Бывшие. Иллюзия предательства

7.

Женя хмыкнул.

- Один-один, а тебе палец в рот не клади.

Возвращаются родители. В руках отца всего несколько страниц, а подписывал он их столько времени, словно там целый том! Сомнения в подстроенном знакомстве исчезают, и я буравлю отца недовольным взглядом.

Он же совершенно спокойно благодарит Женю за услугу, отдаёт ему документы и провожает во влажную летнюю ночь. Сегодня же выходной! Воскресенье. Почему же он работает, а не развлекается с друзьями?

Я сижу за столом, потягиваю самый вкусный зелёный чай, который я пробовала. Отец возвращается на кухню, заглядывает в холодильник. Оглядывается через плечо, но мамы в комнате нет, а в ванной слышится плеск воды.

Папа вытаскивает из холодильника кусочек сала и тянет его в рот.

- Холестерин, папа! – строго говорю я, а отец вздрагивает.

- И ты туда же! Всё в порядке с моим холестерином! Ничего не будет! – ворчит он.

- Угу, а твой кардиолог другого мнения. Стресс, жирная пища, лишний вес… - начала я перечислять.

- Да, понял, я Вера! Понял! Вы с матерью решили лишить меня последнего удовольствия в жизни!

- И ничего не последнего, папочка. – мой взгляд падает на чашку чая – Что это было, папа?

- Всего лишь кусочек сала! – закатывает глаза отец, не признавая проблем со здоровьем.

- Я не об этом, а о твоём подчинённом.

- Отличный парень. Старательный, аккуратный и честный!

- Ага, скажи ещё открытый и дружелюбный!

- Нет, этого не скажу. Для юриста эти качества отрицательные. Тебе ещё предстоит это узнать, дорогая.

- Пап, я уже не маленькая и ты не обязан решать все мои проблемы. К тому же, Саша…

- Я даже слышать не хочу про него! Его провели как кутёнка! А он и рад стараться!

Отец хлопает холодильником, и на этот звук прибегает мама. Оглядывает нас внимательным взглядом, замечает блеск от жирного сала на губах отца.

- Валера…

- Ну, что Валера!? Что Валера? Набросились на меня одного! – всё больше распаляется отец. – Я сам решу, что мне есть, а что нет! А ты, Верочка, лучше прислушайся к старику! Доверие оно либо есть, либо его нет! И, похоже, у вас с Сашей его нет и не было!

Слова отца ранят. Я ведь всё ещё люблю Сашу! Умом понимаю, что он поступил неправильно, поверив лжи обо мне, а сердце говорит другое. Нужно с ним встретиться, поговорить нормально! Объяснить всё!

Решаю завтра же после работы заехать в квартиру, в которой мы жили вдвоём и поговорить. Неужели эти пять лет ничего не значат? Не стоят даже усилия, чтобы сохранить «нас».

Мама внимательно смотрит на меня, но я делаю вид, что всё в порядке. Она точно будет против этой встречи, и я её понимаю. Не хочу, чтобы она волновалась, поэтому молчу..

- Пап, в любом случае никакие другие ухажёры мне не нужны! Сводник из тебя так себе. И Женя этот мне совсем не понравился!

Папа молчит, не переубеждая меня, но и не соглашаясь. Я уже знаю такое выражение его лица, мол "спорить с тобой не буду, но поступлю по-своему». Фыркаю и встаю со стула. Мою за собой кружку, ставлю её в сушилку и отправляюсь в свою комнату.

Нужно заранее приготовить одежду для первого рабочего дня, отдохнуть и пораньше лечь спать. Внутренняя чуйка подсказывает – завтра будет трудный день!

8.

С утра просыпаюсь раньше будильника. Не люблю опаздывать, и мой организм солидарен. Спокойно потягиваюсь. Кладу руку на живот, мысленно здороваюсь с малышом. Истерить эгоистично по отношению к нему.

Доктор в женской консультации часто говорила мне, что малыш всё понимает и чувствует. Воспоминания о свадьбе вновь накатывают, и я с трудом сглатываю. Очень обидно, но я держусь.

Встаю, заправляю постель. Надеваю шёлковый халатик и иду умываться. Мама уже хлопочет на кухне. Она с опаской выглядывает из-за холодильника.

- Доброе утро, милая!

Я выдавливаю из себя улыбку. Не хочу ранить маму ещё больше.

- Доброе утро! Папа ещё спит?

- Да, но скоро у него зазвенит будильник.

Киваю и спешу в ванную. Нужно успеть умыться, пока папа не встал. Они и так приютили меня после краха моих отношений, не стоит добавлять неудобств.

Из зеркала на меня смотрит бледная девушка с потухшими карими глазами и тусклыми волосами. Надеюсь, витамины, что мне назначили, исправят ситуацию. Ходить пугалом не хочется. Быстро умываюсь, тщательно чищу зубы и наношу дневной крем.

В шкафчике моя косметика. Я подчёркиваю брови карандашом, рисовать стрелки ни времени, ни желания нет, поэтому использую тени. Провожу пару раз кисточкой по ресницам. Ну вот так-то лучше. Как раз заканчиваю, когда ручка опускается вниз.

- Уже выхожу! – кричу я отцу.

Последний раз провожу по волосам расчёской, делаю быстрый небрежный пучок и, кивнув себе в отражении, выхожу.

Папа переминается у двери, а, завидев меня, замирает.

- Доброе утро, дочь. Как ты себя чувствуешь?

Меня немного мутит. От таблеток, которые я принимаю, меня часто тошнит. Но я не подаю вида.

- Всё в порядке. Сейчас оденусь и буду готова к первому рабочему дню!

- Ты, это… не спеши. Иди поешь сначала. Там мама твои любимые сырники приготовила. – крякает он.

- Я не хочу есть.

- Значит, внука покорми! Давай! Не спорь!

Вот в этом весь отец. Если день кем-то не покомандует, значит, он прошёл зря. Мама-то умеет держать его в ежовых рукавицах, а вот я обязана подчиняться! Хотя мне уже двадцать пятый годик пошёл.

Спорить с ним сейчас не хочется, да и ароматы из кухни идут божественные. Стол накрыт. На нём стоят вазочки с вареньем и мёдом, сливки, сахар. Горячий чай дымится в кружке. Я осторожно присаживаюсь.

- Мам, это всё не обязательно.

- Что? – она делает вид, что совершенно не понимает о чём я.

- Ухаживать за мной так, словно я инвалид. – вздыхаю я – Всё в порядке!

- Угу, вижу я как у тебя всё в порядке! Улыбка на лице, а глаза пустые! – бормочет мама – Мне приятно ухаживать за тобой, дорогая! Ешь и не спорь!

Я собираюсь возразить, но мама укоризненно смотрит, и я замолкаю. Тянусь к сырникам, кладу несколько на тарелку и словно возвращаюсь в детство. Мы с родителями за одним столом завтракаем. Отец отвозит в школу, а потом едет на работу. Мама забирает после уроков и ведёт на плаванье. И я самый счастливый ребёнок на свете!

- Вера, опять витаешь в облаках? – отвлекает меня отец от воспоминаний.

- А?

- Я спросил, когда тебе к врачу в следующий раз!?

- А, через две недели.

- Хорошо, мама поедет с тобой.

Опять приказной тон. Решение принято и обсуждению не подлежит! Я закатываю глаза, но почти сразу отдёргиваю себя. Отец желает мне добра! Мама видит мою мимику и украдкой подмигивает.

Завтрак заканчивается, мы с папой собираемся и выходим на улицу. Солнце уже поднялось над горизонтом. Сегодня будет жаркий день, но пока прохладно.

Дорога занимает всего пятнадцать минут. В офисе ещё очень мало людей. Тишина в коридорах, а свет горит не во всех кабинетах. К отцу тут же подходит его помощник. Он вручает несколько папок с делами, записи телефонных звонков и стаканчик с крепким кофе.

Чувствую себя лишней в этой деловой атмосфере. Папа погружается в записи, но потом вспоминает обо мне.

- Вера, третья дверь слева. Евгений Викторович ждёт тебя. Он всё покажет и расскажет.

Я совершенно растеряна, но всё равно уверенно киваю и иду по коридору, считая двери. Останавливаюсь у третьей слева и читаю на табличке «Морозов Евгений Викторович младший партнёр». Знакомое сочетание фамилии и имени… Где же я могла раньше его слышать?

9.

Пока я медитирую на дверь она распахивается, чуть не дав мне по лбу. Я отшатываюсь и почти падаю назад, но Женя ловит меня и помогает удержать равновесие.

- Вера, тебя в детстве не учили не стоять напротив двери?

Парень раздосадован, он явно испугался, но за меня ли? Или за свою должность? В голове всё переворачивается, тру лоб, чтобы вернуть всё на свои места.

- Вера, ты в порядке? – ещё более взволнованно спрашивает Морозов.

- Голова кружится что-то. – отвечаю чистую правду.

Рядом как назло никого, кроме знакомого трудоголика. Он заводит меня в кабинет, сажает на стул, а потом вручает стакан воды. Быстро выпиваю его. Тошнота и головокружение постепенно отступают. Как только мне становиться лучше, Женя интересуется:

- Мне показалось, или у тебя ко мне какое-то дело?

- Нет, не показалось, оте.. то есть Валерий Арестархович послал меня к тебе. Чтобы ты показал мне тут всё и объяснил в чём суть работы помощника юриста.

- Значит, я буду твоей нянькой?

Такие слова немного обидели меня. Все ведь с чего-то начинали!

- Можешь это так воспринимать. – пожимаю я плечами

У меня достаточно других проблем, чтобы ещё обижаться на своенравного юриста.

Признаюсь, в первую встречу общалась я с ним довольно резко, но сделанного не воротишь. Я предпочитаю думать, что это всё гормоны. От которых меня штормит.

- Ладно. В университете сама училась? Или помогали?

- Сама!

Почему он так раздражён? Разве я давала ему повод считать меня «золотой молодёжью»? Он же первый начал поучать и нарушать мои личные границы! А теперь злиться непонятно на что!

- Помощник юриста изучает информацию, помогает юристу в составлении исковых заявлений, ходатайств и прочих документов. Вот мои текущие дела. Можешь сесть за смежный моему стол и изучить их.

Он вручил мне кипу документов и указал на абсолютно чистый стол.

- И это всё? – удивилась я.

А как же устав? Или требования к охране труда?

- Ах, да. Кофе можно налить в столовой, перерыв на обед в час, туалет в конце коридора. Теперь всё!

Нет, я решительно не понимаю этого мужчину! Но спорить с ним и доказывать что-то сил нет. Опять клонит в сон. Мне стоит больших усилий сидеть над бумагами и продираться через бюрократический юридический язык.

Конечно, это лучше, чем сидеть в своей комнате и страдать. На глаза попался календарь. Прямо сейчас мы должны были с Сашей греться на золотом пляже и потягивать коктейли. Как быстро может поменяться жизнь.

День проходит без особых происшествий. В обед за мной заходит папа и ведёт в кафе неподалёку. Забота родителей — это то, что не даёт мне сейчас скатиться на самое дно. После обеда отец уезжает по делам, а я облегчённо вздыхаю.

Как объяснить ему, почему я не еду с ним домой, так и не придумала. Хорошо, что теперь не придётся врать. В шесть собираю свои вещи. Солнце уже клонится к горизонту, но садиться ещё не думает. Пока лето будет легко ездить на работу, а когда настанет зима и темнеть будет уже в пять?

Придётся непросто, но я выдержу!

До дома Саши нужно ехать на метро. Я прощаюсь с Женей, который сидит за столом и внимательно читает документы. Он, похоже, домой не собирается. И иду к метро. На ходу обдумываю разговор, но на ум, кроме банального «привет» или «как дела», ничего не идёт.

Иду от метро по той же улице, по которой ходила много раз. Меня провожают знакомые фасады многоэтажек. Женщина гуляет с алабаем. Они всегда гуляют в это время.

Захожу в подъезд, который открываю своим ключом. Меня тут знают, соседи здороваются. Вставляю ключ в замок, открываю дверь и вижу кучу коробок, чемоданов и пакетов.

Навстречу мне выходит Саша. Такой родной и одновременно далёкий. Я непонимающим взглядом обвожу эту картину.

- Вера? – он стискивает зубы – Чего тебе тут надо?

Глаза щиплет от жестокого голоса и грубых слов. Он обижен на меня, понимаю, но я этого не заслужила!
Плакать не собираюсь. Наверно, в первые дни всё выплакала. Сейчас лишней соли больше нет.

- Саш, давай поговорим как взрослые люди? – предлагаю я.

- Нам не о чём разговаривать, Вера. Уйди или я за себя не ручаюсь!

- Вот так, значит!? – горечь мешает, и я с трудом выталкиваю из себя слова – Мы пять лет были вместе. Можно сказать, взрослели вдвоём и теперь нам не о чём даже поговорить? А наша свадьба?

Он вздыхает, запускает руку в темные волосы. Футболка немного приподнимается, и я вижу красные полосы у него на животе.

Это сделала другая женщина? Как же больно!

- Наша свадьба – ошибка. Зря мы всё это затеяли.
Очередной выстрел прямо в развороченную грудь.

- Что это? – я указываю на следы пальцем.

Да, некрасиво, но мне нужно знать!

Саша непонимающе опускает глаза, а потом одёргивает футболку.

- Не твоё дело! – огрызается он – У тебя уж точно нет никакого права спрашивать меня о моей личной жизни.

- Нет права спрашивать? – обессиленно повторяю я.

Значит, у него теперь его собственная личная жизнь.

- Да, ты потеряла его, когда легла в постель с моим лучшим другом! – в его голосе прорывается боль.

И мне безумно его жалко! И себя жалко… и нас. Я тянусь к нему, хочу обнять, но Саша отталкивает меня. Так, что я бьюсь позвоночником об косяк двери.

- Да не изменяла я тебе! Почему ты веришь всем, кроме меня?! – кричу я от боли и обиды – Это со мной ты хотел состариться! Со мной жил, ложился в одну постель! Признавался в любви! Так почему сейчас отказываешь в доверии?! Почему?

Боль в его взгляде сменяется на брезгливость.

- Ты красиво играешь, Вера, но забываешь, что я сам всё видел. Своими глазами!

- Что ты видел? Фотографии, которые легко сейчас подделать? Или, может, ты видел меня с этим Валерой? Сам подумай, я всегда была либо здесь с тобой, либо на учёбе! Когда бы я успела изменять тебе?

Он на мгновение задумывается, а потом качает головой.

- Не держи меня за идиота! Ты каждую неделю в субботу с утра ездила к родителям.

- Думаешь, я месяцами не виделась с родителями, чтобы тебе изменять? Серьёзно?

- Марьяна не стала бы мне врать! Она меня любит и дорожит мной! Тебе не понять, ведь у тебя нет ни сестры, ни брата. Ты разрушила мою жизнь! Предала! И я не хочу тебя видеть. Хочу забыть все эти пять лет! Если у тебя здесь есть вещи – забирай и убирайся!

Оглядываю кучу коробок. Он правда думает, что мне что-то из этих вещей нужно? Из коробки выглядывает лапка плюшевого белого мишки. Это подарок Саши на одну из наших годовщин.

Замечаю на коробке надпись «мусор». Вот значит как. Наша история, наша жизнь вместе это теперь мусор для него? Сглатываю вязкую слюну, разворачиваюсь и выхожу в подъезд.

Перед глазами туннель и я иду по нему на автомате. Просто переставляю ноги, шаг за шагом. В голове нарастает звон. Это разбиваются надежды, мечты и планы.

В глубине души я наивно надеялась, что смогу убедить Сашу не разрывать наши отношения. Объясню ему всё и докажу, что на тех снимках не я! А в итоге меня всю трясёт.

Не помню, как добираюсь. Просто в один момент силы окончательно покидают, и я сажусь на лавочку у какого-то подъезда. Тупо пялюсь перед собой, пока меня не трясут за плечо.

- Эй, Вера! Ты меня слышишь?

10.

- Что?

- Вера!

Меня вновь трясут за плечо, и я поднимаю голову. Мои щёки почему-то мокрые. А руки дрожат мелкой дрожью. Передо мной стоит Женя и с беспокойством заглядывает в глаза.

- Вера! Нужно вызвать скорую. – бормочет он и тянется за телефоном.

А у меня перед глазами мелькают белые стены больницы, бесконечные капельницы и безразличные медсёстры.

- Нет! Не надо! – умоляю я его. – Всё в порядке! Только голова немного закружилась.

- Голова? – переспрашивает он – Ты выглядишь так, словно тебя Камазом переехали! Что случилось?

Так хочется пожаловаться! Излить кому-то душу! Это как нарыв, пока не вскроешь, не заживёт.

- Меня парень бросил. – говорю я, задумчиво вытирая щёки.

Женя смотрит на меня сверху вниз, и я уже готова услышать от него что-то обидное, но он тяжело вздыхает, подаёт мне руку.

- Поехали, кофе попьём, Вера. Расскажешь мне всё по порядку.

Мне действительно нужно с кем-то поговорить. А ещё привести себя в порядок. Заявится домой в таком виде я не могу. Хватит уже с родителей переживаний.

Женя сажает меня в тёплую машину и везёт в милое кафе неподалёку. Там нет огромных витрин и стильной мебели, но на двери висит колокольчик, а кофе подают в разноцветных чашках.

Я заказываю себе латте с корицей, а мой спутник - зелёный чай улун. Мы садимся за столик, и я морщусь, едва моя спина касается спинки стула. Удар о косяк оказался сильнее, чем мне показалось сначала.

- В чём дело?

Впервые в глазах Жени настоящая тревога.

- Ударилась. Ничего страшного.

- Тебе точно не нужно в больницу? – уточняет он.

- Нет. Не хочу туда. – мотаю головой я.

- Ты очень бледная. - он поворачивается к баристе – Салат цезарь ещё принесите и тирамису.

Мы ждём заказ и молчим. Просто смотрим друг на друга. В чертах Жени есть что-то знакомое. Неуловимо понятное, но я не могу понять, что. Кажется, что это мой разум играет со мной в игры.

Морозова совершенно не смущает мой интерес. Он спокойно сидит, выпрямив спину и положив руки на стол.

Девушка приносит наш заказ. Ставит чашки передо мной золотую, а перед моим спутником синюю. С тарелкой происходит заминка, ведь руки мужчины всё ещё на столе. Он жестом показывает на меня, и официантка ставит тарелку передо мной. Десерт сгружает на середину стола и уходит.

- Тебе нужно поесть. – отвечает на мой безмолвный вопрос Женя – Попробуй, здесь очень вкусно готовят этот салат.

Я беру вилку, подцепляю один листик и отправляю его в рот. Соус и правда выше всяких похвал. Курица идеально поджарена и ещё тёплая.

- Так что случилось, Вера? И где ты успела удариться, пока ехала домой?

Меня пронзает внимательный взгляд тёплых серых глаз. И этот взгляд тоже очень знаком!

- Ездила к бывшему парню. Хотела поговорить, но он…

- Он тебя ударил?

Ничего не поменялось ни в лице, ни в позе Жени, но я ощутила лютый холод, исходивший от него. Ненависть и презрение смешались в гремучий коктейль. Почему он так реагирует?

- Нет, просто толкнул и я ударилась спиной о косяк двери. – пожала плечами я и тут же зашипела от боли.

За то время пока я добиралась до своего района, на спине успел налиться синяк.

- Так, давай по порядку. Зачем ты к нему ездила, что конкретно случилось и почему ты в таком состоянии.

Рассказать ему всё? Но он посторонний мне человек и наверняка сидит тут со мной из жалости. Уходить от ответа временно помог ужин. Я быстро умяла и салат, и пирожное. А потом принялась за кофе.

Молчать дальше не было причин, мой собеседник терпеливо ждал. Вкратце обрисовала ситуацию. О свадьбе, подставе с фото и моём визите сегодня к бывшему.

- То есть, правильно ли я тебя понял, твой жених поверил сестре, а не тебе, а сейчас даже говорить с тобой не хочет?

Подумав, медленно кивнула.

- И ты хочешь продолжать с ним отношения?

Настойчивые вопросы утомили. А то, как он их задавал, вообще переходило все границы! Ведь сама я боялась это озвучивать даже в своей голове!

- Не знаю, Жень! Всё слишком сложно!

- По-моему, всё предельно просто. Он идиот, а ты зря за ним бегаешь.

- Да, чтоб ты понимал! – горько ответила я.

Он прав, умом я это понимала, а вот сердце… Глупое сердце ещё любило Сашу.

- Ну, так объясни мне то, чего я не понимаю.

- Я жду ребёнка от него! – выпалила я, вконец затюканная его логичными рассуждениями.

- Это ничего не меняет. – жёстко отрезает Женя.

- Ты не понимаешь. – качаю головой я и решаю сменить тему – А что ты делаешь в этом районе? Опять что-то привозил отцу?

Морозов смотрит на меня как-то странно.

- Я тут живу. Через два дома от тебя.

- Да? А давно? Твоё лицо мне кажется смутно знакомым. – хмурюсь я.

- Недавно. Ты поела? Давай я провожу тебя домой. А то ещё хлопнешься в обморок по дороге.

Перемена в его настроении меня смущает. Он узнал, что отец сватал ему беременную дочь и теперь злится? Но мы же уже всё обсудили. У него нет причин считать меня выгодной партией.

Женя расплачивается, наотрез отказываясь разделить счёт пополам. Отвозит меня к дому, провожает до подъезда. Его помощь очень кстати. Спина всё ещё ноет, голова немного кружится. И его поддержка помогает добраться до дома.

Мама бросается ко мне, как только я открываю дверь.

- Вера! Ты где была? Отец звонил ещё два часа назад!

Она явно встревожена.