Звёздный юнга: 1. Луна в опасности

Если нельзя избежать опасности, что толку в трусости, которая все равно не защитит тебя?

Индийская мудрость

***

– Всем привет! Меня зовут Уно, Уно Арно! Мне одиннадцать лет. Сегодня я улетаю на другую планету, точнее не на планету, а на её спутник. Знаете, как он называется – Луна! Да, я лечу на Луну! Представляете? Победил в школьном первенстве по гонкам, а главным призом оказалась поездка в музей. Сама экскурсия немного напрягает, но, надеюсь, там будет не скучно. Посмотрим. А родители, они и есть родители, отпустили меня в поездку с условием, что я буду вести дневник, говорят – это делает организованнее. Посмотрим. Ну, а пока – пока!

Уно выключил небольшое устройство, которое держал зажатым в кулаке, и положил его в карман. Затем включил браслет коммуникатора, застёгнутый на правом запястье, и из маленького голографического проектора, вмонтированного в браслет, вырвался луч света, нарисовавший в воздухе простенький интерфейс. Выбрав опцию вызовов, Уно связался с девочкой Лили и парнем по имени Гога. Они летели вместе с ним. Лили победила в исторической олимпиаде, а Гогу признали лучшим футбольным нападающим этого сезона.

– Чего тебе? – первым ответил Гога.

– Ой, мальчики, как дела? – подключилась к их разговору Лили. – Что делаете?

– Готовы к полёту? – спросил Уно.

– Угу, – кратко ответил футболист.

– А я целый чемодан с вещами собрала, – начала девочка. – Вот сижу, думаю, ничего не забыла.

– Лили, зачем тебе чемодан вещей, – удивился Уно. – Мы же на один день летим, впрочем, не важно, я еще хотел спросить – все помнят, что вылет в семь утра, а корабль называется Транзистор?

– Конечно помню, у меня уже и будильник установлен, на пять тридцать.

– Гога, а ты как?

– Нормально, – ответил он и отключился.

– М-да, футболист, – проворчал Уно. – Чего с него взять?

– Ой, он такой лапочка! – весело сообщила ему Лили.

Тут уже не выдержал Уно и сам отключился, даже не попрощавшись. Поездочка обещала быть «весёлой». Он подумал о том, что ему и одному не скучно будет и, воодушевлённый этой мыслью, отправился спать.

Будильник в коммуникаторе начал трясти его руку в пять утра. Вскочив с кровати, он пошёл в ванную, стараясь не шуметь – родители ещё спали. Быстренько завершив все водные процедуры, Уно оделся и вызвал гравикапсулу до космодрома. Через пять минут аппарат приземлился на их заднем дворе. Браслет коротко тренькнул, сообщая, что его уже ждут.

Схватив рюкзак, он побежал к выходу, ведущему во двор, где была оборудована посадочная площадка. Пробегая мимо комнаты родителей, Уно сбавил ход, стараясь не шуметь. Заглянув внутрь, он убедился, что никто не проснулся, и вышел на улицу. Гравикапсула стояла на положенном ей месте, приветливо откинув прозрачный колпак. Сев на переднее сиденье, Уно дал команду:

– Космодром, центральный вход.

– Подтвердите, – раздался из динамика приятный женский голос. – Космодром, центральный вход.

– Подтверждаю.

– Ориентировочное время в пути – семнадцать минут. Приятного полёта!

Колпак капсулы закрылся, и она начала набирать высоту. Вскоре аппарат покинул жилой массив, усеянный индивидуальными домиками, и полетел над лесом. Потом начались бескрайние зелёные поля. Большая река несла свои воды в направлении моря, которое было километрах в ста южнее. Родители Уно любили выбраться туда на выходные, позагорать и искупаться. До конца пути оставалось две минуты, и на горизонте появился шпиль башни центра управления полетами космодрома.

Гравикапсула приземлилась на парковочную площадку перед двухэтажным пассажирским терминалом. Уно, не теряя времени, зашел внутрь и сразу увидел своих компаньонов: Лили и Гогу. Они молча стояли, наблюдая, как с бетонного поля взлетает большой транспортный корабль.

– Всем привет! Давно тут? – спросил Уно, стукнувшись кулаками с Гогой в знак приветствия. – Где наш Транзистор?

– Привет, Уно! – защебетала девчонка. – А мы уже связались с капитаном корабля, его, кстати, зовут Джонатаном Куком. Он обещал прислать за нами транспорт. Вот, стоим, ждём!

В это время под окном затормозила грузовая тележка, за рычагами управления которой сидел молодой парень лет двадцати пяти в форме грузового флота торговой федерации Альфии и с погонами матроса. Спустившись с места водителя, расположенного позади грузовой платформы, он вошёл в терминал и изо всех сил закричал:

– На Транзистор! Пассажиры на Транзистор!

Все, кто находился в терминале, обернулись на горластого парня, а Уно поднял руку вверх, показывая, что это они – пассажиры Транзистора.

– Следуйте за мной, – пригласил их матрос и с удивлением посмотрел на огромный черный чемодан, который тащила за собой девочка. – Кстати, меня зовут Юджин, – представился он.

Погрузив вещи, ребята запрыгнули на платформу, а матрос встал за рычаги управления. Грузовая платформа приподнялась над взлётно-посадочным полем на полметра, и Юджин направил её вглубь стоянки космических кораблей, придерживаясь белой линии, нарисованной на бетонной поверхности космодрома. Через три минуты они подлетели к большому кораблю, своими очертаниями напоминавшему бегемота, которые в изобилии обитали в центральной части Альфии.

Юджин остановил платформу возле трапа, ведущего в трюм корабля, и стал подниматься на борт, жестом приглашая следовать за собой.

Внутри корабля оказалось прохладно и темно, особенно после яркого утреннего света Миро – звезды, согревавшей, Альфию. Проследовав за матросом через трюм, забитый ящиками с продуктами, основным источником дохода планеты, они зашли в жилой отсек, состоящий из каюты капитана, на двери которой висела табличка «Посторонним вход категорически запрещен!» и трёх кают для экипажа и пассажиров.

– Моя каюта с номером один, – сообщил Юджин, – Гога и Уно заселяются в каюту номер два, Лили – в номер три. Ясно?

– Так точно! – отрапортовал за всех Уно, разглядывая устройство замка в двери каюты капитана и прикидывая, как половчее ее можно открыть, чтобы выяснить, почему это посторонним вход в неё запрещён, да еще и категорически.

– Читать все умеют? – рявкнул матрос, увидев нездоровый интерес мальчика к каюте его командира. – А ну марш к своим койкам! Оставите вещи, и через десять минут я жду вас в кают-компании на предполётный брифинг. Выполнять! – приказал он и подошёл к ещё одной двери, за которой оказалась лестница.

– А где кают-компания? – крикнула ему в спину Лили.

– Этажом выше! – коротко ответил матрос.

– А как ты думаешь, что находится этажом ниже? – спросил Уно у Гоги, пока они распихивали свои вещи по прикроватным тумбочкам.

– А тебе-то какое дело?

– Тебе что, не интересно?

– Нет.

– Тогда вопросов больше не имею, – вздохнул Уно, оправдывались его самые грустные прогнозы на эту поездку.

Но ничего страшного, первая гравитационная интерполяция на шестьсот световых лет, да ещё сразу к Земле – колыбели человечества, а не к какому-нибудь занюханному Парадизу, должна была с лихвой окупить все трудности полёта.

Махнув Гоге рукой, мальчик выбежал из каюты и спустился вниз по лестнице. Там был ещё один этаж, на котором была небольшая площадка с единственной дверью, на которой было написано: «Склад хозяйственного инвентаря». Нажав на ручку, он обнаружил, что дверь не заперта. Вот это повезло! Уно аккуратно открыл её, зашел внутрь и включил свет. Перед ним из темноты выросли два больших стеллажа, забитые всякой всячиной, которая могла пригодиться в полёте. Сам не зная зачем, он сунул в карман две наклейки для герметизации пробоин и хотел ещё полазить по стеллажам, но, подумав, что его отсутствие неправильно поймут, выключил свет, закрыл за собой дверь и бегом бросился по лестнице наверх, где этажом выше столкнулся нос к носу с Лили, которая только собиралась идти в кают-компанию.

– Ой, Уно, а ты откуда? И где Гога? – затараторила девочка.

– Потом всё объясню, – он схватил её за руку и потащил за собой по лестнице. – Торопись, а то опоздаем.

Однако прибежали они раньше всех, даже Юджин ещё не пришёл. Кают-компания представляла собой небольшое помещение с круглым столом. Вокруг стола стояли шесть стульев и одно кресло с высокой спинкой, видимо, для капитана. Уно его сразу же занял, оценивая мягкость подушек, которые, правда, оказались жестковаты, но ничего, зато можно было с комфортом откинуться на изогнутую спинку.

– Матрос! – решил примерить на себя роль капитана Уно. – Задраить люки, приготовиться к атаке! По моей команде открыть огонь из всех орудий! Пли! Пли! Так его! – Уно не на шутку разошелся и махал руками, как заправский капитан, а Лили, открыв рот, с удивлением смотрела на него.

– Ты где так научился? – спросила девочка.

– Я всегда так умел! Уно Арно – звёздный капитан с рождения!

– А ну брысь с капитанского места, салага! – прикрикнул вошедший Юджин. – Не дорос еще!

Уно с недовольным видом слез и сел на соседний стул, справа от кресла капитана.

– По правую руку от капитана – место его помощника, то есть меня, – сообщил Юджин, с ехидной улыбкой подпирая косяк двери.

– Да вы что, издеваетесь?! Подписывать места надо! – возмутился Уно и полез на стул, стоявший по левую руку от капитанского кресла. – Здесь свободно?

– Вообще-то здесь сидит второй помощник, но, в связи с его отсутствием, можешь занять его место, – разрешил матрос.

– Ну, хоть на том спасибо!

В это время в кают-компанию зашел Гога, оглядел всех, и молча сел на стул, который был ближе всего к двери. Следом за ним в каюту вошёл высокий бородатый человек в форме капитана. Сев на своё место, он с прищуром посмотрел на своих пассажиров.

– Докатились, Юджин, детский сад катаем, – пробасил капитан, а потом, покосившись на Уно, сидевшего по левую руку от него, приказал: – Второй помощник, доложить звание и имя!

Мальчик с удивлением посмотрел на капитана, но потом, поняв правила игры, гаркнул:

– Докладываю! Звёздный юнга Уно Арно! Прибыл на Транзистор для несения службы!

– Этот, вроде, ничего, – кивнул он Юджину. – Но по опыту знаю, за такими глаз да глаз нужен, понял?

– Так точно! – согласился матрос.

– А ты у нас кто? – обратился он к девочке, которая сидела рядом с Уно.

– Меня зовут Лили Финиган, господин капитан, – тихо сказала она.

– Ясно, а ты кто? – ткнул он пальцем в Гогу.

– Гога, – коротко ответил тот.

– Ты посмотри, какой мрачный тип! Скажи мне, Гога, кто тебя обидел?

– Никто.

– Ну и ладно, тогда позвольте и мне представиться, – бородач встал с кресла. – Капитан Джонатан Кук, к вашим услугам! Прошу вас запомнить, что все мои приказы на борту Транзистора обязательны к исполнению, ясно? – он вопросительно посмотрел на Уно.

– Так точно, господин капитан! – подтвердил Уно.

– Запомни это, юнга! – сурово сказал Джонатан Кук, а потом продолжил деловым тоном: – Теперь обсудим план полёта. Наше окно вылета, – он посмотрел на коммуникатор, – через семнадцать минут. Расчётное время прибытия на базу Луна-32 – девять часов тридцать три минуты, по условному галактическому времени. Перегрузки не должны превышать двух единиц. Матрос, доложить о готовности груза к полету.

– Докладываю! – Юджин встал со своего места. – Груз закреплён, санитарная обработка проведена.

– Вопросы есть? – капитан осмотрел своих пассажиров. – Если нет, тогда прошу вас на мостик, если пожелаете, наблюдать за взлётом, интерполяцией и посадкой на Луну из первого ряда, так сказать.

Отказываться, конечно, никто не стал, и все поднялись вслед за капитаном ещё на один этаж вверх. Лестница заканчивалась сразу на мостике, в центре которого стояло ещё одно кресло, похожее на то, которое было установлено в кают-компании. Джонатан Кук деловито уселся в него, облокотился на правый подлокотник и начал командовать:

– Юджин, разместить пассажиров в соответствии с инструкцией!

Матрос откинул спрятанные в дальней стене кабины кресла для пассажиров и рассадил детей, пристегнув их ремнями безопасности.

– Сделано, господин капитан, – доложил он и пошёл за пульт управления кораблём, стоявший прямо перед центральным иллюминатором корабля.

– Вычислитель, проверка связи! – начал капитан.

– Связь стабильная, – раздался механический голос корабля.

– Задраить все люки! – продолжил капитан.

– Люки закрыты, – сообщил компьютер корабля.

– Подтверждаю! – сказал Юджин, изучая голографическую проекцию корабля, которая появилась перед ним, когда он сел на место пилота.

– Предстартовая проверка всех систем! – дал следующую команду капитан.

– Все системы работают в штатном режиме, – ответил вычислитель.

– Подтверждаю! – повторил матрос.

– Рассчитать параметры гравитационной интерполяции. Место назначения: Солнечная система, планета Земля, спутник Луна. Вычислить координаты точки входа.

– Выполняю расчет. Проверяю массу корабля, – звездолёт слегка подпрыгнул вверх и снова приземлился на то место, где стоял. – До окончания расчёта осталось двадцать две секунды, – пообещал вычислитель.

Капитан обернулся к своим пассажирам и подмигнул им:

– Не переживайте, перегрузки будут не сильные, но, если что, пакеты под сиденьем.

Гога ничего не ответил. Лили с испуганными глазами вцепилась в поручни кресла, а Уно сложил руки на груди, закинул ногу на ногу и стал безразлично глядеть в потолок, все своим видом показывая, что звёздному юнге плевать на какие-то там перегрузки.

– Расчет завершён, координаты точки входа определены, – отчитался вычислитель.

– Запросить у диспетчера разрешение на взлёт! – приказал капитан Кук.

– Диспетчер! – Юджин вызвал центр управления полетами. – Подтвердите разрешение на взлёт транспортному кораблю AMF2092, позывной «Транзистор».

– Взлёт разрешаю во временное окно с восьми сорока двух до восьми сорока трёх, – раздался на мостике женский голос диспетчера.

– Принято! – отчитался Юджин.

– Вычислитель, обеспечить выполнение полётного задания с восьми сорока двух.

– Исполняю, до вылета триста две секунды.

Капитан откинулся на высокую спинку и принялся насвистывать какую-то незатейливую мелодию. Все приготовились к старту. В назначенное время вычислитель сообщил, что до взлёта осталось десять секунд и начал обратный отсчёт. Когда таймер достиг нуля, Уно увидел в центральном иллюминаторе, как площадка космодрома и стоящие рядом корабли начали плавно уходить вниз, а затем их транспортный бегемот развернулся носом к небу, и тут Уно вдавило в спинку кресла. Звездолёт начал набирать скорость, уходя в открытый космос. Сила тяжести, действующая на экипаж, как и обещал капитан, была не очень большая, хотя сам корабль шёл с гораздо большим ускорением. От расплющивания пассажиров спасали специальные устройства – гравикомпенсаторы, гасящие избыточную силу тяжести внутри корабля.

Взлёт продолжался минут пять, Транзистор преодолел атмосферу и вырвался в открытый космос, среду, для которой он был создан и, наверное, по-своему любил.

– До точки гравитационной интерполяции осталось двадцать четыре минуты, – сообщил вычислитель.

– Ну что, салаги, – опять повернулся к ним капитан. – Поздравляю с первым полетом за пределами вашего шарика! Если кого-то укачало, пока взлетали, можете сбегать в нужник у себя в каюте.

Желающих не нашлось. Через двадцать минут вычислитель сообщил, что прыжок на шестьсот световых лет вот-вот состоится. Когда начался обратный отсчет, Уно приготовился.

– Пять, четыре, три, два, один, ноль, – досчитал вычислитель.

В этот момент в кабине корабля наступила кромешная темнота, словно на глаза надели чёрную повязку, а через мгновение свет включился. Всё было на своих местах, только картинка за иллюминатором поменялась. Теперь, вместо чистого звёздного неба, перед ними висел полумесяц белого цвета, а из-за него выглядывала голубая планета.

– Знакомьтесь! – капитана провел рукой в сторону иллюминатора. – Земля и её подружка Луна, прошу любить и жаловать. Кстати, как вам прыжок?

– Ничего особенного, – ответил за всех Уно.

– Мне тоже так кажется, – согласился капитан.

Посадка на Луну прошла в штатном режиме. Парковка для космических кораблей находилась рядом с музеем, построенным в виде шара белого цвета двухсот метров в диаметре, который как бы лежал на поверхности Луны. На парковке, рассчитанной на посадку двух больших кораблей, типа транспортников или пассажирских лайнеров, и кучи маленьких судов, сейчас находились только спасательный бот для сотрудников музея и красивая серебристая звёздная яхта со стремительным профилем.

Транзистор аккуратно зашёл на посадку на место, предназначенное для больших кораблей. После приземления к люку корабля из-под поверхности Луны змеёй протянулся длинный жёлтый рукав гибкого шлюза.

– Шлюз пристыкован, герметичность обеспечивается, – доложил вычислитель, а Юджин, как обычно, это подтвердил.

– Ну что? – капитан встал с кресла и потянулся так, что кости захрустели. – Я вас доставил, теперь вы не моя проблема. Идите на экскурсию, пусть они о вас заботятся, а у меня завтрак – с вечера во рту ничего не было.

Дети отстегнули ремни и под присмотром матроса пошли к выходу.

– Слушай, Юджин, – завёл разговор Уно. – Я слышал, что на луне сила тяжести в шесть раз меньше стандартной, почему я этого не чувствую?

– Потому что у корабля свой собственный генератор гравитации, на станции, кстати, тоже, а вот в шлюзе будет реальная лунная сила тяжести, так что аккуратнее. Усвоили?

Никто не ответил, потому что они уже подошли к люку, ведущему наружу. Юджин приложил руку к пластине замка, загорелась зелёная лампочка, и внешняя дверь с шипением отъехала в сторону.

– Сейчас придёт экскурсовод, а мы пока подождём.

Сотрудник музея появился через несколько минут, только это был не человек. К ребятам подлетел небольшой плоский диск, с установленным на нём голографическим проектором, который создавал над собой образ головы человека. Получалась самая настоящая летающая голова. Уно даже стало немного не по себе от этого зрелища, уж больно натурально она выглядела.

– Всем привет! Меня зовут Дирк Саламандер, я ваш экскурсовод, назовите, пожалуйста, свои имена, – проговорила вполне обычным голосом парящая в шлюзе голова.

Дети представились.

– Прошу следовать за мной, – попросил экскурсовод, а затем обратился к матросу: – Господин Юджин, наш завхоз прибудет к вам ровно в десять ноль ноль.

Дирк Саламандер полетел по шлюзу в сторону станции, и детям ничего не оставалось, как пойти за ним. Тут началось самое интересное за весь полёт – низкая гравитация. Конечно, все дети посещали аттракционы, где можно было полетать в невесомости или попрыгать на высоту десяти метров, плавно опускаясь на землю, но в естественных условиях всё было совсем по-другому. Пройдя по шлюзу метров пять, Уно почувствовал, как становиться легче и легче. В какой-то момент он оттолкнулся ногой чуть сильнее, чем хотел, и взмыл к потолку шлюза, ударившись об него головой, благо он был мягким, именно для таких их случаев.

– Я тоже так хочу! – заверещала Лили.

Оттолкнувшись от пола, она подпрыгнула, только не вверх, а вперед и, совершив пару сальто, снесла говорящую голову.

– Аккуратнее! – заверещал Дирк Саламандер, кувыркаясь по трубе шлюза в направлении выхода.

Дети побежали ловить экскурсовода. Получилось это у Гоги, он на бегу подпрыгнул и поймал диск с проектором. Приземлившись, он отпустил его, и тот, зависнув в воздухе, развернулся к детям.

– Гога, ты молодец, а остальных я попрошу не баловаться!

Дальнейший путь по шлюзу прошёл без приключений, и группа, спустившись в конце по лестнице, попала под лунную поверхность. Там перед ними выросла большая герметичная дверь, ведущая во внутренние помещения музея. Дверь открылась автоматически, во всяком случае Уно не увидел никаких действий со стороны экскурсовода.

Войдя в помещение, они почувствовали, как гравитация возвращается к нормальному значению. Уно подпрыгнул, но прыжок получился самым обыкновенным, он вздохнул и осмотрелся. Это был терминал с двумя десятками дверей, каждая из которых вела к своему шлюзу. Над дверями находились индикаторы. Почти все из них горели красным светом и только три зелёным, причём тот, который находился над дверью, откуда они только что вышли, тоже горел зелёным.

– А что означают эти фонари? – спросил Уно у Дирка Саламандера, показывая на индикаторы.

Летающая голова, описав зигзаг по помещению, остановилась возле мальчика.

– Это означает, что туда, где горит красный, лезть не надо, уяснили?

– Значит, где зелёный – можно?

– Нет, и туда тоже нельзя. Вы должны всегда находиться рядом со мной. Этот музей очень большой, здесь легко заблудиться, а искать вас – это ещё та морока. А сейчас следуйте за мной.

Он подлетел к противоположной стене, где был лифт и дверь со значком лестницы. Лифт опять открылся сам, без какого-либо вмешательства со стороны Саламандера. Группа организовано вошла в кабину, и экскурсовод сообщил:

– Наш маршрут начнётся в буфете, где вы сможете перекусить и немного отдохнуть от перелёта, а потом мы начнём экскурсию. Первым пунктом будет просмотр образовательного фильма об истории Земли и исходе с неё людей, а затем мы перейдем к экспозициям музея. Каждой эпохе здесь отведён целый этаж. Будет интересно, – пообещал Дирк.

Уно сильно сомневался насчёт того, что будет интересно, и начал планировать побег, но урчание в животе заставило его отложить это мероприятие и пойти вместе со всеми на завтрак.

Буфет располагался на самом последнем этаже под прозрачной крышей купола. На небольшой площади стояли пять столов на четырёх человек каждый. В центре стола, когда ребята сели за него, появилось голографическое меню, в котором можно было выбрать несколько простых закусок и пару напитков. Особенностью буфета было то, что блюда готовились по рецептам, найденным учёными на Земле. Уно взял себе бутерброд с докторской колбасой и сыром, а в качестве напитка апельсиновый сок. Лили выбрала кукурузные хлопья с молоком и чай, а Гога заказал себе яичницу из двух яиц и хотел ещё чашку кофе, но аппарат отказал ему по возрастному цензу.

– Кофе и кофеиносодержащие напитки только с шестнадцати лет, – проскрипел противный голос.

Гога помрачнел и выбрал лимонад.

Их экскурсовод в это время приземлился на четвёртое свободное место за столом и отключил проектор. От него остался только небольшой кружок летающего диска, лежащий на стуле.

Самое время для побега, пока никто из взрослых не видит. Быстро запихнув в рот свой бутерброд и запив его соком, он, заговорщически, прошептал своим спутникам:

– Я пойду, осмотрюсь. Вы со мной?

– Ой, Уно, ты куда собрался, тебя же накажут, – запричитала Лили. – Не ходи!

А Гога, верный своему характеру, односложно ответил:

– Без меня, – и продолжил жевать свою яичницу.

– Не хотите, как хотите, тогда не сдавайте меня этой голове. Договорились?

– Уно, не ходи, пожалуйста, я тебя очень прошу, – продолжала ныть девчонка, у неё даже слёзы по щекам потекли.

Уно махнул рукой, что, мол, с них взять и пошёл к лифту. В этот момент в его голову пришла замечательная, как ему показалось, идея. Он вернулся к столу, вытащил из кармана заплатку для корпуса звездолётов, которую позаимствовал на складе Транзистора, и намертво приклеил ей диск с проектором к сиденью стула.

– Всем пока, – еще раз махнул рукой Уно своим товарищам, которые с удивлением смотрели на него, Гога даже жевать перестал.

Пока оставшиеся участники экскурсии приходили в себя, размышляя над тем, что им будет за этот поступок, Уно быстренько добежал до лифта, нажал на кнопку вызова и запрыгнул в открывшиеся двери.

– Ну что, теперь начинается настоящая экскурсия! – гордо крикнул он им и ткнул пальцем в нижнюю кнопку с надписью: «Эпоха 1».

Двери лифта закрылись, и тот пришел в движение.

Эпоха номер один оказалась впечатляющей. Лифт привез его в планетарный катаклизм. Всюду извергались вулканы, текли реки лавы. По воздуху летали камни, выброшенные из кипящих горных жерл, и дул сильный горячий ветер. Уно с удовольствием походил по экспозиции, перепрыгивая с одного островка суши, не занятого раскалённой лавой, на другой. Сделав полный круг, он вернулся к лифту и вызвал его, двери открылись сразу же. Впереди ждала эпоха номер два.

Уно окунулся с головой в коктейль из червей и гигантских тараканов, кишащих на каждом клочке земли и вылезающих из-под огромных листьев папоротника.

Мальчик подумал, что большей мерзости он не видел, и поспешил уйти отсюда.

Огромный летающий ящер просвистел над головой мальчика в эпохе номер три так близко, что тот присел от неожиданности. Уно оказался посреди бескрайнего поля, по которому туда-сюда ходили гигантские ящерицы, размером больше коровы и с головами на тонких шеях.