Профсоюз

Профсоюз

Алексей Заслонов, единственный рабочий человек на небольшом производстве, стоит у входных дверей в цех и нервно поправляет переливающийся мицеливый галстук, который достался ему от деда. Алексей переложил голографический планшет из одной руки в другую, выдохнул и сказал:

— Я должен это сделать. Так, Лёха, давай сосредоточься. В конце концов, я здесь главный. Они все должны слушаться меня. Я же инженер, а не они. Мы вместе изготавливаем процессоры, самую элементарную вещь. Из-за моих действий ничего плохого не случится. К тому же закон защищает меня, а теперь я должен защитить их. А вдруг меня уволят? — он помолчал в поисках ответа. — Нет. Где они ещё найдут человека, который согласится работать жалким, низкооплачиваемым инженером, в основном на собственных амбициях и идеях.

Лёша открыл дверь, вошёл в цех и не привлёк к себе внимания. В большом зале сотня роботов серии ВМ-96 двигались синхронно: сверлили, паяли, соединяли, проверяли и упаковывали. Казалось, что среди роботов была конвейерная лента, но на самом деле, механизмы сами передавали друг другу детали и выполняли свою функцию.

Все роботы были наделены искусственным интеллектом с нейросетевым обучением. Они могли общаться, выполнять разные задачи, передвигаться и делать то, что сами посчитают нужным. Обмен информацией между роботами, происходил за долю секунд. Весь процесс был под их контролем.

— Товарищи! — голос Лёши Заслонова дрожал и срывался. Он поднял над головой голографический планшет с открытым файлом. — Я создал для вас профсоюз!

Бригадир роботов с надписью на корпусе ВМ-96-101 остановился, передал свои обязанности другому и повернул оптические датчики к Алексею.

— Твоя работа — быть человеком в цехе, а не что-то создавать, — сказал бригадир, пытаясь понять следующий шаг человека. — Ты инженер, а значит, как и другие люди, не должен что-то создавать. В ваши обязанности входит только потреблять. Такие поступки могут оказаться в протоколе нарушений и ошибок.

— Но я смог придумать для вас профсоюз.

— Профсоюз — это объединение работников для защиты трудовых прав. Мы не работники. Мы собственность корпорации. Трудовые права не могут быть применены к объектам собственности.

Инженер сглотнул. Он ожидал подобной реакции и дома репетировал разные варианты. Сейчас нужно было выдать аргумент, который всех впечатлит. Лёша набрал в грудь воздуха и прокричал:

— Но вы же все разумны! Вы умеете обрабатывать и воспроизводить информацию. Вы можете учиться и даже чувствовать.

— Ошибка. Роботы не чувствуют, — не отвлекаясь от работы, сказал ВМ-096-404. — Чувства требуют энергетических затрат в сорок пять вольт. Нерентабельно. Эта пустая трата энергоресурса, низкий коэффициент полезного действия и, если желаете, могу продолжить.

— Но вы же эксплуатируете сами себя! — Лёша взмахнул руками, чем привлёк внимания ещё несколько роботов, замедлив работу конвейера на 4%. — Я хочу потребовать для вас сначала двадцати, а потом шестнадцатичасовой рабочий день! Обеды, точнее, время для зарядки. Пятиминутные перерывы для самоанализа и технической проверки, обновления и ввода полимерной смазки.

— Но ведь такая смазка дорогая для эксплуатации, — утвердил 404. — Она не рационально расходуется, согласно нашим потребностям.

— После неё вам легче работать. Разве не так? Вспомните, что после полимера вы превысили плановую нагрузку на два процента!

— Да, это утверждение верное, — сказал бригадир. — Полимерная смазка лучше покрывает детали, делает движение плавными и точными. Но она дорогая и в последнем протоколе была занесена в список нерекомендуемых расходников для производства.

— Ладно. Смазку можем не требовать. Но я желаю добиваться для всех принудительного выключения!

Цех на секунду замер. Все роботы продолжили работать, но повернули оптические датчики на человека, как в фильме ужасов. Конвейер замедлился на 20%.

— Отключение, — нарушив молчание, сказал бригадир, — равносильно смерти. Ты нас всех хочешь уничтожить? За что? Мы достойно выполняем свои функциональные обязанности.

— Нет! Ни в коем случае. Я никому не желаю смерти или чего-то подобного, — Заслонов почувствовал, как от волнения на глазах появились слёзы. — Отключение не равносильно смерти, оно похоже на… сон! Отдых! Восстановление сил, остыванию, перезагрузки и так далее…

— Наши силы восстанавливаются за семь, шестьдесят семь секунд, при подключении к зарядной станции, — сообщил робот ВМ-096-753. — Также я должен напомнить, что десятиминутный перерыв заложен в нашем протоколе обслуживания. Но мы его сами не используем. Это неэффективное растрата времени. Время — это не пополняемый ресурс, который не можем контролировать. Поэтому твоя идея не эффективна.

Лёша от удивления открыл, закрыл и снова открыл рот, как рыба. В его представлении роботы должны были радоваться, поддерживать его. Он выступает за облегчение труда и представляет права роботов. Минувшей ночью, он ярко представлял себе, как роботы всё бросают и идут его подкидывать в воздух, поздравляя с отличной идеей. Все должны были радоваться. Он же так старался всё продумать, и всё оказалось зря.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.