Непутёвая подруга, или «Две мечты»

Глава 5

С того дня, как Илья узнал, что Рената ждёт ребёнка, его ребёнка, он сильно изменился. Всю свою любовь и заботу Илья отдавал ей, каждый день, каждый час, которые они проводили вместе. У него исчезло желание перечить, спорить, настаивать и принимать самостоятельно решения. Он чаще соглашался с её мнением, даже если оно, ему не нравилось. Эта его «игра в поддавки» и мягкость, ей не нравились. Ведь именно самоуверенность и независимость от чужого мнения, привлекли её в его характере. Сейчас эти черты исчезли, она их не чувствовала. Но он был её мужем и у них семья. Это он сделал её счастливой, какой она не была раньше и она мирилась, считая свои недовольства, капризами беременной женщины.

Сегодня девять месяцев, как они муж и жена и месяц, с того дня, как Илья услышал, что станет отцом. Увлекаясь, он часто называл себя папой, хорошим папой, каким он планировал быть. Льстило ему и то, что некоторые его друзья в свои пятьдесят, уже дедушки, а он впервые станет отцом. Илья чётко исполнял данное ей обязательство: не рассказывать раньше времени об этом чудо – факте и не делиться ни с кем, их личным счастьем.

Её не пугали строгие заявления врачей: первые роды, в столь позднем возрасте. Она, в свои тридцать пять, совершенно не чувствовала изменений, которые могли бы помешать, её обычному образу жизни.

– Как наши дела? – целуя и обнимая жену, спросил Илья.

– Всё, как всегда. Режим соблюдаю. Ем, гуляю. Сегодня с подругой были на левом берегу. Дышали свежим воздухом. Наслаждались видами на Дон.

Она чмокнула мужа в щёку и пошла переодеваться.

– С Инной? А что за повод?

– У меня одна подруга, а повод был, но давай после ужина.

Удобно расположившись в мягком кресле, она рассказала мужу о ситуации, которая возникла с непутёвой подругой. Конечно же, она опустила ряд моментов и в том числе, разговор с Романом Морозовым.

При первой же встречи, Илья и Роман не понравились друг другу. Мужская интуиция? Один боится потерять, а другой тайно завидует, или обычное, не объяснимое чувство соперничества.

Илье не нравились взгляды, которые Роман бросал на его жену, а опер, не скрывая, открыто их демонстрировал, наводя на Илью чувство ревности и тревоги. Мог ли Илья уловить, «притяжение», которое возникло у Романа к Ренате? Такое невидимое, как между землёй и луной, землёй и солнцем. Эти притяжения существуют, но мы их не чувствуем. Трудно понять и ответить на этот вопрос, но люди говорят: со стороны виднее. Не возможно увидеть себя в такой ситуации, но чужие «притяжения», мы видим, ох, как хорошо. А порой, даже там, где их нет. Может, именно для этого человеку дано воображение. Хорошо если воображения не выходят за рамки и не причиняют вреда тем, кто не нуждается в чужих высказываниях и рекомендациях. Сама Рената, старалась гнать от себя любую мысль, как о «притяжении», так и об их существовании в принципе. В данных обстоятельствах её настораживал только один, маленький факт: у опера, как и у её погибшего мужа, память о котором ещё жила в её сердце, было одно на двоих имя. Поэтому, в разговоре с Романом, она не называла его по имени.

– Тебе нельзя нервничать. Давай попросим Сергея, пусть возьмётся за её защиту.

– До декретного отпуска ещё далеко. Работу никто не отменял и потом, у Инны алиби на момент убийства, чего мне нервничать. Следователь её отпустил. Но если дело осложнится, привлеку Сергея Сергеевича. Советы опытного адвоката нам не помешают.

– Хорошо. Пусть будет так, – с огорчением в голосе, согласился Илья.

Сергей Сергеевич был коллегой Ренаты и лучшим другом её первого мужа. После гибели Романа, ей с трудом удалось выстроить с Сергеем деловые, партнёрские отношения и даже повторное замужество, не повлияло на их стабильность.

– Пойду, позвоню Инне. Узнаю, как настроение. Передавать от тебя привет? – весело спросила она, глядя на не довольное лицо мужа.

Скинув ноги с кушетки, Рената направилась на второй этаж. Илья кивнул головой, задумчиво глядя на экран телевизора. Кот и пёс, будто по команде, двинулись за хозяйкой.

Только вошла в библиотеку, прошёл звонок. Валерку интересовал вопрос, нашли ли они Романа.

– Нашли, как ты и предполагал, ушёл в загул, но сейчас они вместе. Я им ключи от своей квартиры отдала. Так будет спокойнее.

– Интересно, долго мужик продержится? Я бы сбежал от неё в первый же вечер. Толку, что красотка….

– Подождём, увидим. Есть новости? – недовольным тоном произнесла она, окончательно и бесповоротно, меняя тему разговора. Сыщик коротко сообщил, что «нарыл информацию по семье Кондрашова».

– Утром, как освобожусь, наберу тебя. История не короткая и тебе самой надо всё увидеть. А меня сын ждёт, обещал перед сном сказку почитать. Не поверишь, вижу два часа в сутки, растёт без отца.

– Верю. Надо мне ему сказку написать, про папу полицейского, сына дяди Стёпы.

– Здорово, а то мне эти волки, козлята, гуси лебеди, по ночам сняться.

– У меня появилась новая версия, но если утром, значит утром. Поцелуй от меня крестника.

Надо было решить вопрос с художником, без портрета главного подозреваемого не обойтись и Рената набрала Кларе Сергеевне, своей бывшей соседке по лестничной площадке. Не смотря на значительную разницу в возрасте, они много лет поддерживали близкие и тёплые отношения. Клара всегда рада слышать её голос, так как любила и опекала, как родную. Она была коренной ростовской казачкой, правда с одесскими корнями. «Одесса Мама, Ростов Папа» мои родовые корни, часто говорила Клара.

Жизнедеятельная, с тонким юмором и незапятнанным «червоточинами» умом, Клара всегда рада помочь в любом вопросе. Рената дорожила их отношениями и любила её, как близкого для себя человека.

– Совсем не удивлена. Ты лучше меня знаешь свою подругу и её характер. Вся жизнь, одни приключения, – сказала Клара, выслушав её рассказ.

– Знаю, знаю. Непутёвая, бесшабашная, но сейчас ей без меня не обойтись. Нам нужен портрет подозреваемого. Поговорите с Кириллом Ивановичем. Я Инну в своей квартире поселила, так, что от вас в трёх шагах. Пусть выделит время и поможет нам.

Это Рената, познакомила давно одинокую Клару с таким же одиноким художником, чтобы той, было с кем общаться на равных. После чего, Клара призналась, что любви все возрасты покорны.

– Какой разговор, всё решим. Вызволим муху цикотуху из лап паука. А тебе если моя помощь нужна, ты знаешь, я всегда готова, только позови.

Это было обычное для Клары состояние. Возраст не украл у неё оптимизма, а наоборот, добавил желания жить ярче.

– Спасибо, я знаю.

Ещё несколько минут, они поговорили о делах насущных и попрощались, пожелав друг другу спокойной ночи.

– Где осели? – коротко спросила Рената у подруги, набрав её номер телефона.

– У тебя. Такую рекламу дала, что отказаться было невозможно.

– Хорошо. Охранник спит?

– Ужин готовит. Сказал, голодным спать не лягу. Заехали в магазин, взял продукты. Сейчас, хозяйничает на твоей кухне. Знаешь, вкусно пахнет.

– Я позвонила Кларе, она обещала всё решить. Постарайся, пусть портрет будет точным, ужин вкусным, а ночь, тёплой или жаркой, как пожелаешь. Тебе сейчас положительные эмоции не помешают.

– Это, как получиться. Он свой рюкзак в зале бросил. Да и если бы не обстоятельства, я о нём никогда не вспомнила, – высказалась подруга, демонстрируя в своей речи, полное равнодушие к охраннику.

– А говорила, дьявольски хорош. Может, начнёшь сказку с начала? С той, первой встречи с чудовищем?

– Не знаю, совсем нет сил и настроения. Инна протяжно и недовольно выдохнула.

– Тогда, спокойной ночи.

Глава 6

Утренний сон был крепким. Как уходил Илья, она не слышала, но омлет, был тёплым.

Информация о семье умершего дедушки Скворцовой, была одним из важных обстоятельств в этом деле, но у неё, ещё было время. Она направилась в нотариальную контору.

С нотариусом Серёгиной Верой Николаевной они были хорошо знакомы. Не одна сделка, которую сопровождала Рената, прошла через руки Серёгиной. Не раз они встречались и в суде, по искам о признании договоров не действительными. Сдружились, лет десять тому назад, после совместного отдыха в Болгарии.

Муж Веры, работал в районной прокуратуре. Их дружба была основана на общих профессиональных интересах и других знакомствах в среде юристов.

Предупредив помощницу и заперев дверь, Вера спросила о причине визита. Рената рассказала об убийстве наследницы Кондрашова и всё, о чем имела право рассказать.

– Кроме Скворцовой, никто не подавал заявления о принятии наследства? Может, интересовались наследственным делом?

– Нет, никто не подавал и не интересовался. Но впереди, ещё пять месяцев, может объявиться, кто угодно. Ты же знаешь, теперь наследует любой, до седьмого колена. Нужны лишь доказательства.

– А Кондрашов, оформлял завещание в конторе, или ты выезжала на дом?

– В конторе. Хорошо его помню. Мужчина в инвалидном кресле.

– Инвалид, а кто сопровождал его?

– С ним была сотрудник соцзащиты, зовут Наташа, у меня её визитка.

Нотариус вскочила и пошла к рабочему столу.

– Вот держи. Можешь на меня сослаться.

Вера протянула Ренате визитку и присела на диван.

– А как вёл себя, что говорил? Моя подруга сказала, что внучка не знала и ни когда не слышала о своём дедушке и вдруг, – завещание.

– Вёл себя адекватно, в мелочах не путался. А на счёт знала, не знала, отвечу так, он мне её фото показывал, говорил, что на сына, похожа.

– Фото? Вот так новость,– удивлённо воскликнула Рената.

– Да. В возрасте пяти лет на детской площадке, лет двенадцати в школьной форме и старше. Твердо знал её день и год рождения. Правда, про невестку ни слова. Мне, как невестке, это понятно, – изменившись в лице, Вера продолжила говорить. – Внуков обожают, а меня не замечают, будто не я их родила. Ты думаешь её из-за наследства? Кондрашов говорил, других родственников нет, кроме внучки.

– А про сына, отца Елены ничего не говорил?

– Как же, сказал, пропал без вести, в лихие девяностые. Тогда убивали без суда и следствия и закапывали, кого в лесах, кого на кладбищах, без креста и табличек. Жуткие времена были. Ну, ты то помнишь.

– Моя подруга сказала, что Елена с мужем в разводе, получается, теперь её мать единственная наследница?

– Если никто не объявиться до конца срока, то получается мать, – ответила нотариус и улыбнулась. – А как у тебя дела на личном фронте?

– На фронте, как на фронте, с переменным успехом.

– Да, жалко Рому, хороший был парень и юрист отличный. Всегда с Юрой вспоминаем его добрым словом, – с сочувствием протянула Вера и перекрестилась. – Детей тебе надо, тогда и все линии фронта исчезнут.

Рената радостно улыбнулась. Подхватив сумочку, она поднялась уходить.

– Спасибо тебе Вера, за всё, а Юре привет передавай. Он у тебя отличный мужик.

«Соцработник может знать то, чего не знают и не замечают другие. Любая мелочь: случайно подслушанный разговор, знакомство, или рассказ самого Кондрашова о своей семье, могут сыграть важную роль в расследовании», рассуждала Рената, набирая номер Наташи. В телефоне, прозвучал голос автоответчика, и она оставила сообщение.

«Опер, скорей всего, отправился в школу вождения, побеседовать с руководством и учениками. Подожду, будут новости, сам позвонит», – думала она, в тот момент, когда на телефон пришло сообщение от Валерия. Однокурсник освободился и приглашал её на встречу.

Настроение у подполковника было бодрым. Последнее время, Валерий всё чаще ходил на службу в форме. Не смотря на возраст, а он был старше Ренаты на два года, форма придавала ему солидности. Но по характеру, Валерий был простодушным и весёлым парнем. Родился он в маленьком городке Батайске, который находился в тридцати минутах езды от Ростова, где и по сей день, жили его родители. Он был первым в семье полицейским. Его отец работал каменщиком, восстанавливал и строил различного рода объекты: жилые дома, больницы, детские сады. Мама окончила педагогический институт и работала в городской библиотеке. После школы, Валерка шёл к ней в библиотеку, где делал уроки, а всё остальное свободное время, читал книги. Как всем мальчишкам ему нравились детективы. Увлечение переросло в мечту, стать сыщиком. Сразу, после службы в армии, он поступил в университет на юридический факультет. Ребятам, так было легче. Не все предметы давались ему легко, но он старался. Получив диплом, сразу пошёл в следователи.

– Вот, почитай. Оказывается прадед Скворцовой, отец её деда, героическая личность.

Он положил перед ней бумаги.

– Звезда героя и пять орденов красного знамени, это тебе не шутка.

Рената смотрела на Валерия, широко открыв глаза и качая головой.

– Читай, читай. Силантий Петрович Кондрашов, разведчик, полковник в тридцать лет. В сорок четвёртом, после проведения засекреченной операции, получил звезду героя. Был ранен, но после госпиталя, вернулся в строй. После победы, оставлен, при коменданте Берлина.

– Ух, ты. Теперь понятно, откуда ценности, – Не сдержавшись, воскликнула Рената. На лице Валерия, повисла довольная улыбка.

– А что с семьёй?

Сыщик, хитро улыбаясь, подбросил ей новый лист и стал пояснять:

– Сын Силантия Кондрашова, Иван Силантьевич, дед Елены, тоже служил в Германии, тогда ещё ГДР. В 1973-м году, вернулся в страну и привёз с собой жену, немку. У них родился сын, Георгий Иванович Кондрашов, он и есть отец Елены, так как, был единственным ребёнком в семье.

– Был, потому, как пропал без вести? – спокойно произнесла она.

– А ты от кого узнала эту информацию?

Теперь Валерий смотрел на неё с удивлением, широко открыв глаза.

– От нотариуса. Дед Скворцовой, был инвалидом, но в полном здравии ума. Он знал о внучке и у него были её фотографии.

Валерий подался к столу, не глядя на Ренату, стал перебирать бумаги. Он хотел удивить её этой информацией, но у него не получилось.

– Был объявлен в розыск, – продолжил он разговор. – Заявление о розыске подавала мать Георгия, Грета Кондрашова. Согласно заявлению, её сын занимался перевозками грузов. Последний рейс был в Эстонию. По отчётам эстонских полицейских, его автомобиль найден стоящим на обочине сельской дороги. Ни груза, ни водителя в машине не было. Следы крови и отпечатки пальцев, принадлежали Георгию Кондрашову. Его отпечатки нашли в базе данных Краснодарского УВД. Была там, какая-то мутная история, но дело прекратили, скорей всего, папаша подключился. Ну и понятно, что розыск, результата не дал. Грета обратилась в суд и сына признали без вести пропавшим.

– Она получила решение суда, а ЗАГС, выдал свидетельство о смерти. Так Жорик, канул в лету,– иронично покривив губами, завершила она странную историю.

– Да, всё, как-то слишком складно, – облегчённо выдохнув, сказал Валерий. – А через полгода, Грета развелась с мужем и покинула страну. Иван Кондрашов продал компанию и перебрался из Краснодара в Ростов.

Валерка приподнялся и протянул Ренате ещё пару листов.

– Надо встречаться с матерью убитой, узнать, как она познакомилась с Георгием. Почему её дочь говорила Инне, что не знала ни отца, ни деда? Отца понятно, пропал без вести. А деда? Может дед, раде внучки в Ростов переехал? Тогда почему не сблизился с ними? Дочь единственного сына. Не странно ли?

– Чего тут странного? Не хотел, а может, не был уверен, что дочь его сына.

– Не уверен, сделай анализ ДНК, сегодня об этом даже ребёнок знает. Нотариус сказала, у деда были фото Елены, разных годов. Значит, знал и был уверен, что внучка.

Единственно, дед был инвалидом, может, не хотел их обременять, или…?

Она задумалась, глядя на сыщика с прищуром.

– Что или? – не выдержав паузы, спросил Валерий.

– Георгий жив и водителем стал на один рейс. Отец хозяин компании, а сын водитель? Нет, тут что-то другое. Думаю, они таким способом решили вывезти сына из страны. Если помнишь, это были страшные годы: рекет, убийства. У Кондрашова старшего, могли возникнуть проблемы в бизнесе. Он испугался за сына и предложил жене отправить Георгия в Германию.

Валерий внушительно глянул на часы и тихо сказал:

– Да, что-то в этом есть, но мы уже не узнаем правды. Кондрашов продал компанию, а деньги вложил в акции, вот откуда у него ценные бумаги. Ты одна никуда не суйся. Если Роман взялся вам помогать, пусть делает свою работу. Вдруг, ты права и сыночек жив. Мало ли, что ему в голову взбредёт. Может это он Елену?

– Если Георгий жив, то и завещание отец оформил на внучку с его согласия. А деньги от продажи компании ушли за границу раньше и только антиквариат они не могли вывезти легально. Значит, есть в нём, что-то очень ценное. Акции это мелочь, алименты за все не оплаченные годы и дочь он не убивал.

– А кто? Твоя подруга?

– Не смешно. Скорей всего тот, кому она рассказала о наследстве.

– Запутала ты меня окончательно. Иди к Каркушину, я слышал, он получил заключение о вскрытии.

Сыщик махнул в её сторону рукой и демонстративно глянул на часы. В такой ситуации, уточнять и спорить, было бессмысленно. Старший следователь Климов спешил по делам и её время для разговора, истекло.

Выглядел Павел, как-то необычно. Опустив плечи, сыщик, что-то читал, обложившись бумагами. Рената обратила внимание, что на его лице, появились новые, не знакомые ей черты.

– Я хотела узнать, есть ли новости? И на какое время, вы наметили поездку в дом Кондрашова? – тихо произнесла она, внимательно глядя на молодого следователя.

Павел выпрямился и направил на неё свой странный взгляд.

– А у вас?

–У меня появились новости о семье Кондрашовых. Валерий Иванович постарался.

Не получив приглашения, она плавно присела на стул и протянула сыщику бумаги, которые передал ей однокурсника.

– Я отложил поездку в дом, где совершено убийство, – Каркушин не взглянул на полученные от неё бумаги, а машинально убрал их в сторону и насторожено посмотрел на Ренату. – Получил отчёт о вскрытии убитой. Не знаю, что и думать.

Рената всем видом показывала, что готова выслушать и обсудить с ним полученное заключение, но что-то подсказывало ей, не подталкивать сыщика к разговору. Она почувствовала, что он слишком глубоко, чем-то озадачен.

– В своем заключении эксперт указал, что за час до убийства, у Елены была интимная связь. Партнёры не предохранялись и это не изнасилование. Не могу представить, что такое возможно. Любовь и убийство, разве могут они существовать вместе?

Сыщик смотрел на неё смущённым, ещё не испорченным мужской неверностью и подлостью взглядом.

– Ну не маньяк же он? Как вы думаете? – спросил Павел, рассуждая о моральной стороне данного обстоятельства.

В замешательстве, она не знала, что ответить. Такой вывод эксперта, её тоже озадачил. Ведь до этого момента, у неё была чёткая версия, что новый дружок Елены и новый знакомый Инны, – одно лицо: хитрый и хладнокровный убийца. Он мог появиться в ресторане, сразу после убийства Елены и завлечь Инну в клуб, чтобы лишить алиби. Но если бы не сломанный каблук, их отношения могли закончиться иначе и эта, его любовная связь с Еленой, не вписывалась в этот расклад. Появилось ощущение, что это два разных человека. Расчётливый убийца не мог не знать, о возможном методе разоблачения и так запросто, оставить после себя «след», по которому его можно вычислить. Ведь эксперт установил ДНК партнёра. Её прежняя версия, повисла на волоске.

– Маньяк? – еле слышно, переспросила она. – С точки зрения морали, понять это трудно, хотя есть мнение, что от любви до ненависти…

Она неуклюже, поёжилась и замолчала, понимая, что несёт чушь. Щёки её ярко запылали, как весенние маки.

– Я позвонил Марине Ивановне Скворцовой, попросил о встрече. Она согласилась. Сказала, будит ждать меня дома, в районе часа. Ситуация скорбная, хорошо бы, если вы с подругой присутствовали при разговоре. Марина Ивановна с детства знает Инну Яновну и её участие в беседе, поможет, смягчит обстановку.

– Хорошо, мы будим ждать вас у дома, ровно в час.

Она быстро вскочила, задыхаясь от волнения, покинула кабинет сыщика.

Глава 7

На часах начало двенадцатого, можно пообщаться с соцработником Наташей, но её телефон молчал. Сообщила Инне о встрече с матерью Елены и по голосу поняла, что та в полном расстройстве. Вспомнив слова Валерки, я бы сбежал от неё в первый же вечер, Рената немедля, отправилась к подруге.

Причиной плохого настроения, была бессонная ночь. Инна, как принцесса на горошине, крутилась на новом месте и не могла заснуть от доносившихся из-за стены звуков. Опер храпел так, что та, уснула только под утро.