Кольцо принцессы Элалии

Глава 1. Скоро праздник

За окном сквозь морозные узоры призывно сияли огоньки на деревьях и стенах лавок, напоминая о приближающемся празднике. Они весело подмигивали и манили к себе, обещая волшебство Долгой ночи. Где-то далеко послышалась тихая музыка, пробивавшаяся сквозь стены немного смешным писком. Наверно, кто-то из жильцов дома уже начал отмечать, не дожидаясь официальной даты.

Рорри поплотнее закуталась в шаль и попробовала подогнуть ноги под себя. Раньше она так уютно устраивалась с ногами в этом кресле. И ступни не мёрзли. А теперь живот мешал. Она теперь совсем не такая ловкая, как раньше. Да, раньше… Ещё год назад всё было совсем по-другому. И сама она была другая – гибкая, лёгкая, уверенная в себе, счастливая … Хоть тогда она не считала себя счастливой. Ведь отец женился, и в дом пришла молодая хозяйка, которая прибирала к рукам то, что Рорри привыкла считать своим. Теперь она командовала слугами, решала, как украсить дом к празднику, кого пригласить на устраиваемый бал.

Тогда Рорри это казалось возмутительным. Как смеет какая-то чужачка распоряжаться в её доме! И Рорри со всем азартом кинулась тогда в борьбу с мачехой. Она была так уверена в любви отца, что не сомневалась – он обязательно встанет на её сторону. А даже если Рорри чуть-чуть переборщит в войне с узурпаторшей, то отец пожурит и простит дочь.

Вначале так и было. Почти. Отец, правда, не поддерживал Рорри, сразу чётко заявив всем, что хозяйка в доме – его жена, а не дочь, но и не наказывал за проделки и споры. Почти полгода терпел тихую войну женщин, а потом в эту же пору предпраздничной суеты вызвал их в свой кабинет и сказал:

– Мои дорогие, совсем скоро праздник Долгой Ночи. Его принято встречать с близкими людьми, прогоняя теплом сердец холод и мрак зимы. Вы у меня самые близкие. Я люблю вас обеих, и ваши ссоры разрывают мне сердце. Если вы любите меня, то прекратите эту вражду. Если же вы не остановитесь, то я вынужден буду вмешаться и внушить той, кто станет зачинщицей ссоры, желание во всём подчиняться той, что покажет своё умение уступать без этой крайней меры.

Слова отца вроде бы были обращены и к Рорри, и к мачехе, но смотрел он при этом именно на Рорри, и той стало ясно, кому именно отец собирается подправить мысли. И она отступила, перестала вставлять шпильки и подкусывать мачеху. Так что прошлый праздник Долгой ночи прошёл в их доме мирно и счастливо. Украшения, что получила в подарок Рорри, если в чём-то и уступали мачехиным, то только в яркости. И то потому, что незамужним девицам положено выглядеть скромно и многие камни им не по чину.

Но не о дорогих подарках и роскошных яствах, что радовали её в прошлые праздники, тосковала сейчас Рорри. Всё это она с лёгкостью отдала бы только за то, чтобы вновь увидеть любящий взгляд отца.

Элория Эррия

В доме царила обычная предбальная суета. К счастью, сегодня бал устраивали не Эрриа, но королевский приём – это тоже не просто так. Нужно выглядеть безупречно! Тем более, что некоторые дамы определили леди Эрриа в законодательниц моды и в каждый наш выход в свет рассматривали мои и Элиды наряды едва ли не под лупой.

Я надеялась, что со временем они успокоятся. Главное, больше не выделяться. Чтобы попадать в такт с другими дамами я теперь каждый раз советовалась с леди Эухенией, тётей мужа. И ей приятно, и мне полезно. Никто лучше неё не знал все писанные и неписанные правила высшего света даргов. Не то чтобы я надеялась стать такой же образцовой леди, как она. Просто если уж нарушать правила, то хотя бы осознанно.

Мирри как раз собиралась приступить к моей причёски, когда вдруг на мгновение замерла, а потом обратилась ко мне:

– Миледи, там Дарри зовёт вас на помощь.

– Что-то с Элидой?

– А с кем же ещё? Но вряд ли что-то серьёзное. Я не почувствовала у ней тревоги. Она просит вас подойти.

Даром мужа открывать порталы в нужное место я не обладала. Пришлось идти ножками. По пути меня перехватил Леони. Он вынырнул откуда-то из-за штор и пристроился рядом:

– Лори, а куда ты идёшь? Я хотел к тебе, а мне сказали, что нельзя. Ты одеваешься. Ты уже оделась? Я сейчас могу с тобой поговорить? – затараторил он.

– Говори, пока я иду к Элиде. Потом, если хочешь, можешь посидеть со мной, пока Мирри будет делать причёску.

На такое предложение Леони только поморщился. Долго сидеть неподвижно он не слишком любил, а моя горничная – даргиня строгая и воли ему не давала. Быстро пресекала его попытки рассмотреть и потрогать что-то в моей комнате:

– Лорд Леони, сидите тихо! – строго говорила она. – Вы мне мешаете! Отвлекаете от госпожи. Вы же не хотите, чтобы миледи выглядела неподобающе.

– Леди Эрриа не может выглядеть неподобающе. Это невозможно! – с великолепным высокомерием отвечал тот. – Папа не позволит никому так думать даже если Лори пойдёт лохматой.

Мирри неожиданно хихикнула:

– Да уж! Уверена, лорду Александру не пришлось бы утруждаться. Все просто решили бы, что так и надо. И на следующий вечер все пришли бы такими же.

– А ты попробуй! – загорелся Леони и вскочил на ноги.

– Не стоит, – пресекла его фантазии я.

С тех пор убедившись, что ничего неожиданного его в процессе моего причёсывания не ждёт, Леони ко мне в это время больше не рвался.

Идти до покоев Элиды было не так далеко, поэтому Леони поторопился приступить к волнующему его делу6

– Лори, это нечестно, – заныл он. – Вы все едете развлекаться – и папа, и ты, и Элида, и даже Рэй, а я остаюсь дома!

– Хочешь поехать с нами?

– Нет! – поторопился ответить мальчик.

Я не сомневалась в таком ответе. Те редкие приёмы, на которых ему приходилось присутствовать как наследнику главы клана, он не любил ещё больше, чем уроки.

– А что тогда?

– Пусть дядя Рэй останется! Я соскучился!

Рэй только сегодня вернулся из своей очередной поездки в Мелинию и даже не успел рассказать о своих новых приключениях – наполовину выдуманных, наполовину реальных.

– Не ты один соскучился. Знаешь, сколько дам скучают по твоему дяде? Если они его сегодня не увидят, то завтра все явятся к нам. Лучше он завтра будет только наш.

Леони неохотно кивнул, но свою неохоту проявлял столь явно, что было очевидно – на то, что Рэй останется он и не рассчитывал.

– Тогда скажи господину Леже, чтобы он не заставлял меня читать «Историю королевства даргов».

Вот мы и подошли к тому, что Леони хотел выпросить с самого начала.

– А то нечестно! – затянул свою песню он. – Вы все будете развлекаться, а я учись! Несправедливо!

Впереди уже показались двери в покои Элиды и я не стала тратить время на нравоучения:

– Хорошо, «Историю королевства» ты почитаешь завтра и обязательно расскажешь мне о том, что прочитал. Мне интересно.

Леони кивнул, с надеждой ожидая продолжения.

– Передай воспитателю, что я разрешила тебе сегодня вечером поиграть с Норигом. Только не сильно буяньте. Мама Норига за вами присмотрит. Я ей скажу.

Леони умчался, радостно улыбаясь.

Войдя, я пока не забыла сразу предупредила горничную Элиды:

– Дарри, я разрешила Леони поиграть с вашим сыном. Присмотрите за ними.

– Хорошо, миледи.

– Так что тут у вас? Что случилось?

Элида в халатике, нахмурясь, рассматривала платья висевшие и лежавшие в комнате.

– Лори, я не знаю что надеть! – с надрывом в голосе сказала она.

– А в чём проблема? Уверена, Дарри приготовила тебе подходящий наряд.

– Приготовила… У одного слишком глубокий вырез, а то слишком унылое, розовое слишком детское…

– Что тебя смущает? – перебила её я, чувствуя, что так перечислять Элида может до бесконечности.

– Я не хочу выглядеть слишком привлекательной… И унылой тоже не хочу…

– Почему не хочешь выглядеть привлекательной? Вряд ли тебе это удастся, чтобы ты ни одела.

Элида порозовела и опустила голову.

– Из-за Виторриса, – почти шёпотом призналась она. – Кажется, он уделяет мне слишком много внимания. Вдруг он решит жениться? Теперь, когда я не стану Хранительницей, он может захотеть это сделать. Кровь Эрриа сильная…

В опасениях Элиды был резон. По происхождению, силе дара она была одна из немногих, кто мог бы стать королевой.

– Знаешь, тут никакой наряд не будет иметь значения. Если ты нравишься Виторрису, то ничего не изменится, даже если придёшь на бал в мешковине. Выбирай любое платье и не бойся. Внушить тебе он ничего не сможет. Я об этом позабочусь. В ближайшее время замужество тебе не грозит. Александр же твёрдо пообещал, что в следующем году ты поступишь в Академию. И он об этом сказал Виторрису ясно. Так что ближайшие пять лет можешь не волноваться. Женихи тебе не светят. Наслаждайся свободой и ничего не бойся, – ещё раз повторила я.

Лицо Элиды прояснилось.

– Хорошо! Тогда я одену то голубое, – обратилась она к горничной.

Джурия Гуэрис

Джурия хотела замуж. Тогда ей наконец можно будет отказаться от этих скучных девичьих платьев и надеть что-нибудь яркое, как пальто у леди Элории на том скандальном променаде, чтобы все сразу заметили её, Джулию Гуэрис, выделили из сонма безликих девиц, кочующих по балам вместе со своими маменьками.

И никто не сможет диктовать ей, что прилично, что нет, как сейчас. Папенька сказал, что такое декольте для незамужней девицы недопустимо. Вот горничная и суетиться, срочно, прямо на Джурии, приделывая кружево на вырез.

Если бы это был обычный выезд, то Джурия непременно поспорила бы с отцом и может даже в знак протеста отказалась от бала. Но Королевский бал бывает всего два раза в год и во время прошлого Джурия ещё не была представлена ко двору, так что спорить с отцом не рискнула. Он тоже волнуется. Всё же их семья не так знатна, чтобы чувствовать себя завсегдатаями в Тинрабеле. В королевский замок даже родители попадали по особым случаям и пропустить сегодняшний выход из-за пары сантиметров выреза Джурия не собиралась. Ничего! Скоро она выйдет замуж и тогда отец ей не указ.

Словно подслушав её мысли горничная, споро орудуя иголкой, сказала:

– Знаете, госпожа, так даже интересней получается. Уж ваш жених точно не заметит разницу. Даже с кружевом ваше декольте может довести кавалера до косоглазия. Хотя вашему лорду Николасу это не страшно. Такую красоту ничто не испортит.

– Да уж! Тут папенька постарался, – согласилась Джурия и тут же ойкнула.

Иголка в руках служанки нечаянно задела кожу. Такой же иголочкой тревога кольнула сердце. Жених, Николас Дарринг, и впрямь всем хорош – молод, красив, любезен и даже, кажется, знаком ей не один месяц. Почему же тогда она находит эти записки?

Ничего, сегодня на Королевском балу у неё есть шанс прояснить сомнения и она им воспользуется.

Глава 2. Большой Королевский бал

Элория Эррия

Я подумала, что почти привыкла быть под прицелом множества взглядов. Во-всяком случае, когда я опиралась на руку мужа, как сейчас, меня это нисколько не напрягало. Чувствовать себя частью блестящей группы Эрриа было даже приятно. Мы шли почти во главе целой колонны благодарных подданных, которые как река текли мимо королевского трона, оставляя у ног Виторриса мешочки с подношениями.

Впереди церемонным шагом шли только семьи Агуэро и Шильдэрри. Я первый раз участвовала в этом ритуале, когда на Большом Королевском приёме все значимые кланы королевства вручали символические подарки монарху в честь главного праздника зимы. Волнения я не испытывала, только любопытство. Главное должен сделать Александр: подойти к трону и положить алый бархатный мешочек в корзину. Делает он это не первый раз, так что справится. Подарок от Эрриа Виторрису должен понравиться. Так говорили Александр и Рэй, а они хорошо знали вкусы короля. Рэй привёз из Мелинии старинный браслет, найденный в заброшенном городе альвов. Никакой магии на нём не было, но выполнен столь искусно, что я рассматривала полчаса изящное переплетение золотых узоров, не в силах оторваться.

Интересно, что подарят другие. Дары намеренно подносились в мешочках, чтобы никто не мог увидеть и обсудить подношение. Вирдж Эрринт говорил, что пресёк несколько случаев подкупа или влияния на слуг в доме от желающих выведать секрет: что приготовили Эрриа для монарха. Как я поняла, между ведущими кланами существовало негласное соревнование за то, чей подарок больше других угодит королю.

Когда Вирдж докладывал Александру о пресечённых попытках и просил меня развеять чужие внушения, я не выдержала и спросила:

– А что приготовили другие? Вы узнавали?

– Команды не было, – пожал плечами глава безопасности клана.

– Мы не суетимся, – засмеялся Рэй. – С Виторрисом мы всегда выигрываем. Чтобы Александр точно подобрал подарок нам не надо оглядываться на остальных.

– Достаточно прямо спросить приятеля, – немного ехидно заметила Элида.

Если учесть совместные попойки, которые иногда устраивал Виторрис с Александром, то мужу действительно не составляло труда угодить королю. И сейчас король с живым любопытством смотрел на мешочек в руках склонившегося в поклоне Александра.

– Рад приветствовать клан Эрриа, – звучно на публику сказал король и тут же добавил тихо. – Что там, Алекс? Не томи!

– Узнаешь, – также негромко ответил Александр, кладя свой дар рядом с зелёным и синим мешочками от Агуэро и Шильдэрри.

– У, вредина!

Я даже посочувствовала королю. Не очень весело так получать подарки, когда не можешь нетерпеливо вскрыть упаковку и узнать сразу – что же там. Но моё сочувствие длилось недолго – пока Виторрис не перевёл взгляд на присевших в реверансе меня и Элиду. Склонились мы довольно низко, и с высоты трона вид на наши декольте открывался отличный. О чём Виторрис и не замедлил напомнить долгим внимательным взглядом.

– Леди Эрриа! Как я рад вас видеть. Вы неизменно украшаете любой приём. Нужно приглашать вас почаще. Родовые изумруды вам к лицу, леди Элория, – пел король, разглядывая украшение, сверкавшее на моей груди. – А леди Элида демонстрирует жемчуг из Мелинии? Твоя добыча, Рэй?

У меня уже стали дрожать колени. Стоять неподвижно в полуприседе реверанса не слишком удобно. Виторрис жестом разрешил нам с Элидой выпрямиться.

– Встаньте, леди, позвольте полюбоваться на вас. С тех пор, как твой предок забрал из нашего рода принцессу Элалию, у Эрриа вечно самые лучшие дамы королевства. Я до сих пор вспоминаю нашу прогулку, – почти мурлыкнул король. – Что-то после этого вы не посещаете королевские променады. Надеюсь вскоре вас увидеть.

Взгляд Виторриса, теперь направленный на Александра, сверкнул насмешкой, и он кивком отпустил нас. Его ждал целый поток подданных.

Когда мы плавно перетекли в соседний зал, где после завершения прохода собственно и состоится бал, Рэй весело сказал брату:

– Смотри не взорвись, Алекс. Виторрис просто шутит. Он никогда не посмеет даже посмотреть на Лори с дурными мыслями.

– Я понимаю, – сквозь зубы произнёс Александр, положив вторую руку на мою ладонь, лежавшую на его локте.

Он явно ревновал и это было так мило!

– Что, Виторрис опять дразнил Алекса? – спросила леди Агуэро, подойдя к нам.

– Теперь, тётя, у короля это получается гораздо лучше, – весело ответил ей Рэй.

– Да уж, слабое место Алекса теперь видно любому. Сияют, как огонь в ночи. Ты уж привыкай, племянничек. Желающих тебя подразнить найдётся немало.

– Пусть попробуют!

– Я бы не рискнул, дорогая, – обратился к леди Эухенио лорд Агуэро.

– Не все так разумны, как ты, дорогой.

– Знаешь, судьба того маркиза и леди Джорджины, – на имени бывшей любовницы мужа лорд Агуэро немного сбился, но выправился и закончил мысль как ни в чём не бывало, – стали хорошим предупреждением. Мало кто рискнёт попасть под горячую руку лорда Александра. Впрочем, оставим это. Лучше скажите по-родственному, что Эрриа подарили королю?

– А ваш клан, дядюшка?

– Мы не стали изменять традиции и вручили лучшие сапфиры этого года.

Лорд Агуэро вопросительно посмотрел на Александра.

– Мы преподнесли альвийский браслет, найденный в исследуемом городе на Мелинии. Рэй привёз.

– И жемчуга тоже с островов? – леди Эухения внимательно рассматривала украшения Элиды.

– Да, тётя.

– Мальчик мой, у тебя хороший вкус, – она похлопала Рэя по руке. – Надеюсь в следующий раз не забудешь про свою тётушку и кузину.

– Непременно, непременно!

Зал постепенно наполнялся. К нам подходили поздороваться другие гости. Чета Агуэро оставила нас. Рэй тоже умчался и мы с Александром принялись медленно фланировать по залу, останавливаясь у разных групп, чтобы обменяться с ними несколькими вежливыми фразами. Наши с Элидой бальные блокноты заполнялись именами кавалеров, которые с одобрения мужа собирались танцевать с нами. Сияние огней и блеск драгоценностей, гул голосов, улыбающиеся красивые лица даргов создавали праздничную атмосферу.

Постепенно наша маленькая компания окончательно распалась. Элида предпочла общество семейства Граттис и болтала с Камиллой под присмотром леди Надин. Меня, воспользовавшись тем, что Александр застрял в компании генерала Шильдэ, «похитил» посол Империи граф Пейон с супругой. Я не могла отказать в помощи единственному человеку в зале, наполненному даргами, и поделилась с ним теми новостями об исследовании альвов, которые знала и была уверена, что они не секретные.

Правда, мне показалось, что граф был заинтересован не столько в сведениях от меня, сколько в самом моём обществе. Похоже, он считал, что уже одно присутствие Хранительницы рядом защитит его от ментальных воздействий даргов и торопился обойти в моём обществе как можно больше важных персон, находящихся сейчас в зале. Его жена, леди Эмма, ему в этом всячески помогала, стараясь развлечь меня разговором. Мне она нравилась. Дама умная, остроумная, она легко подстраивалась к собеседнику, находя интересующие его темы. Вот и сейчас она перемежала расспросы и комментарии о даргах рассказом о последних новостях с родины. Делилась невинными сплетнями о высшем свете Рудгарии, стараясь упоминать имена, которые даже я, полная провинциалка, знала. Передавала весточки о знакомых мне людях – Николасе, вдове маркиза Брифина, моих друзьях Аните и Антуане де Льяно.

Я приятно провела время с четой Пейон до самого появления в зале короля Виторриса. О нём предупредил звук фанфар, позволивший всем быстро перестроиться в нужном порядке. Супруг вновь воссоединился со мною, а Рэй привёл Элиду. Церемонимейстер объявил о приходе монарха и уже скоро Витторис в паре со своей тётей принцессой Петрой открывал бал.

Во время фигур, когда дамы меняли кавалеров, и я, и Элида несколько раз попадали в пару с Виторрисом и он сразу предупредил меня, что следующий танец за ним, а с Элидой он планирует танцевать вальс. Похоже, Александр предвидел это, так как первые четыре танца и у меня, и у Элиды были зарезервированы за ним и Рэем, и проблем с очередностью кавалеров не возникнет.

– Первый танец после принцессы Петры король обычно танцует с дамой клана, чей подарок ему особенно угодил, – пояснил мне муж, когда мы вновь встретились в танце. – Раньше нас пропускали. После смерти Джемы с дамами подходящего возраста в клане Эрриа было сложно.

Об этом же вспомнил король, когда подошёл к нам перед следующим танцем:

– Рэй, тебе тоже пора подумать о браке. Тогда у меня будет сразу три прелестных партнёрши из клана Эрриа.

– Это приказ? – с кислой улыбкой спросил Рэй.

– Пока нет, – ответно улыбнулся ему Виторрис, – но если до меня дойдут жалобы от оскорблённых супругов….

– Не дойдут, – склонил голову Рэй.

– Постарайся, – милостиво кивнул Виторрис и повёл меня в танце.

Бал катился по обычной колее. Хотя мне хотелось бы не расставаться с Александром, но этикет обязывал нас танцевать и с другими. Судя по выбору партнёрш муж относился и к этому, как к работе. Я заметила, что он старался выбирать дам из разных кланов, чьи мужья или отцы имели дело с кланом Эрриа. Я же просто наслаждалась танцами.

А ещё больше радовалась перерыву между ними, когда мы с Александром могли ускользнуть в укромный уголок и тайком поцеловаться. Это напомнило мне о студенческой юности. Правда, делать это слишком часто мы не рисковали. Удовольствие было столь острым, к тому же удваивалось благодаря эмпатии, так что у нас едва не снесло крышу, а мой образцовый муж не хотел терять контроль в столь пёстрой компании. Возможность же создавать порталы в королевском дворце в этот вечер была заблокирована, и перенести нас куда-нибудь подальше от набитого эмпатами зала он не мог.

Пришлось Александру оставить меня ненадолго в поисках прохладительных напитков, хотя они вряд ли могли остудить наш внутренний жар. Я смотрела в высокое окно на подсвеченный огоньками парк, кружащиеся в ночном воздухе хлопья снега и понемногу успокаивалась. Неожиданно почувствовала толчок и покачнулась.

– О, простите, простите. Я нечаянно! Поскользнулась, – извинительно лепетала молодая девушка, продолжая держаться за меня.

После моего выразительного взгляда, девушка отпустила меня и выпрямилась. Высокая, светловолосая, красивая, как все дарги, она растеряно смотрела на меня, словно что-то ожидая. Её прикосновение ко мне выглядело куда менее естественно, чем подобная же сценка, разыгранная леди Надин при нашем знакомстве. Если бы не нагревшийся тогда артефакт, я бы и не усомнилась в неловкости пожилой дамы.

В этот раз кольцо никак не среагировало на наше соприкосновение. Значит девушка не пыталась повлиять на меня. Что же она хотела?

– Ничего страшного, – вежливо ответила я.

– Простите, – потерянно повторила девушка.

– Что-то случилось? – спросил Александр, вернувшийся с двумя бокалами.

– Нет, ничего. Всё в порядке, – сказала я, беря прохладный бокал в руки.

Девушка, смешавшись, поторопилась оставить нас.

– Ты спугнул её. Мне показалось, что она что-то хотела от меня.

– Ты её знаешь?

– Нет.

– Значит, у тебя лично дел с ней нет. А если хотела что-то от Хранительницы кланы Эрриа, то для этого скоро будет специальный день, когда ты примешь нуждающихся в артефакте. Сейчас мы отдыхаем! Но я на всякий случай велю узнать кто это.

Глава 3. Средь шумного бала

Джурия Гуэрис

Джурия расстроенно отходила от леди Элории. Она так долго караулила момент, когда та окажется одна, продумывала способ, чтобы прикоснуться к Хранительнице. Пол бала переживала и думала только об этом, и всё напрасно! Ничего! Она не заметила в себе никаких изменений. Обидно! И главное непонятно – это потому, что всё в порядке и её тревоги напрасны, или потому, что она сделала что-то не так и артефакт не сработал.

Она даже специально подошла к жениху, хоть они уже и станцевали разрешённые три танца. Но никаких изменений в своих чувствах к нему не обнаружила. Николас по-прежнему ей нравился. Не так, чтобы она теряла голову, но он казался Джурии привлекательным и мысль о предстоящей свадьбе сразу вызывала на лице улыбку, а на сердце тепло.

Именно эта ровность и умеренность чувств убеждала девушку в том, что оно наведено родителями. Джурия прекрасно знала о своей взрывной натуре, способности загораться жгучим интересом к тому, что ей по-настоящему нравилось – от верховой езды до соседского мальчика. Родители тоже знали её натуру и в случае мальчиков всегда следили за ней особо пристально, вовремя приглушая интерес, если он грозил выйти на опасный уровень.

С Николасом же не так. Родители вовсе не старались что-то притушить, но чувство не разгоралось. Симпатия, интерес, влечение к жениху держались на одном среднем уровне. Как раз чтобы Джурия хотела выйти замуж, но при этом не перешла черту раньше времени.

Джурия была благодарна родителям, что они не торопят её со свадьбой и дают время на проверку чувств. То, что они наведённые, ни её, ни их не смущало. Так принято. И родители с заботой о ней выбрали классический вариант. Девушке внушается не слишком пылкая влюблённость и даётся время на то, чтобы проверить её реакцию. Если подобранный родителями жених совершенно не подходит дочери, то природное отвращение со временем сносит наведённую влюблённость и свадьба отменяется.