- -
- 100%
- +
Глава 1. Сбежавший труп, или утро в доме некроманта
– Даяна! Где мое сердце? – донеслось до меня сквозь плотно закрытые двери и негромкую музыку. Я подскочила от крика, мое собственное сердце испуганно заколотилось, сбивая настройки утренней медитации.
«Если бы ваше сердце принадлежало мне, я бы знала где оно, магистр», – печально подумала я, пытаясь не сбить настройки. Утренний режим трещал по швам.
Я вздохнула, глянула на часы, опустила ресницы и снова погрузилась в медитацию. До начала рабочего дня оставалось десять минут. Невиноватая я, что у него бессонница, а без погружения мне никак нельзя! Потерпит, не маленький!
– Даяна! Где сердце, я тебя спрашиваю?! И, Бездна тебя побери, куда делась дама из моего кабинета?!
«Великая Мгла! Да что ж такое-то! Еще и дама сбежала!» – с досадой вздохнула я, понимая, что весь настрой рухнул в эту самую Бездну. Одна надежда: я почти закончила, поэтому ничего страшного произойти не должно. Вздохнув, я раскрыла глаза, вынырнула из серой дымки, в которой медитировала, и задышала, очищая разум и настраиваясь на долгий рабочий день.
– Даяна! Забери тебя Вечный Некробус! Иди сюда немедленно! Мне срочно нужно сердце и вчерашняя мадам!
Последний раз глубоко вздохнув, я окончательно пришла в себя и легко поднялась на ноги. Взмахнула рукой, сворачивая коврик для медитаций, левитировала его на полку в крохотной гардеробной и прислушалась.
Ага, один из мертвых оставил косу у двери кабинета и рванул вниз. Скелетоны до ужаса боятся, что хозяин меня уволит и они снова покроются пылью забвения. С ними перестанут разговаривать, а то и вовсе засунут в чулан и будут доставать только по великим государственным праздникам, и в день рождения великого и ужасного, когда босс вынужден устраивать приемы. Ну, или вовсе развоплотят в порыве гнева, или после потери очередного трупа.
Судя по цокоту костей, Бони скатился по лестнице и через… раз, два, три секунды постучит в мою дверь. Досчитать я не успела. Спринтерский забег одного из помощников дворецкого закончился шкрябаньем костяшек по косяку. Я улыбнулась, щелкнула пальцами, замок клацнул и створки со скрипом распахнулись, являя миру запыхавшегося скелета.
Как ему это удается, я не понимала, но костлявая грудь, обтянутая черно-красной тканью камзола, вздымалась так, словно Бони умел дышать по-настоящему.
– Госпожа… – дальше я ничего не услышала, поскольку со второго этажа из кабинета самого знаменитого и кошмарного некроманта Империи раздался очередной рык, многократно усиленный заклинанием «Иерихонская труба»:
– Даяна! В конце концов, ты – моя ассистентка, рабочий день в разгаре! Тащи сюда чертово сердце и прихвати блокнот!
Над моей головой раздался скрип колес. А вот это уже серьезно. Адски прославленный и смертельно опасный повелитель мертвых, а ныне мой работодатель, изволил откатиться на кресле от рабочего стола. Через минуту колесики уткнутся в толстый край старинного ковра паучьего плетения, и боссу придется подняться и подойти к двери собственными ногами.
Я невольно улыбнулась, вспомнив, как боялась в первые месяцы этого мрачного, замкнутого и надменного аристократа. У меня даже поджилки тряслись от одного только взгляда. А приподнятая удивленно бровь, в ответ на мою очередную оплошность, и вовсе вызывала оторопь.
Хотя кого я обманываю, мои поджилки до сих пор сжимаются до мурашек, когда босс хмурится, или выгибает свою черную бровь.
Я печально вздохнула, гася светлячков внутри себя. Оставь надежду, глупая Даяна, даже если бы ты подходила по статусу первому некроманту Империи, он все равно никогда не будет с тобой. На таких, как ты, не женятся.
– Даяна!
Я вздрогнула, выныривая из собственных мыслей, и заторопилась, услышав наверху тяжелую поступь. Ага, прямо сейчас всех домашних ждет вторая часть знаменитой оперы под названием «Кто в доме хозяин?»
– … зовет вас, госпожа, – закончил доклад Бони, преданно заглядывая мне в глаза и переминаясь с ноги на ногу. – Надо поторопиться, – сложив костяшки в умоляющем жесте, тревожно проскрипел скелет.
– Да иду я, иду, – проворчала я, стряхнула с подола платья и рукавов невидимые пылинки, подхватила рабочий маг-бук и покинула свою уютную комнату.
На втором этаже все стихло, послышалось короткое ругательство на мертвом языке фейри, раздались тяжелые шаги, дверное полотно грозно стукнулось о стену. Шеф вышел на площадку, перевесился через перила площадки второго этажа и рявкнул:
– Даяна! Бездна тебя побери!
– Я не Бездна, – с достоинством произнесла я, вырастая за спиной у босса, и добавила про себя, но так, чтобы шеф не услышал. – Я её ассистентка.
Вот что за… некромант! Никак он не запомнит, что я всегда поднимаюсь по черной лестнице, когда в доме нет гостей. Так короче и удобней.
– Я не слышала, прошу прощения. Вам что-то нужно, господин Уфир?
– Где тебя фейри носят, Даяна?!
Я промолчала, разглядывая Уробороса на крышке своего маг-бука. Босс сердито молчал, поглядывая на меня.
– Даяна! – вкрадчивым тоном начал он спустя полминуты. – Где мое сердце?
– Ваше – у вас в груди, насколько мне известно, – невозмутимо ответила я. Значит, ночные опыты снова оказались неудачными, и сегодня весь день шеф будут злиться и ругаться на весь мир.
– Я же просил – когда мы дома, называть меня по имени! – рыкнул шеф.
Я вежливо улыбнулась, но никак не отреагировала. Спор о том, как мне к нему обращаться наедине длится весь год. С тех пор, как я работаю ассистенткой у самого известного некроманта нашей современности. Честно говоря, даже не хочу знать, сколько лет ему на самом деле.
Достаточно слухов о том, что Рассел Уфир учился в Академии Некромантии и Призыва вместе с Его Темнейшем Величеством. А Император на минуточку правит нашей объединенной Империей более ста лет.
Воспитанная в строгих правилах Приюта для одаренных благородных девиц, я считала подобного рода фамильярность недопустимой в отношениях начальник-подчиненная. Но главное, традиции моей семьи запрещали обращаться к посторонним по имени. Этому правилу я следовала неукоснительно, как и нескольким другим. Мне казалось, если я буду следовать семейный традициям, то родители незримо всегда будут со мной.
– Так какое сердце и какая из вчерашних дам вас интересует, господин Уфир?
– Последняя, – машинально ответил некромант. – Подожди, их что, было несколько? – бровь удивленно взлетела.
– У нас их три последних, – терпеливо уточнила я.
– Так… – босс уставился на меня с подозрением, задумчиво обхватил подбородок длинными музыкальными пальцами.
Отчего-то каждый раз при взгляде на крупные, но при этом изящные мужские кисти, я переминалась с ноги на ногу, старательно прогоняя из головы смутные видения очень фривольного содержания.
– Где дух той ба… дамы из Некрополя? Ну, такой… – мужская рука взлетела вверх, замысловатым жестом что-то изобразив, видимо женскую фигуру.
Я вежливо молчала, ожидая, когда шеф уточнить свой вопрос. Но босс решил устроить показательную порку глупой ассистентке, развернулся и пошёл в кабинет, раздраженно щелкнув пальцами. У Дона, который охранял подступы к кабинету, из костлявых рук выпала алебарда. Вот всегда он так: когда не прав, вымещает свое настроение на безобидных скелетонах.
Я проводила взглядом суровое начальство, подошла к скелету, подняла с пола древний артефакт, вручила Дону, получила благодарную улыбку и шагнула в кабинет. Одно из немногих мест в доме, где я всегда ощущала свое место в табеле о рангах: он – начальник, я – подчиненная.
Здесь, за порогом святая святых, я – ассистентка знаменитого некроманта, который не только читает цикл лекций для выпускных курсов в имперской академии, но и помогает местному отделению Магической службы безопасности расследовать особо – странные случаи, похожие на ритуальные убийства, жертвоприношения и прочие неприятные вещи.
В комнате раздался скрип – это кресло по велению сердитого шефа покатилось на место. Сам он встретил меня, восседая на своем троне, сложив пальцы домиком, и, что ожидаемо, едва заметно улыбался.
– Дух барышни Ниогары Богарнэ у Вас, – входя в кабинет, объявила я. – Нижняя папка в левом нижнем углу экрана. Вечером вы велели оставить его в кабинете, хотели что-то проверить. Двух остальных я отнесла в сейф в лаборатории.
– У меня его нет! – упрямо процедил босс.
– У Вас он.
– Нет его у меня, – чуть более раздраженно повторил шеф.
Ого, наша привычная пикировка свернула не в то русло. За практически год я изучила правила игры, и всегда четко знала, когда мой некромант, в смысле, начальство, злится по-настоящему.
– У меня – нет, найди его немедленно, – сверкнув черными бездонными глазами, приказал шеф.
– Разрешите, я посмотрю, – на самом деле мой начальник очень организованный любитель порядка во всем.
Но за несколько месяцев, как я стала его ассистенткой, он постепенно переложил на мои плечи большинство задач, расширив мои ассистентские полномочия до домоправительницы.
Трупы, доставка сосудов с неупокоенными или вызванными на допрос духами, магическая чистка вещей и одежды, поставщики и служба маг-клининга, выбор меню, организация званых вечеров, рабочий график, расписание лекций и прочее разное, все это постепенно стало моими обязанностями.
И теперь, с завидной регулярностью, шеф делал вид, что без меня он как без рук. До сих пор не могу понять, зачем ему нужно культивировать во мне веру в мою незаменимость? Незаменимых, как известно, не бывает. Уверена, когда мне настанет время покинуть этот дом, у дверей выстроиться очередь из профессиональных маг-секретарей с настоящими дипломами. Не то, что у меня.
Шеф молчал и сурово сверлил меня взглядом. Я рискнула повторить свой вопрос.
– Разрешите, я посмотрю. Или мне глянуть со своего маг-бука?
– Вот еще! Смотри с моего! Столько времени потеряно! Как я могу работать в таком хаосе?
Я подошла к широкому рабочему столу, сделанному из монолитного черного разломного камня. Этот камень ценился больше золота и прочей валюты Империи. Добывали его в магических в местах, где Из-Гранье прорывало материю нашего мира. При искажении пространства рождались своеобразные штольни-разломы, в которых добывали застывшую Мглу.
Процесс сложный, многотрудный, но изделия из маглита обладали невероятными свойствами при должной обработке. К примеру, со стола моего шефа никто и ничего не сможет взять, если столешница не позволит. Буквально через неделю как я появилась в доме некроманта, он привел меня в кабинет, и, ничего не объясняя, приложил мои ладони к столу.
Честно говоря, я едва не умерла на месте от страха, когда толстенный мрачный камень вдруг подернулся дымкой, а мои руки утонули в нем по локоть. Если бы не шеф, который твердо держал меня за плечи, я бы попыталась вырваться и убежать. Но, подозреваю, удрать из такой ловушки ни у кого не получится.
После того, как мои руки оказались на свободе, вне себя от испуга и в состоянии аффекта, я потребовала составить правила наших рабочих отношений и подробно расписать мои обязанности и права. И познакомить меня со всеми странностями некромантского дома. После чего бесславно потеряла сознание. Но зато из чулана извлекли моих нынешних верных помощников по хозяйству – Бони и Дона.
На следующее утро, очнувшись в своей кровати, я ожидала увольнения и ругала себя на все лады. Мне очень нужна была эта работа. А дом могущественнейшего некроманта – самое лучшее убежище, в котором меня никто и никогда не догадается искать. Терять такое место не хотелось, я готова была умолять, но… не пришлось.
Пребывая в своих мыслях, я не забывала про обязанности ассистентки. Положила свой маг-бук на журнальный столик, поддернула рукава платья и боком протиснулась к рабочему месту шефа. Он, конечно же, и не подумал подвинуться. Разве что чуть-чуть шевельнулся, откатываясь на пару миллиметров.
Я просочилась к столу, развернулась спиной к боссу, стараясь не маячить своей пятой точкой у него перед носом, и наклонилась к монитору. Еще один плюс столешницы из маголита – маг-бук шефа никто и никогда не сможет вынести из комнаты. Любая вещь полностью поглощается камнем, и появляется на поверхности только по требованию хозяина.
По желанию маг-бук становился ручной кладью. Но вся информация оставалась в огромном живом хранилище. Даже если кто-то рискнет украсть бук, взломать все пароли, похитителям ничего не достанется, кроме пустой коробки с кнопками.
– Ну что, отыскала? – проворчал шеф.
– Пока нет. Но скоро, не волнуйтесь, господин Уфир.
И куда же он дел папку с рабочего экрана? Так, может случайно скинул в корзину?
– Рассел, дома я просил называть меня по имени, – прошипели за моей спиной, но я упрямо промолчала, продолжая искать труп.
– Говорю же, нет у меня духа этой девицы. Призрак гоблина из Проклятого переулка есть, а ба… девицы из Некрополя нет! И не было! – припечатал босс, предвкушая победу.
Дух последней убиенной барышни нам принесли вчера днем, и к шефу в кабинет я его лично приносила и активировала. Вопрос: куда он его засунул, когда допросил и исследовал?
– Одну секундочку, господин Уфир.
– Даяна, ты должна называть меня Рассел, я настаиваю.
– К сожалению, вынуждена отказаться от Вашего предложения, – пробормотала я, не отрывая взгляд от монитора.
– Вот. Вот, пожалуйста, Ваш потерянный дух.
– Где? – проворчал шеф, огибая меня на кресле, придвигаясь вплотную к столу и укладывая на него локти. Из-за такой непозволительной близости мое бедро практически касалось его руки. Кровь прилила к моим щекам, и я едва удержалась, чтобы не дернуться с места.
– Ну, хорошо, а сердце? Где мое сердце? – тыкая указательным пальцем по духу и выпуская его на свободу, проворчал начальник.
«Ваше сердце, шеф, навсегда принадлежит непонятным загадкам и некромантии», – незаметно вздохнула я, наблюдая, как дух убитой девушки тоненькой струйкой тумана принялся медленно выбираться из монитора. Через минуту покойная материализовалась вполне себе явно видимым призраком посреди кабинета.
– Вот ваше сердце. Я могу идти? – я тронула очередную папку на экране, раскрывая файл.
Шеф недовольно дернул плечом, наклонился к монитору и принялся читать, сурово нахмурив брови. Я молча стояла за его спиной, дожидаясь разрешения уйти. Сегодня наша домашняя игра «начальник-подчиненная» затягивалась. Я потихоньку переступила с ноги на ногу. Ну, вот чего он тянет? Прекрасно знает, что файл именно тот, который он потерял.
Я задумчиво прикусила нижнюю губу, разглядывая затылок начальника. Иногда я случайно ловила на себе его странный взгляд, и отчего-то в такие моменты моя душа уходила в пятки, интуиция начинала орать благим матом: «Он знает! Бежим!», а в голове вспыхивала мысль о том, что рассеянным шеф больше притворяется, чем является таким на самом деле. Вопрос – для чего ему это нужно? – я старательно отгоняла прочь.
– Ты долго будешь топтаться за моей спиной как слепая упыриха? Можешь идти. И приготовь кофе, будь добра.
Я коротко кивнула, зная, что шеф все и всегда замечает. Если кажется, что он не видит, это не так. Многие недалекие гости нашего… точнее, некромантского особняка, попадались на эту уловку.
Я неторопливо шла к двери, набираясь смелости перед очередной битвой. На пороге остановилась, развернулась к начальнику лицом, расправила плечи и набрала побольше воздуха, чтобы хорошо поставленным ровным голосом уточнить:
– Господин Уфир, нам еще поездку в столицу необходимо обсудить…
– Зачем её обсуждать? Тысячу раз обсуждали, сколько можно?
«Ну вот, я так и знала, сейчас начнет психовать», – тоскливо подумала я, прислушиваясь к звукам из коридора. Скелеты занервничали, почуяв возмущения в ауре хозяина. Им нервничать совершенно нельзя, они такие хрупкие! От любого стресса так и норовят рассыпаться, а мне потом собирай! А ведь я анатомию не изучала, первое время такие казусы случались. Я едва не хихикнула, на секундочку забывшись, где нахожусь.
Рассел развернулся и теперь смотрел на меня потемневшим взглядом. Я аккуратно сглотнула, стараясь не подать вида, как мне неуютно и немножечко страшно от такого бесцеремонно-надменного разглядывания, выпрямилась еще сильнее и сурово… промолчала, давя на его совесть своим говорящим молчанием.
– Зачем?
Красиво очерченные губы едва шевельнулись, задавая вопрос. Волевой подбородок упрямо выдвинулся вперед. Я по-прежнему молчала. Ну, а что говорить, когда уже все сотни раз сказано-пересказано!
– Даяна, я не понимаю, за каким погостом мне опять тащиться на встречу в Академию? Ты разве сама не в состоянии обсудить все условия с Рафиком? Пусть включит лекции в наш распорядок, как обычно, – голос шефа просто сочился ядом. – Позвони ему и все реши, не первый раз. Зачем меня дергать по таким пустякам?
– Не первый, господин Уфир. Но нам с господином Адрамалехом необходимо, чтобы вы лично утвердили план лекций и других мероприятий.
– Каких-таких других мероприятий, Даяна? – вкрадчиво начал Рассел, и я поджала пальцы на ногах, радуясь, что шеф не может видеть моего позора.
Этот его тихий голос пугал до дрожи. «Лучше бы орал, что ли», – тоскливо подумала я, продолжая настаивать на своем.
– Аd infernum, – рыкнул шеф, отталкиваясь от стола и стремительно поднимаясь с кресла.
«Ох, Мать мертворожденных, какой он высокий!» – выдохнула я и выпрямилась еще больше. При этом пришлось немного задрать подбородок, чтобы не смотреть на взбешенного некроманта снизу вверх.
Раздражённый шеф пару раз пересек кабинет, остановился у окна, скрестил руки на могучей груди и снова буркнул свое любимое ругательство «Аd infernum – К черту!». Сколько раз я его просила не выражаться на забытом языке фейри. Вот почему ему не нравятся суровые ругательства имперских рыбаков, к примеру? Ну, или там гвардейцев.
Нет, я не ханжа, мое детство прошло далеко не во дворце. Просто однажды своей любимой фразой шеф в сердцах отмахнулся от мелкого чиновника, который преследовал его на приеме с какой-то просьбой. И несчастный исчез прямо из особняка на глазах у изумленной публики. Хорошо, если в гости как раз к чертям, там хотя бы тепло.
Я до сих пор не рискнула спросить у шефа, вернул ли он приставалу обратно в Империю. На всякий случай. Меньше знаешь – дольше дышишь.
Я тихонько вздохнула, привлекая внимание. Босс дернул плечом, но не повернулся.
– Господин Уфир, программу действительно составили, но требуется Ваше одобрение, особенно в части встреч с… градоначальником…
Дернулось второе плечо, но Рассел упрямо стоял и пялился в окно.
– Вы же знаете, господин Адрамалех без Вас не утвердит полицейские встречи. У них там серия, кажется… Похожая на нашу… Потом еще маг-телевидение, интервью, и пиар-встреча с имперскими журналистами. Плюс лекции… в двух Академиях.
– В двух?
– В двух, – смиренно подтвердила я.
– А журналисты зачем? – проскрежетал босс сквозь стиснутые зубы.
– Начинается рекламная компания Вашего нового детективного романа «Ассистентка для некроманта, или Свадьба с видом на кладбище».
– In abyssum… Во сколько мы едем? – стремительно отходя от окна, уточнил шеф.
– В пять часов.
– Прекрасно, вели подготовить экипаж.
– Но… – попыталась возразить я, предпочитая закрытые кареты.
– Никаких «но», погода прекрасная, поедем в ландо!
– Хорошо, господин Уфир, – склонила я голову, и тут заметила, что забыла прихватить свой маг-бук.
Осторожно, вдоль стеночки, двинулась в сторону журнального столика. Все это время шеф пристально наблюдал за мной, словно я маленькая птичка, а он голодный страшный грифон. Вот зачем он так смотрит? Я сглотнула, схватила бук и помчалась обратно, при этом сохраняя неторопливую уверенную походку.
За год я и не такое выучила, пока не научилась различать настроение шефа и не поняла, что не такой он и ужасный, как о нем рассказывали. Во всяком случае, для тех, кого считает своей собственностью. Первый некромант Империи, личный друг императора родился жутким собственником, и не скрывал этого.
Шеф довел меня взглядом до двери, и буркнул в спину, едва я скользнула за порог:
– Работать мне кто-нибудь даст?
Я обернулась, кротко глянула на сердитого некроманта, и негромко уточнила:
– Я пойду, господин Уфир? Мне еще звонки делать…
– Сгинь с глаз моих, – буркнул шеф, и дверь захлопнулась перед моим носом.
В кабинете раздалось ворчание на предмет того, как несчастному некроманту мешают работать, отвлекают по пустякам, а у него дух не допрошен и сердце не исследовано на предмет яда синей виверны. Я улыбнулась и покачала головой: звукоизоляция к комнате такая, что можно из пушки стрелять, никто не услышит. Но когда босс хочет быть услышанным, он всегда найдет способ.
Не успела я спуститься на первый этаж, как сверху донеслось:
– И не забудь сказать этому своему… господину Рафику – до поездки в столицу никаких интервью! И отмени все лекции в местном колледже! – дверь захлопнулась, и в особняке на Мертвой улице наконец-то наступила долгожданная тишина.
Глава 2. Утренние странности продолжаются…
Я сокрушенно пожала плечами и отправилась на кухню, распорядиться насчет завтрака. Рассел – я все-таки называла босса по имени, как он и хотел, но исключительно про себя. Так вот, Рассел по утрам предпочитал черный кофе, сваренный на раскаленном песке Белого Солнца. А еще кашу на молоке с маслом.
Впервые попав в этот дом, я была шокирована незамысловатыми вкусами шефа. Мне казалось, что такие, как он, должны питаться исключительно рябчиками в ананасах, запивая драгоценным вином из погребов фейри.
Спустившись с лестницы в холл, я воровато оглянулась, убедилась, что меня никто не видит, подошла и прикоснулась к панно с огромной полной луной. Все-таки не солгал пожилой паулин из столичной лавки. У паулина были длинные висящие усы, красная шелковая рубаха и трое сыновей-помощников, которые легким мановение шестипалых рук расстилали перед нами изящные тканные картины, уважительно называя отца чаноби – господин.
Луна на ткани и вправду в ночи полнолуния словно светилась изнутри и становилась холодной, иногда почти ледяной. Чаноли уверял, что ткачихи вплетали лунное серебро в изображение, которое собирают юные девы с цветочных лепестков на полях в далекой и загадочной Паулии, самой закрытой страны империи.
Я вздохнула, перебирая в памяти сегодняшнее утро. Чего греха таить, характер у шефа скверный, местами жуткий, иногда (для чужих) просто сволочной. Я вздохнула еще раз. Но характер – самое меньшее из зол, приключившихся со мной в этом мрачном особняке.
Велика беда – скверный характер! За свою недолгую жизнь я успела навидаться и похуже характеров и в Приюте, где воспитывалась последние пару лет, и на двух своих предыдущих работах. Случилось худшее, что я могла себе представить, когда устраивалась на работу к некроманту. Я влюбилась. И что хуже всего – влюбилась в злейшего врага. Если он узнает, кто я – моментально сотрет в порошок, а может, сдаст на опыты.
Таких, как я, владеющих Серым пламенем, в мире почти не осталось. Те, кто родился после Великой Чистки, скрывали свой дар, чтобы не попасть в руки инквизиторов. Иногда родители, запуганные последствиями, сами сдавали новорожденных в Имперскую инквизицию. Дар запечатывали для тринадцати лет, а затем превращали подростка в аккумулятор, используя на благо государства. Такая себе жизнь.
Я встряхнула волосами, прогоняя мрачные мысли. Быть влюбленной в собственного шефа – это даже не классика жанра, это пощечина от судьбы. В приюте я никогда не понимала воспитанниц, которые увлекались любовными романами с однообразным сюжетом. Влюбиться в шефа – это же моветон! Со мной такого никогда и ни за что не случится просто потому, что я предпочитаю детективы с погонями, стрельбой и магическими битвами.
Я оглянулась на лестницу, прислушалась и, убедившись, что все тихо, двумя ладошками прикоснулась к нежнейшему паучьему шелку. Глупая маленькая Даяна. Даже если я останусь единственной женщиной на земле, великий и ужасный некромант объединенной Империи ни за что не обратит на меня внимания.
Хотя, нет, конечно, обратит. Но лишь для того, чтобы попросить меня сварить ему очередную порцию кофе. После чего потребует принести очередную душу на допрос и заполнить формы отчетов для полиции.
Я погладила холодную ткань. Лунные блики льнули к моей руке, как солнечные зайчики, только с ледяной шерсткой. Старый паулин объяснял это тем, что ковер ткали с добавлением нитей из лунной дорожки, чтобы это не означало. Поэтому панно оживало от прикосновений и лунного света.
Если бы у шефа был просто отвратительный характер, я бы поискала другое место работы в качестве убежища. Хотя особняк некроманта – злейшего врага, таких как я – идеальное место, где никто не догадается меня искать. Но глупая влюбленность спутала все карты, связала зависимостью по рукам и ногам.