Поймай меня! Ветеринара заказывали?

Глава 7

Тьерэль

Лунные эльфы - эльфы из Края Туманов. По легенде они рождаются летней ночью, когда туман особенно плотно стелется над водой их священного озера. Именно тогда по центру водной глади само собой начинает крутиться веретено. Слой за слоем на него наматывается, накручивается, все уплотняясь, сам сизый туман, ложась слой за слоем, пока наконец не превращается он в ребенка, что сидит без опоры на водной глади и ждет, когда его заберут названные родители.

Край Тумана велик, горы подпирают пиками само синее небо. Его жители, лунные эльфы, все как один высокие, стройные, беловолосые. Они жестокие воины, быстрые, ловкие и лишенные страха. Двадцать пять лет назад было заключено драгоценное перемирие между моим родным Темным Лесом и их Краем Тумана. С тех самых пор я обречен. Обречен с малолетства стать мужем для дочери одного из их величайших родов. Кто она, когда случится наша с ней свадьба, как она выглядит, не знает никто. Доподлинно знаю лишь только то, что сегодня ей должно исполниться двадцать пять лет, и еще мне известно ее имя - Элия.

Темная зелень стен кабинета, пол застелен шкурой убитого мною вепря. Я сижу за столом и разбираю бумаги: донесения, отчеты, списки расходов. Скучная и однообразная работа, необходимая на благо порядка. Сейчас бы отвлечься , сходить на охоту... В дверь постучали, ко мне заглянул слуга с очередным письмом. Плотный конверт, сургучная печать. Что еще им от меня надо?
Совет старейшин приказывает среднему наследному принцу, темному эльфу Тьерэлю, срочно явиться перед темнейшими очами, то есть вызывают меня. Я где-то ошибся в прошлом докладе? Демон! Еще не хватало слушать их нудные высказывания и нравоучения.

Явился под покров ветвей, куполом защищающих поляну для сборов от летнего зноя. На мягком ковре белоуса разбегаются в беспорядке лучики солнца, что смогли пробиться сквозь листья. Неужели мое зрение меня все же морочит?. Меня ожидают двое мужчин - глава совета этого года и беловолосый незнакомец из рода лунных эльфов.

Я учтиво поклонился обоим. Сухой жесткий голос Главы совета нарушил гомон птиц нашего леса.

- Тьерэль! Сегодня в наш Лес прибыл глава родов Лунных эльфов с официальным визитом. Радостная весть призвала его под кроны нашего Темного Леса.
На тебя, нареченного жениха эльфийской девы Элии возложена великая честь - честь найти свою невесту и перенести ее в наш мир. Она сирота, ее родители умерли от руки наемника, когда юной эльфийке исполнилось три года. Перед смертью мать Элии надежно спрятала свою дочь в чуждом нам мире. Других родственников у нее не осталось, а время пришло, и только ты сможешь найти свою невесту. Сегодня ей исполнилось полных двадцать пять лет, и оберег, что защищал ее четверть века, сломан. Его время вышло. Только теперь стало возможным отследить ее ауру.
Возьми же у меня эти два артефакта. Один перенесет тебя навстречу суженой, а вторым ты воспользуешься, чтобы вернуться обратно с невестой. И вы сможете заключить долгожданный брак на благо мира наших народов, если тебе удастся добиться расположения эльфийской девы.

Я взял обереги и поклонился. Конец моей холостой свободе.

Светлый эльф решил добить не делом, так словом.

- Перенесетесь вы прямо к порогу вашего дома.
Сразу по возвращении, к ней вернется вся ее немалая собственность.
В нашем благословенном самими богами краю царит абсолютный матриархат. Полное главенство жены над подвластным ей всецело мужем. Смирись. Сразу после того, как ваша кровь смешается в свете луны, ты войдешь в ее дом безропотным и покорным воле супруги мужем, как и подобает. Артефакт переноса будет активирован на рассвете. В Темный Лес без воли супруги ты более не вернешься. А сейчас можешь проститься с дорогими твоей душе местами.
- Боюсь, что это не совсем так. Традиции Темного Леса тоже нужно блюсти.

Я встрепенулся, неужели старейшина решил за меня вступиться?

- Остаток дня и грядущую ночь, Тьерэль, как и подобает жениху перед свадьбой, проведет в доме Совета, и вы сможете донести до него, какое именно место он займет в доме супруги и каких правил ему придется придерживаться всю его брачную жизнь, а она обещает быть долгой.
- Да, это будет оправданно. Но брак с лунной эльфийкой не обязательно будет долгим. У нас свои традиции на этот счет. Я все поведаю жениху уже сегодня.

В дом Совета я шел как на казнь, скорее даже на неуместные похороны своей холостой свободы. Я обязан возложить свою жизнь на алтарь во имя мира и унизительного перемирия, во имя пошатнувшейся было славы Темного Леса. Всю жизнь надо мной реял, будто проклятие, скрепленный кровью договор о неизбежном браке, всю жизнь свою я старался о нем не думать, не вспоминать, надеялся избежать этой участи – стать тенью в блеске лунной эльфийки. А в блеске ли? Какая она, ведь я о ней ничего не знаю.

Громадой возвышается дом старейшин, как изваяние, как лесное чудо. Темные бревна подпирают замшелую крышу из тонких пластин серого камня. Так просто сюда никто не заходит, это место сбора старших эльфов великих родов, место принятия великих решений, место оглашения суровых приговоров изменникам и оступившимся. Все, кто встречается на пути, все смотрят, будто видят меня впервые. В спину ударяют обрывки слов, возгласов, порой неуместных, глупых. В чем меня только не подозревают, будто не видят лунного эльфа, не помнят про тот уговор. Меня ждет брак, скрепляющий судьбы и страны.

Дом старейшин встречает мраком, неуместным для летнего дня. На огромном блюде из камня, что обозначает центр этого шестиугольного дома, чуть тлеет огонек. Вдоль стен расположились скамьи, каждая знает своего господина – выбранного советника этого года. Меня оставляют стоять по центру, рядом с тлеющим огоньком. Старейшина занимает свое место, лунный эльф занял место поодаль на соседней скамье, делает знак мне рукой, приглашая сесть рядом. Значит, разговор будет долгим или это реквием по моей судьбе?

Плавная тягучая речь рождает грустные мысли в моей голове. Брак будет свершен, если только эльфийка того пожелает. Мы должны смешать нашу кровь под лучами любого светила, брачная метка не заставит себя ожидать, другой жрец, кроме светила, ей и не нужен. Если эльфийка, невеста моя, не заявит в течение полугода своего права на жениха, я буду свободен. Значит, есть шанс избегнуть навязанного мне брака. Если же брак свершится, но в течение года я не проявлю себя достойным в ее холодных голубых как у всех лунных эльфов глазах, то брак будет расторгнут. Вина будет моя, как и позор, что накроет весь мой род, но все же я буду свободен.

Девушка росла в Туманом Краю до трех лет, потом ее спрятали у чужаков из другого мира, где это, не знает никто. Надеюсь, она росла хотя бы не у гномов, и не у драконов. Моя цель – повинуясь связи нареченного, найти невесту и вернуть в родной край любой ценой, даже ценой собственной жизни. Иначе позор мне, позор и моему роду. Вероятно, сейчас, когда ее оберег утратил силу, она и сама сможет вернуться домой. Это никому не известно, но будто бы ее мать совершила такое странное колдовство, чтобы обеспечить дочери возможность вернуться в Край Туманов на следующий день после достижения ею возраста совершеннолетия.

В Краю Туманов нас ждет ее особняк, приличный счет в банке, что-то еще, но мне не сказали. Сразу же после совершения брака я перейду под полную власть и опеку супруги, без нее со мной не будут особо считаться - объяснял лунный эльф, приправив отраву улыбкой. Даже свое немалое золото я не смогу тратить без согласия жены. Она обретает надо мной полную власть, их мужчины к такому привыкли. Они могут работать, могут содержать дом, могут тратить и деньги, но все только с согласия супруги.

Виной такому дикому укладу семейной жизни стала отгремевшая вот уже тысячу лет назад магическая война. Мужчины стали ее зачинщиками, многие из них погибли. Край был почти уничтожен, стерты были сады. Лишь скромные домики устояли, да редкие плодоносящие деревца давали жалкие крохи тени своей пожухшей листвой. Эльфийки не опустили руки, подобрали страну, будто усмиряя строптивую лошадь, под свои изящные пальцы. Взнуздали и заставили пахать во благо. Воздвигли вокруг преграду из сумрака и тумана, отделив от Империи надежной стеной. Восстановили дороги, посадили сады, взяли себе мужей из чужаков. И всецело захватили власть в свои хрупкие руки, пока мужчины оплакивали выигранную, но уничтожившую их край войну.

Невольно я взялся руками за голову. Я погиб, погибла моя мужская свобода. Есть только надежда на то, что я не окажусь избранным невестой в мужья. А если все же она решит стать моей женой? Какая она? Хрупкая? Нежная? Ласковая и скромная? Сильная и жестокая? Грубая, распутная, наглая? Или такая же, как наши эльфийки из темных – холодная, гордая, жадная до сокровищ?
Отказаться от брака я не посмею, за такое для всех я навеки буду изгоем. Значит, нужно вызвать неприятие меня невестой. Что ж, этого не так уж сложно добиться. Я красив, но красавцев много, а вот наглого хама ни одна эльфийка не перенесет. Я же с чистой совестью вернусь под кроны родного леса и продолжу свободную и холостую жизнь. Была б моя воля, я бы взял себе в жены веселую ведьмочку и жил радостно и счастливо. Только никому о таких мечтах не расскажешь – засмеют, осудят, уничтожат презрением. Жаль. Но холостяцкая жизнь все же лучше, прочнее, да и безмятежней.

Ночь прошла за беседой, точнее, под убаюкивающий рассказ лунного эльфа. Традиции, обряды, нормы приличий. Для мужчины легко оступиться, просто вызвать недовольство своей супруги. Женщине дозволено много больше, к мнению супруга ей прислушиваться необязательно.

Как же мы тогда почти проиграли ту войну лунным эльфам? Неужели их армией руководили дамы? Невозможно! Но это неоспоримая истина во всей своей неприглядности.

Утром слуги накрыли на стол. Поспешно позавтракав и переодевшись, я стал собираться для путешествия в неизведанный мир за своей невестой, не дай то великие боги, женой.

Камзол, широкий пояс, удобные брюки, перевязь для меча. Меч взял тот, что покороче, он удобен для ближнего боя. Сапоги мягкой кожи, украшенные скромным узором, в них удобно и бежать, и идти, а при случае легко сесть на лошадь. Мешочек золотых монет, фляга с водой на пояс, сухари белого хлеба и горсть вяленой оленины в холщовом мешочке разместил в кармане, на сутки мне этого хватит, и то взял напрасно, уж всяко в том мире найдется таверна, и золото будет иметь свою цену. Амулет переноса обратно положил в карман брюк. Я готов.

Элия

Справа и слева от машины корабельные сосны подпирают кронами небо, крепко вцепившись корнями в земную твердь. Дорога стала на удивление ровной, лес пустынен, даже грибников нет. Проскочу с километр, убедюсь, что людей нет и выпну пса из машины. Или убежусь? Не важно! Главное - доехать.

Если верить навигатору, по правому борту скоро будет небольшое озерцо. Там и отпущу пса в родные пенаты.
Проехала ещё с километр, а вот и озерцо. Репатриант в естественную среду молчит в багажнике, хоть бы не пожрал тут никого, совесть же меня замучает. Может еще проехать? Ну уж нет, ну его на фиг.
Вышла из машины, осмотрелась, вроде бы никого нет. Птички поют, грибочки растут внаглую прямо на виду у всех, в целом, все, как и подобает приличному лесу. Подойти к воде, что ли, вдруг там притаился рыбак в кустах, а собака его съест. Осторожно иду в сторону озера. Надо же, тут даже мостки есть, вот уж не ожидала, скользкие, полугнилые, но есть. А озеро-то какое милое, тихое-тихое, заросли камыша по берегам, вода чёрная, глянцевая, лоснящаяся, и кувшинки вдоль берега зацветают ярко-желтым. Симпатичное место.

Вот бы тут домик построить, прямо у воды. Эх, мечты, мечты. Еще бы оборотни и маньяки тут не водились - было бы вообще славно. Рыбаков, вроде нет, рыба тоже не плещется. Пора собраться с мыслями и пойти к машине, только руки ополосну и сразу пойду.

Осторожно ступая по гнилым доскам, дошла до самого края мостков, только хочу потянуться к воде, как на плечо мне опускается большая мужская рука. Я подлетаю, разворачиваюсь. Маньяк! Тот самый, с мечом! Бордовый после пробежки. Со всей силы ударила под дых, мужик ухватил меня за плечи с двух сторон, смотрит прямо в глаза ненавидяще, зло. Я подпрыгнула и залепила лбом ему в переносицу. Мужик начал падать на спину, но меня из объятий не выпускает. Мы рухнули, снизу он, сверху я. Мостки выдержали, мне даже удалось высвободить из захвата одну руку и смягчить падение о мостки, точнее о гвоздь. Блин! Еще и руку разодрала, как я теперь оперировать буду! Хотя, какое оперировать, главное - выжить!!!

Красавчик еще что-то говорит не по-русски. От души вмазала ему кулаком свободной руки в нос, пытаюсь вырваться из захвата. Держит, гад. Коленом удалось вмазать по тому самому нежному месту мужчин, хват ослаблен. Вывернулась, ура! Опрометью добежала до машины, вскочила за руль, буксую на мягком подлеске. Ну же! Не подведи! Черт! Маньяк шкандыбает к машине. Глаза злые-злые, ухватился за меч. Мне конец!

Ну же, машинка, милая, ну, давай! Выехала! Только бы нигде не застрять. Маньяк ускорился, что-то лицо у него совсем зверское, вот урод! Кинул мне в крышу камень, хорошо, что не в окно. Блин! Что-то жахнуло от души и пыхнуло синим. Черт! Петарда это или что? Урод прыгнул мне на заднюю дверь, держится, откуда он взялся-то такой ловкий?! Впереди поворот влево. Черт! Еще вспышка. Даю по газам, ухожу в поворот. Что, не ожидал? Скатился как миленький! Мало кому удастся справиться с полевым ветеринаром! Уф!

Тут и дорожка стала совсем ровной, и сосны как-то пониже. Точно, я выехала на брусчатку, теперь по газам и деру! Если сильно повезет, то я этой дорогой выеду к станции. Из багажника раздался душераздирающий скулеж. Блин, пса же там припечатало наверняка моими ветеринарными сундуками! Я же заруливала как на гонках. Ничего, сейчас еще немного проедем и загляну в багажник. И где я теперь этого зверя буду выпускать?

Впереди какие-то домики, все такие забавные, низенькие и укрыты черепичными крышами совсем как грибы, зелени много. Видимо, я не к станции выехала, а попала еще в какой-то коттеджный поселок. Как тут все аутентично-то. Вот о чем я думаю, мне бы маньяка в полицию сдать, да и оборотня надо бы в лес выпнуть из моей жизни.

На въезде будка охраны в форме средневековой башни. Запарковалась кое-как, стучу в дверцу, мне навстречу вышел мужчина в камзоле и сапогах.

- Доброго дня, госпожа. Чем я могу служить вам?
- На меня напали, спасите! Он гонится за мной!
- Мужчина? Какой расы?
- Мужчина. Какой расы не знаю, кто-то восточный.
- Вы позволите снять отпечаток вашей ладони, чтобы я мог вас пропустить на территорию поселения?
- Снимайте!

Тут же мне в руки сунули какой-то планшет, на ощупь покрытый слоем воска. Что за бред происходит на КПП у этих элитных поселков? Лучше б номера записали или водительское удостоверение попросили посмотреть.

Глава 8

Элия

- Госпожа Амальрэ, рад приветствовать вас и спешу заверить мое почтение, можете проезжать. Вам надлежит посетить дом старосты, это прямо и через два квартала направо. Зеленый дом под бордовой крышей.
- А маньяк?
- Не стоит беспокоиться, стражу я уже известил. Прошу.

Передо мной распахнулись кованые ворота, наконец-то я смогла въехать. Уф. Пес вроде больше не скулит, посмотреть бы, как он там. Но сначала надо спрятать за поворотом машину, мало ли что. Маньяк вооружен и опасен!

Затормозила у какого-то зеленого дома. Как он меня назвал? Госпожа Амальрэ? Обознался, скорее всего, или тут ждут кого-то другого. В любом случае нужно заглянуть к старосте и сообщить о маньяке, мне еще выехать отсюда надо, пристроить чертова оборотня в естественную среду и ломануться домой. Хотя, скорее всего, придется давать показания в полиции. И руку бы неплохо обработать, сильно я ее пропорола о гвоздь, еще не хватало заработать воспаление. Хорошо, рана не колотая, а скорее рваная. Сунула руку в сумку, нашла перекись и йод. С чувством промыла ссадину, залила йодом, наклеила пластырь. Теперь срочно в багажник, только прихвачу вкусняшки для собак, специально держу для некоторых пушистых клиентов.

Выбралась из машины, снаружи как-то внезапно потеплело, это хорошо. Солнышко вышло из-за тучки, тоже радует. Тихонечко отворила дверь багажника. Сидит пес, на него даже не упало ничего из моих котомок, пачка бинтов не в счет, они лёгкие. Только взгляд у псины очень грустный и язык в пене, укачало. Может, мне привиделось все это утром, спросонья? Хотя, у собак таких длинных языков не бывает, интересно, как он вообще помещается во рту? «Маньяк тебе тоже просто привиделся?» - фыркнул внутренний голос.

- Держи, можешь перекусить, - я осторожно положила на салфетку пару кусочков высушенного легкого. Не жрет, гад, точно, укачало. Выгулять бы его, но сначала надо зайти к старосте.

- Посиди пока тут, захочешь - перекуси.

С чистой совестью я захлопнула дверцу машины. Уф! Вот просто полный уф!

А как тут красиво-то! Отчаянно напоминает мои детские сны. Южный городок, дома-особнячки, тихо и так спокойно, уютно и весело. Поросшие мхом, будто покрытые зеленым бисквитом, широкие ступени из белого камня ведут к небольшому дому. Надо идти туда и говорить о неприятностях людям, даже как-то обидно нарушать сладостный покой этого места.

Поднимаюсь. Аккуратную зеленую дверь украшает кольцо из меди, оно служит и ручкой и молотком. Надо же, как все тут сделали под старину. Погромыхала кольцом по двери, побеспокоив кого-то. За дверью слышится легкий шорох торопливых шагов. Дверь отворяют осторожно и почти нежно. На пороге стоит красивая дама, она блондинка, такая же пепельная, как и я. Да и глаза такие же, как у меня - огромные голубо-серые, их прозрачность подчеркивают элегантные серьги из белого золота или платины.

Женщина замерла на пороге, всматривается в мое лицо.

- Добрый день.
- Мы тебя очень давно ждали, Элия. Этот день и вправду стал добрым,- откуда она знает мое имя? Редкое оно. Неужели такое совпадение?
- Мне нужен староста.
- Проходи, не стой на пороге, староста - это я. Идем, я сейчас накрою на стол. Ты, должно быть, голодна и устала. Такой путь проделала!
- Вы меня с кем-то путаете?
- Ну что ты! Я знала твою мать и отца, да и тебя малышкой. Постарайся вспомнить, язык-то родного дома вспомнила сразу. Ну же! Я - тетя Стефани.
- Вы знали маму?
- Знала.
- Где она? Она жива?
- Конечно же, нет, разве она смогла бы тебя бросить? Этот день предначертан. Идем пить чай, я все расскажу.

Низкие потолки, зеленые стены, все утопает в зелени и лианах. В доме царит полумрак, солнце проникает лишь сквозь небольшие круглые окна. И все смутно знакомо. Мы прошли в небольшую кухню. Тут стоит белый буфет старинной работы, на фасаде красуются единорожки, пронзая рогами деревянные тучки. Не смогла удержаться – потрогала одного из них за выступающий рог.

- Маленькой они тебе тоже очень нравились. Садись за стол, я налью чаю. Он на травах, ты немного успокоишься, будет легче воспринять мой рассказ.
- Я не пью ничего, что туманит голову.
- Боишься снов?
- Да.
- Не бойся, сон уже становится явью. Пей чай, станет легче, а я расскажу, кто ты есть. Не могу сказать, где ты росла, но до твоих трех лет прояснить смогу многое.

Круглый деревянный стол спрятался под белоснежной скатертью с бахромой и кистями. Хозяйка выставляет на него из буфета огромную доверху полную конфетами вазу, глубокие чашки с цветочным орнаментом, пузатенький чайничек, что ловит солнечный луч своим медным боком. Из холщового мешочка она положила туда пару ложек какого-то чая, доливает в чайничек воду из кувшина и ставит все это богатство на крошечную керосинку с симпатичной бело-синей фарфоровой ручкой. Все такое родное, такое смутно знакомое... Будто бы вышло из тех самых снов о детстве, о доме, о маме с папой. Где они жили, как умерли, почему женщина говорит сплошными загадками? Неужели я родилась где-то
здесь - в Приозерье? Как оказалась в детдоме? Почему меня никто не искал? Столько вопросов и так мало ответов на них. Главное - надо сказать ей о маньяке. Слишком уж я расслабилась в этом уютном доме.

- За мной гнался какой-то мужчина, он напал на меня.
- Ты сказала об этом служащему у ворот?
- Да, конечно...
- Тогда беспокоиться больше не стоит. Он все решит, если понадобится, вызовет стражу.
- Вы тут так называете полицию? Забавно.
- Держи кружку и пей небольшими глотками, а я пока буду рассказывать.
- Очень горячий, я подожду, пока немного остынет.
- Все же опасаешься? Твое право.
Вчера у тебя сломалась сережка, верно? - начала она без перехода.
- Да, лопнула прямо в руках.
- Я начну с начала, если ты не против. Слушай, как слушала бы старую сказку. Итак, жила-была девушка невероятной красоты, она принадлежала к влиятельному и сильному роду, в нее влюбился отчаянно смелый красавец-юноша.
- И все были против их брака?
- Напротив, кто же может встать на пути такого сильного и светлого дара, как истинная любовь? Довольно скоро они поженились, родилась ты. Тебя очень нежно любили, оберегали, заботились. Как раз только-только был заключен долгожданный мир с Темным Лесом. Прошло несколько лет, и на порог нашей страны пришла новая война, суровая, подлая, злая. Не честный бой, а мелкие стычки, убийства. Цель была ясной - ослабить наш Край. Обезглавить хотя бы один из великих двенадцати родов, а лучше извести под корень. Твой род был самым малочисленным, в него по крови входили только твоя мать и ты. Тебя было решено спрятать, как только стало понятно, что мы можем не отразить угрозы. Твоим родителям было сложно решиться на такой смелый и страшный поступок – услать тебя от дома, от семьи, от друзей. Надеялись, что мир будет легко восстановлен, что скоро ты вернешься домой. Но все же подстраховались и сделали амулет, который должен был скрывать тебя ото всех, даже от друзей, до самого твоего совершеннолетия - до двадцати пяти лет. Твоя серьга и была тем амулетом и в день совершеннолетия она разрушилась. Родители твои вскоре после того, как смогли спрятать тебя в другом мире, погибли от руки наемников, оба. Мне очень жаль. Мы были дружны с твоей мамой с самого детства.

Тьерэль

Портал выкинул меня в незнакомое место. Кругом стоит стеной хвойный лес, передо мной площадка из монолитного серого камня, по ней марширует отряд гномов в коротких штанах и нижних майках. Присмотрелся - нет, это вовсе не гномы, а дети людей. Но почему маршируют? Где-то идет война? Призвали в армию даже таких малолеток мне по пояс? Сколько им лет? Шесть? Семь? Где их отцы, что допустили такое, неужели взрослые мужчины погибли все?

Из дома на меня летит дородная женщина в белом халате и белом колпаке. В руке она сжимает здоровый черпак. Не успел увернуться, получил черпаком пониже спины.

- Чертовы ролевики! Совсем обалдели! На территорию лагеря и с мечом! Охрану вызову!

Женщина погнала меня к закрытым воротам с рядом колючек по самому верху. В смятении, сам не понял как, перелез, тем более, что заметил тонкую магическую ниточку – проявившийся маячок, ведущий на встречу с моей нареченной.

Лагерь. Лагерь бывает для военнопленных. Но дети? Что они могут делать в таком странном месте с этой дамой, что была здесь, уж точно, за главного?

Серый камень под ногами все не кончается. До ушей доносится рокот нестихающего магического побоища. Адски воняет чем-то неясным, но отвратительным. Смешиваясь с запахом прогретого хвойного леса мерзостный аромат вызывает все более подступающую к горлу тошноту.