ИМущество Барина 2

Глава 1

Не мешкая, мы принялись быстро отходить в один из проходов, ведших вниз. Напоследок я успела запустить еще один алмазный болт. На этот раз жрец смог выставить перед тварью темный барьер, однако близкий взрыв все равно повредил химере несколько конечностей. Жаль, что не прикончил.

– У тебя они закончатся, рано или поздно, жалкая недоэльфийка! – услышала я отдающиеся эхом слова служителя Тьмы.

Он бы прав. Оставалось всего два усиленных снаряда. Размышлять было некогда. Мы бегом спускались на нижний этаж. Седьмой, кажется. Приходилось исполнять указания милорда и уклоняться или обходить новые ловушки. Да и сами по себе ступени были такие, что легко можно навернуться и сломать шею. Это была бы крайне нелепая смерть в темном подземелье, кишащем смертоносными монстрами и капканами.

Вскоре мы вышли в новый подземный зал. Эйлерт осветил помещение магией, и я вместе с другими невольно ахнули и выругались. Пол зала был усеян большими мерзкими коконами, в которых, по-видимому, ждали своего часа новые порождения Тьмы.

– Алтарная, – сказал Эйлерт, осмотревшись. – Теперь понятно, для чего мы нужны ему живьем. Хочет принести нас в жертву, чтобы дать сил новым химерам.

– Ты совершенно прав, маг, – раздался откуда-то жуткий голос. – Я хорошо подготовился и учел все нюансы. С дружиной и Орденом покончено. Взять под контроль Шемтен лишь вопрос времени. Я смогу набрать новых слуг, принести новые кровавые дары и создать еще солдат. Именно с этого захудалого городишки начнется темное нашествие! Предо мной падет не только Латерния, но и весь континент! Присоединяйся ко мне, маг. Многоликая лично говорила со мной. Она желает видеть тебя в своих рядах. Ты должно быть слышал много страшилок про служение Госпоже? Скорее всего, многие из них правдивы. Но знаешь, что самое интересное?

– Что же? – спросил Эйлерт спокойным тоном.

– Тебе будет совершенно все равно! Ты получишь то, чего у тебя никогда не было – безграничную свободу!

– Пф, всего лишь надо выполнять волю Непроглядной, а в остальном полная свобода, да?

– Глупец! Ты получишь силу! Был подмастерье, станешь мастером, был мастером – станешь архимагом! Ты получишь подлинное бессмертие. Даже если твое тело погибнет, Многоликая сохранит твою душу и вполне может решить дать тебе второй шанс! Стоит ли вообще выбирать между неминуемой гибелью и вечной жизнью?

– Н-не слушай его, магик, – запинаясь, пробормотала Хана.

– Нет, почему же? Я планирую когда-нибудь заняться написанием трактата о поведении и психологии темных культистов. Довольно любопытно бывает послушать их речи.

– Ты сам выбрал свою участь! Убить их!

Изо всех щелей полезли умертвия, скелеты и химеры. Мы отошли к одному из ближайших узких проходов, заняв оборону. Похоже, Бренссон решил бросить на нас все свои силы. Эйлерт принялся раскидываться смертоносными заклинаниями, и сгустившаяся мгла не была ему помехой. Заклятья почти не было заметно, только колебания и завихрения виднелись, но я уверена, что где-то в черной тьме, окружавшей нас, падали мертвыми порубленными тушами очередные порченные твари. По-видимому, милорд использовал стихию воздуха. И на сей раз он работал всерьез. Иногда он ставил большой щит, сдерживая напирающих врагов и отбивая летящие темные заклятья, но за всем сразу ему было сложно присматривать.

– Да кто ты такой, бездна тебя задери?! – воскликнул культист злостно.

– Эйлерт Туранн, маг, эрл, авантюрист и просто хороший парень, – саркастично ответил он.

Милорд усилил напор. В воздухе что-то свистело, сильный ветер трепал волосы и сбивал прицел. Я уже выпустила все алмазные болты, и сейчас переключилась на простые ледяные, целясь в самых крупных тварей.

– Госпожа, даруй сил своему смиренному слуге! Мои дети, просыпайтесь!

Пара коконов, докуда доставал свет, начали раскрываться, а из них выбирались новые химеры.

– Вот гаденыш! Держи подарок! – буркнул милорд и послал что-то светящееся и наверняка убойное. Вдали раздалось какое-то ругательство. Вдогонку Эйлерт отправил еще несколько заклинаний.

– Ушел. Верткий, зараза. Сейчас я тебя…

Неожиданно сзади раздался крик. Из земли прямо рядом с нами появилась химера и сразу напала на неготового к такому повороту клирика. Мужчину отбросило в сторону сломанной куклой. Следующим на его пути стояла я. Арбалет перезарядить не успевала. Однако свой урок я усвоила прочно: несмотря ни на что, за свою жизнь я буду бороться до конца. Только я выхватила кинжалы, как на пути химеры возник Андрикс и ринулся на врага. Он умело отрубил одну из длинных конечностей порченной твари, но затем потерял равновесие. Чем химера и воспользовалась, пробив грудь воина насквозь и подняв в воздух.

– Андри!!!

Хана бросилась ему на выручку.

– А, черт. Просочился…

Эйлерт отвлекся и за несколько секунд нашпиговал тварь магией, разделав на несколько кусков. Улучив момент, я подошла к гномке, сидящей на коленях возле тела напарника.

– Как он?

– Мертв, – тихо произнесла Хана. По ее щекам текли слезы.

– Прости… Мне надо возвращаться и помогать другим…

Я не знала, что можно сказать в таком случае. Как правильно ободрить и успокоить. Ведь с моим охранным артефактом мне бы удалось пережить несколько ударов химеры. Возможно, Андрикс зря рисковал своей жизнью. Я отринула плохие мысли, сосредоточившись на арбалете и стрельбе по ползающим тварям.

– Хана! Горевать будешь потом, если повод останется. Сейчас нам пригодится каждая пара рук! – жестко произнес Эйлерт, бросаясь заклинаниями без перерыва.

– Я… Да, поняла, – скупо ответила гномка и встала рядом с остальными.

Поток тварей, в том числе и химер, начал иссякать.

– Почему вы все не дохните?! – донесся до меня рык культиста. В сплошной мгле впереди я не видела, где он находится. – Госпожа, даруй сил своему… Кхак!

– Оп, достал, – удовлетворенно произнес Эйлерт. – Держитесь здесь, я осмотрюсь на предмет оставшихся темных.

Гаск проверил состояние клирика из своей группы. На счастье, он был жив, но находился без сознания, имел множество переломов и пару рваных ран. Напарник полил его ранения зельем лечения, которое действовало не только при приеме внутрь, но и напрямую в местах повреждений организма. Отлучаться из скудно освещенного закутка никто не спешил. Только добивали лезущих умертвий. У многих не было ног, однако они продолжали упрямо ползти в нашу сторону, ведомые злой темной волей. Откуда-то издали раздавались разрывы от заклинаний, используемых милордом.

– Хана, ты как? – подошла я к гномке.

– Нормально, – сказала она совершенно ровным безэмоциональным тоном. Так что сразу становилось понятно, что с ней точно не все нормально. Я принялась шептать ей всякие глупости. О том, что все будет хорошо. Что Андрикс поступил как настоящий герой. Но ничего не могло вернуть жизнь в ее глаза. Скорее всего, только время способно излечить ее сердце. Я понимаю, каково ей приходится. Когда-то мне довелось увидеть смерть своего отца, которого я очень любила. Сейчас я чувствую лишь легкую грусть, вспоминая родителей.

Через несколько минут вернулся Эйлерт. Выглядел маг наиболее бодрым и свежим из всех нас. Будто только вышел из дома, а не провел несколько часов в жутком, грязном и мрачном подземелье.

– Вроде не сильно потратился. Клирик жив?

– Да, но ему требуется серьезное лечение, – ответил Гаск.

– Подержите на зельях. Я займусь Андриксом.

– Что ты имеешь в виду? – проявила интерес Хана.

– Ты хочешь вернуть его?

– Конечно хочу!

– Готова ли ты отдать за него часть своей жизни?

– Да!

– Хорошо. Сам бы я пожадничал разбрасываться собственной жизненной силой. Слушай внимательно, Хана. Я применю одно высшее заклинание, которое я изучил после гибели… дорогого мне человека. Но мне так и не довелось его испробовать на практике, поэтому успех не гарантирую. Это ясно?

– Да! – кивнула гномка, в глазах которой стала разгораться отчаянная надежда.

– Я отправлю тебя в роли посредника на границу мира мертвых. Ты должна найти его и убедить вернуться. Душа Андрикса вряд ли ушла далеко за пределы, поэтому у тебя есть шанс. Ты должна знать, что мир мертвых так просто не отпускает своих, поэтому тебе придется постараться, чтобы уговорить Андрикса вернуться. Поняла?

– Да! Я готова!

– Какой энтузиазм. Скоро начнем.

Эйлерт покопался в сумке, вытащил оттуда несколько пузырьков с зельями и пару осколков кристаллита. Один он вложил в рот умершего, второй вручил Хане и заставил засунуть в рот. В качестве маяка, пояснил он. Затем Эйлерт выпил два небольших флакона с непонятным содержимым и сел на камень рядом с трупом.

– Дай руку.

Гномка присела рядом с ним и взялась за протянутую ладонь. Другой рукой он дотронулся до тела Андрикса.

– Игния, если нас не будет дольше десяти минут, уколи меня чем-нибудь острым. Если это не поможет, влей мне в рот вот это зелье.

– Будет исполнено, милорд.

– Хорошо. Поехали!

Эйлерт прикрыл глаза, а все его тело окуталось зеленоватым свечением магии жизни. Свечение быстро разрасталось, охватив и Хангильдэ с Андриксом. Гномка крепко зажмурилась. Остальные авантюристы во все глаза следили за проходящим ритуалом.

– Асх рорхэ до шаустэ'мьелнэ! Мортега асх доззанэ! – звонким голосом произнес Эйлерт. Зеленый свет засиял еще ярче, завихрился и окутал людей, почти скрыв их от наших глаз.

Как мне было известно то, что намеревается проделать милорд, называется заклинание воскрешения. Очень сложная магия, на которую способен не каждый мастер. Да даже архимаги по слухам не все владеют магией жизни на достаточном уровне, чтобы использовать высшие заклинания данной школы. Я распахнула глаза, стараясь не пропустить ни кусочка из последующих событий. Сердце мое билось как ненормальное, как бы не чаще, чем во время боя с монстрами. Мое состояние было близко к экстазу. Я своими глазами наблюдала то, что многие слышат лишь в сказках и преданиях. Высшая магия жизни творится прямо передо мной. Хотелось прикоснуться, стать частью этого чуда. Чем-то помочь, быть полезной, но я прекрасно понимала, что ничего дельного сделать не в состоянии. Я даже не совсем понимала, что они собираются делать. Прошло две минуты, а фигуры людей продолжали неподвижно находиться на черном камне.

– Он справится, – подошедшая Тихоня мягко положила руку мне на плечо.

Она подумала, что я переживаю за милорда и за Андрикса с Ханой? Конечно, волнуюсь немного, но в целом я уверена в том, что эрл не пострадает и сможет вырваться из заклятья в случае чего. Четыре минуты. Что касается пары авантюристов… Не буду отрицать, они мне симпатичны, но я не успела к ним сильно привязаться за столь короткий срок знакомства. Да, мне будет неприятно, если с ними произойдет несчастье, но уверена, что смогу пережить это. Так что по большей части я испытывала волнение из-за самой магии. Знаю, что это было неправильно, не по-человечески, однако ничего поделать с собой не могла. Шесть минут. Они уже долго отсутствуют… Как бы не случилось чего-то плохого… Я приготовилась уколоть острым концом кинжала милорда в руку, как свечение изменило цвет с насыщенного зеленого на блекло-салатовый. А Андрикс принялся дергаться будто в припадке. Тихоня придвинулась к воину и смело прижала того руками к поверхности пола. На исходе седьмой минуты Эйлерт открыл глаза, и я поняла, что экстренные средства возвращения не потребуются.

Затем открыла глаза Хана и тут же затряслась крупной дрожью. Милорд снял свой плащ и укутал гномку. Андрикс закашлялся, и Хангильдэ мгновенно, невзирая на слабость, бросилась к нему. По центру груди в доспехе и одежде воина осталось огромное отверстие, однако рана в теле закрылась, не оставив после себя даже шрама. Гномка приподняла напарнику голову и уложила себе на колени. По ее щекам снова катились слезы, но на этот раз это были слезы счастья.

– Быстро ты справилась, – заметил Эйлерт. – Как тебе удалось уговорить его вернуться?

– Ну-у… – Хана замялась.

– Это п-правда, – с трудом выговорил Андрикс, – то, что ты там сказала?

– Да, – смущенно ответила гномка, чьи щеки заметно покраснели.

– Х-хана, ты т-тоже мне всегда нравилась…

– Тогда почему же ты медлил?! До самой своей смерти!

– Я не з-знал… ты всегда острила на тему отношений… думал, тебя это не интересует…

– Я не хочу заводить детей и сидеть дома, как городская клуша. Но ведь не только в этом заключается семейное счастье, верно?

Милорд прекратил лечить Андрикса, к которому уже вернулся здоровый цвет лица, и переключился на раненого клирика.

– Эйлерт, я обязан тебе жизнью. Не думаю, что смогу достойно отплатить тебе…

– Не буду говорить, что это пустяки. Выложиться мне пришлось изрядно. Но ты все-таки член нашей команды, собрат по гильдии. К тому же такой удобный случай подворачивается нечасто. Жизненными силами с тобой поделилась Хангильдэ, она же и уговорила тебя повременить с переходом в мир мертвых. Я впервые потренировал на практике столь сложное заклинание магии жизни. Так что можешь считать, что мы квиты. Да и еще. Я прошу всех дать мне слово, что случившееся останется в тайне. Я не понаслышке знаю, какое отношение бывает к мастерам жизни, и не хочу испытывать его на себе. В любом случае оказывать услуги кому попало не собираюсь. Использовать «воскрешение» я буду только на близких мне людях.

– Мое слово у тебя есть, маг, – веско произнес Гаск. – Для меня честь сражаться с таким умелым чародеем. И благодарю, что помог сохранить жизни нашему отряду.

– Ну, раз так надо, то я никому не расскажу, – пожала плечами Заноза.

– Мой рот и рот этого обормота на замке, – произнесла за обоих Хангильдэ.

– Ха. Ваши губы будут заняты более интересными делами, да? – язвительно добавила Заноза.

– Заткнись! Может и будут, тебе то что, завидно?

– Пф-ф…

Все поочередно подтвердили готовность хранить секрет Эйлерта. Затем милорд перевел взгляд на меня:

– Игния?

– Э-м, господин, вы всерьез полагаете, что я ослушаюсь вашего приказа?

Эрл усмехнулся:

– Буду считать это положительным ответом.

Эйлерт приблизился, схватил меня за плечи и покрутил вокруг оси пару раз:

– Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Странные мысли не посещают? Ты можешь даже не понять, что тебе нашептывает Тьма.

– Устала. Хочу пить и отдохнуть, – ответила я подробно. – В остальном в порядке. Странные мысли… возникают, но к тьме они не относятся.

– Ты молодец! Я горжусь тобой! Так что за мысли?

– М-м, милорд, в то время, как вы отражали атаки нечисти и проводили ритуал… вы… Можно я скажу только вам?

– Без проблем.

Эйлерт приблизился, и я тихо шепнула ему на ухо:

– Вы показались мне безумно крутым и привлекательным. Во мне проснулось небольшое желание.

– Ха-ха-ха! Это ж насколько надо быть… Ха-ха. Чтобы в темном подземелье думать о… Ну насмешила! Даже мне приходилось держать ментальные щиты и не обращать внимание на твою задницу в обтягивающих штанах.

Раздались смешки среди авантюристов. Заноза так и вовсе разразилась громким непрекращающимся хихиканьем. Мрачный настрой и давление подземелья отступили. Теперь мы и впрямь поверили, что самое страшное позади.

– Андрикс, идти сможешь?

– Через минуту-другую буду в порядке.

– В таком случае поторопимся. Надо поискать выживших и откопать отряд Ксайкла. Да и…

Кра-ак. Под сводами зала раздался громкий треск. Эйлерт прервался и внимательно всмотрелся в окружающую обстановку.

– А, все демоны Инферно. Они все-таки пробрались на нижний этаж! – воскликнул маг.

– О ком вы, милорд?

– Те двое из Братства меча. Пока мы сражались с темным повелителем, они прошмыгнули мимо под скрытом и достигли последнего этажа. И сейчас уничтожают сердце подземелья. Как не вовремя. Сколько еще добра отсюда можно вынести! Настоящее расточительство. Чтоб эти фанатики клинок в руках держать разучились!

– Что же с нами будет? – спросила я.

– Не переживай, Игния. Нас выбросит порталом где-нибудь поблизости, – объяснил Гаск.

Я и не переживала. Милорд бы наверняка придумал что-нибудь, если бы нам грозила опасность.

– Держите к себе поближе свое имущество, – посоветовал барин. – Подземелье разрушается, без темного артефакта его стабильность нарушена. Чужая энергетика будет выброшена либо в темное измерение, либо в наш мир. Предметы и люди, отмеченные Непроглядной, вернутся к себе, нас же вышвырнет обратно в наш мир. Игния!

– Да!

– Иди ко мне.

Я повиновалась и прижалась к боку Эйлерта. Он обнял меня одной рукой и пояснил:

– Дабы нас не раскидало далеко друг от друга, – затем эрл обратился к авантюристам. – Встретимся в трактире. Я сдам кристаллит и прочий хабар администратору гильдии, чтобы она поделила на всех.

– Фурия битвы, – фыркнула Заноза, глядя прямо на меня, полускрытую в объятиях Эйлерта. – Я-то уж думала, что родственную душу отыскала. Теперь все понятно. Скажи-ка маг, не ты ли ей болты зачаровывал?

– Глупости! У меня в усадьбе вполне достойный маг имеется. Стану я всем сам лично заниматься? – величаво махнул рукой эрл. Так и не дав прямого ответа.

Камень вокруг нас продолжал трескаться. Пространство заполонила странная серая хмарь. Я задержала дыхание, хотя подобного и не требовалось. Затем мир мигнул. За секунду перед глазами пронесся разноцветный калейдоскоп, и я пожалела, что не закрыла их. Если бы мой желудок не был пуст, меня бы наверняка стошнило.

Яркий свет резанул по глазам. Проморгавшись, я поняла, что свет был вовсе не ярким. Солнце уже клонилось к закату. Но после темного подземелья со скудным освещением столь светлое небо и красное светило казались безумно ослепительными. Мы с милордом парили на высоте немногим ниже крон деревьев, плавно опускаясь вниз.

– Что случилось бы, если нас переместило в дерево, милорд?

– У деревьев и других предметов есть своя энергетика, она бы вызвала конфликт при телепортации, поэтому подобное маловероятно. Хотя случаи бывают разными. Один незадачливый приключенец оказался наполовину вмурован в столб после разрушения подземелья. Но в подавляющем большинстве случаев именно воздух считается за нейтральную стихию, хотя и он полон разных легких энергий. Нас могло забросить на значительную высоту или в какое-нибудь замкнутое пространство вроде подземной каверны. В этом и кроется главная опасность насильственного схлопывания подземелья. По правилам нам следовало вынести сердце, либо уничтожить его на верхнем этаже возле входа. Кто ж знал, что фанатики клинков решат поспешить. С другой стороны, они могли подумать, что нам уже конец, так что с их точки зрения решение вполне оправданное. Главное, по их мнению – уничтожение подземелья, что же до авантюристов – то их гибель послужит неплохим отвлекающим маневром.

– А что случилось с сиром Ксайклом и его группой?

– Понятия не имею.

Мы мягко опустились на землю, и милорд разжал объятия. Я осмотрелась. Ни одного знакомого ориентира или следов цивилизации. Дикий лес во всей своей первозданной красе. В Латернии не все земли были освоены. На границе с Недзагорном ситуация периодически обострялась, поэтому никто и не селился. Также окрестности таких мест как Шемтенские топи пустовали по понятным причинам. В других провинциях имелись свои безлюдные зоны.

– Где мы, милорд?

– А демон его знает. Я плохо ориентируюсь по латернийским местам силы. Вот в известных мне странах я бы вряд ли заблудился. Здесь же слишком слабые источники, сложно выделить конкретное место, чтобы понять направление и оценить свое местоположение. Кстати, как насчет пикника?

– Пикника? – удивилась я. – Здесь? В неизвестных землях? После того, как мы прошли через темное подземелье?

– Следов порчи поблизости я не чую. Должно быть безопасно. Ты не хочешь?

– Милорд, разве мое мнение имеет значение?

– Действительно. Что это я все о тебе пекусь? Рабские привычки без боя на сдаются, да? Тогда давай обоснуемся на вон той опушке. Собери дров, а я поищу источник воды. Хотя что его искать, он в двухстах шагах в ту сторону…

Мы с милордом занялись хозяйственными хлопотами. Есть уже хотелось зверски, и я надеялась, что Эйлерт подстрелит какую-нибудь зверюгу помясистее. Хотя мой арбалет тоже достаточно грозное оружие, плюс стрелять по движущимся целям у меня уже получается неплохо. Однако я сильно сомневалась, что смогу подкрасться по лесу на достаточное расстояние к дикому животному, у которых очень чуткий слух и нюх. Господин вернулся с небольшим чифником полным воды и принялся разводить костер. Я и не предполагала, что у него в сумке хранятся походные принадлежности. В принципе этого стоило ожидать, если вспомнить, что содержалось в его кошеле.

Второй раз я удивилась, когда Эйлерт достал из недр сумки огниво и принялся высекать искры. На мой невысказанный вопрос он ответил, что с магией пикник на природе теряет половину своего очарования, так говорила его подруга. Я не стала ему напоминать о такой мелочи, как магический мешок с пространственным карманом, откуда он доставал разные вещи. А именно: плед, одеяла, подушки, два спальных мешка, комплект разнообразной посуды, мешочек с дорогим иностранным чифом, разной свежести сыры, сушеное и вяленое мясо, копченую рыбу, сухари и немного зачерствевшую буханку хлеба, сладкие сухофрукты, пару бутылок вина, закупоренный кувшин с элем, специи и… шатер. Небольшой шатер, всего на четверых примерно, но я не думала, что его можно запихать внутрь сумки – он еле пролазил через горловину.

– Эту головку сыра уже лучше выкинуть… – пробормотал эрл, после чего забросил продукт подальше в заросли. Эйлерт заметил мой немного прифигевший взгляд. – Что? Я периодически пополняю запасы на всякий случай. Еще есть различные крупы и пряности, но думаю сейчас нам хватит на небольшой перекус. Ах да, я же перед уходом захватил с кухни пирог из вуньи…

Милорд извлек озвученное из своего магического мешка.

– Эм, господин, а вы уведомили повара?

– Не-а.

Так вот кто таскает пироги с кухни! До меня доходили жалобы Шеоклиста.

– Милорд, из-за ваших проделок все подумали на Лироя и лишили его несколько раз ужина.

– Ха-ха-ха!

– Милорд! – укоризненно произнесла я.

– Что? Не стоило брать пирог?

– Не мне вам указывать, но… я считаю, что подобное поведение не по статусу влиятельному эрлу. Если бы вы занимались самодурством и наказывали рабов за малейшую провинность, я бы и слова не сказала.

– Ладно-ладно, я потом извинюсь перед ним. Это было весело.

– Я не смею просить вас извиниться перед слугой, господин…

– Конечно, – отмахнулся маг. – Заваришь чиф?

– Будет исполнено, – с радостью я взялась за работу. Это было просто и понятно, в отличие от странного разговора, в ходе которого я каким-то образом обвинила хозяина в хулиганстве и принудила принести извинения рабу.

Без использования магии эрл поставил шатер с моей посильной помощью. Мы пили чиф и до отвала наелись простой, но сытной пищей. Затем Эйлерт достал из сумки небольшой сверток, обернутый в дорогую бумагу с рисунком. Внутри обнаружилась странная твердая масса коричневого цвета.

– Что это?

– Шоколад. Никогда не пробовала?

– Нет! Но мне рассказывали, что он очень вкусный! Можно кусочек?

– Конечно.

– М-м-м! Объедение! Прямо тает во рту, милорд! А можно еще?

– Бери сколько хочешь.

Шоколад исчезал в моем желудке, а я все не могла остановиться.

– Мне тоже нравится. Жаль, что на нашем континенте какао-бобы не растут из-за климата, только некоторые энтузиасты с помощью магии выращивают. Эта плитка, кстати, стоила тридцать золотых примерно. Фактически на вес золота.

– Кха-кха! – закашлялась я, и с опаской положила взятый кусочек шоколада обратно.

– Больше не будешь?

– Спасибо большое, я наелась.

Милорд откупорил бутылку вина и разлил по походным кружкам. Выглядело вино очень дорогим, и мне показалось несоответствие посуды и окружающей обстановки с высококлассным напитком довольно нелепым. Я не разбиралась в выпивке, но вино на вкус было превосходным, терпким и сладковатым. Оно же очень быстро мне развязало язык. Когда мы пировали с другими людьми, я всегда старалась держать лицо, но здесь, в далекой глуши, наедине с Эйлертом, я чувствовала себя раскованно и безопасно. Милорд поведал мне несколько историй из своего прошлого, о своем детстве и о быте гильдии Странники ветра. Я тоже немного рассказала про свое неказистое прошлое. Про нападение людей на эльфийский поселок, пленение, перевозку в Латернию, продажу и дальнейшую службу у сира Авеля.