- -
- 100%
- +
Вот и лето наступило! Пусть здесь, на севере, было еще неустойчиво, тепло частенько сменялось дождями, но в целом начало июня в Санкт-Петербурге, выдалось на радость солнечным, и каким-то позитивным. Дождики если и были, то кратковременными. Я жил в городе на Неве уже около полутора лет. Но, конечно же, скучал по родным местам, в которые теперь так редко выбирался.
А работаю я «сетевиком». Ну, то есть банальный сетевой маркетинг, продажа товаров по телефону, Интернету, поиск «оптовиков», и всякая прочая шушера. Но моя мечта не в этом. Большой плюс этой работы в том, что у меня свободный график и я им «кручу-верчу» как хочу. А в свободное от заключения сделок время я хожу на массовки и кастинги, не пропуская почти не одного. Может, удача улыбнется-таки мне, и меня возьмут на работу на телевидение! Ну хоть кем – можно оператором, можно корреспондентом, да хоть монтажером!
Но в целом, и моя сегодняшняя работа дает мне обширный круг общения, и немало милых людей среди клиентов попадается. Но, хотя бяки тоже бывают. Их я, как «супервайзер», то есть наставник, перепоручаю своим подопечным, пусть руку набивают. А хотят – пусть отделываются от них, благо этого «добра» всегда навалом.
Ну а живу я на проспекте Рокоссовского, снимая квартиру, со своей девушкой, моей близкой подругой Катей. Она работает экскурсоводом, водит группы отечественных и иностранных туристов по разным узнаваемым местам города! Катя очень серьезно относится к своей работе, и старается выложиться по полной, всегда относясь с душой к своему делу. Ну, эксцессы тоже порой бывают, куда ж без них, без эксцессов… Но в целом впечатление от работы у нее положительное, у меня же – чисто потребительское, как к источнику дохода. И ничего плохого я в этом не вижу.
Но главное то, главное – не в этом! А в том, что наступил июнь, что грядет две свободных недели, которые раз в три месяца положены якобы «на повышение квалификации» и тренинги. Но на тренинги у нас никто сроду не ходил, опыт передается непосредственно в рабочем процессе, ну а ежели кто из центрального филиала нашей компании соизволит проверку произвести, то о таких проверках становится известно, как правило заранее. Наш ушлый НОП, то есть, начальник отдела продаж, «завербовал» себе стукачка в центральном офисе. Об этом никто точно не знает, но все подозревают, уж очень порой он оказывается «провидцем» корпоративных новостей. Но в целом начальник организовал весь процесс хорошо, все отлажено и функционирует при минимальном его участии.
Так вот! Сегодня шестое июня, а пятнадцатого грядет свободное время! Можно и смотаться из города на несколько дней! Если грядет проверка – оперативно вернуться, потом – снова на природу, баню, шашлыки, ну и, все в таком же духе! Ну а семнадцатого у меня день рождения, двадцать шесть лет, и вообще – жизнь удалась, хоть только-только началась! Только недавно началась моя самостоятельная жизнь, по-взрослому, как это теперь популярно, в гражданском браке. Я доволен нашей с Катей жизнью, доволен моей девушкой, немного – работой. Но главное – это когда у человека есть мечта. Телевидение! Или кино – я сам пока не определился. Но на экран я хочу попасть однозначно. И творческое начало во мне есть, искренне надеюсь, что сумею реализоваться в не менее творческой профессии.
Доработать осталось всего два дня! Я уже лелеял мечту об отдыхе, куда-нибудь поюжнее, что ли выберемся… Может, в Тверскую область, где нет сейчас, надеюсь, ни комаров, ни болот.
«Одиннадцать тридцать уже! Да, расслабон как предвестник отпуска завладел мной. Что я сделал за утро: так, оптовик из Синтеко-групп, мелко-оптовик Комаровская торговая база, Петропавловский Тракт, ИП Лещинский, так-так-так… А где же АО «Вербена»? Е-мое, неужели я забыл про партию еще и для них?»
Неожиданный звонок вывел меня из суеты и одновременно – из равновесия. Но по первым нотам звонка я уже знал, что это моя любимая!
– Привет, лап!
– Да, слушаю, родная!
– Я совсем забыла, что сегодня, кстати, 6 июня, 210-я годовщина рождения Пушкина, у нас еще доп. группа в Смольный. Сань, и я очень буду рада, если ты их займешь чем-то!
– Ну ладно, давай по порядку.
– Я хочу, чтобы ты провел экскурсию у них.
– Ага, а при чем тут Пушкин?
– Да ни причем! Это вообще, другая история. Тебе надо, как бы, занять их внимание минут на двадцать пять. Ну, расскажи им что-нибудь о Смольном, Эрмитаже, Царскосельском, Петропавловском. А там уж и я подскочу, просто разрываюсь, раньше не успею.
– А, ну-ну. Во сколько начало?
– В тринадцать, на Гороховой.
– Да, кстати, ты не забыл свои дипломно-выпускные навыки свои?
– Все помню! Ну, кое-что помню из истории города, петровско-екатерининский период, все в основном.
– Вот и расскажешь им! Они, кстати, итальянцы.
– О-па! А поймут они меня?
– Переводчик при них будет, но свой, местечковый, из Рима. А группа сама из Неаполя. Но лучше будет, если ты сам, на их родном языке, им расскажешь.
– Звезда в шоке! Ты бы хоть заранее предупредила!
– Не получалось заранее. Сама 5 минут как узнала! У тебя же язык подвешен.
– Да уж…
«Ну, все, приплыли! Блин, везет-таки на такие вот приключения! Ну почему у меня все не как у людей? И куда подевалась проклятая «Вербена»? Где же этот договор?» Но он уже окончательно вылетел из моей головы. Блин, тридцать минут у меня есть. И я снял трубку телефона, ибо потом предстояло сорваться неизвестно насколько, и еще заскочить по работе в несколько мест в городе.
Снова звонок.
– Ты идешь к итальянцам?
– Да-да, Кать, уже выкатываюсь!
– Как это выкатываешься? Ты должен быть уже на полпути! Торопись, прошу!
– Я успею ко времени!
Группа уже ожидала меня. Один ушлый смуглый тип, видимо узнав меня по описанию, подал приветственный возглас:
– Синьор Васильев?
– Да, Васильев это я. Sono io. Preferite a parlare l’italiano? Posso un’po parlare!
– Si! Si!
Несколько человек расплылись в улыбке. Я ободрился и начал.
– La nostra citta e molto bella, hermosa e grande. San Pietroburgo vanta un notevole patrimonio storico e culturale ed è quindi considerata una destinazione turistica molto attraente. Ci sono molti l’ attrazioni architettoniche del XVIII e XIX secolo comprendono poi la Fortezza di San Pietro e San Paolo, la Cattedrale della Resurrezione, l'Istituto Smol'nyj, la Piazza del Palazzo.
Я путал испанские слова с итальянскими, вплетал свой рассказ фразы из школьного учебника истории, из пособия по страноведению, цитаты из википедии про Рим, только вместо слова «Рим» я туда впихивал «San Pietroburgo», то есть «Петербург» по-итальянски.
Ну, в общем, на троечку с минусом я рассказал им вкратце об истории нашего города. А основательно за туристическую группу возьмется Катя. Она же четыре года работает гидом-переводчиком, досконально знает историю Петербурга, и в совершенстве владеет тремя иностранными языками – английским, итальянским и французским. А мои знания – на школьном уровне, на твердую троечку, ну на четверку с натяжкой. Но, черт возьми, и они пригодились. Я в свое время мечтал поехать на экскурсию в Неаполь, Венецию и Калабрию, а также – в Мадрид и Толедо. Озаботился изучением языков, изучил грамматику, но дальше основы – не пошло, да и словарный запас у меня маленький.
Вот и Катя подоспела. Ну, я уже отстрелялся и напоследок пожелал им счастливой экскурсии и приятного времяпровождения.
– Ecco la nostra maestro guida interprete! buona giornata, signori!
Ну, то есть, «вот и ваш главный гид-переводчик, счастливого дня вам, синьоры, а я, мол, пошел».
Но вот и конец этой напряжной среды подошел. Мы с Катей уселись на два кресла у электрокамина, и стали обсуждать варианты поездки на природу. Хотелось, чтоб не особо далеко, комфортно, недорого, приятную погоду без дождей и комаров, уютный мотель или хостел, электричку ко времени и туда, и оттуда, ну и, губозакаточную машинку напоследок! Мы остановились на варианте либо Финев Луг по Новгородской дороге, либо Чудово, что на Тверско-Московском направлении. Там уже заканчиваются болота и начинаются перелески и лесостепи, следовательно, приятнее ландшафт, и меньше комаров.
Ну вот, незаметно пролетели два дня до выходных, а совместно с этим – и моего отпуска, и в субботу в девять часов утра мы уже были на Московском вокзале и ждали отъезда нашего поезда. Ехать было около двух часов, и первоначально мы желали ехать с ночевкой, выбрав в качестве ночлега какой-нибудь отель, либо хостел. Но потом стало ясно, что в провинции с этим дикий напряг, да и заранее забронировать не получится ни по Интернету, ни по телефону. Интернета там по состоянию на сегодняшний 2009 год, конечно же, нет, ну а номер телефона тоже не узнать, ни в сети, ни в справочниках.
Но сказано – сделано, и вот уже пригородный поезд мчит нас в южном направлении. Пасмурное утро постепенно рассеялось, и день обещал хорошую солнечную погоду. Вместе с тем, как рассеивалась туманная хмарь, улучшалось мое настроение. Мы взяли с собой раскладной столик и два раскладных кресла, несколько шампуров для шашлыка, сало – поджарить на костре, винца чуть-чуть – хряпнуть понемногу, два зонта, спиртовку, жидкость для розжига костра, а я взял плавки – может, получиться искупнуться, Волхов недалеко, да и теплее здесь заметно, чем в Питере.
Ну вот, вывалились, наконец-то, мы из вагона на открытый воздух. Солнышко, ни дуновения ветерка, типичные сельские запахи. Чудово! Далекая от мегаполиса платформа, романтика сельской жизни!
Время до обеда пролетело как ветер! Мы поиграли в бадминтон, немножко попинали мяч, привезенный с собой, устроив импровизированный «футбол». Пусть мяч был волейбольным, нам-то какая разница? Погуляли, просто взявшись за руки, побродили по тропинкам и перелескам. До Волхова оказалось далеко идти, но я точно помнил, что на карте обозначена была другая, близкая речушка. Вот туда-то и можно сходить во второй половине дня! А сейчас мы просто хотим есть!
Разожгли костер, благо, дрова были сухими, и жидкость для разжижки не понадобилась. Много палок, веток и бревнышек мы нашли в перелеске, запалили их, а когда основное пламя сошло, принялись поджаривать свиной шашлык, сало и хлеб. Все было сработано оперативно, и после того, как поели, посидели с полчасика, решили-таки сходить к речке. Вот, дошли. К воде, рядом с мостом, шел спуск, и была прилажена доска. Она, по-моему, не была никак закреплена, а просто лежала, утоптанная в прибрежный грунт. Я взял бутыль – набрать воды, вскипятить для чая, ну и, просто руки помыть. Попробовал, опустив руки – холоднющая, как и все малые реки, купаться здесь не годится! Ну что ж, хоть наберем! Набрав воды, я поднялся на уступчик, и ступил на доску. Но проклятая доска подо мною поехала, соскочить с нее я уже не успевал, да так и влетел по пояс в воду – у берега неожиданно оказалось глубоко. Черт, этого не хватало! Попытался выбраться, ноги вязли в грунте… Но все-таки выбрался, не используя больше коварную доску, (она, сползя в воду, поплыла вниз по течению). Благо, после обеда погода совсем уже разгулялась, было градусов двадцать пять, и одежда высыхала очень быстро!
Мы с моей любимой, конечно же, еще погуляли по окрестностям. Купаться на сегодня у меня охота пропала. Но солнце пригревало и пригревало, кажется, стало еще жарче, одежда почти обсохла. Я, к тому же взял с собой полуштаны-полушорты и пляжные шлепки.
– Эй, гляди, – сказала Катя!
Мы оба поглядели на небо, а там реактивный, и похоже, сверхзвуковой самолет выделывал фигуры высшего пилотажа. Я вспомнил, что скоро в Московской области должен проводиться «МАКС-2009», то есть международный авиационно-космический салон. ы с моей любимой, конечно же, еще погуляли по окрестностям. Очевидно, это элементы подготовки к шоу. Налетел небольшой ветерок, и небо постепенно из безоблачного превратилось в клочковато-ватное.
– А давай-ка насчет клубники сходим! – предложил я. Да, клубника могла быть – уже первая декада июня, да и погода в последние две недели радовала теплом. Так что, наверно, ягоды уже завязались. И, действительно, поиски увенчались успехом. Мы набрали три кружки луговых ягод. Одну съели прямо сразу, а другие – домой, на чай или варенье. Снова по ходу тропинки, кажется, близилась речушка. В целом солнце уже прошло пиковое положение, и начало свой путь к закату, до которого, однако, было еще очень далеко – безоблачная погода и летнее солнцестояние делали свое дело, тем более день такой долгий в июне в этих широтах. Мы решили погулять еще часиков до трех-четырех, а потом уже и возвращаться в город, благо домой ехало три вечерних электрички.
А пока перед нами извивалась пыльной лентой проселочная дорога, даже не дорога, а тропинка. Бока ее поросли гусятником и подорожником, а на полях вовсю цвела сурепка. Травы были уже довольно высокие. А то я порой любитель просто погулять по полевой невысокой траве будь то клевер, кормовая ромашка, или даже посевы ржи. Прогулка по такому полю – это своеобразная медитация. Растягивание удовольствия. Когда ты плывешь-паришь над полем, по которому ветер волнами колышет недозревшие еще колоски, а ты словно теряешь ощущение земной тяжести и будто бы плывешь.
– Саш, а вот скажи, – пробудила меня от раздумий Катя, – вот если бы ты выиграл или заработал, или, скажем, получил в наследство от богатого родственника, большую сумму денег, как бы ты их потратил?
– Трудненький поначалу вопрос. А с чего вдруг спросила?
– Так просто, подумала и решила поделиться.
– Ну хорошо, начнем с того, что крупную сумму я постарался бы не потратить, а приумножить. Деньги, наверно, я все-таки думаю, должны работать. Тратить можно отложенные на отдых, на поездку, на походы в ресторан, еще на какие-то мечты. А вот если ты становишься обладателем крупной суммы, то это уже говорит о том, что судьба выбрала тебя, как носителя определенного потенциала. И главное тут помнить, что это – вовсе не цель, а всего лишь средство.
– Интересное мнение, – высказалась моя подруга.
Так незаметно подкатывало время нашего отъезда в город. И поскольку у меня запылились ноги, а руки были в клубничном соке, то было решено подойти к речке, чтобы почиститься. Ехать в город – так чистюлей. Ага – вот и отмель, тут река делает поворот. И на отмели небольшой настил, может, местные для постирушек соорудили, но явно не для купашек – река холодная, родниковая.
Я уже шел по импровизированному «пирсу», как вдруг настил с той стороны где я стоял, стал проседать, видно свая сгнила, и плавненько погрузился в воду. И я вместе с ним, примерно до середины бедра, дальше было дно. Черт, не везет мне сегодня с речками и досками! Когда я вылез, я ругался уже заметно дольше, чем в первый раз. Теперь уже и полушорты были мокрыми, шлепки – ладно, вытереть можно.
Ну что ж, надо их отжать хотя бы! Помылся, что и говорить! Теперь – в город, сушиться и отдыхать в мягком кресле. Ну, а для Катюшки я набрал воды, чтобы руки сполоснуть. Мне-то уже все равно, раз так получилось.
– Давай что ли, бегом? – предложил я Кате. Согреться надо, второй раз за день моржеванием занимаюсь.
– Да давай! – согласилась моя любимая, и мы поднажали трусцой по вьющейся тропинке. Слетали шлепки, пришлось переодеться снова в ботинки. Краткая дорога к перрону проходила через мост, станция находилась по ту сторону речки. И с величайшей аккуратностью, стараясь не приближаться близко к берегам, я его перешел вслед за Катей. Купаний мне на сегодня достаточно! А говорят, что нельзя войти в одну и ту же реку дважды! Можно и трижды, причем в один день! Главное – «везение»!
Через час уже пригородный поезд мчал нас к Санкт-Петербургу, кушать тортик за Катин успех на рабочем поприще (старший гид по Эрмитажу на целых три недели), смотреть «Шоу Бенни Хилла» и документальный фильм о параллельных мирах, и в общем, отдыхать душой и телом!
Вечером того же дня, я, уставший и замаявшийся, засыпал. Мы уснули уже за полночь. И, под утро, как всегда, мне приснился очередной оригинальный сон.
…Еще немного до базы осталось. Двоих из нашей группы, первоначально составляющей 8 человек, уже нет. Еще двоих зацепило. Керамический бронежилет уже весь намок от пота, и в правом боку – от крови. Ранило и меня, но навылет, это так, мелочь. Кевларовый броник – это, все-таки вещь. Пропустит «навылет» в тех местах, которые неопасны для жизни, и в которых нет жизненно важных органов. Да и не стесняет движения при беге и борьбе. Черт, только бы дотянуть… Мы все-таки выкрали его! Ну, рот на всякий случай зажали кляпом, чтоб не визжал, и не запорол операцию. Иван Бахметьев являлся ученым-атомщиком. Что-то он там такое открыл, что нам, простым смертным неведомо. И вот за это «нечто» пакистанцы решили его украсть, изобретение присвоить, и заставить его работать на себя.
Ну вот, за периметр охранной зоны уже выскочили! Вон там – поляна, с которой заберет нас вертолет. До него осталось около двух минут – как раз успеваем! Черт, плывет в глазах, видно, много крови потерял. Ну, это еще терпимо, по крайней мере, хорошо, что туда не засел осколок! Двоих наших – Викстона и Прайетта – ранило именно ими – разорвалась осколочная граната. Оба были в брониках, но одного «приложило» в руку, а другого в ногу. Посекло Прайетта порядком, но крупные сосуды были не задеты, бежать он мог наравне со всеми.
Сзади наседал еще отряд «бородатых». Воины Аллаха, будь они неладны. Все, как один, с бородами, в камуфляжной форме, в платках-банданах на голове. Те, которые помоложе – с жиденькими бородками, те, которые постарше и поматерей – с окладистыми густыми бородами, как у афганских ваххабитов. Впрочем, пакистанские ваххабиты, или, как там их правильно называть, ничем не лучше. Они рассеялись, и на бегу открыли огонь. Будь они более опытными, сразу бы сообразили, что в данных условиях лучше вести огонь не на бегу, а лежа, рассредоточившись, и найдя укрытия на местности – это в идеале, в крайнем случае – стоя, в упор, с колена. Видимо, серьезной подготовки у них не было, и Викстон, присев на колено, и создав упор, забросил на плечо гранатомет с осколочными гранатами. Из широченного ствола назад вырвалось облако огня и дыма, а вперед – светящаяся молния полетела в направлении преследователей. Те, по-моему, даже онеметь не успели. Все закончилось в один миг, и нашей посадке в вертолет, казалось, уже никто не мог помешать.
Вот уже послышался рокот и свист лопастей, заклубилась пыль на площадке, распахнулась узкая дверь. Рассеявшись, мы один за одним побежали внутрь. Двое бойцов с захваченным ученым держалась в середине, а замыкал группу автоматчик Бридлав, прикрывая всех со стороны возможных преследователей.
– Ну, все, кажется успели! Ты как, Брайан? – спросил я у бойца, раненного в руку.
– Нормально. Я, троих, кстати, положил. А ты?
– Аналогично. А вот Прайетт пятерых завалил!
– Я вот о чем сейчас подумал, – ответил Брайан, – там ведь визжала сирена какая-то, сигнал общей тревоги. А если б сработала система самоподрыва?
– Да я думаю, не было там ничего такого. Вся эта шантрапа – проще, чем они кажутся! Ничего такого они не предусматривали. Так, авантюристы без должной выучки!
Тут, вертолет, сделав круг над откосом горного массива Кандагар, и набрав высоту, резко и быстро стал уходить в сторону Персидского залива, на базу.
Когда я проснулся и открыл глаза, уже давно светило яркое солнце! Да и то сказать, в Питере настоящий рассвет наступает около трех-четырех часов утра! Рядом посапывала Катя, было девять утра. Я решил – пусть еще поспит, сегодня мы с нашими друзьями-петербуржцами на конную прогулку. Черт, надо же такому присниться! Как в реальности все было! Кстати, мне периодически снятся такие сны – как будто кино вживую увидел. Даже нет, здесь все даже ярче чем в кино, более рельефно, выпукло. Ощущения как будто живые. И по таким снам, если, конечно, я успеваю досмотреть целиком, я пишу порой сценарии для фильмов. Ну, пригодится все-таки – я лелею свою мечту.
Я ушел на кухню заваривать кофе. Когда вернулся за майкой, Катюшка уже повернулась на спину и открыла глаза, но была еще сонная. Девушка мне улыбнулась, я подошел, присел на край кровати:
– Кофию соизволите?
– С удовольствием.
– А как насчет омлета или оладьев? Через 15 минут будут тепленькими!
– Отлично, давай!
– С тебя поцелуй тогда.
Приготовив завтрак, я вернулся в комнату. Когда мы закончили завтрак, я стал излагать планы на день.
– Кать, вот смотри, здесь у нас Ворошиловка – там конная база. Подробный инструктаж, помощь инструктора во время прогулки. Выбор лошадей большой, цены подороже, маршрутов много на выбор. А вот в сторону северо-запада – Мокревка, там лесной центр отдыха. Там цены более демократичные, да и ближе это от трассы. Маршрутов меньше, но, я думаю, там нам понравится больше – не трек-ипподром, как в Ворошиловке, а настоящие лесные тропинки. Впрочем, выбирай!
– Ну, давай тогда в Мокревку – отозвалась Катя.
Через час-полтора мы были на месте – проходили вводный инструктаж. Вот и подошло время знакомиться с лошадками – мне досталась пегая, Катюшке – гнедой жеребец, заметно крупнее. Сзади следовал инструктор на пестренькой серой лошади. Закончилась песчано-опилочная мягкая дорожка конюшни, и началась обычная лесная тропинка, отличающаяся только тем, что с обоих сторон там были на значительную высоту подстрижены ветки – для любителей и профессионалов конных маршрутов.
Лошади бойко шлепали копытами по тропинке, я, иногда пригибаясь под попадающимися по пути ветвями, не упускал из поля зрения Катю. Если что – вдруг Катюшкина лошадь испугается – инструктор показал, как можно быстро ускориться, и перейти и на рысь, и на галоп.
Было не жарко и не холодно, не солнечно и не пасмурно, чуть-чуть обдувал ветерок, сдувая комаров. В общем, самая такая погода для конной прогулки. Маршрут был длиною пятнадцать километров, представлял собою изогнутый овал. Пролегал через перелесок, собственно, по нему мы сейчас ехали, поле, небольшой овражек, и берег реки. И, на обратном пути – в основном открытая местность. Что ж, мне пока нравилось. Если Катю не укачает, понравится и ей!
Попался нам по дороге ручеек, шумной лентой извивающийся между деревьев и камней. У него мы и решили сделать паузу, вскоре подоспел инструктор, он ничего против не имел.
– Интересно, а из него пить можно, – кивнув в сторону ручейка, спросила Катя. Она была по жизни очень любознательной, старалась объездить как можно больше мест, и познать как можно больше вещей.
– Без кипячения – вряд ли, – решил я. Мы ж не знаем, откуда он берет начало.
А дальше там было небольшое озерцо. Ну, собственно оно запрудой ручья не являлось, но представляло собой ответвление, низинку. Туда как раз стекала вода из ручья. А может, озерцо и само имеет родниковое происхождение. Очень часто из таких вот водоемчиков и вытекают тоже ручьи.
– Смотри, там рыбка! – воскликнула Катюшка.
– Так-так… Где ж она?
– Ого, еще одна! И еще!
– Да ты уже целый косяк насчитала!
И точно, между корней, росшей в воде ивы, проскакивали серебристые рыбки. Катя достала цифровой фотоаппарат с целью сфотографировать сию картину.
– Да тут на целую уху! – подумалось мне. Но произносить вслух не стал, чтобы не испортить романтику момента.
Вскоре мы отвязали лошадей и двинулись дальше. Вторая часть пути пролетела как-то незаметно и более ровно и однообразно, что ли. Не было на ней особых красивостей, да и просто мест, за которые цепляется глаз. Просто грунтовка в ста метрах параллельно автотрассе.
Вернулись домой мы под впечатлением. Вторую половину дня мы уже использовали под пассивный отдых, ничем себя больше не загружая. Отдыхать – так по полной программе!
И уже после полуночи мы уснули, улегшись под одно широкое одеяло. Ночи пока еще были довольно прохладными, и под одеялом было очень уютно. Обогреватель мы не включаем – середина июня все-таки.
Постепенно шум проспекта затих, и спряталась луна за облачка. Периодически она прорывалась еще на свободу, и на краткие минуты мутным пятном на сереющем небе передавала привет горожанам. Но вскоре ушла и она за облачка, и наступила не то, чтобы ночь, а какая-то темно-серая муть.
…Быстро закатывалось солнце за гору, и стремительно обрушивалась на Каньон Эсперанса темная, хоть глаз выколи, южная ночь. А еще через полчаса на бархатном небе обозначились первые звезды, и засиял золотой диск полной луны.
Я, дон Хосе Фаррера де Энтильо стремительно гарцевал на своем вороном коне, таком же иссиня-черным, как эта мексиканская ночь, к своей воздюбленной Мартине Торрес, дочери богатого и самого влиятельного землевладельца в этих краях Рубио Торрес Кастильо. Я знал, что пока основная часть стражи с асьенды Навахас переместилась в город, охранять господина Рубио Кастильо во время его встречи с губернатором штата.