- -
- 100%
- +
– Эге, они что-то задумали, – сказал самому себе Демьян.
А так как банда Карла постоянно находилась в его районе города, он приказал своей агентурной сети присматривать за ней.
Она, кроме исполнения заказов, вроде бы ничем не занималась.
Время шло. И ничего не происходило.
Демьяну не нравилось пребывание Карла на его территории. Он подумывал о том, как выбросить Карла из района под хорошим предлогом. Как вдруг тот захотел купить у него Игоря.
– Игорь суммашедший, – ответил Демьян.
– У меня все парни сумасшедшие. И лишний не помешает.
– Вот то – то и оно, что сумасшедшие. Засветились на исполнении заказов. А все указывают на меня.
– Мы больше не берём заказы.
– Нет, Карла, я буду говорить прямо: или ты ухлдишь с моей территории, или я включаю счётчик.
– За какую сумму ты продашь мне Игоря?
– И ты уйдёшь?
– Да, как получу его.
– Но он в психушке.
– Буду ждать. Сколько возьмёшь за него?
– У тебя зелёных не хватит.
– На задаток наскребу.
– Двести пятьдесят кусков. А задаток сегодня на стол.
– Сколько?
– Пятьдесят.
– Согласен.
– Но счётчик я включаю: две тысячи зелёных в сутки.
Демьян всё время помнил о профессии Карла и предполагал, что тот купил у него Игоря только для того, чтобы задержаться на территории Демьяна для какого – то сложного дела.
Месяц шёл за месяцем. "Счётчик" накручивал большую сумму денег, а платить их Карл не собирался.
Непонятная хитрость Карла раздражала Демьяна. Он позвонил Карлу и рявкнул в трубку:
– Карла, счётчик работает или ты забыл?!
– Я жду парня.
– Да он, может быть, просидит там ещё два года.
– Я подожду, – негромко ответил Карл.
– А долг и по счётчику когда ты заплатишь?
– В одно и то же время.
– Я тебе не верю.
– А ты поверь.
– Ты уже должен мне пол – лимона.
– Отдам всё.
Днмьян бросил трубку.
– Сука хитрая. Но в чём его хитрость? Дурак или не дурак Игорь, а толку от него Карле, ну, никакого!
Но он понимал, что сила аферистов в умении делать деньги на пустом месте. Потому – то их и считают профессорами преступного мира. Но Карл отошёл от своей профессии. Занялся наркотой, а потом – исполнением заказов. Он становился очень опасным для Демьяна.
Опасным тем, что обживался на его территории. Заводил знакомства с бизнесменами. Ездил в их офисы. Приглашал их в валютные рестораны.
И в этом не было бы ничего удивительного для Демьяна – так и ведут себя опытные аферисты. Но у Карла была банда из крепких парней. Были Прораб и Железный. И зачем – то ему нужен сумасшедший Игорь.
Ну, положим Игорь нужен Карлу для вкручивания мозгов Демьяну…
За месяцы слежки за Карлом он узнал, что тот знакомится только с бизнесменами, которые имели строительные фирмы и нефтяной бизнес. И не удивился, когда ему доложили, что парни Карла следили за людьми Демьяна во время их сбора дани.
– Сволочь, он стал отморозком! – хрипел Демьян. – Сейчас полезет выколачивать деньги.
И его уверенность в дальнейшем поведении банды Карла вскоре подвтвердилась новыми сообщениями агентов и фирм, которые находились под "крышей" Демьяна.
Бригады Карла начали врываться в офисы и требовать от бизнесменов деньги.
Встревоженный таким беспределом Демьян посылал им на помощь своих парней. в офисах стали происходить драки.
Всё это необходимо было Карлу для того, чтобы отвлечь внимание Демьяна от главной его ценности – банка. за которым вели наблюдение две группы аферистов во главе с Прорабом и Железным.
Прораб на часто меняемых арендованных машинах занимался видеосьёмкой всего того, что происходило вокргу банка Демьяна. Снимал всех входивших и выходивших людей, а так же привоз и вывоз денежной массы. Потом Прораб ночами анализировал свои записи. И узнал дни недели, месяца. когда денежной массы скапливлаось в банке много, а когда её почти не было.
Железный с чердаков и арендованных квартир, что находились вокруг банка, с помощью специальной аппаратуры, которая позволяла всё видеть через плотные оконные шторы – вёл постоянное наблюдение за внутренними помещениями банка и снимал их на видеоаппаратурой. прослушивал разговоры в залах из арендованных под офисы комнат. Как сбоку банка, так и сверху, с четвёртого этажа. Используя новейшую шпионскую аппаратуру, записывал щелчки закрываемых сейфов, анализировал их.
Кроппотливая работа Прораба и Железного велась каждый день в течение полгода. После очередного анализа видеозаписей Карл спросил:
– Сколько может вынести Игорь в двух чемоданах?
– В этих инкассаторских, – заговорил Прораб, указывая на экран монитора, где шли кадры выгрузки денежной массы из фургонов, – два, два с половиной миллиона, в каждом.
– Тогда он возьмёт пять лимонов.
– А вдруг Игорь выйдет из психушки в день, когда в банке ничего не будет? – спросил Железный.
– Я позвоню Демьяну и узнаю, – ответил Карл, набирая номер на "мобильнике". – Демьян, скоро ли выйдет мой парень из психушки?
Спокойный голос Карла привёл в ярость Демьяна, но он сдержал себя и в свою очередь спросил:
– Зачем ты лезешь в мой бизнес?
– Парни должны чем-то кормиться. И они не знали, что фирмы находятся под твоим контролем.
– Здесь всё моё. Ты заруби это на своём носу.
– Я запомню. А теперь скажи день, когда выйдет Игорь.
– В пятницу будет консилиум.
– Он уже вылечился?
– Его выкидывают, чтобы он место не занимал.
– И в какое время дня будет этот консилиум?
– Утром, а час не знаю.
– Я его встречу.
– Встречай, но только запомни: в этот же день наметь мне "стрелку".
– Я могу просто привезти деньги.
– Я не верю тебе. И к тому же мои парни – они ведь люди – могут перестрелять твою банду за твои проделки.
– Хорошо. После того, как я получу Игоря, я назначу тебе "стрелку".
– И чтоб проваливал! – рявкнул Демьян и швырнул на пол "мобильник".
– Я вот боюсь, – сказал, озабоченно морща лоб, Прораб, – что мы переиграли.
– Демьян может сменить охрану в банке.
– На своих бандитов?
– Да. Они Мышкина не знают, а Игоря помнят.
– Будем надеяться, что о банке Демьян не подумает.
– К тому же наши парни дали ему понять, что хотят захватить часть его района и сесть в нём прочно.
– Парни хорошо поработали, – согласился с ним Карл. – И пускай продолжают, чтобы Демьян постоянно был в напряжении.
– А вдруг он откажется передать нам Игоря? – спросил Прораб.
– Не откажется. мы ему должны шестьсот тысяч.
– Да и эти не надо бы отдавать, – сказал Железный.
– Перед "стрелкой" подумаем. Прораб покажи здание банка.
Банк находился в стром пятиэтажном доме и занимал три этажа. Первый вход вёл непосредственно в банк, а второй – в офисы фирм, которые находились в правой части пятиэтажки и на четвёртом и пятом этажах над банком. К широкому и длинному крыльцу с трёх сторон шли ступени. Шестнадцать. А над крыльцом в виде огромного козырька стоял на четырёх круглых, железных столбах дюралевый навес. И в него были вделаны плафоны с неоновым светом.
По обеим сторонам от крыльца тянулась живая изгородь и редкий ряд деревьев. Узкая пешеходная панель перед зданием шла в сторону перекрёстка.
В трёх кварталах от банка находились пульты вневедомственной охраны районной полиции.
– Мышкин может поехвать к банку только по этой улице.
– Кого ты решил отправить с Игорем? – спросил Железный Карла.
– Скажу в последний день.
– Ты не доверяешь нам?
– Я доверяю, но пока это лишняя для вас информация.
– Вероятно, после выхода из банка Игорь попробует использовать последний шанс на побег, – сказал Прораб.
– Убежать он не сможет. Парни догонят его на улице. Он не побежит.
– А этот второй, – вновь заговорил Железный, – сможет с ним справиться, если Игорь бросится на него в банке?
– Он убьёт Игоря, но тогда мы засветимся. Нашим парням придётся подьехать к банку. Их заметят с противоположной стороны. Демьян начнёт охоту за нами…
Они не знали, что "этот второй" был агентом Демьяна.
Демьян, вглядываясь в цифры на мобильнике, вспоминал номер телефона Дианы. Она была киллером в банде Демьяна, тайным киллером. И в последнее время не получала от него заказы.
– Дина,– тихо загудел в трубку Демьян, – ну, что там Карла?
– Ничего. Я его не вижу. Сижу дома.
– Ты вот что, Дина, – продолжал говорить Демьян, поглаживая ладонью свой лысый череп, – как я понял, сёдни увидишь его.
– О чём спросить?
– Спрашивать не надо. Думаю, что он даст тебе заказ. Сложный.
– Ну, если сложный, то я не смогу предупредить тебя.
– Тут другое. Заказ на меня. Понятно?
– За мной будут следить.
– А ты стреляй вверх. Усекла?
– Я так и сделаю.
– Мои парни тебе помогут. А этому гаду будет крышка.
– А если что – нибудь другое?
– Тогда сообщи мне, когда у тебя время будет. Ну, бывай.
Он отключил связь и покосился двух парней, стоявших у ворот. Они, покуривая сигареты, держали пальцы веером.
– Фрайера, – буркнул Демьян, – имеют по две ходки, а гонору выше шеи....Ну, до вашей шеи я доберусь…Изотоп, давай иглу.
Изотоп подошёл к Демьяну с поднятым вверх иглой шприцем.
– А он у тебя одноразовый?
– Как всегда.
– А я вот слышал, что ваш брат и одноразовые пускает по многу раз.
– Нет, Демьян. Это чепуха.
Он мазнул ваткой по жилистой руке Демьяна и, не передавливая ему вену, ввёл в неё иглу. Медленным движением пальца выдавил поршнем морфий из шприца.
– Ловко ты, Изотоп, делаешь уколы. – Демьян откинулся на спинку кресла, ощущая в мозгу кайф от наркотика. – А вот помню в детстве врачиха как вколет, так сразу рука немееет.
– Да им плевать было на нас.
Демьян вновь покосился в сторону ворот и нахмурился.
– Дело тёмное…
– Ты об Игоре?
– Да не совсем о нём…Он как в последние дни: говорил какие слова?
– Нет.
– А у меня всё из головы не выходит: как его копы взяли?
– А что так?
– Держу на подозрении четвёрку. Этих двоих и Грача с Дятлом. Они же вместе с Игорем перехватили в тот последний раз инкассаторов. Деньги исчезли.
– Они вроде говорили, что деньги увёз Игорь.
– Да, так. Но я думаю, что они его бросили, а деньги спрятали.
– А откуда Игорю стало известно о твоём наводчике?
– Об агенте сверху? Он видел меня с ним. А тот дурак ещё и в мундире был. Перепугался, когда Игоря схватили. Следил за тем. как его следователь раскалывал.
– Четвёрка не шикует?
– Пока не замечал. И тут по – хорошему надо бы поговорить с Игорем.
– Поговори.
– Мой агент волнуется. Хоть Игорь и сумасшедший, и его слова – пустой звук. А если скажет где, то моего агента полицаи быстро вычислят.
– Он что, требует смерти Игоря?
– Да, под таким условием я и продал его Карле. Так что говорить с Игорем у меня времени не будет. Да и эти четверо хотят посчитаться с ним.
– А может, этим парням нужно уничтожить Игоря, как свидетеля, который знает, что деньги у них?
– Вот то – то и оно. Дело тёмное, повторяю.
– А что ты их не прижмёшь?
Демьян, широко распахнув рот, громко рассмеялся.
– Не смеши меня, Изотоп. Если я всякий раз буду прижимать, то один останусь. Вот ты пришёл и со значением глянул на Рэма, – Демьян указал пальцем на телохранителя, – а я уже должен думать, что у вас за дело за моей спиной?
Демьян, посмеиваясь, взял у Губы шампур и ткнул пальцем в его толстый живот.
– Вот и Губа тоже.
– А в чём я провинился? – настороженно прогудел палач.
– Ему Игорь нравится.
– Игорь чистый.
– Хе, всё никак до него не доходит, что Игорь хотел всех заложить.
– Не верю.
– Вот и я всем не верю. Отойди, Губа. – Он выждал секунды три и сказал: – А не пригласить ли Кондрата разобраться?
– С четвёркой?
– Да, а потом и с этим гадом, Карлой. Я не понимаю аферистов, а Кондрат их знает.
Один из двоих бандитов, стоявших от Демьяна в пятнадцати шагах у ворот, по кличке Рыжий с конопатым от веснушек лицом, умел читать слова по движению губ, о чём в банде никто, кроме его троих корешей, не знал.
Он следил боковым зрением за Демьяном.
– Фиксатый, Демьян говорит о нас.
– Что говорит? – не двигая губами, стоя спиной к двору, спросил Фиксатый.
– Он уверен, что деньги у нас, что хотел бы спросить о них у Игоря, но времени не будет.
– А ещё что?
– Кондрата позовёт на разборку.
– Это какого Кондрата?
– Есть один такой специалист.
– Ну, и что ты придумал, Рыжий?
– Надо поговорить с … – и Рыжий слегка повёл взглядом карих глаз вверх.
Диана опустила трубку на рычаг аппарата, отметила, что стоя около тумбочки, она непроизвольно чертила на её поверхности пальцем имя – Женя.
Парень давно умер, но она его помнила. И каждое утро, просыпаясь, говорила: "Здравствуй, Женя".
Порой подолгу, стояла на одном месте, расширенными глащами глядя перед собой, а мысленно видела Женю.
Она очень сожалела, что не каждый день встречалась с ним. А могла бы чаще быть со своим Женей.
Диана не хотела искать забвения с другими парнями или заливать тоску водкой. Женя был у неё первым и единственным, и никто ей больше был не нужен.
Диане было двадцать пять лет.
Она ни о чём не думала, когда находилась рядом с Женей, не думала о будущем, хотя познакомилась с ним и привела его к себе для долгой жизни вместе. А после его смерти поняла, что в их отношениях она и видела своё будущее, потому что очень любила его. Слюнтяя. И она знала, что они никогда не расстанутся.
Но расстались.
Диана чувствовала, что она умирала.
Смерть должна была прийти не скоро, так как она духовно и физически была сильной девушкой. Но придёт. Однажды Диана не проснётся утром, чтобы навсегда уйти в тот мир, где был Женя.
Он её ждал там.
И эта душевная боль была отражением его чувств к ней. Он, как бы, звал, требовал прийти к нему, к слюнтяю, которого она любила не безумно, а спокойно. И её всегда раздражала его фраза, когда он уходил от неё: "Я вернусь в блеске славы и удачи!"
Не вернулся.
Её память почему – то хорошо сохранила то, что в прошлом казалось пустяками. И тогда она о них не думала. А сейчас они непрерывным потоком шли перед её мысленным взором.
Вот он поправил её волосы… А вот взял в ладони её лицо и долго смотрел в её глаза.
– Диана у тебя бездонные глаза, как космос. В них очень приятно смотреть.
А Диане не нравилось, что он её рассматривал. И она вырывалась, потому что всегда была грубой. И не любила телячьи нежности. И красивые слова.
Сейчас Диана их вспоминала и жалела, что отталкивала Женю, когда он говорил ей что – то хорошее и гладил её, как кошку.
– Перестань, Женя, – сквозь зубы цедила она. – Мне противно.
Но ведь любила и дорожила им. И долго не позволяла ему целовать своё тело. Правда, он был хитрый. Начинал целовать, когда она спала. И однажды она во сне ощутила необычное блаженство, сладость, которая подступала к её сердцу. Диана проснулась и оторопела: она лежала на спине, голая, широко раскинув ноги, а Женя очень мягко и нежно проводил языком по её нижним губам, прикусывал зубами маленький клитор. Она вскочила и крикнула:
– Женя, если ты посмеешь ещё один раз, я!…
Женя не был сильней её, но когда он кинулся к Диане и повалил её на диван, она почувствовала, что не хотела спротивляться, что ей всё нравилось. Он рывком развёл ей ноги, а она пыталась закрыть ладонями свой нежный орган.
– Ручки смирно! – рявкнул Женя.
– Не смей так говорить со мной, – тихо попросила Диана и отдёрнула руки и, ощутив необычайную сладость, что, как во сне, начала подступать к её сердцу, она едва слышно пролепетала: – Делай со мной всё, что хочешь. Я тебя очень люблю…
И почему-то слёзы скатились на виски из её прекрасных глаз. Она ощутила странный полёт в мире непрерывной сладости. Ощутила, что сходила с ума от странного, нараставшего блаженства.
– Женя, прекрати, я схожу с ума.
– Столкни меня с себя, – спокойно сказал он.
И это его спокойстве убедило Диану, что у него было много девушек, что он привык так вести себя со всеми. Но ведь она другая. Диана резко сжала его бёдра, чтобы столкнуть Женю с себя....и не смогла лишить себя чудесной сладости. Наоборот, Диана впилась ногтями пальцев в его ягодицы и сильно прижала к своему телу.
А он спокойно и даже деловито повернул Диану вниз лицом, поднял её нежный зад вверх и развдвинул её колени. Долго любовался её ягодицами, бёдрами и нежным маленьким ротиком, который был был открыт и ждал… Женя наклонился к её ротику и начал жадно лизать его…
Но едва он ушёл в ванную комнату, как она пришла в себя и тщательно закрыла своё тело простынёй. Сказала ему грубо:
– Женя, не смей так, а то поссоримся.
– Ты сама выбрала меня.
– Понравился. И молчи.
Её злило, что он подглядывал за ней, когда она раздевалась. Диана не могла сказать ему, что она очень скромная и стыдилась его. А он не догадывался. И её сердило то, что он не догадывался.
– Женя, не шпионь за мной.
– Ну, тогда я не буду заниматься с тобой сексом.
– Как хочешь.
– Так может быть, я тебе не нужен?
Он так часто говорил. И она всегда затихала, потому что боялась, что Женя мог обидеться на неё, что они могли расстаться. Он парень видный. Легко мог найти себе другую. А она второго Женю не найдёт!
И Диана, стараясь говорить помягче, отвечала:
– Нужен. Не для секса.
Она не знала, для чего он ей нужен. Ей просто было хорошо, когда он был рядом с ней. И лучше бы молчал, и не лез к ней.
Диана всегда была напряжённой и грубой, когда они ложились на диван. Но когда он спокойно начинал целовать её тело, покусывать её нижние губки, она терялась, обхватывала его руками и ногами и очень нежно говорила:
– Женечка, я так люблю тебя. Делай со мной всё, что хочешь. Я не могу без тебя жить…
А он хотел делать с ней всё. Он вводил свой член в её нижний ротик, а потом, повернув Диану лицом к себе, пользуясь её растерянностью, вводил член в её верхний рот. И она покорно двигала своими губами по его члену. А потом сама целовала его ягодицы. И вновь брала в рот его член, когда он лизал её нижний ротик.
Но Диана оставалась грубой, и когда Женя говорил ей: "Ну, а в лицо твоё я могу смотреть?" – она отвечала:
– Зачем? Вон смотри в окно, если больше некуда смотреть.
Она с трудом удерживала своё желание отвернуться от Жени. Но понимая, что ему нужно что-то оставить, чтобы он не обижался, Диана поворачивалась к нему, чтобы Женя мог хорошо видеть её лицо.
– Диана, ты любишь меня?
– Не говори.
– Я обижусь, если ты не ответишь.
– Женя, пожалуйста не спрашивай.
А во время блаженного секса, когда он спрашивал её: "Целочка, как ты относишься ко мне?" – она с особенной нежностью отвечала ему:
– Женя, ты мой прекрасный мир, ты моё восхищение и обожание. Когда я утром просыпаюсь, я говорю: "Здравствуй, мой любимый слюнтяй Женя".
Второй телефонный звонок прервал её воспоминание. Она прошла к тумбочки и взяла трубку.
– Диана,– услышала она голос Карла, – ты никуда не уходи. Я подьеду к тебе вечером.
– Что – нибудь серьёзное?
– Да, ты хорошо заработаешь.
– По моей специфике?
– Не совсем.
– Мне может не понравится работа.
– Понравится. Жди.
Карл с порога внимательно осмотрел Диану. Ей отводилась не сложная роль в операции, но девушка должна быть настороже, чтобы в крайнем случае уничтожить и охрану, и Игоря.
– Ты не под кайфом?
– Нет.
– Я привёз тебе форму полицейскую. – Он показал ей сумку.
– А это зачем?
– Наденешь сейчас. И мы поедем.
Он прошёл в комнату, бросил сумку на диван и спросил:
– Ты когда – нибудь слышала о Игоре Василенко?
– Нет. У меня был только один парень.
– Да, ты говорила: слюнтяй Женя.
Он знал, что её Женя умер от СПИДа, и был уверен, что и она болела тоже, потому и была жестокой. Мстила людям за свою болезнь, за то, что сама скоро могла стать трупом.
– Ты поедешь с Игорем в банк.
– Сколько я получу за это?
– Двести тысяч долларов тебя устроят?
– Вполне.
– Игорь смертник. Его приговорил Демьян.
– За что?
– Дело сложное. Он сегодня вышел из асихушки со справкой дурака.
– А тогда причём здесь банк?
– Он вылитая копия капитана Мышкина. Из вневедомственной охраны полиции. Мы пошлём ложный сигнал на их пульт. Мышкин поедет разбираться. А вместо него в банк войдёте вы.
– От парня толк был бы больше.
– Да, но нам известно, что Мышкин иногда берёт с собой бабёнок, тоже полицейских. И к тому же бабёнка в форме, да ещё шикарная, распологающе подействует на парней в банке. Тот, кто откроет дверь, расслабится.
– Что я должна делать?
Карл развернул на стол поэтажный план банка.
– Как только ты пройдёшь тамбур, ты сдвинешься в сторону. Игорь в это время идёт к пультам сигнализации, чтобы сбросить с кресла сидящего в этом месте охранника. Рядом с его ногой педаль.
– Какой сигнал она даёт?
– Включаются внутренняя и внешняя сирены.
– А если охранник успеет нажать педаль?
– Тогда, если захочешь, всади в него очередь.
– А что делать с Игорем?
– Убей его и уходи.
– У него будет оружие?
– Нет, держи его всегда впереди себя. Он каратист, запомни.
– Запомню.
– Если вы войдёте хорошо, то положь всех охранников на пол, а лучше – загони всех в соседнюю комнату....вот сюда…– Карл указал пальцем на карту и продолжал говорить: – Игорь, наверняка, знает, что его уберут. И может в любой момент взбунтоваться. А охранники поддержат его.
– Я загоню их в соседнюю комнату.
– Игорь уйдёт наверх и вернётся с двумя чемоданами.
– Как мне вести себя?
– К нему не подходи близку – в любом случае. Следи за его руками и ногами.
– А что с охраной?
– Запри её в комнате на замок, когда появится Игорь, сверху.
– Дальше.
– Он бросит чемоданы на заднее сиденье машины и сядет за баранку. Ты сядешь чуть раньше его. И держи на мушке. Но на улице автомат должен быть у тебя под плащом.
– Чемоданы Игоря вызовут подозрение.
– Да, но не очень. Всё – таки он полицай. Хотя тут уже будет зависеть от того, как быстро вы уедете.
– Куда ехать?
Карл развернул второй лист бумаги, на котором были тщательно размечены улицы, дома, киоски.
– Вы проедете прямо, один квартал. Сзади и сбоку к вам пристроятся две машины. Здесь парк. Прикажешь Игорю остановиться, как только вьедете на его территорию.
– Он поймёт, что его сейчас убьют.
– Игорь и так понимает. В этом и заключается слабость нашего плана. Ведь мы, забрав его из психушки, представились ему его друзьями.
– И он поверил?
– Делает вид, что верит. Говорит, что всё забыл.
– А в парке как мне с ним постпить?
– Выгонишь из машины. Коля и Миша прикончат его и бросят в канализационный колодец. Он уже открыт и ждёт Игоря.
– Мне самой везти деньги?
– Нет. Парни заберут. Машину отгонишь подальше и бросишь.
– А когда я получу двести кусков?
Он, задумавшись, потёр лицо ладонями.
– У меня на этот час будет "стрелка" с Демьяном. Его надо бы исполнить до того, как он поедет на "стрелку".
– Нет. Я сделаю что – то одно. А потом…хочу поискать мужика.
– Сюда не возвращайся. Деньги мы бросим в камеру хранения на вокзале. Вот номер ячейки.
Он вынул из кармана клочок бумаги и протянул ей.
– Может быть, я позвоню тебе ночью. А теперь одевайся.
– Отвернись.
Однажды Женя пригласил ей на дачу, и она сразу поняла, что он замыслил: полюбоваться её голым телом. А скорей всего, ходить перед ним голой.
Она всю дорогу сердилась на него, потому что заметила, как он положил в сумку бутылку с вином.
Дача принадлежала его родителям. Очень интеллигентные люди. И их, конечно, не было в тот день на даче.
– Мы позагораем, – сказал он ей, уводя её на огород в кустарник.
– Я никогда не загораю. Не люблю.
– Ну, как хочешь,– весело сказал он, садясь на лужайку в кустах, и раскрыл сумку.
Диана наклонилась и посмотрела в его лицо. Он был глупым слюнтяем. Но Женя был единственный и безумно любимый.
Он быстро снял с себя одежду и похлопал ладонью по мягкой траве.
– Садись, выпьем.
– Я не хочу.
Она не решалась сказать ему, что всё понимала. Взяла из его руки фужер и присела рядом с ним, боком.
Диана внимательно следила за тем, что происходило по обеим сторонам от неё.
Он прикоснулся своим фужером к её фужеру и подождал, когда она выпила вино. Диана вскоре опьянела. И заметила, что он хитрил: наливал только ей, а сам не пил.
– Женя, мы поссоримся.