Проект Алиса Громова

Глава 1.

Если бы Феликс Фелицис1 существовал на самом деле, то можно было бы смело утверждать, что Алиса Громова пила его ежедневно.

Красивая, с безупречным чувством стиля, остроумная и веселая — это все про Алису. Такой она кажется в глазах окружающих, и с этими высказываниями сложно поспорить.

У Алисы чуть меньше миллиона подписчиков в соцсетях, обаятельный парень, как будто сошедший со страниц Men’s Health, парочка самых верных подруг (это которые и в огонь, и в воду, и за любой кипиш, кроме голодовки), очаровательный белоснежный шпиц по кличке Тиффани и родители, которые души не чают в своей прелестной дочке.

По крайней мере, именно такая картина предстает перед нами, когда мы переходим в профиль Алисы. На деле же квартира девушки выглядит как помойка, фото с родителями сделаны из-под палки и то по праздникам, подруги лицемерки, а парень — и не парень вовсе, а всего лишь продюсер, с легкой руки которого и появился проект «Алиса Громова». Даже милая собачка Тиффани не принадлежит Алисе, а любезно «одалживается» у помощницы того самого парня. Матвей просто вручает собаку, когда надо.

Ох, Матвей. Как же Алиса вляпалась, когда познакомилась с этим парнем на быстрых свиданиях. Он, безусловно, сексуален, галантен, его волосам, осанке и профилю позавидуют многие. Но за личиной «книжного краша» на самом деле расчетливый, холодный и… просто редиска. Алиса напоминала себе об этом каждый раз, как ее нежное девичье сердце порывалось выскочить из груди при виде человека, что ничего к ней не испытывал.

Не ведитесь, девки, на смазливые личики.

В этой истории для Алисы много плюсов. Точнее, один жирный плюс — ей хорошо платят за этот образец «успешного успеха». Ей оплачивают лучшие салоны красоты, чтобы поддерживать внешность на должном уровне. Она носит брендовую одежду, а ее сумки и туфли стоят как приличная иномарка. Какая девушка откажется даже от фальшивой сладкой жизни?

«Клининг будет через полчаса. Надеюсь, ты прибралась.»

Алиса фыркнула, прочитав сообщение от Матвея.

— Кто прибирается перед клинингом? Что за бред?!

Нервно настрочив ответ, она отложила телефон и продолжила закидывать в рот чипсы со вкусом сыра, ее любимые. Крошки были по всей кровати, но раз придет клининг — плевать. Матвей вызывал к ней бригаду фей чистоты раз в неделю, а также чуть ли не каждый день приезжал курьер с пакетом здоровой пищи. Алиса же считала эту пищу не здоровой, а лишающей всякой радости жизни.

Телефон зазвонил, и Алиса, раздраженная тем, что ее отвлекают от ничегонеделания, ответила на звонок.

— Да, хозяин.

— Не паясничай. Ты убираешься? — от голоса Матвея раньше Алиса таяла, как та самая шоколадка в популярной песне2, но теперь она старалась держать себя в руках.

— Нет. И не собираюсь. Я об этом написала.

— Алиса, — на том конце провода продюсер тяжело вздохнул, — что ты ешь?

Алиса закинула в рот еще один чипс.

— Фыпсы.

— Выкинь эту дрянь и поешь нормально.

— Простите, хозяин, сегодня у меня чит-мил. Какие-то еще вопросы?

Алиса знала, что Матвея бесят ее выкрутасы, но на ней он зарабатывал больше, чем можно себе представить простому офисному работнику. Поэтому Алиса могла себе позволить лишь пару колкостей в день, пока терпение ее рабовладельца не закончится.

— Сегодня снимаем в Москва-Сити в отеле.

Алиса привстала на локтях.

— И какой повод?

— Наша годовщина.

Точно. Целый год прошел, как они играют на людях влюбленную парочку. Хотя когда-то ей казалось, что между ними действительно могло что-то быть.

— Ох, простите, хозяин, совсем запамятовала. Мне приготовить подарок? Или вы уже все купили?

— Прекрати называть меня хозяином. Это будет лучший подарок.

— «Любимый», «милый», «зайка», «котик», «мое солнце и звезды» и прочее, вы, хозяин, забраковали.

— Цитировать «Игру престолов» — это верх идиотизма. Смею напомнить, кхал Дрого умер, вместе со звездами и солнцем.

— Момоа с Эмилией Кларк все равно в моем сердце! Я, между прочим, фанатка ее бровей!

Матвей шумно выдохнул. Так, что Алисе показалось, что он находится где-то рядом, а не на другом конце Москвы.

— Клининг будет через час. Зная тебя, убираться они будут часа три, не меньше. В пять приедет курьер с букетом, засними его как следует.

— А платье? — еще один чипс отправился в рот.

Матвей промолчал. Понятно, что, скорее всего, он уже все предусмотрел. Перед масштабной съемкой Алису собирала команда, что знала свое дело. Некоторые из его постоянных подрядчиков, с которыми Матвей работал. Дело в том, что Матвей Донцов — довольно известный фэшн-фотограф.

Алисе уже так все надоело, что хотелось раскрыть правду, закричать во всю глотку той самой «бригаде» стилистов, что они не просто готовят ее к очередному свиданию, а лишь гримируют актрису. Актрису Титаника, только вот партнер все никак не утонет, да и сцены с запотевшими стеклами и позированием вырезали.

— Принято, хозяин.

Матвей отключился еще на букве «х». Алиса швырнула телефон подальше от себя, передернувшись от переполняющих эмоций. Она оглядела свою любимую свалку и подумала, что не мешало бы убрать хотя бы нижнее белье, что валялось порой, где придется.

Год. Целый год жизни она потратила на… бесчувственную глыбу! Алисе было проще ругать его в своих мыслях, нежели признаться, какие чувства он в ней вызывал. Самовнушение — страшная сила, но пока давала сбои. Была и еще одна немаловажная причина ее злости: целый год у нее не было секса. Как оно там вообще? Не восстановилась ли ее девственность за такой долгий промежуток? С «подругами» не поделишься своими страданиями, а потому приходилось рассчитывать только на своего верного «братца-кролика», который всегда был в полной боевой готовности.

Однажды Матвей нагрянул без предупреждения, и Алиса была так зла на то, что ее прервали, что она открыла дверь, держа влажную секс-игрушку в руке. Сказать, что продюсер был удивлен, — ничего не сказать. Но ей дико понравилось то, как покраснели его уши и дернулся кадык. Возможно, он даже фантазировал о ней той ночью, но это осталось для Алисы загадкой. Ее раздражал сам факт того, что их с Матвеем «отношения» ограничивались лишь поцелуями на камеру.

Томно глянув на свой вибратор, Алиса посмотрела на часы — не успеет, а потому она запихнула игрушку в верхний ящик прикроватной тумбочки и, лениво и сладко потянувшись, перевела себя в вертикальное положение.

— Вот же гаденыш. Годовщина, говоришь? Может, просто выбросить тебя с окна?

Клининг прибыл четко в назначенное время (да, Алиса за каких-то пятнадцать минут успела более-менее скрыть следы всех издевательств над мебелью и полом), а следом — и курьер с шикарным букетом из ста роз. Алиса отыграла удивление, радость и еще тридцать три эмоции, пока расписывалась в получении. По ней плакала премия «Оскар». И как такой талант не рассмотрели в театральном вузе? Хотя ее жизнь можно было бы вполне назвать сериалом, который длится более 300 серий.

— Ох, какие ваш парень всегда букеты дарит! Обзавидоваться можно. Я принесу ведро. — Подключилась сразу одна из фей.

— Да-а, — протянула Алиса. — Он у меня такой романтичный!

— И красавчик еще. — Вторая фея кивнула в сторону совместной фотографии, что висела у Алисы на стене прямо при входе.

Матвей заставил повесить этот снимок для большей достоверности, ведь к Алисе порой приходили гости. Конечно, когда у нее было прибрано, раз в неделю, не чаще.

— Он у вас снова весь в работе?

— Вот вернулся и зовет в Москва-Сити. — Алиса покрутилась на месте, растянув рот в широкой улыбке. — У нас сегодня годовщина!

— Ох, наверное, букетом не ограничится. — Фея номер два подмигнула Алисе и вернулась к работе.

Пока женщины феячили на кухне, Алиса переоделась в чистую шелковую ночнушку от Victoria’s Secret, расчесалась, нанесла легкий мейк, скрывающий синяки под глазами от бессонной ночи за просмотром сериалов и пожиранием мороженого, перетащила цветы в место с лучшим светом и устроила фотосессию.

— Я бы на ее месте тоже валялась бы и ничего не делала, раз платят за уборку. — Донеслось до Алисы щебетание фей.

Алиса фыркнула про себя. Пусть обсуждают. Даже если в сеть сольют ее бардак, ей уже все равно. Да и зачем это им? Нарушить репутацию своего клининга, влезть в скандал и лишиться работы вряд ли кто-то из них хотел.

Отобрав лучшие снимки, Алиса скинула их на одобрение Матвею. Конечно, она отправила ему те, где ее декольте выглядело максимально соблазнительно и вульгарно.

«Нет,» — стандартный ответ. Иногда Алисе казалось, что Матвей импотент, ведь некоторые из фотографий, что она ему слала, впору было продавать журналу Playboy.

«Эти фото только для тебя, хозяин.»

«Избавься уже от этого.»

«От этого?» — Алиса сделала еще одно фото в режиме бумеранг, где приспустила лямку с плеча, и отправила следом.

«Пора взрослеть…»

— Тоже мне взрослый нашелся! Опять папашку врубил, — прошипела Алиса.

— Вы что-то сказали? — Одна из фей крикнула из-за двери.

— Нет-нет. Это я не вам!

«Нормальные фото будут?» — следом сообщение Матвея.

«Ну не знаю… Возможно.»

«Алиса!»

Матвей все же добился от Алисы результата, утвердил контент, и фотографии улетели в безграничный интернет. Громова не забыла и подпись: «Как всегда, шикарный букет от моего рыцаря! Кажется, он что-то готовит, девочки. Сердце так и просится выпрыгнуть. Разве можно быть такой счастливой? И, как всегда, флористы @fresh.flower радуют качеством и свежестью цветов. И как ОН только умудряется находить все самое лучшее?»

Алиса не переставала удивляться тому, как такая навязчивая реклама не отталкивала людей от ее блога. Но Матвей каким-то чудом умудрялся выстроить контент-план так, что подписчики только прибавлялись. Возможно, им просто нравилось смотреть на ее лицо, ведь Алиса отличалась удивительно миловидными чертами лица, пухлыми губами, в меру пышной грудью и подтянутым телом. Генетика страшная штука. Хотя ее мать далеко не топ-модель, возможно, сыграли роль гены отца.

Многие стремятся к такой внешности, проводя часы в спортзале и обкалывая себя всем, чем можно и нельзя, а вот Алисе даже напрягаться не приходилось. И хоть она без конца рекламировала всякие средства по уходу, по сути, ничем, кроме увлажняющего крема, и не пользовалась.

Только вот эта красота никак не помогала найти нормального парня, а потом Алиса и вовсе попала в сети Матвея. Возможно, она нагрешила в прошлой жизни: соблазнила короля или императора, за что ее казнила ревнивая жена. Кто знает?

«Молодец,» — одобрил пост Матвей.

«Спасибо, хозяин.»

«Заеду за тобой в шесть.»

«Чайник ставить? Или чего покрепче?»

«В шесть.»

После случая с секс-игрушкой, он стал реже подниматься. Его дико раздражало сидеть и смотреть, как Алиса красится. А она делала это нарочито медленно, когда он был рядом. Он предпочитал отсиживаться в машине.

— Где шесть, там и семь.

И он это тоже знал, поэтому приехал в восемь.

Глава 2.

Не сказать, что Матвей Донцов был полным подонком, хотя отдельным личностям и могло так показаться. Он просто искренне считал себя умнее многих.

Матвей встретил Алису случайно, и стоило увидеть ее по-детски круглое личико, горящие глаза, тонкую изящную шею, подчеркнутую чокером, родинку под глазом и губы нежно-розового цвета, прекрасные своей натуральностью, как Матвей сразу понял, что нашел ту самую.

Нет, он не искал себе девушку или жену. Ему нужна была модель. Он так пресытился искусственными красотками, век которых закончится сразу же, как рассосется гиалуронка и ботокс в их губах и лбах, что позволил другу затащить его на быстрые свидания. Ему нужна была свежая кровь: настоящая славянская красота и желательно молодость.

Алиса казалась идеальным вариантом. Молодая, амбициозная, с немного странным чувством юмора, но вполне здравыми мыслями. До нее он уже успел поговорить с десятью девушками, и ни одна не смогла удержать его внимание ни внешностью, ни разговором. Алиса же, хоть и была не менее активна, чем остальные «охотницы на мужчин», но все же держала дистанцию и скорее проверяла Матвея на прочность. Ощущалось недоверие, она почти устроила ему допрос с пристрастием, а он с удовольствием его поддержал. Она не спрашивала ни о его работе, ни о семье или образовании, ни о том, какую машину он водит. Она много говорила о кино, театре, интересовалась, в какой последний музей он ходил и как относится к животным. Это показалось ему странным — его бывших больше заботил статус и кошелек, нежели искусство или благотворительность. Это противоречие внешнего вида Алисы и ее рассуждений, действительно, заставило Матвея продолжить общение.

Дело оставалось за малым: пара встреч, чтобы расположить к себе и не прослыть каким-то извращенцем, а затем предложить стать его моделью. Все произошло даже быстрее, чем он планировал. Алиса со своим желанием стать актрисой и проваленными вступительными жаждала славы, как никто. А съемка у популярного фотографа, еще и бесплатно… Алиса не смогла устоять.

Идея раскрутить ее в соцсетях появилась уже позже, после разговора с тем самым другом, который большую часть времени теперь проводил где-то в районе Сейшел. Снимки Алисы привлекли внимание, но ее личный блог требовал некоторых вложений, чтобы начали поступать рекламные предложения. Матвей помогал выставить кадр, обучил основам композиции, подписчиков становилось все больше и наконец блог вышел на тот уровень, который позволял брать приличные деньги за пару слов о бренде, магазине или и вовсе всего лишь за отметку где-то в углу.

Только вот Матвею начало казаться, что Алиса жаждет большего, в их личной истории. Он почувствовал, что необходимо провести границы.

Да, Матвей поступил как знатный идиот (в глазах Алисы, конечно же!). Он не хотел ввязываться в отношения с девушкой на десять лет младше, да и вообще ввязываться в какие-либо отношения, которые до этого у него ничем хорошим ни разу не заканчивались.

Матвей все больше отдалялся. Тем временем подписчики Алисы, да и его, все строили теории вместе они или нет.

— А давай притворимся, что мы встречаемся?

— Что? — На лице Алисы застыло удивление вперемешку с такой вселенской грустью, будто кто-то умер.

— Давай притворимся парочкой. Меня перестанет доставать бывшая, а твоим подписчикам за радость, что мы… — Матвей сделал пальцами кавычки. — …вместе.

— Типа… не по-настоящему?

Матвей пожал плечами.

— Создадим красивую картинку «успешного успеха», для нас обоих. Мне — больше заказов, тебе — заработок на рекламе, а там, глядишь, и заметит какой режиссер.

В голове Матвея это звучало лучше, чем прозвучало на самом деле. Но Алиса, к его удивлению, немного подумав, согласилась. Последнее, что она хотела — возвращаться к родителям из столицы, а потому ей нужны были деньги оплачивать квартиру и хотелки. Правда, она заставила Матвея снять ей с двумя спальнями. Уж зачем ей такие — он не знал.

Единственное, что после его «гениальной» идеи, за которую он когда-нибудь получит премию Дарвина, вызывало напряжение — поцелуи. Держаться за руки, обниматься для фото и прочее — не проблема. А вот целоваться… Целовать Алису было чертовски приятно, а потому опасно. Думать о ней не как о девушке, а как о соучастнике во лжи, с каждым днем было все тяжелее и тяжелее. Он как сейчас помнил их первый поцелуй: он смущался как восьмиклассник на своей первой дискотеке, а Алиса же, как и подобает актрисе, отыгрывала до конца — ни тени сомнения на лице. Поцеловала так, что Матвей еле сдержался, чтобы остановиться лишь на этом.

Спустя пару месяцев она стала называть его «хозяин», и с тех пор продолжала выводить его из себя. Матвея не то чтобы это напрягало: он попросту терялся и предпочитал молчать. Тогда шестеренки в голове Алисы крутились сами и выдавали что-то адекватное.

Иногда ему казалось, что не стоило связываться с этим дьяволом под личиной ангела. Особенно, после того как застал ее с секс-игрушкой в руках, раскрасневшуюся и взъерошенную. В его голове даже промелькнула мысль поддаться искушению и наброситься на нее прямо в коридоре. Хотя он не был уверен, что она положительно отнесется к такого рода порыву. Но, благо, годы работы фотографом, в том числе и в ню-съемках, помогли удержаться. Женское тело для него всегда было не более чем холстом для художника: подбери ракурс, выбери свет, дополни композицию — и на выходе получишь произведение искусства.

Но с Алисой все было иначе. Эта чертовка начала нарочно провоцировать его, хотя сама согласилась на поставленные им условия. И это ее «хозяин», произнесенное тысячу раз со всевозможными интонациями… Будь то день или ночь, но приходили к Матвею и грязные мысли насчет Алисы, где он ставил ее на колени и заставлял стонать от удовольствия. Он прогонял это наваждение от себя раз за разом, сводя их общение до минимума, принимая ледяной душ и сгоняя семь потов в зале.

«Работа. Роль ее парня — это моя работа,» — повторял он себе. Матвей стал реже приходить к ней домой, чтобы не рассматривать изгибы ее тела, когда Алиса специально дефилировала перед ним в неглиже.

И пусть горит в аду Киллиан Хеннеси со своим парфюмерным домом, потому что аромат духов «Good Girl Gone Bad», которые он в порыве помешательства подарил Алисе на день рождения, теперь преследовал его повсюду. Сколько ни мойся, присутствие девушки ощущалось сильнее, чем хотелось бы. «Раскрываясь яркими фруктовыми нотами, композиция отсылает к концепции познания добра и зла и будто переносит в роскошные райские сады, таящие искушение.» — вещал продающий текст на сайте ЦУМа. И как они только поняли это? Или Матвей не единственный, кто реально готов отправиться в эти самые сады под действием искушения?

Матвей Донцов связал себя с Алисой такими отношениями, которые прекратятся в любом случае с огромной долей внимания к его персоне. Да, он отвадил с помощью Алисы большую часть светских львиц, норовящих запрыгнуть к нему в койку, но также он создал такой невинный образ для девушки, что после официального расставания, предстанет полным козлом.

Алиса это тоже понимала, и как бы ни продолжала считать его рабовладельцем, выгоды получала не меньше. Но в последнее время в ней как будто что-то изменилось. Алиса стала больше язвить и спорить, выводила его на эмоции и временами даже нарочито игнорировала его звонки, будто проверяла Матвея на прочность. Первые разы он действительно переживал, не случилось ли чего — изменения в поведении человека могли свидетельствовать о проблемах, — но Алиса просто уходила в сериальный и углеводный запой. Можно было бы списать такое поведение девушки на некоторые особенности женского организма, но этот вариант он выкинул из мыслей — не могли же у нее идти месячные по графику два через два?

Матвей стал опасаться Алису — не выкинет ли чего. Она могла.

А потому он предпочитал отсиживаться в машине, пока Алиса собирается. И вот этот день, их «годовщина», не стал исключением. Он забронировал столик в ресторане, заказал номер в отеле, чтобы сделать пару снимков с красивым видом для блога, заказал букет именно на то время, когда точно будут свидетели, а также предварительно забронировал для них с Алисой тур в Стамбул через пару недель, в разных номерах. Он знал о ее пристрастии к турецким сериалам и хотел порадовать ее — или задобрить. На всякий случай.

Это не первая их поездка, но чаще они не путешествовали вдвоем. Он совмещал поездки со съемками, Алиса его лишь сопровождала. Но в этот раз Матвей был не уверен в своем подарке. Он крутил билеты в руках с мыслью, а не поменять ли его на что-то вроде безумно дорогих сережек. Но времени на размышления уже не осталось.

Он и сам настолько устал от Москвы, от работы, от всей этой маркетинговой гонки, что хотелось простого человеческого «выспаться» и побродить по туристическим местам, пофотографировать достопримечательности и поплавать в море.

Алиса, ожидаемо, была готова на два часа позже назначенного времени. Вместо привычных платья и туфель, она предстала в спортивных штанах с кроссовками, волосы были собраны в небрежный пучок, а не распущены. Алиса жевала жвачку и шла такой походкой, будто первой ее фразой будет: «Слышь, парень, позвонить не будет?»

— Что с тобой? — Матвей осмотрел Алису с ног до головы в недоумении.

— А что со мной? — она надула пузырь из жвачки и невозмутимо пристегнула ремень безопасности.

— Алиса, если у тебя депрессия, сходи к врачу.

— А я могу ему рассказать о том, что подписалась на фейковые отношения ради денег?

Матвей прищурился. Алиса определенно не настроена сегодня вести себя прилично.

— Вот и я о том же. Так что, хозяин, придется жить с тем, что есть, — она широко улыбнулась. — А вообще, чего париться, если толпа стилистов вмиг приведет меня в порядок.

— Действительно, — только и кивнул Матвей, сжав руль своего Мерседеса так крепко, что заскрипела кожа.

Алиса уже настраивала радио в поисках подходящей композиции. Матвею было все равно, что играет на фоне, поэтому он никогда не препятствовал. Он следил за дорогой, а не слушал, что там блеют современные исполнители.

— И вообще, какая разница, во что одета девушка? У меня миллион подписчиков, я могу задавать тренды. А мода на воздушных барышень уже прошла.

— Хочешь сказать, что это теперь твой новый стиль? — Матвей хмыкнул. — Ничего не имею против, только надо предупреждать. Я бы заказал себе нью-бэлэнсы вместо лоферов.

— Неужели я настолько плохо выгляжу? Этот костюм стоит как половина средней зарплаты.

— Выглядишь так, как будто… — Матвей поднял руку, сжатую в кулак, и начал разгибать пальцы: — Вариант первый: ты вчера вошла не в ту дверь, — Алиса засмеялась, звонко и задорно. Матвей продолжил. — Вариант второй: тебя вытянули из дома силой, — Алиса продолжила смеяться. — Вариант третий: тебя бросил парень.

— Ох, — Алиса схватила Матвея за пальцы и сжала их. — К слову о «парне» — целуй.

Матвей без лишних напоминаний перехватил руку Алисы и поднес к губам. Пальцы Алисы пахли сырными чипсами. Сколько же она их съела?

— Нормально целуй. Камера все видит!

Щелчок камеры на телефоне, и прекрасный лик Матвея отправился прямиком в ленту к Алисе.

«Девчонки, а кто-то вообще сейчас целует девушкам руки, или это только в кино, книжках и комиксах? Или мой просто старомодный?» — появилась подпись под фото и незамедлительно посыпались комментарии: сердечки, пальцы вверх и бурное обсуждение, что настоящие мужчины вымирают, как мамонты.

Алиса же сразу вырвала свою руку и словно Цезарь продолжила разговор, попутно отвечая на сообщения подписчиков:

— Не в ту дверь я явно вошла год назад, меня вытянули из дома силой, а вот парень бросать не хочет, так что два из трех условий для моего внешнего вида выполнены. Никаких претензий.

— Я тебя не заставлял, — эту фразу Матвей повторял не раз. Возможно, Алиса была мазохисткой, потому что никогда четко не говорила о своем желании выйти из этих «отношений».

— Да. Мне предложили прокатиться на Титанике, и вот я здесь. Только пока все же не поняла, я Джек или Роуз?

— Ты — айсберг, Алиса. И если не прекратишь себя так вести, то потопишь всех.

Алиса фыркнула. Она часто фырчала, изображая то ли белку, то ли кролика. Все-таки разница в десять лет была заметна. Но это придавало Алисе своего шарма. И надо отдать ей должное — камера ее любила, а потому, сделав пару фото даже в этом странном для нее виде, она выглядела мило и прелестно.

— Помолчи, я видео сниму, — Алиса включила камеру. — Привет, мои дорогие! Я к вам в таком неопрятном виде, простите. Матвей сказал одеться в удобную одежду, и я в чем мусор выносила, в том и выскочила из дома, — камера оказалась направлена на Матвея. — Посмотрите на этого красавчика. Он куда-то меня везет. Вы же помните утренний букет, как вы думаете, что он задумал?

Алиса ворковала, а Матвей подыгрывал. Это было уже таким привычным. Будь они в настоящих отношениях, он скорее предпочел бы выключить камеры и проводить время наедине друг с другом.

Матвей кинул короткий взгляд на Алису и сжал руль еще сильнее. Он определенно не хотел бы включать камеры, да и свет тоже. Хотя нет. Свет можно и оставить.

— Я хочу сходить на кастинг, — вдруг сказала Алиса. — Нужна актриса для рекламы женской виагры.

Матвей от неожиданности нажал слишком сильно на газ и чуть не врезался в зад впереди идущей машины.

— Женская виагра?! Серьезно? Ты не пойдешь, — строго сказал он. — И зачем им вообще такая молодая девушка?

Матвей покачал головой. Чего только не рекламируют! Хотя ему ли удивляться? Как-то раз он снимал рекламу кошачьего корма, где кошек изображали полуголые девицы. Конечно, реклама провалилась: одинокий мужчина заводит собаку, на крайний случай любовницу, а не кошку, а иную аудиторию такая реклама вряд ли бы привлекла. Матвей еще на этапе переговоров вписал в договор условие не публиковать его имя ни при каких обстоятельствах. Он унесет этот позор в могилу и ни за что не добавит в портфолио.