Нереалия. Битва за Смоленск

Глава третья. Неприятный сюрприз

Выйдя из ратуши, я с удовольствием втянул ноздрями воздух, решив про себя, что его запах будет свежим и приятным, с лёгким ароматом цветущей сирени. Не знаю, почему именно сирени – но кибер-остео услужливо выудил из моей памяти соответствующий запах и дал мне возможность вволю им насладиться. Вирт-костюм на такое не способен.

Доброжелательно подмигнув стражнику у входа в пристройку, я направился к расположенному неподалёку скверику, с заманчивыми скамеечками и густой тенью от многочисленных деревьев. Несколько широких дорожек разбегались от площади в разные концы сквера. Какая из них ведёт к казарме? Надо у кого-нибудь спросить. Метрах в ста с небольшим от меня, по той дорожке, что вела в сторону особняка с черепичной крышей, неторопливо прогуливался добротно одетый мужчина. Ни доспехов, ни кольчуги на нём не было, зато тёмно-зелёный камзол сидел, как влитой. Под заказ, наверное, шил. Идёт с важностью вельможи, заложив руки за спину. Скорее всего, какой-нибудь чиновник из ратуши. Любят чиновники из себя важных людей строить. А насчёт сквера вполне могу его понять. Сам обожаю такие уголки для отдыха. Если бы мне не нужно было торопиться в казарму, где я надеялся познакомиться с коллегами-сослуживцами и задать им как можно больше вопросов о Нереалии в целом и о Смоленске в частности, – я бы с удовольствием купил кружечку пива в киоске в честь поступления на службу. Однако сейчас меня, в первую очередь, интересовала небольшая группка стоящих кружком в тени крупного дуба горожан, у которых можно было узнать дорогу. Двое мужчин склонили головы к верзиле, повыше и покрупнее остальных, и внимательно его слушали.

– Добрый день, не подскажете, как пройти в казарму? – вежливо спросил я.

Горожане резко обернулись, ощупали меня холодными враждебными взглядами.

– Ты чё нарываешься, мужик? – спросил один из них. – Гуляй лесом.

– Да я первый день в игре, не знаю тут ничего! – возмутился я.

Краем глаза заметил, как давешний вельможа резко изменил направление движения и теперь быстро удалялся. С чего бы это?

– Первый день, говоришь? – с какой-то странной улыбкой спросил верзила, поправляя повязанный на шее тёмный платок.

Потом он несильно ткнул соседа кулаком в бок, показал глазами куда-то мне за спину. Тот немедленно направился быстрым шагом туда, откуда я только что пришёл: к выходу из сквера, ведущему к ратуше. Пожалуй, не следовало мне сюда соваться. Но хорошая мысля, как известно, приходит опосля.

– Ладно, мужики, – хмуро сказал я. – Бывайте.

Мужчины переглянулись, и верзила широко улыбнулся:

– Да я тебе сейчас покажу, как к казарме пройти, – он поднял руку, указывая на противоположный выход из сквера и одновременно загораживая мне путь. – Идёшь прямо, потом свернёшь направо. Потом ещё один квартал прямо и сразу налево. Там и будет казарма.

Я невольно следил за движениями его руки, и потому упустил момент, когда его товарищ зашёл мне за спину. Зато сразу почувствовал резкую боль, когда он молниеносно обвил рукой мою шею, а затем усилил захват.

– Не дёргайся, парень, – послышалось у меня возле уха. – Больнее будет.

Кровь ударила мне в виски, а сердце буквально подпрыгнуло в грудной клетке и мощно забилось. Вот что делает прилив адреналина. Даже виртуального. Как можно быть таким ослом? И вроде стреляный же ведь воробей! Наверное, это общая умиротворённая картина провинциального города усыпила мою бдительность. Но теперь трепыхаться уже поздно. Или не поздно? Один подельник, наверняка, «на шухере» стоит. Всё же городская стража в двух шагах. Значит, остаются двое. Правда, один из них здоровенный амбал. Ну да ладно, шансы по-любому имеются. Главное, без нервов.

– Медленно расстегни пояс с кинжалом и брось его на землю, – скомандовал главарь.

– Мужики, вы чего? – с трудом прохрипел я.

– Ты слышал, что тебе старший сказал? – грубо сказал тот, что был у меня за спиной. – Шевелись, гнида! Не надейся, не обнулим, и самому обнулиться не дадим.

– Это как, обнулиться? – спросил я, непонимающе хлопая глазами. Пусть думают, что перед ними тупой и медлительный увалень. А я, тем временем, хорошенько рассмотрю главаря – авось, в будущем пригодится.

Так. Выше меня примерно на голову. Намного шире в плечах. Одет в тёмные штаны и такого же цвета жилетку поверх светлой льняной рубахи. Под фермера косит. Волосы тёмные, коротко стриженые. На вид что-то около сорока лет. На лице особых примет не видно. Мужик, как мужик. Глаза только – холодные и злые.

– Ты пойдёшь с нами и расскажешь, кто тебя послал. Пояс. Быстро!

Я счёл за лучшее не спорить и на ощупь расстегнул пряжку. Ремень упал на землю. Кинжал при этом грустно звякнул.

– Молодец, – похвалил верзила. – Теперь доставай всё из карманов. Быстро.

Ничего не понимая, я послушно вынул из кармана пару носков и сложенные купюры.

– Из второго кармана тоже.

Я послушно вывернул карман наружу. Ещё пара носков упала на землю. Спокойно. Самое главное – уловить момент, когда они расслабятся.

– Бросай всё на землю, – скомандовал главарь.

Я замялся, как бы не желая расставаться с деньгами, а потом изо всех сил двинул локтями назад. Бандит за спиной вскрикнул и ослабил хватку на шее, чем я немедленно и воспользовался, крутанув его вокруг себя. Он не расцепил руки, но уже потерял контроль над ситуацией, так что лягнуть его в коленную чашечку было плёвым делом. Бандит вскрикнул и, наконец, отпустил мою шею.

Правда, радовался я недолго: главарь залепил мне роскошный хук слева. Я отшатнулся, а из глаз у меня, образно говоря, посыпались искры. Он замахнулся снова, но я сделал полшага в сторону, подхватил его руку и помог её полёту, что было силы рванув в ту же сторону. Главарь не удержал равновесия и, коротко ругнувшись, сделал несколько шагов вперёд. Крутанувшись на носках, я с силой ударил его сложенными ладонями по тыльной стороне шеи. Ощущение было такое, как будто по бетонной стене ударил. Все подсказки я отключил ещё до входа в игру, так что понятия не имел, какая у нас разница в уровнях силы и телосложения. Ясно, что большая. Не стоит увлекаться, удача – дама капризная. Так что я просто придал верзиле дополнительное ускорение, хорошенько пнув чуть пониже спины. Бандит споткнулся и всем своим весом налетел на изумлённого товарища. Тем временем я проворно схватил с земли пояс и вытащил клинок, оценивая обстановку. От входа в сквер к нам бегом возвращался третий подельник. В руке у него поблёскивало оружие. Что ж, этот раунд остался за мной, так как они меня явно недооценили – но продолжать нашу милую беседу мне как-то не хотелось.

Не теряя времени, я со всех ног бросился к противоположному выходу из сквера, очень надеясь, что мне в спину не полетит чей-нибудь кинжал. Всегда считал, что драки нужно по возможности избегать, особенно, когда ты в меньшинстве, а продолжать драку, в сущности, не из-за чего. За спиной раздался взбешённый рык главаря:

– Догнать!

Ну, а остальное было нецензурно. Я улыбнулся, представив, в какой он сейчас ярости и прибавил ходу. За спиной слышались топающие шаги преследователей. Судя по звуку, их было двое. Главарь, вероятно, остался в сквере приходить в себя. А может, собирать брошенные мной на месте драки деньги. Хотя врядли ему нужны эти копейки. Он же не просто так в сквере возле ратуши околачивался, наверняка остался дела завершить. В любом случае, хорошо, что на хвосте лишь двое. Очень удачно всё получилось, учитывая обстоятельства. Вот и переулок – скорее сюда.

Добежав до угла, я быстро осмотрелся, увидел дверной проём и быстро нырнул в него, прижавшись к прохладной стене подъезда. Через несколько мгновений мимо, натужно дыша, пронеслись двое громил. Прекрасно. Я подождал минутку и осторожно выглянул из своего укрытия. Поблизости никого не было. Тогда я перебежал улицу, посмотрел туда, куда унеслись преследователи и быстрым шагом пошёл в другую сторону.

Так закончилось моё первое приключение в игре. Если не считать небольшого инцидента в кузнице, конечно. Учитывая, что я прибыл всего пару часов назад, всё говорило о том, что жизнь в Смоленском княжестве скучной никак не будет. Чего мне, в принципе, и хотелось. Однако, не мешало бы узнать об игре побольше. В моих сведениях о ней явно были существенные пробелы, а значит, мне следовало как можно быстрее добраться до казармы и расспросить коллег. Надеюсь, они будут дружелюбнее, чем встреченные громилы. Кстати, а что они всё-таки делали рядом со смоленской ратушей? Ведь это, должно быть, самое охраняемое место в городе. Зачем так рисковать? А может, им передать надо было что-то тому вельможе? Или, наоборот, принять что-то от него? Запишем пока в загадки. Что-то список вопросов и загадок пока только растёт.

На сей раз я добрался до казармы без происшествий. Прохожие показали мне направление, а потом уж спутать серое казённое здание казармы нельзя было ни с чем. Не понимаю, почему все казармы так похожи, во все времена и во всех странах. По крайней мере, в виртуале. Как будто все они созданы по какому-то единому образцу-прототипу, который занесён был на Землю космическим ветром задолго до появления здесь человека. Впрочем, это касается не только казарм – то же самое можно сказать и о других казённых строениях. Взять хоть ту же ратушу с её коридорами. А может, у нас просто не хватает фантазии как-то разнообразить архитектуру подобных заведений? Или, наоборот, мы умышленно эту фантазию сдерживаем, дабы всяк сюда входящему было ясно – здесь свершаются государственные дела и он тут лишь винтик, для которого место будет найдено в соответствии с государевой потребностью, без учёта мнения самого винтика?

Предъявленный мною «пропуск» полностью удовлетворил пожилого стражника на контрольно-пропускном пункте (ну как ещё назвать проходную комнатку перед входной дверью в здание?), и он лениво сообщил:

– Дружинникам на второй этаж.

– Спасибо, дядя, – вежливо поблагодарил я, смирившись с тем, что в моей речи с лёгкой руки деда Тимофея будут регулярно проскакивать анахронизмы.

Пройдя по длинному коридору до самого конца (слева и справа в приоткрытые двери виднелись комнатки с двухъярусными койками), я нашёл лестницу, поднялся по ней и, недолго думая, зашёл в первую же попавшуюся дверь. Вопреки моим ожиданиям, это была вовсе не жилая комната. К моему удивлению, я оказался в настоящей душевой, она же ванная, она же уборная. Это было уже чем-то запредельным – в «Рыцарях Средневековья» все удобства сводились к кустам, максимум, деревянным кабинкам, нерегулярно расставленным лишь в замках и крепостях. А тут такая роскошь! Я подошёл к стеночке с торчащими над головой лейками, легонько повернул ручку на стене. Сверху на макушку немедленно брызнула струйка воды. Для чистоплотных людей – это наслаждение! Представляю, с каким удовольствием здесь порой стоят под струями воды стражники, то есть, дружинники, после утомительного похода или сражения. Если ты любишь что-то в реале – ты будешь любить это и в виртуале. И даже ещё больше. Я закрутил кран и приоткрыл одну из туалетных кабинок. Внутри стоял вполне удобный стульчик, с высокой спинкой и подлокотниками. Просто шик!

Я с удовольствием уселся на этот стульчик, прикрыв за собой дверь. Затем прислонился к спинке, положил руки на подлокотники и мысленно приказал кибер-остео вернуть меня из виртуальности в обычный мир. Снял с шеи аппаратик, встал с кресла. От души потянулся, зевнул – и направился в ванную.

Когда-то, в самом начале своей игровой «карьеры», я не понимал, зачем вообще в виртуале имитируют удобства. Непосредственной необходимости в них у виртуального персонажа нет. Зато у реального человека есть. А как иначе решить эту маленькую физиологическую проблемку? В игре мы проводим, порой, по многу часов подряд. Наше тело в это время лежит дома, в кресле, или в постели, кому как нравится. Лёгкие дышат, сердце стучит, почки работают. Соответственно, рано или поздно мочевой пузырь наполняется, и нам – настоящим – непременно нужно его освободить. Желательно, цивилизованным способом. А вот чтобы этот способ гарантировать, умные создатели игр и стараются, в меру своей фантазии и бюджета, организовать для игровых персонажей – под видом туалетных кабинок – своеобразные «комнатки отдыха». Конечно же, никакой сантехники там нет и в помине – просто можно присесть на удобный стульчик и на некоторое время оставить своего «героя» в покое. Вероятность, что его именно в этот момент потревожат, очень мала – даже в вымышленном мире есть свои неписаные законы и традиции. Ведь каждый рано или поздно оказывается в этом же положении. Это как перемирие у зверей во время водопоя. Хотя, конечно, полной гарантии безопасности тебе никто не даст. А в это время у себя дома ты можешь посетить настоящий туалет, ну и, пользуясь случаем, совершить небольшой набег на холодильник. Голод-то, как известно, не тётка.

Врачи и психологи просто впадают в ступор, когда узнают, как живёт современная молодёжь. На самом деле, мне и самому иногда кажется такой образ жизни несколько странным и не совсем подходящим для хомо сапиенс. Однако менять я ничего не хочу. Пока не хочу. А там – видно будет. Пока виртуал – важная часть моей жизни, иногда даже лучшая его часть. Возможно, это нормальная человеческая эволюция – был хомо сапиенс, стал хомо виртуалиенс. А хорошо это, или плохо – время покажет. Если честно, меня не столько прогресс в технике беспокоит, сколько отсутствие прогресса во всём остальном. В виртуале многие словно с цепи срываются – и начинают такое вытворять, что просто страшно становится. Таких называют беспредельщиками. Как будто всю жизнь свои наклонности прятали, превращаясь в плотно сжатую пружину – а в виртуале, наконец, дали себе волю. Здесь же полиции нет, до сих пор, во всяком случае, не было. В каждой игре этот вопрос решается по-своему. На силу создаётся противосила. Я почему в «Рыцарях Средневековья» в клан «Белый Орден» пошёл? Мы за добро боролись. Отморозков отлавливали и уму-разуму учили. Ставили на место зарвавшихся подонков. Брали под свою защиту слабых. В общем, делали то, чего, в принципе, и ожидают от рыцарей. Только вот, к сожалению, «тёмных» в игре от этого меньше не становилось.

Немного отдохнув и подкрепив силы, я снова одел кибер-остео и погрузился в «Нереалию». Мой персонаж всё так же отдыхал в кабинке. Я аккуратно встал, вышел из неё, прикрыл за собой дверцу и отправился в коридор на поиски комнаты. Казарма мне уже однозначно нравилась.

Долго искать не пришлось. Следующая дверь вела в квадратное помещение, в котором стояло три двухъярусных койки. На одной из них сидел, свесив вниз босые ноги, дружинник, и чистил каким-то брусочком свой и без того блестящий шлем.

– Привет! – окрикнул он меня. – Ты новенький? Комнату ищешь?

– Привет, – ответил я. – Новенький. Что, так сильно заметно?

– Я тебя у воеводы видел. Если не ошибаюсь, конечно. Темно в коридоре было.

– А, так это ты из его кабинета, как ошпаренный выскочил? – Вспомнил я.

– Ага! Я! – дружинник спрыгнул с верхней койки, подошёл ко мне и с улыбкой протянул руку. – Витя!

– Алекс, – представился я, пожимая его руку в ответ.

– Оставайся тут, Алекс, – предложил дружинник. – Эта комната свободна была, одни здесь будем. Пока что.

– Потом ещё кто-то придёт?

– Лучше б больше никто не приходил. Но это – смотря, какая на заставе обстановка сложится, – непонятно ответил Витя. Потом посмотрел на меня внимательно и почесал в затылке. – Тебя, наверное, в курс дела надо ввести, ты же тут ничего не знаешь.

– Это было бы здорово, – подтвердил я.

– Ладно, время пока есть, пойдём. Тут за углом таверна, пивка возьмём, посидим. Я всё тебе расскажу.

– У меня денег нет, – признался я. – Нарвался тут на трёх бандюков в сквере у ратуши. Хотя вроде как им не деньги нужны были. За шпиона меня приняли или вроде того.

– Ого! – восхитился Витя. – А ты шустрый! В первый день – и столько впечатлений! Запомнил хоть их?

– Главаря запомнил, здоровенный амбал, с платком на шее.

– С платком, говоришь? – переспросил Витя. – Ты уверен?

– Ну да, тёмный такой, – подтвердил я.

– А росту какого? Покажи! – потребовал он.

Я задумчиво поднял ладонь горизонтально сантиметров на двадцать выше своей головы, припоминая рост верзилы. Витя внимательно смотрел, взгляд его стал жёстким.

– А чего ты спрашиваешь? Приметы знакомые?

– Приметы очень даже знакомые, – признался он. – Тут у нас, вообще-то, нашейные платки не в моде, не в Техасе живём. Но есть один человек, который мог его надеть. Чтобы татуировку спрятать, у него с левой стороны шеи якорь наколот. В банде, понятно, он его не прячет – но если в город идти – я бы тоже на его месте прикрыл.

– И кто же это?

– Шкипер. Слыхал о таком?

– Ничего себе! – удивился я. – Воевода рассказывал немного. Главарь банды?

– Он самый, – Витя вздохнул. – Только вряд ли это он был. Что ему в городе делать, да ещё возле ратуши. Слишком рискованно. Он всё больше по лесам прячется, по норам. Знает, что охотимся за ним.

– Ну, кто бы это ни был, я его при встрече узнаю.

– Да я его и сам узнаю, приходилось с ним драться, – вздохнул Витя. – Силён он, ничего не скажешь. И что, обнулил он тебя? Откуда тогда кольчуга и кинжал?

– Что значит обнулил? – не понял я. – Не знаю. Деньги я на землю выронил, когда дрался. Ну и смылся оттуда, повезло.

Дружинник смотрел на меня во все глаза, лицо его выражало одновременно восхищение и недоверие.

– Хочешь сказать, целым и невредимым от них ушёл?

– Ну да, а что тут такого? Я же сказал, повезло.

– Так, брат, идём в таверну, пока не стемнело, – заторопился Витя. – Познакомлю тебя с ребятами. Расскажешь свою историю ещё разок. Пиво с меня! Не каждый день новичок появляется, который от трёх бандюков уходит. А возможно, и от самого Шкипера!

Глава четвёртая. Всемогущий Синекрион

Далеко идти не пришлось. Таверна и впрямь была за углом, словно старалась прилепиться как можно ближе к казарме. Вообще-то, это было разумно: клиентура заведению обеспечена. Вот и сегодня половина столиков была занята стражниками, или дружинниками – я их пока не научился различать. Рядом с ними на полу были сложены вещи и снаряжение: сумки, кольчуги, шлемы, щиты. Кинжалы лежали на столах, а вот мечи с поясов не снимали, берегли. Остальные столики либо пустовали, либо заняты были простыми горожанами, разношёрстно одетыми. Тут явно царило смешение эпох, можно было увидеть что угодно: от льняных штанов до кожаных курток. Последние, правда, были не похожи на современные – просто сработаны из больших кусков кожи, с грубыми швами и, разумеется, без молний. Посетители громко разговаривали, стараясь друг друга перекричать, поэтому у меня после спокойной уличной тишины даже заложило на некоторое время уши. Между посетителями сновали симпатичные крепкие девушки в длинных сарафанах, разнося большие глиняные кружки и подносы с незамысловатой едой. Пахло жарящимся на огне мясом и разлитым пивом.

Пока я осматривался, Витя нашёл глазами друзей, махнул им рукой и повёл меня к столику в углу таверны, где уже сидели трое дюжих молодцев в кольчугах.

– Здорово, братва! – радостно поприветствовал он их, хлопая рукой по протянутым ему ладонями вверх ручищам товарищей.

– Эт кто с тобой? – спросил один из них, брюнет с небольшой бородкой.

– Новенький! Знакомьтесь, будет с нами в дружине!

– Алекс, – представился я.

– Здорово, Алекс! – поприветствовал меня брюнет. – Я – Мамай, это – Добрыня, а вот тот качок в углу – Персиваль.

Я с чувством пожал протянутые руки.

– Есть будешь? – спросил Мамай. – Или по пивку?

– Давай всё ему заказывай, – улыбнулся Витя. – Алекс сегодня герой.

Мамай схватил за руку пробегавшую мимо девушку, показал на меня и на Витю, а потом начертил рукой в воздухе щедрую окружность. Девушка улыбнулась, кивнула и умчалась дальше.

– Герой? – переспросил тем временем Добрыня, кучерявый блондин с правильными чертами лица. – А что он сделал? Наместника послал?

– Он сегодня бандюков возле ратуши встретил, – начал рассказывать Витя склонившим головы поближе друзьям. – Начистил им рыла и ушёл!

– Ого! – с недоверием посмотрел на меня Мамай. – Так прям и начистил?

– Точно тебе говорю! – радостно подтвердил Витя. – А знаешь, кто у них главарём был?

– Кто? – басом спросил флегматичный Персиваль.

– Шкипер! – выдохнул Витя.

– Гонишь! – не поверил Мамай и повернулся ко мне. – Правда, что ли?

– Не знаю, может и не Шкипер, – честно ответил я. – Высокий, широкий, волосы тёмные. На шее платок.

– Мало ли, кто это может быть, – сказал Добрыня. – Может, платки в моду входят.

– Ага, среди местных воров, – беззлобно поддел его Витя.

– Ну а что? – не сдавался Добрыня. – Резон есть. Если засветился – подумают на Шкипера, а с того взятки гладки.

– Лучше скажи, что Шкиперу делать в городе, да ещё возле ратуши? – риторически спросил Мамай.

– Без понятия. Может, с воеводой хотел перетереть! – сказал Добрыня, и друзья дружно захохотали.