Космически повезло

Посвящение

Посвящаю сборник всем авторам и читателям, с которыми мне космически повезло.

От Луны и обратно

Наконец-то я переселилась на более благоприятную землю. Не то чтобы здесь было безопасно – я никогда прежде не блуждала по поверхности в скафандре и никогда, боже упаси, не вела свою педагогику под землей. Но судьба часто демонстрирует, что у нее знатное чувство юмора. В свои сорок я должна была защищать диссертацию на планете Земля, так что уместно было бы сейчас произнести: «Уля, спустись с Луны на Землю». Но я сама решила по-другому.

– Дети, достаем свои регуляторы и готовимся к финальному тестированию. – я стояла у ионической доски в обычной монохромной одежде, взятой благополучно с Земли, – Олег, почему ты снова без тетради сегодня?

– Я устал писать на бумаге, когда есть регулятор, Ульяна Дмитриевна. – подросток в монолитном костюме синего цвета смотрел в мою сторону недобрым усталым взглядом.

– Ты не хочешь повысить свой рейтинг, Олег? Хорошо. Тогда я повышаю его всему остальному классу.

Остальные сразу громогласно заулюлюкали. Олег за первым круглым столиком закатил глаза.

– Мой папа такой богатый, что у каждого больше не будут отваливаться пальцы, пока мы проходим все эти бесконечные тестирования. – спокойно сказал светловолосый выскочка, и я нахмурилась.

– Ну-ка, марш в комнату отсека номер пять! – я не выдержала и стукнула по учительскому столу, – Твой отец остался на Земле, не забывай об этом, когда заявляешь такое на весь класс.

Олег посмотрел на меня с малой долей уважения, собрал свои вещи, и вышел. Раздвижные двери с писком открылись, с тем же писком закрылись. Я взглянула на свое отражение в непробиваемом стекле. За таким можно было видеть внутренности Луны.

«Как же я постарела.» – волей-неволей вырвалось у меня из недр подсознания.

Олег пошел в меня кардинально: светлые волосы, голубые глаза, все это он унаследовал генетически. Как и упрямство, свойственное такой скрытой бунтарке, как я.

На Луну мне помогли взлететь две вещи – любовь к себе и ненависть к людям. Меня ничто не могло удерживать на родной планете. Особенно в 2160ом году, когда перелеты по всей Солнечной системе уже давно были легализованы. Даже горячо обожаемый мною муж не смог стать путеводной звездой моей жизни. Наши взгляды не сошлись – его удерживал ошеломительный успех на Земле, где он преспокойно построил и перестроил безумное количество парящих небоскребов. Он получил столько баллов к семейному рейтингу, что хватило бы на пять поколений вперед. Но мой любимый муж Ваня отличался от многих неимоверной жадностью, проявлявшейся во всем, к чему бы он ни прикасался. В какой-то момент это стало последней каплей для меня – такой однозначный выбор между мной и нашим сыном и карьерным бесконечным ростом. Когда я видела его последний раз, а именно трое лунных циклов тому назад, на его лице уже вздымались вены и дергался правый глаз. Он смотрел куда-то в пустоту и искал там то, что выглядит, как красная цифра в счетчике баллов.

– Ульяна Дмитриевна, вы вроде как хотели проводить тест… – очень тихо возникла на моих глазах отличница Дарья, – Или нет?

– Да-да, сейчас прошу всех включить программы на своих регуляторах и следовать моим инструкциям. – я опешила от того, как глубоко меня унесло в воспоминания о недалеком прошлом.

Весь остаток занятия ученики смотрели на меня с немым сочувствием. Я же смотрела в сторону и диктовала вопросы.

– Ульяна…– в дверях появилась фигура директора образовательного учреждения, – Вы не могли бы выйти на секунду?

Это был большой статный мужчина старше меня на двадцать лет. На нем, как обычно, был идеальный костюм с наплечниками и бронированными сгибами в локтях и коленях. Выглядел он моложе своих лет, потому что в свое время купил сыворотку молодости. Когда я была подростком, ее представили всему миру, как единственное верное спасение от окончательного ухудшения демографии во всей системе. «Если не плодиться, то можно омолодиться» – это старый добрый лозунг на всех стендах и стенах мегаполисов.

– Это срочно, Николай Викторович? – я нерешительно смотрела то на учеников, то на него.

– Да. – холодно говорил он и жестом указывал мне на двери.

Николай Викторович давно смотрел в мою сторону с каким-то неведомым скрытным обожанием, а в минуты, когда я выходила в коридор, был особенно взволнован и в то же время нежен – он сообщал мне трагическую новость.

– Ульяна, вы должны знать... Мне трудно будет это произнести, но такова моя воля сказать об этом самому. – Николай отвел свои большие серые глаза в сторону, как будто боялся меня, – Ни в коем случае я не собираюсь вас никак ранить.

– Говорите. Мой урок все равно уже заканчивается. – я старалась сохранить свое самообладание, чтобы не надумывать ни о чем заранее.

– Ульяна…Ваш супруг…Он…Он погиб в результате обвала. Мне очень жаль. – как только он договорил, меня согнуло надвое, – Мне очень и очень жаль, Ульяна.

Я вскрикнула и упала в его руки без чувств.

Когда-то в детстве я была свидетелем смерти моего отца. Он умер для меня молодым, здоровым и в здравом рассудке. И все это случилось только потому, что я вовремя не перешла дорогу в центре города. Мне могло хватить времени, чтобы отец не пытался мне помочь, протягивая руки. Я могла силой мысли раскрошить эту чертову машину с левитационным двигателем. Или не могла?

Сегодня мой отец умер дважды.

– Боже, спаси и сохрани душу Ульяны, моей любимой женщины… – донеслось до моего уха, – И не введи нас…

Я кашлянула, чувствуя, как туман и озноб накрывают меня с ног до головы. Николай в секунду оказался надо мной с полотенцем, от которого разило спиртом. Ворс соприкоснулся с моей горячей головой, и я в бреду произнесла:

– Кому вы молитесь, Николай…

– Богу, Ульяна. Вы, наконец, пришли в себя. Столько дней прошло…Я думал, что не вытащу вас оттуда. – мужчина выглядел по-настоящему озабоченным моим состоянием.

– Как мой сын?

– Он в порядке. Сегодня утром навещал вас.

– Он знает?

– Да.

Комок подступил к горлу и бред снова накрыл меня, как полотно. Николай поднес к моему носу нашатырь, и я усилиями воли открыла глаза.

– Олег не справится…Если я так и буду здесь находиться…– говорила я с придыханием, – Он что-нибудь с собой сделает.

– Не сделает. Я вам это обещаю. – Николай положил свою ладонь на мою щеку и слабо улыбнулся, – Он просил передать вам, что извиняется за свое поведение на последнем тестировании.

– Это точно он просил передать? На него не похоже.

Николай ничего не ответил. Развернувшись ко мне с металлическим столиком, он потребовал, чтобы я не сопротивлялась и просто поедала свежеиспеченный хлеб и выращенные в холодильном отсеке фрукты.

Спустя несколько дней после выхода из недельной комы, я пробралась в отсек видеонаблюдения с помощью карты новой подруги. Она устроилась сюда практически в тот же день, что и я, но в состав наблюдателей-охранников. Мне повезло, что у нее стальная хватка, но при этом большое доброе сердце. Мне нужно было посмотреть, что сказал моему сыну директор, и что вообще было, пока я лежала в анабиозе. Это стало почти маниакальным желанием, и я не могла спать, пока не увидела эти кадры. Клара, так зовут мою подругу, оставила мониторы включенными для меня, пока весь рабочий состав отдыхал и занимался вечерними ритуалами. Я отследила записи того дня, когда узнала о смерти мужа.

Включив видео, я молча надела наушники и смотрела, как Николай Викторович в ужасе несет меня по коридорам до медицинского отсека. Там меня внимательно осматривали, пытались привести в чувства, и, в конце концов, Николай схватился за голову и произнес: «Что же я сделал.» Через полчаса на пороге медпункта оказался Олег, и на его лице был страх. Я еще никогда не видела, чтобы мой сын так беспокоился за мою жизнь. Он припал ко мне, обнял и начал рыдать, думая, что меня уже ничто не вернет. Николай мягко отвел мальчика в сторону и что-то тихо сказал. Мне не удалось разобрать ни одно слово, даже с увеличением картинки и уровня звука. Николай как будто знал, что я все увижу и услышу. К моему удивлению, Олег отреагировал теплым объятьем и продолжал плакать директору в плечо. Так продолжалось достаточно долго, чтобы у меня самой потекли слезы. Я почувствовала укол совести внутри: все эти три цикла моя жизнь была важным элементом для людей вокруг, но почему-то я не верила всему этому по-настоящему.

Олег приходил ко мне каждый день. А Николай не отходил от моей койки все эти дни. Каждое утро мой сын садился напротив мужчины в костюме и задавал очень страшные вопросы. Их разговоры шли часами. Я физически не смогла слушать от и до, да и время было позднее. Мне было вполне себе достаточно просмотренного. Более чем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.