- -
- 100%
- +
ГЛАВА ПЕРВАЯ
– Пошёл, – прозвучал тихий голос из динамика портативной рации, что стояла между передними сиденьями "Жигулей" старой модели с мигалкой на крыше.
Он сидел за баранкой в полицейской форме с погонами капитана, в тёмных очках. А рядом с ним находилась молодая девушка с большими выпуклыми глазами.
Она тоже была одета в полицейскую форму, в плаще и с пилоткой на голове.
Девушка села в машину две минуты назад.
Он молчал и смотрел вперёд.
Да и говорил он с трудом. И не потому что в последние сутки перед выходом из психиатрической больницы медбрат Изотоп ввёл ему в вену большую дозу лекарства. А потому что Игорю кололи это лекарство в течении полутора лет. И держали за решёткой в отдельной палате, как преступника, каковым он и был. Но ещё до суда эксперты признали Игоря душевнобольным.
Уже находясь под следствием в СИЗО, ночью в сонном забытьи он был тяжело ранен "зеком".
Игорь успел, обливаясь кровью, добежать до двери и ударить в неё кулаками.
Пост контролёра был рядом с камерой, и охранник спас Игоря от смерти.
Ножевая рана была тяжёлой. И его отправили в хирургический центр города.
Однако и там повторилась попытка покушения на его жизнь.
Он всё почувствовал заранее и уполз поздно вечером в коридор, боясь потерять сознание. Видел приход киллера. Охранника Игоря на месте не было.
Вот тогда он сошёл с ума. А суммашедший давать показания на суде не имел права.
От того лекарства, которое впрыскивали ему в кровь два – три раза в сутки, Игорь вскоре стал идиотом.
Медбрат Изотоп передавал его сантарам, и те почти на руках волокли Игоря в его палату, швыряли как тряпку на железную койку вниз лицом, чтобы он в забытье не захлебнулся бы слюной. А будучи в хорошем состоянии, санитары садили его, прислонив спиной к стене. И он сидел с отвисшей вниз челюстью.
Из открытого рта стекала ему на грудь тягучая слюна.
Он ничего не видел и не слышал. Он ощущал только боль в груди, куда его ударил ночью "зек", и боль в голове. В глубине мозга. Она была, как заноза. И он, спустя много дней, когда стал привыкать к лекарству, к его шоковому действию, хотел найти на голове забитую в неё занозу. Но не мог поднять вверх руки.
Игорь не понимал: какое вокруг него время суток – день или ночь. А так же понятия не имел, когда он спал.
Он часто видел одно и тоже.
И, широко раскрыв глаза, всматривался. Он всматривался в самого себя, быстро идущего по ярко освещённому коридору, зная, что он – идущий – сейчас свернёт направо. И там за поворотом коридора находилась стальная дверь с кодовым замком.
Игорь заглядывал за этот поворот за секунду до того, как он сам стремительно входил в него, на ходу натягивая на пальцы тонкие резиновые перчатки.
Он знал сложный номер кода на замке стальной двери. Быстро подойдя к ней, он протянул вперёд руки, пробежался пальцами по клавишам на панели замка. услышал в тишине коридора звук уходивших из пазов дверного проёма толстых запоров.
Когда звук затих, Игорь потянул на себя дверь за круглую рукоятку.
Дверь стала медленно открываться.
Он скользнул за неё и щёлкнул сбоку на стене выключателем.
Перед ним была широкая длинная комната. По обеим её сторонам стояли мешки и огромные сумки. На металлических полках в ячейках плотными рядами лежали пачки денег.
Игорь подскочил к мешкам. Но в этот момент впереди что-то хлопнуло, словно кто-то быстро открыл и закрыл дверь.
Он, уже хватая мешки руками, вгляделся вперёд и увидел летевший по воздуху предмет.
Он летел вдоль комнаты, вначале медленно. И не на Игоря, а в сторону от него. И был едва уловим для взгляда. Он был похож на тонкую полосу, летевшую вертикально по воздуху. Вибрировал и изгибался. Но вот он увеличил скорость. А его конец, поднявшись вверх. затянулся, превратившись в петлю.
И эта петля круто свернула с прямой линии, по которой летела. И двинулась к Игорю. Он попятился к выходу, вынимая из кармана куртки нож, чтобы перерезать её.
Петля была напротив него, когда он ударил по ней ножом. Но затем увидел её сбоку от себя в горизонтальном положении, летевшей ему на шею. Она сильным рывком сдавила его горло. Он начал задыхаться. Захрипел. И, хрипя, задыхаясь, видел себя в той комнате в кольце удавки.
Когда видения прекратились, Игорь не пытался вспомнить, что произошло до того, как он попал в психиатрическую больницу.
– Я ничего не помню, – отвечал он на вопросы врача – психиатра.
Отвечал медленно, не смыкая губ. И его слова звучали, как сплошной хрип.
Игорь всё помнил и боялся, что врач мог спросить его о том, что он делал перед тем, как попал за решётку в СИЗО. Но врачи видел перед собой больного человека. А сумасшедших не допрашивают.
Когда Изотоп помогал ему одеваться в подвале, где висели на стенах, на крючьях мешки с одеждой больных, он впервые за полтора года увидел своё лицо.
Его брили санитары один раз в неделю и зеркало не приносили. Они и в этот последний день его пребывания в больнице не принесли зеркало, но побрили старыми тупыми безопасными бритвами, более тщательно, чем раньше.
Игорь видел в зеркало своё лицо, которое пополнело, порозовело, стало одутловатым и бессмысленным.
Такие лица он видел однажды в детстве – у парней, которые копали могилы за стакан водки, и жили недалеко, в интернате для умственно отсталых.
Изотоп, посмеиваясь, протянул ему его паспорт и лист бумаги.
– А это храни. С этой штукой копы не заберут тебя за решётку. Ты теперь законный дурак, на всю жизнь. Иные за большие деньги такую ксиву добывают. А тебе досталась даром.
Он проводил Игоря до ворот больницы, которая находилась в пригороде. Напротив неё, по другую сторону широкой дороги, была автобусная остановка.
Там прогуливался рослый парень с улыбчивым лицом. Сбоку от остановки стояла "иномарка". В ней на заднем сиденье кто – то сидел.
– Игорь, ты узнаёшь меня? – спросил его парень, направляясь к нему.
– Нет, – ответил Игорь, зная точно, что этого парня он видел в первый раз.
– Я – Коля, а там нас ждёт Миша.
Он добродушно улыбаясь, настороженно всмотрелся в лицо Игоря.
– Не помню. Тут дали что – то.
Он протянул Коле свою справку. Тот прочитал машинописный текст и хохотнул.
– Ну, куда ты с ней пойдёшь? А мы не забыли тебя. Поехали.
И он вновь настороженно скользнул взглядом по лицу, по глазам Игоря. Но они ничего не выражали, потому что за полтора года он никогда ни о чём не думал. А то гапряжение, которое у него появилось при виде Коли, не могло отразиться на его лице.
Он сел на переднее сиденье, пожал руку Мише, уверенный, что Миша и должен был набросить ему на шею удавку, если был такой приказ.
– Игорь, – весело обратился к нему Коля, выводя машину с магистрали, идущей в город, на просёлочную дорогу, – а наших ты помншь?
– Нет. Я даже не знаю, почему меня держали в психушке.
– Головой ударился., – сказал Миша.
Игорь мог выскочить из машины или перевернуть её, дёрнув баранку круто в сторону, а потом – свернуть шею Коле и Мише. Но этим он только отсрочил бы на день – два свою смерть.
Извилистая просёлочная асфальтированная дорога тянулась в противоположную от города сторону. По обеим сторонам от неё изредка появлялись скопления дачных домиков.
Для Игоря время остановилось. Он ждал, когда Миша мог набросить ему на шею удавку. Такую же, какую он видел много раз во сне, в психушке. Игорь ждал и внешне спокойно смотрел на дорогу.
Впереди появился очередной дачный массив.
Коля повернул машину к первому дому. Ворота открылись, и машина вьехала во двор, где стояли две "иномарки" и прогуливались четверо здоровенных парней в спортивных штанах и в куртках.
Парни с интересом уставились на Игоря, ощерившись, и кто – то крикнул, махнув рукой:
– Привет, Игорь!
– Ну, вот ты и дома, – сказал Коля. – Иди, тебя там ждут.
И он указал рукой на вход в двухэтажный коттедж.
В зале вокруг стола в удобных креслах сидели трое человек.
Ему навстречу поднялся высокий толстомордый мужчина лет пятидесяти. Обнял его за плечи.
– Игорь, неужели меня не помнишь?
– Я всё забыл.
– Ну, это даже к лучшему, – ответил он. – А моя кликуха Карл тебе ничего не говорит?
– Нет.
– А ты хорошо воспринимаешь слова? смысл доходит до тебя?
– Да. Я чувствую себя нормально, только голова болит.
– Ладно. Садись за стол. Вот перед тобой Прораб, а этот – Железный. Мы под тебя готовили дело. Предполагали, когда ты выйдешь.
– Он может не врубиться, – сказал Железный, не размыкая тонкие губы широкого рта и безотрывно следя за лицом Игоря.
– Сейчас поймём, что к чему, – ответил Карл, садясь напротив Игоря. – У нас время на пределе. А нужный для нашего дела человек после сегодняшнего ночного дежурства уходит в отпуск.
– А он кто? – спросил Игорь.
– Капитан вневедомственной охраны полиции Мышкин. На него натолкнулся Прораб.
– Да, я его как увидел, то поначалу подумал, что это ты, Игорь, в одежде копа.
– Но глаза у вас разные. У него свиные пуговки. И он стыдится их, – продолжал Карл, протягивая Игорю очки и фуражку полицейского. – Надень. Очки он не снимает даже ночью.
– А что я должен делать? – спросил Игорь, нацепив на нос очки и надев на голову фуражку.
– О! – с удовольствием осматривая Игоря, воскликнул Карл. – Ты вылитый Мышкин. Да и освещение на крыльце не важное. Охранник не заметит подмены, хотя Мышкина в лицо знает.
– Значит, я играю роль копа?
– И не трудную роль, – ответил Карл.– Она простая в сравнении с твоей прошлой работой.
Все трое внимательно смотрели ему в лицо, и он снял очки, чтобы они видели его глаза, чтобы у них не возникло подозрение, что он следил за ними, помнил своё прошлое, в котором их не было.
Наступила пауза. Все трое ждали его ответ.
– Я там видел одно и то же. То ли во сне, то ли наяву.
– Любопытно, что? – добродушно ощерился Карл, холодными глазами уставясь в глаза Игоря.
– Я видел себя идущим по коридору в сторону комнаты – сейфа. Я открыл кодовый замок и потянул на себя дверь.
– Ну, а в комнате что? – заинтересованно спросил Прораб, подавшись к Игорю своим тощим телом.
– Мешки с деньгами и полные ячейки шкафов.
– И тебя в этот момент схватили, – уверенно сказал Железный.
– Да, и больше я ничего не мог вспомнить.
– Ну, хватит об этом, – пробормотал Карл. – Мы тоже тут виноваты. Бросили тебя. Думали, что ты мёрвый. Ты и казался таким.
Они, конечно, знали, что у него есть ножевая рана в груди. И сейчас, когда он начал говорить, они вновь насторожились, ожидая то, что он мог сказать.
– Я потом пытался вспомнить: откуда у меня взялся шрам в груди.
– Ты схватился в коридоре у комнаты – сейфа с копом, – заговорил охотно Прораб. – Он вырвал у тебя нож и всадил в твою грудь. Они, видно, долго молотили ногами тебя по голове.
– Хватит, перейдём к делу, – сказал Карл. – У нас давно появилась мысль взять хорошие бабки. Но это была только мысль. А когда Прораб увидел Мышкина, то мы начали разрабатывать план. Готовить его к твоему выходу из психушки.
– И в чём он заключается? – спросил Игорь.
– А вот слушай. Когда срабатывает сигнализация, и на пульте в полиции звучит звуковой сигнал, и мигает лампочка, дежурный посылает на место дежурные машины. Но сигнализация может дать ложный сигнал, и дежурный вначале звонит охраннику банка.
– Подожди, Карл, – остановил его Игорь. – Охранник может быть на мушке в это время.
– Да, верно. И если охранник один, то к нему, не зависимо от ответа, идут патрульные машины.
– А если охранников несколько?
– Вот в этом и заключается хитрость нашего плана. И выходит, что проще ограбить большой банк, чем магазин с ширпотребом, – с удовольствием сказал Прораб. – Это была моя идея.
– Да, проше, – согласился Карл. – Мы уже знаем, проверяли, что в банк, где большая охрана, вначале звонят. В него вломиться невозможно. А после звонка полицейские обязаны проверить неисправность. Сегодня вечером заступит на пост Мышкин. Мы уже нашли то место, где проходит под землёй кабель сигнализации. В нужный момент проколим его.
– А что буду делать я? – спросил Игорь.
– Ты поедешь без оружия с нашим человком для того, чтобы осмотреть банковскую сигнализацию. В вестибюле, скорей всего, будет четыре охранника. У одного из них рядом с ногой педаль. Ты должен сразу подойти к нему и сковырнуть его с кресла.
– А Мышкин?
– Мы его задержим. – Карл пододвинул к Игорю большой лист ватмана, на котором был подробный чертёж внутриненних помещений здания. – А теперь детали нашего плана…
После того, как Прораб увёл Игоря на второй этаж, Железный спросил Карла:
– Ну, и что скажешь?
– Я не верю, что он ничего не помнит, но у него нет выхода.
– А не свалит Игорь в сторону?
– Я думаю о другом: почему он в психушке видел ограбление банка? Ведь Игорь никогда не пытался их грабить?
– А может, было что-то? – спросил Железный.
– Нет. Следите за ним внимательно. А я поеду в город.
– Забить "стрелку"?
– Да.
– А вдруг наше дело сорвётся?
– Только в том случае, если охранник не откроет дверь.
– Нет, я имею в виду потом, – сказал раздумчиво Железный.
– Он реактивный, хотя сейчас выглядит дураком. Все пути его возможного отхода должны быть перекрыты.
– А кого ты пошлёшь с ним?
– Диану.
– Она не справится с Игорем, если он попытается бежать, – ответил Железный.
– Справится. Бабки должны быть на "стрелке". Руководить операцией будет Прораб.
– А я?
– Ты поедешь со мной. Там будет сложней, чем взять валюту из банка.
Они помолчали, думая по – разному о том, что их ожидало вечером и ночью.
– Карл, а на что по – твоему может надеяться Игорь?
– Только на то, что мы верим его словам про отшибленную память.
– Как Прораб наткнулся на него?
– Он видел его раньше, до того, как Игорь попал в СИЗО
– Ну, а что Демьян?
– Да ты ведь слышал, что передал Коля: у психушки была ещё одна машина. Хоть я и купил у него Игоря, но он боится, что Игорь уйдёт. Не верит, что Игорь стал сумасшедшим.
– А может быть, опасается, что Игорь скажет тебе то, что не успел сказать следователю?
– Вот об этом я и думаю. Держать на кортком поводке Демьяна было бы хорошо.
–Тогда мне удивительно то, что он решился продать тебе Игоря.
– Хм, само собой понятно: Изотоп его кореш. И если бы Изотоп заметил, что Игорь косит под сумасшедшего, то отправил бы его на тот свет.
Прораб пропустил в комнату Игоря и закрыл за ним дверь. Рядом с ней на стульях в коридоре сидели Коля и Миша.
Игорь, войдя в комнату, глянул на единственное окно. За ним внизу виднелись машины и дворовые постройки.
Бежать отсюда ему не удастся.
Он прошёлся покомнате. Взял со стола пачку журналов с яркими фотоснимками и сел в кресло. Начал листать их, не видя страниц.
Игорь был уверен, что не зависимо от того, как решил распорядиться его жизеью Карл, бандиты Демьяна всегда будут рядом, чтобы проследить за его перемещением. И если ему удастся уйти живым от Карла, то от банды Демьяна спрятаться было невозможно.
В середине пути он заметил, что от их "иномарки" не оставала какая – то машина. Заметил в зеркало заднего вида. Она не повернула во двор коттеджа, а проехала на большой скорости по дороге мимо.
Демьяну плевать сумасшедший Игорь или нет, помнил он прошлое или нет. Он должен был умереть. И давно умер бы, ещё в психушке, если бы не оказался нужным на короткое время Карлу.
Местность вокруг банка он хорошо знал, потому что жил рядом с ним в той, прошлой, своей жизни. А сейчас Игорь воспринимал себя мёрвым человком. Но, глядя в страницы журнала, он мысленно осматривал улицы, дворы, перекрёски, скверы. здания, которые находились вокруг банка. Мозг Игоря непрерывно искал выход побега из банды Карла, который на несколько минут должен был оставить его наедине с их человеком. Они, конечно, будут следить за ним, но издалека. Или последуют за ним, когда он войдёт в банк. Впрочем, нет.
Банк находился в центре города
По улице и в ночное время проходило много машин. Напротив и рядом с банком офисы различных контор, где шла работа круглые сутки, а внизу у входа стояли "иномарки" с шоферами.
Если бандиты Карла ворвутся в банк следом за Игорем, то их заметят с противоположной стороны улицы.
Они не станут так рисковать.
Глупо было думать, что Карл оставил бы его в живых. Он им нужен только на одно дело. И для этого дела все они разыгрывали перед ним роль его старых знакомых и друзей. Хотя, судя по выражению их лиц, они не верили, что он всё забыл.
Игорь не пытался что – либо вспомнить из своего прошлого. Он искал свой единственный шанс на спасение в будущем, которое должно было наступить сегодня вечером.
"Иномарка" прошла на большой скорости по дороге мимо коттеджа и, притормозив, свернула в переулок дачного посёлка.
Сидевший рядом с водителем парень по кличке Грач, щерясь так, что видны были его золотые коронки, взял "мобильник" и начал набирать номер, глядя в бумажку, что лежала у него на коленах. На пальцах его были татуировки в виде перстней.
– Он на месте, – сказал Грач в трубку.
– Ну, присматривайте, что там и как, – ответил Демьян.
Он сидел в плетёном кресле во дворе своей небольшой дачи, которая находилась рядом с городом.
– На, звякни Изотопу. Что он там телится, – сказал Демьян, протягивая "мобильник" телохранителю.
Услышал в динамике ответ своего кореша Изотопа:
– Я уже подьезжаю. Через минуту буду. Везу гостинец.
– Ну, прямо к шашлыкам, – сказал Демьян, поворачивая своё массивное татуированное тело и глядя на длинный ряд шампуров с кусочками мяса и овощей, которые доходили на углях на мангале.
При воспоминании о "гостинце" он рассмеялся и двумя руками погладил свою крупную лысую голову, а сбоков и на затылке – бритую.
Демьян был морфинистом и не употреблял какой-либо другой наркотик, кроме морфия. Демьяна приохотил к немй Изотоп. Кореш с их детстких лет, а в последние годы – советник Демьяна.
Вокруг мангала с шампурами суетился с вином и уксусом в руках палач банды Губа. Рот его был широко раскрыт, а с отвисшей книзу толстой сизой губы время от времени капала слюна.
Демьян недовольно поморщился.
– Губа, не забывайся. Ты не для себя их готовишь.
Палач подтянул вверх губу и защемил её стальными зубами обеих челюстей, продолжая брызгать из бутылок на шампуры с мясом.
– Готово, Демьян, – невнятно пробормотал сквозь сомкнутые губы.
Демьян поразмыслил несколько секунд о том, когда лучше попробовать шашлык – до морфия или после него.
Вроде бы на пустой желудок наркотик слаще, но тогда шашлык покажется травой, без вкуса, а он приехал сюда, на дачу и ради шашлыка
– Не спеши, Губа, подождём Изотопа.
Когда во дворе появился Изотоп, Демьян протянул ему для пожатия левую руку. Правую он никому не подавал.
– Садись за стол, пожуём, а потом – ширнёшь.
Он взял у Губы шампур и сильным рывком зубами сорвал кусок сочного свежего мяса. Торопливо зажевал его.
– Ну, а ты, Изотоп, уверен, что он псих?
Изотоп знал, что Демьян не любил сомнений. Ему нужен был точный ответ. А сомнения у Изотопа были.
– Да, он дурак.
– А перед выходом у него ничего не прояснилось?
– Ты про его память?
– Да.
– У дураков памяти нет.
– А я вот всё думаю, что Игорь хорошо косил.
Изотоп тоже так думал, наблюдая за Игорем, но врачам видней.
– У нас косых легко раскалывают.
– Ну, и зачем по – твоему Карле понадобился Игорь?
– А надолго они его взяли?
– Карла не сказал о сроке, да это и не важно. Но вот штука забавная.– Он вновь сорвал кусок мяса, потом – дольки помидоров и, всё пережёвывая в огромном рту, проговорил: – Остальную часть за него – двести тысяч долларов – Карла обещал отдать сегодня ночью.
– Хм, наверное, выплата долга связана с использованием Игоря.
– Вот и я так подумал.
– А сколько он дал тебе в задаток?
– Пятьдесят кусков.
– Ты дорого продал его.
– А потому что не хотел продавать. Да и откуда у Карлы деньги? Банда приезжая. Притулиться негде.
– Значит, сумму ты взял с потолка?
– Да, так. А он согласился сразу и при свидетелях дал задаток.
– Ну, если Карл даёт такие бабки, это значит одно, – ответил Изотоп, аккуратно срывая зубами с шампура кусок мяса и думая о том: чем закончить фразу?
– Что одно?
– Игорь добудит им во много раз больше.
– А как? И почему именно Игорь?
– Может быть, у Карла свои парни слабоватые, а нужен ловкий и на один раз.
– Всё правильно, Изотоп, а только удивляет меня Карла.
– Чем?
– А тем, что деньги у него будут сегодня ночью.
– Он не глупый. И у него есть что – то верное.
– Это верное и мне подошло бы.
– Ты говоришь о перехвате их дела?
– Пока держу в голове.
– Карл давно купил у тебя Игоря?
– Полгода назад.
Изотоп медленно жевал мясо, затягивая паузу, видя, что Демьян надеется на хороший совет. Неторопливо заговорил:
– Игоря будет кто-то обязательно сопровождать. И для того, чтобы подстраховать, и чтобы не сбежал. И пристрелить в нужный момент. А в то же время этот второй должен в том месте, куда они пойдут, не вызвать подозрения.
– Изотоп, ты щас отойди в сторону. Приготовь для меня свой инструмент, а я кой кому позвоню.
Он обтёр свои широкие, блестевшие от жира ладони о трусы и, взяв со стола "мобильник", вгляделся в экран.
Карл ему не нравился.
Он был в прошлом афером – аферистом.
Таких в уголовном мире уважают. Они профессора, академики для блатных. Им первый кусок на "зоне", после пахана. И всегда в авторитете.
Элита!
Но в те, уже давние времена, когда на руководящих постах в сельском хозяйстве, в промышленности, всюду сидели сонные дурошлёпы – аферисты легко водили их за нос. А ныне дурачить собственников стало трудно и опасно. У каждого бизнесмена своя бандитская "крыша", которая легко могла найти афериста и свернуть ему шею. Да и "органы" не дремали: всех мало мальски известных аферистов знали в лицо.
Демьян на словах уважал их, но в душе терпеть не мог за ловкую хитрость. И старался не встречаться с ними.
Демьяну очень не понравилось, что Карл искал с ним встречу. Но отказать ему в разговоре не решился. Принял его в своём офисе. Протянул Карлу свою левую руку. Но аферист не пожал её. Сел против него за стол.
– Демьян, мне бы разжиться бабками.
Демьян в душе чертыхнулся. И от того, что аферист, хоть на нуле, а гордый, не пожал его левую руку, и от того, что угадал: будет деньги просить.
– Ну, видишь ли, Карла, – неторопливо заговорил Демьян, глядя на его простенький костюм, а вроде бы недавно всюду ходил в американских, в двухсотдолларовых, – мне бабки даются трудно. А какие получаю, уходят в бизнес. На руках почти ничего нет.
– Я прошу тебя дать мне заработать бабки.
– Могу, да ведь потом с меня спросят.
– Нет, я говорю о нелегальном бизнесе. И приехал не один. Парни хотят заработать..
– Да..а, – протянул Демьян, – сейчас все места заняты. И даже "крышу" предложить некому. У всех она есть.
Он ничем не хотел помогать Карлу. Опасался сотрудничать с ним или поручиться за него. А то, что у Карла есть банда, его насторожило.
Аферисты действуют в одиночку. И Демьян никогда не слышал, чтобы афер сколачивал банду. А если и собирал, то таких же, как он сам. И только для одного дела.
Демьян боялся подвоха. Но прошлое знакомство с Карлом требовало что-то дать ему.
– Ну, вот наркота…Возьмёшь этот бизнес?
– Транспортировка?
– Да, и будет кой- какой процент от продажи.
– Это гроши, Демьян.
– А больше предложить нечего. Не поставлю же я тебя собирать дань.
– Я согласен.
– Тогда вот мой совет. В поездах и машинах наркоту не вози. А только в автобусах – от города к городу. Не знаю почему, но копы их не останавливают.
Для афера такой бизнес был унизительным, не по его профессии.
И Демьян не удивился, что несмотря на постоянную удачу с транспортировкой марихуаны, опия, Карл, спустя месяц отказался от этой работы. А потом Демьян узнал, что к группе Карла примкнули Прораб и Железный.
Железный был медвежатником – большим специалистов по вскрытию сейфов. И, разумеется, не входил ни в одну банду города. А Прораб потому звался Прорабом, что умел тонко спланировать какое-нибудь дело, связанное с ограблением. И как Железный, Прораб держался в стороне от банд.