Аристократы улиц 2

Глава первая

– Войну? – спокойно переспросил я. – Прямо сейчас?

Пётр Бехтеев гневно поджал губы. Он чем-то стал похож на собаку, готовую укусить.

– Всё будет сделано официально, – процедил он.

– Само собой, – кивнул я. – И основанием будет якобы убийство вашего брата?

– Вы видите другое?

– Я никакого не вижу. Алексей убил себя сам, это очевидно, – глядя Петру в глаза, произнёс я. – Вы либо притворяетесь дураком, либо… Хм, забавно.

– Забавно?! – взревел Бехтеев. – По-вашему, смерть моего младшего брата – это забавно?!

– Нет, забавно другое. Я только что вспомнил, что слышал кое-что интересное о вашем роде. Хотите узнать, что?

– Не провоцируйте меня, Эспер!

Именно этим я на самом деле и занимался. Провоцировал наследника графа Бехтеева.

Он повёл себя весьма неосмотрительно, сказав о намерении начать против меня войну. Такие вещи не говорят в лицо. По крайней мере, не когда приезжают в дом будущего противника всего с парой гвардейцев.

Я невозмутимо продолжил:

– Так вот, я слышал, будто ваш род владеет службой уборки. И сотрудничает с гостиницей барона Левина в Старосибирске. Не так ли? Очень интересный факт. Я вас попрошу рассказать о нём подробнее.

– Вы правда думаете, что я буду обсуждать с вами дела своего рода? – Бехтеев фыркнул и кивнул на труп. – Мне надо забрать тело брата. Увидимся на поле боя, Эспер.

– Тело вашего брата доставят домой, не переживайте. Но вы останетесь здесь.

– Как это понимать?

– Очень просто.

Я одновременно сделал три вещи. Активировал защиту, распалил Взор и выхватил револьвер. Сунул дуло под нос Петру и сказал:

– Не дёргайтесь, ваше сиятельство. Раз уж вы хотите объявить мне войну, я атакую первым. Отныне вы мой заложник.

Гвардейцы Бехтеева, стоящие поодаль, всполошились. Выхватили оружие и хлопнули по защитным амулетам. Мои стоящие на страже бойцы сделали то же самое и активировали сигнальный артефакт.

Бехтеев разжёг свой Взор и попытался сформировать защиту. Моя левая рука окуталась голубым пламенем, и я приставил ладонь к шее Петра.

– Я же сказал, не дёргайтесь.

Пётр не рискнул закончить защиту и развеял собранную было живу.

– Сумасшедший, – процедил он. – Убил одного брата, теперь хочешь убить другого?

– Нет и нет. Алексей застрелился сам. А вы, как я и сказал, мой заложник. Не бойтесь, с вами будут обращаться подобающим образом.

– Я тебя не боюсь.

– Как скажете, – пожал плечами я. – Прикажите своим людям бросить оружие. Мне не нужны лишние жертвы.

На сигнал тревоги из дома выбежал ещё один гвардеец, пара прискакала на конях от сторожки. Затем и вовсе раздался шум мотора – с расположенного через дорогу полигона нёсся грузовик, набитый моими солдатами.

Два бехтеевских бойца, вооружённые только револьверами, заметно приуныли. Встали спина к спине и с надеждой взглянули на Петра.

Его лицо побагровело ещё сильнее, чем до этого. Пылающий зеленью Взор столкнулся с моим. Мы с Петром пытались раздавить волю друг друга, и пока что никто не мог взять верх.

– Бросить оружие, – процедил, наконец, он. – Что до меня, барон Терновский, я не буду сдаваться. Вызываю тебя на дуэль.

– Отказываюсь, – ответил я, не отводя взгляда. – Для поединка нет причины. К тому же на словах вы объявили мне войну. Либо вы становитесь моим пленником добровольно, либо я вас заставлю.

– Тогда попробуй! – рявкнул Бехтеев.

Он ударил Взором. Именно ударил – резкую и мощную вспышку нельзя было назвать иначе. Я на мгновение ослеп. Петру хватило этого мгновения.

Он оттолкнул меня и мигом включил защитный амулет, а следом нацепил магический доспех.

Что ж, я сам оплошал. Сказал, что хочу взять его в плен, а не убить. Значит, револьвер под носом перестал быть угрозой.

Зато заклинание – нет!

Из моей ладони вырвался поток ревущего пламени. Он разделился на две части. Одна ударила в ноги Бехтеева, вторая – в область шеи. Я действительно не собирался его убивать, но повредить протоки придётся.

Пётр смог быстро усилить доспех и скользнул прочь, на миг превратившись в размазанный силуэт. Техника смещения – сложная, но эффективная. Сродни телепортации, только на расстояние нескольких шагов.

Хочешь попрыгать? Давай, скачи!

Я разделил огонь на несколько плетей, часть из которых были иллюзорными. Куда бы ни смещался Пётр, я везде мог его достать. Он продолжал скакать по моему двору. Выбрасывал время от времени короткие заклятия, на которые мне было плевать.

Гвардейцы стояли, не зная, что делать. Я выпускал новые огненные плети одну за другой. Только дважды получилось неплохо достать соперника, он был слишком резвым.

Ладно, это быстро надоело. Не бой, а какие-то салочки.

– Огонь по ногам! – приказал я.

Недолго думая, гвардейцы дали залп. Я тоже выстрелил из револьвера. От этого шквала свинца Бехтеева не спасли ни очередной прыжок, ни амулет. Магическая броня, понятное дело, была рассчитана только против магии.

Грохот выстрелов и звон разбитого щита амулета угасли. Стало тихо, только Пётр рычал сквозь зубы, корчась на земле.

Его ноги были пробиты в нескольких местах. Светлые брюки моментально окрасились красным.

– Остановите кровь, быстрее! – приказал я.

Военный лекарь сразу же побежал к раненому, на ходу открывая аптечку.

– Лучезар!

– Здесь, ваше благородие, – офицер вышел вперёд.

– Этих двоих в казарму, – я указал на гвардейцев Бехтеева. – Не вздумайте издеваться над ними. Посадите где-нибудь. Можете заставить работать, только и кормить не забывайте.

– Так точно, господин. А его сиятельство?

– Останется гостем по принуждению, – я вытащил из револьвера пустую гильзу. – У нас есть артефакт, которые заблокируют его магию.

– Понял, – кивнул Зар. – Так что, выходит, у нас война?

– Выходит, война. И объявить её придётся мне. Отдай приказ о полной боевой готовности. Немедленно отзови охрану из контор в Старосибирске и Пихтогорске.

– Оставить без охраны?!

– Всё равно они не выстоят, если бехтеевцы решат их захватить. А они решат, будь уверен. Гражданских работников также эвакуировать, все важные бумаги забрать, остальные сжечь.

– Так точно!

– Вдвое усилить охрану дома. Убедиться, что все защитные артефакты исправны. Ах да, на всякий случай передай Игнатьеву, чтобы покинул стройку «Мандрагоры». Есть у меня подозрение насчёт Левина… Скажи ему, план три.

– Что значит план три? – поднял брови Лучезар.

– Просто передай, он поймёт. Я поеду в город, а когда вернусь, обсудим с тобой, как нам действовать.

– Принято, ваше благородие, – козырнул Лучезар, а потом вдруг улыбнулся. – Ух, повоюем! Аж руки зачесались.

– Думаешь, будет весело? – хмыкнул я. – Как знать. Бехтеевы графский род, у них сильнее гвардия и больше возможностей. Придётся как следует постараться, чтобы победить.

– Так в этом самый сок, господин! Разве интересно слабого побеждать?

– Ты прав, – согласился я. – Ну всё, работаем.

– Вы трое, в город с бароном! – воскликнул Лучезар. – Остальные, слушай приказ!

Пётр, наконец, осознал, что шутки кончились. Кривясь от боли, он позволил моему солдату оказать ему первую помощь. Пытаться применить магию и сбежать не стал.

Проблематично это сделать, когда у тебя прострелены ноги.

На крыльцо вышла мама и оглядела происходящее:

– Эспер, что ты… – она осеклась и продолжила через секунду: – Ты уверен в том, что делаешь?

– У нас нет особого выбора, мама, – ответил я. – Бехтеевы в любом случае объявили нам войну.

– Не ты ли только что сказал, что объявишь войну сам?

– Так я и сделаю. У меня даже есть повод. Клевета и попытка объявить несправедливую войну нам.

– О боги, Эспер! – мать покачала головой. – Разве наш род готов воевать?

– Воевать можно по-разному, – я подошёл и взял маму за руку. От тактильного контакта ей сразу становится спокойнее. – Это мои заботы, и я обещаю, что вы с Белославой не пострадаете. Будь добра, прикажи подготовить комнату для нашего гостя.

– Для этого, которого вы так изранили? – госпожа Есения бросила взгляд на скрипящего зубами Петра.

– Именно для него. И вызови целителя. Лекарь не залечит столько огнестрельных ран.

Через несколько минут прибыл легковой автомобиль. Он был у нас единственным, и пользовался им не только я, но и гвардейцы. Поэтому внутри неприятно пахло табаком и мужицким потом.

Позволить себе достойный личный автомобиль я пока не мог, потратил все деньги на формирование и оснащение гвардии. Да и зачем мне машина в Дальнегранке? Здесь проще ездить на коне.

Хотя на машине, конечно, быстрее. До здания городской канцелярии мы долетели за те же несколько минут. На коне пришлось бы цокать минут двадцать.

Я даже толком не успел ничего обдумать. Только смог до конца осознать, что я действительно начал войну. Теперь пути назад точно нет.

Впрочем, это было разумно. У меня появилась фора, ведь Бехтеевы пока не знают, что я начал действовать. А ещё у меня появился ценный заложник.

– Добрый день, Сергей, – сказал я, заходя в кабинет нового городского главы.

Хотя как нового. Уже больше трёх месяцев прошло. Но Сергей Рылин, бывший полицмейстер, до сих пор как-то чуждо смотрелся на этом месте.

– Здравствуй, Эспер, – он поднялся и протянул мне руку. – Что творится? Я слышал, какой-то парень застрелился у тебя во дворе.

– Не просто парень, – вздохнул я. – Младший сын графа Бехтеева.

– Подожди, Бехтеев? – нахмурился Рылин, крепче сжимая мою ладонь. – Он ведь граф из Старосибирска?

– Ну, не совсем. Да, он построил там основное имение, но, вообще-то, он вассал рязанского князя. Именно это я хотел с тобой обсудить. Без лишних ушей.

Сергей вызвал секретаршу, велел налить нам чаю и погулять где-нибудь полчаса. Бывалый страж закона, он сразу почуял, что разговор будет серьёзным.

Я рассказал ему о том, что случилось. О самоубийстве Алексея, скором прибытии Петра и о том, чем всё закончилось.

– Эспер, Перун тебя порази! Зачем ты это сделал?!

– Что именно?

– Зачем объявил войну?!

– Во-первых, ещё не объявил. Во-вторых, что мне оставалось делать? Ждать, когда Бехтеевы начнут первыми? Их род однозначно сильнее моего. Поэтому я должен действовать на опережение.

Сергей пожевал губами, сделал глоток чая и кивнул:

– Разумно, конечно. Только разве ты не понимаешь, что всё равно проиграешь?

– Почему это? – с наивным видом спросил я.

– Ну, начнём с того, что их род действительно сильнее. Их гвардия раза в пять больше твоей. Сколько у тебя сейчас человек?

– Сорок два.

– Правда? Я думал, ты успел набрать больше. Тогда раз в двадцать.

– Больше я не потяну по финансам. То есть, я собирался набрать шестьдесят человек, с учётом охраны и вооружённых посыльных. Но не успел, увы.

– Ладно, дело не в этом, – Рылин подвинул кресло и сложил руки на столе. – Поскольку ты единственный барон в моём городе…

– Нашем городе, – поправил я.

Сергей посмотрел на меня долгим взглядом. Но мне не понравилось, что он назвал Дальнегранск только своим.

Не я ли помог ему занять место городского главы? Не я ли здесь единственный титулованный дворянин? Не мой ли единокровный брат является протектором Дальнегранска?

Рылин будто прочитал мои мысли и кивнул:

– Нашем городе. Я хотел сказать, что Бехтеевы получат право на вторжение.

– Они же не будут трогать гражданских.

– Официально нет. Но ты и сам, наверное, прекрасно знаешь, как порой ведут себя солдаты на чужих землях.

– Знаю, конечно. Поэтому мне и нужна твоя помощь.

Дворянские войны – запутанная штука. Такая же запутанная, как родственные связи между древними родами, да и почти всё в мире аристократов.

Боевые действия могут вестись только на нейтральных или принадлежащих воюющим сторонам территориях. Но есть нюансы.

Так как в Дальнегранске нет других дворян с титулом, кроме меня, враги получат право вторгнуться в город. Он будет считаться нейтральной территорией. Гвардейцы Бехтеевых не смогут ничего захватывать и причинять вред городскому имуществу. Но, как и сказал Сергей, это лишь официально.

В реальности они наверняка захотят что-нибудь пограбить или просто поджечь шутки ради. Потом всегда можно будет сказать, что произошла стычка с моими бойцами. Доказать обратное будет тяжело.

Суть в том, что я рискую навлечь на Дальнегранск большую беду.

– Ох, Эспер, – Рылин покачал головой. – Как же просто жилось в нашем городе до тебя.

– Не сомневаюсь. Однако теперь я здесь, и жизнь изменилась. Ты же сам дворянин, в чём проблема?

– Я к власти никогда не стремился. Но ты… куда ты рвёшься, Эспер?

– К вершине, Сергей. К вершине.

– И лестницу к этой вершине ты намерен сложить из черепов?

– Слушай, я не собираюсь перед тобой оправдываться, – нахмурился я. – Армия Бехтеева в любом случае пришла бы сюда. Или ты думаешь, я бы сразу сдался?

– Так я точно не думаю, – невесело усмехнулся городской глава.

– Не надо обвинять меня в кровожадности. Мне навязали эту войну.

– Ладно, я понял, – Сергей сдвинул брови. – У тебя уже есть план?

– Пока что нет. Но я хочу попросить тебя сделать две вещи.

– Какие?

– Отправить посланника к моему брату и затем отключить портал.

– С ума сошёл? – возмутился Рылин. – Ты знаешь, сколько стоит запустить его заново?

– Не знаю, но расходы беру на себя.

– В любом случае я не могу этого сделать без разрешения князя… А, ну да, – Сергей чуть смутился. – Посланник. Ты хочешь попросить его высочество Владислава, чтобы он позволил отключить портал?

– И чтобы он ещё кое-что сделал. Письмо я напишу сам.

На самом деле мне казалось, что эта война началась не просто так. И я так думал по нескольким причинам.

Первая: Бехтеевы связаны с бароном Левиным. Моим деловым партнёром, который стал таковым почти насильно и не очень-то этому рад.

Вторая: Бехтеевы вассалы рязанского князя. А у него с моим братом, князем Москвы, имелись какие-то трения. Ходили даже слухи, что готовится война между княжествами.

Возможно, что всё это звенья одной цепи. Левин хочет устранить меня и единолично заниматься «Мандрагорой». А князь Рязани хочет таким образом нанести Владиславу удар исподтишка.

Хоть он меня и изгнал, я остаюсь его братом. К тому же я начал набирать силу, и со временем смогу стать крепким союзником.

Тем более, после последней встречи мне начало казаться, что Влад изгнал меня не просто так. Не потому, что хотел присвоить титул. Была какая-то другая причина.

Возможно, что смерть нашего отца и старшего брата Николая тоже связаны со всем этим.

Трудно сказать. Я не знаю. Вероятно, что и сам Владислав до конца не знает.

Но то, что рязанский князь будет только рад моей стычке с Бехтеевыми – это факт. И наверняка поддержит вассалов. В интересах Влада тоже принять косвенное участие в конфликте.

Левин… Как он с этим связан? Может, и никак. Но наверняка и он захочет ударить меня чужими руками, да побольнее.

Самоубийство Алексея послужило лишь отличным поводом для начала войны. Уверен, что она и так готовилась.

Пётр бы не стал так настаивать на моей виновности, ведь доказать настоящую причину гибели Лёши было проще простого. Он просто сказал: будет война. И всё.

Да уж, в мире дворян действительно всё запутано. Разбираться в причинах того или иного события не всегда есть смысл. Надо работать с тем, что происходит прямо сейчас.

А происходит война.

Вот и будем воевать.

– О чём задумался, Эспер? – Сергей вывел меня из размышлений. – Тебе нужна бумага, написать письмо князю?

– Да, – кивнул я. – Также прошу поручить полицейским тщательно проверять каждого, кто прибывает в город. Я приказал эвакуировать свои конторы в других городах. Бехтеевы могут это заметить и прислать сюда шпиона. Ну и стоит приказать привести полицию в боевую готовность.

– Хорошо, сейчас отправлю кого-нибудь в отделение. Держи.

Рылин положил передо мной лист бумаги и ручку. Я взялся писать письмо, а городской глава вышел из кабинета, чтобы отдать распоряжения.

В письме я изложил Владиславу ситуацию и свои соображения. Конечно же, не стал советовать, что ему делать. Но намекнул, что рязанский князь наверняка запачкает руки, так что и ему стоит над этим подумать.

Когда Сергей вернулся, мы отправили письмо с посыльным. Ему было поручено доставить послание срочно и лично в руки Владу. Рылин запечатал конверт магической печатью градоначальника, которая обеспечивала сожжение письма, если его откроет кто-то, кроме князя.

– Вот и всё, – сказал я. – Теперь давай составим ещё один документ.

– Какой?

– Самый главный. Акт об объявлении войны.

* * *

Смоленское княжество

Имение барона Левина, близ г.Сафоново

Барон Андрей Левин злорадно потирал руки. Новости, которые он получил, были просто великолепны!

Этот идиот Алексей Бехтеев застрелил себя на пороге дома Терновского! Надо же было додуматься!

Смерть из-за неразделённой любви… Как романтично.

И как тупо.

Зато этот дебильный поступок мог сослужить Левину хорошую службу. Убийство члена рода – разве может найтись лучший повод для войны?

– Нет, господа, не может! – вслух ответил себе Андрей и рассмеялся.

Он сделал несколько шагов по кабинету туда-сюда и решил на радостях выпить арманьяка.

– Светозар! Позовите Светозара!

Управляющий пришёл через несколько минут и подобострастно склонился. После того случая с бумагами «Мандрагоры» он стал вдвойне покладистым.

– Вызывали, ваше благородие?

– Новости есть?

– Пока нет, господин. Пётр Бехтеев ещё не вернулся из Дальнегранска.

– Держи меня в курсе, – Андрей взмахнул бокалом. – Ты передал капитану гвардии мой приказ?

– Да-да, конечно. Он приступил к отбору людей для командировки. Вы уверены, что хотите отправить наших солдат на… раскопки?

– О да, – злорадно улыбнулся Левин.

Официально сорок солдат отправлялись на охрану археологических раскопок под Старосибирском. На самом деле они наденут форму с гербами Бехтеевых и выступят на его стороне против Эспера.

– Знаешь, что ещё? Надо проверить, как дела у человека Терновского. Забыл, как его.

– Сударь Игнатьев? Который курирует строительство фабрики со стороны Терновского?

– Он самый. Узнай, как у него дела. Не произошёл ли несчастный случай на стройке.

– Понял, ваше благородие, – поклонился Светозар. – Могу идти?

– Иди!

Несчастный случай с Игнатьевым, конечно, произойдёт. Упадёт на голову кирпич или бандиты проломят голову арматурой. Всякое же бывает.

Андрей глотнул арманьяка и снова рассмеялся себе под нос.

– Нет, я просто не верю, – пробормотал он. – Не верю, и всё тут!

Графа Игоря Бехтеева давно уговаривали обратить оружие против Терновского. Не только Левин, но и сам рязанский князь. Андрей узнал, что они с московским князем действительно готовятся сражаться друг с другом. Пока что так, на уровне усиления гвардий и взаимного бряцания оружием.

Но пламя войны уже постепенно начинало тлеть.

Так что рязанский князь был крайне заинтересован в том, чтобы устранить родственника Владислава. Который, хоть и был изгнанником, показал себя талантливым предпринимателем и даже ухитрился получить титул. К тому моменту, как начнётся война между князьями, он может стать заметной угрозой.

Поэтому Рязань справедливо решила подавить эту угрозу в зародыше. Граф Бехтеев должен был стать тем, кто уничтожит Терновского. Только он не торопился, осторожничал, непонятно почему.

И вдруг – смерть младшего сына рода! Прекрасно! Замечательно! Аплодисменты!

Теперь-то Игорь не отвертится. Да он и сам захочет начать войну. По крайней мере, его сын Пётр точно захочет. В отличие от отца, он мечтает о военной славе рода.

Всё повернулось как нельзя лучше…

Теперь Терновскому точно конец!

Левин веселился до самого вечера и выпил три бокала арманьяка. Затем он залез в постель к жене и овладел ею быстро и страстно, как в молодости. И барон, и баронесса остались в восторге.

Ночью в дверь раздался осторожный стук. Левин проснулся и хрипловато воскликнул:

– Войдите!

В комнату ворвался Светозар Кулебин. Одного взгляда на него хватило, чтобы настроение полетело ко всем чертям.

– Что случилось? – Андрей сел на кровати.

– Ваше благородие… Простите… Случилась большая беда.

Левин пока не знал, что именно произошло. Но по спине побежал холодок.

Он почему-то был уверен, что это дел рук Терновского. В голову закралась постыдная мысль: а может, не стоило второй раз конфликтовать с Эспером?

Ведь в первый раз он одержал безоговорочную победу.

А теперь стал гораздо сильнее…

– Что случилось?

– Не знаю, как сказать, ваше благородие, – замялся Кулебин. – Но «Мандрагора»…

Глава вторая

Дальнегранск

Казармы барона Терновского

Я не был уверен в том, что барон Левин как-то участвовал в подготовке войны. Зато не сомневался, что он обязательно подгадит, как только узнает о моих неприятностях.

Поэтому решил подгадить первым.

Нет, слово неподходящее… Я решил провести диверсию. Так звучит изящнее.

Мой человек по фамилии Игнатьев, который курировал стройку «Мандрагоры», получил послание: действовать по «плану три». И он исполнил всё великолепно, как было задумано.

Сомневался ли я? Немного. Всё-таки диверсия была серьёзной. Но доказать, что это сделал я, Левин вряд ли бы смог.

«План три» означал немедленно покинуть объект. А перед этим уничтожить всю проектную документацию. Вроде бы мелочь, но нет. Потому что документы были уничтожены вместе с частью недостроенной фабрики.

Игнатьев, курируя стройку, позаботился о том, чтобы в некоторых несущих конструкциях были заложены бомбы. И, покидая объект, он эти бомбы взорвал.

Взрыв произошёл ночью, так что никто не пострадал. Но завалы придётся разбирать ещё долго, а проектную документацию восстанавливать заново. У Андрея были копии, но копии фальшивые, не соответствующие реальному проекту.

Весьма изящный подлог. Тоже моя работа.

Одним словом, стройка встала. А ведь уже было заказано оборудование и заключались договоры с покупателями.

Левин расстроится. Скорей всего, он даже будет в гневе.

Я, конечно, тоже упускал доход от будущей фабрики. Ну и пусть. Для меня, в отличие от Андрея, «Мандрагора» не была делом всей жизни. И обострять ситуацию я мог себе позволить. Ведь, ещё раз, я не сомневался в том, что Левин сунет нос в мою войну.

Исподтишка, конечно же. Вот и я действовал так же.

Совсем вывести партнёра-недоброжелателя из игры вряд ли получится. Но его экономику я пошатнул, и отвлёк внимание. Уверен, что теперь все мысли Андрея будут о том, как возобновить стройку.

Кстати, есть одна идейка, как заставить его отстраниться от конфликта… Но это чуть позже.

Мне пора заняться разработкой военного плана.

На совет я пригласил Лучезара, Яромира и Ашурбега. Последний был моим гвардейцем – бывшим имперским офицером, которого мы назначили заместителем Зара.

По происхождению он был лезгином и нравом обладал холодным и твёрдым, как кавказский кинжал.

Вообще, удивительно. Обычно кавказцы люди вспыльчивые, но Ашурбег всегда держался так, будто его вообще невозможно потревожить. Он производил впечатление человека сильного и надёжного. Да таким он и был, судя по послужному списку.

Мы собрались в офицерской комнате, где из обстановки были только стол, несколько стульев и чайник на греющем артефакте.

– Итак, господа, – начал я. – Мы официально вступили в войну с родом Бехтеевых. Это графский род, и они весьма сильны. Я заказал кое-какие выписки из дворянского реестра и вот что выяснил.

Гвардия включает восемьсот бойцов, среди них двенадцать магов и отряд спецназа. Есть боевая техника и артефакты, включая средства связи и магические винтовки. Полная информация здесь, можете ознакомиться, – я раздал копии документов.

– На поле боя нам не выиграть, – покачал головой Лучезар.

Ашурбег молча кивнул, соглашаясь. Ведьмак хмурил густые брови и шевелил губами, читая документы.

– Техника устаревшая по большей части, – сказал он. – Она была устаревшей ещё когда я служил гвардейцем у графа Елисеева, двадцать лет назад.

– У нас и такой-то нет, – пробормотал Лучезар. – Только два грузовика и легковушка.

– Ну и что? – пожал плечами Яромир. – Портал отключён. Им придётся добираться сюда своим ходом. Скорей всего, телепортируются в Пихтогорск, потом на колёсах сюда. Это как минимум пара дней. Артиллерию через леса они вряд ли потащат, да и кто им даст разрушить купол? Обережный корпус тут же звездюлей навешает.