Помощница для бывшего

Пролог 1

– Маша просто красавица, – произносит моя подруга Лера, я соглашаюсь на автомате, хотя не замечаю никого, кроме брата невесты.

Сердце – предатель. Вылетает из груди, когда я смотрю на Егора. Конечно, самая красивая на свадьбе всегда невеста, но мой взор не цепляется за свадебное платье, фату, диадему, прическу, макияж… как это происходит со всеми незамужними девушками. Я не вижу никого и ничего, кроме высокого мужчины в смокинге и бабочке. Егор действительно хорош, а сегодня он мечта всех девушек.

Король…

Мужское красивое лицо, стильная прическа и легкая небритость, за которой требуется постоянный уход. Выразительные скулы на загорелом лице, твердая линия подбородка, которая говорит о жестком характере. Глубокий взгляд темно-синих глаз заставляет подгибаться коленки, когда он на тебя смотрит. Прямой нос и упрямо поджатые губы. Я знаю, как они могут целовать. Сначала нежно, затем умопомрачительно и страстно. Земля уходит из-под ног.

Я перецеловалась с десятками парней после того, как он мне сказал: «Рада, ты классная девчонка, но у нас ничего не получится. К серьезным отношениям я не стремлюсь, а переспать с тобой и не испытывать потом угрызений совести – не получится, поэтому останемся друзьями…» И вот не один из тех парней не вызывал даже толику тех эмоций и переживаний, что Егор. Не кружилась у меня голова, после того как наши губы размыкались. Мое тело не трепетало, когда чужие руки прижимали к себе.

– Мишка такой счастливый, – Лера не могла не радоваться за ребят. От нее я узнала, через что им пришлось пройти, чтобы наконец-то быть вместе.

– Они заслужили свое счастье, – наверное, это прозвучало не очень искренне, потому что в это время я думала о себе. Мне ведь тоже хотелось счастья. Хотелось его с Егором, но это было невозможно. Он женится через месяц на дочери влиятельного человека.

Я не одна сегодня залипаю, глядя на Егора. Я ревную к его невесте, которой здесь нет, ревную ко всем, кто подходит к нему, хотя он не мой. А те несколько дней, что мы встречались, для Егора ничего не значат. Он, наверное, и забыл обо всем. А я до сих пор живу воспоминаниями. Все девчонки в той или иной степени были влюблены в «королей». Это все равно, что любить какую-то вокальную бой-бенд группу. Но я всегда выделяла только Егора, хотя мы ни разу не общались.

А потом тот случай на мосту. Конечно, Лера до ужаса меня напугала своим прыжком, но не поступи она так, мы бы с Егором не познакомились. Как я ждала каждой встречи. Мечтала, что наши отношения перерастут во что-то большее, но крылья мне быстро обломали…

– Идем, поздравим молодых, – произнес Марат, обнимая за талию жену.

Я сделала вид, что иду за ними. Несмотря на то, что мои чувства меньше не стали, подходить к Егору я не собиралась. Он принадлежит другой. Моя любовь – моя проблема. Травить себе душу не стоит, да и подло это – флиртовать с почти женатым мужчиной. Говорила себе – и сама себе не верила…

– Тигр, ты хоть пару часов на банкете поприсутствуй. Успеешь Машу увезти и спрятать, – хлопнул жениха по плечу Артур, еще один из друзей-королей.

– Какой ты проницательный, – засмеялся Тигр. Я стояла за спинами Марата и Леры и не высовывалась вперед. Вокруг было много народу, меня никто не замечал…

В ресторане я оказалась за столом, где сидели друзья жениха: все Короли, их жены, девушки и, конечно, Егор. Непросто было играть равнодушие, не смотреть в его сторону, но я справлялась. Наверное, лучше было не приходить, но я не могла отказать Маше, она лично меня пригласила. Да и не жалела я, несмотря на пустоту в душе, будет что вспомнить. Свадьба еще одного короля. Мне сейчас все девчонки с курса завидуют.

– Тигр, даже не думай! Не обламывай нам праздник! – крикнул Егор жениху, когда тот стал уводить куда-то Машу.

– Ты мне тоже жизнь два месяца портил, я же пережил! – не остался в долгу Тигр. Машу он все же вернул, наверное, ходили «носик припудрить».

Чем больше игристого лилось в бокалы, тем более шумным становился праздник. После танца молодых началось настоящее веселье. Конкурсы, танцы, хороводы…

Я скромно сидела в самом углу стола. Говорят, это плохая примета – девушка никогда не выйдет замуж, – но я в нее не верила, поэтому спокойно наблюдала за свидетелями жениха и невесты, которых вывели на середину зала и попросили принять участие в конкурсе вместо Миши и Маши, на которой было тяжелое, расшитое бисером и стразами свадебное платье. А еще длинный шлейф и несколько слоев дорогой ткани и кружев.

Азамат и Жанна не были рады такому повороту, но скрипя зубами согласились выручить молодых. На сегодня это их обязанность. Невооруженным взглядом видно, что между свидетелями пробежала черная кошка. К ним присоединились еще несколько пар из девушек и парней. Партнер должен по свистку подхватить партнершу на руки, и тот, кто последним опустит девушку на пол – победит.

Подружка невесты с таким выражением лица лежала в объятиях партнера, будто он ее раб. У Азамата желваки на скулах дергались, но он держался. Жанна еще это как-то комментировала, жаль, что отсюда не было слышно. Я и так смеялась, наблюдая за ними.

В конечно счете Ромул победил. Не мог он не победить, Шах и Артур ему уступили. Наверное, слышали, что свидетельница подначивает их общего друга и пожалели того. Хлопнув Азамата по плечу, они как по команде опустили своих жен.

– Победили Азамат и Жанна! Поздравим их аплодисментами! Мишку Тедди получают наши победители! А теперь танцуют все, чтобы никого не осталось за столиками…

– Идем танцевать. Сидишь, весь вечер грустишь, – я не заметила, как подошел Егор.

Он берет за руку, я от неожиданности привстаю, хотя не собиралась выходить и танцевать. Его глаза блестят – то ли от выпитого шампанского, то ли настроение хорошее. Холодное выражение лица уже не бросается в глаза, уголки губ намекают на улыбку. Он тянет меня на себя и ведет в середину зала.

– Рада, ты же классно танцуешь, – мне удивительно, что он помнит. Мы лишь раз с ним были в клубе.

Я помню восхищение и желание в его глазах. Появляется азарт, мне хочется увидеть, как меняется его взгляд. Просто увидеть, ведь скоро Егор будет принадлежать другой, а я сохраню память об этом вечере.

Я начинаю танцевать, сначала несмело, но чем дольше двигаюсь, тем больше раскрепощаюсь. Меня подхватывает общее веселье, азарт, музыка течет по крови. Наши тела соприкасаются, разъединяются, моя юбка высоко взлетает, при желании можно увидеть край трусов.

Кружусь, лечу, и все это в объятиях опытного партнера. Струйка пота течет по виску. Жарко. Не только от движений, но и от его хмельного горящего взгляда. Нам аплодируют. А мне хочется плакать, ведь больше он на меня так смотреть не будет.

Чужой мужчина…

Зажигательная мелодия сменяется на медленную. Я не успеваю уйти, Егор притягивает к себе, впечатывает в твердую грудь, наши бедра бессовестно близко соприкасаются. В веке так девятнадцатом меня бы заклеймили развратницей. Шансов удачно выйти замуж у меня бы после такого танца не было. Благо, что век на дворе двадцать первый, и на нас никто – или почти никто – не обращает внимания. Девушки-завистницы не в счет. Я отпускаю себя. Даю себе еще несколько часов, чтобы пополнить копилку воспоминаний, которые буду воскрешать в памяти, когда этот день закончится…

Жених с невестой все-таки сбежали под конец вечера. Постепенно гости начали разъезжаться. Я почти все время была рядом с Егором. Он меня от себя не отпускал, о чем-то спрашивал, приглашал танцевать, подливал шампанского в наши бокалы, будто и не было расставания в один год.

– Рада, мы уже уезжаем, – подходят к нам Шах и Лера. – Давай подбросим тебя до дома?

– Я отвезу ее, – перебивает Егор. Марат строго на него смотрит, но Егор не тушуется. Мне нужно что-то ответить.

– Я с Егором поеду, – Лера старается не показывать, что переживает, кивает, и они уходят.

Ресторан будет работать до последнего клиента, но это не мы. Проводив всех своих друзей, Егор берет меня за руку и ведет к своей машине. Молча. Мне бы напомнить, что он собирается сесть за руль в нетрезвом состоянии, но я этого не делаю. Мы оба понимаем, что этот вечер не закончился. Я не спрашиваю, куда он меня везет – и так понятно, что не ко мне домой.

– Ты можешь отказаться, Рада. Я отвезу тебя, куда скажешь, – мы стоим у подъезда, где находится его квартира. Я вам не говорила, что знаю все об этом мужчине?

– Не надо, – не своим голосом. В голове бьется мысль, что нужно предупредить родителей, хотя бы смс написать.

Весь вечер мы танцевали, обнимались, касались друг друга, моя разбуженная женская природа требовала продолжения. Я знала, что никакая другая ночь с мужчиной не сравнится в моей дальнейшей жизни с этой ночью. Второго шанса у меня не будет. Пусть лучше Егор станет моим первым мужчиной, я столько раз об этом мечтала.

Но есть и страх. Он понятен. Что будет завтра? Смогу ли пережить его холодность? Сегодня он хочет забыться. В нем говорит шампанское или искреннее желание? Неважно. Мне хочется вновь почувствовать его поцелуи, ощутить горячие губы на своем теле.

В банкетном зале ресторана Егор вел себя прилично, но стоило дверям кабинки лифта закрыться, как он притянул меня к себе и поцеловал. И вновь это чувство – все правильно, я создана для его поцелуев. Ноги подкосились, упала бы, не держи он меня так крепко. Мир вокруг перестал существовать.

– Приехали, – а я и не слышала звука открываемой двери.

Егор поднял меня на руки и понес в квартиру. Я в этот момент почувствовала себя невестой, которую переносят через порог. Хотя должна была чувствовать себя Золушкой, ведь утром сказка закончится. Он вспомнит, что помолвлен, а я не соглашусь стать его любовницей. Да он и не предложит…

– Рада, я хочу тебя, но если ты сомневаешься, мы все прекратим, – горящий взгляд плавил мой разум и заставлял сердце учащенно биться.

– Я не сомневаюсь. Пусть у нас будет эта ночь…

Пролог 2

месяц спустя…

– Ты уверена? – спросила меня Лера. Глядя в ее испуганные глаза, я уже пожалела о своей откровенности.

Мы сидели в маленьком уютном кафе неподалеку от университета. Я молча достала тест с двумя полосками и положила перед ней.

– Рада, я тебе верю. Я просто в шоке! Вы не предохранялись? – конечно, есть чему удивляться. У меня это было в первый раз, я не думала ни о какой защите. Голову снесло так, что о презервативах в моей сумке, которые ношу с первого курса, я и не вспомнила.

Лера права, Егор не меньше меня должен был думать о защите, но если вспомнить подробности той ночи, ему не меньше меня голову снесло. За тот год, что мы не общались, Егор был уверен, что у меня появился опыт, а когда понял, что он первый… не расстроился, в какой-то эйфории пребывал, будто кубок королей выиграл. Мне кажется, мы оба не хотели, чтобы наступило утро. Но я почувствовала его сожаление…

– Я немного посплю, Рада. Мне к десяти в аэропорт, кое-кого встретить надо, – не стала уточнять – кого, но ревность в груди кольнула. – Если соберешься уходить, просто захлопни дверь… – поцеловал меня и закрыл глаза.

Любая девочка даже в такие моменты продолжает мечтать. Он тихо сопел, а я сидела и думала, как поступить. Провожать его в аэропорт? Тогда ситуация станет совсем неловкой. Нужно было сохранить остатки гордости.

Приняв душ, оделась и уехала. Все это время я ждала, что он позвонит. Не ела, не спала, на что-то надеялась. Глупое сердце не понимало, что эта ночь для него не так важна, как для меня. Я плакала ночами не о потерянной девственности, за которую не держалась, а о том, что моим мечтам не суждено сбыться. Он не любит меня и не откажется от женитьбы на «выгодной» невесте. Я лишь эпизод в его жизни… вряд ли запоминающийся, но, может, приятный.

– Рада, ты должна рассказать Егору, – отвлекла меня от невеселых мыслей Лера. – Он должен знать, что скоро станет отцом. Или ты не собираешься сохранять беременность? – столько вопросов, над которыми я думала всю ночь.

– Я утром ходила на консультацию к гинекологу, – призналась подруге.

Это тоже оказалось испытанием. Не в платную же клинику пошла, а в нашу поликлинику. Врач-гинеколог осуждающе на меня посмотрела, будто я первая в ее практике, кто забеременел, не будучи замужем.

– И? – поторопила Лера.

– Аборт делать не стану. У меня отрицательный резус, Лера. Да и ребенок этот от любимого мужчины, я его уже люблю.

– Родители знают? – это еще одна проблема, над которой стоит подумать. Как им сообщить? Как они воспримут новость?

– Нет, конечно. К такому их нужно подготовить. У меня даже парня нет, Лер. А отец моего ребенка через три дня женится.

– Скажи Егору, пока он не женился.

– Не хочу навязываться. Да и замуж выходить по залету – то еще удовольствие.

Хотя кто сказал, что он меня позовет? Это все глупое сердце – продолжает мечтать.

– В любом случае он должен знать, что скоро станет отцом.

Долго уговаривать меня не пришлось. Я и так склонялась к мысли позвонить Егору. Глупое сердце надеялось, что он отменит свадьбу, признается мне в любви, и мы заживем долго и счастливо.

Так может мечтать девочка в восемнадцать-двадцать лет. Потом на ее голову обрушивается реальность, которая отличается от фантазий, и разбивает вдребезги розовые мечты. И ты вмиг взрослеешь, понимаешь, что нужно продолжать жить, и не стоит больше летать…

Дрожащими руками я по памяти набрала номер Егора. Сердце билось в висках, в горле – так сильно, что меня стало тошнить. Лера держала меня за руку, что придавало сил. Я должна ему сообщить. Должна. Егор имеет право знать!

– Да, Рада? Привет, – неожиданно было узнать, что он сохранил мой номер.

– Егор, нам надо встретиться, – старалась говорить ровно, но голос от волнения пропадал. – Я хочу тебе кое-что сказать, – на том конце провода повисла тишина.

Мои нервы шалили. Тело мелко дрожало. Будущей маме нельзя так волноваться, но именно в этот момент решалась моя судьба.

– Я сейчас не в Москве, Рада, – почему-то мне показалось, что он обманывает. Может, я себя накручиваю? – Скажи по телефону.

– Это касается нас с тобой, – ощущение, что меня не хотят видеть, крепло с каждой секундой.

– Рада… – и вновь продолжительная пауза. Хотелось сбросить звонок, я не выдержу напряжения. – Я сожалею о том, что случилось. Я не имел права к тебе прикасаться. Я поступил подло. Если сможешь, прости, – каждое слово как нож врезалось в сердце. – У меня через три дня свадьба. Ты же понимаешь, что изменить ничего нельзя…

Изменить ничего нельзя…

– Я желаю тебе счастья, Егор, – выдавила из себя, а по щекам потекли слезы, и, чтобы не всхлипнуть в трубку, я прокусила до крови губу. – Прощай, – прежде чем он что-нибудь сказал, я сбросила вызов. Он перезванивал, но трубку я не подняла. Да и зачем? Изменить ничего нельзя… Жалость его видеть не хотелось. А если он станет настаивать на аборте, я его возненавижу.

– Рада, давай Марат с ним поговорит? Он его послушает, – перебивая мои всхлипывания, произнесла Лера. Я не стала цепляться за это предложение. Хватит унижаться!

– Нет. Никто с ним не будет говорить, – жестко произнесла я. – Егор сожалеет о той ночи. Сказал, что ничего изменить нельзя. Пусть все так и останется. Лера, дай мне слово, что никто не узнает о том, что я ношу его ребенка, – потребовала я. – Поклянись мне! – чуть ли не кричала.

– Я не смогу солгать мужу, – помотала она головой.

Я знала, что между Маратом и Лерой существует полное доверие и взаимопонимание, но я имела право настаивать на том, чтобы она сохранила мою тайну.

– Не лги. Забудь, что я тебе рассказала! Скажи мужу, что я не говорю тебе, кто отец. Лера, пожалуйста, я имею право сохранить остатки гордости. Имею право сама справиться со своей любовью, которая ничего кроме страданий мне пока не принесла. Пусть этот малыш будет только моим. Я не хочу делить его с Егором – и тем более с его женой! Ты представь, Лера, что он будет забирать его на выходные в свою семью. Наверное, это правильно, и так ведут себя умные женщины, но я так не смогу. Не смогу. Егор достанется другой женщине, а ребенок будет только мой. Я не буду делить с ней моего малыша! – истерика налицо, но я не могла заставить себя отнестись к ситуации по-другому.

– Я обещаю, что никому не скажу…

Глава 1

– Уснул? – спросила Луна, когда я вошла в кухню.

Длинноногая мулатка сидела в одной рубашке, прикрывающей бедра, на высоком барном стуле у окна. Что этот стул делал в нашей убогой маленькой кухне – непонятно, но за него владельцу квартиры стоило бы сказать спасибо. Любимым развлечением сына было крутиться на нем и смотреть в окно.

– Нет, но обещал больше не вставать, – ответила я подруге, с которой мы снимали квартиру. Она улыбнулась, знала, что сдержать слово Ване будет непросто.

Я оказалась в Питере благодаря Луне. Мы вместе начинали работать в банковской сфере. Она бухгалтер, я кадровик. Луна нашла банк, в котором платили больше, и уехала из Москвы. Через несколько месяцев позвала к себе. Меня ничего не держало в родном городе, и я согласилась. Ну, а что может держать?

Бывший муж, который не давал прохода? Я за пять лет жизни с ним устала так, что мужской пол вообще перестал меня интересовать. Единственный мужчина, которого я всегда буду рада видеть – мой сын. А еще в Москве остались родители, которые тоже не последнюю роль сыграли в моем переезде. Нет, не подумайте, они хорошие, но их в моей жизни после развода стало очень много. Гиперопека мамы стала угнетать. Я задыхалась рядом с ней. Если я создала неправильную семью и ошиблась в выборе партнера, то меня надо жалеть. И вообще я неполноценная и ребенка воспитать правильно не смогу.

А еще в Москве остался Егор…

Столько лет прошло, а я не могу равнодушно к нему относиться. Мы практически не встречались. Очень редко пересекались у Шаховых. Лера обижалась, что я пропускаю праздники ее детей, прихожу с опозданием на день или два. Ваню вообще старалась лишний раз с собой не брать, чтобы они даже случайно не встретились. Устала от него бегать и прятаться, объяснять Маше – сестре Егора – и Лере, почему не могу прийти. Придумывать каждый раз отмазки и бояться, что он узнает правду.

Пять лет назад я приняла решение, что Егор не узнает о сыне, и не собиралась его менять. Пусть ему жена рожает. Хотя за пять лет совместной жизни наследником они так и не обзавелись. В том, что Лютаев может иметь детей, сомнений не возникает: я забеременела после единственной совместно проведенной ночи. Значит, проблемы в жене.

– Может, по бокалу вина перед сном? – предложила подруга, я задумалась.

– Давай лучше по чашке чая с мелиссой, крепче спать будем. А приняв бокальчик полусладкого, опять до утра протрещим, – что могут делать две одинокие молодые девушки, сидя вечерами дома? Правильно, обсуждать мужиков-козлов.

Конечно, не все они козлы, но нормальные нам что-то не попадались пока. На работе почти все женатые, но это не мешает им делать непристойные предложения двум красавицам. Выходить «в свет» мне некогда, я и так мало времени уделяю сыну из-за вечной работы. А Луна… При ее внешности и модельных данных вообще удивительно, что она такая затворница. Подозреваю, есть у нее свой ящик Пандоры, который она не хочет открывать.

– Поведешь завтра Ваню в садик? – спросила она.

– Да, педиатр нам сегодня справку дала.

– Лучше бы его еще день-два подержать дома, чтобы немного окреп, – рассуждала подруга.

– Лучше, но начальство и так недовольно, что я пять дней на больничном просидела.

Луна набрала в чайник воду и поставила его на плиту.

– Твой Петухов вообще мразь редкостная. Сегодня меня за задницу ущипнул, когда я кофе себе брала, чуть его не ударила, но пришлось вспомнить, что передо мной начальство. Как тебе удается с ним справляться? – помотала она головой.

Петухов после нашего памятного разговора держит себя в руках, но подозреваю, что это было не последнее мое предупреждение. Петухов вновь стал сальные шуточки отпускать, но мой фирменный холодный взгляд пока заставляет его держаться от меня на расстоянии.

– Может, новый гендиректор его уберет?

– Ты веришь в существование нового гендиректора? Я что-то сомневаюсь. Нас уже месяц пугают новым руководством и кадровыми перестановками, но пока новый владелец не спешит занять свое законное кресло.

– Он точно существует, – засмеялась Луна. – Девочки его даже видели. Поговаривают, что он несколько банков в Питере купил, искал на должность директоров надежных сотрудников, поэтому вышла заминка.

Мы последний месяц работали в подвешенном состоянии. Особенно приезжие. За съем квартиры нужно платить, поэтому потерять работу было неприятной перспективой. Новая метла метет по-новому. Мы не знали, чем нам грозит смена владельца банка. На всякий случай присматривали работу в других компаниях, но что-то стоящее найти непросто, а возвращаться в Москву совсем не хотелось. За полгода я привыкла к Питеру.

– А еще говорят, что он офигенски хорош собой и совсем не старый.

– Да мне все равно, как он выглядит. Пусть хоть у него три головы будет вместо одной. Лишь бы Петухова приструнил, не уволил нас и зарплату не срезал.

– Нет, я хочу, чтобы новый босс был красавчиком. О страшном миллионере не получается мечтать, хочу мечтать о красивом миллионере.

– Мы этим миллионерам нафиг не сдались. Только если развлечься, а женятся они на «кошельках» – таких же тугих, как у них.

– Можешь ты обломать. Девки, которые его видели, запасные трусики купили, я тоже хотела, теперь не буду, – шутит Луна.

Я громко смеюсь.

– Представила картину, как новый босс всех девушек просит вывернуть сумочки, и тут обилие влажных трусов падает ему на стол.

– Извращенка! Запасные трусы я с собой не ношу. Но если он красавчик, ты не запретишь мне мечтать!

Услышав гудок мобильного, бросилась к холодильнику, наверху которого лежал мой телефон.

– Забыла отключить звук, сейчас Ваню поднимет, – пробурчала себе под нос.

Звонил бывший муж, я даже не сомневалась, что это Женя. Раз в неделю он вспоминал о нашем существовании, начинал звонить, писать, угрожать, плакать…

– Выключи его совсем и нервы себе не порть, – скомандовала подруга. Я так и поступила. Не забыть бы утром удалить всю переписку. Не читая…

Утро было пасмурным и туманным. Вставать не хотелось. Ванька принялся капризничать. Сад ему не нравился, и ходил он туда без энтузиазма. Искать нужно новый детский сад, а у меня на это времени не хватает. Позволить себе дорогой я не могла.

Луна приехала в Питер на своей малолитражке. Мы вместе заливали в нее бензин и тратились на расходники. Завозили Ваню в садик по дороге и ехали на работу. Вообще это было выгодно и удобно – иметь под рукой дешевый в эксплуатации транспорт.

– Увидимся в обед, – Луна побежала к себе в бухгалтерию, а я поспешила в свой кабинет – отдел кадров.

Петухов Александр Федорович вышагивал в коридоре и посматривал на дорогие золотые часы у себя на руке.

– Опаздываете, Радмила! – прогрохотал он на весь этаж.

– Доброе утро. Еще пять минут до начала рабочего дня, – спокойно, без эмоций произнесла я.

– Через пять минут нам всем нужно быть в конференц-зале. Новый владелец банка будет знакомиться с сотрудниками! А доброй половины еще нет на рабочих местах! – теперь понятно, с чего это Петухов такой взвинченный. Нужно же показать, что он всех своих сотрудников держит в ежовых рукавицах.

Я не стала говорить, что новый владелец с придурью, если не назначил встречу хотя бы на полчаса позже, чтобы сотрудники могли прийти, скинуть верхнюю одежду и потом спокойно подняться в конференц-зал.

Двери банка открываются в десять, уверена, что получаса для представления своей персоны ему бы хватило. Вряд ли новый владелец собирается со всеми лично знакомиться.

В 09:02 все сотрудники банка сидели за огромным столом, кому не хватило мест, принесли стулья из соседних кабинетов и расселись возле пустующей стены.

Все волновались, причем не только женщины, но и мужчины тоже – и это было очень заметно. Никто не знал, что всех нас ждет завтра.

Двери конференц-зала открылись. Первым вошел директор банка – Слипко Владимир Андреевич. По залу пронесся какой-то звук, будто все разом вздохнули. Увидев, кто вошел следом за директором, я и вовсе дышать перестала…

Глава 2

Тук-тук. Тук-тук… – сердце сбивается с ритма. Резко. Быстро. Кровь пульсирует в висках. В глазах темнеет.

Только бы не потерять сознание.

Мой организм – крепкий орешек, но к такому он явно был не готов. Дыши, Рада! Ты же не хочешь перед ним опозориться? Не хочешь, чтобы он думал, будто ты продолжаешь его любить и от счастья грохнулась в обморок!