Звёздный юнга: 8. Бюрократы навсегда

Никто не возвращается из путешествий таким, каким он был раньше.

Китайская пословица

***

– Уно Арно! – раздался из коммуникатора голос его мамы, – как ты посмел сбежать из дома!?

Уно собрался с духом и ответил:

– Мам, ты главное не нервничай, – как можно спокойнее произнёс он, – но вам с папой надо будет собраться, я сейчас за вами залечу.

– Что значит, залечу? – продолжала ругаться его мама. – Что ты там ещё придумал?

– Помнишь ту историю с бандитами и записями профессора Темпуро?

– Естественно!

– У неё случилось продолжение.

Гравикапсула преодолела половину расстояния до дома, лететь оставалось всего минут пять-семь.

– Какое продолжение!?

– Сейчас нет времени объяснять! – Уно начинал злиться.

– Не смейте на меня кричать, молодой человек! – приструнила его мама. – Значит надо вызвать агентов из СГБ или местную полицию. Тревожная кнопка всё ещё у тебя?

Уно залез в карман, где хранил её, и с ужасом обнаружил, что тот пуст. Как он мог потерять её? Ладно, надо будет посмотреть на яхте, когда они туда вернутся.

– Мам, нет кнопки, задевалась куда-то, – со скорбью в голосе произнёс мальчик. – Давайте, собирайтесь! Время не ждёт.

– Ты будешь наказан! Ты у меня ещё за это в углу стоять будешь! – пообещала мама и отключилась.

Уно решил, что всё прошло не так уж и плохо, как он рассчитывал. Теперь нужно было связаться с Гогой и Лили, его товарищами по всей этой заварушке, которые тоже возвращались домой после их ночного полёта на Землю.

– Гога, как дела?

– Честно говоря – не очень. Твои предки панику устроили из-за того, что ты дома не ночевал, моих накрутили, теперь я не то что слетать куда-то, из дома, скорее всего, в ближайшее время не выйду.

– Но ты их предупредил, что надо собираться и бежать с этой планеты, а то мы все будем в опасности.

– Да, они очень удивились, когда узнали, что у нас есть звёздная яхта.

– То ли ещё будет! – Уно переключился на Лили. – Пообщалась со своими?

– Ой, Уно, мне сейчас так влетело, что «мама не горюй».

– Ты их предупредила, что надо улетать?

– Да, но они мне не очень поверили.

– Зато я в тебя верю!

Гравикапсула с мальчиком на борту приземлилась на заднем дворе его дома. Уно приказал ей ждать, выпрыгнул на покрытую инеем траву и пулей понесся домой. Там он встретил сидящих в гостиной папу и маму, они уже были одеты и готовы к дороге, но выражение их лиц не предвещало ничего хорошего.

– Пока ты не объяснишь, что происходит, мы никуда не поедем! – сурово сказал папа.

Уно молча протянул ему записку, в которой было написано:

«Арно, твои родители у нас. Если ты отдашь нам расшифрованные записи Темпуро, то твои мама и папа не пострадают. У тебя времени до вечера воскресенья.

P. S.

Если обратишься в полицию или СГБ, больше своих предков не увидишь.

P. P. S.

Яхтой и оружием можешь пользоваться так, как тебе заблагорассудится».

Родители прочитали записку и посмотрели на мальчика:

– А почему ты с нами не связался или с полицией? – спросил папа.

– Слушай, ты что, читать не умеешь? – возмутился Уно.

– Ну ладно не ругайтесь, – мама обняла мальчика, – где там ваша яхта?

– На пляже у моря, а во дворе стоит гравикапсула и уже минут пять ждёт, пока мы тут наговоримся.

Семейство Арно вышло на улицу и погрузилось в летающий аппарат. Уно задал конечную точку их пути на парковке у морского пляжа, где стоял космический корабль. Капсула поднялась в воздух и развернулась на юг, отправляясь заданным маршрутом. Покинув пределы города, мальчик обернулся назад. За ними летела ещё одна гравикапсула, но расстояние не позволяло определить, кто в ней сидит.

– Надо пристегнуться! – Уно перевёл управление в ручной режим.

Плавно повернув на запад, так, чтобы это выглядело как обычный манёвр, юнга убедился, что вторая капсула последовала за ними. Этого было достаточно, чтобы понять, что их преследуют. Его, чемпиона школы по гонкам на гравикапсулах, победителя больших марсианских гонок! Это было крайне опрометчиво со стороны преследователей!

Уно проверил, что родители пристегнулись, и дёрнул рычаг горизонтальной скорости на себя. Аппарат резко сбросил скорость, пилот взял немного левее, чтобы летящая следом капсула не протаранила его. Тот, кто управлял ею, никак не ожидал подобного манёвра и с удивлением посмотрел, как юнга машет ему рукой, довольно ухмыляясь. Это был Мидоло. Рядом с ним сидел Буфф.

Мальчик не стал дожидаться, пока бандиты придут в себя, и, вдавив ручку скорости до упора от себя, помчался в противоположную сторону. Пока его преследователи совершали разворот, он уже успел отлететь от них на приличное расстояние. Но на обычной капсуле оторваться не получится, надо что-то придумывать. Уно решил попытать счастья на гоночном треке, который располагался на севере Милиума. Чуть подкорректировав курс, юнга связался с Гогой.

– Ну как, летите на пляж? – спросил он через коммуникатор.

– Да, будем минут через десять.

– Хорошо, но вам придётся меня подождать!

– Что случилось?

– У меня на хвосте знакомая тебе парочка. Я попытаюсь их сбросить на треке, а вы с Лили ждите меня у яхты.

– Давай, удачи! – пожелал Гога и отключился.

Уно уже видел подсвеченные лучами утреннего Миро нагромождения конструкций гоночного трека. Он считался одним из самых сложных в этом секторе галактики, поэтому любителей погонять по нему особо не было, но мальчик тренировался тут с тех пор, как впервые сел в гоночную гравикапсулу, а вот Мидоло – вряд ли.

Суть гонок на гравикапсулах ничем не отличалась от всех других: надо было прийти первым или показать лучшее время в индивидуальном пролёте. А вот трек был особенным. На первый взгляд всё выглядело случайным нагромождением бетонных плит и стальных конструкций, но это было не так. Между ними были проходы, лазейки, туннели через которые гонщики гнали на максимальной скорости, отчаянно маневрируя.

Сейчас трек был пуст, а ворота закрыты. Немного сбавив ход, Уно вынес носом капсулы панель из металлической сетки, из которой были сделаны створки. На интерфейсе засветилось сообщение о том, что аппарат попал в аварию, и к нему выдвигается спасательная команда.

– Этого ещё не хватало! – ругнулся Уно и убрал сообщение.

Пролетев через трибуны, окружающие арену, гонщик направил свою летающую машину к главному входу в лабиринт трассы, успев заметить, как вслед за ним через трибуну ворвались его преследователи. Уно решил действовать самым простым способом: пройти к центру арены уводя за собой Мидоло, а потом тем же путём незаметно вылететь обратно, оставив их самостоятельно искать выход.

Особо разгоняться было нельзя, чтобы не отпустить от себя преследователей раньше времени, поэтому Уно не торопясь вёл гравикапсулу, поглядывая назад. Мидоло, на удивление, оказался неплохим пилотом и начал сокращать расстояние между ними. Но для мальчика это было равносильно разминке. Когда они долетели до центра трассы, гонщик, прибавив хода, нырнул в ближайшее ответвление, затем сразу же задрал нос аппарата и мгновенно опустил его вниз, перелетев через бетонную стену. Чиркнув прозрачным колпаком по потолку туннеля, Уно загнал капсулу в небольшой проход, идущий параллельно тому, через который они сюда прилетели. Узкий туннель был прямым, и пилот выжал из капсулы всё, что можно. Гравикомпенсаторы с трудом справлялись с перегрузками и натужно гудели. Туннель заканчивался узким вертикальным просветом между двух бетонных плит, через который с трудом можно было протиснуться. Уно резко дёрнул рычаг направления влево, капсула ударилась о стену и завалилась на правый борт, а левый поднялся до потолка. В таком положении они на бешеной скорости проскочили через препятствие.

Потом пришлось сбросить скорость практически до нуля и через крышу развернуться на сто восемьдесят градусов, поднявшись на уровень выше. Там, вернув машине нормальную ориентацию и совершив разворот уже в горизонтальной плоскости, облетев сваю, прошивающую трек насквозь, пилот попал на тот же маршрут, которым сюда прибыл. Вот здесь он показал свои навыки, преодолев его раз в пять быстрее, чем по пути сюда. Вырвавшись из лабиринта, он точно попал в проход между трибунами, ведущий к выходу с арены, покинув которую, направился в сторону центрального пляжа, где его уже должны были ждать Гога и Лили со своими семействами.

– Вы на месте? – поинтересовался он у Гоги.

– Да.

– Готовьте яхту, я на подходе! – крикнул Уно.

– А чего с нашими знакомыми?

– Раньше чем через полчаса я бы их не ждал, – ухмыльнулся Уно.

Когда гравикапсула прилетела на пляж, мальчик в ручном режиме посадил её возле звёздной яхты. Вместе с родителями они поднялись на борт. Там уже была, как говорится, полна коробочка: кабина была до отказа забита людьми. В кресле пилота сидел Гога и ругался со своими родителями, выясняя, кто тут главный.

– Прошу минуточку внимания! – Уно взял себе слово, стоя у входа на мостик. – Вы, наверное, в курсе, что мы оказались втянуты в неприятную историю с бандитами, напавшими на нас на Луне, а потом на Марсе. Теперь они прилетели сюда на Альфию. Честно говоря, надежд на нашу доблестную полицию мало, поэтому сейчас мы попробуем отбыть на ЛеФорт к штаб-квартире Службы Галактической Безопасности и там попросим помощи.

– А чего это вы тут раскомандовались, молодой человек! – вступила в разговор мама Гоги. – Из-за вас вся эта каша заварилась, а мы теперь должны лететь неизвестно куда, ещё и ребёнка нашего по всей галактике таскать. Неизвестно, что там может случиться!

– Ирэн! – вступила в разговор мама Уно, – не забывай, кто спас твоего сына на Луне и не повышай на него голос!

– Не смей мне указывать, что делать, Оливия! – кипятилась мама Гоги.

Уно, понимая, что обстановка накаляется, незаметно пробрался на кресло пилота, достал из подлокотника наушник связи с вычислителем и шепотом дал тому команду на задействование аварийного протокола.

– Исполняю, – услышал он в наушнике.

Люк корабля автоматически закрылся, трап ушёл под днище. Корабль плавно поднялся над парковкой, развернулся носом вверх и начал стремительно набирать скорость, уходя от планеты. Разговоры на мостике стихли. Все молча уставились в иллюминатор, наблюдая, как чернеет небо снаружи корабля.

– До гравитационной интерполяции осталось четыре минуты, – сообщил Уно. – Предлагаю всем разойтись по каютам и дождаться перехода к ЛеФорту.

Мамы, ворча, прошли в правую каюту, а в левую отправились отцы детей, оживлённо обсуждая предстоящий визит в СГБ. Лили откинула запасное кресло на мостике и уселась в него.

– Ну наконец-то, – выдохнула она. – Тишина!

– Да, кто бы мог подумать, – кивнул Уно. – Ладно, приготовились, обратный отсчёт.

Он достал из уха небольшой наушник, вычислитель перешёл на интерком яхты:

– Пять, четыре, три, два, один, ноль…

На борту наступила уже привычная для ребят темнота, а через мгновение зрение вернулось. Перед кораблём появилась планета, представляющая собой один большой кусок камня, без атмосферы и жизни на поверхности. На него светила яркая белая звезда, гораздо меньше по размеру, чем Миро или Солнце. Вокруг ЛеФорта сновали корабли, отлетая, прилетая, просто вращаясь по орбите. Когда вычислитель вывел на проектор данные с бортового радара, то на мостике всё заполнилось невообразимым количеством точек с подписями, каждая из которых означала звездолёт или какой-то ещё аппарат.

На мостик ввалились взрослые, и тут сразу стало очень тесно. Они опять столпились у иллюминатора, разглядывая каменную планету. В это время вычислитель сообщил:

– Поступает внешний радиосигнал.

– Транслировать, – приказал Уно.

В динамиках раздался приятный женский голос:

– Приветствую вас в зоне максимального обеспечения правопорядка Службы Галактической Безопасности. Ваш космический корабль RPF3310, класса «звёздная яхта», прибыл по аварийному протоколу. В связи с чем будет проведена стандартная процедура доставки корабля в док, сканирование на наличие запрещённых веществ и опасных или находящихся в розыске личностей. До окончания данной процедуры просим вас не покидать корабль, – девушка замолчала, а через несколько секунд продолжила: – Космический корабль RPF3310, согласно запросу агента Ли-Си-Цына Грыба, находится в розыске. Док нахождения корабля изменён для проведения процедуры задержания. Повторно просим вас до окончания всех действий не покидать корабль.

– Это что значит? – возмутилась мама Гоги. – Какого задержания! Вы куда меня привезли!?

– Надо срочно связаться с дежурным и выяснить, куда нас направляют, – предложил папа Лили и включил коммуникатор. – Как там звали этого агента?

– Агент Грыб, – подсказала мама девочки. – Ли-Си-Цын Грыб или агент Ната Черепано.

Получив к себе на коммуникатор несколько десятков открытых каналов для связи, Джон Финиган выбрал тот, который был маркирован отметкой «Дежурный»:

– Дежурный слушает! – раздалось оттуда.

– Здравствуйте, с вами разговаривает Джон Финиган со звёздной яхты RPF3310. Мы хотели бы уточнить, что значит, что наш корабль находится в розыске.

– Здравствуйте! В ответ на ваш запрос, сообщаю: космический корабль RPF3310 находится в розыске по заявке агента Ли-Си-Цына Грыба, если вы прилетели на данном корабле, то в ближайшее время вас определят в охраняемый док для проведения процедуры задержания. Вы удовлетворены ответом?

– Это вычислитель разговаривает с вами, – вмешался Уно.

– Да, я понял, – вздохнул папа Лили и снова обратился к дежурному: – Как мне связаться с агентом Грыбом или агентом Черепано?

– В данный момент они недоступны. Вы удовлетворены ответом?

– Как связаться с руководителем агента Грыба?

– У вас отсутствуют права доступа к данной информации. Вы удовлетворены ответом?

– Нет!

– Благодарю, ваше мнение учтено!

В этот момент к их яхте подлетел небольшой буксир и потащил их в сторону планеты. Каменные поля ЛеФорта приближались. Уже можно было различить круглые отверстия шахт на их поверхности, уходящих вглубь. Каждое отверстие было не меньше сотни метров в диаметре, а несколько, находящихся в центре, превышали километр. В них без труда мог поместиться военный линкор или планетарный разрушитель. Но буксир тянул их к одной из самых дальних шахт, расположенных с краю. Над дырой в теле планеты, куда их направляли, была надпись «Док 2Н».

Папа Лили попробовал продолжить общение с дежурным:

– Куда мне обратиться, чтобы подать жалобу или оставить заявку?

– В общественную приёмную.

– Как попасть в приёмную?

– Передаю на ваш коммуникатор карту помещений, разрешённых к посещению без наличия допуска любого уровня.

– Уже что-то, – проворчал Джон Финиган.

– Мы сейчас приземлимся и сходим в эту приёмную! – грозно пообещала Ирэн Торв и топнула ногой. – Я ещё выясню, по какому-такому праву нас тут собрались задерживать!

Буксир отпустил яхту недалеко от входа в туннель. Её перехватил луч гравитационного захвата и потащил внутрь, сквозь аэрорезистивное поле, закрывающее вход в шахту. Преодолев его, яхта села на специальную, слегка приподнятую площадку. Все стали ждать обещанной процедуры задержания, но ничего не происходило. Прошло пять минут, десять минут. Отцы, тихо посовещавшись, совершили набег на продуктовые запасы Буффа с Мидоло. Подкрепившись, они принесли мамам пирожные, которых ещё оставалось несколько штук в холодильном ларе. Перекусив, кто сухпайком, а кто вкуснятинкой, взрослые решили самостоятельно сходить в приёмную СГБ.

Поспорив несколько минут о том, кто пойдёт к эсгэбэшникам, решили идти все вместе, а детям приказали оставаться на борту яхты и ни при каких условиях отсюда не уходить.

– А если что, связываемся по коммуникатору! – напутствовала Ирэн Торв своего сына Гогу, впрочем, и остальных детей тоже.

Уно дал команду открыть люк, и родители плотной группой выдвинулись наружу в док. Когда они вышли, юнга его закрыл и посмотрел на своих компаньонов.

– Ну что? – заговорщическим тоном спросил он. – Ждать будем или пойдём?

– Я за то, чтобы подождать, – предсказуемо проголосовала Лили.

– Гога, ну хоть ты скажи, что не собираешься сидеть на этой посудине, пока наши родители неизвестно где, на незнакомой планете… – взмолился Уно.

– Нет, – Гога был непреклонен, – я сейчас согласен с Лили, – надо подождать, а там видно будет.

– Но ведь Пустоши Кразебота никто не отменял? – Уно подмигнул товарищу.

– Кто посмел бы? – согласился Гога.

Юнга достал из своей сумки игровую консоль.

– Лили, остаёшься за старшую! – приказал Уно.

Ребята, надевая на голову и руки игровые сенсоры, пошли в каюту, а Лили, вздохнув, уселась в кресло пилота, запустила на коммуникаторе интерактивную справку по истории СГБ и углубилась в её изучение. Прошёл час, потом ещё один, но никто не появился, чтобы провести процедуру задержания. Девочка, потянувшись в кресле, посмотрела на время, ойкнула и побежала к мальчикам.

– Мне кажется, что-то случилось! – с порога закричала она.

Ребята прекратили уничтожение жуконогов, Уно выключил консоль.

– С чего ты это взяла? – спокойно спросил он.

– Так два часа прошло!

– Серьёзно? – Уно взглянул на время на коммуникаторе. – Действительно.

Он попробовал связаться сначала с мамой, потом с папой, но результата не было. У Гоги и Лили тоже не получилось.

– Теперь-то мы можем действовать? – опять спросил юнга у своих товарищей.

– Думаю, что пора беспокоиться, – кивнул Гога.

– Ребята, только не оставляйте меня здесь одну, – попросила Лили. – Пока вы играли, я кое-что прочла по истории СГБ, может пригодиться.

– Куда мы теперь без тебя, – приободрил её Уно и полез в оружейный чемодан.

Взяв себе стазис-излучатель, юнга спрятал его под курткой: нехорошо таскаться по штаб-квартире СГБ со стволом у всех на виду, ещё за бандита или контрабандиста какого примут.

– Пульт от яхты взял? – спросил он у Гоги, тот похлопал себя по карману.

Компания, осторожно озираясь по сторонам, вышла с яхты. В доке, вырубленном в скале, не было ни единого человека, только в дальнем конце человекоподобный механизм проводил влажную уборку помещения. Решив начать поиски с этого робота, дети подошли к нему. Тот с остервенением тёр уже сухой тряпкой пол в одном и том же месте.

– Прекратить выполнение операции! – скомандовал Уно.

Железяка замерла, неуклюже отставив палку с тряпкой.

– Где находится общественная приёмная? – поинтересовался Гога.

Железяка молчала.

– Может у него речевого интерфейса нет? – предположила Лили.

– Ладно, попробуем по-другому! – Гога включил коммуникатор и поднёс его к роботу. – Ага, открытый доступ!

Мальчик начал тыкать пальцем в голографический интерфейс своего устройства, приговаривая:

– Так, назначение адьютора – уборщик, владелец – какой-то АХО СГБ, статус – ожидание. Ладно, копнём поглубже, – Гога продолжил колдовать со своим коммуникатором.

Пока один мальчик занимался роботом, Уно решил повнимательнее осмотреть док, куда их принудительно посадили. Отправившись гулять вдоль стены, он обнаружил большие двустворчатые ворота через которые, видимо, ушли их родители, открывать их раньше времени не хотелось. Пройдя мимо, мальчик направился к следующему объекту: стальной вертикальной лестнице, которая вела наверх к выходу из шахты. Уно преодолел ступенек, наверное, двести, прежде чем добрался до аэрорезистивного поля, закрывающего шахту от открытого космоса.

Ни капли не сомневаясь, Уно сунул руку в это поле и сразу же выдернул её обратно, та моментально онемела, посинела и распухла. Мальчик затряс повреждённой кистью. Чувствительность постепенно восстановилась, а внешний вид вернулся к прежнему состоянию. Желание снова что-то совать в аэрорезистивное поле пропало напрочь. Юнга с высоты окинул взглядом помещение дока и увидел на дальней от них стене небольшую дверь. Спустившись вниз, он направился к ней и, подойдя ближе, осмотрел её. Та скорее представляла собой люк с двумя ручками, потянув за которые юнга открыл его. Свист воздуха прилично напугал мальчика, он подумал, что за дверью может быть вакуум и сейчас весь док разгерметизируется, но, по мере того, как створка поворачивалась, звук становился всё тише и тише, пока вовсе не пропал. Высунув голову в образовавшийся проём, Уно обнаружил там тускло освещенный туннель, уходящий вглубь каменных пород.

– Ой, – неожиданно крикнул Гога.

Уно посмотрел туда, где его товарищ пытался взломать робота, там что-то пошло не так: железяка начала, как сумасшедшая нарезать круги по помещению, размахивая палкой от швабры. В итоге железный человек с грохотом врезался в стену и развалился.

– Гога, ты что наделал!? – закричала Лили

– Я не виноват! – мальчик с удивлённым видом стоял, почёсывая голову, и разглядывал останки робота. – Он сам как-то.

– Интересно, – подбежал к остальным Уно, – нас кто-нибудь слышал?

Дети бросились к большим воротам и, нажав на большую красную кнопку на стене, открыли их. Створки медленно поползли в разные стороны. Стоило им разойтись на десять сантиметров, как юнга сунул туда голову и посмотрел по сторонам. За дверью был самый обычный коридор, по которому к ним приближались, судя по одежде и амуниции, два ремонтника. Они что-то горячо обсуждали, поэтому на голову Уно, торчащую из-за створки, внимания не обратили. Идти им оставалось ещё метров тридцать, а ребятам надо было срочно прятаться.

– За мной! – крикнул Уно и помчался со всех ног к небольшому люку, который он недавно нашёл на другом конце дока. Ребята бросились за ним.

Они успели забежать в него как раз в тот момент, когда двое рабочих зашли внутрь. Потянув створку люка на себя, юнга закрыл её, успев заметить удивлённое выражение лиц ремонтников, рассматривающих открытые ворота и яхту в доке. Детей они вроде бы не заметили. Ребята, не торопясь, но и не задерживаясь, пошли по узкому коридору, прорубленному прямо в скале. Каменные стены были на ощупь холодными и влажными. Редко установленные светильники на потолке, создавали тусклое освещение и мрачную обстановку. Уно, идущий первым, не выдержал и включил фонарик на своём коммуникаторе, добавив немного яркости окружающей атмосфере.

– Как вы думаете, куда он ведёт? – спросила у мальчиков Лили.

– Пока до конца не дойдём – не узнаем, – ответил юнга.

Вскоре перед ними показалась развилка. Идти можно было направо или налево. Прикинув расположение дока, куда посадили их яхту, и направление, куда вёл туннель, Уно решил идти налево. Минут через пять они подошли к ещё одной развилке. Решив, что не стоит изменять текущей стратегии, ребята снова повернули налево и в итоге упёрлись в дверь, которая была плотно закрыта, но, нажав на ручку, юнга понял, что та не заперта. Чуть приоткрыв дверь, Уно увидел оживлённый коридор, по которому сновали клерки и люди в форме СГБ.

– Ну что, рискнём выйти? – спросил он у своих товарищей. – Или пойдём, попробуем в другой проход свернуть.

Никто не ответил, поэтому Уно, с наглым видом, распахнул дверь и, как ни в чём не бывало, вошел в поток людей, пришлось даже слегка поработать локтями. Он оглянулся, Гога и Лили от него не отставали, хотя девочку пришлось крепко взять за руку, чтобы та не потерялась в этой человеческой реке.

Вскоре толпа поделилась на два потока, одни отправились дальше по коридору, а другая половина пошла в огромный зал, над входом в который была большая вывеска «Транспортная система ЛеФорта». Так как поток людских тел значительно поредел, то у Уно, который присоединился к тем, кто пошёл дальше по коридору, появилась возможность посмотреть по сторонам, чтобы понять, где они находятся. Вдоль по стенам, с равными промежутками, располагались двери с табличками. На каждой был семизначный номер, звание и фамилия с инициалом.

– Вы не подскажете, где находится приёмная? – спросил Уно у идущего рядом с ним клерка, однако тот даже головы своей не повернул.

Мальчик несколько раз повторил свой вопрос тем, кто шёл поблизости, но результат был одинаковым – абсолютное и тотальное игнорирование, правда, один эсгэбэшник с погонами сержанта после вопроса попытался толкнуть юнгу локтем в плечо, чтобы тот ему не мешал. Уно в долгу не остался, увернувшись от локтя, он стукнул ногой по ботинку сержанта, тот запнулся и полетел кубарем, образовав приличный затор. Дети, лавируя между людей, бегом бросились подальше от места происшествия.

– Вопросами мы ничего не добьёмся, – констатировал юнга. – Надо действовать по-другому! Ждите меня здесь!

Он подошёл к двери с табличкой «0307122. Полковник Борц В.», слегка нажал на ручку и с ноги открыл дверь, ввалившись внутрь.