Тыквенный пирог

Глава 7

Дайнека без стука вошла в комнату Мартина. Он безучастно вперил взгляд в экран телевизора и в беззвучном режиме переключал каналы. Казалось, будто его мысли находятся далеко, где-то за пределами комнаты.

— Ты не против моей компании? — Доусон, мягко ступая, прошла к кровати и села с краю.

— Мне жаль, тебе пришлось слушать нашу ссору, — Мартин повернул голову к Дайнеке.

— Все в порядке, мы не чужие люди. Твоя мама успокоится. Рано или поздно она смирится с твоим выбором. Ты же ее единственный сын.

— Мама никогда не примет Ким. Ты же слышала — она готова даже отречься от меня, — Мартин отложил пульт и помассировал пальцами уставшие глаза. — Мне приходится ежедневно делать выбор между родителями и любимой девушкой. И нет конца и края этому.

— Попробуй понять свою мать, — Доусон коснулась рукой друга. — Она видит, как тебе тяжело после ваших ссор. Молли судит со своей колокольни — с высоты прожитых лет, опыта. Она считает, что Кларк с тобой только из-за материальной выгоды. А ты с Кларк — из-за гормонов, новизны. Она же из другой прослойки, и тебе интересен ее мир. И Молли боится, что ты потеряешь хватку, интерес к учебе, к тому, чтобы удержать и расширить семейный бизнес. Она боится, что тебе понравится жить так, как живут другие люди — без забот, без хлопот, без стремлений, без ответственности за свою жизнь. И она никогда не отречется от тебя, ты же ее сын. Все, что делают родители, — для твоего блага.

— Но это мой опыт, Дайнека! Мои ошибки и мой выбор! И если я ошибусь, то буду винить себя одного. Я понимаю родителей, они жизнь положили на то, чтобы мы ни в чем не нуждались. Чтобы у меня были лучшее образование, свежие продукты и чистый воздух возле дома. И я благодарен им. Но я не должен им за это ничего! — он сделал паузу. — Ты тоже считаешь, что Кимберли мне не пара?

— Нет, я так не считаю, — слукавила она. — Жизнь разная, и я была по обе стороны баррикад. Сегодня ты ешь из золотых тарелок, а завтра просишь милостыню на вокзале. Но я тебе вот что скажу, милый друг: мир создан из любви. В ней нет сложностей, в любви все проще простого. И если она приносит тебе боль, Мартин, то это не любовь, а обман.

— Марти?

— Выйди, я у твоего дома.

Кимберли стремглав выскочила из кровати и побежала к жениху так быстро, что, споткнувшись на лестнице, едва не сверзилась с нее, и лишь чудом ухватилась за перила.

— Приехал, чтобы помириться? — она села на переднее сиденье и поцеловала Мартина, глядя на него горящими глазами. Она всегда так смотрела на него, будто ее глаза — маяк для его любви.

— У меня состоялся очередной разговор с матерью по поводу наших отношений.

— Так вот зачем ты приехал, — огонь в ее глазах потух, и она склонила голову. — Кажется, я понимаю, к чему ты ведешь, — Кимберли натягивала рукава пижамы на пальцы. Она не хотела расставаться с Мартином. Теперь она готова отречься от всего мира, лишь бы он был рядом.

— Сказала, если я женюсь на тебе, то она лишит меня наследства. Всех активов.

Кимберли смотрела на Мартина, с досадой понимая, что этот разговор между ними — последний.

— Но я выбрал тебя, — признался Мартин.

— Ты пошел против воли родителей?

— Как и всегда. Я всегда выбирал тебя. Я заработаю деньги сам, мы вместе заработаем. Я с тобой жить хочу, работать хочу, выводить новые сорта роз. Я просыпаюсь с улыбкой на лице, Ким, потому что ты есть у меня. Я больше не хочу ни с кем ссориться, я хочу обнять весь мир, — Мартин взял руки Ким в свои. — Пообещай, что никогда не предашь и не отречешься от меня. Дай слово, что ты отдаешь свое сердце в обмен на мое, отныне и навсегда.

— Обещаю, Марти. Я буду с тобой всегда, что бы ни было.

Дайнека встретила Милтона-младшего в холле. Услышав звук открывающихся ворот и заезжающей на территорию дома машины, она спустилась вниз, на ходу подвязывая шелковый халат с перьями на манжетах, который подарила ей на Рождество миссис Милтон.

— Почему не спишь? Время позднее, — Мартин скользнул мимо подруги на кухню.

— Тебя ждала, — Доусон прошла вслед за Мартином. — Я ведь завтра уезжаю. Каникулы так быстро закончились. Как и все хорошее.

— Ты можешь приезжать в гости. Я приглашу тебя на празднование дня рождения.

— Я обязательно приеду, — Дайнека села на оттоманку. — Мартин, я приготовила ужин, он ждет нас в столовой. Проведешь со мной последний вечер?

— Приготовила ужин? Ты молодец, я ужасно голоден, — Мартин свернул в столовую, где была накрыта одна сторона длинного стола. — Сама приготовила утку?

— Мне немного помогла Рут, — Дайнека улыбнулась и зажгла свечи. — Раз сели ужинать, так налей вина. — Милтон ушел за вином, пока Доусон раскладывала по тарелкам горячее и салат. Вернувшись с бутылкой из погреба и, разлив красное молодое вино по бокалам, Мартин разбавил его водой.

— Предлагаю тост за наше старое новое знакомство, — Дайнека кончиками пальцев прижимала к столу ножку бокала. — За нашу возобновленную дружбу, которая, я верю, будет только крепнуть день ото дня. За нас.

— За нас, — присоединился Мартин и приступил к ужину.

— Как тебе утка? — Дайнека восхищенно смотрела на то, как Мартин с аппетитом ел ее блюдо.

— Объедение. Теперь ты должна попробовать мой тыквенный пирог, — Милтон указал вилкой на Доусон. — Такого пирога ты нигде и никогда не попробуешь.

— Семейный рецепт?

— Нет, исключительно мой. Бабушка пекла тыквенный пирог на каждый День благодарения. Я полюбил его с первого куска. Но я изменил рецепт и теперь, когда готовлю его, то представляю себе любовь.

— Как это? — Дайнека завороженно наблюдала за Мартином, говорящем о любви — пусть и не к ней, но это поправимо. Стоит только запастись терпением, а время поможет.

— Любовь, которая появилась не с началом земной жизни, а которая, как ниточка, тянется из другой и переходит в следующую жизнь. Вечная любовь. Подсознательная — не как часть жизни, а как ее смысл, понимаешь?

Дайнека понимала. Она хотела, чтобы сегодняшний вечер длился вечно. Чтобы Мартин говорил ей о любви всю ночь. И чтобы это стало смыслом ее жизни. А Мартин продолжал:

— Это такая любовь, когда сердца притягиваются друг к другу, как две планеты.

— Я хочу испробовать твой тыквенный пирог. Хочу хотя бы на вкус попробовать эту любовь, — произнесла без улыбки Дайнека и посмотрела на Мартина со всей серьезностью. Так, будто предлагала ему познать с ней эти чувства. — Можно я буду расценивать предложение отведать пирога как повод наведаться в гости? — она перевела тему и застенчиво улыбнулась, понимая, что поставила Мартина в неловкое положение.

— Конечно, приезжай в любое время, — Мартин допил вино и вытер губы салфеткой. — Дайнека, я признателен тебе за ужин, утка была изумительной. Я приму душ и пойду отдыхать, сегодня был суматошный день, — Мартин поднялся из-за стола, давая понять, что дружеское свидание закончено, и продолжения не будет. — И тебе не мешало бы выспаться перед долгой дорогой. Если Рут еще не спит, — он показал на посуду, — попроси ее убрать со стола.

— Спокойной ночи, Мартин.

— Спокойной ночи, Дайнека.

Милтон поднялся в свою комнату, а Доусон осталась сидеть за столом, в тенях догорающих свечей. Она пила вино, вперемешку со слезами, вытирая их перьями на рукавах халата.

Глава 8

«С днем рождения, Мартин!»

Милтон-младший вышел на террасу второго этажа, потянулся после сна и оглядел мир. Горизонт был окутан серой сентябрьской дымкой, и розы в саду сверкали от росы после густого тумана. Заметив баннер, висящий на массивном заборе, он позвонил Ким.

— Твоих рук дело? — именинник улыбался ярким поздравительным буквам, а воздушные шары, приклеенные по краям растяжки, играючи двигались при легком ветерке.

— Моих, — она вспомнила утреннее приключение. — Я перелезла через забор, пока рассвет не забрезжил, и повесила плакат. Я заранее договорилась с охраной, чтобы она не помешала исполнению сюрприза! — засмеялась звонко Ким.

— Ты подарила мне радость с самого утра. Ты удивительная девушка, Кимберли Кларк. Я тебя обожаю и жду на сегодняшнюю вечеринку.

— Мне приехать раньше запланированного времени?

— Да, я хочу, чтобы вы с Мати и Ником были рядом со мной весь день. Приезжай, как только сможешь.

— Милти, с днем рождения! Твой день — как афтепати августа, — Мартин засмеялся, а я прошла в гостиную, где уже отдыхали Ким, Ник, Дайнека, Скотт, Дэвид и пара друзей Мартина, которых я видела на его предыдущих празднованиях дня рождения. Я подарила Милтону его портрет, написанный известным художником, с поставленной сегодняшней датой: 11.09.2009.

— Мати, располагайся, остальные еще не подъехали. Что будешь пить из аперитивов?

— Абсент.

Мартин принес ведерко со льдом, в котором охлаждалась бутылка с жидкостью горчично-прозрачного цвета, бутылку свежей воды и порционный сахар. На фуршетных столах лежали блюда, а к ним подавались закусочные вилочки. Мы выпили за здоровье именинника и вышли на задний двор, где повара готовили барбекю и овощи на гриле.

— Что подарили тебе родители? — я слегка ткнула Мартина в плечо бокалом. — Хвастайся!

— Порше 911 Каррера. Я знал об этом подарке, просто они решили официально подарить его на мое двадцатилетие.

— Заберешь меня после учебы? Все просто сдохнут от зависти! — я рассмеялась, а Мартин кивнул, улыбнувшись.

— Мартин и меня обещал покатать по ночному городу, — Дайнека стукнула своим бокалом о бокал именинника. Мартин улыбнулся уголками рта. Хорошо, что Кимберли этого не слышала, она отдыхала на лежаке, завороженно смотря на то, как повара ловко управляются с мясом.

— Эта девушка удивляет меня с каждым днем, — шепнул Мартин мне на ухо, незаметно показывая на Ким. — Мы говорим о дорогой тачке, а она смотрит, не отрываясь, на то, как люди жарят мясо.

— Ну когда она еще увидит, как шеф-повара разделываются с барбекю? А на своей машине ты и так ее будешь возить, — я подмигнула Мартину.

— Зайду внутрь, хочу переодеться к бассейну, — отвлекла нас Дайнека и ушла в дом, покачивая бедрами.

Я легла на свободный шезлонг рядом с Ким и мы подняли фужеры:

— За Мартина!

Ворота открылись, и на территорию въехали еще пять машин: прибыли друзья и сокурсники именинника.

— Миссис Милтон? — Дайнека заперла дверь своей комнаты. — Я звоню из дома, пока все гости загорают у бассейна.

— Как дела у вас?

— Кимберли хлещет шампанское, я стараюсь быть ближе к Мартину.

— Не удивлюсь, если эта девчонка напьется и уснет в кустах моих настурций еще до празднества, — фыркнула Молли. — Дайнека, ты должна сегодня переспать с Мартином и понести от него, слышишь, детка? Мы больше не можем ждать. Прошел почти год с вашей встречи, а мы не продвинулись ни на йоту. Мой сын не сегодня завтра объявит о свадьбе с этой девчонкой, и тогда все кончено. Сделай так, чтобы она уснула раньше вас, а лучше отправь ее домой под любым предлогом. И когда все разъедутся — приди к Мартину в спальню и соблазни его. Сделаешь ему расслабляющий массаж, а там уже дело нехитрое. Ты должна только забеременеть, а остальное предоставь нам с мистером Милтоном.

— Хорошо, Молли. Я все сделаю.

— Мы приедем послезавтра вечером. Делай, что нужно. Фору я тебе даю.

Положив трубку и накинув парео, Дайнека спустилась в кухню и взяла чистые бокалы.

— Налейте шампанского для меня и подруги.

Официант плеснул пенящийся золотистый напиток, и Доусон, забрав бокалы, снова поднялась в свою комнату. Достав из потайного кармана сумки пакетик с розовой таблеткой, она кинула ее в один из фужеров. Шампанское зашипело и запенилось. Дайнека потрясла стекло, помогая таблетке раствориться полностью, и вышла в патио.

Кимберли по-прежнему была на лежаке и смеялась с какой-то девчонкой, сидевшей на бортике бассейна и болтавшей ногами в воде.

— Можно к вам присоединиться? — Дайнека легла на свободный рядом шезлонг и поставила на столик порции сладкого алкогольного напитка. Вручив Кимберли нужный бокал, она подняла свой и произнесла тост в честь Мартина: — За того, кого мы любим!

Кларк осушила залпом фужер и почувствовала головокружение. Учитывая, что она совсем не употребляет спиртного, восьми унций ей уже более чем достаточно.

— Хочу поплавать, мне нужно освежиться, — Ким поднялась с шезлонга.

— Нет, тебе лучше отдохнуть. Ты много выпила, — Доусон пыталась остановить заклятую подругу, чтобы та не отрезвела от свежести прохладной воды.

— Отстань, — еле ворочая языком, Ким прыгнула в бассейн и залезла на надувной пончик, болтая ногами и руками в воде.

— Все в порядке? — Мартин подошел к Дайнеке, глядя на то, как Кимми плавает на круге и вскрикивает от радости.

— Твоя невеста много выпила. Пусть повеселится, — Доусон смачивала губы игристым и смотрела на девушку как на героиню комедийного сериала.

— Мартин, может, уложить Кимберли спать? — поведение Кларк мне совсем не нравилось, она привлекала всеобщее внимание и вела себя неподобающе невесте именинника.

— Марти, я никогда не плавала в бассейне! — ликовала Ким. — Хочу приходить сюда каждый день, если твоя мама не запретит.

— Матильда, что она несет? — на лице Мартина напряглись скулы и выступили вены, а стоявшие рядом ребята рассмеялись. Милтон осушил до дна шампанское и отошел к бару за добавкой.

Кимберли не без труда вылезла из бассейна, залезла на накрытый стеклянный стол, поставленный во дворе, и начала танцевать. Кто-то сделал музыку громче, кто-то, взболтав бутылку шампанского, обливал окружающих брызгами. Капли воды с купальника и волос девушки попадали на блюда и близстоящих гостей.

— Давайте же танцевать! — Ким выплясывала, не обращая внимания на то, что стала объектом всеобщего внимания. Кто-то ей аплодировал, кто-то смеялся над ней. Я встревоженно посмотрела на Мартина — казалось, он хочет провалиться сквозь землю. Когда Кимберли принялась развязывать верхнюю часть купальника, Мартин стянул ее со стола, перекинул через плечо и, извинившись перед всеми, занес в дом.

— Она совсем не пьет алкоголь. А сегодня позволила себе выпить, не зная, какую реакцию даст шампанское, — я попыталась все объяснить нашим друзьям.

— Как она? — спустя время я решила проверить все ли в порядке, и поймала Мартина на лестнице второго этажа.

— Я помог ей принять душ и дал лекарство при алкогольном отравлении. Положил в своей комнате, она спит.

— Мартин, не злись на нее. Она веселилась в твою честь.

— Опозорив перед друзьями? Зная, что ее организм не перенесет столько спиртного. Если она также напивается на вечеринках у Аманды, то пусть проспится и проваливает. Спасибо за подарок, Кимберли Кларк! — Мартин крикнул в сторону своей комнаты и, отодвинув меня, вышел из дома.

Глава 9

— Проснулась? — Мартин склонился над Ким, держа стакан фильтрованной воды с разведенной в ней таблеткой аспирина.

— Марти, что случилось? Когда я уснула? Не помню и половину вчерашнего вечера, — Кимберли лежала в кровати с растрепанными волосами и гудящей головой.

— Ты напилась. Сначала ты веселилась в бассейне на надувном круге, а после танцевала на столе, пытаясь снять с себя купальник. Я успел снять тебя быстрее со стола. Ах да, еще ты подходила к поварам и пыталась выведать у них рецепт барбекю.

— Какой позор. Я не помню этого.

— А все мои друзья помнят. Ты будешь завтракать? — спросил Мартин, как любой вежливый хозяин. — Рут приготовит тебе все, что захочешь.

— Нет, кусок в горло не лезет, — Кимберли села в кровати. — Ты водил меня в душ?

— Я приводил тебя в чувство.

— Марти, в алкоголь что-то подмешали. Я точно помню, что выпила не больше восьми унций. Я не могла слететь с катушек с двух бокалов.

— Никто ничего не подмешивал, мои друзья не употребляют наркотики. Мои друзья — не твои, Кики.

— Я не хотела, чтобы все так вышло. Я не отдавала отчета своим поступкам.

— А мне что прикажешь делать? Мои друзья не особо хорошего мнения о тебе, кроме Ника и Матильды. Но и их терпение закончится, так и знай. Они любят тебя потому, что ты моя девушка. Но всему приходит конец! Если ты также ведешь себя в компаниях Аманды, то нам дальше не по пути.

— Марти, как ты можешь так говорить обо мне?!

— Кимберли, я очень зол и не хочу тебя видеть какое-то время. Ты унизила меня перед всеми, будто специально решила испортить праздник. Моей маме уже доложили о твоих выходках, в этом я уверен. Я вызвал такси, водитель ждет у ворот. Как будешь готова, можешь ехать.

— Но Мартин! — из глаз Ким брызнули слезы.

— Я не хочу ничего слышать! Ты виновата, но вместо того, чтобы признать вину и попросить прощения — оправдываешься и пытаешься защититься. — Мартин повысил голос, не в силах пререкаться с Кларк. — Дай мне пару дней. Я остыну, и мы поговорим.

Кимберли, не притронувшись к аспирину, оделась и вышла к такси. Мартин смотрел на нее из окна разочарованным взглядом.

— Детка, мне уже рассказали, что вытворила эта девчонка на празднике моего сына. Скажи, это правда? — прокричала в трубку шокированная Молли.

— Да, миссис Милтон, — Дайнека лежала в ванной и пила ананасовый сок. — Она танцевала на столе…я даже слова не хочу такого произносить, — Доусон театрально вздохнула. — Танцевала стриптиз на обеденном столе при гостях и персонале, приставала к поварам, мешая им готовить, плескалась в бассейне, крича, что приходила бы чаще, если бы не вы. Мартин затащил ее в дом, чтобы она проспалась.

— А сейчас где она? — строго спросила Молли.

— Ваш сын вызвал такси, и она уехала, размазывая слезы по щекам.

— Мерзкая дрянь. Мало того, что она ежедневно портит моему сыну жизнь, так еще и главный праздник испортила. Надеюсь, Мартин теперь посмотрит на нее трезвым взглядом и увидит, кто она такая! Будущая мать…Да ни одному ребенку не пожелаешь такой матери.

Дайнека сочувственно вздохнула в телефонную трубку и глотнула сока.

— Охрана доложила, что гости разъехались. А раз так, то дома остаетесь только вы с Мартином, — продолжала миссис Милтон. — Сделай сегодня то, что нужно. Мы с мистером Милтоном вернемся завтра и соберем семейный совет. Отправим вас с Мартином куда-нибудь отдохнуть наедине. Этот год последний в университете, дальше мой сын будет заправлять компанией. Я думаю, он вполне готов к семье и детям. А я хочу погулять на свадьбе, — игриво проворковала Молли в телефон будущей невестке.

— Не волнуйтесь, мамочка. Мы с вами хотим одного и того же, — Дайнека положила трубку и нырнула под воду с пышной пеной.

Доусон приоткрыла дверь в комнату Мартина и, осторожно ступая в полной темноте, прошла к его постели. Приподняв край одеяла, она залезла под него в одном нижнем белье. Мартин лежал к ней спиной, и Дайнека положила свою руку на его живот, просунув холодную ногу между его ступней.

Мартин проснулся от прикосновений, повернулся и, увидев подругу, подскочил.

— Дайнека, что случилось?

— Мартин, твой дом очень большой, и мне страшно спать одной на всем этаже, — испуганно прошептала Доусон.

— Ты можешь лечь в соседней от меня комнате и не закрывать дверь. Наша территория охраняется, а дом на ночь ставится на сигнализацию.

— Я не боюсь грабителей, мне просто страшно спать одной.

Милтон вздохнул и взял свою подушку:

— Спи здесь, а я лягу на полу. Бояться нечего.

— Всю сознательную жизнь я спала с тетушкой и привыкла кого-то обнимать во сне. Поспи со мной, иначе мне приснится страшный сон, — дрогнувшим голосом попросила девушка.

— Дайнека, это неправильно. У меня есть невеста, с которой ты к тому же знакома. Нет обстоятельств, которые вынуждают нас спать вместе. Ты ведь уже ночевала одна в комнате, и ничего не случилось. Ложись на кровати, а я постелю на полу.

Милтон поднялся, а Доусон выпалила как на духу:

— Ты о невесте своей думаешь, а она твою любовь давно предала.

— Что ты имеешь в виду? — Мартин повернулся к Дайнеке.

— Она тебе изменяет.

Милтон включил свет, а гостья села в кровати, не прикрываясь и щурясь от яркости лампочек.

— Что ты такое говоришь, женщина? — Мартин изменился в лице и грозно посмотрел на нее.

— Я не хотела тебе говорить… — она опустила глаза, будто стыдясь того, что знает. — Никто не хотел говорить, что твоя Кики изменяет тебе.

— Никто не хотел говорить? Это ты о ком?

— Ник, Матильда и все ваши знакомые. Да почти весь город знает.

— Это ведь шутка? Если ты это придумала только для того, чтобы остаться в моей кровати, то это низко и подло, — в негодовании выпалил он. — Я никому не позволю говорить о Кимберли в таком тоне.

— Я понимаю, ты потрясен. Увы, это не шутка, Кимберли изменяет тебе давно, и не с одним мужчиной.

— Дайнека, я еще раз повторю: если ты не перестанешь клеветать на мою невесту, то сейчас же уйдешь не только из этой комнаты, но и из этого дома, — сон Мартина как рукой сняло. Он стоял растрепанный, в шелковых пижамных шортах, а на лбу выступила испарина. — Если есть доказательства, то предоставь их мне. А без подтвержденных фактов я заткну рот любому, кто порочит имя Кимберли.

— Я не хотела тебе говорить, тем более вот так, в лоб. Сказать такую правду — все равно что швырнуть мокрой тряпкой в лицо. Влезать в чужие отношения и рушить их… Кто сподобится на такое?

— Мне нужны доказательства, а до того я запрещаю тебе даже имени ее произносить.

— Далеко ходить не нужно. Это Френк Фокс. Он живет на окраине нашего округа.

— Френк Фокс? И как же ты узнала про него?

— До меня дошли слухи, что Кимберли часто видят у дома Френка. Сначала я подумала: мало ли зачем она к нему приходит, они что, не могут дружить? Они ведь живут почти по соседству. Но я решила спросить Фокса лично об этом. Я не хотела, чтобы тебя держали за дурака. Узнав адрес Френка, я пришла к нему, а он все и рассказал, без утайки. Более того, он признался, что не единственный, кто утешает Кларк в моменты ваших ссор. Она побывала в постели у половины города, Мартин, — Дайнека с разочарованием в голосе завершила исповедь.

Глава 10

Мартин вдавил педаль тормоза в пол, резина завизжала по мокрому асфальту, и Порше, как вкопанный, остановился возле дома Френка. Давя на дверной звонок, Милтон сжимал правую руку в кулаке с выступившими венами на костяшках, и напрягал скулы на лице, шевеля желваками.

Дверь открыл парень в татуировках и с пирсингом в ушах, причитая, кого же принесло ни свет ни заря.

— Ты Френк Фокс?

— Да, а че?

Мартин врезал Френку, тот упал, держась за нос, из которого хлынула кровь.

— Ты спал с моей невестой?

— Че? С какой невестой? — Фокс поднялся, а Мартин схватил его за грудки. Руки сразу испачкались в крови, которая, не останавливаясь, лилась из носа Френка.

— Ты спал с Кимберли Кларк? Отвечай, ублюдок.

— Лучше спроси, кто с ней не спал, — Френк усмехнулся, шмыгнув окровавленным носом. — Чувак, да твои рога небо подпирают.

Мартин еще раз ударил Френка в нос, Фокс снова упал, завыв от боли.

— Разве ты не знал, что она моя невеста?