И тогда мечты сбудутся

Неожиданное спасение

Они вышли на Хай Роуд. Эля сделала шаг вперед, чтоб перейти дорогу – но тут Роберто схватил ее в охапку и рывком втащил обратно на тротуар. Буквально из-под колес красного двухэтажного автобуса! Эля даже не успела испугаться. Но поняла, что миг назад могла оказаться в мире ином. Какие у Роберто твердые, сильные руки! Он выпустил ее из своих объятий. Эле понравился его запах. Хотя обычно ей не нравилось, как пахнут самцы. Они оба облегченно улыбнулись.

– Как ты думаешь, я могу ходить по городу одна? – спросила Эля.

– Конечно, только будь осторожней, пока не привыкнешь к здешнему левостороннему движению.

Роберто предупредил, что лондонская подземка is very horrible, но ничего ужасного Эля не обнаружила. Наоборот: сиденья в вагонах обтянуты нарядной тканью, а пассажирские места отделены друг от друга удобными подлокотниками. Лондонский андерграунд не был похож ни на московский, ни на питерский – скорей, смахивал на гигантскую паутину. Станция, на которой расположен русский магазин, называлась «Ватерлоо». Но Эля ее проехала, потому что только когда двери уже захлопнулись, до нее дошло: то, что диспетчер объявлял как «Вателу» и есть искомое «Ватерлоо». Она вернулась на станцию назад, поднялась на поверхность. Нужный дом нашелся быстро, но там не было вывески «Горбушка» ни по-русски, ни латинницей. Под аркой смуглый парень продавал мобильники. Эля спросила у него, он покачал головой: «Такого магазина здесь нет». Что за мистика? Она попыталась выяснить у спешащих мимо прохожих – без успеха. Людей здесь было даже больше, чем на центральной улице их района. Но если Эля ненароком задевала кого-то в толпе, извинялись перед ней: «Сорри». Так же было на Хай Роуд. Ей так хотелось остаться здесь, среди этих невероятно вежливых людей. Главное, Эля ощущала себя с Роберто и в Англии в безопасности. Она вдруг поняла, что не знала это чувства никогда: рядом с отцом Эля всегда сжималась и затаивалась, даже старалась не дышать, будто это ее присутствие выдаст. Марушин, Мариванна, гопники, темные проулки и подворотни – от них всех исходило ощущение угрозы. Как тут расслабишься, если все время как на войне? А все эти новости о частых терактах! И обилие криминальных вестей. Стоило просто посмотреть в глаза соседу ТАМ, и уже становилось не по себе…

Пушкин писал: «На свете счастья нет, а есть покой и воля». «Знаешь, Александр Сергеич, ты не прав! – мысленно возразила ему Эля. – Покой сам по себе может быть счастьем, причем очень большим. Лично я бурь нахваталась выше крыши: в России все время кризисы. Поэтому все, что мне теперь нужно, это тихая гавань с цветником под окнами и янтарной лестницей наверх. Не дорога из желтого кирпича – но почти».

Меж тем пошел дождь, а Эля не взяла зонт. Вымокнув, она влетела под арку, чтобы подумать, как дальше быть. К продавцу здесь успел присоединиться еще один. Эля снова просила у них: – Может, где-то здесь все же есть русский магазин?

Первый парень снова покачал головой, зато второй обрадованно воскликнул: – Да, это рядом! Вон туда вниз.

«Горбушка» оказалась в полуподвале. И хотя на сайте было написано «работаем без обеда каждый день», магазин был закрыт. Эля увидела лежащую на столе за стеклом стопку «Лондон-ньюс». Наверное, все ушли на обед, стоит подождать.

– Не ждите, этот магазин работать не будет, – сказал ей проходящий мимо рабочий в комбинезоне.

– Совсем не будет? Или только сегодня?

Он что-то ответил, но Эля не поняла. Получается, она зря потратила несколько фунтов за day travel card – дневной проездной. Хотя по нему можно кататься весь день на любом виде транспорта. Раз тут не повезло, можно Лондон посмотреть! Внезапно Эля услышала русскую речь. И кинулась на ее звуки с радостью, как потерявшийся ребенок на голоса родных. Однако уже спустя пару шагов ее воодушевление исчезло: господи, какой мат! Даже в России не часто испачкаешь уши в таком дерьме. Ей было страшно идти к разговаривающим так, но Эля пересилила себя. Она решила, там тусуются бывшие уголовники – но оказалось, возле выхода на другую улицу стоят молодые ребята. Их глаза, пустые как пуговицы, смотрели как бы сквозь, словно не замечая Элю.

– Ребята, вы не из «Горбушки»?

– Не имеем к ней отношения, – они уставились на нее настороженно.

– Понимаете, она закрыта, хотя…

– Закрыта? Тогда прошвырнемся по Вателу как всегда? – перебивая ее на полуслове, спросил своих приятелей один из парней. Словно Эли тут нет. Пролетающая мимо муха и то вызывает больше интереса! Его дружбаны также смотрели на Элю, как на пустое место, как будто она прозрачная. Эля была так ошарашена своей первой долгожданной встречей с соотечественниками, что оцепенела. Парой секунд позже один из парней, угрюмо глядя на нее, будто Эля представляла угрозу, принялся подгонять своих приятелей: – Ну пошли, пошли! – вот тебе и первая встреча с земляками! Элино настроение стало свинцово-серым, как закрывшееся тучами небо.

Она записала утром адрес еще одного русского магазина. После неудачи с «Горбушкой» собиралась поехать туда – может, там удастся раздобыть «Лондон-ньюс»? И про работу спросить. Контактный телефон тот магазин не указал, позвонить и узнать было никак. Хотя телефон не всегда выручалочка: когда Эля звонила в «Горбушку», ей никто не ответил. И ее тонкий плащ без подкладки не защищал от дождя и ветра. Раз погода здесь меняется каждые полчаса, завтра стоит взять свитер и зонт, даже если утро будет теплым ясным. А сегодня никаких больше магазинов, никаких больше настороженных русских: лучше домой, к Роберто. Только он ее бережет и понимает! Кажется, в Америке есть поговорка: дом там, где твое сердце. Вот именно!

Эля спустилась в метро и немного отошла: тут не дуло и не лил холодный дождь. Еще радовало, что нет попрошаек, ни в подземке, ни на улицах, хоть Роберто утверждал, их тут тоже полно. Элю нищие здорово угнетали. Особенно когда побирались молодые женщины не цыганского вида с младенцами на руках или маленькие дети.

Когда она вернулась, дома никого не было. Эля нажарила купленной Роберто трески (никогда такой свежей рыбы не видела). Когда закончила с салатами, вернулся итальянец: он привез ей старый комп своих друзей.

– Как прошел твой день?

– Встретила русских.

– Ты рада?

– Вовсе нет. – Роберто посмотрел на нее недоуменно. Но ему не объяснишь. Поэтому Эля просто улыбнулась итальянцу, думая, как же ей повезло с таким другом и его замечательным сыном. Могла ведь никогда не узнать, что такое нормальные отношения и любящая семья!

Голова кругом

Роберто взялся настроить привезенный компьютер. Эля пошла наверх учить английский. Через час спустилась: захотелось пить.

– Have you decided to hide from English? – улыбнулся Роберто. Эля не знала, что такое «хайд», и, опять, полезла в словарь. Ага, он спросил: «Ты решила спрятаться от английского?». Она улыбнулась в ответ. Итальянец вдруг вскочил со стула у компьютера и внимательно, выжидающе уставился на нее. Что-то не так? Косметику уже смыла… Внезапно Эля осознала, что они еще ни разу толком не смотрели в глаза друг другу. Сперва была суета и стесненность в аэропорту, потом всегда рядом были Джош, Майк, еще кто-то. Но сейчас они впервые одни, на расстоянии шага. У нее перехватило дыхание. Где она прежде видела вот такие глаза? Ей вдруг стало жутко от догадки. Эля боялась признаться даже самой себе. Просто у каждого на Земле, особенно если ты юн, есть мечты. Они у всех свои, но среди них есть греза о партнере – твоей половинке. Но Эля всегда была трезвомыслящей, а поэтому не особенно на эту тему фантазировала. И лицо ее воображаемого идеала было расплывчатым: просто некий смутный образ, сияющий ореол, но от него исходит ощущение тепла. И отчего-то дает уверенность: именно с этим человеком ты будешь счастлива.

Правда, одно в этом призраке было отчетливо – глаза. Вот эти. С тем же выражением нежности и ожидания. Откуда они взялись? В реальности она таких глаз не встречала ни у кого никогда. И то, что она видела вокруг, слишком отличалось от ее снов наяву. Поэтому лет в 14 она окончательно забросила все эти дурацкие фантазии. Но, как оказалось, они никуда не исчезли! Вдруг вылезли и дружно кричат: проснись! Это же Он! Тот, кого ты искала столько лет. И ждала, даже не надеясь на встречу. Тот, кого ты знала всегда. Кто создан для тебя. И ты сама родилась для того, чтобы сделать его счастливым.

Эле казалось, сама Вечность смотрит на них сейчас, сама Вселенная, затаив дыхание, ждет: узнают они друг друга? «Ты…? Ты есть!».

Сколько времени прошло с тех пор, пока его темные глаза не отрывались от ее – секунда? минута? – но за этот миг было не жаль отдать целую жизнь. Ей хотелось крикнуть: «мгновенье, остановись!». А вдруг лучше уже не будет никогда? Вдруг слова все испортят? К тому же они общались на чужом для каждого из них языке. «Но раз нам позволили встретиться вновь, мы сохраним друг друга!».

Однако миг волшебства улыбнулся и исчез. Достигнув цели: сделать так, чтобы голова пошла кругом. Раньше Эля не понимала, как это. Не верила в любовь с первого взгляда. Потому что это так глупо! Психологи недаром написали кучу трактатов на эту тему. Но с Роберто это ведь не с первого взгляда! Господи, она сказала «любовь»?! Хорошо хоть не вслух!

Этого просто не может быть! Только не со ней! Не сейчас! Пожалуйста! Она должна сохранить разум и сердце трезвыми и вести себя очень правильно, иначе потеряет все! Но вести себя правильно, потеряв голову, невозможно. Боже, ну почему это случилось? Именно сейчас? Так невовремя? И все равно это было так волшебно! В ее жизни ничего подобно не было никогда.

Она видела: он хочет ее поцеловать. Его губы, красивые и чувственные, взволнованно приоткрылись. Они приближались. Но внезапно совершенно прозаическая мысль ехидной холодной змейкой пронзила ее мозг: «А на ужин-то вы ели салаты с чесноком! Может, это и хорошо как профилактика от простуды, когда ты продрогла до костей, но совсем не здорово для поцелуев». За первой мерзкой змейкой последовала вторая: «Вы сейчас одни, в доме больше никого. Он постарается тобой овладеть, а ты сейчас такая одуревшая, что не сможешь дать отпор. А завтра Роберто, утолив свое любопытство, выпрет тебя обратно. К гопникам. Хочешь этого?». Ни за что!

– Буона нотте, – опустив глаза, торопливо пробормотала Эля. И побежала наверх, будто за ней гналась тысяча чертей. Она была так растеряна, что даже не поняла, ответил ли он.

В «своей» комнате Эля попыталась прийти в себя. А вдруг он придет к ней, когда она заснет? Дверь-то не запирается! «Но будь что будет – мне уже не жаль! Потому что это мгновение в моей жизни было. Этот миг узнавания. И что бы ни было потом, это останется навсегда. Как бы мы ни ошибались и как бы судьба ни разводила нас».

Эйфория

Она проснулась от того, что он ее целовал. Лежа с закрытыми глазами, Эля явственно ощущала его губы на своем лице и теле. Вчера она долго не могла заснуть – и, судя по шагам туда-сюда, вверх-вниз, Роберто тоже. Потом Эля то проваливалась в забытье, то просыпалась опять. И все прозевала! Но что это: внизу открылась дверь. Как может Роберто быть там и с ней? Но почему она решила, что это он в прихожей? Стоп, а с чего она взяла, что итальянец здесь? Так это был всего лишь сон?

Ей было стыдно спускаться вниз, даже выйти из комнаты. Как посмотреть в лицо любимому – вдруг он все поймет?! Нет, надо притвориться, будто ничего не случилось, выиграть хоть несколько дней. Эля читала в умных книжках: угасание чувств мужчины равно времени ожидания. Исключения – не в счет, она не может рисковать всем! Поэтому надо тянуть с сексом насколько это возможно. Уже не только чтобы как можно дольше не возвращаться назад, а чтобы как можно дольше остаться с Роберто, сохранив и преумножив его интерес. Потому что Эля не знала, как теперь сможет без него жить.

Она спустилась взять йогурт. Роберто и Джош всегда перекладывали свой жирный греческий в миски, ели маленькими ложечками – ну а Эля свой как привыкла, по-простецки: из фабричного стакана и столовой ложкой. Та погрузилась в полную упаковку слишком глубоко – и чтобы не испачкать руки и не накапать на стол, Эля облизнула черенок. И тут в living room вошел Роберто. Эля смутилась – но ее манеры итальянца не шокировали. Напротив! Он так на нее смотрел! Возникли секс-мысли? Или не только? Эля пыталась понять, что значит для него. Так на нее всегда глядели ее бойфренды в пору, когда были по уши влюблены. Ей был знаком этот долгий, и в то же время невидящий взгляд со зрачками до их пределов. Человек с такими глазами в самом деле тебя не видит. Вернее, видит, конечно же – но только не реальный объект, а некое неземное существо. Абсолютно без недостатков. Словом, полное Совершенство. В таком состоянии из мужчины можно веревки вить. Стоит проверить!

– Знаешь, Роберто, – Эля зашла на кухню, где итальянец следил за кофе. – Я действительно начала здесь быстро и сильно худеть. Посмотри: моя юбка уже совсем с меня спадает! – это была правда, но на бедрах пояс пока держался. Эля приподняла футболку и продемонстрировала свободно болтающуюся юбчонку – и, заодно, нежную кожу цвета спелой пшеницы. Роберто не мог оторвать от всего этого глаз. Вот-вот, пусть посмотрит и еще сильнее влюбится!

– Мы сегодня или завтра обязательно сходим в магазин и купим тебе другую одежду, – ответил Роберто, глядя на нее так бесхитростно и доверчиво, как маленькие дети смотрят на своих мам, которым они пока еще полностью верят.

– Нет, не надо! – Эле стало совестно, ведь у него и так с деньгами напряг. – Лучше потом, когда я приду в норму, чтобы одежду снова не покупать. А пока я эту юбку ушью.

Она наклонилась достать из духовки бутерброды. При этом ее волосы коснулись обнаженной руки Роберто, он решил ей помочь («Осторожно! Горячо»). Но это почти невесомое касание подействовало на него как ожог: у страстного итальянца перехватило дыхание, он даже слегка застонал. Эля подняла глаза к его лицу. А по дороге ее взгляд наткнулся на такую эрекцию, какой она в жизни своей не видела. Ого! Возможно, биологи посмотрели бы с ухмылками на их брачные игры высших млекопитающих – но только им не понять тот кайф, который эти двое получали. Буквально от всего.

Роберто уехал преподавать в колледж. А Эля отправила своей начальнице email с просьбой об увольнении. Сперва колебалась: разумней подождать до конца законного отпуска и посмотреть, как тут все пойдет. Но она же не сможет теперь без Роберто! А он здесь, в Лондоне. У нее получилось найти работу в Питере зеленой девчонкой без связей и опыта. Так неужели не получится опять? Пусть и на чужой земле. Другие же как-то находят!

А пока Эля приступила к работе над сценарием документалки про траффикинг, параллельно дозваниваясь до «Горбушки». Наконец, ей ответили! Сказали, что работают – и что вчера были якобы открыты целый день. Нет, продавцы им не нужны, но «Лондон-ньюс» пока есть. Там тоже печатаются вакансии!

На улице было тепло и солнечно, но Эля на всякий случай накинула плащ. Зонта в прихожей не оказалось, надо будет потом у Роберто спросить. А сейчас она только до метро и обратно пробежится: совсем необязательно, что в это время будет дождь… Но он хлынул, когда Эля прошла только полпути. В метро она влетела насквозь мокрая. Хорошо, что «Лондон-ньюс» в итоге все-таки удалось купить. По дороге назад Эля изучила газету: та оказалась полна перепечатков из британских СМИ. Были и собственные репортажи с выставки картин и конкурса красоты среди экс-россиянок. В середине несколько полос рекламы недвижимости с фото шикарных особняков в Лондоне, вилл на Лазурном берегу и тропических островах. Для ловкачей, желающих приобрести дома ценой в несколько миллионов.

Раздел «Знакомства»: «Молодая привлекательная девушка познакомится с обеспеченным мужчиной, резидентом UK». И еще одна привлекательная девушка ищет обеспеченного резидента! И еще! Хотя мужские объявления были даже хуже: «Одинокий волк – для такой же»; «Богатый, несвободный, ищет эффектную спутницу для веселого времяпрепровождения»; «Познакомлюсь с целью заключения брака с девушкой с брит. гражданством».

Немного новостей с бывшей родины: попытки новых терактов, новые разоблачения оборотней в погонах. Словом, все как всегда. Но Эле не хотелось думать о терактах и оборотнях в погонах. Все это казалось нереальным кошмарным сном. И было далеко – а Роберто близко!

Еще позавчера Эля составила план: осмотреть все музеи Лондона и все самые интересные места – но теперь ее умонастроение изменилось. Ну на кой ей, скажем, мумии в Британском музее? Они сильно отличаются от мумий в Эрмитаже?

В детстве Эля любила разглядывать репродукции картин великих мастеров – и мечтала, что однажды увидит их своими глазами. Это произошло в Питере и было восхитительно – но только еще круче оказаться внутри чуда! В душе у Эли переливался всеми красками безграничный океан счастья. Та нирвана, которой будущий Будда тщетно пытался достичь, сидя под деревом много лет. Она же без всяких усилий осознала, ради чего стоит жить. И не хотела больше ничего и никуда. Все, что ей было нужно – просто быть рядом с любимым. Наверно, он ее награда за ад всей прошлой жизни. Но ради Роберто стоило так страдать!

Надо держать себя в руках!

Когда Эля шла к дому, дождь кончился, снова выглянуло солнце. Однако внезапно непонятно откуда выскочившая, острая как нож грусть пронзила ее сердце. «Да, сейчас между вами с Роберто все замечательно, – деловито зашептала она, обвиваясь как удав все крепче. – Он смотрит на тебя, как на ангела, он готов носить тебя на руках. Но что будет, когда ты ему надоешь? Вспомни: рано или поздно это случается в каждых отношениях. В России обычно бросала ты, но сейчас все по другому – ты никогда еще так не любила, поэтому, скорее всего, надоешь первой. И что тогда? Куда тебе идти?». Да, мужчины не любят, когда все всерьез – им надо, чтобы было весело и похоже на игру. А еще иметь возможность расслабиться и косячить. Но быть неидеальным с тем, кто старается вести себя безупречно, как-то некрасиво и вызывает раздражение. Вроде надо отдавать столько же в ответ – а не хочется! Потому что никто не просил заливать этой огромной любовью. «Нет, надо держать себя в руках! И Роберто своих чувств по возможности не показывать».

Еще надо поскорей найти работу, чтобы не сидеть на шее у любимого. Вдобавок, заработок поможет продержаться в Лондоне, если Роберто ее все-таки вышвырнет, как надоевшую игрушку. В Россию она не вернется!

Да, это разумно: стать самостоятельной и ни от кого не зависящей. Но Эле так не хотелось разлучаться с Роберто! Даже на время работы. Ей было так хорошо с ним! Но, наверно, долго это не продлиться. Так всегда бывает: все хорошее кончается быстро, как будто его и не было, и оборачивается горьким разочарованием. А то и хуже: скандалами и оскорблениями, изменами и даже рукоприкладством. Но ведь есть счастливые пары, и время только укрепляет их чувства и отношения. Значит, это возможно! А вдруг и для них с Роберто? Эля все сделает для этого!

– О, ты попала под дождь! – сочувственно заметил Роберто, когда она вошла в дом. Эля подумала: странно, всего три дня назад по дороге в музей он в упор не замечал, что она тоже вымокла и продрогла, причем куда сильнее. Но наверно, тогда итальянец действительно не понял. Зато сейчас ее любимый был само внимание! И оно ее так грело!

– Да ты дрожишь! Я сейчас включу отопление! – Роберто кинулся к регулятору температуры. – Дать тебе что-нибудь теплое одеть?

– Спасибо, а то у меня только один свитер, и он весь мокрый. – Итальянец отвел ее к шкафу, распахнул дверцы, предложил: – Выбирай, что хочешь! Ты голодна? Я приготовил тортеллини.

Тортеллини оказались пельменями с сыром и шпинатом. Непривычно, но занятно.

– В Италии их сотни видов, – пояснил Роберто.

– Сотни?!

Их интимный ужин прервал звонок в дверь. Эля удивленно посмотрела на Роберто.

– Это моя экс-супруга. По делу.

Он пошел открывать. А Эля на всякий случай убежала наверх. Потом осторожно выглянула вниз. Ого! А Донна-то вовсе не красотка. Худая, вся угловатая. Мешковатые джинсы, нелепая куртка, массивные очки, большой неженский нос, грязные темные волосы до плеч. Единственное, чем могла зацепить Донна, это голос: глубокий и низкий. Но главное, так говорят абсолютно уверенные в своей неотразимости женщины.

Эля догадалась: Донне очень хотелось на нее поглядеть, затем и явилась. Джошуа наверняка про визитершу из России рассказал – и его мать тут же просекла, что эта девушка не просто гость! Возможно, поняв, как безобидна Эля, Донна бы успокоилась. А может, наоборот, увидев ее сияющее лицо, и как на русскую смотрит Роберто.

Эля чувствовала: ее любимый Донне не нужен. Просто той завидно и обидно, что не она теперь на первом месте, что Роберто с кем-то другим носится. Собака на сене! Нет, лучше познакомиться с ней не сейчас. Или это ошибка и надо ловить момент? Он важен, от него столько зависит! Эля начала спускаться, но было поздно: экс-супруга захлопнула за собой дверь.

– Зачем она приходила?

– Поговорить насчет Джоша.

«А по телефону Донна, конечно, этого сделать не могла».

– Она берет нашего сына на экскурсию в субботу. Поэтому Джош вернется сюда не в пятницу, а завтра. А субботний день проведет с матерью.

Эля расстроилась: ей хотелось подольше побыть с Роберто вдвоем и насладиться той хрупкой магией, которую разрушит любое стороннее вмешательство. Даже милого Джоша. Но может, это и к лучшему: без ребенка рядом они бы наверняка не выдержали. И это бы все испортило. Нет, слишком рано… Она еще не похудела до нормы.

– Я пойду учить английский и в постель: прошлой ночью плохо спала, – сказала Эля. На самом деле, она просто боялась выдать саму себя. За ужином Роберто то и дело прикасался к ее рукам, даже не стараясь, чтобы это выглядело случайностью. Ей это нравилось – и хотелось, чтобы продолжалось как можно дольше. А когда они убирали посуду, стали все время сталкиваться. Всякий раз извиняясь, но при этом с трудом отстраняясь друг от друга. Эля поняла: неуверенность и смущение не смогут сдерживать Роберто долго. Ей самой хотелось броситься любимому на шею и будь что будет – но нельзя чтоб он увидел ее с неидеальным телом! Хорошо, что какие-то остатки разума у нее все-таки сохранились.

Пришли канадцы, завели оживленную беседу с Роберто. «Вот и славно, пусть они его отвлекут». Потом к Майку заявились его приятели. Из комнаты на первом этаже стали раздаваться громкие звуки барабанов и прочих музыкальных инструментов. Затем Эля услышала, как Роберто стучит в дверь канадца и взволнованно говорит: – Потише! Элли нуждается в отдыхе.

Спустя минуту постучали уже в ее дверь. Это оказалась Лиза: – Тебе нравится эта музыка?

Творения Майка оказались заурядной попсой. Но Лиза смотрела так серьезно, что Эля поняла: если ребятам обломать кайф, они этого не простят.

– Симпатично. Играйте!

В результате группа Майка сотрясала весь дом до трех утра. Барабанами и прочим. Очень громко. Поэтому, несмотря на почти бессонную прошлую ночь, Эля не могла заснуть. Она спустилась на кухню попить воды. Роберто сидел за своим ноутбуком и работал. «Да он просто святой!». Он почувствовал ее взгляд, обернулся, улыбнулся.

– Тяжело тебе, да? – сочувственно спросила Эля.

– О, я не замечаю – слушаю свою музыку! – он протянул ей наушники: какие-то латиноамериканские мотивы. Громко, но барабанная писанина Майка все равно слышна. Однако похоже, что ее любимого ничто не могло вывести из себя. Эля тоже часто казалась спокойной, но это была лишь фикция: внутри сплошной клубок противоречий. Сбить ее с толку, испортить настроение было просто. Эля могла вернуть самообладание, причем достаточно легко – но чем больше холодных градин ударяют, тем труднее становится брести. Ей вообще порой казалось, что она бежит по льду или болоту, и если остановится хоть на миг, провалится тут же. Хотя нет уже сил идти! Поэтому как раз такой мужчина ей и нужен. Эле хотелось стать такой же замечательной, позитивно настроенной, идущей вперед несмотря ни на что.