Зажечь свечу

 Неожиданно Сеон садится рядом и крепко обнимает её.

– Ничего, ничего. Всё наладится, я тебе обещаю, что всё будет хорошо, – произносит он успокаивающе и нежно, – я с тобой, и мы со всем справимся, главное ты жива.

– Я убила человека, – наконец быстро произносит Лиз и выжидающе смотрит на Сеона, ожидая приговора.

 Внезапно смех Сеона заполняет всю комнату. Он так громко смеётся, что Лиз кажется, что его слышно даже на улице. Сеон продолжает хохотать, так что у него слеза наворачивается и бежит по щеке. Сеон вытирает её и потихоньку успокаивается.

– Эльза, ты убила множество людей, наверное, пару сотен. Несколько лет назад Конфедерация захотела подчинить себе это место, и все жители острова Моэм забыли свою вражду и встали плечом к плечу, и бились, чтобы оставить этот остров последним оплотом свободы, но мы проигрывали. Ты не хотела участвовать, это тебя не касалось, ведь это не твой мир. Но когда ты увидела, насколько силён враг, и какой большой перевес, не моргнув глазом, уравняла наши шансы, а потом продолжила заниматься своими делами. И я тебе скажу, что уничтожено было где-то кораблей сорок с полным экипажем на борту.

– Я этого не помню и не верю тебе, – нерешительно произносит Лиз, но сама чувствует, что начинает успокаиваться, – тем более, этот человек не мог мне навредить. Это была ошибка, я думала он с враждебными намерениями. Мужчина подошёл ко мне, а у меня сработали дикие инстинкты из этого мира.

– В Ваук-мире люди странно воспринимают смерть, – задумчиво произносит Сеон и качает головой. Эти слова приводят Лиз в замешательство, ведь каждому известно, что убивать людей, особенно тех, кто не собирался причинять тебе вред, – это ужасно, но здесь как будто что-то по-другому. Сеон не спешит продолжать. Он смотрит куда-то внутрь себя.

– Не понимаю, о чём ты? – произносит, не выдержав, Лиз.

– Не знаю, как тебе объяснить. Сейчас ты мыслишь в рамках Ваук-мира и то, что я скажу, будет звучать для тебя как нонсенс. Но, может быть, со временем тебе станет ясно, о чём я тебе расскажу. Ты знаешь, что такое Великая Спираль?

– Нет.

– Я так и думал. Как, по-твоему, возник этот мир?

– Этот ваш странный мир, я понятия не имею, как появился.

– Нет, я про все миры, откуда они взялись?

– Ну, произошёл большой взрыв, и возникла энергия и материя.

– Взрыв, интересно. А кто его создал?

– На этот вопрос наука ещё не ответила. Но теория состоит в том, что было вещество с невероятно большой плотностью и температурой, оно взорвалось и началось расширение вселенной, которое не прекращается и по сей день.

– Интересно. А теперь послушай нашу «теорию». В действительности этот мир не существует, его нет.

– Как нет, что за глупость, я же его вижу.

– Да, в том-то и самое интересное: он существует только для тех, кто в нём находится.

– Я ничего не понимаю, мира нет, но он есть.

– Это как у детей, они садятся играть с камнями. Для них один камень – это он сам, другой – это друг, понимаешь?

– Бедные ваши дети, они играют с камнями? Да, уж, правда, тяжёлое детство – деревянные игрушки.

– Хорошие у них камни, не отвлекайся! Они воображают, что камень – это он, другой камень – гора. И он играет в то, как взбирается на гору. Понятно?

– Да, я же неглупая.

– Итак, и у него уже есть свой мир, которого в действительности нет, понимаешь?

– Да, – задумчиво произносит Лиз, – получается, все мы дружно воображаем этот мир, но он же плотный, как ты это объяснишь?

– А как появился голубой свет в пещере?

– Понятия не имею.

– Но теперь ты знаешь, что это возможно, ты его видела. Так почему бы воображаемому миру не стать плотным? И не имеет значения вопрос «Как это происходит?», но важен «Кто мы, раз способны на такое?».

– И кто?

– Существует Великая Спираль, она находится за пределами нашего мира. Она представляет собой розовую спираль в бесконечном продолжении. И непонятно, зачем и почему, но однажды Великая Спираль выпустила из себя миллионы тонких нитей. Они стали закручиваться каждая по-своему – уникальным и неповторимым рисунком. Спирали переплетались между собой, и постепенно образовался гигантский клубок, внутри которого находятся Ваук-мир, этот мир и ещё множество других. И каждый человек – это нить Великой Спирали, поэтому мы не можем умереть или исчезнуть. Великая Спираль всегда наполняет нас силой. Но она, проходя через перегибы клубка, уменьшается, и мы не можем её использовать в полной мере. А есть такие, как ты новые спирали, которые вплелись в клубок, когда он уже запутался, и у тебя меньше изгибов, поэтому тебе доступна твоя сила.

– Но я-то ничего не могу.

– Ваук-мир – это сердце нашего клубка. Если спираль попала туда, то она туго переплелась с другими нитями. Теперь твоя сила недоступна тебе.

 У Лиз сжимается сердце. Ей невыносима эта мысль, хотя ещё несколько секунд назад она не особо верила в странную теорию Сеона. Что-то внутри неё подсказывает, что его рассказ – правда.

– Не переживай, Волшебница. У нас есть Лоа. Это прямая связь с Великой Спиралью. Я надеюсь, он поможет тебе вернуть твои силы.

– Но я так и не поняла, почему ты не видишь ничего страшного в том, что я убила человека. А если эти ужасные клинки сейчас появятся, и я рассеку тебя на части? – возмущённо спрашивает Лиз.

– Эти ужасные клинки имеют только одну функцию – защищать тебя. Поверь мне, если бы угрозы не было, они бы не появились. Ты даже не представляешь, какая колоссальная сила требуется, чтобы они появлялись каждый раз, когда нужны. Ты сама придумала этот механизм защиты. Если тот человек мёртв, значит, он хотел тебя убить.

– Но у него не было оружия. И его так удивило, что я на него напала, мужчина явно этого не ожидал.

– Ты не увидела никакого оружия, но оно могло быть. Ничто из сказанного тобой, не доказывает, что у него не было намерений причинить тебе вред. Но это даже неважно. Главное, все мы дети Великой Спирали и всегда ими будем. Он же не умер, а сделал очередной виток и уже появился где-то в Ваук-мире и снова начинает жить, а ты так страдаешь.

– По твоей теории получается, что можно убить ещё кого-нибудь. Он же всё равно появится.

– Каждый раз, когда мы умираем, спираль делает оборот вокруг клубка, и он становится ещё запутаннее. Это значит, что силы Великой Спирали для всех уменьшаются. Конечно, для человека, который умер, это значительная потеря, ведь сила Великой Спирали должна пройти через этот новый оборот, прежде чем она дойдёт до самого человека. Но есть способ вернуть всем ту силу, что стала недоступной из-за того, что ты лишила человека жизни.

– Как я могу это сделать? – озадаченно спрашивает Лиз. Ей нужна надежда. Она ради неё готова поверить во что угодно.

– Это каждый решает сам, на это нет готового ответа. Любое зло можно исправить.

– Но я же не смогу найти его и помочь ему лично, – расстраивается Лиз.

– А тебе и не нужен он. Мы все единый клубок. Можно спасать жизни, делать добро. Помогая одному, ты помогаешь всем. Но сейчас нам нужно заняться более насущными проблемами. Нас мог кто-нибудь услышать – твои рыдания или мой смех. А тебя ищет весь остров, где теперь все знают, что у тебя нет сил. И здесь многие тебе завидуют или ненавидят, так что пора уходить.

– И куда я пойду?

– Нам для начала нужно попасть к Лоа, который тщательно охраняется. И защита там не только из охранников, но ещё и магическая. Ты, между прочим, её поставила, а значит, она несокрушимая. Но будем верить, что на тебя она не распространяется, иначе шансов нет.

– И как мы туда доберёмся? И что будем делать, если не получится попасть к Лоа?

– Для начала мы поедим и соберёмся в дорогу. Потом я отведу тебя к Лоа. А если не получится, то я провожу тебя на другой конец острова, там есть бухта, куда заходят корабли. Ты сядешь на один из них и поплывёшь на большую землю Конфедерации, – произносит Сеон и встаёт с пола.

– Но ты же говорил, что я вроде как им навредила, – уточняет Лиз.

– Да, но есть земли, где много магии и Волшебниц, ты должна легко затеряться среди них. Я там, конечно, не был, но это самое лучшее, что я могу придумать.

– Ты не пойдёшь со мной? – грустно спрашивает Лиз, ей совсем не хочется оставаться одной в этом незнакомом и таком опасном мире.

– У меня же семья, я не могу их подвергать опасности, прости Эльза, но нам придётся пойти разными путями. Но всё наладится, как только мы попадём к Лоа, ты сама поймёшь, как смешна моя помощь по сравнению с твоими возможностями.

– А если я не хочу эту силу, не хочу убивать людей, несмотря на все твои теории.

– Тогда убьют тебя, и вся та мощь, которая могла быть использована тобой во благо, сделает виток и уменьшится. Ты должна думать не только о себе, тебе надо понять, что на тебе большая ответственность.

– Я её не просила и не хочу.

– Хорошо, тогда ты можешь выйти из дома, и тебя убьют в течение часа.

 Лиз не нравится перспектива умереть, убивать других, обладать какой-то загадочной силой, нести ответственность, разве всё это не много для одной девушки? Она хотела выйти замуж, родить ребёнка и заботиться о своём доме и семье. Холодный пол, на котором сидит Лиз, становится ещё холоднее и весь мир кажется ей неприветливым и жестоким.

– Ладно, пойдём есть, плохо думается на голодный желудок, – слабо улыбаясь, произносит Лиз.

– Да, это моя девочка, что мне в тебе всегда нравилось, так это твой неунывающий характер.

 Лиз улыбается ему, вставая, с ледяного пола. Они идут по узкому коридору. Дом не тот, где Лиз была в прошлый раз. Этот намного меньше и какой-то неуютный. Девушка проводит пальцем по столу, и он покрывается толстым слоем пыли.

– Здесь грязновато, это моя прежняя берлога, до того как я остепенился. Тут нас вряд ли будут искать, – произносит Сеон, доставая из кожаной сумки завёрнутую в тряпку еду.

 Они молча и быстро едят. У Лиз такое чувство, как будто она год не ела. Девушка пытается вспомнить, когда она ела в прошлый раз. Получается, это было, когда она завтракала с Игорем, или тот раз не считается, ведь это другой мир. А если считать в этом мире, то получается, что перед Боем. То есть тут она не ела два дня.

– А сколько я была без сознания?

– Тебя должен больше интересовать вопрос, как ты могла, падая с огромной высоты, не разбиться, а оказаться здесь в этом доме на кровати. Это тебя не интересует?

– Ты это сказал, и меня сразу заинтересовало.

– Тебе помог Чёрный. Он прибыл сюда не так давно и расспрашивал местных о тебе, я думаю, у него есть какие-то планы на тебя и вряд ли они тебе понравятся, – произносит Сеон, доедая последний кусок мяса.

– Фу, тот с щупальцами? Я только из-за него и выбежала в ту дверь.

– Да, я встретил его, когда он нёс тебя всю мокрую, но живую к себе в замок.

– Но как он не дал мне разбиться?

– Я не знаю. Чёрные – жестокие создания, их цель – покорять или уничтожать всё живое, они завоёвывают мир за миром и обладают невероятным могуществом. Ты девочка по сравнению с ними. Но источник их силы не находится внутри них в отличие от тебя, Чёрные её забирают у других, именно поэтому они шныряют по мирам. Причём часто Чёрные не ладят между собой и устраивают кровавые бойни, правда, в основном за счёт своих слуг. У нас они появились недавно, но теперь у Конфедерации есть враг – Чёрные, и, да коснётся нас Великая Спираль, пока они воюют между собой, наш свободный остров может жить спокойно.

– Но Чёрные не где-то там, один из них, уже на вашем острове, тебя это не беспокоит?

– У него своя цель и, мне кажется, что она связана с тобой.

– Как же он отдал меня тебе?

– Я рассказал ему про клинки, что если тебе будет грозить опасность, то они появятся, и ты убьёшь его не задумываясь. И если он что-то от тебя хочет и планирует остаться живым, то лучше ему дождаться, когда ты придёшь в себя. Но мы ему, конечно, об этом не сообщим. Он думает, что ты никуда не денешься с острова, и не беспокоится, поэтому нам особенно нужно спешить. Чёрные – это тебе непростые завистливые люди. Ты поищи, что здесь есть из еды. А я пока найду тёплую одежду для тебя. У меня не было времени идти к тебе домой за ней. То, что я найду здесь, может быть старым и потрёпанным, но сейчас не до капризов, – с усилием произносит Сеон.

– Ладно, – соглашается Лиз, встаёт и начинает проверять полки, – знать бы ещё как здесь выглядит еда. Она достаёт каменную коробку и в ней лежит что-то склизкое и вонючее, девушка сразу закрывает её и продолжает поиски. В таком бесполезном занятии проходит минут десять, пока не возвращается Сеон.

– Откуда тут может быть еда, если ты не живёшь здесь?

– Возможно, остались прошлые запасы.

– Они все сдохли и воняют.

– Может быть, когда хозяйством занялась жена, я совершенно перестал об этом думать. Ну ладно, тогда в сумке есть ещё немного мяса и зелени, на первое время хватит. А после Лоа, ты сама сможешь прокормить весь остров. Одевайся, – произносит Сеон и протягивает ей какое-то тряпьё.

 Лиз берёт вещи – от них воняет так, как будто они сгнили ещё триста лет назад, а потом всё это время накапливали вонь. Она даже дышать рядом с ними не может.

– Ты что издеваешься, нет, я не буду это одевать.

– Начинается, некоторые вещи никогда не меняются. У тебя же память потеряна, ты должна была забыть, что так любишь наряжаться.

– Я и забыла, но от этого тряпья воняет.

– Так всегда. Но ты же замёрзнешь без тёплой одежды, причём сразу, как только выйдешь на улицу.

– Тогда дай мне свою куртку, а сам можешь надеть это тряпьё.

– По-моему, с твоей памятью всё в порядке, раз ты, как всегда, раздеваешь меня и предлагаешь мне мёрзнуть и вонять, – весело произносит Сеон, но всё же снимает куртку и передаёт её Лиз. После этого берёт одну из тряпок и надевает на себя, та трещит, но всё же не рвётся.

– Ты что в этом пойдёшь? Она же воняет, я даже рядом стоять не смогу.

– Всё, у нас нет времени на споры, придётся тебе потерпеть.

Сеон берёт сумку и выходит на улицу. Лиз ничего не остаётся, как идти за ним. День подходит к концу, и на улице начинает темнеть. На склоне в разных местах горят костры, их огоньки видны с крыльца дома Сеона. В паре шагов начинается крутая лестница вниз, небрежно сделанные кривые ступеньки не внушают доверия. Сеон резво спускается. Лиз не спеша идёт за ним, она старается смотреть только на следующую ступеньку и никуда больше, её пугает чёрная глубокая пропасть, которая разверзлась под ними. Девушку сковывает страхом при одном воспоминании, о том, как она падала совсем недавно.

– Ты почему отстала? Давай быстрее, – раздаётся недовольный шёпот Сеона, очертания которого смутно различимы, потому что темнота становится всё сильнее.

– Я ничего не вижу, – недовольно произносит Лиз, ей совсем не нравится спускаться куда-то в темноту.

– Во-первых, тише, во-вторых, хватит ныть, Волшебница, тебе не идёт.

 Почему-то эти слова заставляют Лиз собраться, и она быстро спускается. Глаза привыкают к темноте, и ступеньки становятся более различимыми. Она доходит до площадки, где стоит грозный Сеон и запах чего-то тухлого, так и не выветрившийся из его одежды. Одно с другим совершенно не сочетаясь, вызывает у Лиз улыбку.

– Хватит ухмыляться, ты забыла, как рыдала всего час назад, что человека убила.

 Лиз становится тяжело на душе, и она теряет желание куда-либо идти и всё ей кажется бессмысленным и глупым. Сеон чувствует, что перестарался.

– Эльза, если ты не сможешь справиться с чувством вины, оно всегда будет тебя преследовать и омрачать твою жизнь. И любой сможет воспользоваться этим и сделать тебя слабой. Тебе нужно простить себя, обещай, что найдёшь способ, как всё исправить. И выполнить мою просьбу ты сможешь только, если будешь живой, согласна?

– Ты прав, я должна с этим справиться.

– Тогда пойдём. Причём идти надо быстро. Не отставай от меня, это твоё первое задание, иначе я и моя семья пострадают, если кто-то узнает, что ты жива, и я тебе помог.

 Лиз молча кивает. Сеон продолжает путь к узкому мосту, который ведёт на другой утёс. Каменный виадук пролегает над пропастью, и нет никаких ограждений. Лиз решительно идёт вслед за Сеоном. Под ними сгущается темнота, далеко внизу бушует море, заглушая их шаги. Сильные порывы ветра пронизывают их и стремятся сбросить с моста. Но девушка продолжает идти, не отставая от своего проводника. Когда они оказываются на другой стороне, Лиз чувствует удовлетворение, что ей удалось справиться со своими страхами. Перед ними очередная лестница, которая уходит вверх по склону, так что не видно конца. Теперь предстоит подъём, наступает полная темнота, так что Лиз поднимается скорее на ощупь. Проходит довольно много времени, из-за темноты Лиз перестаёт осознавать, кто она, где она и зачем всё это. Дыхание учащается, каждый шаг даётся всё тяжелее, но она старается не думать об этом и продолжает бесконечный подъём. Горло от тяжёлого дыхания разрывается, и воздух с трудом входит в лёгкие. Сердце болит, всё тело ноет и у Лиз уже только одно желание – прекратить этот подъём. Вокруг такая тьма, что девушка не видит ничего перед собой, даже Сеона. Ещё какое-то время они также продолжают подниматься, пока не доходят до ровной площадки. Она радостно встаёт на неё, надеясь, что подъём окончен.

– Полпути одолели, – тяжело дыша, произносит Сеон.

– Полпути…

 Лиз даже думать не может, что нужно пройти ещё столько же.

– Да, так-то быть обычным человеком.

– А что раньше я сразу взлетала на вершину?

 Сеон негромко смеётся, когда он успокаивается, слышно, как он делает глоток. Потом касается холодной флягой Лиз. Девушка берёт её и начинает жадно пить.

– Ты там сильно не увлекайся, нам ещё вода понадобится, а она будет нескоро. Взлетать, ты, конечно, не взлетала, но поднималась легко и быстро, и никаких трудностей у тебя это не вызывало. Может, и взлететь могла, но никогда так не делала. Всё, пора идти дальше.

Лиз слышит его шаги и двигается в ту сторону, откуда они раздаются. Подъём начинается снова, и вроде краткий отдых дал возможность восстановиться, но его не хватает надолго. И снова Лиз чувствует, что задыхается от подъёма. Неужели у неё получится подняться на вершину, преодолев ещё такой же путь? Неровная ступенька под ногой заставляет девушку потерять равновесие. Лиз машет руками, всё замирает вокруг, она изо всех сил пытается удержаться и не сорваться вниз. Каким-то чудом это ей удаётся. Сердце бешено стучит, страх переполняет её, она чувствует, как адреналин гуляет по телу. Лиз восстанавливает дыхание – это помогает ей успокоиться. Она совсем не слышит пыхтение Сеона, это значит, что девушка ужасно отстала. Лиз взбирается вверх, стараясь, ставить ноги аккуратно. Она ускоряется, но так и не может услышать Сеона.

Через какое-то время чувство безысходности снова накатывает на неё. А если она больше не сможет продолжать подъём, и у неё совсем не останется сил? Может, и не надо этих мучений, бросить всё и спрыгнуть в пропасть, сразу станет легче. Это мысль начинает крепнуть в Лиз, ей, конечно, совсем не хочется умирать, но сколько можно выдержать, ведь у всего есть предел. Но она вспоминает своё обещание Сеону: исправить совершенное убийство хорошими делами и простить себя. Ради этого она должна выжить. Эта мысль придаёт ей сил, она начинает взбираться с невероятной скоростью, движения получаются естественными, не требующими такого напряжения, как раньше. Лиз как бы со стороны смотрит на себя и поражается этой лёгкости. В таком состоянии она продолжает подъём и только в последний момент осознаёт, что она уже на вершине, где сидит и тяжело дышит Сеон.

– Ух ты, мы залезли, – произносит Лиз и поднимает голову в небо. Мириады ярких звёзд рассыпались по небосклону в причудливых узорах. Благодаря их свету, тьма отступает, и она замечает вдалеке очертания замка. Непонятно откуда у Лиз появляется уверенность, что замка раньше не было. Высокие, изящные шпили, башни каскадом спускающиеся со склона и стена, окаймляющая их, идеально гармонируют друг с другом. Великолепный чёрный замок переливается в сиянии звёзд.

– Что это?

– Жилище Чёрного, этот замок был построен очень быстро. У Чёрного есть слуги, они не из нашего мира, маленькие и толстые и похожи на ящик с конечностями, но очень проворные, они взялись и построили замок за неделю! Причём их совсем немного, около двадцати существ. Скорее всего, не обошлось без магии.

– А зачем мы идём к его замку?

– Лоа находится рядом с ним. Я думаю, Чёрный выяснил, что здесь есть источник. И, видимо, захотел жить поближе. Но, насколько мне известно, ему не удалось сломать твою защиту. Может, для этого ты ему и нужна.

Сеон протягивает флягу девушке. Лиз удивлённо отмечает, что у неё нет сильного желания пить. Она делает небольшой глоток и отдаёт флягу назад.

– Идём дальше?

– Да, узнаю прежнюю Эльзу, – всё ещё тяжело дыша, произносит Сеон. Он встаёт и идёт в другую сторону от замка.

Над путниками возвышается горный хребет, до него недалеко, но по всей долине перед ним беспорядочно разбросаны высокие валуны. Так что, как бы они ни спешили, довольно много времени тратится на преодоление этого небольшого участка пути. Недалеко от горы Сеон останавливается и прижимает палец к губам. Медленно и неслышно Сеон двигается к скале. Девушка тоже старается не шуметь, и когда они подходят к последнему валуну перед скалой, Сеон аккуратно выглядывает из-за него. Некоторое время он смотрит и когда поворачивается, то выглядит обескураженным.

– Нет охраны, – шёпотом произносит он.

Лиз удивляется, но не сильно. Ей непонятно, почему это так озадачивает Сеона, ведь так они смогут быстрее достичь цели. Сеон машет рукой в сторону скалы, и сам начинает двигаться в указанном направлении, Лиз следует за ним. Вблизи скала оказывается не природным каменным монолитом, а строением, аккуратно составленным из камней. Они подбегают к входу, рядом с которым никого нет. Внутри Лиз ощущает невероятный душевный подъём, она чувствует в себе силу, о которой говорил Сеон. Перед ними широкий проход, Лиз смело идёт вперёд, она переступает слабо светящуюся голубую черту. Неожиданно её тело поднимается над полом и её пронизывает энергия, как будто огромный разряд тока пропустили через неё. Тело сводит судорогами, и она не может пошевелиться, боль окутывает её. Так продолжается, как ей кажется целую вечность. Неожиданно появляется Чёрный.

– Люди, вы такие предсказуемые, самая глупая раса с огромными амбициями. Разве можно нарушать договор? – спокойно произносит он, поворачиваясь на своих щупальцах к Сеону.

Причём щупальца не касаются пола, замечает Лиз. Изумление завладевает ею, так что она перестаёт чувствовать силу бьющего тока. Щупальца кажутся ей знакомыми, Лиз уже их где-то видела раньше. Неожиданно в голове всплывает картина. Маленькая Лиз бежит босыми ногами по чёрному переливающемуся мрамору. Она радостно подбегает к Чёрному существу с щупальцами, хватается за них и взбирается по ним наверх. Чёрный обнимает её. И она произносит: «Я люблю тебя папа». Также неожиданно, как воспоминание появилось, оно исчезает и оставляет только путаницу в голове. Лиз не знает, что произошло, пока она была погружена в это странное видение. Сеон куда-то исчез. А Чёрный с помощью магии перемещает её к себе. Когда Лиз пересекает голубую полосу, мощная энергия перестаёт сотрясать её тело. Она чувствует большую слабость и падает на пол. Чёрный вздыхает, легко поднимает её и уносит из туннеля. Перед тем как потерять сознание, она слышит его недовольное ворчание: «Что за глупость защитить проход от всех, даже от самой себя». «Действительно, глупость», – думает Лиз.