Неожиданное грядущее. Сборник фантастических повестей о будущем

© Анатолий Матвиенко, 2017

ISBN 978-5-4485-0128-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Имена и фамилии, упомянутые в настоящем сборнике, не имеют никакого отношения к реальным людям. Любые аналогии прошу считать случайными.

Охота без шансов на выживание

Уютная поляна в лесу выглядит изумительным местечком для пикников и прочего активного отдыха. Вот молодежь здесь и порезвилась на выходные.

От души.

Туземец убит с изощренной жестокостью. Большинство ран, болезненных и неглубоких, нанесено по живому телу.

Чтобы чувствовал. Чтобы страдал.

Потом изуродован труп. Скальп снят вместе с ушами. Разрублена голова, отрезаны гениталии, вспорот живот.

Чтобы оставленные в живых осознали, кто на планете хозяин.

Елена Браун выключила сканер, запечатлевший место происшествия. Фред опустил ствол и махнул туземному вождю – забирайте тело.

Земляне забрались внутрь флаера. Подробности погребального обряда канрийцев противны до тошноты, не стоит наблюдать их лишний раз.

– На базу, мэм?

– И чем быстрее.

Пилот, помощник и телохранитель в одном лице, он через пару минут осмелился на второй вопрос.

– Мы обязаны доложить губернатору. Но если его сын…

– Несомненно. Даже если снова его сын. Остальные следуют примеру.

Однажды прокурор колонии выкопал, что отсутствие у аборигенов возможности считаться разумными существами автоматически причисляет их фауне. Раз не субъекты права, то объекты. Животные. Следовательно, их умерщвление не в порядке самозащиты и не для добычи шкуры либо мяса считается правонарушением, наказывается штрафом в тысячу эргов, а повторно и до пяти тысяч. Если вину на себя берет малолетний член банды, тот же штраф падает на родителей, за недостаточный присмотр над кровожадным наследником.

На траве отчетливые отпечатки рубчатых подошв. Найдена упаковка концентрата «Виллс». Елена устало вздохнула. Ну, докажет она, что на месте ритуала присутствовал кто-то из губернаторской банды. Щенок наверняка стер записи.

Протокол его допроса можно оформлять, ничего не спрашивая. Да, присутствовал. Животных не убивал. Перечислить остальных отказывается. Несовершеннолетний – шестнадцати не исполнилось. Поэтому к ответственности за обман полиции либо уклонение от дачи показаний не привлечь: не тяжкое преступление по законам колонии. Максимум, что одобрит юстиц-компьютер, так это штраф в половинном размере для родителей: не уберегли чадо от вредного зрелища.

Наверно, даже компьютер ухмыляется, утверждая постановление. Здесь, на фронтире, где подростки с двенадцати имеют почти неограниченную свободу передвижения, транспорт и кое-какое оружие, уследить за ними невозможно в принципе.

– Билли! У тебя опять отключен маячок.

– Извини, ма. Забыл. Ничего со мной не случится.

Контроля практически нет. Выход один – в рамках семьи привить элементарное понимание о недопустимости подобных вещей.

Исключительной недопустимости. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

И если семья не справилась, нужны рычаги давления, внешние. А их нет. Поэтому кровавая охота стартует почти каждые выходные.

У юных головорезов есть даже обоснование. Предки слишком много времени потратили, чтобы переместить дикарей из зоны застройки баз. Миндальничали с ними, теряли время и средства. Нам скоро шестнадцать. Канри наша – планета. Зверушки обязаны знать, кто здесь хозяин. Ни у кого из молодежи не должно быть сомнений относительно места туземцев в этой жизни – на свалке.

Не говоря о том, что охота сама по себе представляется захватывающим занятием.

Канри вдобавок – исключительная планета. Более двухсот тысяч лет назад с нее ушла развитая цивилизация, в числе загадок оставившая уникальный климатический механизм. Наверно, он способен автономно работать миллионы лет.

Елена привычно скользнула взглядом по ландшафтам, стремительно изменяющимся за иллюминатором. Каждую минуту новый климатический пояс. Жаркие субтропики соседствуют с тундрой, знойные пустыни без перехода превращаются в ледники.

В реках можно купаться, но осторожно – с одного берега пляж и раскаленный песок, у другого ледяной припай.

Фауны мало, особенно хищной. А гуманоиды выжили и расселились. Никто не знает толком – это представители расы, жившей здесь до терраформирования, завезенный кем-то народец, деградировавшие остатки бывших хозяев планеты или вообще синтетически выведенное племя.

Они напоминают земных теплокровных, с одной большой разницей – нет гендерного деления. Каждый имеет возможность быть мальчиком и девочкой. Играющий пассивную роль при контакте вынашивает и рожает. Естественно, царит внутривидовая конкуренция, более крепкие особи покрывают слабых, умные кучкуются и одолевают сильных для этой же цели. Эволюция должна привести к появлению умных и сильных в одном лице (пока еще – морде), но этого не произошло.

– Новости, мэм. Замечен челнок с астролета. Через неделю ждем гостей.

– Надеюсь, если известия о наших неурядицах дойдут до их ушей, это не повлечет неприятностей.

Фред пожал плечами. Даже при его небольшом жизненном опыте хорошо известно: внезапное чье-то появление редко бывает добрым.

Его мысленное пророчество сбылось. Коммандер Фишер, картинное воплощение звездного воина – высокий, крепкий, твердолицый, в сине-черном комбинезоне с шевронами тридцать второй эскадры, привез не самые благие вести.

– Фастиане желают осмотреть планету.

Елена услышала это заявление в офисе губернатора, куда он собрал все невеликое начальство колонии. Естественно и ее.

– Здравствуй, большая задница, – шепнул Фред.

Она шикнула на помощника и громко задала вопрос.

– Шериф колонии Браун. Скажите, сэр коммандер, ожидается визит вежливости или инспекция?

Блестящий военный скептически окинул взглядом хрупкую фигурку шерифа.

– Хуже, мэм. Они собираются ставить базу.

– Вас поняла. То есть достаточно быстро узнают о развлечениях тинэйджеров.

Губернатор осуждающе нахмурил брови. Зачем выносить сор из избы? Елена ответила легким пожатием плеч. Мол, я вас предупреждала. Вот и доигрались.

– Что еще за развлечения?

– Ничего страшного. Подростки заигрались, один из дикарей случайно погиб. Больше скажу – был замешан мой сын, – глава колонии попытался придать голосу уверенности. – Все разъяснилось.

Коммандер повернулся к шерифу.

– Это так, мэм?

– Практически. После разъяснений губернатора аборигены шесть раз вызывали нас на свежий труп, сэр.

Военного зацепило не количество жертв.

– Уточните, что значит – вызывали? Они разумны?

– Официально признаны ниже порогового уровня. На самом деле взрослые особи имеют интеллект примерно трехлетнего ребенка. Произносят до сорока слов, могут пользоваться простейшими инструментами, выданными им, включая брелок связи. Строят хижины типа шалашей, знают огонь.

Коммандер схватился за голову. Не в прямом смысле, конечно.

– Вы хоть понимаете, что это значит? Дистанция в развитии между нами и дикарями не больше, чем между людьми и фастианами! И если мы позволяем себе убивать низших, как вы выразились, для развлечения, что прикажете высшей расе? Это катастрофа в масштабе всего человечества! Какой вы видите выход, шериф?

– Только одно, – Елена пристально глянула на губернатора. – Арестовываю всех подростков до единого, не глядя на возрастной ценз, заподозренных в охотничьих играх. И отправляю их на Вегу.

Местный царек разве что не подпрыгнул.

– Вы с ума сошли! Нет, нет и еще раз нет. Детям три года провести в трюмах… Вы – не мать, не можете понять нас.

– В ремонтных доках на какой-то из ваших лун стоит крейсер тридцать второй эскадры. Его командир – оберкоммандер. Он имеет право ввести военное положение на любой из планет Земной федерации, вывезти кого угодно и куда ему заблагорассудится, – Фишер припер губернатора к стенке, не шевельнув пальцем. – Другие предложения?

– Может, запереть их пока здесь, в Мидтауне? – робко спросила начальница геодезической службы. У нее дочь как раз замешана в игрищах.

– А потом выпустить и получить подарок под носом у пришельцев? – Елена не дала понизить градус дискуссии. – Я, конечно, не мать, как мне вежливо напомнил господин губернатор. Но без экстренных мер нам не обойтись. Вы же не желаете, чтобы фастиане точно также охотились на нас? И на детей, кстати, тоже.

Другие собравшиеся ничего путного не предложили.

Конечно, половина населения планеты сейчас на спутниках и орбитальных станциях. Через месяц с небольшим смена вахты. Их головы тоже желательно подключить к решению проблемы. Будет в курсе слишком много народу. К союзничкам наверняка просочатся слухи… Так и так плохо!

На флаерной площадке Елена глубоко вздохнула. В губернаторском кабинете атмосфера кажется удушающей. И не от состава воздуха, даже не от личности местного предводителя. Скорее – от ощущения безысходности, перспективы накатывающейся беды.

– Коммандер!

– Да, мэм? – Фишер остановился у трапа челнока.

– Нужно поговорить.

– Прошу на борт. Если разговор серьезный, военный челнок защищен от прослушки.

Она улыбнулась.

– У нас провинциальная планета, сэр. Люди не охотятся за тайнами друг друга. Прогуляемся?

– С удовольствием. В космосе мы не избалованы мелкими радостями.

Да. Нечасто прогуляешься под теплым солнцем субтропиков, особенно если через тридцать шагов, на краю Мидтауна, начинается влажная березовая роща.

– Разубедите меня, если я не права. В масштабах галактики и партнерства разумных рас это браконьерство – мелочь. Но подобная мелочь, если ее огласить, придать резонанс…

– Возможно.

Элегантный военный коснулся пальцами зеленого с сиреневым листка, точно поправил клапан на форме нерадивого сержанта.

– Мы не знаем толком их логики, – продолжил он. – Если судить человеческими марками, нашими союзниками являются чрезвычайно щепетильные существа. До истеричности.

– Простите, что вторгаюсь в сферу, для меня секретную. В прошлом имели место инциденты, отрицательно нас характеризующие, которые ставили все сотрудничество под вопрос?

– Вы правы. Информация закрытая. Абсолютно, – глаза коммандера блеснули, и впервые за время краткого общения Елена увидела в них подобие усмешки. – Сформулирую так: ваше беспокойство, обоснованно, шериф.

– Стало быть, союз двух цивилизаций может рухнуть. И мы потеряем много больше. Проклятье! – она закусила губу. – У вас есть полномочия на чрезвычайные меры?

– Смотря что понимать под чрезвычайными. Боюсь, уровня полномочий, на который вы намекаете, нет даже у оберкоммандера. Телодвижения, связанные с общим состояний взаимоотношений, нужно утрясать в Генеральном штабе…

– Для согласования требуется время, которого нет. Я поняла, – женщина резко остановилась, отчего военный проскочил на шаг вперед. – Сэр, у меня есть идея. Сырая, не скрою. Выслушайте ее хотя бы в порядке бреда.

Невозмутимое лицо офицера тронула легкая тень по мере сбивчивого изложения обещанного бреда.

– Вы сами понимаете, что это не просто выходит за рамки Устава и должностных полномочий. Я бы даже сказал – за рамки здравого смысла.

И Елена Браун нанесла четко выверенный удар в самое уязвимое место кадровых военных.

– Ради чего вы служите, коммандер? Ради исполнения инструкций или защиты нашей цивилизации? Вы сами убедились: практически все родители участников забав выгораживают своих чад. Поэтому единственный способ переломить ситуацию – заставить золотую молодежь самим отказаться от охоты. И за короткое время действенным будет только очень жестокий метод. Ваш выбор: спасти всех нас или спрятаться за параграфом инструкций?

Виктор плашмя упал в грязь. Мерзкая ледяная жижа, затекающая в комбинезон, на минуту отвлекла от ужаса положения и жгучей боли в ухе. Он встал на карачки и запустил пальцы за воротник, пытаясь выскрести липкие осклизлые комки.

На обрыве, где инопланетянин саданул его в ухо прикладом арбалета, стоит жара. У подножья градусов на тридцать холоднее.

Арбалетная стрела впилась в ствол упавшего дерева на расстоянии вытянутой руки. Вряд ли ублюдок промазал. Поторапливает. Вик поднялся и тяжело побежал вперед.

И так. Фастиане считаются лучшими друзьями человечества. На самом деле они развлекаются точно также, как Вик с компанией гонял аборигенов Канри… Немыслимо! Да, физически они не сильнее среднего землянина, но превосходят интеллектом, уровнем знаний. Собрались на охоту вдвоем, вооружившись арбалетом, нацепили мишени на щиколотку браслет, наверняка – с маяком, и обещали полчаса форы.

Задача – продержаться двое суток.

Во-первых, они обещали сохранить жизнь. Впрочем, теперь к обещаниям никакого доверия.

Во-вторых, нужно добраться до любого места, где есть связь, сообщить отцу о предательстве. Пусть губернатор не всемогущ, но хотя бы дернет военных, отправит информацию в региональный штаб.

Нет, шансы на выживание мизерны. Фастиане не упустят носителя столь важных сведений. Если не догонят бегом, просто сядут во флаер и расстреляют из лучевого оружия… Нельзя думать об этом! Нельзя сдаваться! Только вперед на восток!

Где остальные? Деб, Алекс, Винс и другие? Отец предупредил о скором появлении непрошенных гостей, думали оттянуться напоследок и притихнуть до лучших времен. А вместо этого приходится примерять роль мишени.

Шандарахнули чем-то военным, не иначе. Только стоял с друзьями, очнулся на земле. Две морды в респираторах, наставленные арбалеты и резкий голос из переводчика: вали нахрен, через полчаса начнем погоню.

Сволочи!

Раскисшая болотистая земля километра через три сменилась жаркой каменистой пустыней. Вик помнит эти места. Конечно, при себе всегда была объемная карта. Но охотничьи угодья он наизусть выучил. Дальше – зимняя тундра и джунгли.

Как ни торопился, на первый кусок потратил полчаса форы. Несомненно, гады начали погоню.

Вик обернулся. Сзади остались кусты редкой болотной растительности, на этой планете почему-то ядовито-бордового цвета. Естественно, загонщиков не видно. Впереди ровная местность, твердая, но коварная – подвернется нога на камне, и быстро уже побежишь.

Оно постарался отогнать лишние мысли и задать себе ровный темп.

Раз-раз-раз-раз… Дыхание не сбивать! Ноги и дыхание – на них держится жизнь. Пока держится.

Алекса без рассуждений швырнули в водопад. Он едва не утонул, с трудом всплыл ниже по течению, наглотавшись воды и кашляя. Отобрали все, кроме ножа, ур-роды.

Вода теплая, вылезать не хочется, и несет быстро. Но потом влетает в глубокий каньон с высокими гладкими стенами и ныряет под лед. Затянет туда – конец. И даже если выбраться на снег, он, мокрый до нитки, совершенно задубеет, пока не перебежит на восток, где начинает теплеть.

На востоке форпост. Там непременно кто-то дежурит. Добраться! Сообщить о чудовищном превращении фастиан.

А что дальше? Кувыркание в речных волнах не мешало думать. Даже если узнают губернатор, комендант и шериф – что они смогут?

Рядом с канрийской звездной системой транспортный тоннель, до него жалкая половина светового года. Скорость света вдали от звезды возрастает в семь-восемь раз, а в тоннеле – более чем стократно. Соответственно, энергетическая эффективность аннигиляции увеличивается квадратично. Поэтому тоннели, транспортные артерии галактики, охраняются особо тщательно. Там боевые станции, человеческие и фастиан висят в вакууме бок о бок. Если нелюди решили здесь строить базу, значит, собираются усиливать присутствие. А охота на союзников свидетельствует, что им плевать на землян! Что они только изображали из себя друзей, делились технологиями. Точно также дикари выращивают местных животных, заботятся, прикармливают. Потом режут и едят.

Значит, человечество сожрало прикормку. Пора пускать в расход.

В поле зрения мелькнули скалы. Ну вот, скоро каньон с ледяным панцирем. Алекс вздохнул и выгреб к левому берегу. Там быстро разделся и выкрутил комбинезон.

На противоположной стороне реки мелькнули две фигурки охотников. Не угадали? Не на тот берег побежали? Шиш вам! Парень показал им неприличный жест.

Не известно, понял ли инопланетянин оскорбление, да только вскинул арбалет и выстрелил. Алекс бросился на землю. Болт воткнулся в редкую траву на неприятно близком расстоянии. Он выдернул его – в таком походе любое оружие пригодится – и побежал прочь голышом, с комбинезоном в руках. Лишь оставив между собой и преследователями около полукилометра, оделся в сырое.

Оп, а что в кармане? Аптечка. Во время купания не заметил ее.

На востоке граница между зимней тундрой и степью. Если уроды будут играть честно, пойдут в обход до льдов, где река перекрыта мерзлым мостом, это дает лишние минут сорок форы.

Алекс побежал, согреваясь на ходу. Даже настроение чуть улучшилось, от безнадежно тоскливого до умеренно скверного. Сама собой начала складываться незамысловатая песенка. Интересно, будет шанс спокойно сесть за клавиши и напеть ее?

Дебора скатилась с холма кувырком, сбивая ладони в кровь, царапая колени, раз основательно приложилась лбом. Теплая струйка не удержалась на брови и залила глаз.

Прижала рукав ко лбу. Ткань водостойкая, не гигроскопичная, только размазала кровь. Что есть с собой? Нож на поясе, браслет на щиколотке – о его назначении можно не спрашивать, пакет в набедренном кармане. Деб достала тампон и прижала ко лбу, оглянувшись наверх.

Там – двое, стоят неподвижно. Один небрежно махнул арбалетом: беги. Снова замерли.

Н-да… Если от них не удрать, шрам над глазом будет самой ничтожной проблемой в ближайшем будущем.

– Мой отец – губернатор! Он вам так этого не оставит.

Парочка не удостоила ни ответом, ни жестом.

Трудно бежать по лесу. Сучья, корни под ногами. Лес сухой, наполовину мертвый.

Жарко.

Кровь на лбу моментально засохла, схватилась.

Нас шестеро. До ближайшего поста километров тридцать. Хотя бы один должен дойти – предупредить!

Деб очень хотелось, чтобы в числе выживших оказалась она. С какой стати ей умирать?

Дочь губернатора, красавица. И рубец на лбу не испортит, тем более в больнице его запросто сведут.

Еще вчера, в пятницу, на нее глазели все мальчишки колледжа. Каждый готов придти на помощь, оказать поддержку в любой мелочи. А она выбирает. Королевски распределяет толику внимания. Когда придет время заводить себе любовника, пацаны перегрызутся… Ну и пусть!

Деб одернула себя. Не время! Надо выжить. Иначе вообще никому не достанется. Да что сказать – целкой умрет! Гады!

Ненависть и отчаянье подхлестнули. Она прибавила шаг, перепрыгивая через корни, пни, поваленные стволы. Ветки норовят полоснуть по лицу как можно больнее. Снова раскровилась ранка. А потом самый подлый и острый сучок глубоко вошел в глаз.

Девушка упала на колени и завопила от боли. Кровь и какая-то непонятная жижа брызнули на руку. Самый прекрасный глаз в классе… Пацаны молились на него! Конечно, сейчас можно приживить или регенерировать что угодно, но дьявол! До чего же больно…

Обливаясь кровью и слезами, мало что разбирая и вторым оком, она с рыданиями продолжила путь.

Только выбраться бы из леса. Где-то за ним должна быть граница двух зон, тундра и саванна. Потом джунгли… Еще вроде какой-то вулкан. Дальше без карты не вспомнить. Куда дели Вика? Брат гонял здесь дикарей много раз, наверняка знает местность. Где он?

Полноватый коротышка Винс вообще не получил выбора. Мощный пинок пониже спины зашвырнул в мрачный тоннель. Редкие светляки едва освещают пол и стены. Какие-то фосфорицирующие растения или насекомые – сейчас не до биологии.

Обернулся. На фоне светлого пятна неумолимая фигура с арбалетом.

Он побежал.

Каждый шаг – риск угодить ногой в расселину, поломать ее или хотя бы просто подвернуть. Тогда фастианин догонит без спешки и хладнокровно убьет. Точно также, как Вик, Деб и Алекс резали дикарей.

Проклятье! Какого рожна поперся! Суббота, отличный день в Мидтауне. Нет же. Решил доказать, что не отстает от крутой компании. Замечательный дебют…

Вик, рослый и отвратительно красивый лидер, по которому сохнут почти все бабы лицея, что на него равняться? Деб, стерва и недавалка, изводящая парней намеками, туманными обещаниями и обожающая после этого динамить с насмешками. Алекс, поэт и музыкант, второй номер, на которого вешаются телки, отвергнутые Виком.

Маленький заучка – кто он в их компании? На их фоне? Да что говорить. Это он – фон для блестящих ровесников. Через год шестнадцать, совершеннолетие. Им – дорога на руководящие должности в Мидтауне, на лунах или в поясе астероидов. Винсу светит инженерная работа на верфи, потолок обозначен…

Какого ляда он здесь? С идиотским приключением и до инженера не доживет, хотя… Если инопланетяне всех решили пустить на фарш, то и в городе не безопаснее.

За размышлениями Винс зацепился ногой за камень и загремел на неровный пол. Дикая боль в голове, синие и зеленые искры перед глазами. А, и в левом локте не легче. Для полного счастья колено ушиб.

Превозмогая резь, едва сдерживая крик, он поднялся. До чего же хреново! Тронул левую руку, чуть не потеряв сознания от ощущения, что у локтя взорвалась граната. Перелом в суставе или лучевых костей… И за спиной равнодушные хищные инопланетяне, которые только по одному поводу огорчатся – мишень оказалась слишком легкой.

В колене стреляет на каждом шагу. Что там, коленная чашечка? В человеческом организме слишком много деталей, норовящих сломаться или отказать в самый неподходящий момент.

Вик наверняка решит пробраться к посту. Он где-то на востоке. Значит, есть только один способ оправдать свою короткую бесцветную жизнь – держаться как можно дольше, отвлекая преследователя на себя. Пусть сильные отомстят за малыша Винса.

Спортсмен и опытный охотник, Вик почувствовал первые признаки основательной усталости через полтора часа. По его прикидкам, перебежками он преодолел около восьми-девяти километров, если считать по прямой. Вряд ли фастиане могут двигаться столь быстро, особенно по размокшей земле. Если, конечно, не схалтурят и не вызовут флаер.

Будем надеяться, что немного оторвался. Можно чуть сбавить шаг и подумать.

Нет проблем с водой. Много ручьев, из перевязочного пакета получается отличный фильтр. Но расход энергии восполнить нечем. Скоро захочется есть… Жрать захочется! На планете нет никакой дичи, которую можно употребить в пищу сырой. По маршруту попадется пара дикарских селений. Мясо у гуманоидов жесткое, невкусное, но пожаренное на костре – съедобное. По крайней мере, каждый, вступающий в гильдию охотников, его отведал. Чтобы знал: канрийцы не люди, а животные. Объект охоты и добычи.

Проще всего сбить камнем нелетающую птицу, рыжее уродливое существо, которых аборигены разводят, выкармливая до солидных размеров. Но огонь где добыть? Трением, как в рассказах о древних землянах? Не смешно. А, проще всего – заставить дикарей развести костер.

Потом возникнет другой вопрос. Фастианам нужен сон и отдых, не меньше, чем людям. Но когда они предпочтут отдохнуть? Могут взбодрить себя стимуляторами.

Вик перебрал аптечку. Инъекций мало. Обезболивающие, противовоспалительные, антидоты. Человеческий набор, все надписи только на интерлингве. Твари выбросили бодрящую химию. Значит – останавливаться нельзя, пока не свалишься. И без отдыха не преодолеть тридцать километров по пересеченной местности.

Стая птиц в небе. Некоторые кружатся над головой, явно выдавая местонахождение. С другой стороны, пока браслет на лодыжке, смешно прятаться от сканеров преследователей.

Отцовские предостережения, что чужаки не должны ни в коем случае узнать про охоту, сейчас кажутся абсурдными. Высшие существа не только не против сафари на этой планете, но и сами с удовольствием развлекаются.

Если они выбрали объектом людей, то Вик с компанией охотился на дикарей оправданно. Нет никакого равенства, политкорректности, жалости к низшим. Сильный истребляет слабого – универсальный закон.

Алекс сдулся несколько раньше Вика. Стер ногу, что в такой ситуации крайне опасно. Даже оторванная рука не так уменьшит шансы беглеца уйти в отрыв, чем банальная заноза или, там, мозоль.

Ноги горят в высоких ботинках. Натирает и браслет на щиколотке. Но почему-то верится, что попытка снять его и вправду будет фатальной.

Вокруг степь. Трава то по пояс, то по щиколотку. Из нее часто вылетают какие-то птахи, пасутся бараны.

Впрочем, бараны – не самая удачная калька с названий земных аналогов. Треугольное существо ростом по колено, если мерить по спине. Широкий зад опирается на короткие мускулистые конечности, из груди торчит единственная нога с твердым башмаком-копытом.