Орк из России. Сделано с любовью.

Глава 3

Тимур

Голова – дурнее не бывает. Тело затекло от какой-то на редкость неудобной позы. Еще и звук этот мерзкий - "квочь, цоп-цоп, квоочь". Судя по тому, как отбило зад на очередной кочке, я еду куда-то. До ушей доносится пение птиц и насвистываемая веселая песенка. Усилием воли открываю глаза и что я вижу? Надо мной синее-синее небо в клочьях белесых облаков проглядывает сквозь высокие кроны какого-то странного леса. Стальная решетка, мои руки с нее свешиваются в разные стороны. Пошевелил головой. Попытался немного приподнять затекшую вусмерть шею. Любительница хамона, клофелинщица толкает перед собой огромную тележку из супермаркета, груженую мной. Как только силенок хватило? Еще и насвистывает что-то несуразное.

- Ты обалдела? Я сейчас вылезу!

- Что-то ты рано очнулся, впрочем, не важно. Хоть поболтаем, а то скууучно, - нахалка мне улыбнулась.

Я попробовал вылезти, ни черта не выходит, тело как пристегнуто к этой дурацкой тележке.

- Не надоело барахтаться? Мне и так катить тяжело. Лучше б рассказал что посмешнее.

- Офигела? Ты что мне подлила?

- Сонный эликсир, ничего необычного. А ты думал?

- Я ничего не думал! Ограбила?

- Фи! За кого ты меня принимаешь? Нет, ну конфеты, допустим, я у тебя стащила все. Сам подумай, зачем их было оставлять? Пропадут ведь. Мясо мне не понравилось, если честно, отвратительно готовишь. А вот кружку с медведем я забрала, он забавный.

- Мою кружку? Рехнулась? Меня куда тащишь?

- Как куда? Забыл? Мы же договорились. На алтарь. Алтарь – это такое чудесное место, тебе даже может понравиться. Это почти как баня. Намоют, разукрасят, натрут маслами, песенку споют, наверное, точно не знаю. Полежишь в красивом месте, полюбуешься.

- А потом?

- А что потом – тебя уже волновать не будет.

- В плане?

- Ну честно, я не знаю, это же дворфы. Может, подарят кому, может, богам в жертву. Хотя, это вроде не по их части, не знаю. Дракону дань им нужно было отдать, кажется. Точно, вспомнила, ты – дань для дракона. Представляешь, как повезло? М? Мало кто может похвастаться такой участью.

- Дань? Ты офигела? Мы в двадцать первом веке живем! При чем тут дань для якудзы? Это не Япония, не Ангола, мы в России! Хотя лес и вправду какой-то странный...

- Заметил? - участливо склонилась ко мне девица.

Так бы и выдрал ей космы, да руками пошевелить не могу

- Умненький. Смотри, как хорошо выходит: и красивый, и умный, и здоровый. Я выбрала отличную дань. Как думаешь, мне выдадут две порции награды? А?

- Какой награды?

Скорей бы выветрилась из меня эта дурь. Уже вроде пальцами могу пошевелить. А пока буду заговаривать ей зубы.

- Ну смотри, золото, драгоценности, камни, - у меня все это есть. Лучшие шелка тоже. Но скуучно!

- Так купи себе билет в парк аттракционов.

- Думаешь, стоит попробовать? Ну, не знаю. Может, как-нибудь в другой раз. А пока меня ждет роскошный ужин, парная, массаж, м-м-м. И медалька из золота с моим портретом. Класс, правда?

- Дура.

- Хам! Что ты понимаешь в удовольствиях?

Девушка заправила выбившуюся на глаза прядку обратно за ухо. Ветер подул ей в лицо, обнажив торчащие из причёски заколки в форме рогов.

- У тебя рога на башке!

- Ну да. Хорошенькие, правда? Что так смотришь, будто надеешься, что у меня вырастут крылья? Жди! Я бесовка. Крылья конечно тоже вероятны, но не сегодня, вот через какую-нибудь пару сотен лет. И то не факт.

- Дура болезная!

- Ты повторяешься, ну никакой фантазии даже в обзывательствах. Что уж говорить о мечтах? Вот скажи мне, зачем мечтать о гриле по пути на работу, когда можно просто сложить костерок? А? Глупые у тебя мечты, мелочные какие-то. Нет бы, мечтать о чем-то глобальном. О власти, о доблести, славе, ну не знаю, еще о чем-нибудь таком. Мы бы тогда с тобой подружились, я люблю помогать деятельным людишкам. Кстати, ты знал, что у тебя есть какой-то дар? Только не разберу какой, но уже и не важно, мы почти прикатились. Дурацкая вещь - эта тележка, никакого полёта фантазии у мастера. Хоть бы рисунок прилепили поярче, всю дорогу пялюсь на мытую картофелину. Жуть!

Я насторожился, заслышав голоса вдалеке. Поют что-то на тарабарском языке, ни слова не разберу. Бред, полный бред, угораздило же так вляпаться. Знать бы еще, который час и сколько я провалялся в отключке. Рассвет уже во всю занялся, светает сейчас рано, значит семь утра точно есть. На работе меня похоронят, если я опоздаю хотя бы на два часа. Еще и контракты эти, и бумаги я не проверил. Интересно, как далеко меня утащили за город. Лес тут буйный и трассы не слышно, значит, выбираться я буду в любом случае долго. Интересно, бесовка эта хоть дверь в квартиру догадалась захлопнуть? У меня там ноутбук! И коммерческая тайна просится на волю из портфеля. Как бы ее умаслить, чтоб отпустила? Секта у них тут или что? Еще и дурь эта действует, все тело как деревянное, даже рукой не пошевелить.

- А что они там поют?

- Как что? Оду камням и росе. А так ты же не понимаешь! Сейчас!

Резко затормозила тележку и дунула мне в нос от души. Я закашлялся. Полный нос забит запахом чего-то горелого. Дрянь какая!

Вой перешел в нечто осмысленное. Судя по голосам, толпа мужиков умиляется раннему утру и ждет прилета начальства. Кажется, до меня дошло, Мишка, друг закадычный. Его приколы. То-то он мне все напоминал про отпуск, отгулы и прочую ересь, как будто не знает, что я пашу с рассвета и до глубокой ночи. Значит, квартиру закрыли, пакостить он мне не будет. А вот шутка вполне в его стиле, поймаю – убью. Нет, напою и сошлю в Африку в какое-нибудь полудикое племя. Дождусь, когда у него случиться полный дедлайн и отвечу как надо. Только вот мне-то как сейчас поступить, мне на работу надо, у меня сроки горят! И бумаги я так и не разобрал со вчерашнего вечера. Ладно, черт с ними с бумагами, в обед посижу, сдвину одну деловую встречу, как-нибудь сложится. Мишка, ну паршивец! Интересно, куда меня хоть вывезли? Деревья все же странные, да и небо уж больно чистое. Думай, Тимур, думай. Если отталкиваться от того, что на вертолет он денег зажал, а сейчас еще только утро, значит, в их распоряжении было часов семь с половиной. Пока то, да се. Девица меня тащит уже полчаса, точно. Упахалась, бедная, интересно, сколько он ей заплатил? Играет-то роль уж больно качественно, даже я почти повелся. Еще и гадостей наговорил. Наверняка какая-нибудь артистка театра решила подзаработать. Ну и пес с ней, девушка-то красивая и на каблучках. Попробуй-ка протащи такую тушу, как моя, по всем колдобинам этого леса. Итак, имеем шесть часов времени, пока я был в отключке или четыреста километров от квартиры, ну пятьсот. Если ехать строго на юго-запад, там был какой-то объект ЮНЕСКО, не то Национальный парк, не то еще какая-то обитель дикой природы. Черт! Быстро мне отсюда не выехать. А если прикинуть в голове карту, то по трассе от этого уголка любителей дикой природы километров сто пятьдесят. А это часа два на машине. К началу рабочего дня я не успею, конечно. Но на первую, действительно нужную встречу, очень даже.

- Эй, красотка, нам еще далеко? Может, ускоришься? Я доплачу.

- Лежи себе, наслаждайся видом.

- Да ладно! А дурь когда выветрится, а то ручки и ножки затекли как-то совсем неудачно.

- На алтаре отпустит, когда привяжу.

Еду спиной вперед, наслаждаться видом довольно сложно. Голоса все отчетливей, он оплатил всю труппу местного театра, что ли? По левому борту показался какой-то довольно большой плоский камень. Тележка остановилась, девушка, недолго думая, отпустила ручку, обошла меня сбоку и начала задирать юбку одной рукой, обнажая красивые ножки.

- Стриптиз?

- Что? Нет, просто иначе платье порву.

Ножкой она элегантно уперлась в борт тележки и от души толкнула. Я кубарем выкатился в траву, нос ткнулся в мокрую кочку, сверху на меня грохнулся чертов транспорт.

- Обалдела или как? Тебе за это заплатили?

- Да тише ты, действительно как-то нехорошо вышло. Ты там хоть не сильно помялся?

- Идиотка!

- Фи!

Лежу в траве, а пошевелиться никак не выходит. Руки затекли напрочь. Тележку она с меня сбросила, кажется, уже хорошо. Чем-то острым прошлась вдоль спины, распарывая рубашку. Ветер тут же коснулся обнажённой кожи, выпустив на волю толпу противных мурашек. Горячие руки протиснулись под живот и расстегнули брючный ремень. Все было бы довольно забавно и даже приятно, если б не перспектива драпать из леса потом полуголым. А если еще хоть кто-то из этих придурков надумает снять компромат? Прямо вижу статью: «Топ менеджер крупной конторы участвовал в обряде черной магии в качестве жертвы!» Обхохочешься. Девица стянула с меня носки, фыркнув своим очаровательным носиком. Следом оказались распороты брюки.

- Трусы хоть оставь!

- Оставлю, не переживай. Какой ты крупный.

Неуловимое движение, как будто бы меня подхватили не ее руки, а порыв теплого ветра, и я перекатился на камень. Башка не поместилась и свисает.

- Не влез. Погоди.

Цепко ухватила меня за щиколотки, уперлась ногой и с сопением сдвинула ниже. Затылок весьма чувствительно проехался по шершавому камню. Теперь с камня свесились мои ноги. Пальцы щекочет трава.

- И так тоже не влез, что ж ты будешь делать.

- И долго мне тут лежать? Холодно и жестко, между прочим.

- Не мешай. Я думаю, как тебя укоротить, чтоб было не очень заметно. Понимаешь, этот лес зачарован, тут моя магия почти бессильна. Ладно, лежи, привяжу как-нибудь так. Может, не заметят? Если что, скажу, что жертва крупнее, а значит дороже должна стоить и, вообще, сами виноваты, что алтарь плохой подготовили, могли бы сделать его и побольше, верно? С запасом, так сказать.

- Однозначно. Я вот тоже не понимаю, на кого рассчитывают стандартную мебель.

Вокруг моих запястий девушка начала застегивать цепи. Холодные звенья совсем неласково обняли кожу. Правая рука первой оказалась пристегнута где-то сбоку от тела, следом левая. С ногами ей пришлось повозиться подольше, длины цепей не хватало. Кое-как она меня все-таки пристегнула. Лежу как дурак, спина чешется, по правой лодыжке кто-то ползет, омерзительно перебирая тонкими лапками. Одно радует, тело, как будто, оттаяло и начало шевелиться. Жаль, цепи теперь мешают. Как только закончится этот цирк-оторву Мишке голову за такие уродские шуточки!

- Хороший у вас реквизит. Но, знаешь, алтарь из пенопласта был бы куда удобнее и теплее.

- Да тише ты, - и уже во всю глотку,- доставила! Получите, распишитесь в договоре!

Песня, звучавшая из-за кустов, резко оборвалась. Бесовка начала весело притопывать на месте и снова завела мотив своей приставучей песенки.

- Что хоть насвистываешь?

Подозрительно тепло вокруг на самом-то деле. Только сейчас до меня дошло, что еще вчера таял снег, и капель вовсю капала с крыш. А тут даже сугробов нет. Что за бред? Неужели Мишка разорился на вертолет, и я сейчас где-нибудь в Краснодарском крае? Вот урод! Хоть бы к вечеру добраться до дома! Интересно, на чартер меня посадят без паспорта?

Антей

Тропка разрослась до размеров сельской дороги, солнце влезло на небосвод и начало заливать округу немилосердным теплым светом. Травы колышутся с двух сторон от дороги под теплым ветром, отчего поле кажется то ярко-зеленым, то серебристо-серым. Отжав меня к обочине, мимо прошло стадо тучных коров, подгоняемых пастушками в коротких штанах, босиком, в коротких рубашках. Человеческие мальчишки лет десяти вопросительно посмотрели на незнакомца в плаще с накинутым капюшоном и продолжили путь, сгоняя прутиками любопытных буренок обратно в стадо. Громада чёрного замка выступает все ближе, все отчетливей виден опущенный мост через ров, ветер развевает белые полотна, переброшенные через крепостные стены. Нет смысла бояться более захватчиков наших земель, когда они уже внутри замка. Орки и прочие инородцы снуют воткрытую по небольшому рынку, что раскинулся перед крепостной стеной. За кувшин парного молока торговке в белом переднике заплатили вдвое от названной ею суммы. Темный эльф на моих глазах схватил у девчушки с подноса горячую булку и, не стыдясь, бросил за нее целый медяк. Дорого платят, есть чем. Крестьяне довольны, боготворят пришельцев. Мимо прошел командир отряда, встреченные им на пути селянки низко кланяются, подставляя яркому солнцу свои смуглые шеи. Белые чепчики, чистые юбки из грубой ткани, надетые поверх блузок, затянуты на тугие шнуровки. Мужчины из крестьян сейчас заняты в поле, а местной знати осталось мало, да и сидит она по своим лавкам, да конторам, пишет что-то, считает. Был я когда-то давно в такой лавке, так и не понял в чем суть работы. Двигают деревянные бусины из края в край, да пачкают бумагу пером. У нас так товар никто уже давно не считает, существуют магические букашки. Впрочем, пустое. Мне нужно как можно скорее миновать замок и поселение, перейти мост, а там уж и холмы совсем близко.

Люди, эльфы, гномы и гоблины лишь изредка удостаивают меня внимательным взглядом. За спиной осталась изгородь последнего дома. Впереди долгожданный каменный мост через неширокую речку. Стоит пожертвовать десять минут, но скрыться от солнца хоть ненадолго. Узкая тропка спускается мимо опоры моста, тут тянет долгожданной прохладой, сумрак спасает от ярких лучей. Речка журчит, играет, словно красуясь переливами, на границе тени и света. Я позволил себе скинуть капюшон и умыться холодной водой вдосталь. Сквозь всплески услышал голоса наверху, то болтают меж собой женщины, возвращающиеся в селение, если верить направлению шагов. Хоть бы только они не спустились, не заглянули сюда, иначе тайна моя будет неминуемо раскрыта. Это там, наверху мои глаза кажутся светло-зелеными, только маг способен увидеть их истинное свечение. А во мраке они горят ярко-алым, пугающим многих. Еще повезло, что из-за нынешней смуты на переправу днем не поставили стражу, те бы быстро поняли, к какой именно расе принадлежит идущий путник, их не обманешь. Если б еще и ночью не ставили стражу, можно было бы пройти в комфортное время, не мучиться от чрезмерно яркого света. Это в нашем лесу и днем солнечный свет не так страшен, все же кроны деревьев надежно укрывают от этой напасти. А тут, тут тяжело. Голоса удалились и стихли, медленно я поднялся наверх, пересек мост и направился в сторону вершины холма, покрытого кустами и редколесьем. Там на вершине цветет и благоухает драгоценная роща, там я найду волшебный нектар, утолю свою жажду и принесу, сколько смогу для других.

Глава 4

Бесовка

Лежит, красавчик. Главное, совсем не боится ни меня, ни алтаря, ничего. Такой смельчак или такой глупыш? Жаль, в этом месте моя магия так слаба, не могу толком влезть в его мысли. Даже немного жаль с таким подарком судьбы расставаться. А настроение просто чудное! Птички поют, солнышко светит, пахнет так упоительно разнотравьем, зря я в этот мир редко заглядываю, стоит наведываться почаще.

Наконец-то ломятся через кусты жрецы дворфов. Все как полагается, белые балахоны, под ними позвякивают кольчуги, бороды по форме напоминают пышные веники. Ни тебе «здрасьте», ни «как поживаешь», ну и ладно, не очень-то и хотелось, я сюда пожаловала не за сельскими реверансами. Ой, только вспомню, как они меня призывали! Нет, ну это надо было догадаться чертить круг белым известняком, стоя вверх ногами на голове в полнолуние? Чуть не лопнула от хохота, когда увидела.

Тимур, завидев жрецов, громко захохотал и почему-то начал звать какого-то медведя, называя его козлом, чем полностью разгрохал так тщательно создаваемый мною образ разумной жертвы. Сейчас, чувствую, эти попросят скинуть цену за идиота.

- Ты кого притащила?

- Он не всегда такой, до этого вел себя вполне подобающе. А то, что ноги свешиваются, так это неважно. За крупную жертву надо платить вдвое! Знаете, каких усилий стоило его сюда доволочь? У вас на дороге сплошные ямы!

- Не наше дело! В договоре значился человек! А это - квартерон!

- Кто?

- Полукровка, точнее, человека в нем только на три четверти, если не меньше.

Тимур захохотал еще громче и рявкнул:

- Актеры – супер! Автор постановки – гений!

- Он из технического мира, там кроме людей, никто не водится! Я специально за ним моталась в такое редкое место.

- Сама погляди! Орк на четверть! И колечко на шнурке видишь?

- Где?

- Да вот же, на шее. Орочьи письмена, родовое кольцо. Обмануть нас хотела? Думала, не заметим?

- Покажи! А ведь точно. Откуда у тебя это кольцо?

- От деда. Мишаааа! Выходи! Кроме тебя про кольцо никто не знал!

- Ты почему не предупредил, что не человек? Я на тебя потратила лучшие часы своей жизни! Нет, ну это никуда не годится! Выбираешь, волочешь, с алтарем возишься и все впустую! Брать будете?

- На кой он сдался? Нам дань нужна для дракона. Нужен именно человек, орка и сами бы поймали. Договор расторгнут.

- Тьма побери эти ваши закорючки! Век письменности вам не видать!

- Тут твои проклятия не работают, бесовка. Эй, орк-неудачник, освобождай алтарь.

- Я прикован цепями, между прочим. А что, дракона не будет, друг закадычный зажал это шоу? Какая жалость!

- Свободен,- сделала я пасс, и цепи, нехотя, расковались на руках и ногах несостоявшейся жертвы.

- А домой меня подвезти? Как я отсюда добираться буду?

- Я в кучера не нанималась.

- Город в каком направлении? Может, подскажешь?

- Вон по той тропке пойдешь, и будет тебе город.

- Краснодар?

- Айзес.

- Актеры-неудачники, брюками хоть обеспечьте. Как я в трусах пойду через весь лес? Тут же комары размером со слона, наверное!

- Нет, ну это уже наглость, а впрочем, держи! - сделала пасс рукой и нашарила в подпространстве давно заброшенную туда ночную рубашку. Белая, огромная, длиной ему будет до пят и с кружавчиками по вороту. Зачем ее прихватила в доме сановника, до сих пор не могу понять. Ну, с другой стороны, надо же обеспечивать себя сувенирами. Кружка с медведем мне, может, тоже не очень нужна, но ведь симпатичная. А, значит, был смысл ее прихватить с собой просто на память.

- Держи, от сердца отрываю!

- Мара, ты рехнулась? Как я в этом пойду?

- Не мое дело!

- Ну ты и дура!

Тимур

Точно, это идея Мишки, больше ни у кого бы фантазии не хватило сотворить такую дичь. Надо же, еще и про кольцо мое заветное вспомнил, а я ведь ему про него проболтался только однажды, лет десять назад, когда мы еще в универе учились. Дедов подарок, точнее, даже не так, а наследство. Я его только тогда получил, когда дед начал делить между всеми нажитое. Умный он у меня был, чтобы не устраивать склок в семье, раздал все, пока еще был жив. Тетке дача досталась, матери квартира, двоюродным сестрам - антикварное пианино, а мне колечко, как он сказал тогда, родовое. Память о доме. Наказал передать старшему мальчишке в роду. Сыну моему или внуку - как пойдет, якобы оно так кочует уже не одну сотню лет из поколения в поколение. Мне тогда было даже приятно от того, что он изобрел эту легенду специально для меня, чтоб я не почувствовал себя обделенным. Уже тогда и я, и он знали, что я всего добьюсь сам. А кольцо - лучший подарок, талисман, память о родном доме, о дедушке-великане из сказки. Дом-то с собой не потащишь. А колечко всегда при мне. Ума не приложу, где он его заказал и откуда срисованы странные знаки. И не буквы, и не иероглифы. Скорее, ряд небольших картинок-символов, каждая по форме квадрат. Полукруг снизу, полукруг сверху, раскрытая ладонь, меч, и точки на самой последней. Я его еще спросил тогда, что эти символы значат. Он ответил, что великую власть над Ордой и своим собственным духом. Любил он меня, сказками баловал, даже когда я уже поступил в университет и приезжал только на каникулы.

Рубашка с кружавчиками меня впечатлила, оказывается, Мара еще и фокусы показывать может. Цоп, и будто из воздуха, достала ее своими острыми ноготками. Вот и как я теперь пойду такой красивый искать попутку? С другой стороны, зная Мишку, почти уверен, что это – не конец моего квеста. Ладно, раз уж так сложилось, буду пользоваться моментом и наслаждаться незапланированным отдыхом. Действительно серьезных встреч на сегодня назначено не было, с остальным как-нибудь раскручусь завтра на свежую голову.

Тропка вьется сквозь лес, спускаясь все ниже с холма. Стволы деревьев огромные, самые тонкие в два моих обхвата, просто исполинские по ширине, будто реликтовые, хотя, кто его знает, может, оно так и есть, да и высотой деревья потрясают. Солнца сквозь кроны почти не видно, иду в сумраке каком-то, в полумраке. По лесной подстилке вьется лиана без листьев, вся в длинных острых шипах, увешанная крупными блестящими ягодами кроваво-алого цвета, словно стеклянными сосудами, подсвеченными изнутри. Бутафория, наверняка, в природе таких не бывает. Радует, что комаров и слепней нет, а огорчает, что подол рубашки собирает собой все колючки и рвется. Прикинул, как выгляжу со стороны и захохотал в голос. Впервые, наверное, за полгода я так хохотал. Идет по лесу молодой парень под два метра ростом в белой ночной рубашке до пят, сжимая в руках содержимое карманов порванной одежды. А именно: связку ключей с брелоком в форме спелой вишни (логотип нашей конторы) и горсть леденцов. Класс! Хоть бы никого не напугать, а то встречу каких-нибудь случайных прохожих, еще решат, что сумасшедший. Барахла, испорченного девицей даже уже не жалко. Хоть и бренды, да и фиг-то с ними. Нет, я так давно не веселился, спасибо другу, развеял. Интересно, какой квест меня ждет дальше? Хорошо бы Мара вернулась, с ней было весело. Жаль, что ботинок не выдали, организация приключения, правда, на высоте, но среди мягкой травы все же иногда попадаются весьма чувствительные каменюки. Даже мизинец ушиб.

Антей

Мне уже чудится знакомый восхитительный запах дивных цветов, нотка семени сушеной гвоздики смешалась с корицей и толикой нежной ванили в окружении мягкого сладковатого аромата дикой розы.

Кустарник все гуще, а цель с каждым пройденным шагом все ближе. Задубевший плащ на плечах уже не кажется столь тяжелым, как каких-нибудь пару часов назад. Крылья под ним словно трепещут, предвкушая близкую возможность вновь распахнуться, почувствовать волю. Как давно они у меня свисают, будто бы являясь всего лишь неопрятными полотнами яркой материи. Пальцы сами собой нашаривают тяжелую пряжку на вороте, удерживающую плащ на плечах. Миг, и она расстегнута, плащ вот-вот будет скинут. Главное, не разбить сосуд, принести в родной лес хоть сколько-нибудь драгоценного нектара, помнить, что я обязан раздать хоть по капле, но всем своим ученикам. Учитель школы, учитель полета. Завтра мы сможем отойти от теории и начать практику. Капли детям может хватить на целый месяц полетов, а потом я совершу еще одну вылазку. Главное сейчас, собрать хоть что-то.

Последний рубеж пройден, вцепляюсь пальцами в тугие ветви кустарника и с силой их раздвигаю. Священная роща предстала предо мной во всем своем невообразимом великолепии. Пышная зелень серебристых деревьев, с которых на тонких нитях свисают синие-синие цветы в форме кувшинов, доверху полные, лопающиеся от нектара. Оранжевые тычинки, словно Валькирии, окружили золотой пестик и выглянули наружу из ближайшего ко мне цветка. Густой аромат заполнил поляну, будто сам воздух уже и есть нектар. Мои крылья распахнулись, сбросив ненужный теперь плащ на землю, затрепетали. Жадно я припал губами к краю цветка и успел сделать целый глоток волшебного зелья. По венам будто бы полилось расплавленное серебро, жар опаляет каждую клеточку тела, спускается огненным шаром по горлу и ниже, растекается до самых кончиков крыльев. С них на землю начала осыпаться пыльца, обновляясь. Главный ингредиент лучших магических зелий, творимых людьми. Но только если мы отдаем ее добровольно, отнятая силой она почти бесполезна.

Впервые за целый год я смог распахнуть крылья до максимума, до предела, взглянуть на обновленный узор. Коричневый бархат вперемешку с черными мазкам и россыпью серебристых точек по краю. У основания обнаружился тонкий слой чёрного пуха, это впервые. Такого у меня еще ни разу не вырастало. Громкий вой накрыл рощу с разных сторон, на меня со священного дерева слетела сеть из тонких веревок, обхватила крылья и руки, спеленав как младенца, не могу достать припрятанный за голенищем сапога костяной нож. Со всех сторон бегут люди, кричат что-то. Ни слова не могу разобрать в их странном наречии, да и никто бы не смог.