НеСказка 2. Во власти грёз

Глава 3. Вычислительная

Однако мне совсем не нравился наш текущий прогресс в культивировании. Уходило слишком много времени. Еще терпимо было в месяц Стужи, когда других дел не так много. Но уже в месяц Возрождения придется тратить время на огород и другие ставшие привычными обязанности. Либо, на охоту – если Барах будет брать с собой. В любом случае тратить по полдня на расчеты – слишком хлопотное занятие.

Давно у меня мелькала одна безумная мысль. Что если мне собрать себе комп из духов? Ладно, компьютер в привычном мне понимании вряд ли мне когда-либо удастся собрать. Однако, что насчет калькулятора, который будет считать по заложенному алгоритму? Духи Твейна были в своем роде уникальны. И если животных существ, уже частично обретших разум, сложно перевоспитать, то вот элементарные духи вполне поддаются дрессировке. Хоть они поодиночке крайне слабы и даже подчас незаметны глазу, но за акир готовы выполнять простые команды.

Не без помощи Ляпки я провел контрольные тесты на подопытных элементальных духах, которые показали вполне приемлемый для моих целей результат. Лучше всего, как и предполагалось, подходили духи молнии. А если точнее, то вспышики, которых относили к стихии Дуги, а также так называемые споровики из школы Вестей. Вспышики находились обычно на более высоком уровне развития, чем споровики. Последние представляли собой крошечную спору, обычно не способную к передвижению. Лишь на поздних этапах развития они учатся двигаться и затем вырастают в маленькие грибки. На нашем участке их было навалом, ведь мы не мешали им размножаться.

Уже несколько дней я рисовал и компоновал алгоритм работы моего будущего проекта. Честно признаться, я слабо помнил принципы работы АЛУ или арифметически-логического устройства процессора. Слишком уж низкий уровень данной системы, поэтому ей особо внимания во время учебы не уделяется. Больше разным языкам программирования или математическим пакетам. В любом случае благодаря особенностям духов схему устройства пришлось серьезно перелопатить. К моей вящей радости вспышики, являясь близкими родственниками духов вестей, могли хранить в себе некоторое количество информации. А потому алгоритм значительно упрощался. С помощью Ляпки я даже смог подружиться с одним вспышиком и заставить его поселиться в маленьком молниевом ядрышке.

– Лаки! – позвал я, посчитав работу готовой. – Есть разговор насчет нашего бюджета…

– У нас и так почти ничего не осталось, – произнесла девочка, вдохнув из ингалятора. – Что еще ты хочешь купить?

– Заготовку для калькулятора! Такая машина, которая поможет нам считать! – объяснил я воодушевленно.

Лаки задумалась, почесывая шерстку Пиджи.

– Мы и впрямь слишком много времени тратим на расчеты. Ты уверен, что сможешь сделать нечто подобное?

– Конечно! – заявил я, отнюдь не разделяя собственного показного оптимизма.

– Гуа… Сомневаюсь я в твоих словах. Но мне ведь все равно не удастся тебя отговорить?

– Почему же? Если моя милая сестренка действительно против, то я не смогу долго упорствовать.

– Гуа! Я не милая. И я не против. Только торговаться буду я.

– Идет! Одевайся теплее, на улице дубак.

Последние дни месяца Стужи все еще представляли серьезную опасность в плане получения обморожения. Студянки резвились вовсю, догуливая свои последние деньки, покуда их не прогонят духи Света и Жара. Однако мы с Лаки уже не чувствовали себя настолько беспомощными, имея в запасе приличное количество акира. Все-таки третий ранг – совсем другой уровень.

Родрих конечно подивился столь странному запросу, однако согласился его исполнить. Деньги есть деньги. Мы не решились делать форму из пластиката самостоятельно ввиду ее сложности, поэтому доверили мастеру. В итоге получилось несколько квадратных прозрачных формочек со множеством углублений, которые соединялись друг с другом, образуя по форме и размеру нечто похожее на кубик-рубик. Только со множеством отверстий внутри, напоминающие соты.

Ну а затем настала довольно нудная часть. Я раздробил одно молниевое ядро на множество мельчайших осколков и начал аккуратно вставлять их в пазы. А затем и методично ловил споровиков, пересаживая их в новое место жительства. Отдельное ядро со вспышиком поместил в специальный паз сверху конструкции.

К сожалению не все споровики соглашались со мной сотрудничать. Все-таки в школе Молнии я был не силен. Стихия ценила высокомерных и независимых, а настрой для школы Вестей требовался резкий, хитрый и шумный. Создать у себя в голове подобный образ оказалось совсем непросто. Да еще и Лаки смотрела на меня как на умалишенного. Не учитывая того факта, что нормальных споровиков, поддающихся дрессировке, найти крайне сложно.

Новый год отпраздновали в узком семейном кругу, поскольку приглашать нас к себе никто не стал. У нас, отщепенцев, не было здесь близких. Хотя после победы над Когтем и подходили разные личности, желающие нажиться на внезапном богатстве, но с ними вести дружбу желания не возникало. Наступил четыре тысячи пятьсот девяносто второй год от Пришествия Творца. Что жители подразумевали под данным событием они и сами не особо понимали. Якобы несколько тысяч лет назад Творец, тот что живёт или олицетворяет собой солнце – Лакирис, решил спуститься на Твейн и принёс жизнь. Месяц Возрождения символизировал конец правления морозов и стужи и начало земледельческой поры. На юге, по слухам, в Месяц Стужи было не менее холодно.

Я продолжал в поте лица трудиться над калькулятором, отбирая и программируя подходящих споровиков. Со вспышиком также пришлось потрудиться, вбивая в него требуемые команды. Без Ляпки бы точно не получилось. Дух вестей кое-как переводила и доносила до более мелких сородичей то, что мне от них требуется.

Первым делом я сформировал два блока преобразования десятичного числа в двоичную форму и обратно. Вспышик вполне легко хранил в себе два числа, текущий разряд, сколько держать в уме и прочие требующиеся при вычислениях вещи. По сути он был и универсальной переменной и одновременно триггером всего события. После запуска программы маленькая зеленая искорка срывалась в полет и быстро перемещалась по внутренним ячейкам, контактируя с заранее запрограммированным споровиком. Те же в свою очередь хранили определенные действия и условия, после выполнения которых вспышик направлялся в нужную сторону дальше.

К примеру, для операции сложения двоичных числе потребовалось не так и много споровиков. Фактически, один производил сложение двух цифр одного разряда с проверкой прошлого остатка. Хотя конечно он ничего не складывал сам, а просто выбирал результат в зависимости от четырех вариантов нулей и единиц. Затем посылал итог вспышику и отправлял его на следующий споровик, который только проверял, выполнен ли цикл до конца. Если нет, то вспышик продолжал движение по кругу, возвращаясь к первому элементу. Если же цикл завершен, то добавлялся возможный остаток от сложения предыдущих разрядов и затем вспышик направлялся на логического споровика, который определял куда ему дальше двигаться.

Блоки по переводу из десятичных в двоичную систему и обратно получились намного более громоздкими, и по идее можно было бы работать и с десятичными числами. Но один обычный споровик не мог запомнить громоздкую десятичную таблицу умножения и даже сложения. Можно было бы конечно разбить их на подэлементы в зависимости от цифр, но все-таки в двоичном коде есть своя простота и элегантность, так что я остановился на коде из нулей и единиц.

Каждый день мы навещали Бараха, который в столь студеную пору не рисковал уходить в лес на охоту. Поэтому у него было достаточно времени на наши тренировки. С луком у меня так и не сложилось – для этого требовалось некоторые умения в школе Ветра или в Воздухе в целом. А вот Лаки, как мне кажется, если б не ее недуг, стала бы первоклассной лучницей. У нее все получалось чуть ли не с первой попытки. Я немного ей завидовал, но больше гордился своей сестренкой.

– Вы перешли на третью ступень, – заявил мастер в начале месяца. – А значит, пора заняться вашей галад-шис.

– Галад-шис отличается от галад-до? – спросил я.

– Конечно. Разве вы не почувствовали, что стали сильнее и быстрее? Теперь вам доступны новые приемы и связки. Важно не забывать про усиление, не то можете навредить самому себе. Ну и конечно стоит помнить, что в галад главное – это ваш противник. Если он выше вас рангом, то некоторые приемы не стоит и пытаться провернуть. Скрести со мной меч, – охотник вытащил свой клинок.

Я повиновался просьбе учителя и приблизил свое оружие.

– Исполни прямой удар щитом.

Чувствуя подвох, я двинул свои щитом в как, мне казалось, четко отработанном движении, отточенном тысячью повторений. Однако в последний момент противник скользнул в сторону и вниз, ударив меня по опорной ноге. Повинуясь инерции, я споткнулся и покатился на землю.

– Ты умеешь быстро двигаться!

Барах кивнул:

– Вы и не с такими противниками можете столкнуться. Хотя в основном среди практиков. Духи предпочитают идти по пути укрупнения, в отличие от людей. И становясь более громоздкими, они с трудом могут развиваться остроту реакции или маневренность. За исключением духов Скорости и им подобных.

– Понятно…

– На сегодня с галад закончили. Тренируйте свою шихун сами, тут я вам не помощник. Только двор мой не разнесите.

– Ум, – кивнула Лаки и сразу сложила как смогла с одной рукой жест райчо. – Д-духи-водянки, придите на зов, цель промочите по моему разуменью!

– Без предупреждения, значит?! Духи земли, явитесь на зов и защитите!

Вокруг сестренки сформировался голубой водоворот из призванных духов, передо мной же выросла шевелящаяся грязевая стена, составленная из множества держащихся друг за друга словно могучие атланты грутней и ползней.

Лаки вытянула руку, и почти сразу внушительный поток сорвался в мою сторону. Не доходя немного до стены, он резко повернул в сторону, намереваясь обойти. Ха, не на того напала! Прямо на пути потока из земли выросла еще одна стена, повинуясь моей мыслекоманде. Ползни принялись стегать ветками по водянкам, отчего те недовольно зажурчали.

Я сосредоточился, пытаясь добиться нужного настроя. Рассудительный и спокойный, неприступный как скала. Никто не собьет меня с этого места!

– Духи земли, явитесь на зов и ноги врага оплетите!

– Унеси меня прочь, бурный поток!

Под ногами Лаки образовалась натуральная река, которая мягко отнесла девушку в сторону. Земляные клещи клацнули в полуметре от цели.

– Какие же вы тормознутые…

Зря я это сказал, поскольку духи земли обиделись и перестали слушаться, как следует. По итогу нашего соревнования шихун я оказался облит водой с головы до ног. Склизкие водянки даже в уши забрались.

– Все-все, твоя взяла. Я почти пуст.

– Ум. Духи воды, оставьте нас, по делам спешите!

Водянки быстро откликнулись на порцию света, убравшись с меня и моей одежды. Где-то оставались мокрые пятна, но терпимо. На улице уже стояла стабильная плюсовая температура, а студянки нападали редко.

– Духе земли, восвояси уйдите! – выдал я молитву вместе с акиром, попросив ползней покинуть тренировочную зону.

– Куал-агужа! – донеслось от оставшихся ползающих комочков земли.

Похоже, духи все еще дулись на мои слова. Надо внимательно следить за своими словами. И не только за словами, но и за мыслями, когда читаешь заклинание.

– Ну хватит, Барах же ругаться будет! – принялся я увещевать, подобрав первый комочек.

Ползни уже разбежались по всему участку. И ведь нельзя их давить, иначе на такое отношение стихия земли в целом будет хуже слушаться. Я подобрал несколько сопротивляющихся комочков и понес к забору. Лаки хихикнула.

– Не смейся. Лучше помогай.

– Ум.

– А во что это вы иглаете? – выглянула подсматривающая за нами Альби.

– Очень интересная игра! Кто больше вынесет ползней за пределы участка, тот и победил.

– Можно с вами?

– Конечно.

Сообща дело пошло намного быстрее и вскоре уже мы относили последних ползней за забор.

– Альбиша, я же просил тебя не мешать на тренировках! – донеслось строго от Бараха. – И во что это вы ее втянули?

– Ничего особенного. Учим обращаться со школой Глины… – криво улыбнулся я.

– Ну-ну.

– Лучше скажи, когда мы отправимся на охоту? – сменил я тему, выкидывая последнюю порцию земляных комочков, что-то недовольно бурчащих.

– Думаю, во второй половине месяца.

Примерно в таком ритме и протекали тренировки с охотником. После некоторых попыток использовать другие стихии, я пришел к однозначному выводу, что лучше всего пользоваться землей. Огонь был более смертоносен, однако он иссушал меня мгновенно, тогда как духи земли соглашались довольствоваться малыми порциями света.

Поначалу Лаки относилась к моей затее с изрядным скептицизмом, но когда маленькая зеленая искорка стала носиться внутри прозрачного кубика от одного логического элемента к другому, то даже ее проняло. Со стороны выглядело действительно завораживающе. Особенно поначалу, когда плохо обучаемые споровики зацикливали вспышика в бесконечной петле. Косяков было масса, однако уже к концу первой недели месяца Возрождения мне удалось обучить духов и наладить перемножение, сложение и вычитание целых чисел. С делением возникли небольшие сложности, но в итоге я кое-как справился, поставив жесткое ограничение на четыре цифры после запятой. Иначе процесс уходил в бесконечность.

Ну и прожорливые же духи стихии молнии! За каждую операцию требовали акира. Ляпка также неплохо прокачалась и поднаторела в общении с другими духами. Плюс она стала намного точнее определять скорость движения моих лун. Практически с такой же точностью, как и когда я замерял с часами самостоятельно.

– Все бы вам игрушками играться! – буркнула Сурдхоба в один из дней, глянув на зеленого вспышика, гуляющего по кубику. – Пора и за работу браться!

– Ага… – протянул я без энтузиазма.

Хотя настроение испортить мне было сложно. Благодаря лунному календарю, оценке Ляпки и новому калькулятору скорость вычислений парада лун сократилась до часа. Все равно схолку приходилось исписывать снизу доверху, заполняя промежуточными данными и поправочными коэффициентами, но намного лучше, чем было раньше. Точность вычислений оставляла желать лучшего, но и так вполне неплохо. Парад лун в стержне теперь проходил реже, несмотря на увеличившуюся скорость вращения. По сути идеального совпадения на одной оси сразу трех элементов было добиться невозможно, поэтому культивирование проходило с некоторой погрешностью. Свет подавался в тот момент, когда внутренние луны наиболее полно совпадали.

Мы пересадили свои деревца обратно на огород вместе с прочими не переносящими зимовку культурами, что заняло довольно много времени. Капризные растения привыкли к кадкам и теплу избы, поэтому отчаянно противились возвращению в холодную уличную землю. Хоть я и ворчал вслух, но размяться и сменить поднадоевшую деятельность было приятно.

Кубик-калькулятор вышел довольно прихотливым. Акира на поддержание его работоспособности требовалось немало. Некоторые споровики порой отказывались сотрудничать или забывали заложенную программу. На такой случай я наделал запасных элементов в пазах. Замена и программирование новых не занимало так уж много времени, жаль только осколки ядра терялись навсегда. Но в целом артефакт-калькулятор того стоил.

Также я немного проапгрейдил свою вычислительную машинку, что снова потребовало залезть в кубышку. А именно – заказал у местного кузнеца моток проволоки. Затем порезал на кусочки и проложил между всеми пазами, соединив в нечто вроде сети. Я уже ранее проверял: некоторые элементальные духи молнии действительно могут двигаться намного быстрее, частично сливаясь с металлом. Вспышик после апгрейда носился как угорелый, из-за чего скорость вычислений повысилась в разы.

Вечером девятого числа Возрождения я наконец закончил в полной мере обучение Лаки, как им пользоваться. Все-таки сложность расчетов на четвертый ранг из-за поправочных лунных коэффициентов возросла. Но сестренка дурочкой не была, и, даже не имея качественного образования, смогла разобраться. Тем самым я немного освободил себе времени, которое уходило ранее на расчеты ее парада лун.

– Знаешь, братец, – заметила она задумчиво, наблюдая, как вспышик гоняет по заложенному алгоритму. – Ум… Мне кажется, ты соорудил нечто… потрясающее…

– А ты разве во мне сомневалась? – спросил я с апломбом.

– На то были веские причины, если учесть, как ты ве-ведешь себя. Наверное, только иномирянин способен создать нечто подобное…

– Причем не каждый, – заметил я. – Все-таки это была моя специальность в прошлом мире. Составлять алгоритмы и программировать я умею. Хотя создавать самому железо – таким я занимался впервые. Надо еще дополнить разветвление по работе с нецелыми числами. В принципе любое нецелое число можно представить произведением целого и десяткой в минус какой-то степени. Конечно, придется ограничиться несколькими знаками после запятой, но за точностью все равно гнаться глупо.

– М-мы все равно не можем пока точно определять период вращения.

– Вот-вот! Ты меня понимаешь, Лаки! – я радостно приобнял девчонку.

– Не все… Но кое-каких простых вещей ты все-таки не понимаешь, – она отодвинулась, и я заметил следы смущения на ее лице.

– Ты чего, стесняешься? Но мы же в одной постели не раз ночевали.

– Это совершенно другое! – вспыхнула Лаки в момент.

– Барах прав, не понять мне женщин. Но ты все равно милашка и умница у меня! А потому заслужила крепких обнимашек!

Я придвинулся и сдавил сестренку в объятиях.

– От-отпусти! – пискнула она.

– Ишь чего удумали, охальники! При свете дня постыдились бы! Идите лучше огород полейте, раз силы остались!

Бабушка Сурдхоба как всегда подкралась незаметно.

– Да, баб Сур! – отсалютовал я и двинулся за ведрами.

Любит же братик поиграть с девичьим сердцем, сам того словно не замечая. Но долго дуться на него Лаки просто не могла, и уже к вечеру она снова залезла к нему на чердак и с любопытством следила, как Артур что-то дорабатывает в кубе. В последние дни он действительно очень часто с ним возился, но и польза от него была весомая. Лаки помнила слова Бараха о том, что расчеты на четвертый раз становятся чуть ли невозможными для просчета. Но вот призванный взял и нашел выход из ситуации. И если предыдущие его чудачества находились на вполне земном уровне, то данная штука ввела девочку в ступор, когда она осознала ее возможности. Когда Лаки представила, что у каждого практика, желающего стать сильнее в кратчайшие сроки, есть такое устройство, и он умеет им пользоваться, ей стало не по себе. Это ведь какая ценность на самом деле находится у них в доме?

В этот раз Лаки спустилась спать к себе, поскольку брат возился с кубом допоздна. По его словам, ему осталось совсем чуть-чуть до того, чтобы артефакт начал работать и с дробными числами. Это его «чуть-чуть» длилось с самого обеда.

Улегшись в постель, девочка вспомнила о ее завтрашнем дне рождения и о ее подарке. Лаки сжала ингалятор в руке.

– Пшу-ищ! – послышалось рядышком.

– Ох, тебе не нравится дух воздуха внутри? Не ревнуй, сейчас я уберу его.

Лаки положила артефакт на полку, и Пиджи по-хозяйски устроился подле, махнув кисточкой хвоста ей по носу.

– Совсем разжирел на ядрах-то, – сквозь сон заметила девочка. – Скоро вдвоем не поместимся…

– Пиу! – протестующе заметил хомяк-переросток.

Шум и истошный крик выдернул Лаки из сонных оков.

– … проклятущий демон, отцепись!!! – донесся до нее голос Сурдхобы.

– Ч-что такое… – поднялась девочка, продирая глаза.

– Отлично. Помоги растопить печку, деточка. Сейчас мы расплавим это недоразумение!

Лаки присмотрелась и увидела в руках бабки знакомый прозрачный кубик, только на сей раз у него почему-то виднелись четыре конечности – маленькие пластикатовые ручки и ножки, коими он цеплялся за одежду Сурдхобы.

– По-подождите, это же изобретение Тура!

– Все ерундой мается, даром что до третьего ранга поднялся. Балбес окаянный.

Вниз по лестнице спустился зевающий призванный.

– Что за шум, а драки нет?

– Сейчас будет. Ты зачем мне свою игрушку подсунул, ирод?! – вопросила Сурдхоба, подвесив кубик рядом с дымящей печкой.

– Э-э?! Вы что с моей прелестью сотворить вздумали?!

– Ты лучше объясни мне, почему я просыпаюсь, а эта штука у меня в волосах ползает?!

– Не знаю! Может вы ему понравились. Верните сюда!

Артур бесцеремонно выхватил артефакт, который беспомощно сучил ножками и ручками во всем стороны.

– Есть! – послышался с его стороны тихий писк.

Братец печально вздохнул, оглядев свое творение:

– Значит так, Твейн, да? Совсем не дашь мне изобрести нечто выдающееся? Почему он ожил?

– Нам почем знать? В печь его и всего делов! – рубанула старуха.

– Еще чего! Да вы знаете, сколько я сил и средств в него вложил! Не смейте его трогать. И ты, чудо кубическое, не лазай где попало, если не хочешь, чтобы тебя на грилле поджарили. Я пойду досыпать.

Да уж, облом случился знатный. Мой калькулятор вдруг ни с того, ни с сего, обрел полуразумность. До Ляпки ему было далеко, и даже Пиджи понимал, казалось, намного больше. Но все равно это уже далеко не элементарный дух, способный даже произносить простые слова. Мое творение изменилось как внешне, так и внутренне. Находившееся ранее наверху главное ядро со вспышиком сместилось внутрь корпуса и теперь пульсировало периодически на манер сердца. Металлические стержни, ранее уложенные довольно ровно, теперь искривились и напоминали кровеносные сосуды, ведущие к хаотически размещенным ядрышкам со споровиками. Я при всем желании теперь не мог проследить созданные мной же алгоритмы. Все смешалось в какую-то непонятную мешанину, словно провода в коммуникационном шкафе у нерадивого сисадмина.

– И каким образом мне теперь добавлять в тебя новые функции? – вздохнул я.

– Еды?

– Ладно, держи. Еще один проглот на мою голову, – поделился я акиром.

Проверить что ли? Теперь непонятно, где у него устройство ввода.

– Сколько будет 4321 умножить на 67777?

Внутри кубика замелькали искры, причем не одна. Он что как-то смог распараллелить процессы? И каким теперь будет устройства вывода?

– Два девять два восемь шесть четыре четыре один семь, – ответил тихий скрипучий голосок довольно быстро.

– Ого! Похоже на правду, – воодушевился я.

Взяв схолку, я быстро перемножил два числа. Есть совпадение. Я протестировал артефакт, попробовав разные арифметические действия с числами. Куб даже с дробными числами работал вполне точно! Хотя акира жрал будь здоров.

Значит, мой последний апгрейд запомнился им. И все-таки, как мне его дальше развивать? Я даже подумывал над полной автоматизацией. То есть: ты задаешь периоды обращения и поправочные коэффициенты лун, и калькулятор выдает тебе результат. Хотя не уверен, что запоминающей способности вспышика или споровиков хватило бы.

Я зевнул и решил пока пойти досыпать. Разберусь с ним завтра. Однако теперь придется обращаться с ним как с полноценным духом, а не бессловесным предметом.

– Не вздумай снова лазить вниз, иначе баб Сур точно тебя поджарить до хрустящей корочки.

Кубик не ответил, однако внутри его прозрачного тельца активно замигали зеленые искорки, словно он над чем-то задумался. Реально, с такой постоянно оживающей машинерией никакого прогресса на Твейне добиться будет невозможно.

– И как же мне тебя назвать?

– Еды?

– «Проглот»? Не-е, так можно и Ляпку с Антом обозвать. Точно. Твое имя отныне – «Проц».

– П-о-ц? – неумело повторило создание.

– Почти… Ладно, давай спать, Поц.

Глава 4. Порченная

– Как там кубик? – поинтересовалась Лаки, когда я спустился вниз поздним утром.

– Нормально, – я вытянул на ладони полупрозрачное создание.

Оно цеплялось за мои пальцы своими тоненькими слабыми конечностями с крохотными пальчиками. Выглядело даже мило. Правда странное кубическое тело не позволяло ассоциировать его с дитем. Где еще в живой природе встречаются подобные формы? К слову конечности у него также выросли необычные: квадратного сечения.

– Поц пока плохо соображает, но считать умеет.

– Поц?

– Его новое имя! С нашего языка переводится… как балбес, наверное? – задумался я.

– Умеешь ты подбирать имена.

– Кстати, Ляпка!

– Фью-ю? – донеслось вопросительное из кольца.

– Вы же оба – духи молнии, в нем много родственных тебе споровиков. Пустишь Поца к себе в ядро пожить, если потребуется?

– Нет! Фью-ю-ють!

– Уверена? А если свет отключу?

– Фью-ю-у-у… – грустно просвистела грибок из кольца.

– Ладно, не расстраивайся. Поца с собой постоянно таскать я не планирую… Кстати!