Особые пристрастия короля

Глава 6

Красиво-то как! Только дышится немного странно, будто бы я стою на горе. Воздух другой совершенно, и машинами здесь не пахнет, зато несет хлевом из долины. Родной запах, я его хорошо опознаю со времен институтской практики. Брр! Вспомнилась та практика.

По образованию я, конечно, зоотехник. Но в совхозе, правда, была в последний раз очень давно. Работаю в офисе, разбираюсь в составах баснословно дорогих кормов для всех видов экзотических домашних животных, консультирую частных владельцев и зоопарки. Знаю толк в сверчках, мотыльках и сене из горных травок. Какой у этого сена аромат! Совсем не тот, что у сверчков. Те по запаху больше похожи на чипсы. Патоку мы с девчонками и вовсе нередко берем к чаю. Она такая вкусная, а подсолнечный жмых, наоборот, грубый, зато как он пахнет – семечками и солнцем.

Я начала спускаться под горку в сторону каменных зданий. В животе опять заурчало. Куда пойти сначала? В лес за грибами или за сметанкой? Может, ну их, те грибы, когда на горизонте коровник? Если есть коровки, то и молочком со мной кто-нибудь будет рад поделиться, запихну бутылку в холодильник, сливки сниму. Совхозные сливки! Это намного лучше звучит, чем покупная в магазине сметана. В принципе, местные могут мне одолжить корову на полчасика, я сама с ней договорюсь обо всем. Можно даже минуток на десять. Много ли мне надо того молока? Сущий пустяк. В чай там добавить, в кофе, немного на тесто, еще можно йогурт заквасить, да сыр бы домашний сварить из того, что останется после снятия сливок. Полведра хватит. Но лучше, конечно, ведерко. Я облизнулась, пока никто не видит и огляделась по сторонам.

А здесь, похоже, была усадьба в далекие годы имперского прошлого нашей страны. Уж больно тут все основательное. И хлева, и сама деревенька. А вон там, как будто, столовая – памятник местной архитектуры. С башенкой даже! И из трубы идет заманчивый дымок, отдающий запахом копчения и шашлыка. Ммм! Нельзя было опрометчиво оставлять Рите полсосиски. Она и так собиралась стройнеть, не знаю, правда, зачем, но это ее дело. Зато я теперь слюной захлебнусь, пока дойду до местного оплота цивилизации. Какой кошмар будет, если мне ничего не продадут. Боюсь, такой подлости от жизни я могу и не пережить.

Крыши у сельских домиков из черепицы, некоторые сеном покрыты, забавно и непривычно немного. Впрочем, я и не такое видала в глубинке, да и не только в глубинке. Люди сейчас ценят всякие экодома и прочие еретические направления строительства. Домик с утеплением стен из кубиков сена я уже видела, сильное произвел впечатление.
Под ноги мне выпрыгнуло что-то странное, немного лохматое и в сенной трухе.

- Сгинь, нечисть! - буркнула я кудлатой собаке, та зашипела и кувырнулась обратно в кусты. Может, это кошка была, но слишком уж крупная.

Я прошла вдоль стены коровника и заглянула внутрь через приоткрытую дверь. Сразу видно, хозяйство-то частное. У каждой коровки свой небольшой загон, все кругом деревянное, дверцы внутри украшены красными лентами – оберегом от сглаза. Коровки некрупные, пестрые. Я таких и не видела раньше. Трава кошенная, душистая, свешивается наружу из яслей. Странно, что животных на выпас не выпускают. Вроде бы не жарко и полей кругом немеряно заброшенных. Мы пока с Ритой ехали на машине сюда, на дачу, я все головой крутила по сторонам.

- Ау! Есть кто живой? - негромко поинтересовалась я, чтоб не пугать чужую скотину. В ответ коровки начали мукать, пихать игриво друг дружку.

- Чевой? - из дальнего конца коридора ко мне направился скотник.

Коренастый дядька с густой бородой, в руках острейшие кованые вилы на отполированном черенке. Такими работать - одно удовольствие. Что ж за хозяин у этого места, если тут все сделано так аккуратно? Я просто потрясена. С ним бы поговорить, с хозяином, я имею в виду. У нас на складе в офисе как раз завалялась пара тон витаминов. Было бы замечательно их продать, мне бы премию, наверное, выписали. Я улыбнулась пошире.

- Добрый день. Я хотела узнать, нельзя ли молока купить? Небольшое ведерко.

- Откуда такое чучело? Простоволосая, штаны мужские надела. Ты чьих будешь? - на меня наставили острия вил.

- У меня дом на холме. Соседка ваша, - я ничуть не смутилась.

Да и что взять со скотника? Кроме свежего молока. В селе всегда настороженно относятся к чужакам, в особенности в крупных хозяйствах. Тут нельзя обижаться. Сколько раз бывали случаи, когда к людям днем заезжала девушка или подросток, одним словом, такой человек, о котором и не подумаешь плохо. А на следующую ночь сводили весь скот. Нет, в этом плане я скотника понимаю. Лучше сразу представиться и показать свой дом, если попросит.

- Откуда? А ну, покажь! Нет на холме никакого дома!

- Как это нет? Его даже отсюда видно.

-Нетуть тама никакого дома! Брешешь!

- Идемте, - я смело повернулась к вилам спиной, вышла наружу, чувствуя себя преступником под конвоем, и завернула за угол здания.

- Вон там! - я показала рукой на вершину холма и обомлела.

Моего дома не было. То есть совсем. Вместо него на вершине холма была высоченная глыба камня с одной-единственной дверью посередине. Интересное дизайнерское решение, однако. Сразу понятно, кем был первый хозяин дома, муж моей тетки. Слава богу, что бывший! Это же надо догадаться, деревянную стену камнем обложить. Там же под ним все сгниет. Обживусь немного и буду с этим разбираться. Отсюда эта стена дома вообще смотрится как гигантский валун, совершенно природный.

- Дом? - тоже малость опешил скотник. Нет ничего удивительного в том, что он мою дачу не замечал, - Ты часом не ведьма?

- Нет, что вы! Я зоотехник. Могу минеральную добавку продать для коров. Соль есть еще гималайская. Кусками по два килограмма. Хотите? За обе сделаю скидку.

- Чегой?

- Присыпка, говорю, есть для корма, чтоб молоко у коров жирное было. И соль есть. Глыбами. Красивая, вкусная.

- Так бы сразу и сказала. Соль-то почем? Мне б жменьку, если не дорого, - почесал он бороду.

Жменька - это горсточка. Я привыкла переводить в уме самые разные меры длины и объёма. Американцы меряют витамины чашками и галлонами, наши литрами и килограммами, владельцы животных - горстями и ложками. На конюшнях есть еще странная мера - гарец. Это совок объёмом от полутора литров до двух. Это еще как-то можно посчитать. Хуже, когда уточняют всякие полумеры - гарец с горкой, жменьку с ладошкой, ложку без горки, но с холмиком. Ничего, я всех умею понимать, была бы в том моя личная выгода.

- Можем поменяться. Я вам брусок соли, а вы мне ведро молока.

- Воруешь у хозяина?

- Что вы!

- И я не ворую. Никто не ворует. Просто сегодня коровы худо доятся. Чупокабр повадился ходить, элийцы, говорят, в лесу засели. Боится скотина суеты, - хитро подмигнул он мне.

- Рассказывайте…

- Беги за солью, вынесу я молока. Вон к тому углу подойдешь, через забор передам. Уяснила? И ведерко возьми.

- Спасибо! Я и подоить, если что, могу.

- У нас фея доит. Ловко у Орхеи получается. Не переживай, ей я тоже соли отсыплю, -
Нос пощекотал запах дыма из трубы столовой. Ну нельзя же так вкусно готовить!

- Мне бы еще мяском разжиться. Дорого там?

- Прилично. Гуся не бери, уж больно душистый. Его в уксусе с травами да орехами вымочат и на стол рыцарям подадут. Эти всё переварят. Курятина неплохая сегодня, свежая, по крайней мере. Оленина хороша, сегодня Борус добыл. Бедро проси, должно уже подкоптиться. Да, определенно, должно.

- Дорого?

- Как сказать. Не дешево.

- А и ладно.
Я пошагала в сторону дома. Вверх оказалось идти куда тяжелей. Еще и тропинка теперь кажется скользкой. Ничего, доберусь. Ведро бы дома найти. Что, если взять кастрюлю? Я точно видела на кухне одну литров на двадцать. Вот только как я ее обратно поволоку, на вытянутых руках? Может, прихватить Риту, впутать подругу в преступную махинацию по обмену? Неплохая идея, я считаю. Даже очень удачная.

Глава 7

Людовик

Я уселся в таверне за простым дубовым столом. Кругом мои стражи, вся моя свита. Трещат угли в камине, над ними на вертелах подрумяниваются туши добытой дичи, и с них капает вниз густой сок, шипит, разгорается огоньками. Мальчишка сразу же гасит эти язычки пламени, чтоб не сгорело вкусное мясо. Оленина, гусятина, несколько зайцев – все поймано здесь, в окрестных лесах. Дымный аромат мяса щекочет нос, рот наполняется слюной. Парни из свиты то и дело сглатывают все как один, поводят носами. Точь-в-точь гончие псы в разгар делёжки добычи. Мои верные люди, зря я так о них говорю. Но пока на столах разложены только лепешки, да стоят миски с супом, а мы все голодны.

Я проворачиваю в голове разговор с молодой дикаркой. Служанка! Да еще в мужском платье и при том держится так, будто бы она – сама баронесса, не меньше, если не герцогиня. Голову и ту не соизволила склонить передо мной, перед королем! Ни капельки не испугалась чужих мужчин на пороге дома. Мало того, имела наглость сказать, будто дом этот ее! Вот нахалка. Наказать бы ее за ложь самому королю. Хотя, такую, пожалуй, и не накажешь. Слишком тонка да остра на язык. И потом, нельзя ни в коем случае тронуть служанку моей невесты, нельзя огорчать нареченную.

Я крепко задумался, могла девица солгать? Вполне. Может, ее хозяйка спала в то время, что мы говорили, а может, улетела куда на метле. Кто их, ведьм, знает. Худо то, что я передал в руки юной служанки драгоценные камни. Девица может их забрать себе, положит в кармашек штанов и сбежит.

Второго такого украшения мне будет не найти. И с чем я явлюсь в следующий раз свататься? С пустыми руками? Черт бы ее побрал! Нет, лучше сразу обеих. И мою нареченную, и служанку!
Только жениться мне все равно придётся. Черт бы побрал шутки богов! Лучше бы они подбросили мне на порог фею с крыльями, чем такую невесту. Уж ее бы точно не пришлось уговаривать выйти замуж за короля. В конечном счете все заинтересованы в том, чтоб я заключил этот брак, брак с моей нареченной, какой бы она ни была.

Знать бы еще, где ее разыскать! В полном ужасе я размышляю о словах юной девицы: "Хозяйка дома – моя тетя. Она в шестой раз вышла замуж и уехала незнамо куда".

Но в пророчестве-то говорится о деве! О невинной девушке. Как же ведьма должна быть страшна, если пять мужей не смогли исполнить брачный долг и понадобился шестой муж. Я незаметно поскреб пятерней подбородок, да уж, свезло. Выходит, я стану седьмым мужем? Седьмым! Рука потянулась к кубку. Вишневый сок со льдинками чуточку примирил меня с жизнью. Я повернул голову к колдуну, старик ворожит над котлом, высматривает будущее в пузырьках над поверхностью пряного эля.

- Ну, что там? Солгала она или нет? - не выдержал я. Старик сдвинул кустистые брови к переносице. В таком положении они стали напоминать гусениц редкой окраски.

- Не разберу! Вроде и да, а вроде и нет? Никак не понятно. Прикажите подать еще эля.
Я сделал знак трактирщику. Мужчина покачал головой и сказал обо мне достаточно громко с нотой искреннего уважения в голосе.

- Силен! И это в его-то годы! - старик принял похвалу на свой счет, какой он самоуверенный.

- Стараюсь на благо короля.

- Что не сделаешь во имя трона. Иные и жизнь готовы отдать, - покивал ему трактирщик и подлил изрядно эля в котел.

Впервые вижу, чтоб при гадании так быстро исчезали подношения духам. Похоже, колдун мне достался надежный, хорошо знает свое дело.

- Ык! - вздрогнул старик, - Не солгала она.

- То есть?! Я стану седьмым мужем?

- Да при чем тут это. Солгала – не солгала. Ой! Вам- то что до этого, милорд. Я точно знаю одно, нареченная ваша сейчас находится в своем доме, и дверь из него выходит на наш холм. Вот только...

- Только что, не томи!

- Не одна она. И не с мужем. В доме две ведовки. Одна посильней, вторая слабее, но колдовать могут обе. Одна из них - дева из пророчества, вторая...

- Что вторая?!

- Мне бы... ык! Ыбки солененькой, орешков, колбасок.

- Рыбки?

- Солененькой. Спросите для... В жертву богам, милорд. Несколько штучек. Луче всего подойдет копчёный лосось.

- Будет им рыба. Рассказывай дальше, что видишь. Невеста моя чиста?

- И невинна. Она мечтает выносить дитё и заключить брак как можно скорей. Хотите добрый совет? - старик причмокнул губами в глубине бороды.

Я чуть оторопел, эль в котле заканчивался на глазах, он исчезал стремительно, закручиваясь в воронку, а в центре нее торчал хвост небольшой змеи. Другим концом ядовитая гадина заползла в рукав мантии колдуна. Хоть бы не помер от яда старик, колдун такой силы - редкость.

- Умри! - я выхватил нож и разрубил надвое ядовитую гадину. Наружу из нее хлынул эль.

- С вами, милорд не соскучишься! - вздохнул колдун, - Извести такую полезную штукенцию! Еле зачаровал шланг под змею.

- Ты обязан мне жизнью, старик.

- Вы убили посланца богов! Нет, как же мне надоел этот мир, вечно все идет вкривь. Пора подыскать что-нибудь покомфортней, но чтоб пиво там уже изобрели. Пожалуй, пора уходить из этого мира.

- Ты нужен мне живым. Даже не думай о том, чтоб погибнуть внезапно.

- Воля ваша, милорд. Где моя рыбка? Копченый лосось - единственное, что способно убедить меня остаться в этом убогом мире.

- С спрошу у хозяина корчмы пару рыбешек.

- Уж спросите, сделайте милость. Вы не против, если я немного вздремну?

Колдун стар, устает слишком быстро, как бы, и вправду, не помер. Вон, уснул за столом. Жаль его, пожалуй. Сколько ж ему лет? Сам он говорил, будто перевалило немного за триста. Даже пергамент показывал с гербом и печатью. Лгал, конечно. Думаю, Руфусу уж всяко исполнилось пятьсот. Колдуны в возрасте трёхсот лет еще бодры, верхом по полям скачут, не то, что этот. Чуть что – падает с ног.

Я поднялся из-за стола и прошел к камину. Что же теперь делать? Ждать, пока ведьма покинет замок? Или встретиться хотя бы со служанкой? Как сказал колдун, в доме две ведьмы и больше никого нет. Выходит, девица тоже обучена колдовству?! Теперь ясно, почему она ни черта не боится. Будь я колдуном, я бы тоже не стал кланяться королю. А уж был бы ведьмочкой, да еще и такой хорошенькой – тем более. Жаль, не она должна стать моей супругой. А может, и не жаль? Попробуй, укроти дерзкую девицу, поседеешь, пожалуй. А то и вовсе закончишь, как тот дохлый мыш. Повезло, что мы его нашли в сапоге и похоронили со всеми почестями под камнем.

- Какой совет ты хотел дать мне, старик? - я чуть толкнул колдуна в плечо.

- Не таскайте дамам мышей!

- А что тогда?

- Женщины - не кошки. Они предпочитают сладости, икру и цветы.

Женя

Заспанная Рита сидит перед окном в моем кресле, поджав под себя обе ноги. Глаза у подруги совсем как у дельфина - маленькие и «впуклые» после сна. Черные волосы рассыпались по одежде в беспорядке. К воротнику ночной рубашки заколка приколота, черный «крабик».

- Щеколду прикрутила?

- Ага, - зевнула подружка, - Надо слесаря вызвать, чтобы врезал замок. Я побоялась закрывать дверь на задвижку. Думаю, усну еще, как ты домой попадешь?

- Я бы дом обошла по кругу и влезла через окно кухни.
- Можно и так. Но лучше замок всё-таки врезать. Что-то ты быстро вернулась. Как сходила? - Рита выразительно посмотрела на пустую корзину в моих руках.

- До леса пока не дошла. Зато договорилась поменять кусок гималайской соли на ведро молока у местных.

- Какой соли?

- Гималайской. Мы, наша фирма, такую продаем для животных. В машине как раз болталось несколько образцов.

- Молочко – это хорошо, - по-кошачьи облизнулась подруга, - Может, там еще и сливок взять? Деревенских, чтоб в них ложка стояла. Сливочки я люблю еще больше.

- Сливок нет, извини. Но мы сами их снимем. - И потом будем пить обессливленное молоко?

Обессливленое? Как правильно, я запуталась спросонья.

- Обезжиренное. Десяти литров хватит на все.

- Десять литров? Парного молока? И ты все еще здесь?

- Чтоб его принести, нужна кастрюля.

- Сейчас я все найду. И кастрюлю, и бидон, и кружку! - Рита соскочила с кресла, запуталась в подоле рубашки, чуть не рухнула на пол, но даже это ее не остановило. С крейсерской скоростью она рванула на кухню, где через минуту загрохотала кастрюлями в недрах буфета.

- Жень! Тут нет ничего! Бидоны просто гномьих размеров! Ну скажи, это насколько у человека должно быть мало кулинарных амбиций, чтобы покупать литр деревенского молока?

- Не знаю, - я вошла следом в самую уютную комнату дома.

Буфет занимает ее половину. Огромный, с резьбой, старинный, конечно. Короной он достает до потолка, а кругленькие ножки уверенно упираются в дубовые доски деревенского дома. Сверху разместились тарелки, блюдца, антикварный фарфор. В ящиках нашлись разномастные вилки и ложки. Ни одной похожей на другую пары столовых приборов здесь нет. Все наособицу, будто их собирали для коллекции по разным уголкам мира. И материал столовых приборов тоже весьма необычный, он похож на очень темный мельхиор с примесью другого металла. Может, как сказала Рита, и серебро, конечно. Но мне в это особо не верится, если честно. Страшно подумать, сколько может стоить эта коллекция, будь она действительно из серебра. Странно, но ни одного ножа в доме мы так и не нашли.

За все три нижние дверки буфета упиханы кастрюли, бидоны и сковороды. Рита залезла за правую дверцу, копается там, брякает.

- Нашла?

- Нет пока. Жень, мне кажется, с этим домом что-то не так.

- Почему?

- У меня с рук то и дело сыплются искры. Статического электричества очень много.

- Странно. Может, где-то пробой? Или нет заземления? Нужно будет электрика вызвать.

- Ага.

- За левой дверцей смотрела?

- Нет там ничего подходящего.

- Или ты не заметила.

- Не заметила бидончик на десять литров? Это было бы слишком даже для меня.

- Ну-ну, ты можешь. Итак, нам нужен бидон, - я присела перед буфетом на корточки и потянула на себя изогнутую ручку. По пальцам ударил разряд тока, даже искорки засверкали на пальцах. Жуть какая!

За дверцей обнаружилась безразмерная полка, уходящая вглубь, как туннель.

- Ничего себе!

Впервые такое вижу. Похоже, что за дверцей буфета сделана небольшая кладовка. Или большая? Конца туннеля я разглядеть не могу. Может быть, это вентиляционная шахта? Но почему у нее стены из кирпича, домик-то у меня деревянный. Ой, вот и бидончик стоит. Красивый такой, по форме египетскую вазу напоминает. Еще и крышка золотистая, чеканная, чтоб удобнее было откручивать.

- Только не говори, что ты нашла!

- Нашла. Почему ты мне не сказала, что к буфету приделана кладовка?

- Какая кладовка? - подруга пододвинулась ко мне, - Здесь ничего не было. Стояли какие-то миски и все. Таз еще был для варенья. Ничего не понимаю.

- Может, ты спросонья не заметила?

- Может, конечно... Доставай бидон, его нужно отмыть.
Я потянулась в глубину буфета ,в нос ударило холодом и сыростью. Странно. Вроде бы и голоса какие-то слышатся. Может, в вентиляции сквозняк гуляет, он и дает такой эффект? Брр.

- В нем что-то есть.

- Доставай, сейчас посмотрим.

Глава 8

Рита наконец переоделась. Из одежды подруга, как и я, привезла не много вещей, лишь бы было в чем сбегать на речку, пройтись до магазина, да совершить вылазку за грибами. Сейчас, я так подозреваю, она надела свое единственное платье. Короткие рукава, широкий подол до середины бедра, да и само оно голубое, хорошо сочетается с ее черными глазами и розовой, как зефир, кожей.

- Ну, идем? - кивнула я на выход из дома, - Пока тот замечательный дядечка не передумал продать нам немножко молока.

- Идём, - охотно согласилась Рита, и я пошла в сторону основной двери дома,

- Ты куда?

- Как куда? За солью. Я же обещала в обмен на молоко пару брусков гималайской соли. Они у меня в машине лежат.

- Заодно посмотрим, как выглядит сад при свете дня. Жаль, домик стоит в низине.

- Ошибаешься, мой дом стоит на холме. Мало того, его задняя стена сделана целиком из камня. Смотрится, как скала.

- Почему на холме? Он точно в низине! Когда мы ехали, дорога шла вниз, я помню.

- На холме! Хотя я тоже думала, что в низине.

- Я сама видела среди травы много фиалок, они растут только в низинах и у рек, - Рита задумчиво почесала переносицу. Без очков у нее очень забавный, растерянный вид.

- Сама сейчас все увидишь.

Мы с подругой вышли во двор. Странно, тут трава мокрая, не то в каплях росы, не то в каплях дождя. Вроде, с задней стороны дома все уже высохло после ночи, было сухо совсем. Почему так? Хоть бы кроссовки не замочить. Так-то они у меня непромокаемые, если верить рекламе, осталось узнать, что думают об этом сами кроссовки. Я вынула брелок и ключи. Машинка приветливо подмигнула мне фарой, взвизгнула с хрипотцой, как кобыла, что признала хозяйку.

- Пока отдохни, я только за солью, - я провела рукой по капоту, ничего, что он пыльный.

Мне моя машина кажется немного живой, будто бы у нее есть душа. Глупо так думать, наверное.

В багажнике соль лежит крупными брусками в ряд. Есть простая белая, есть красная с минералами и железом, есть розовая - выпиленная из скал в Гималаях. Кусочки разного цвета на любой вкус животных. Весят они не мало, если брать сразу несколько штук. Каждый брусок килограмма два. Надеюсь, местные коровки оценят изыск минеральной добавки.

- Принести пакет? - Рита покачала один из кусков на ладони, - Нам же три штуки нужно и нести далеко.

- Смысла нет, порвется.

- Ну не на груди же их нести? Давай, хотя бы бечёвкой перевяжем, я видела в доме целый моток.

- Давай, - охотно согласилась я. Так, и вправду, будет лучше.

Ритка – великий оптимизатор, не то, что я. Она сначала обдумает, как сделать так, чтоб было удобно и только потом начинает действовать. Без заранее подготовленного плана она и кофе не может выпить. Через минуту громко скрипнула дверь дома. Рита вернулась с пыльным мотком бечёвки в руках.

- Слушай, я еще раз открыла буфет. Та странная кладовка никуда не исчезла.