея о своем поступке, ссыпал он кольца одно за одним в раскрытую пасть забавного лягушонка.

Огромная кисть, не спросясь, ухватила меня за предплечье. С третей попытки незнакомец вырвался из стального капкана, уронив злосчастное полотенце.

- Демон! - слишком резко нагнулся, чуть не упав лицом вниз. Если он застрянет в таком положении, то захлебнется раньше, чем вылезет.

- Вылезайте! Ополоснете мыло над раковиной, я не смотрю. Второй раз мне будет вас не достать.

- Сию минуту. Простите мою неловкость.

Я отвернулась к стене. По полу шлепнули босые ноги. Можно больше не беспокоиться, в ванной он не застрянет. Шум воды за спиной, неразборчивое бурчание, шуршание одежды.

- Ещё раз простите. Я оделся, вы можете обернуться.

Мокрые пряди рассыпались по элегантному зеленому полумундиру. Щеки полностью залились краской.

- Я буду признателен вам до конца своих дней.

Он чуть замялся, подхватил мою руку, приложился губами к кончикам пальцев. Невесомый поцелуй, от которого в груди разгорелось настоящее пламя и чуть потемнело в глазах.