Охотница на олигархов

Глава 4

Туда-то, в правое крыло, где в полном разгаре шумное веселье, я точно не пойду, не до праздников и развлечений мне сейчас, поищу администратора, попрошусь переночевать. Только вряд ли мне удастся заснуть этой ночью.

В центральной части, соединяющей оба крыла здания, видимо, и находится администрация. Как оригинально оформлена входная дверь, она круглая, похожа на иллюминатор корабля. А над ней на толстых цепях, поскрипывая, покачивается вывеска, на которой, и вправду, красуется надпись полукругом: «Суровый моряцкий затяг». Рядом с дверью висит корабельный колокол – рында, на судне в него бьют каждые полчаса а еще при пожаре, наверное, таком, как у меня в душе.

Всего пять широких основательных деревянных ступенек ведет наверх. Дверь закрыта, за переплетом толстого стекла темно. Как ни всматриваюсь, не могу различить, ни одного силуэта. И звуков не слышно. Никого здесь нет. Я начинаю впадать в неконтролируемое состояние бешенства, меня переполняет ярость, я словно ослеплена ею, хочется что-то кому-то доказать, просто вытрясти душу.

Так, попробую попасть в левое крыло, если дверь и туда закрыта, буду трясти ее, пока не слетит с петель. Дергаю за массивную ручку, толкаю изо всех сил, дверь внезапно резко раскрывается внутрь, и я влетаю следом за ней. Сплошная темнота окутала меня со всех сторон. Ни черта не видно! Пошарила рукой по стене при входе, здесь же должен быть выключатель. Нащупала, вот он, щелкаю вверх-вниз, а свет все равно не загорается. Да что же это такое! Гостиница называется! Усталому путнику и голову приклонить негде.

В широком коридоре делаю шаг вперед, еще шаг, еще. Нащупываю на стене ручку двери, тоже дергаю и трясу ее изо всех сил, со всей злостью, что переполняет меня. Она внезапно подается, распахивается, я буквально врываюсь внутрь и в темноте налетаю на мужчину, почти падаю прямо ему в объятья. Сильные руки удержали меня, осторожно обхватив. С налета уткнулась лицом в широкую грудь, какой он высокий, мускулистый.

- Ты кто? – слышу я удивленный мужской голос совсем рядом. Он немного разжал руки, все еще удерживая меня.

- Жрица любви! – резко отвечаю я, - А кого ты ждал?

- Ну, если жрица любви, то тебя. А как тебя зовут?

- Любовь!

- Останешься со мной? - говорит он, не выпуская меня, и прикасается губами к виску, уху, щеке, шее, слегка прижимает меня к себе, осторожно отводит мои волосы.

От него пахнет хвоей и свежестью, я чувствую, как крепкие мужские руки обнимают меня все сильней, а губы осторожно подбираются к моим.

- Ты, правда, пришла ко мне, Любовь? Тогда иди же сюда, иди. Ты прекрасна, я знаю, даже не видя лица, а только чувствуя твое тело. Ты совершенна.

И я повинуюсь этому зову, я жажду отмщения и утешения. Мне хочется спрятаться от всего мира, от тех, кто обидел меня и сделал так больно. Я мучительно жажду, чтобы кто-нибудь спас меня. Пальцы незнакомца торопливо расстегивают пуговицы моей курточки, потом блузки. Я ничего не различаю вокруг, есть только этот мужчина и невыносимо острое желание принадлежать ему. Пусть он отомстит, путь утешит меня!

Хищный шепот проникает в мои уши, торопливые поцелуи разжигают огонь страсти, заставляя учащенно биться сердце. Змей-искуситель, он заставляет меня гореть от желания, сладострастная пытка все длится и длится, я приникаю к нему всем телом, шепча, словно в забытьи, сбивчивые, несвязные признания, по-русски, по-французски, по-испански, слова путаются в моем мозгу, охваченном дурманом неизведанной доселе страсти. Прильнув полураскрытыми губами к моим, он продолжает любовную игру, вызывая мучительное манящее влечение. Все мои вещи разлетаются по комнате. Мое обнаженное тело приникает к его горячей коже. Он скидывает с себя остатки одежды, я в его полной власти. Мы все еще не добрались до кровати.

Наконец, он увлек меня на постель, завладев мной, он не хочет остановиться, вовлекая меня в сумасшедшую круговерть любовных утех. Я приникла к его мускулистому телу, словно к источнику, чтобы утолить жажду, сплелась с ним, впиваюсь в него губами. В его руках я чувствую себя желанной долгожданной добычей. Немного колючая щетина щекочет шею. Он владеет моим телом, возносит меня на вершины блаженства, мои пальцы скользят по тонкому покрывалу, сминая его. Стоит ему только прикоснуться, и мое тело подается навстречу, руки обвивают его шею, ласкают сильную мужскую грудь, а ладони снова ищут его. На глазах закипают слезы. Прикосновения горячих губ словно ожоги, мне кажется, что он клеймит ими мое тело, оставляя свои метки, знаки принадлежности. Хриплый шепот доносит до меня слова страсти. Он берет меня в плен, захватив кисти рук в свои, словно в оковы, и снова овладевает мной. Я содрогаюсь от желания, жажду его, он дарит мне очищение от унижения. Мне не сдержать приглушенные стоны, да и не надо. В безумном неистовом порыве страсти я проваливаюсь в другую реальность и лечу в пропасть…

Плотные гардины, закрывая окна, отсекли нас от окружающего мира, мы во тьме, скрыты от всего и всех, поэтому и грех мой не кажется таким страшным. Внезапно у меня возникла странная уверенность, что с этим незнакомцем я могла бы прожить всю жизнь. Почему? Он удивительно бережно относится ко мне, несмотря на все безумие этой ночи, всю страсть, он так нежен, заботлив. Его руки гладят, ласкают меня, словно он понял, что я ищу утешения, забвения.

Проснулась, будто очнулась, открыла глаза. Где это я? А, вспомнила, в обители греха. Еще какого греха! Упоительная ночь. Окна плотно занавешены, в комнате сумрачно и прохладно, но в щелку между штор уже пробивается неясное утро, рассвет еще только чуть забрезжил. А парень, молодой парень, с которым я провела эту ночь? В комнате никого нет, вот и хорошо. Сейчас я не готова посмотреть на того, с кем предавалась греху в этой обители. Сладкий грех, безумный, мое отмщение!

В полумраке собрала разбросанные вещи, быстро оделась, застегнула сумку. Как бы теперь незаметно исчезнуть? Скоро станет совсем светло. Автобусы еще, наверное, не ходят, слишком рано. Тихонько приоткрыла дверь, так, чтобы она не скрипнула, выскользнула в коридор. Куда мне теперь? Вроде бы направо? Слева в конце коридора послышались приглушенные голоса, один из них точно моего возлюбленного, бархатный баритон, чуть с хрипотцой.

- Сашок, а ты сегодня ночью где был?

- К егерю, Семенычу, ездил, насчет рыбалки для мужиков договариваться, да у него и застрял, сам знаешь, он просто так не отпустит, - вступил в разговор второй, явно постарше, - Вот и просидели, считай, до утра. Ты нормально устроился? В том же номере, что всегда? Только вот электричества до полудня не будет, ремонт. Сколько еще у меня погостишь?

- Да, там же, в моей комнате, у входа. Погощу пока, если не прогонишь. Надо мне оглядеться, сам знаешь. Слушай, а что за мужики у тебя сегодня отдыхают?

- Местные «олигархи» гуляют, отмечают что-то. Знаешь, обычное дело, застолье, банька, барышни.

- А что за барышни?

- Да они уже уезжают, дальше будут сугубо мужские развлечения у наших бизнесменов: рыбалка да переговоры.

- А девушки откуда?

- Тут в получасе езды в сторону Питера поселок рабочий есть, девчата все оттуда, считай, местные.

- А такую, с длинными волосами знаешь? По-французски говорит и по-испански, хорошо образованна.

- Такой точно нет, это залетная птичка, таких диковинных тут и не видали никогда. Ты где ее повстречал?

- У себя в номере. Она была в отчаянии и искала утешения и защиты. И она необыкновенная. Будет выходить, ты ее увидишь.

На цыпочках прокралась ко входной двери корпуса, приоткрыла, выглянула. Предрассветный сумрак уже рассеивается. У другого крыла, и правда, автобусик стоит, а к нему направляется стайка девушек. Я быстро вдоль стены дома отдыха добежала до них.

- Девчонки! Привет! Возьмите с собой в город, я тут заблудилась и застряла. Возьмете?

- Без проблем, места есть, только мы не до Питера, но там, где выйдем, часто рейсовые автобусы ходят. Доберешься, садись с нами.

- Повезло! Спасибо.

В автобусе я дремала, сказывались вчерашние волнения. Не каждый день так круто меняешь судьбу. Примерно через полчаса девушки меня растолкали. Надо же, жрицы любви приняли меня за свою. Прекрасный дебют!

Глава 5

Первое, что я сделала, когда доехала до Питера, добралась до районного суда. Дверь еще закрыта, ничего, посижу на лавочке, подожду, погода хорошая. А мне спешить некуда, зато буду первой. Удивительно, как изменился мир. Я не чувствую волшебства лета, вообще ничего не чувствую. Словно исчезли запахи, звуки и краски. Как-то надо жить в этом новом мире. Так, не как-то, а хорошо буду жить. Предатель выявлен и подлежит наказанию. Я его из своей жизни выкину, только и всего. И мой мир засияет новыми красками. Уже сияет, подумала я, подняв голову и засмотревшись на игру отблесков солнца в оконных стеклах.

Наконец двери заведения распахнулись передо мной. Веселая девица приняла заявление на развод, благо все данные Тимофея и даже копия паспорта у меня имелись. Мне показалось, что она мне даже подмигнула.

Надо купить воды и что-нибудь на завтрак, булочку какую-нибудь, а то есть хочется ужасно.

Из соседнего универсама, выманив у парнишки не без помощи своего обаяния телефон, позвонила Тимофею. Он тут же ответил, словно ждал моего звонка. Конечно же, ждал.

- Ирэна! Дорогая моя, ну что за глупости, что за детские поступки! Давай, прямо сейчас встретимся и все обсудим. Куда машину прислать? – как ласково звучит знакомый голос, как мягко, словно ничего не случилось, и все между нами как прежде. Разве что мимолетная ссора, так, пустяки.

- Никуда. Я подала на развод. Суд моего района. Судья Потапова.

- Ну, девочка моя, не горячись! Я же тебя люблю, только тебя. Ты мне так нужна, не надо спешить, давай, поговорим, ну хочешь, в нашем ресторанчике, том, на углу. Я тебя чем-нибудь порадую.

- Ты меня уже порадовал. А подачки мне не нужны.

- Не знал, что ты такая непримиримая, Ирэна. Не будь такой жестокой! Неужели ты забыла все хорошее, что между нами было?

- Тимофей! Это ты заставил меня все забыть. А теперь я думаю, все, что было, это фальшивка, сусальное золото, нет, самоварное. Просто я тебе была удобна – имиджмейкер, доверенная помощница, переводчик и любовница в одном лице. Теперь ищи то же самое, но в разных лицах. Впрочем, одной любовницей ты не ограничишься, предпочитаешь разнообразие.

- Ирэн! Не шути так!

- Да уж какие тут шутки. Шутник у нас это ты, как оказалось.

- Так, послушай меня, возвращайся, я жду тебя!

- Нет, это ты меня послушай! Кем-кем, а глупцом ты точно никогда не был. Я не вернусь, незачем, да и не к кому. Развод.

- Хорошо, сказал он угрожающе, - я тебе устрою развод! Молниеносный. В суде нас разведут сегодня же. Через месяц сможешь получить свидетельство в ЗАГСе. Только не пожалей потом!

- Не пожалею.

- Я тебе ничего не отдам, Ирэна, совсем ничего. Все, что у меня, здесь и останется: вещи, одежда, украшения, сувениры, мелочи. Всё. Надеюсь, ты поняла меня. Подумай хорошенько. Если согласна, сегодня же получишь развод.

- Да! Я согласна. Ты разве не знал, что я не продаюсь?

И я отдала аппарат, приложив к нему пару сотен, парнишке, что в томительном ожидании топтался неподалеку, Так, а теперь поиграем в прятки. Тимофей и этого парнишку по номеру телефона отыщет и допросит, он дотошный. Села в автобус, три остановки, и я снова вышла. Вошла в метро, нельзя забывать, что здесь камеры, проехала несколько остановок, перешла на другую линию, проехала еще немного, так легче запутать следы, ведь он будет меня искать. Будет! Тимофей собственник и с тем, что ему принадлежит, не расстается по доброй воле.

Из автомата позвонила судье Потаповой, да, заседание состоялось, быстро-то как! Молодец, Тимофей! Какой импульсивный поступок. Погорячился, не сдержался, не дал себе времени обдумать последствия. А бизнесмену надо иметь холодную голову. Как же ты так! Брак расторгнут, свидетельство выдадут через месяц в ЗАГСе. Вот и отлично! Теперь важно получить свидетельство. Что ж, подожду, месяц, это не так уж и долго. Всего лишь месяц до свободы.

Где прячут лист? В лесу. Значит, буду прятаться там, где больше суеты, больше приезжих, чтобы моя фигура не бросалась в глаза. Вышла на Сенной, старательно скрываясь от камер за спинами прохожих, сразу свернула в боковой переулок, потом еще несколько раз, прошла через дворики. Заскочила в маленький магазинчик одежды, плачу наличкой, только наличкой. Наспех купила простенькую серую курточку, удобные брюки, кроссовки, джемпер, вдруг похолодает, наша питерская погода – она такая. Кепочку еще молодежную, три крупные заколки, чтобы свои черные локоны спрятать, они приметные. Сразу переоделась, все свое засунула в сумку, а сумку в пакет, он тоже неброский. Пешком прогулялась до Московского вокзала, не выходя на крупные улицы, где камер много.

Сейчас поищу тех, кто сдает квартиры. Буду присматриваться к тихим и робким арендодателям, старичкам, старушкам, бедно одетым женщинам, а не к этим крикливым, зазывающим нахрапистым теткам. Мне надо стать незаметной. Постояла около киоска, осмотрелась, немного прошлась, купила крекеров и пару бутылок воды, чтобы было чем перекусить. Туристов здесь много, это хорошо, молодежь тусуется, их тут целые веселые компании, тоже хорошо. Да и магазинчиков продуктовых хватает. Удобный район.

Стою под прикрытием киоска, разглядываю людей, ищу глазами того, кто мне нужен. Машины плотным потоком проезжают мимо. Мелькание лиц, мелькание фигур, мелькание судеб. А странная она штука – судьба. Еще совсем недавно, только вчера, я была счастливой женщиной, женой состоятельного человека. А сегодня? А сегодня я свободная женщина, и никто не смеет меня оскорбить. Предатель! Ты получил по заслугам! Я помню сегодняшнюю ночь с незнакомцем. Она была упоительной! Страсть! Дикая первобытная страсть! Я искала мести, забвения и нашла.

И тот парень, судя по всему, молодой, горячий, ненасытный, немного ошарашенный поначалу, но быстро пришедший в себя. Прекрасное мускулистое тело, сильное, гибкое, поджарое и такое жаркое. Невероятный любовник, словно дикий зверь, сорвавшийся с цепи, такой умелый, искушенный в любовной игре, но такой ласковый. Да, Тим, тебе до него далеко, как до Луны, он утешил меня. Если бы я тебя не поймала в постели с девицей, никогда бы не узнала, что это за невероятное блаженство, безумие – ночь со страстным молодым возлюбленным, исполненным желания, буйной жажды обладания и таким по-рыцарски предупредительным. Так что я тебе даже благодарна.

А вот и она, кажется, та, кого я ищу, средних лет женщина с измученным лицом, скромно, но аккуратно одетая, застенчиво стоящая в сторонке. Не спеша подошла к ней и спросила:

- Вы квартиру мне не сдадите, мне очень надо, на месяц? Нет, лучше на полтора.

Поймала недоверчивый оценивающий взгляд, но, видимо, ничего опасного она во мне не углядела. Тихим голосом, даже застенчиво ответила:

- Сдам, только у меня все очень скромно, вам подойдет? Однокомнатная, но все удобства есть и даже телевизор. Тут совсем недалеко. Но, может быть , вам не понравится, я не знаю. Хотите посмотреть?

- Да мне особых удобств и не надо. А холодильник?

- Есть, есть, конечно, только небольшой, - торопливо сказала она.

- Замечательно. А посуда, чайник? Или надо купить?

- Все есть, и кастрюли, и тарелки, не беспокойтесь.

- Ну, тогда показывайте.

Совсем недалеко от вокзала завернули под низкую арку во двор, на лестницу ведет обшарпанная дверь, но с кодовым замком, двор-полуколодец, неухоженный, мрачноватый, типичный питерский. Оказалось, что квартира расположена на втором этаже, довольно уютная и очень чистенькая. В комнате диван, кресло, стол, два стула, вполне приличный небольшой телевизор. Крохотная кухонька, метров шесть-семь с холодильником, и цена вполне приемлемая. Женщина обрадовалась, что меня все устраивает, даже несмело улыбнулась.

- Знаете, я сниму ее месяца на полтора, вас устроит? И коммуналку оплачу. Я смотрю, у вас телефон стационарный? Неужели работает?

- Работает, я как-то привыкла.

- Я могу им пользоваться в границах города? Обещаю, что не часто, по межгороду звонить не буду, можете проверять.

- Звоните, конечно.

Деньги я отдала ей сразу, она спрятала их очень бережно где-то на груди и заторопилась.

Сначала необходимо кое-что купить. Я спустилась вниз, заглянула в продуктовый, что бы выбрать для себя? Сегодня можно и шиковать! К тому же есть хочется, я давненько уже не ела. Дорогой сыр, кусочек балыка, свежий хлеб, копченая рыба, бублики – чтобы сразу поесть. Кусок мяса, рис, овощи, чтобы сварить завтра. Постаралась купить и продукты длительного хранения, взяла крекеры, консервы, «быструю» кашу. Да, еще надо чай, кофе, сахар, соль, специи. В магазинчике по соседству приобрела комплект постельного белья, тапочки, шампунь, полотенце, кажется, на первое время хватит. Нельзя, чтобы Тимофей меня нашел, по крайней мере, пока, сгоряча он много может натворить.

Ну что, пани Ирэна, с новой жизнью! Вот о чем я думала, когда дала согласие Тимофею? Сильный, богатый мужчина, конечно же, он будет благородным, как в романах для юных девушек. Жить с ним мне было интересно. Но все имеет свою обратную сторону. Деньги и власть сейчас играют против меня, а благородство? Да было ли оно? Разве может человек быть благородным, а потом внезапно перестать? Вспомнила, как накануне свадьбы мне приснился Жека и сказал, сощурив глаза в ироничной улыбке: «Глупышка».

Тимофей – это не потеря, сейчас мне это ясно. Конечно, очень глупо было выйти замуж за такого человека, как он, и ждать настоящей любви, да не все на нее способны. Ударом было, когда я услышала, проходя по коридору факультета четыре года назад:

- Виктор, привет! Слышал, Савицкий погиб?

- Не может быть, когда?

- На той неделе, точнее не знаю. Подробностей тоже. В командировке. Он репортаж большой готовил.

- У него кто-то остался? Сообщили?

- Нет. Ни родителей, ни жены, ни детей.

Жека! Как же так?! У него осталась я! Я осталась теперь без него. Так не может быть. Он не мог, это ошибка! Все выяснится, и он вернется. Хотя умом я понимала, что это не так, но никак не могла поверить. Никогда не смогу. Да ведь он предчувствовал свою гибель. Зачем только он поехал в ту командировку, зачем?! Как мало мы были вместе. За неделю до поездки затащил меня в нотариат и оформил дарственную на квартиру. Как он сказал мне на прощанье:

- Иришка, жди! Вернусь – поженимся. Согласна? - Еще бы я не была согласна! Конечно, согласна!

- Жека! Я на все согласна. Только не уезжай!

- Девочка моя, это такая работа.

А в Тимофее я, наверное, пыталась найти такого же взрослого, сильного, надежного человека…

Ничего я не взяла, а что можно получить взамен попранной любви, доверия, чувства собственного достоинства? Без мелочей обойдусь, все самое дорогое, фотографии, книги, плюшевая собачка, брелок – все осталось в моей квартире, прощальном подарке Жеки.

Глава 6

Придется приспосабливаться к реалиям нынешней моей жизни. Стать такой же бесплотной тенью, что рыщут по Петербургу белыми ночами. Когда на город опускаются сумерки, я осторожно выбираюсь из своего убежища на свободу. Переулочками, двориками, тупиками выхожу на многолюдные набережные, где гуляет молодежь и туристы, сливаюсь с толпой. Массивная оправа очков с простыми стеклами и паричок делают меня неузнаваемой. Немного меняю походку и гуляю, где хочу. Через месяц я обрету полную свободу.

Меня испугали последствия моего безумного поступка, внезапно до меня дошло, чем может обернуться это приключение. Мужчина, с которым мы были вместе, кто он, я этого даже предположить не могу. Но не бизнесмен из той компании, это точно. Приезжий, командировочный, отдыхающий, рыбак, охотник? От него пахло чистотой и лесом. По манере держать себя – воспитанный молодой парень. Из тех обрывков фраз и горячих слов, что мы могли говорить друг другу в забытьи – образованный. Просто путник запоздалый у порога моего…

В хорошей платной клинике на окраине я сдала все анализы на возможные инфекции. И с тревогой ждала результата. К счастью, все, кажется, обошлось. Теперь надо будет подумать о возможной беременности. Впрочем, если у меня будет ребенок, я только обрадуюсь. Замуж я больше не собираюсь, отношений заводить тоже не хочу. Хватит с меня! Никаких мужчин в свою жизнь я больше допускать не буду. Они приносят только горечь разлук, горечь утрат, унижение и боль измен. А о ребенке я мечтала, но Тимофею эта идея не нравилась. Он считал, что заводить детей рано еще, подождем. Вот и жди. Да самый возраст у меня, чтобы завести малыша. Будет ребенок, вот и отлично!

Придумаю себе новую жизнь, сбегу из Питера, по крайней мере, на время. Журналист из меня, говорили, неплохой, устроюсь где-нибудь, где потеплее. Осталось придумать, где. Буду писать путевые заметки или очерки, или репортажи, не пропаду. Мне кажется, я человек легкий на подъем, авантюристка.

Оказалось, что за два года замужества я отвыкла от нормальной жизни, вольной, от звуков и запахов города, от еды не в фирменных ресторанах и кафе, от долгих прогулок пешком. Не могу надышаться и налюбоваться своим городом, непарадным его обличьем. Беглянка! Кто бы мог подумать, с какой стороны откроется Тимофей. Кто-нибудь мог, наверное. Каков человек в одном, таков он и в другом. Недаром говорила бабушка, когда я была маленькой: «Будешь мужа выбирать, внучка, помни, главное, чтобы человек был порядочный».

Ночной образ жизни – это новые реалии. Возвращаясь после очередной прогулки, я услышала отчаянный звериный вопль. Кошка! Точно, кошка! Бегом бросилась к кустам, из которых он доносился. Раздвинула ветки, обдирая руки. Крупная собака ухватила зубами кошку поперек туловища и трясет ее. Я подскочила к собаке, уцепилась за широкий ошейник, ко мне подбежал молодой спортивного вида мужчина: