Вне спектра, или Остаться собой

Глава 6

Утро началось для Иви непривычно. Во-первых, в академию она так и не вернулась, уснула прямо на подоконнике и уже совсем поздно перебралась на кровать. Во-вторых, когда девушка выбегала из подъезда, у дверей стоял курьер с корзинкой цветов. Увидев Иви, он возрадовался и вручил ей корзинку. На вопрос «от кого?» только улыбнулся и покачал головой, дескать, господин не представился. Пожав плечами, ведьмочка забрала корзинку с собой в академию.

У расписания еще никого не было. Адепты – кто спал, кто принимал утренний душ, а кто и вовсе читал конспект. Редкое исключение, но и оно все еще встречалось в природе. Список предметов на сегодня опять подвергся изменению, и Иви поспешила в общежитие, чтобы взять необходимые тетрадки.

Верлены не было. Вероятно, она выполнила свое намерение, встала пораньше и заняла очередь в душ. Так и оказалось. Иви уже успела собраться, когда в дверь вплыла довольная девушка с замотанной полотенцем головой.

– О, цветы! – воскликнула она. – Иви, а от кого они?

– Не знаю, – откликнулась ведьмочка, размышляя, стоит ли брать свою особую тетрадь. Для зарисовок.

– Бери уже, – решила дилемму Верлена. – Расписание не изменилось?

– Травы, зелья и темные, – откликнулась ведьмочка.

– Займешь места?

– А куда я денусь? – рассмеялась Иви, придирчиво оглядела себя и, не найдя случайных изъянов, выдвинулась по направлению к нужной аудитории.

Травы, или «Классификация ядовитых растений и методы использования их в зельях», прошли, как обычно, нудно и ничем не примечательно. Иви лениво писала лекцию, больше внимания уделяя карикатуре на преподавателя. Магистр Торус, травник с пятидесятилетним стажем, любил носиться у доски или у первого ряда и, брызгая слюной, убеждать в важности своего предмета. Нет, никто не спорил, предмет был действительно важен, и все на него ходили, но ненужные представления быстро утомили слушателей, превратившись в быт. А потому выступления профессора не могли вытянуть адептов из состояния полусна.

Так, по средам адепты приходили в сознание только ко второй паре. Магистресса Каэль, боевый маг с двадцатилетним стажем, которая была вынуждена оставить любимое дело из-за травмы, не любила, когда ее предметом пренебрегали, и ради стимуляции внимания порой могла допустить ошибку в рецепте, записанном на доске. После пары недель у целителей даже самый отъявленный неуч начинал внимать каждому слову магистрессы, строча в конспекте со скоростью, сравнимой разве что с забегами в столовую.

В этот конкретный день магистресса пребывала в плохом расположении духа. Она ворвалась в аудиторию с опозданием, фурией метнулась к первому ряду, выволокла первого попавшегося под руку адепта к доске и устроила допрос с пристрастием. Бедняга ответил верно, и магистресса немного успокоилась, впрочем, не сменила гнев на милость. Вместо запланированной лекции началась контрольная работа.

Стоны аудитории Каэль проигнорировала, уж слишком злилась на своего наставника. Да, в то время, когда он преподавал, адепты были если не умнее, то хотя бы почтительнее, но разве ее вина, что нынешнее поколение совсем расслабилось? Зачем он выговаривал именно ей? Точнее, нет, он не выговаривал, просто бросил одну фразу, но боль от нее была совсем неэфемерной.

– Ребятки, а вы знаете, что вам предстоит через два месяца? – Адепты подняли головы от листков, на которых пытались написать рецепты, и с интересом уставились на преподавательницу. Видя такое единодушие, магистресса улыбнулась. – Нет, значит? Торус забыл вам сказать?

Все поспешно закивали. На самом деле они могли просто прослушать некую важную информацию, но сознаваться… Так никто не делает.

– Дорогие мои, вы как выпускной курс идете по особой программе: два месяца обучения, потом от двух до трех месяцев практики, после чего, если получите рекомендацию с места практики, вас допустят к сдаче выпускных экзаменов. Потом все отправятся на сбор лекарственных растений. Место назначат в ректорате. Далее, после того как все, указанное в списке, будет собрано, вы получите диплом. Все понятно?

– А много собирать?

– Достаточно, – расплылась в улыбке магистресса. – Примерно столько, сколько тратит адепт за все восемь лет обучения.

– Жестоко, – выдохнула Верлена.

Иви пожала плечами. Это было разумно. Должны же они оплатить обучение. А отработку, видимо, сочли слишком легким испытанием для их терпения.

Уверенный стук в дверь прервал стоны адептов. Все стихли и сделали вид, что увлечены заданием, на деле же стали «развивать косоглазие». В аудиторию вошли трое. Ректор, дракон и следом… Иви зло сжала кулаки и уткнулась в свой лист. Этого человека она менее всего хотела видеть. Точнее, менее всего она хотела видеть его таким. Счастливым, здоровым, с ироничной улыбкой, прочно обосновавшейся на губах с первых дней их знакомства… и таким далеким.

Он чуть насмешливо оглядел адептов и подошел к магистрессе.

– Вирджи, кто это?

– Травники, – ответила женщина, и Иви вытаращилась на преподавательницу.

Оказывается, они были знакомы. Точнее, инквизитор, когда Иви еще работала с ним, представлял ей однажды свою ученицу, но о том, что она преподает, не сказал ни слова. Хотя и повода, чтобы сообщать об этом своей главной головной боли, у Эскеля не было… И как же все-таки хорошо, что магистресса вела только на предпоследнем и на выпускном курсе! Иначе, заметь она Иви на первом, проблем могло оказаться больше.

– Уровень, я надеюсь, выше, чем у боевиков?

– Разумеется, – вмешался Торус. – Некоторые даже работают в клиниках.

– Например? – заинтересовался инквизитор, а Иви едва удержалась, чтобы не проклясть ректора.

– Ребята, поднимитесь. Живее, – распорядился Торус.

Работающие нехотя встали. Два мальчика и она, Иви.

– Немного, – склонив голову, оценил мужчина. – Думаю, вам мы дадим особый тест. Согласны?

Юноши гордо кивнули, Иви же промолчала. Все равно от мнения какой-то адептки ничего не зависит.

– Отлично, – спокойно произнес инквизитор и на листах, что были перед тремя «счастливчиками», начали возникать совершенно иные вопросы, чем те, ответы на которые они уже писали. – На следующее занятие можете не приходить. Все же у вас должно быть столько же времени, сколько и у остальных. Приступайте.

Иви села и взглянула на свои вопросы: да, уровень сложности поменялся, но, учитывая ее каникулы и веселое прошлое, ответы она знала. Да и вопросы не выходили за рамки программы, пусть и выносились на факультатив. А она этот факультатив посещала, чтобы в будущем вопросов «откуда ей известна подобная информация?» не возникало.

Иви поднялась одновременно с Верленой, когда до конца занятия оставалась всего пара минут. Пропускать из-за прихоти инквизитора пару по темному воздействию она не хотела. Лекции били интересными и во многом полезными.

– Ривина? Уже готова? – удивленно спросила магистресса Каэль, отрываясь от беседы с бывшим начальником и коллегами.

– Да, леди.

– Молодец, – похвалила она. – Я в тебе никогда не сомневалась.

– Спасибо, – скупо поблагодарила Иви и поспешила скрыться из вида.

Эскель с нескрываемым интересом следил за ней. Стоило девушке уйти, как он требовательно протянул руку, и наставница передала ему работу. Инквизитор быстро ее пролистал, где-то удивленно присвистнул, где-то удовлетворенно кивнул.

– Торус? На девочку уже была заявка?

– Да, Кларисса Депемье прислала заявку. Девочка подрабатывает у нее долгое время…

– Не продолжай. Надеюсь, ты помнишь, что заявки инквизиции приоритетны.

– Разумеется, – выдохнул ректор.

– Отлично, и на практику я ее также забираю. Каэль, ты молодец.

– Спасибо, – потупившись, приняла похвалу магистресса.

– Милорд, – обратился к инквизитору ректор, – возможно, вы захотите посетить занятие темного мага…

– Разумеется. Дункану я доверяю, но посмотреть не откажусь. Предмет все же новый.

Появление инквизитора с группой поддержки на паре по темному воздействию не вызвало у Иви никаких чувств, кроме раздражения. Лекции Элиота ей нравились, пусть в жизни он и был виновен в некоторых делах. Имелись у колдуна прегрешения и перед ней. Отдать Элиана Рей… как он мог? Совесть взыграла? А где она до этого момента обитала? Одолжил?

Почувствовав, что распаляется, Иви мысленно шикнула на себя: амулет, может, и скрывал ее дар, но вот разрушения, что могли произойти, были вне его компетенции.

Элиот легко кивнул инквизитору и свернул лекцию. Присев на край стола, он насмешливо взглянул на визитера, дракон удостоился более глубокого осмотра. Иви могла поспорить, что колдун выяснял все, что было доступно при просмотре ауры.

– Элиан? Решил поучаствовать?

– Скорее посмотреть.

– Зачем же? Здесь только травники. Показать им что-то можно разве что на них самих, но, сам понимаешь, летальный исход и все такое.

– И что ты предлагаешь?

– Показательный бой. Я и ты. Как в старые добрые времена.

– Если ты настаиваешь, – усмехнулся Элиан Эскель, снял плащ, бросил его на стол и ослабил ворот рубашки.

Элиот Дункан просто взмахнул руками, проверяя, не слишком ли узкие рукава у его черной шелковой рубашки. Колдун остался доволен, соскочил со стола и спустился с возвышения, где стояла кафедра. Эскель не заставил себя ждать. Чтобы случайное проклятие не попало в зрителей, инквизитор установил щит. Иви скривилась: побочным действием (или все же основным) щита-купола было то, что он скрывал момент плетения чар от всех, кто находился за пределами круга, и угадать, что же применялось, можно было лишь по результату.

Поддавшись всеобщему порыву, Иви спустилась вниз, в первые ряды. Герион усмехнулся и подошел к ней, присел на краешек парты, заставив какую-то адептку посторониться, и, сцепив руки в замок, принялся наблюдать.

– Почему вы здесь? – шепотом спросила Иви. – Вам же вовсе не обязательно…

– Необходимо кое-что обговорить с милордом Эскелем, – пояснил дракон, а Иви посерьезнела: то, что он ей ответил (судя по всему, это была правда), говорило о том, что и ее заденет беседа между инквизитором и новым знакомым.

– О чем?

– О темной магии, – насмешливо произнес Герион и кивнул на поединок. – Разве тебе не интересно?

Ведьмочка взглянула на импровизированную дуэль и с сожалением покачала головой. Показуха. Хотя чего ожидать от одаренных, если зрители обычные люди! Красочность, эффекты и ничего полезного.

– Разочарована?

– Немножко, – призналась Иви. – Как Алей?

– В порядке, – после небольшой паузы ответил дракон. – Можешь навестить его. Преподавательский этаж, комната двести четыре.

Иви не ответила: закончилась дуэль и в первом ряду рассуждать об эльфах и их долге стало не совсем разумно.

– Итак, вопросы? – насмешливо вопросил Элиот, довольно глядя на полные восхищения глаза зрителей. И только один взгляд, который ему хотелось привлечь, был направлен на другого.

Иви оценивающе прошлась взглядом по инквизитору и покачала головой: от любимого мага она ожидала большего. И пусть это была очередная показуха, ей хотелось победы своего героя. Но сценарий, предусмотренный в таких случаях, не позволял вольности, и дуэль закончилась вничью.

– А в настоящей дуэли кто победил бы? – озвучил кто-то ее мысли.

Иви, как и вся аудитория, обернулась, чтобы узреть смельчака.

– Это зависит от многих факторов, – уклончиво ответил инквизитор.

– Да, например, от того, как внимательно вы изучали предмет и смогли ли распознать примененные к вам чары. Вы же, Грендел, вряд ли сумели бы выстоять и минуту, раз уж на занятиях у вас не получается даже сглаз отвести. – Юноша насупился, но промолчал. – Предположу, что с этим даже травник справится, если ему одолжить немного силы.

– Одолжить?

– Да. Можем провести эксперимент, если господин инквизитор позволит.

– Разрешаю, – кивнул Эскель и отошел.

Адепты воодушевленно загалдели.

– Кого мы выберем в качестве испытуемого?

– Ривину? – предложил Герион и чуть поклонился девушке.

Иви сжала и разжала кулаки, чтобы успокоиться и не наградить тем самым сглазом дракона, дабы он мог попрактиковаться в его снятии.

– Отлично. Леди Селье, вы нас почтите?..

Под завистливыми взглядами однокурсников Иви нехотя выбралась из-за стола и поднялась на возвышение. Элиот, не дожидаясь согласия, быстро сцапал ее за руку. Пожалуй, если бы Иви не была темной, она бы как-то отреагировала на поток чужой силы, но девушка родилась ведьмой, и у нее дрожь появилась просто из-за холода пальцев преподавателя.

– Думаю, хватит. – Дункан отошел на несколько шагов. – Теорию снятия сглаза, как и его недопущения, мы изучали на прошлом занятии. Надеюсь, вы читали конспект, в противном случае всю последующую неделю будете спотыкаться о каждую ступеньку.

Иви едва сдержала улыбку – смеяться было нельзя. Сглаза девушка не боялась. Амулет не только маскировал ее силу, но и подавлял большинство мелких пакостей. Впрочем, даже без амулета истинный темный мог не опасаться такого примитивного воздействия – собственная сила не позволила бы. А имея при себе силу того, кто насылает сглаз, не уклониться… пожалуй, тут действительно нужно быть глупцом.

Ведьмочка не стала изобретать ничего нового, просто позволила волне чужой силы коснуться ее ауры, почувствовать в ней силу темного и схлынуть. Главное в этом деле не запаниковать. Чужие эмоции только усиливали привязку сглаза, и стоило испытать страх, сила темного, которую тот передал ей, стала бы настоящими путами.

Иви сконцентрировалась и все же улыбнулась. Дункан передал ей своих сил ровно на неделю подпитки сглаза. «Как же хорошо быть темной!» – подумалось ведьмочке, когда чужая сила, оплетавшая ее ауру, исчезла.

Раздавшиеся аплодисменты вырвали ее из размышлений.

– Великолепно. И заметьте, Грендел, это девушка даже не боевой маг, а травник. И не стыдно вам до сих пор не научиться сохранять терпение? Ведь, имея силу заклинателя, не нужно ровным счетом ничего делать. Просто сохранять спокойствие.

Вышеупомянутый адепт покраснел. Попытка сместить учителя с пьедестала провалилась с оглушительным треском.

– Отработка – завтра в семь, аудитория пятьсот тридцать шесть, не опаздывать, – распорядился темный. – Леди, можете возвращаться на свое место.

Иви быстро, если не сказать резво, бросилась за парту.

С пары их отпустили раньше. После того как ведьмочка вернулась в ряды адептов, прошло не более пяти минут, они записывали домашнее задание, когда Дункан, поймав взгляд инквизитора, возвестил о конце занятия. Дракон не покинул аудиторию вместе с адептами, остался поприсутствовать при беседе двух друзей.

Глава 7

– Ривина, а откуда ты знаешь, что нужно делать? – допытывалась Верлена, когда они вместе заняли подоконник в коридоре и ели пирожки с яблоками.

– А на лекции этого не было? – покусывая губу, отозвалась ведьмочка.

– Было, – призналась девушка, и Иви едва удержалась от облегченного вздоха. Значит, память не подвела. – Но он непонятно объяснил. Как будто мы маги!

Иви промолчала. На ее взгляд, Элиот объяснял хорошо, но ссориться с подругой из-за такой мелочи… порой правильнее промолчать и сохранить добрые отношения. Впрочем, так думали не все.

– Лена опять жалуется? – от толпы спешащих в столовую адептов отделился высокий поджарый молодой человек. Насмешливо блеснули зеленые глаза, лучи солнца словно отразились от его ослепительной улыбки… Да уж, не перечесть, сколько денег угрохала семья Мартина Андельскортена на внешность сына.

– Не твое дело. – Верлена отвернулась и буквально влипла в стекло.

Иви неодобрительно покачала головой. В отношения этих двоих, тянувшиеся с первого курса, она предпочитала не вмешиваться. Влезать между двух огней – неблагодарное дело, а уж становиться между травником и магом… нет, Иви еще хотелось жить долго и счастливо.

– Мартин, мы не в настроении. Уйди, пожалуйста.

Юноша взглянул на Иви, но та лишь покачала головой. Мартин вздохнул и ушел.

– Дети малые, – неодобрительно прокомментировала поведение обоих ведьмочка. – Может, нормально поговорите?

– Нет. Пока он не признает, что травник не низшая ступень магической эволюции, я с ним общаться не буду.

– А ругаться?

Верлена вспыхнула.

– Ты на чьей стороне?

– На твоей, но порой смешно, право слово.

– Ничего смешного. Ты сама травник и знаешь, какое это неблагодарное и тяжелое дело!

– Знаю, – согласилась Иви. – Но доказывать это неподготовленному слушателю – еще более тяжелая работа. Лен, не переживай. У них тоже будет практика. Отошлют куда-нибудь в лес. Или в топи. Там темные любят прятаться. Напорется на нежить какую-нибудь, победит, но его ранят. Тогда он и осознает необходимость хорошего травника – когда у целителя сила кончится, а рана так и будет зиять у него на груди…

– Не говори так! Этого не будет!

– Чаще всего так маги и мрут, – не согласилась Иви. – Но ты можешь этого не допустить. Попроси отправить тебя с ними. Подстрахуешь, если что.

– Он смеяться будет. Скажет, увиваюсь за ним.

– Скажет, а самому приятно будет.

– Думаешь?

– Предполагаю, а спасешь его, долг жизни получишь, тогда он все что угодно, признает.

Верлена задумалась. Иви улыбнулась и спрыгнула с подоконника.

– Я вечером буду.

– Хорошо, – откликнулась девушка и вдруг расплылась в многообещающей улыбке.

Иви, которая как раз обернулась, стало жалко Мартина. Ведь практика не только бой, но и жизнь в походных условиях, а с травником, который всерьез хочет доказать свою важность… Эх, лучше магу заранее запастись терпением и углем. Целитель вряд ли будет тратить силы на третье за неделю пищевое отравление.

Впрочем, все это не ее дело. Между собой они могут творить все что угодно, а ей… Какое темной дело до судеб иных людей?

Нахмурив лоб, девушка пару минут постояла на лестничной клетке, размышляя, а стоит ли, но все же отправилась на преподавательский этаж. Никто не удивился, когда она попала на территорию наставников. Только магистресса Каэль проводила ее задумчивым взглядом, но вновь вернулась к своим делам – проверке гениальнейших сочинений боевиков, предпочитающих грубую силу пятиминутному размышлению.

Дверь в указанную драконом комнату была приоткрыта, но в коридор не доносилось ни звука. Иви грустно коснулась пальцами губ, словно призывая к молчанию, но все же постучалась. Ей открыли довольно быстро: девушка только успела отдернуть руку.

На пороге, испуская волны раздражения, способные спровоцировать обморок у эмпата, появился Илистан. Увидев перед собой одну из главных причин своего раздражения, эльф скривился, но дверь не запер. Девушка молча вошла.

– У нас гости? – Голос Алея Иви узнала сразу. Через минуту показался и он, застегивая на ходу рубашку. Впрочем, зря он это делал, хоть ведьмочка и не была ярой поклонницей обнаженных мужчин, у эльфа было на что посмотреть. По крайней мере, рельеф у него имелся, но такой, что не заставлял думать о горе мяса, а, скорее, о воине, сильном и ловком.