- -
- 100%
- +
Пусть твоя судьба предрешена древним пророчеством, это еще не повод сдаваться, решила для себя молодая ведьмочка Радмила Звягинцева, которой не повезло перейти дорогу самому властелину Ада.
Теперь за ней по пятам гонятся все адские черти, а последний, на кого она может положиться, это наглый демон, один взгляд которого заставляет ее сердечко бешено стучать.
Пролог
Никто не выбирал эту ночь, чтобы взобраться на гору, которую за контрастные цвета растущей на вершине травы называли Меланж. Здесь каждое полнолуние проводилось собрание ковена, на котором, взявшись за руки и соединив силы света, ведьмы занимались медитацией, развивающей их способность к концентрации. Что было важным фактором любого заклятия.
Сторонний наблюдатель назвал бы увиденное шабашом. Ну а как еще описать водящих на горе хороводы голых женщин и девушек? Шабаш он и есть.
Но не сегодня.
Пророческий шар показал время и место проведения ритуала. Сорок ведьм из городка Устье пустились в свой последний путь на гору, чтобы восстать против властелина Ада и отдать свои жизни ради спасения всего живого на земле. Самая младшая из них, десятилетняя Елена, тащила на плече внушительную книгу, весившую лишь вполовину меньше её самой.
Девочке единственной предстояло вернуться живой из похода с этой же книгой в руках. Шар ясно дал понять: в будущем только потомок Елены сможет отыскать амулет «Скрытых сил», представляющий собой кусочек хрусталя в форме сердца. Лишь от него будет зависеть, попадёт ли амулет в жерло находящегося в Чистилище вулкана Тарсум или нет.
Никто из идущих на смерть не плакал и не жаловался. Ведьмы не противились судьбе, так как видели в своих вещих снах, к чему приведёт новая война, которую вынашивал в своей голове Кроули. Он же «мерзкий упырь», он же «свиноголовый демон» и он же «тупой козел».
Как только не называли властелина Ада все живущие на земле виды, начиная от оборотней, ведьм, вампиров и заканчивая обитавшими на болотах лешими и кикиморами. Этот хитрый и изворотливый демон решил, что земля впитала в себя мало людской крови за те несколько лет, что длились учинённые им войны. Недостаточно смертей, недостаточно душ, которыми питался этот мерзавец. За двадцать лет у власти он наворотил уже столько всего, что и на тысячелетия бы хватило.
Но сегодня ковен Устья положит конец бесчинствам тирана, навсегда заточив его в единственном подходящем для этого месте... в Аду.
Не сможет он больше проходить через завесу или использовать телепортацию, чтобы сеять раздор среди находящихся у власти людей, стравливая их друг с другом. Не сможет... Пока не коснётся амулета «Скрытых сил», распечатывая ведьминское заклятие.
— Леночка, встань около чёрного камня и положи на него книгу, — Настасья, её двоюродная сестра, погладила девочку по светлым волосам, указывая пальцем на алтарь. — Сейчас всё начнётся, приготовься. Ты же помнишь, чему мы тебя учили?
Малышка быстро кивнула и направилась к камню. Разместив на нём книгу, она помассировала руками онемевшее от тяжести плечо. Затем села на землю, перевернула страницу и достала из кармана юбки ручку с чернильницей.
Все ведьмы, кроме неё, встали в круг. Сцепив ладони, закрыли глаза и стали раскачиваться. Первой с себя скинула одежды Алевтина, их оракул и старейшина. Положив на землю шар, она принялась читать пророчество, которое Елена старательно выводила в книге «Знаний».
Внезапно рука девочки дрогнула, отчего последнее предложение залило чернилами. Она принялась стирать его рукавом рубашки, но, как ни старалась, разобрать ничего не вышло. Девочка решила переписать испорченное предложение, но её отвлекло зрелище, разворачивающееся в центре круга из ведьм.
Алевтина, закончив считывать информацию из шара, сняла висевший на груди амулет «Скрытых сил». Положив его на землю, она, будто птица, пытавшаяся улететь, возвела руки к небу. Звонко крикнув:
— Отдаю свою жизнь. Запечатываю тебе врата, — она оторвалась от земли и, вспыхнув ярким светом, растворилась в воздухе.
Амулет ненадолго покраснел, давая понять, что впитал её душу, и вновь стал прозрачным. Ведьмы, стоящие в круге, расцепили руки и подняли их вверх, произнося те же слова, что и их исчезнувшая подруга. Каждый раз, когда одна из них растворялась в воздухе, амулет краснел, наполняясь душой.
Когда кроме сидящей на земле с открытым ртом Елены на горе никого не осталось, он в последний раз моргнул и исчез. Чтобы появиться там, где его через много-много лет найдёт одна любознательная ведьма.
Не в силах сдержать слёзы, девочка вернулась к книге, но вдруг осознала, что совершенно не помнит последнего предложения. Она схватилась за голову, на чём свет ругая себя, но это не помогало. Все слова пророчества вылетели из головы. Не будь большинство из них записаны ею ранее, она ни за что не смогла бы вспомнить ни строчки.
Понимая, что ничего не поделать, Елена поднялась на ноги, захлопнула книгу и взвалила её на плечо. Затем, захватив лежащий на земле шар, отправилась к подножию горы, где её ждал Грозный.
Хотя пришли они сюда пешком, Настасья специально привела с собой гнедого коня, чтобы девочке было на чём добраться до Устья. А оттуда, собрав вещи, уехать в соседний городок — Проточный, где её уже ждал новый ковен, готовый принять под свою защиту осиротевшую маленькую ведьму.
Книга «Знаний» была помещена в седельную сумку. Пройдёт ещё немало лет, прежде чем кто-то откроет её и прочтёт последнюю запись. Пророческие слова оракула ковена Устья, исчезнувшего с лица земли, чтобы все остальные могли продолжать жить, гласили:
Сердце хрустальное из-под земли ты достанешь,
Будет оно поводырем твоим в мир загробный,
Встретишь любовь по пути и вновь потеряешь,
Стоя у жерла вулкана, смерти голос раздастся утробный...
Последнее предложение, смазанное чернилами, прочитать было невозможно. Но и без него становилось ясно, что ничего хорошего, нашедшего амулет, не ждет.
Книгу поместили в библиотеку одной из старейшин ковена Проточного, ставшей приемной матерью Елены. И благополучно забыли о ее существовании.
Проходили годы. Ведьмы рождались и умирали. Только в Аду на троне все так же восседал Кроули, которого запереть-то заперли, но не учли, что пока живет амулет, живет и привязанный к нему демон.
Он ждет, пока не найдется хрустальная штуковина, о которой ему поведали оракулы.
Каждый год демон отправляет на поиски новую нечисть, не ведая, что им не дано ее найти. В голове у него зреют зловещие планы по уничтожению всех живущих на земле видов. И планы эти с течением времени становятся все безумнее и безумнее.
Как, впрочем, и он сам.
***
Сто семьдесят пять лет спустя, развалины города Устье.
Солнце нещадно лупило в глаза, заставляя обливаться потом. От него нельзя было скрыться. Попросту негде: ни деревца рядом, ни даже зонта захудалого, так как выделенный мне квадрат находился в сотне метров от наших палаток. Повезло еще, что утром я нашла на дне сумки тюбик с остатками крема для рук, которым измазала свое покрасневшее лицо.
Не факт, что поможет, но душу успокоила.
Ехала я сюда всего на пару дней, но Таня, моя лучшая подруга, потеряв голову от парня с соседнего потока, который отправился с нашей группой в эту глушь на раскопки, уболтала задержаться до конца недели.
На третий день закончились все мои скромные запасы солнцезащитного крема, а на четвертый — терпение. Я готова была её убить.
Я никогда не жалела, что выбрала истфак и теперь вынуждена проходить практику на таких вот вылазках. Но к любому изменению в своей жизни предпочитала готовиться заранее. Будь то выбор нового шампуня для волос или поездка за полсотни километров от городка, где я живу.
Мои родные часто посмеивались надо мной из-за вечного желания всё держать под контролем, но я ничего не могла с этим поделать. Не подсаживаться же на успокоительное? Меня ведьмы из нашего ковена не поймут, а сестры тем более.
Их у меня две: Вольга и Тата Звягинцевы. Вернее, уже год как не Звягинцевы. Повыходили замуж и взяли фамилии мужей. Даже Стефа, наша тетушка, взявшая нас, трехлеток, под опеку после смерти наших родителей в авиакатастрофе, переехала от меня к своей истинной паре — вожаку оборотней-медведей.
Она и меня звала с собой, но зачем я им там? Свечку держать?
По сей день Стефа изредка наведывается в гости, но в основном для того, чтобы проверить, стоит ли ещё наш домик и не умерла ли я от голода. Сейчас, наверное, переживает, куда я запропастилась, так как план моего пребывания тут претерпел изменения, а родных я в известность не поставила.
Одно радовало: уже завтра можно будет собрать вещи, вернуться домой и забыть про это адское пекло навсегда.
В такие моменты я жалела, что мы, ведьмы, не умеем управлять погодой. Вот так щелкнешь пальцами — и полил дождик; ещё раз щелкнешь — превратишь его в град или снег. Не жизнь, а сказка! Но сколько я ни лазила в библиотеках наших старейшин, ни одного погодного заклинания не нашла. А моё самое главное правило: если чего-то нет в библиотечных книгах, то этого просто не существует.
Вот и приходилось босиком, под палящим солнцем с лопатой в руках заниматься чисткой слоя земли, пытаясь разжиться находкой.
Слово-то какое — «находки»!
Я третий год езжу на раскопки и еще ни разу ничего не нашла. Ни одной стоящей косточки или кусочка керамики. Но зато в обращении с лопатой я, Радмила Звягинцева, могла дать фору кому угодно. Чем и славилась в узких кругах.
Пот попал в глаза. Защипало так сильно, что пришлось остановиться и протереть их краем футболки, которая еще утром была белого цвета, а сейчас походила на половую тряпку. И это не первая моя вещь, простившаяся с жизнью на этих развалинах.
Стоило снова потянуться к лопате, как вдруг показалось, что в земляной куче что-то сверкнуло. Решив проверить, не начались ли у меня галлюцинации, я опустилась на колени и пошарила руками, перебирая землю.
Удалось нащупать тоненькую блестящую ниточку. Потянув за нее, моим глазам предстало висящее на ней маленькое хрустальное сердечко. Оно так красиво переливалось на солнце, что, не удержавшись, я сжала его в ладони и поднесла к лицу.
Интересно, старая ли это штуковина или ее обронил кто-то, работающий здесь до меня?
Хрусталик так чудесно холодил руку, что его совсем не хотелось выпускать. Я даже провела им по лбу, пытаясь впитать хоть немного прохлады в жару.
— Радмила, ты тут чаепитие устроила? — раздался неподалеку голос нашего преподавателя Ирины Ивановны. Боевой дамы, спуску никому не дающей и заставляющей потеть с утра и до вечера.
Вздрогнув от неожиданности, я инстинктивно засунула странную подвеску в задний карман джинсовых шорт.
— Нет, Ирина Ивановна, ногу свело, — натянув на лицо вымученную улыбку, быстро ответила я.
Стоявшая неподалеку женщина уставилась на меня прищуренным взглядом.
— Что-то ты сильно сгорела, Радочка. Сходи в штабную палатку. Водички выпей и посиди немного. Не хватало нам еще солнечного удара.
Долго уговаривать меня не пришлось. Поблагодарив ее, я чуть прихрамывая — надо же было продолжить спектакль с больной ногой — направилась к нашему штабу, где меня ждал долгожданный тенек.
Внутри никого не было.
Налив в пластмассовый стаканчик воды, я уселась на пол, вытащила из кармана свою находку и стала ее изучать.
С виду это был обычный хрусталик на серебряной ниточке. Но стоило направить в него чуточку позаимствованных у света сил, чтобы проверить на прочность, он вдруг начал отливать ярко-красным.
Не зря я глотала библиотечные книги ковена, как пирожное. Иначе бы понятия не имела, что данное изменение цвета характеризует собой большой заряд энергии инородного происхождения. Этот хрусталик был амулетом. Но какие функции выполнял? Нужно выяснить. Разумеется, не в этих условиях, а по приезде домой, в бывшей Стефиной лаборатории.
Приняв решение, я вышла из штаба и направилась к своей палатке, чтобы спрятать подвеску на дно сумки и благополучно забыть о ней на какое-то время.
Великая богиня Адалина, если бы я тогда знала, в какие неприятности меня втянет эта находка...
Глава 1
Две недели спустя
Звонок раздался ровно в восемь утра. Я даже решила, что случайно поставила вчера будильник. Не открывая глаз, пошарила рукой по прикроватной тумбочке. По привычке смахнула ненавистный прибор на пол, но звон не унимался. Пришлось подняться и оглядеться по сторонам. Источником шума оказался домашний телефон.
Никуда не торопясь, так как примерно догадывалась, кто может меня беспокоить в такую рань, я сладко потянулась, протерла глаза и только после этого взяла трубку. Не успела ее даже к уху поднести, как услышала восторженные вопли своей лучшей подруги.
— Рада, ты не поверишь!
В этом вся Таня. Может позвонить тебе среди ночи и целый час провисеть на проводе, рассказывая, какие классные туфли сегодня купила или с каким красавчиком познакомилась. Первая ее фраза звучала всегда одинаково — «Ты не поверишь!»
Да верила я, верила!
Несмотря на то что внешне мы были немного похожи — длинноволосые блондинки, небольшого роста, одинакового телосложения, — я являла собой сосредоточенность и порядок, а Таня — хаос и бьющую через край энергию. В то время как мне нужно было все держать под контролем, подруга действовала лишь по велению сердца. Почему два года назад, только поступив на первый курс истфака и стоя на первой паре посреди огромной аудитории, мы встретились взглядом, сели рядом и больше не расставались, оставалось тайной за семью печатями.
— …Со мной сейчас такая история приключилась. Началось с того, что я решила купить себе розовый молоток...
Я тихонько вздохнула, набираясь терпения, и прикрыла глаза, твердо намереваясь урвать еще часик блаженного сна, как только этот демон в юбке закончит делиться со мной своими новостями.
Кстати, Татьяна Морозова действительно демон. Дымный. Правда, кровь у нее очень сильно разбавлена людской, а потому ни рожек, имеющихся у всех чистокровных представителей данного вида, ни способности создавать дымовую завесу, ведущую в любое место на земле, где демон уже прежде бывал, у нее не имелось. Лишь серые глаза да загорелая до легкой красноты кожа намекали на ее вторую сущность. Но подруга не жаловалась. Существующее положение вещей ее более чем устраивало.
— Розовый, — повторила я без особого удивления, только чтобы поддержать разговор.
— Ага. Купила вчера картину и поняла, что нечем прибить гвоздь, чтобы её повесить. Было очень поздно. Пришлось перенести всё на сегодня. Встала пораньше и в семь утра отправилась в «Робинзон».
«Робинзоном» назывался магазин хозяйственных товаров, расположенный в центре города. В нём вечно не протолкнуться.
— Представь себе, у них осталось всего два молотка: розовый и черный. Я, разумеется, выбрала розовый. Но на него позарилась какая-то тётка и схватила молоток с другого конца. Пока мы выясняли, кому он достанется, к нам прибежал администратор магазина. Ты бы видела его, Рада! У меня сразу слюнки потекли. Даже о молотке забыла. Пялилась на этого красавчика, пока он читал нам лекцию о том, как надо вести себя в общественных местах.
— Тань, ты разбудила меня в такую рань, чтобы рассказать о красавчике из «Робинзона»? — всё же не выдержав, громко зевнула я в трубку.
— Ну, почти. У нас с ним сегодня вечером свидание, а у меня в это время выступление в «Территории». Подмени меня, пожалуйста, — жалобно проныла в трубку Татьяна.
Звучало это так умилительно, что просто невозможно было отказать.
Около года назад, когда сестры и Стефа повыходили замуж, оставив меня в нашем общем доме одну, я впервые познала, что такое тоска и скука. Даже, наверное, впала бы в депрессию — оказывается, у ведьм она тоже бывает — если бы Таня не предложила записаться с ней вместе на танцы.
Чем бы дитя ни тешилось, как любит повторять моя тётушка.
Должна заметить, новое увлечение сильно меня поглотило. Да и получалось у нас неплохо. Не прошло и полугода, как Таня устроилась на работу в ночной клуб «Территория», где лихо отплясывала в подвесных клетках за неплохие деньги. Меня тоже звала присоединиться. Но подменив её пару раз, я поняла, что танцы в клубе и ночные посиделки в библиотеке друг с другом не сочетаются. А так как без первого я жить могла, а без второго — никак, выбор был очевиден.
— Радочка, я всё что угодно для тебя сделаю, — продолжала умолять подруга, сопящим голосом изображая вселенскую печаль.
— Тань, у меня на вечер уже есть планы. Вот если бы ты за пару дней предупредила, я бы ещё подумала.
— Лежать в постели с книгой в обнимку? Это твои планы? — её голос вдруг стал неестественно серьёзным. — Сколько раз я тебе говорила: найди себе хорошего парня и займись вечерами и ночами чем-то поинтереснее библиотек, курсовых и старого кино.
— Не начинай, — устало бросила я. — Отношения отнимают слишком много времени и сил. Мне сейчас это ни к чему.
Разумеется, я лукавила. Как любой девушке, мне безумно хотелось найти любовь всей жизни. Сколько бы я мысленно ни упрекала сестер и тётушку, на самом деле я очень им завидовала. Но надежды на то, что мне тоже так повезёт, было мало, а размениваться на что-то краткосрочное, как это часто бывало у подруги, не в моём характере.
— Прошу тебя, Рада. Вдруг он моя судьба, а я так и не узнаю?
— Какая по счёту судьба? — хмыкнула я, но Таньку решила всё же пожалеть. — Ладно, уговорила. Подменю.
— Ура! — тут же заголосила она. — В девять вечера, как обычно. В программе импровизация, так что сильно не заморачивайся. Я скажу Анжеле, что ты за меня.
Не успела я даже слово вставить, как Таня бросила трубку. Ложиться мне не хотелось. Сон упорхнул.
Собрав волосы в хвост, я в пижаме потопала в зал. Включила на всю громкость зажигательную попсовую музыку и начала готовиться к вечернему выступлению.
Вскоре раздался стук в окно. Не прекращая двигаться, я скользнула по нему внимательным взглядом. К стеклу прижалось лицо нашего соседа Ивашки. Вытаращив глаза и улыбаясь во весь рот, он показывал поднятые вверх большие пальцы. Парню было всего семнадцать, а реагировал он как и большинство завсегдатаев клуба: пялился, подбирая слюни и всячески выражая восторг.
К этому тоже надо было привыкать. И зачем я только подписалась...
***
На Земле немногие знают, что за место такое — Ад. Основная ассоциация — подземное царство, где черти поджаривают грешников на сковородке, а главный демон, лежа на троне, довольно глядит на это, почесывая внушительное пузо.
Лишь бродящая по Земле нечисть да некоторые демоны, когда-либо телепортирующиеся туда или проходящие сквозь завесу, знали, что из себя представляет их вотчина. Это не подземный мир, а всего лишь другое измерение, куда можно попасть из определённых точек на карте. Правда, что это за точки — известно единицам.
Огромных сковородок там тоже нет. Зато есть преотличный котёл, стоящий перед входом во дворец. В нём Кроули, устраивая показательные казни, варил своих подчинённых заживо.
В данный момент в Аду царил временный покой. У Властелина появилась новая наложница, которой пока удавалось его успокоить. Но надолго ли? Точно не знал никто.
Огненный демон Сайлаш сидел на величественном троне, сделанном из костей упырей. Жители Ада называли его «кровавым». Увидь его Властелин, тотчас бы лишил головы за своеволие. Но вышло так, что Сайлаш был личным камердинером Кроули, носящим прозвище «принеси-подай». Должность мелкая, зато позволяла ему знать распорядок дня хозяина. Как раз сейчас тот видел десятый сон, сладко посапывая в своих покоях.
Из окна, справа от трона, открывался прекрасный вид на Адскую реку, в которой вместо воды текла лава, переливающаяся всеми оттенками красного. Сколько обезглавленных Кроули трупов съела эта река, никто и не считал. Погода снова выдалась пасмурной. В их измерении она напрямую зависела от настроения Властелина, а тот если и был когда-то счастлив, уже и сам не помнил, что это за чувство.
— Сайлаш!
Рев Кроули был слышен за много километров от дворца. Подпрыгнув от неожиданности, огненный демон попытался подняться, но не удержался и свалился на пол. Быстро придя в себя, он заполз за трон. Двери резко распахнулись. В зал ворвался Кроули. Судя по волосам, напоминавшим свитое птицей гнездо, он только что поднялся с постели. Из одежды на Властелине были лишь пижамные штаны.
— Сайлаш, морда твоя упыриная, где тебя носит?
Из-за трона раздалось чуть слышное покашливание. Затем показалось чересчур красивое для демона лицо с темными отросшими волосами и красными рожками, которые у всех огненных демонов в спокойном состоянии были длиной не больше пяти сантиметров. Но стоило тому впасть в ярость или крайнее возбуждение, тут же вырастали до пятидесяти или больше.
— Я тут, господин. Пол за троном протереть решил, — он продемонстрировал заранее вытащенный из кармана платок.
— Нечего там прохлаждаться. Тащи сюда оракула,— злобно оскалился Кроули и уселся на трон.
Не тратя драгоценное время господина, Сайлаш телепортировался в самый дальний уголок дворца. Там находились покои нынешнего сто сорок седьмого, если считать с первого дня правления Кроули, оракула. Сто сорок шесть его предшественников были обезглавлены Властелином и поглощены Адской рекой лишь за то, что никто из них не смог отыскать в шаре даже отголосков амулета «Скрытых сил». Кажется, Миришиэля ждала похожая участь.
— Миш, вставай, — принялся будить спящего мужчину Сайлаш, — Властелин рвёт и мечет, требует тебя к себе. Доставай шар и срочно ищи хотя бы малюсенькую ниточку, иначе плакала твоя головушка.
Услышав сквозь сон, что Кроули им недоволен, оракул вскочил с кровати и, не обращая внимания на камердинера, бросился к шару. Несколько минут не сводил с него пристального взгляда, пока в самой глубине уставших красных глаз не забрезжила надежда.
— Сай, это случилось! — благоговейно зашептал он. — Я в него месяц не смотрел, боялся идти к Властелину с пустыми руками. А тут раз и нашелся.
— Как нашелся? — удивленно воскликнул Сайлаш, всматриваясь в шар, но не понимая, что за серые тени мелькают в его глубине. — Кто его нашел?
— Этого не знаю, но вижу место.
Миришиэль относился к ветровым демонам. Телепортация была ему не подвластна. Он бросился к двери, но Сайлаш успел схватить оракула за плечо и перенес в тронный зал.
— Властелин, он нашелся! — заорал во всю мощь своих легких оракул, падая на колени перед троном, на котором восседал жонглирующий двумя черепами Кроули. Они принадлежали бывшим любовницам, казненным его собственной рукой.
— Кто нашелся? — не обращая внимания на Миришиэля, поинтересовался он.
— Не кто, а что, господин. Амулет нашелся!
Кроули от удивления крякнул. Вскочил на ноги, бросил на мраморный пол черепа, от чего они раскололись на кусочки. Затем кинулся к оракулу, схватил его за волосы и приподнял, заставляя смотреть в свои налитые кровью глаза.
— Где он? Кто его нашел? — прорычал он сквозь сжатые зубы.
— Я не знаю кто, но могу показать на карте, где это случилось, — он ткнул пальцем в стену, на которой висела большая карта Земли, которую еще в первые годы своего правления повесил Кроули.
На ней, его заботливой рукой, были отмечены места с тонкой завесой, а также города с наиболее жадными правителями, легко поддающимися любым манипуляциям.
— Показывай.
Оракул быстро приблизился к карте и после минутных поисков ткнул пальцем в место, где находился город Устье. Напротив названия был нарисован жирный крест. Таким Властелин помечал победы. Почти два столетия назад, узнав, кто именно является виновником его заточения в Аду, Кроули отправил в Устье Дикую охоту с прямым указом превратить город в руины. Что они и сделали.
— Вот здесь не так давно был найден амулет.
Властелин прищурился, изучая точку на карте. Затем нашел взглядом стоящего в сторонке и ковырявшего носком ботинка пол Сайлаша.
— Срочно отправь гроллохов на охоту. Пусть найдут того, кто забрал амулет, и приведут ко мне. — Затем он снова уставился на Миришиэля. — Если узнаю, что ты пытался меня надуть — украшу твоей головой одно из кольев на ограде перед дворцом. Кажется, парочка свободных еще осталась.
Закончив, Властелин решительным шагом покинул зал, на прощание громко хлопнув дверью. Сайлаш проводил его задумчивым взглядом.
— Убить еще одного? Ну, зашибись. Где я сто сорок восьмого ему найду? С такой текучкой и оракулов не напасешься.
Прикоснувшись к плечу Миришиэля, он перенес его обратно в покои, надеясь, что тот не соврал и гроллохи отыщут если не сам амулет, то хотя бы следы, ведущие к нему.