Ловец снов. рассказы
- -
- 100%
- +
© Сергей Матросов, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Путешествие в междумирье
Поистине существует семь завес света и тьмы, скрывающих Господа. Если бы Он позволил поднять эти завесы, свет величия Его лика истребил бы, стёр с лица, земли всё живое.
Исламский хадис (предание)Так устроена физиология человека, что он вынужден ежедневно, ежесуточно повторять определённые, обыденные процедуры, не задумываясь над тем, почему это происходит, а главное кому это нужно. Ответ и так очевиден – так надо, так поступают все и, наконец, без этого жить просто невозможно. Невозможно не принимать ежедневно пищу, потому, что без оной мы невосполним свой энергобаланс и у нас не будет сил для нормальной человеческой деятельности. Невозможно не спать и не давать отдыха уставшему организму. Без сна человек может прожить всего лишь несколько суток, а потом умрёт. На первый взгляд элементарные вещи, к которым люди давно привыкли и в большинстве своём не обременяют себя вопросами: «Почему происходит всё именно так, а не иначе? Кому собственно это нужно и зачем? Что стоит за такой строгой дисциплиной?». Но ведь есть и те, кто спрашивает и пытается найти ответы на столь, казалось бы, обыденные и простые вопросы. Не всё так просто, господа, хотя это всего лишь моё личное мнение.
День, наполненный повседневной суетой, закончился как всегда быстро, от чего в голове образовалась некоторая суматоха из мыслей, обычная мышечная усталость и непреодолимое желание скорее лечь в постель и отключиться от реального мира, щёлкнув напоследок клавишей пластикового выключателя. Погасший свет обычной лампочки тут же переносит тебя из мира, наполненного вполне разумными житейскими законами, в мир нереальности, где эти законы совершенно не работают. Это мир изменённого сознания, в котором тебе предстоит провести некоторое время. Этот мир очень похож на квантовый. Именно этот мир называется страной чудес. При переходе в этот мир все жёсткие объекты теряют форму, расплываются и исчезают. Время в некотором смысле вообще отсутствует. Вернее, время не просто не существует, а оно теряет смысл потому, что отсутствуют причинно-следственные связи. Просчитать, когда произойдёт первая визуализация образов или, просто говоря, увидеть свой первый сон, не представляется возможным по той же причине. Вы хоть раз во сне пытались взглянуть на наручные часы и отметить, таким образом, его наступление или продолжительность? Вряд ли. Это не в наших силах. Как собственно не в наших силах изменить сам ход сна. Учёные говорят, что сны вызываются остаточными электростатическими полями, накопленными в нашем мозгу, и мы с вами видим результат так называемого скольжения по этим полям. Потому-то сами сны не связные, обрывочные и практически не запоминаются в результате стирания или исчезновения этих самых полей. Вполне возможно, но как тогда объяснить те устойчиво-цветные и вполне реальные сны, про которые говорят: «как наяву»? Более того, «скользя» по таким снам получаешь удовольствие от самого бытия. Память порой возвращает тебя в то время, когда ты был ещё совсем маленьким или, наоборот, показывает картинки из твоего будущего. О таких снах говорят, что они вещие. Объяснить это невозможно, говорит Наталья Бехтерева. Лучше не мудрить и сказать прямо, так как это никаким из современных научных способов объяснению не подлежит. Придётся предположить, что будущее дано нам заранее, что оно уже существует, и мы можем, хотя бы во сне, выйти в контакт то ли с высшим Разумом, то ли с Богом – с кем-то, кто владеет знанием об этом будущем.
Сны появляются неожиданно и так же неожиданно исчезают. Плаваю в размытых образах непонятного скопления каких-то людей, среди которых встречаются знакомые лица. Не то вечеринка, не то преддверие лекции в институте, который давно закончил. Ловлю себя на мысли, что невольно ищу взглядом свою жену, которой в то время не было и в мыслях. Твёрдо уверен в том, что она где-то здесь, но не вижу её среди присутствующих. Недолго думая, пускаюсь на её поиски по нескончаемым коридорам и аудиториям. Пустые комнаты вырастают в отдельные дома, а коридоры превращаются в непреодолимые овраги и насыпи. С риском для жизни преодолеваю отвесную площадку перед аккуратным тротуаром и понимаю, что эта площадка попадается на моём пути каждый раз, когда я ищу супругу и даже уже знаю с какой стороны мне лучше эту площадку обходить. Вспоминаю место, где моя жена может находиться в этот момент и со всех сил бегу в нужном направлении. В итоге – разочарование. Мне говорят, что она была, но недавно ушла, но куда не сказала. В глубине души поднимается неконтролируемая ревность, чего в обычной жизни со мной не происходит. Когда наступает предел возбуждению, оказываюсь в незнакомом месте. Ночь. Вокруг сплошная тьма и не понятно где я нахожусь. Нужно выбираться на свет, который неизвестно где, а утро наступит не скоро. Бреду не понятно куда. Нужно найти свой дом до рассвета, а как это сделать не знаю. Желание света становится нестерпимым. Останавливаться нельзя, иначе опять окажусь там, откуда начал путь. Направлений много: вперёд, назад, вверх и вниз. Все пути открыты, а я толи на перекрёстке, то ли на распутье. Не хватает только придорожного камня с надписями – «прямо пойдёшь – жизнь потеряешь, направо пойдёшь – коня потеряешь» и тому подобное. Одним словом выбор не большой. Недолго поразмыслив, иду напрямки без особой уверенности, что попаду именно туда, куда надо. Утоптанная чьими то ногами тропинка, быстро расширяясь, превращается в широкую автостраду, выложенную тротуарной плиткой. Неожиданно начинает рассветать. Становится светлее и я замечаю, что моя обустроенная дорога упирается в высокую кованную ограду, которая своими крыльями разлетается в стороны и теряется в предутренней дымке. На душе становится легко и радостно – я дома. Высокие ворота открываются, когда я касаюсь их рукой, и передо мной открывается красивейший парк из сотен различных деревьев и кустарников. Разноцветные цветы будто кивают мне навстречу своими головками, радуясь долгожданной встрече. Странно, но в этом месте я нахожусь впервые, а чувство такое, будто попал к себе домой. Дальше – больше. Раздвинув руками широкие листья неизвестной мне пальмы, выхожу на открытое пространство. Многочисленные, разбросанные, казалось бы в беспорядке клумбы с удивительными цветами, заканчиваются высоким домом в стиле английских замков, выложенным белым камнем. Это мой дом и я тут живу. Чуть поодаль, прячась в тени деревьев, располагаются ещё несколько домиков. Небольших, но с интересной архитектурой. Вхожу в свой замок и сразу попадаю в широкую гостиную с мраморными полами, колоннами и различной лепниной. Меня никто не встречает, да и кому встречать? Появляется мысль, что моя жена уже дома и, наверняка, спит в своей комнате. Осматриваю ещё раз широкую лестницу с купидонами, уносящуюся на следующий этаж, улыбаюсь и начинаю подниматься. С каждой ступенью мне становиться всё радостней. Я чувствую себя абсолютно счастливым человеком. У меня есть всё, что мог бы только пожелать. Мне не нужно никуда спешить и куда-то бежать, чтобы чего-то или кого-то найти. Всё и все дома. Мне легко, свободно и радостно. Неожиданно мираж, сотканный из удивительных садов и белых замков, исчезает, а я, будто бы просыпаясь, нахожусь в каком-то подвешенном состоянии между небом и землёй. Ощущение такое будто я проснулся, и нахожусь в обычном своём мире, лежу в своей постели с закрытыми глазами, но чувство увиденной мной сказки не исчезает. Пытаюсь трезво проанализировать увиденное, и сделать из всего этого определённые выводы. Тут и начинается самое удивительное. Мои мысли принимают вид чего-то плотного и осязаемого. Ощущение такое, будто я нахожусь в толпе людей, беспорядочно снующих в разных направлениях. Они мне не мешают. Мне даже приятно находится среди этого людского водоворота и быть его частью. Я чувствую, что окончательно проснулся и обрёл контроль над своим телом – могу пошевелить рукой и ногой. Могу повернуться набок, но мне этого не хочется. Я лежу на спине и смотрю закрытыми глазами в темноту. Я точно знаю, чего хочу и ищу ответы на свои вопросы в этой темноте. Мысли легки и быстры. Такое ощущение, будто я знаю ответы на все вопросы. Все ответы передо мной. Только протяни руку, и ты обязательно их увидишь или услышишь. Кто-то неведомый шепчет мне в ухо подсказки, и мои мысли выстраиваются в строгий порядок, будто по ранжиру. Мысль действительно материальна. Я её вижу и ощущаю. С ней можно играть, складывая её словно детские кубики или собирать как отдельный предмет мудрёного конструктора. В такие игры можно играть бесконечно и получать от этого неземное удовольствие. Но в нашем мире всё когда-то заканчивается, потому, что всему приходит своё время. Кто запускает эти часы в столь нежелательный для тебя момент? Кто его контролирует и является главным распорядителем земных измерений? С закрытыми глазами вижу, как моя кошка Поля тихо подходит и прыгает мне на грудь. Своими лапками она начинает свой утренний массаж моей груди, осторожно выпуская острые коготки. Она первая почувствовала, что я проснулся окончательно, но уверен в том, что не она является главным его распорядителем. Рядом лежит под одеялом моя пропавшая ночью жена и будто ни в чём не бывало, тихонько досматривает свои сны. Интересно, хоть краешком глаза взглянуть на то, что она видит по ту сторону реального мира. В следующий раз обязательно узнаю о тех мирах, что находятся в других измерениях. Пока я знаю, что по теории Струн у Вселенной есть девять пространственных измерений и одно из них временное. Можно предположить, что в начале все измерения были переплетены, а после большого Взрыва выделились в три известных нам измерения: Высота, Ширина, Глубина, а так же временное измерение, известное нам, как Время. Остальные шесть остались в зачаточном и перекрученном состоянии. Сразу возникает вопрос – если мы живём в мире перекрученных измерений, то, как мы отличаем иллюзии от реальностей? Мы привыкли, что Время движется в одном направлении и что если одно из шести перекрученных измерений не пространственное, а то же временное? Сейчас просто необходимо опять вернуться к Большому Взрыву. Что было до него? А ничего и не было. Не было никакого «до». Просто ничего не существовало и не существовало самого времени. Рождение времени – результат расширения Вселенной. Опять возникает вопрос – что будет, когда Вселенная перестанет расширяться? Движение пойдёт в обратную сторону? Какой тогда будет природа Времени? К счастью или несчастью, это предстоит понять лишь в очень далёком будущем. Может спросить у того, кто уже наперёд знает, что произойдёт? В ответ тишина. Оно и понятно, что «технический контакт» человека с Богом мягко говоря затруднён несогласованностью времени человека и времени Бога. Мы живём во времени, а для Бога – времени не существует. А что если попробовать для восприятия РЕАЛЬНОСТИ выйти из времени туда, где его нет – в ВЕЧНОЕ НАСТОЯЩЕЕ? Опять ныряем в спасительную среду – квантовый мир. Увы – в этом мире, так же как и в нашем, существует завеса, отделяющая нас от истинной реальности. Как бы мы ни старались убрать эту завесу – она является слишком грозной для человека и его разума, чтобы с ней можно было соприкасаться непосредственно. Всему виной аннигиляция. Защиты от неё даже теоретической, к сожалению, мы не знаем.
Неожиданно получаю лёгкий толчок локтем в бок и слышу знакомый до боли голос:
– Пора вставать. Будильник уже два раза звонил, а ты спишь как медведь.
Открываю глаза, и взгляд тут же упирается в настенные часы напротив. Шесть тридцать три. Действительно пора.
– Давай ты первая, а ещё немного поваляюсь.
Ловец снов
1
Наскоро приняв душ, Виктор вытерся мягким махровым полотенцем и укутавшись в слегка великоватый ему халат, вышел из ванной. Первый этап обязательного ритуала, а теперь ещё и эксперимента, был завершён. Следующим и самым приятным из всех намеченных действий был лёгкий ужин. Именно лёгкий, и именно ужин. Не контролируемое поглощение пищи, а другими словами сметание пищи со стола в течение пяти минут, не отрывая глаз от телевизора, штатным психологом было напрочь отвергнуто, как вредное для здоровья животное чревоугодие. Тут же было констатировано, что пища должна иметь минимум калорий и объёма. Быть приятной на вкус и вызывать яркие ощущения. После её приёма должно оставаться лёгкое чувство голода без косых взглядов на холодильник. Самым желанным и ласкающим душу в этом перечне правил было вино. Красное сухое. Желательно известных брендов, но не в тетрапаках. Не более одного бокала. Когда штатный психолог произнёс эту фразу, то во рту у Виктора сразу же появилась неприятная горечь. Реки терпкого вина, представленные его воображением, тут же пересохли, оставив в жаркой пустыне смирения лишь маленький оазис с лужицей прекрасного напитка. Где-то в глубине души Виктор махнул на это рукой, понимая, что вино не сама цель, а всего лишь средство для достижения поставленной цели. Есть не хотелось, хотя за целый день бесконечной беготни удалось сжевать один, но зато ещё тёплый пирожок с картошкой, стрельнуть у Гарика пару печений из початой пачки с надписью «Юбилейное», да выпить пару чашек чаю. Никакая пища просто не лезла в рот после разноса у Палканыча. Полковник Моськин Игорь Павлович – начальник районного ОВД города Таганска бил кулаком по столу с такой силой, что в противоположном крыле здания народ обрадовался тому, что наконец-таки начался долгожданный ремонт помещений, которого ждали уже пятый год.
– Шилов, твою мать!
Вообще-то фамилия у Виктора была Шипов, но коллеги по отделу после просмотра очередного сериала «Ментовские войны» сразу прилепили к нему прозвище по фамилии главного героя сериала. Новая фамилия прилипла сразу и навсегда. Через какое-то время его уже официально и без шуток все звали не иначе, как Шилов, хотя расписываться приходилось по своей первой фамилии, прописанной в удостоверении. Вдобавок ко всему его высокая сухощавая фигура и лёгкая горбинка на носу издали делали его внешне похожим на известного киноактёра.
– У тебя четвёртый висяк за месяц, а ты не чешешься! – Полканыч изрыгал пламя, вращая выпученными глазами. – Почему до сих пор нет плана мероприятий? У тебя вообще версии, какие нибудь есть на этот счёт?
Виктор топтался у двери начальника, пытаясь вставить хоть одно слово.
– Товарищ полковник…
– Ни хрена у тебя нет! Как думаешь ловить преступника, если ты даже приблизительно не знаешь, кто он и каковы были его мотивы?!
– Мы ищем…
– Вчерашний день ты Шилов ищешь! Где улики? – Массивное тело приподнялось над столом. – Я даже не вижу видимости работы! Все приклеились к стульям и что-то все пишут, а кто убийц ловить будет?!
– Мы работаем…
– Ни хрена вы не работаете! Вы даже видимость оной создать не можете, что бы я поверил! Смотри Шилов, у тебя две недели сроку на это дело! Не раскрутите – не взыщи! Переведу на хрен в ППэСники весь отдел! Слава богу, что желающих работать после реорганизации хоть отбавляй. Иди и помни, что у тебя всего две недели!
Виктор вышел из кабинета Полканыча в отвратительном состоянии. Собственно и обижаться на его нагоняй не стоило. В основном полковник был прав. Если дело не раскрыто – грош тебе цена, как начальнику подразделения.
После шумного разноса у Палканыча, его просторный кабинет, где располагался весь убойный отдел в составе четырёх оперов, показался тихой гаванью для разбитых кораблей. Действительно все что-то сосредоточенно писали, уткнувшись лбами в исписанные листки бумаг. Такого рвения к бумажным делам своих сотрудников Виктор не замечал давно. Обычно бумажная запарка начиналась ближе к Новому году и продолжалась не более двух дней и то, если не случалось чего-нибудь неординарного, в смысле очередного душегубства. Это могло означать только одно – дела всего отдела зашли в плотный тупик. Усевшись за свой стол в углу кабинета, Виктор ещё раз окинул взглядом пишущее царство и откинулся на спинку своего расшатанного стула. Он прекрасно понимал, что сейчас всё зависело только от него и от него ждали конкретных указаний, что бы тут же кинуться по следу убийцы.
Дело действительно было не простым. Два дня назад, прямо с утра они выехали всем отделом в адрес, где, по словам дежурного, было совершено убийство женщины. Труп обнаружила соседка. Отворив подозрительно не запертую дверь слева от своей квартиры, та увидела лежащую на полу в прихожей Пушкарёву Наталью Владимировну. Наталья Владимировна лежала в луже собственной крови и не подавала признаков жизни. Соседка тут же позвонила в милицию и сообщила о происшествии. Никаких следов взлома и ограбления квартиры обнаружено не было. Да и кто мог ограбить женщину, которая находилась на попечении сразу трёх авторитетных воров! Красавица Пушкарёва Наталья Владимировна, 30 лет от роду, а в миру – просто Натали, по жизни была тихой и скромной. Свои связи на показ не выставляла, потому что была умной и практичной женщиной. Детей бог не дал, потому, наверное, и взяла опеку над криминальными личностями, преследуя благие намерения их перевоспитать и направить по пути истинному. Это ей, однако, не мешало ложиться в кровать со своими подопечными по только одной ей известному графику. Знали ли её любовники о своём расписании и если да, то, как к этому относились? Если предположить, что если убийство было совершено на почве ревности, то тогда всплывал естественный вопрос – ревности кого из трёх? Это был даже не классический любовный треугольник. Это был уже садомский четырёхугольник!
На месте происшествия не было обнаружено никаких следов в виде отпечатков рук и ног, а так же отсутствовало само орудие убийства в виде узкого и длинного ножа, предположительно старого образца – «финки». Собственно сама рана, нанесённая профессионально в область сердца, наводила на мысль, что убийцей Натали вполне мог быть кто-то один из её трёх любовников. Или двух, а может быть и всех трёх. Двое держали, а третий воткнул ей нож прямо в сердце за измену.
Прокручивая в голове всевозможные мотивы убийства, Виктор то и дело возвращался к одной и той же. Убийство на почве ревности. И кто тогда у нас такой ревнивый? Сведения, собранные о постояльцах убитой, ничего нового в дело не внесли, только ещё больше его запутали. Кривоев Артур Хасанович, он же Кривой. 1973 года рождения. Вор рецидивист. Последняя статья, по которой отбывал срок – кража в универсаме. При задержании сопротивления не оказал и принял приговор суда, как должное, с улыбкой на лице. Освободился год назад.
Сидоренко Алексей Петрович, он же Сидор. 1969 года рождения. Вор рецидивист, карманник. Резал сумки в общественном транспорте, за что и был задержан последний раз самим пострадавшим. Заметив, что барсетку наглым образом вскрывают в полном троллейбусе, нерастерявшийся в прошлом мастер спорта по боксу, просто вырубил наглеца одним ударом и сам приволок его в отделение, в компании нескольких свидетелей. Освободился полгода назад.
И, наконец, Шляпников Валерий Григорьевич по кличке Медведь. 1965 года рождения. Ростом под два метра и шириной плеч – полтора. Бывший борец. Кулак размером с голову 54-го размера. Тихий и застенчивый медвежатник. Любой замок вскрывал за считанные секунды. В компании домушников, чистивших дорогие квартиры и дома, пользовался непререкаемым авторитетом. Освободился из мест заключения пять лет назад и больше не привлекался.
По горячим следам Шилов дал указание всех троих задержать до выяснения. Задержали только в хлам пьяного Медведя. По его словам, накануне отмечали именины кореша, которые переросли в массовую попойку на несколько дней. Узнав о смерти Натали, он неподдельно расстроился и грозился поотрывать всем головы, но кому конкретно не сообщил. Такие же ещё не протрезвевшие свидетели именин, на вопрос был ли с вами Медведь, дружно кивали головами и что-то нечленораздельно мычали. В таком состоянии они могли подтвердить всё, что угодно, вплоть до организации всемирного потопа. Медведя пришлось освободить, взяв подписку о невыезде. Кривого в городе вообще не оказалось, а Сидора никто не видел уже с месяц. Поговаривали, что он завязал и уехал куда-то в Сибирь мыть золото. Естественно, что верить таким сведениям было нельзя, но другой информации у Виктора не было.
Подумать о том, что к убийству причастен кто-то другой, мысли приходили, но он отметал их, как несостоятельные. Весь криминальный мир города, так или иначе, знал о связях Натали с этими тремя авторитетами, и покуситься на святое никому бы в голову не пришло. Все прекрасно понимали последствие такой расправы. Да и позариться на святое даже из чувства мести к кому-то одному из троицы было не в чести и считалось западлом. Если принять во внимание ещё и то, что никто из троих никогда не носил и не пользовался ножом, как оружием, то дело совсем становилось кислым. Внутреннее чутьё подсказывало Виктору, что времена меняются, и кто-то из подозреваемых всё же взялся за нож. На это, конечно должны быть веские аргументы. Но чем, как говорится, чёрт не шутит? Остаётся одно – найти орудие преступления. Если предположить, что при себе нож, да ещё и палёный, никто из них носить не будет, то значит, этот нож куда-то сбросили. Остаётся выяснить куда?
Виктор обвёл взглядом пишущую братию и сказал:
– Ну, что молчите, сыскари? Мозги совсем размякли? У кого какие предложения по последнему случаю?
Сыскари нехотя отрывались от бумаг и начинали смотреть в потолок, будто там, на сером фоне, когда-то белоснежной побелки был написан ответ на его вопрос.
– Нужно искать Кривого с Сидором. – Старший лейтенант Григорьев подал голос из-за своего стола. – Наверняка они где-то здесь. Найти и прижать, как следует. Расколятся как миленькие.
Виктор кивнул головой в знак согласия.
– Правильно Володя мыслишь. Вот ты этим и займёшься.
Григорьев, было, возмутился, разведя руки в стороны и обращая внимание шефа на ворох бумаг у себя на столе, но вздохнул, принимая это как данное, начал собираться в дорогу.
Остальные смотрели на него, как на жертву перед закланием и молчали, будто набрали в рот воды. Вот так вот. Инициатива наказуема исполнением.
– У остальных, я смотрю мозги просто девственной чистоты.
Из-за монитора компьютера показались очки Толика Власова.
– И чего ты сегодня такой злой, Шилов? Что мы тебе такого сделали?
– Лучше бы вы что-то сделали мне! Полканыч дал неделю сроку, что бы раскрыть все висяки. По истечении этого срока все дружно строем пойдём в народное хозяйство. Если конечно не успеем собраться, поднатужиться и выдать ему на гора всех преступников.
Виктор намеренно сократил сроки, чтобы свести раскачивание до минимума, но это было излишним. После намеченной Полканычем перспективы оказаться в болоте народного хозяйства, ни у кого не вызвало энтузиазма. Зная нрав своего непосредственного начальника, народ стал оживать на глазах.
– Нужно ещё раз обойти весь подъезд и опросить всех жильцов с пристрастием. – Вторым взял инициативу лейтенант Пирогов. – Наверняка кто-то что-то видел или слышал. Боятся соседи этих уголовников, вот и молчат.
– Созвонись только с участковым. Один не суйся.
– Понял.
Радостный Вадик Пирогов, схватил со стола пачку сигарет и выскочил из кабинета.
– Ну вот, другое дело. А то взяли моду – чуть что, так носом в бумаги. – Виктор оглядел оставшихся. – Ну, а вы, голуби? Чего молчим, как партизаны? Я жду от вас инициативы. Время давно пошло.
– Я уже час пробиваю вокзалы, на предмет покупки билета Криволаповым и Сидоренко. – Толик так и не показался из-за монитора. – Но пока пусто.
– Нужно самому съездить на авто и ЖД вокзал. Могли купить билеты с рук или на подставу. Может, кто из кассирш их запомнил.
Виктор сказал это бесцветным голосом и уставился в окно.
– Ну не верю я, что они выехали из города. Не верю и всё. – Медленно переведя взгляд от окна к Вадику, он добавил: – Вот это ты мне и докажешь.
– Слушаюсь, мой генерал!
«Генерал» поднялся из-за стола и подошёл к последнему ещё не задействованному оперативнику.
– Ну, чего думаешь ты, голова. Ты из нас самый умный и опытный.
Капитан Сорокин, которого обозвали головой, не сводил глаз с листа бумаги, лежащим перед ним.
– А ты вот, посмотри сюда. – Сорокин отодвинул исчерченный лист на край стола. – Видишь эти цифры?
– Ну и что они обозначают?
– Я выписал их из блокнота Пушкарёвой.
– Интересно. Ну, и…
– Самое интересное, что все цифры написаны разными цветами. Одни – синим. Другие – красным. Третьи – вообще простым карандашом.
– Ну и что?
– Смею предположить, что это время посещения Пушкарёвой её любовниками. Чтобы не сбиться, она раскрашивала даты и время разными чернилами. Красный, к примеру, принадлежит Кривому, синий – Медведю, а карандаш – Сидору.