- -
- 100%
- +
Прежде чем разойтись по своим комнатам, мы договорились встретиться завтра после занятий и пойти гулять в город. Как удачно все-таки мое появление здесь пришлось на конец недели. Почему бы не развлечься вместе?
В комнате я обнаружила ту же картину, что и вчера – свет выключен, соседка дрыхнет.
Сегодня на занятиях немного понаблюдала за ней и поняла, что эта нимфа-тихоня – очень усердная студентка, тайно влюбленная в нашего выскочку Сапфира. Привлечь его внимание она не решалась, поэтому усиленно трудилась на занятиях, вполне заслуженно получая похвалу от преподавателей наравне с демоном, который все так же отказывался ее замечать.
Бедняжка! Как будет возможность, обязательно объясню ей, что с мужиками скромность не выход. С ними прямо в лоб надо. И чем больнее, тем эффективнее!
Начало нового дня вновь прошло без приключений. Первой парой шли языки народов Империи, а второй – долгожданная артефакторика, на которой я рассчитывала почерпнуть хоть какие-то знания касательно моего кулона. Но профессор Морис, как назло, завел нудную лекцию о классификации артефактов.
Единственный момент, который меня заинтересовал – его краткий рассказ про такой редкий и опасный тип артефактов, как филактерии некромантов.
– «Сосуд жизни», как еще часто называют филактерии, – говорил ректор, – это стеклянная или металлическая емкость, как правило, небольшого размера, в которую темный маг помещает часть своей души, что позволяет ему обрести бессмертие до тех пор, пока филактерия не будет уничтожена. Сразу оговорюсь, что создание филактерий карается смертной казнью, до которой обычно не доживают, так как процесс разделения души чрезвычайно опасен. Поэтому не советую вам экспериментировать в этом направлении.
Многие воодушевившиеся студенты тут же сникли, услышав это заявление. А профессор, удовлетворенный этим, продолжил:
– Очень часто стенки филактерии могут напоминать обычный драгоценный камень. Иногда на поверхности могут проглядывать защитные руны или еще какие-нибудь орнаменты. Они изолируют темную ауру огромной мощи от опознания. Однако опытный артефактор способен определить ее по наличию подвижного вещества неопределенной формы внутри этого камня. Но боюсь, это дано не всем.
Я насторожилась. Звучало слишком знакомо…
Это описание заставило меня глубоко задуматься о природе моего кулона. А что, если я ношу на шее филактерию с душой какого-нибудь темного мага? Я ведь не спрашивала, каким таким образом Облачная Академия связана со своим Ключом, и почему они обязаны быть вместе. Может, это действительно «сосуд жизни», а господин ректор просто не посчитал нужным меня об этом предупредить?
А может, я все придумала и теперь зря переживаю? Мне явно недостает знаний, и в этом моя главная проблема. Пора с ней разобраться!
Взяв на заметку в выходные наведаться в библиотеку и непременно вызнать все, что можно о филактериях, некромантах и прочих подобных вещах, отправилась на занятие по верховой езде.
Ее вел профессор Теон – беловолосый мускулистый дроу. И именно тот факт, что темный эльф ведет верховую езду, удивил всех без исключения. Судя по перешептываниям среди студентов, дроу не особенно жалуют подобные виды деятельности, предпочитая изучение магических или боевых искусств. Но к концу занятия я, кажется, разгадала причину, по которой он занялся нашим обучением.
– Сегодня вы будете учиться заставлять своих питомцев по команде поднимать ваши ленивые тяжелые тушки в воздух, – заявил он и без лишних предисловий рассадил всех по драконам.
А затем мы просто пытались взлететь.
На первый взгляд это было совсем несложно – всего лишь потянуть за поводья, дать команду, и вот ты уже летишь в небесной вышине. Вот только драконы упорно не желали подниматься. Я бы на месте профессора назвала именно драконов ленивыми, потому как пыхтели мы над ними усиленно – так, что пот лился в глаза, едва ли не сами тягали их вверх, практически умоляя сдвинуться с места.
В конце концов, взлететь удалось всем. Даже мне.
О, это неописуемое чувство невесомости и ликования, когда свежий воздух дует тебе в лицо, развевает волосы, возносит ввысь!.. А потом мир переворачивается, и ты падаешь на землю…
Кто сказал, что учебные драконы не скидывают седоков?! Эта зеленая пузатая зараза скинула! И не раз. Боже, да такого неповоротливого существа я в жизни не встречала! Если дракон не сбрасывал меня сразу, то разгонялся и со всей дури влетал в дерево. Вертелся пуще вагонетки на американских горках! Всю душу из меня вытряс, а в конце еще и с довольным видом облизывался, наблюдая за тем, как я потираю ушибленные части тела. Гад, одним словом! Даром что крылатый.
Профессор Теон все это время бесплатно развлекался за наш счет. Но когда заметил, что большую часть веселья обеспечиваю именно я, перестал обращать внимание на остальных. С удовольствием слушал мои визги и крики, да посмеивался, подначивая дракона выдумать еще какую-нибудь подлянку.
– Дерни хвостом, малыш! Да, не стесняйся! Станцуй для нас воздушную джигу!
И дракон его слушался, как миленький. А вот меня по-прежнему отказывался.
В конце занятия, понаблюдав за нашим цирком, профессор заключил:
– Молодцы! Так бездарно потратить десятки лет своей жизни – это надо было постараться! Я понимаю, что не у каждого из вас имеется личный дракон, что не каждый из вас с детства летает на нем. Но остальные, для кого это все не должно быть препятствием, – вы меня разочаровали.
В этот момент тишина на площадке стала оглушительной. Раскаяние и стыд каждого присутствующего были настолько ощутимы, что можно было их ложкой есть.
И кажется, кое-кто действительно ел. Я практически невооруженным глазом видела, как профессор Теон с большим удовольствием впитывал в себя эмоции, выходящие из студентов. Он что, энергетический вампир что ли? Мамочки…
Это было так странно и страшно одновременно, что я не сразу задалась вопросом, почему это смогла увидеть я, но не замечают остальные.
С любопытством и ужасом уставилась на дроу, и тот, к еще большему моему изумлению, вдруг лукаво подмигнул мне, а потом вмиг сделался серьезным, да как рявкнул:
– Скворцова! Тебе персональное задание.
Я навострила уши, ожидая чего-нибудь особенного.
– Остаешься здесь на все время обеда и пытаешься найти общий язык с питомцем. Остальные свободны.
Должно быть, досада моя пришлась профессору по вкусу, потому что уходил он еще довольнее, чем прежде. Едва ли не облизывался от наслаждения.
***
Я стоял у окна своего кабинета и наблюдал за тем, как один за другим будущие наездники-первокурсники покидают взлетную площадку.
Лишь одна хрупкая фигурка осталась на поле, проводила их тоскливым взглядом и устало поплелась к своему дракону.
В этот момент дверь моего кабинета распахнулась, и внутрь без стука влетел самый гнусный из всех дроу, что я когда-либо встречал. Еще при жизни он отличался скверным характером и излишней назойливостью. А смерть и вовсе сделала его невыносимым.
– Давно я так не лакомился! Эти невинные пташки такие вкусные! Особенно последняя. Спасибо тебе, друг, что вытащил на такую работу!
Я прищурился, едва сдерживая гнев. Мало того, что он посмел в открытую воспользоваться способностями на глазах у публики, так еще и проигнорировал прямой приказ не трогать девчонку.
– Ладно-ладно! Не кипятись! – понял Теон свою ошибку. – Признаю, погорячился. Не стоило мне так открыто действовать. А трогать ее не стоило вдвойне. Я раскаиваюсь, веришь?
– Нет.
– И правильно! «Никогда не доверяй дроу», – древняя поговорка всех народов Империи. Даже у нас, кажется, аналог есть. Э-э… «Не стой у друга на пути, если тот хочет заехать тебе по крыше!» Хотя нет, это не то…
– Что-то ты много болтаешь сегодня, – поморщился я, последний раз взглянув на девушку, которая безуспешно пыталась сладить со своим драконом, и подошел к письменному столу.
– Так это ж все эмоции твоей… эм… ну ты понял! Сам в восторге будешь, ручаюсь!
– Меня твое мнение не интересует, – холодно заявил я. – Лучше докладывай, что удалось узнать?
Теон уселся на свободное кресло и бесцеремонно закинул ноги на стол.
Не знаю, кому впервые пришло в голову назвать эльфов благовоспитанными возвышенными созданиями, но то явно было не от великого ума, а скорее от пьяного бреда. На самом деле, все без исключения эльфы – от темных до светлых, от мала до велика, от нищего до богатого – те еще наглые неотесанные прилипалы, которые ни во что не ставят правила приличия. Единственным, что для них имело хоть какое-то значение, были традиции. Да и те представляли собой нечто донельзя сомнительное…
Надо было мне сто раз подумать, прежде чем выбирать для своих целей этого дроу. Все равно эльфийская кровь не позволяет им окончательно умереть и стать полноценной нежитью. Но вот способности энергетического вампира к этому темному с уникальным талантом одним лишь присутствием выносить окружающим мозг, пристали намертво.
И, как это не прискорбно, даже мне, его Мастеру, теперь не под силу отнять их у него.
– Ключ подлинный, – сообщил Теон, соскребая с ногтей не существующую грязь. – Висит на шейке милой Женьки.
– Женьки? – переспросил я.
– Ага, Евгения Скворцова ее зовут. Да скоро сам узнаешь! Пока ничего особенного. Магический потенциал нулевой, дракон ее не слушается, да и знания технического мира, сам понимаешь, вообще ни о чем. Но вот внешность… Такая ладненькая брюнеточка с голубыми глазами. А фигурка…
– Теон, – мой голос промораживал насквозь, словно бездушный холод ледяной пустыни.
Только теперь его проняло. Дроу наконец-то замолчал, послушно опустил глаза и принялся ждать дальнейших указаний.
Я тоже молчал, сверля его взглядом. Ждал – ради чистого эксперимента. Интересно проверить, сколько он будет послушным.
Две секунды…
Шесть…
Десять…
– Ну значит, я пойду?.. – вскочил он с кресла.
Я подавил разочарованный вздох. Все равно эмоции своего Мастера вампир ощутить не способен. Значит, придется применить магию.
Выпустил наружу лишь самые малые крохи своей силы, но даже этого хватило, чтобы внушить Теону глубинный ужас и покорно преклонить колени передо мной.
Дроу задрожал. Я видел, как его лоб покрылся испариной, а наглые глаза больше не смели подниматься выше пола.
Увиденное доставило мне удовольствие, и я вкрадчиво начал:
– А теперь слушай меня внимательно и запоминай…
Глава 4. Шоппинг по-эльфийски
Как я ни билась с этим чешуйчатым «чудом», тот, как и прежде, отказывался меня слушаться. И вроде бы принесенные мной лакомства он ел, и даже позволял себя чистить и мыть, но делал это с таким видом, будто оказывает мне этим великую честь.
Время обеда подошло к концу, а я так и не добилась ничего путного. И все же решила попытать удачу снова. Мне же должно все-таки хоть когда-нибудь повезти!
Запрыгнула на Изумрудика, – такое имя решила дать своему дракону, – дернула поводья и скомандовала взлетать. Миг спустя мы начали подниматься ввысь. Мой душевный подъем также не заставил себя долго ждать, и с каждым новым взмахом крыльев ко мне возвращалась надежда на то, что жертва обедом не была напрасной…
Но вдруг Изумрудик, едва вознесшись над кронами деревьев, словно учуяв что-то, резко нырнул вниз и понесся с огромной скоростью… за зайцем!
– А-а-а! – верещала я. – Я же тебя только что кормила, неблагодарная ты скотина!!!
В ответ на это дракон гордо вильнул хвостом, и я снова полетела. Только на этот раз прямиком на землю.
Падать было недалеко, благо мы успели снизиться, но выкинуло меня прямо на деревья.
Не знаю, как я до сих пор не убилась. И даже почти не поранилась – так, пара царапин всего да вырванный клок волос. Эх, надо было слушаться ректора и поступать на артефакторику. Сейчас сидела бы в уютной мастерской, горя бы не знала…
Под весом моего тела ветки прогибались одна за другой, слегка затормаживая мой путь вниз, но при этом не останавливая. Я уже почти приземлилась, когда что-то дернуло меня за шею, едва не задушив. Кулон зацепился за ветку почти у самой земли и теперь не давал мне выпрямиться в полный рост.
Именно такой, согнувшейся в три погибели, меня и застал вовремя подоспевший Лестар.
– А ты чего тут стоишь? Потеряла что-то? – абсолютно невинным тоном поинтересовался он. – И где твой дракон? Мне сказали, ты занимаешься его воспитанием.
– Скорее, это он моим… – пробурчала я, пытаясь выпутаться из объятий цепких ветвей.
Эльф задержал взгляд на выпирающей части моего тела, оценивающе пригляделся и улыбнулся:
– Интересную позу ты выбрала для тренировки! И как, помогает?
– А ты возьми и попробуй сам! – рассердилась я. – Потом поделишься впечатлениями.
– Непременно. Только давай не сейчас, ладно? Нас уже Ронни, наверное, заждалась. Пора выходить.
– С радостью. Как только отвяжусь от этой ветки.
– Ох, горе ты мое… – вздохнул Лестар и поспешил ко мне на помощь.
Оказалось, что цепочка каким-то образом в несколько оборотов намоталась на ветку, но распутать ее вышло довольно быстро. Наконец-то я выпрямилась в полный рост, потерла шею и поправила подранную одежду.
Эльф мои действия сопроводил жалостливым взглядом и сказал:
– Беги переодевайся, а я пока твоего дракона найду. И расчесаться не забудь, а то с кустом в волосах ты на нимфу похожа. Очень страшную нимфу.
Пропустила его слова мимо ушей и отправилась в общежитие. А через пятнадцать минут уже бежала обратно, только теперь не ко взлетной площадке, а к воротам академии.
Вот и настала долгожданная встреча с Облачным городом, на который я часто любила взирать в детстве из своего окна.
Узкие улочки, высокие башенки, тонкие шпили, каменные тротуары и полное отсутствие дорог – передвигались здесь только пешком. А высоко в небе над нами парят драконы, перевозя пассажиров в более отдаленные районы города. Видимо такое будущее, в небе, ждет и меня. Если, конечно, научусь управлять Изумрудиком…
За все время с момента моего прибытия сюда у меня почти не было возможности вот так остановиться и осознать: я в другом мире. В городе, где существует магия, и возможно любое волшебство. Где на каждом углу можно встретить невиданное прежде существо, и где я наконец-то чувствую себя на своем месте. Странное ощущение, но приятное.
– Слушай, Жень, – обратился ко мне Лестар. – Все хотел спросить. Как тебе удается сохранять волосы такими прямыми и гладкими?
Я удивленно повернулась к нему, не понимая, с чего вдруг он заинтересовался моими волосами. А потом мой взгляд вновь упал на пушистые кудряшки над его ушами, и все мгновенно прояснилось.
Ронни прыснула со смеха:
– Ой, да это больная тема для нашего «величества»! Я вот ничем помочь не могу. У меня самой волосы вьются, поэтому я их отстригла. Гномья наследственность, сама понимаешь.
– Так ты наполовину гномка? – удивилась я.
– Ну конечно! А ты думала, в кого я таким ростом уродилась? Папка мой – гномий посол в Эльфхейме, а мамочка считалась когда-то первой красавицей эльфийского королевства, – сообщила она с гордостью.
– О да! – подтвердил Лестар. – Ее до сих пор ставят нашим девушкам в пример.
Эльф мечтательно вздохнул, а потом резко спохватился:
– Так! Ты мне зубы не заговаривай! Мы говорили о моей проблеме. Очень важной, между прочим.
Ронни насмешливо выгнула бровь и просто махнула рукой, решив не спорить с другом и оставив меня самой разбираться с этой проблемой.
Я натянуто улыбнулась, не очень-то горя желанием помогать Лестару, но все же попыталась:
– Не знаю, как у вас, но в моем мире люди используют множество разных средств для ухода за волосами. Есть химические, натуральные и даже собственного производства…
– У нас таких тоже полно! Или ты думаешь, что магические миры отстают от технических в развитии?
– Нет, конечно. Но тогда я не понимаю, в чем именно проблема? И разве магией этот… недостаток исправить нельзя?
– Можно. Но не в моем случае.
– Почему? – удивилась я.
– А у него аллергия на бытовую магию, представляешь! – вклинилась Ронни. – От заклятий распрямления волос те начинают виться еще сильнее! Ох, ты бы видела его!
Девушка так громко захохотала, что на нас даже стали оборачиваться прохожие. А я вновь взглянула на Лестара, представила милого кучерявого ангелочка с пышной шапкой золотистых волос на голове и не смогла сдержать улыбки.
– Слушай, а тебе обязательно их выпрямлять? Не лучше ли будет…
– Не лучше, – отрезал он и обиженно отвернулся.
– Просто эльфы не бывают кучерявыми, – шепотом пояснила мне Ронни.
– Ну и что?
– А то, что теперь он боится, что народ не примет его. Ведь он не соответствует традиционному образу идеального лидера.
В ответ я лишь покачала головой. Увы, мне такое понять не дано. Король у них и фигуру под церемониальный наряд подогнать должен, и волосы под традиционный образ. А что потом? Начнут слова и мысли его контролировать, просто чтобы не выделялся? Зачем вообще тогда становиться правителем?
Свои мысли я озвучивать не стала – и без того заметно, как сильно вся эта ситуация расстраивает Лестара. Вместо этого сказала:
– Ну хорошо, если хочешь, я покажу, как делать гель для волос своими руками. Но сначала нам нужно кое-что купить.
После этого мы отправились по магазинам искать ингредиенты, попутно прикупая всякой нужной и ненужной всячины.
В итоге я запаслась местной одеждой и прочими вещами, необходимыми для ухода за собой. Причем, в выборе косметики мне помог именно Лестар, да и пакетов с вещами в конечном итоге было больше всего именно у него. Мне просто не хватило стипендии, особенно на новую сумку – придется какое-то время с маленькой дамской походить, уж как-нибудь да впихну в нее учебники! А Ронни совершенно не интересовалась такими вещами, каждую нашу покупку провожая нетерпеливым вздохом.
Зато, когда мы проходили мимо оружейного магазина, девушка так оживилась, что теперь уже нам с эльфом оставалось тяжко вздыхать, наблюдая за тем, с каким энтузиазмом она выбирает себе очередной кинжал.
– Это уже триста пятнадцатый, – шепнул мне по секрету Лестар. – Даже у моего дяди, королевского оружейника, не такой богатый арсенал!
– Кинжалов много не бывает! – заявила девушка, пряча в ножны покупку.
Слегка притомившиеся, но довольные проведенным шоппингом, мы вышли на улицу. Ронни подсказала, что можно нанять дракона, чтобы тот доставил наши вещи в академию, пока мы продолжили бы прогулку налегке.
Так мы и поступили, а после обосновались в уютном кафе неподалеку от академии, собираясь перекусить.
– Ну что, у кого остались деньги? – спросила я. – Кто нас сегодня кормит?
Раскошеливаться пришлось эльфу. Моя стипендия разлетелась без остатка, кинжал Ронни тоже был не из дешевых, а Лестар обладал почти бездонным кошельком. Который резко стал пустым, когда мы решили заказать свежие ароматные булочки.
– Если я на диете, значит все на диете! – заявил вредный эльф, и нам пришлось ограничиться одним лишь кофе.
В этом тоже был свой плюс – на этот раз никто никого не объедал. Голодали вместе.
Именно такими – скучающими над остывающим кофе – нас застала шумная компания, вломившаяся в кафе.
– О-о-о, сочувствую, Женька, – весело протянул синеглазый демон без капли сочувствия в голосе. – Неправильную компанию ты себе выбрала. С этими ушастыми ты себе только голодные обмороки заработаешь. И будешь дальше валиться с дракона. Пошли лучше к нам! Мы тебя накормим. И не только едой.
Оглядела друзей Сапфира, и что-то меня совсем не привлекло их общество.
Наглые распутные демоны пришли в компании молодых девушек, которые буквально вешались им на шею и громко смеялись над каждой глупой шуткой. Парни были здоровенные, выглядели опасно и вели себя так, будто плевать хотели на любые правила и приличия. Один из них, особо не церемонясь, закинул ноги в грязных ботинках прямо на стол. Другой без зазрения совести стал приставать к официантке. Третий – громко хохотал, мешая остальным посетителям.
Лестар, глядя на это, брезгливо выплюнул:
– Варвары…
В этом я была с ним солидарна, поэтому ответила Сапфиру:
– Прости, но сегодня я на диете.
– Очень зря, – с намеком произнес он таким голосом, что меня тут же бросило в жар. А потом пристально посмотрел на меня.
Его глаза загорелись ярче, а в моих мыслях, вопреки всему, возникли вдруг странные образы: о том, как я встаю и публично обнимаю его, крепко прижимаюсь к его телу, позволяю себя целовать… И что самое ужасное, в какой-то момент мне действительно захотелось именно этого!
Заметив на моем лице румянец смущения, Сапфир самодовольно усмехнулся, а потом подмигнул и, как ни в чем ни бывало, пошел к своим дружкам, потеряв ко мне всякий интерес.
Наведенные чары тут же схлынули, и я испытала что-то вроде шока от резкой перемены настроения.
Вот ведь… демоны! Может, это и есть секрет везения Сапфира на занятиях? Может, он применяет к преподавателям свои чары? И чего это он вдруг на меня глаз положил? Или просто посмеяться решил?
Повернулась к Ронни, чтобы выпытать у нее все возможное про способности демонов, но с удивлением обнаружила, что та все еще пялилась на этого синеглазого выскочку, практически высунув язык наружу и пуская слюнки.
– Ронни? – осторожно тронула ее за плечо, привлекая внимание.
Девушка обернулась с мечтательной улыбкой на лице.
– Правда он классный? Я тебе даже немного завидую. Вы учитесь вместе…
– Ты про Сапфира?
– Ну конечно! Не про шайку же его бандитскую!
Я нахмурилась. Она серьезно это говорит или придуривается? А может, на нее тоже как-то воздействовали?
– Ронни, это все чары! – попыталась я ее образумить.
– Чары? – удивилась она, а потом рассмеялась. – Нет, на меня чары демонов не действуют! Я же наполовину гномка! У нас врожденная неуязвимость против ментальных чар. Даже самые сильные демоны не смогут меня очаровать! – грозно воскликнула она. – А Сапфир о-о-очень сильный…
Ну вот, еще одна влюбленная в этого придурка на мою голову…
– Так почему же ты сидишь тут и пускаешь на него слюнки, а не скажешь ему об этом? – спросила у нее.
По моим наблюдениям, Ронни не из тех трепетных голубок, которые будут в тайне вздыхать по возлюбленному, но при этом даже на пушечный выстрел к нему не приблизятся.
– Почему? – переспросила она и ткнула пальцем в эльфа. – А вот из-за него!
– А он-то тут при чем? – удивилась я и посмотрела на Лестара.
Тот сидел с мрачным видом, допивал остатки кофе и прожигал ненавистным взглядом спину синеглазого демона.
– А при том, что оба они – наследники очень влиятельных семей, наиболее вероятные правители своих миров, – пояснила подруга. – На счет Лестара теперь уже точно ясно, Священная Ольха своих решений не меняет. А вот у демонов правителем становятся иначе – по результатам Великих Игр.
– Великие Игры? А что это?
– На этих играх сильнейшие молодые демоны сражаются между собой за трон. Там всякие поединки, конкурсы и так далее. А в конце в решающей битве финалисты дерутся. На смерть.
Я невольно вздрогнула от услышанного.
– Да, жестоко, – подтвердила мои мысли Ронни. – Зато честно. Вплоть до финального испытания зрители сами выбирают победителей. И только сильнейший из них по итогу становится правителем на последующие пятьсот лет.
– Да уж, срок не маленький. Но при чем тут Лестар?
Я вновь перевела взгляд на блондина, надеясь, что он сам все расскажет, но тот не собирался ничего объяснять, продолжая сидеть с кислым видом.
– Они были лучшими друзьями когда-то, – сказала Ронни. – А потом… Сапфир соблазнил невесту Лестара
– Что-о?! И после этого ты еще можешь по нему сохнуть?
– Я по нему не сохну! – возразила Ронни. – А просто восхищаюсь. Понимаешь, он мой эталон сильного воина. Ты бы видела, как он дерется! Да и поверь, контролировать такие мощные способности, как у него, вовсе не так легко, как кажется. А ведь он, в отличие от своих дружков, почти не использует их. Да и в том происшествии не было вины Сапфира.
– Конечно, оправдывай его! – недовольно хмыкнула я. – Он любимчик всех преподавателей. Не может быть, чтобы он ни разу не воспользовался чарами в своих целях!
– Но он и правда не виноват! – продолжала упорствовать Ронни. – На счет того, что есть сейчас, я не знаю. Его способности с тех пор очень возросли. Вероятно, какой-то остаточный фон все же есть, и те, у кого слишком слабая ментальная защита, невольно попадают под его влияние. Но поверь, среди преподавателей таких точно не имеется, – она лукаво взглянула на меня. – Уверена, что это не зависть?
Я промолчала, потому что ответа у меня не было. Действительно, можно ли заподозрить преподавателей в халатности и слабой ментальной защите, если они постоянно имеют дело с демонами. И уж не знаю, как Сапфир, но другие-то наверняка не постесняются пустить в ход любые средства ради хорошей оценки.