Не его избранная

О том, что гости скоро приедут, говорилось со вчерашнего вечера.

Крылатые стражи видели, как те пересекли границы королевства и направляются к замку. Этот визит должен был положить начало сильному союзу, который позволит противостоять Мертвой Мгле, но будет ли так, никто не знал. Все королевство разделилось на два лагеря. Одни уверяли, что маги, которые смогут работать сообща, имеют больше шансов, а другие считали, что этот брак выгоден только Троисии, а Аргоранцы не приобретут ничего, но и заодно утратят принцессу, которая могла бы стать жрицей Ледяных струй.

Наверное, любая из этих точек зрения имела под собой основу из здравого смысла, вот только юная принцесса Аргории не разделяла ни одну из них. Ее старшая сестра была давно обручена с королем Арчибальдом и каждый визит невесты в гости к ее будущему мужу сопровождался празднованиями во всем королевстве.

Аурелия понимала, что ее брак, так же, как и брак сестры это всего лишь политика. И что ее предназначение заключается в том, что ее дар может усилить влияние Аргории. Она знала это всегда и теперь, когда достигла возраста, позволяющего принять официальное предложение, сделала то, что от нее ждали. Многие королевства, страдающие от засухи, которая в последние годы охватила большую часть мира, были готовы предложить многое взамен на этот брак.

Но троисийцы оказались самыми щедрыми. Хотя, учитывая размер королевства и то, как быстро плодородные земли оказывались под властью засухи, их щедрость была вполне оправдана. И это еще не стоит забывать, что Северные Земли находятся за Великим Порогом, куда Мертвая Мгла не могла добраться. Пока не могла, но многие считали, что это лишь вопрос времени.

Высокая темноволосая девушка подошла к окну и посмотрела вслед уносящимся в небо, крылатым стражам. Их долг был сопроводить гостей от границ и обеспечить безопасность в пределах Аргории, хотя Аурелия догадывалась, что эти лишь церемониальные расшаркивания. Те, кто приехал за ней, должны обладать возможностью уберечь не только себя, но и свой будущий ценный груз. А уж те, кто принадлежал к Ледяным струям отлично знали, как опасна жизнь.

Едва Аурелия вступила в ту пору, когда из неуклюжей девочки с острыми коленками, появляется чудесный цветок под названием девушка, ее трижды пытались похитить. Может быть именно поэтому ее отец и принял решение о замужестве. Хотя осознавать, что ты необходима лишь как часть церемонии, словно ты жезл или посох, было не очень приятно.

Аурелия посмотрела на удаляющихся стражей и чуть улыбнулась. Небо вздрогнуло и откуда не возьмись на нем появилась туча. Солнце, игриво подмигнув, прикрылось ей, словно легким покрывалом и прямо над стражами разразился дождь. Она видела, как младший из них недовольно обернулся, стряхивая с крыльев воду. Похоже он догадался, чьи это проделки.

– Что ж наши гости увидят тебя в всей красе, даже не переступив порог замка, – раздался за спиной голос и девушка вздрогнула. Ее отец, король Аргории, стоял в дверях и с интересом наблюдал за ней. Она глубоко вдохнула и солнце снова заиграло на небе, а король усмехнулся, – они прибудут через пару часов. Ты должна быть готова…

Секандус недовольно вытер пот со лба, солнце припекало довольно сильно и предводителю отряда было жарко в своих доспехах, но обычаи, церемонии, весь этот бред, что сопровождал женитьбу его старшего брата.

Именно поэтому, он, как младший брат должен был доставить будущую принцессу к ее жениху.

Отряд был не сказать, что очень большой, но довольно приличный. Младший брат принца, его доверенный телохранитель, личность интересная, требующая дополнительного описания, а потому пока не стоит заострять на нем внимания, и солдат, все как на подбор высокие и широкоплечие, на мощных лошадях. Отряд тоже, как и их предводитель, утомился от долгой поездки верхом под палящим солнцем.

Только телохранитель принца выглядел вполне себе довольным жизнью. Быть может оттого, что он единственный был одет в обычные штаны, сапоги из тонкой кожи, да белую хлопковую рубаху, застегнутую не до конца и обнажающую гладкую грудь своего владельца.

Секундус зло посмотрел на друга, но потом впереди показались башни замка, и он перевел дыхание, – ну наконец-то. Надеюсь, нас ждут и покои готовы.

Не успел он договорить, как с неба упали первые тяжелые капли дождя. Один из солдат удивленно посмотрел на небо, словно не веря, что такое возможно, ведь только что они изнемогали от солнца, как капли, падающие на пыльную дорогу, усеяли ее всю. Солдат поднял лицо, подставляя его теплому ливню и наслаждаясь этой благословенной влагой.

– Быть может, она не самое плохое приобретение нашего отца, – хмыкнул Секандус, – я уже и забыл, как выглядит дождь и как приятен он бывает.

Некоторые солдаты, сняв шлемы, подставляли головы под теплые струи, как внезапно все кончилось и от дождя, остались лишь воспоминания в виде небольших луж на дороге.

– Похоже, это была пробная версия, – низким приятным баритоном проговорил спутник Секандуса, – больше мы увидим уже приобретя ее для твоего брата.

– Там будет видно, – усмехнулся Секандус, поднимая глаза на небо, где снова светило солнце, – надеюсь она не только умеет лить дождь, но и хоть немного привлекательна.

– Тебе то что? Не для тебя же невеста.

– Переживаю за брата, – усмехнулся Секандус, – родная кровь. И потом, подумай сам, твой брат отправил бы тебя за невестой, а ты привез бы какую-нибудь облезлую и тощую?

– Мой народ женится только по любви, и ты знаешь это, – собеседник посмотрел на небо, где опять во всю жарило солнце, – даже мне уже становится жарко.

– В этом вопросе вам проще, хотя, кто сказал, что по любви это проще?

– Зачем продолжать этот разговор, – из груди вырвалось тихое недовольное рычание, солдаты его даже не услышали, разве что Секандус, ехавший рядом, да лошади, которые опасливо прижали уши.

– А что ты так реагируешь? Если считаешь, что так проще, то скоро отправишься к себе и встретишь прекрасную красотку.

Его спутник проигнорировал фразу командира и даже слегка под отстал от него. Их общение вообще не было похоже на общение подчиненного с особой королевских кровей. Но обоих такое общение полностью устраивало и становилось понятно, что эти двое очень давно дружат и не просто дружат, а на многое готовы ради этой дружбы.

Когда отряд показался на вершине холма, спуск которого выходил на ворота замка, все кто был свободен вывалили посмотреть на них. Люди из Северных Земель были редкостью здесь, это легко объяснялось труднодоступным Великим Порогом. Хотя и без него мало кто изъявлял желание отправляться в ту сторону. Поэтому, эти люди были овеяны страшной тайной. Слухи ходили разные, но правды не знал никто и сейчас, посмотреть было любопытно.

– Смотрите, – закричал какой-то парнишка лет 10-ти, который в силу своего юного возраста обладал острым зрением, – среди них зверь!!!

Толпа вздрогнула и уставилась туда, куда показывал мальчик. И тут же по ней прокатилась волна ужаса. Кто-то вскрикнул, кто-то зажал рукой рот, сумев подавить крик, но все неотрывно смотрели на зверя.

Пожалуй, пришло время в полной мере описать телохранителя и лучшего друга Секандуса.

Его звали Клаудиус, и он был представителем древнего как сам мир народа, народа, который был единственный в своем роде, во всяком случае так считали в Троиссии.

Это были сильнейшие воины, которые могли постоять за себя и за свое королевство, но они были должны Троисии и исправно исполняли свой долг, именно поэтому, младший принц оказался на службе младшего сына короля Троисии, в качестве игрушки, но мальчики подружились и король не стал препятствовать этой дружбе, назначив Клаудиуса, когда тот подрос, телохранителем своего сына.

Глядя на него и правда, никто не решался приблизиться к Секандусу, ведь хорошо сложенное мужское тело оканчивалось головой белого волка, вместо головы человека. В Троисии все давно к нему привыкли, учитывая, что он был не первым и не последним сыном своего народа, служившим королю.

В Южных же землях никто и никогда не видел ни одного Оборотня.

А Клаудиус был именно им.

Тем временем, отряд въехал в ворота, и толпа расступилась, освобождая мощеную булыжником дорогу. Кованые лошади при ударе высекали искры из мостовой, но народ не сводил глаз в волка. Такого они еще не видели, а при ближайшем рассмотрении он оказался еще страшнее.

Густая шерсть переливалась на солнце, мощный торс говорил о нечеловеческой силе, однако он сидел верхом на коне и тот, похоже, был не против и не выказывал никакого страха перед седоком напротив был предельно спокоен.

Народ замер, боясь, как бы не вызвать гнев этого странного и, похоже, невероятно опасного существа, а отряд уже спешивался перед ступенями дворца.

Мальчик-конюший, которому предстояло забрать лошадь у зверя, был белее снега и подошел к нему на ватных ногах. В глазах пронесся ужас и осознание, что вся жизнь кончена, когда он протянул руку за поводом.

Наверняка, у лошади такого всадника тоже клыки и когти и стоит им отойти, как она разорвет его на части. Ведь любая нормальная животина умерла бы от страха. Как только этот зверь сел бы на нее верхом.

Клаудиус спокойно передал ему поводья, – его зовут Снежок, – проговорил он с улыбкой, больше похожей на оскал, – и он любит морковку, позаботишься о нем?

– Конечно, – мальчик трясущейся рукой взялся за повод, – я дам ему морковку…много… а мясо он не ест? – не удержался от вопроса мальчик, понимая, что это сильнее него.

– Мясо? – оборотень искренно удивился, – зачем ему есть мясо? – Клаудиус понял, что здесь он в новинку и люди искренно бояться, не зная, что от него ожидать и это разозлило его, ведь он никому не сделал ничего плохого, а этот парнишка трясется так, будто Клаудиус на его глазах разорвал его мать, – мясо ем я, – обманчиво ласково проговорил он и оскалился.

Мальчишка с ужасом сжался, будучи готовым к тому, что это чудовище сейчас откусит ему голову, но повод из рук не выпустил.

– Клаудиус, – укоризненно покачал головой его командир и усмехнулся, – отведи коня и накорми его. И смотри, чтобы за ним был уход.

Мальчишка закивал, этот тоже был страшный, но он был человеком и потянул коня за собой.

– Что? – скорее зарычал, чем проговорил Клаудиус, – ты видел, он чуть не обмочился, подходя ко мне? А ведь многие люди намного хуже меня. Как же мне это надоело.

– Ты не такой как они, так что ты уже должен привыкнуть.

Клаудиус дернул головой, показывая этим, что не согласен с Секандусом, но говорить ничего не стал, они уже поднимались по ступенькам дворца и он, как и следовало по этикету, держался чуть позади.

– Принц Троиссии Секандус и его свита, – провозгласил стоящий в дверях и крылатые стражи вытянулись по струнке.

Король с интересом смотрел на дверь, пытаясь понять, что именно так взволновало его подданных.

"Значит, крылатые мужики их не пугают, а я их пугаю" хмуро думал Клаудиус идя мимо крылатых стражей, "а они вот на вид тоже совершенно не доброжелательные, однако же никто их не боится. Какие же они все глупые и суеверные".

Секандус остановился напротив короля и Клаудиус замер в нескольких шагах от него, стараясь особо не смотреть по сторонам, чтобы не видеть взгляды, которые. он был уверен, на него бросали все присутствующие.

– Ее королевское высочество принцесса Ауреллия, – провозгласил глашатай и в дверях появилась та, кому было суждено скоро покинуть этот замок, чтобы отправиться в совсем другой мир.

Клаудиус обернулся на вошедшую и почувствовал, как внезапно сердце бешено заколотилось в груди.

Он непонимающе нахмурился, такого с ним еще не было, видимо слишком разозлился на этих глупых людишек, вот нервы и расшатались немного. Надо было взять себя в руки.

Секандус тоже посмотрел на вошедшую "ух ты, а моему брату повезло" пролетело в голове, пока он вместе со всеми склонил голову перед принцессой, в знак приветствия и почтения.

Ауреллия шла, глядя прямо перед собой, понимая, что стоит отвести глаза от отца, как она захочет сбежать отсюда. Она не хотела замуж, она не то, чтобы не любила, она даже не видела в глаза своего будущего мужа и злилась, что тот не соизволил приехать за ней сам, а прислал брата.

Как будто она просто посылка, а не та, с которой ему придется разделить свою жизнь. Девушка с дежурной улыбкой на губах, повернулась в приехавшим, и тут же заметила волка.

На лице проскользнул ужас, от того, что если это брат ее жениха, то жених.

Каблук подвернулся, и она чуть не упала.

"Ну начинается" раздраженно подумал Клаудиус "вроде бы принцесса, а туда же.вообще ничего не знают о том, какие народы населяют их мир."

Секандус же поспешил к принцессе и придержал ее за локоть, – позвольте представиться, ваше королевское высочество, принц Секандус, брат вашего будущего мужа.

– Вы? – девушка растерянно посмотрела на него и снова бросила взгляд на зверя, – а кто он?

Секандус проследил направление ее взгляда и чуть улыбнулся, – его зовут Клаудиус и он мой телохранитель и лучший друг.

Ауреллия попыталась взять себя в руки и выдавить улыбку, но она получилась совсем не искренней, и девушка поспешила вернуться взглядом к принцу, – я рада приветствовать вас в Аргории ваше высочество.

Клаудиус тем временем отвел от нее свои пронзительно зеленые глаза и стал рассматривать паркет под ногами, было непонятно, почему появление этой принцесски так взволновало его, но он не хотел сейчас в этом разбираться, и так проблем хватало. Церемония знакомства уже завершилась, и король объявил, что вечером, в честь именитых гостей, состоится пир.

При этих словах, волк заметно оживился, пиры он любил и надеялся, что женщины на этом пиру тоже будут преподнесены столь высоким гостям.

Эти мысли позволили окончательно выкинуть принцессу из своей головы.

Секандус отвел девушку к отцу и почтительно поклонился.

Но взгляд снова скользнул к зверю. Он был ужасен, но при этом вызывал любопытство. Ауреллия попыталась представить его рядом с собой в бальном зале и тут же поморщилась от отвращения. Нет, это было просто отвратительное существо.

Король снова посмотрел на приехавших, – что ж, я думаю, нашим гостям следует отдохнуть перед пиром и стражи отведут вас в ваши покои, чтобы вы могли отдохнуть и переодеться к торжеству, – он встал со своего кресла, – мы увидимся с вами вечером, в большом зале, – с этими словами он забрал свою дочь и кивнув свите, покинул зал, а Клаудиус приблизился к другу, – видел, как она смотрела на меня? Надо было разыграть. Представиться мне ее женихом.

– Хочешь, чтобы девчонка упала в обморок? – усмехнулся принц, – не думал, что ты такой недобрый.

– А она добрая, по-твоему? Смотрит на меня как на монстра. Тоже, знаешь ли, неприятно, – проворчал Клаудиус, – так что, проучить ее было бы неплохо.

– Перестань. Не будь таким мелочным.

Клаудиус зло сузил глаза, но ничего не сказал, признавая, что, конечно, Секандус прав…Эта девчонка странно повлияла на него, именно поэтому он был так раздражен ее реакцией.

– Идем? – буркнул он.

– Конечно, вон ангелы уже стоят и ждут нас. А дорогу знают только они.

Волк не стал ничего отвечать на это и просто пошел следом за принцем, – я бы хотел девку. Как ты думаешь, нам дадут девок? Не хотелось бы терпеть до возвращения домой.

– Думаю, это решаемо, уточню перед пиром. Так что, не волнуйся, найдем тебе красотку для утех.

– Можно двух, ты ведь знаешь, после долгого воздержания я сам не свой.

– Знаю, но двух обещать не могу. Сам понимаешь, земли чужие, а тут ты и сразу двух.

Клаудиус пожал плечами, – не думаю, что у них тут с этим дефицит.

– Речь не о дефиците, а о том, что просить двух девок это перебор. Хотя, может ты сам все решишь на пиру. Сам же знаешь, что девчонки ведутся на твою белую шкурку.

– Может быть здешним больше по душе эти пташки.

– А что, такой пташке я бы и сам с радостью вдул, – Секандус посмотрел на стражей, что терпеливо ждали, пока гости соизволят идти за ними.

Клаудиус бросил на него недоверчивый взгляд, – ты меня пугаешь.

– Не боись, ты можешь спокойно поворачиваться ко мне своим совершенно не пушистым задом. Кстати, может сказать девкам, что у тебя есть хвост? Это должно заинтересовать многих.

– Ты ведь знаешь, что у меня его в этом обличье нет, – рыкнул Клаудиус.

– Я знаю, а они нет. И в этом твое преимущество.

– Я не хочу врать, тогда помимо того, что они будут считать меня животным, они еще будут думать, что я лжец. К тому же, у меня есть кое что намного лучше хвоста, во всяком случае, толка для них в этом намного больше, – хмыкнул волк, – думаю, таких размеров у людей нет.

Принц усмехнулся, вспоминая их совместные развлечения и решил, что друг, как всегда, слегка преувеличивает. Ну был за ним такой грешок, что поделаешь. Он хотел было еще поиздеваться над Клаудиусом, но вспомнил о том, что впереди пир, а перед ним неплохо было бы слегка передохнуть. Ведь никто не знает, как повернется фортуна на пиру и что придется делать.

Поэтому, он двинулся вслед за стражем, который бодро поднимался по лестнице, усилием воли сдерживая порыв взлететь и преодолеть эти бестолковые ступени.

Клаудиус шел следом за ним и ловил себя на диком желании прикоснуться к его крыльям и ощутить, какие они на ощупь.

Еще хотелось сунуть в них нос и проверить, пахнут ли они как птица или как человек, это в нем говорило звериное начало, так же как и девицу тоже хотел именно зверь.

Тут была проблема в том, что любить волки могут только один раз и на всю жизнь и встретив свою любовь, они уже никогда не изменяют ей, поэтому до этого момента просто развлекаются.

Причем и волчицы, и волки. Знают, что когда встретят своего, то сразу все изменится.

Клаудиус тоже был уверен, что однажды встретит ту единственную, свою волчицу, поэтому сейчас просто давал выход животной силе.

Так было лучше, иначе он становился раздражительным. Да и были определенные обстоятельства, которые поспособствовали тому, каким он в итоге стал.

Страж, наконец, остановился возле дубовой двери, – здесь может расположиться ваш- он с трудом подобрал слово, – спутник, – наконец промолвил он обращаясь к Секандусу, – ваше апартаменты напротив, – он указал на другую дверь, внешне абсолютно идентичную, – слуги уже ожидают вас и сделают все, чтобы вам было комфортно.

– Благодарю вас, – Секандус кивнул, толкая дверь и мельком осмотрел апартаменты, что им предложили. Ничего особенно, но большая кровать явно предполагала, что спать в ней можно не одному.

Принц подумал, что было бы занятно притащить сюда пару девок. Уж больно заманчиво обо всем этом говорил Клаудиус, так что.

Он прошел внутрь и не закрывая дверь, развалился в расшитом кресле. Рядом стояла бутылка и прихватив пробку зубами, Секандус легко вытянул ее из горлышка и вдохнул терпкий запах. Кубок стоял рядом, и он плеснул немного, чтобы лишь получить удовольствие. Напиться можно будет на пиру.

– Я буду у себя, если ты не против, – сказал ему Клаудиус и получив от принца кивок, прошел в апартаменты, подготовленные для него.

Клаудиус, в отличии от друга, дверь закрыл, даже запер, не любил, когда к нему врывались без приглашения. Стянув рубашку через голову и бросив ее на пол, он отстегнул с пояса меч и подошел к окну, открывая его и вдыхая горячий, но свежий, по сравнению с воздухом Северных земель, воздух.

Он не задумывался о том союзе, что принесет королевству брак этой принцессы и принца, так как знал, что скоро окажется в своих землях, со своим народом.

Волк улыбнулся, думая о том, что увидит мать, он мечтал об этом всю свою жизнь.

Отойдя от окна, Клаудиус подошел к небольшому шкафу с книгами и выбрал одну, про историю Южных земель. Сев в кресло, он погрузился в чтение, так как любил такое времяпровождение.

Глава 2

Внизу полным ходом шла подготовка к пиру. Кухарки нервничали, опасаясь, что эти северные гости могут не оценить их труд, но выкладывались по полной. На вертелах весело шкворчали пара кабанчиков и лосей, десятки куропаток и глухарей топились в чанах, наполняя кухню божественными ароматами.

Слуги вкатывали бочки с вином, ставя их так, чтобы было удобно подавать его в пиршественный зал. Там тоже царила суета и топот десятков ног доносился даже до верхних этажей.

Ауреллия сидела перед зеркалом и расчёсывала длинные темные волосы, глядя как те переливаются на свету. Она не была безумно красивой, как ее старшая сестра, которая уродилась блондинкой с огромными голубыми глазами, от взгляда которых любой мужчина терял голову.

Нет, младшая дочь короля, несомненно, была красива, поскольку ее внешность западала в душу, и напоминала о девушке спустя долгое время.

Высокий лоб, узкие скулы, нежные губы. Этого было бы достаточно для многих, но у Ауреллии были еще и глаза, такие, которых не было ни у одной женщины в королевстве. Они меняли цвет в зависимости от настроения из владелицы. Когда девушка веселилась они отливали бирюзовым морем, но стоило ей нахмуриться, как в море начинался шторм. Глаза темнели, наполняясь мрачной аметистовой влагой.

Вот и сейчас они были темными и Ауреллия вздохнула. Не так она представляла свой будущий брак. Девушка попыталась отвлечься, представляя, как где-то на окраине королевства сейчас нужен дождь и пальцы сами сложились в подобие ковшика.

Прикрыв глаза, она четко видела и поля, изнывающие под солнцем, и людей, жаждущих дождя, и резко развела руки. Глаза посветлели, а в голове звучали счастливые голоса незнакомых ей людей. Она знала свое предназначение, но быть одной из тех, кому подвластны Ледяные струи не так просто.

Наконец, к пиру все было готово, столы накрыты, огонь в каминах разведен, кубки наполнены вином, а свечи в канделябрах зажжены.

Слуги отправились звать гостей и бедный малый, который постучал в дверь Клаудиуса, лишился дара речи, когда тот ему открыл. Он пока слышал только сплетни и вот теперь увидел зверя сам, – вас приглашают вниз, – тихо сказал он, стараясь не пялится на волчью голову, разместившуюся на человеческих широких плечах.

Клаудиус лишь кивнул и закрыв дверь, пошел одевать чистую рубашку. На пиры не пристало было ходить с оружием, поэтому он ограничился лишь кинжалом, закрепив его на поясе, все равно под рубашкой его не было видно.

Будучи полностью готовым, он почтительно постучал к Секандусу, – мой принц, нас ожидают, – проговорил он и лишь веселые огоньки в глазах выдавали в нем то, что он не считает себя слугой принца.

Секандус вышел в парадной мантии и в сопровождении подоспевших стражей они направились вниз, солдаты должны были уже быть там, король пригласил весь отряд и это говорила о том, что он уважает Северные земли и их славных воинов.

Их стол был соединен со столом короля и когда гости расселись, то король встал с кубком в руках.

– Я хочу предложить тост за единение наших народов, которое произойдет благодаря замужеству моей младшей дочери и наследного принца Троиссии.

Клаудиус вместе со всеми взял свой кубок, но только поднес его к носу и тут же опустил обратно на стол. Он никогда не ел и не пил при посторонних, слишком забавным могло показаться это зрелище, а он не терпел, когда над ним потешались.

Секандус знал об этом и наклонившись к другу, тихо прошептал, – распоряжусь потом, чтобы тебе в апартаменты доставили еду и вино, – Клаудиус благодарно кивнул и пока все гости пили и ели в свое удовольствие, волк лишь хмуро их всех осматривал, так как тоже был голоден, да и от вина не отказался бы.

Было глупым ребячеством изначально обрадоваться тому, что будет пир, ведь здесь все были чужие, не знали его особенностей и он просто не мог при них не выпить вкусного вина, ни отведать как притягательно пахнущего кабана…

Король отметил, что один из свиты Секандуса, тот самый с башкой волка, не ест и не пьет, а лишь подносит бокал, а потом выплескивает содержимое на пол. В первый момент он хотел спросить неужели гостю не нравится их вино, но тут же понял, к чему приведет этот вопрос среди разгоряченных вином воинов.

Но, с другой стороны, почему его должно волновать, будет ли сыт этот странный парень. Он даже не родственник принца. Хотя король слышал о существах, населявших земли далеко на Севере, но сам видел подобное впервые. И отлично понимал, почему все гости, хоть и пытаются скрыть свое любопытство, но все же косятся на волко-человека.