Эльфийский для профессионалов

– Если будет совсем тяжело – иди к магистру. Поменяемся. Хотя Каэль будет недоволен, но отослать меня так просто не сможет. Я отца попрошу.

Было видно, что каждое слово давалось Алесту тяжело, но он был готов исполнить все, что обещал. Я ободряюще коснулась его плеча.

– Я справлюсь, – дала слово. – Обязательно. – И напомнила: – Пора бы спускаться, иначе гид уйдет без нас.

Магистр Рейсталь не ушел. Напротив, он весьма продуктивно общался с Вальри и… Матильдой. Последняя слушала его сосредоточенно, записывая какие-то сведения в блокнот. Завидев нас, девушка почтительно кивнула Алесту и чуть отступила в сторону, давая и нам возможность проникнуться мудростью магистра, вещавшего о… правилах хранения скоропортящихся и легковоспламеняющихся эликсиров. Все, меня точно не будут убивать ночью, раз уж так заинтересовались темой.

– Ваше высочество, вы же окажете нам честь посетить это скромное жилище еще раз? Скажем, через пару дней. Оценить достижения новой ответственной за безопасность команды.

– Обязательно, – степенно пообещал Алест, обращая свой взор на девушек. – Сочту за честь присутствовать во время инспекции.

– Мы будем ждать, – расплылась в улыбке Матильда.

Вальри потупилась.

– К сожалению, леди, у меня мало времени, – вспомнил о цели своего визита и предстоящей экскурсии магистр. – Но вы можете взять подробные выкладки у моего помощника. Я распоряжусь их подготовить.

– Мы обязательно зайдем, – пообещала Вальри за секунду до Матильды, отчего удостоилась тычка в бок. Я непроизвольно погладила свой и сделала зарубку на память: спать в комбинезоне. Неудобно, зато бока не отобьют.

Магистр кивнул, одобряя тягу юных практиканток к знаниям. Перевел взгляд на нас и жестом указал следовать на выход. Повторять дважды не требовалось: мы и рады были покинуть поле неравной битвы.

Во главе с куратором наш путь занял не более получаса. Как будто пространство подчинялось магу и прилагало все усилия, чтобы его шаги не были напрасными. Вероятно, так оно и было, потому что мэтр, в отличие от нас, шел не напрямую, а сворачивал к аркам.

Переступив границу одной такой конструкции, мы оказались в просторной комнате. Окна не были занавешены, и кабинет магистра можно было рассмотреть до мельчайших подробностей. Высокие стеллажи с книгами, одни обложки которых стоили целое состояние. Железный стол с переливающимся щитом сдерживающих чар и парой бутыльков с подозрительно мерцающей жидкостью. Время от времени в одной из емкостей что-то взрывалось, но стекло пока было целым. Как и щит. И это успокаивало.

Тяжелый дубовый стол стоял у самого окна, но боком, не заставляя посетителей щуриться на яркое солнце в попытках разглядеть хозяина кабинета. Для гостей имелись комфортные кресла, что еще раз доказывало, что в этом месте маг обсуждает лишь теоретические вопросы с неслучайными посетителями.

– Присаживайтесь, – нам указали на кресла. Их было ровно три, поэтому тесниться не пришлось. – Подождите пару минут.

Мы молча повиновались. Экскурсия откладывалась, но кто мы такие, чтобы возражать?! Разве что Алест мог высказать неодобрение, но он дворец знал и без гидов.

А эльф тем временем подошел к большому, в полный рост, зеркалу и коснулся рамы. Изображение поплыло, являя нам… какого-то эльфа. Внезапные зрители того нисколько не смутили: он спокойно дочитал страницу и лишь потом обратил внимание на вызывающего.

Магистр поздоровался, а дальше беседа пошла в слишком быстром темпе, чтобы я успела ухватить нить рассуждений. Разве что свое имя я опознавала мгновенно. Но вот на инструкции по поводу себя – увы, практики не хватало. Наконец магистр Рейсталь о чем-то договорился, и зеркало перестало пугать нас изображением незнакомого эльфа. Зато тот сам показался в дверях.

– Леди Тель-Грей? – Мне протянули руку, намекая, что засиживаться дальше не имеет смысла. – Шавар, благодарю за помощь.

Магистр Рейсталь кивнул, принимая благодарность.

Я тоже была бы рада кивнуть и остаться сидеть, но пришлось принять протянутую руку и оставить друзей ожидать собственных провожатых.

Лорд Каэль не торопился. Учтиво подождал, пока мы с Алестом наиграемся в «большие глаза», и открыл мне дверь, пропуская вперед. Признаться, я бы лучше за ним пошла: так в спину не ударят, но пришлось следовать этикету и выходить первой.

– Леди Антарина Малиара Тель-Грей, – смакуя каждое слово, будто его дома не кормили, проговорил эльф.

Хорошо хоть не хмыкнул, а то я совсем расстроилась. Так давно не встречала настоящих, правильных эльфов… Вот зачем они появились на горизонте?!

– Лорд Каэль Лиарский, – сухо ответила я, припомнив, как называл эльфа магистр Рейсталь.

Эльф усмехнулся и взял меня под локоток. Стража, мимо которой мы шли, подобралась и резко отвернулась.

– Антарина, – вкрадчиво произнес эльф, – вы позволите мне так вас называть?

– Если субординация позволяет, мне нечего вам возразить, – попыталась выкрутиться я.

Очень не хотелось «разрешать» незнакомому эльфу звать себя по имени, но возразить прямому начальству я не могла. Не будет же он постоянно говорить «леди Тель-Грей»? Хотя можно попытаться настоять, но, боюсь, если мне от нынешнего его тона хочется молоток достать, то от приторно-сладкого «леди Тель-Грей» и вовсе захочется побыстрее утонуть в сиропе. И вот зачем им всем мое терпение так испытывать?

– В таком случае я буду звать вас Антариной.

Намеков эльф решил не понимать. Впрочем, куратор называл Алеста по имени, значит, у них не возбранялось подобное величание младших.

– Как вам будет угодно, – стараясь не выдавать раздражение, согласилась я.

К моему облегчению, больше эльф ни о чем не спрашивал. Ни о стране, ни о красотах. Вероятно, он уже осведомился, когда мы прибыли и чем развлекались. И за подобную осведомленность я была ему благодарна. Как и за личный закуток в его приемной, в котором мне предстояло обитать днем в ожидании поручений или выполняя оные.

– Антарина, – позвал эльф, привлекая мое внимание, – знакомьтесь, это Ларос, мой первый помощник. Если я занят – задания будет выдавать он. По всем вопросам, которые возникают, также обращайтесь к нему. Если вы понадобитесь лично мне – я позову. Входить в мой кабинет без разрешения не следует.

– Но это не запрещено? – уточнила я.

– Это может повлечь за собой последствия, которые вам не понравятся. Леди не всегда нужно видеть то, что там происходит. Не хотелось бы вас лишний раз шокировать. Его высочество может этого не оценить. А мы ведь не хотим расстраивать Алестаниэля?

Тон не оставлял сомнений, что именно этим лорд с превеликим счастьем и занялся бы, но… Какое-то досадное «но» мешает ему исполнить эти мечты. А мне мешало думать пристальное внимание эльфийского помощника, не говоря уже о дыхании непосредственного начальника. Он зачем-то решил изучить мебель, стоя в непосредственной близости от меня. Такой непосредственной, что чей-то хитрый нос касался моих волос, и…

– Это все, что я должна была узнать сегодня?

Я мотнула головой, отступая в сторону. Лорд Каэль недовольно прищурился. Еще бы! С чего ему быть довольным, когда я не позволила поддеть цепочку с перстнем, да и вообще до него дотронуться? Ведь если мои догадки верны, лорд принялся сокращать дистанцию именно за этим. По-другому просто не смог уловить магический фон спящего артефакта.

– Да. Ларос, выдай леди переходник.

Помощник, не задавая вопросов, вернулся к своему столу и вытянул из ящика цепочку. Длины как раз хватало, чтобы повесить на шею, но самостоятельно застегнуть ее было бы трудно, поэтому я намотала ее на запястье.

– Не хотелось бы, чтобы вы теряли время, когда мне понадобитесь. Ведь это может произойти в любой момент, – тихо, на грани шепота, закончил лорд.

И столько обещания было в его словах, что мне захотелось сдернуть проклятый артефакт и добираться пешком. Пусть и придется вставать на два часа раньше.

– Буду ждать вас утром. Не опаздывайте.

Уточнять, во сколько у эльфов начинается утро, господин начальник не стал: скрылся в своем кабинете.

– К девяти, – педантично уточнил его помощник и протянул мне папку: – Ознакомьтесь. Может пригодиться.

Я благодарно кивнула. Лишними инструкции никогда не будут. Даже если на их чтение придется потратить ночь. Уж лучше сразу избавиться от гипотетических неприятностей, чем после разгребать последствия.

– Переходник двусторонний или однонаправленный? – поинтересовалась я, чтобы в дальнейшем не попасть впросак, переоценив возможности артефакта. – Переход осуществляется в это помещение или возможно перемещение напрямую к лорду?

– В приемную. Вторая точка – лужайка перед корпусом практикантов. Нам сообщили, что вам выделили жилье именно там. Вы сами могли убедиться, что расположение корпуса не очень удачно, а ваши услуги могут понадобиться быстрее. Поэтому, если почувствуете, что цепочка греется, бросайте дела и перемещайтесь. Активировать артефакты умеете?

– Руна или слово?

– Слово.

– Умею, – заверила я.

Все же активация через «аро сатор» была самой распространенной. Напрягало лишь одно: неужели эльфы совсем не пекутся о сохранности своих тайн? Ведь я могу пробраться в приемную ночью и что-нибудь скопировать, пока все отдыхают.

– Великолепно. Как только его светлость или я появимся здесь, артефакт подаст вам сигнал. До этого момента перемещение будет невозможно, – пояснил эльф, правильно уловив мои рассуждения. – Если потребуется связаться со мной или лордом экстренно, разорвите звенья цепочки. Не советую проверять, сработает ли, потому что в случае ложного вызова это станет последним, что вы сделаете на территории Аори. Все понятно?

– Благодарю за объяснения. – Я поклонилась. Без иронии или пафоса, из одной ученической благодарности. – Могу я называть вас «мастером»?

Эльф неопределенно пожал плечами и признался:

– Мне далеко до магистра.

– Но я и не зову вас магистром, – улыбнулась я. – До свидания, мастер Ларос.

Лужайку у «избушки» уже убрали. То ли устроили внеплановую уборку территории, то ли магистр Рейсталь решил вмешаться, но ни пыли, ни грязи, ни случайно попавшей в вихрь рухляди перед домом не имелось. Вместо этого у крыльца виднелось настоящее военное построение. На площадку перед корпусом выгнали обитателей всех комнат и теперь вещали им о чем-то с постамента, коим выступало само крыльцо.

Зычный, усиленный чарами голос Матильды пробирал до самых костей. Даже у меня бы так не вышло, особенно после ее выступления. Но гномы не бегут от трудностей, а потому я лишний раз порадовалась явлению Алеста. Против обаяния титула принца не мог устоять практически никто, а уж вкупе с его острыми ушами… Леди практически всех рас были бы покорены. Впрочем, гномки тоже оценили бы размер его приданого. Хм, депозитов.

– …карается тремя днями работы на благо родного общежития. За более тяжкие нарушения налагается штраф. Нарушитель выселяется из комнаты и с позором выдворяется из страны. В ведомость выставляется отметка «неудовлетворительно». Решение инспекции может быть обжаловано в течение двух дней с момента вынесения путем подачи письменной жалобы на имя лорда Карэлиса. Советую заранее уточнить его приемные дни и часы. На этом первое собрание жильцов объявляется закрытым. Все свободны. На устранение выявленных недочетов у вас одна ночь. Потратьте ее с пользой, – напутствовала Матильда мгновенно рассыпавшийся строй.

Я хотела проскочить в общежитие под прикрытием других его обитателей, но не вышло. Леди Матильда приветливо помахала мне огромной, с неплохую лопату, ладонью, и я решила не игнорировать столь настойчивое приглашение.

– Как успехи? – осторожно поинтересовалась я, отмечая на крыльце присутствие не только Вальри, но и одной из теней. Последняя держала в бледных пальцах тетрадку и вычеркивала оттуда чьи-то имена.

– Тель-Грей вычеркни, – распорядилась Матильда, кивая девушке. – И занеси в список нашей инспекции. – И уже мне: – Значок получишь завтра. Мы выбираем эмблему. Если есть предложения – изложишь Саене, – кивок в сторону тени.

– Обязательно, – пообещала я. – Все ознакомились с правилами проживания?

– Еще бы, – хмыкнула Вальри, но быстро прикусила язык.

Матильда наградила ее неодобрительным ответным хмыканьем.

– Ознакомились и расписались. Будешь проверять?

– Поверю на слово. В нашей комнате уборку сделали?

– Обижаешь, – леди Матильда кровожадно усмехнулась. – Образцовая комната. Хотя кто-то не хотел сдавать испорченный провиант.

Саена смущенно потупилась, а Вальри, оказавшаяся за спиной Матильды, пальцем указала на саму леди. Да уж, вряд ли у «теней» имелось много некондиционной пищи.

– Горелки, лампы, легко воспламеняющиеся зелья проверили?

– Изъяли три просроченные бутылочки духов.

– Какие там духи! – Матильда сморщила нос. – Одно название. Никогда не покупайте «Пчелиный рой»! Моя матушка однажды купила – так все лицо покрылось такими угрями…

– Благодарю за совет. Могу я забрать Саену на пару слов? По делам инспекции, разумеется?

– Идите, – благословила нас на трудовые подвиги Матильда.

Я поманила девушку внутрь: хотелось узнать о реальном положении дел, а не о докладе довольной собой леди, в первый раз оцененной по достоинству. Возможно, авансом. Но уж лучше так, чем жить в склепе на химической мануфактуре.

Коридор был пуст и чист, как будто с момента моего ухода здесь прошлась бригада гоблинов-уборщиков. Паркет сверкал, в некоторых местах еще ощущался запах лака. Уборка перешла в ремонт? Эту версию подтвердило и наличие в общежитии двух троллей, которые под руководством незнакомого эльфа держали увесистый комод. Сам начальник парочки колдовал над дырой в полу, которую этот самый комод, видимо, раньше и скрывал.

Я вздохнула. Вряд ли лорд Карэлис оценит наши старания, когда увидит смету на восстановление товарного вида корпуса.

– Саена, – тихо позвала я девушку, едва мы пересекли порог нашей комнаты. Ныне здесь располагалось царство света: окна были распахнуты настежь, даже занавески исчезли.

– Леди Тель-Грей? – тихо откликнулась девушка и подняла на меня нечеловечески большие глаза. Даже у эльфов они были меньше. – Чем я могу вам помочь?

– Куда делись шторы? – решила начать я с самого простого.

– Маэль отнесла их в стирку. Маэль – моя сестра, она тоже живет здесь, – пояснила девушка, уловив мое недоумение. – Мне сходить за ними? Они, правда, вряд ли высохли…

– Не нужно, завтра заберем, – остановила я девушку, уже шагнувшую к двери. – Пусть сохнут. Расскажи лучше… Вы с сестрой на меня сердитесь?

– Нет, что вы, – Саена от удивления даже ротик раскрыла. Мелькнули острые зубки. Неужели гоблины в роду имелись? Интересно выходит… Я думала, гоблины не слишком красивая раса, а глядя на Саену, о них и не вспоминаешь. – Мы вам очень рады. Леди Матильда нашла себе занятие.

– А вы давно знаете Матильду?

– Всю жизнь. Наша семья служит их роду и будет служить еще три поколения. Договор «Сар-Антар», – пояснила девушка.

Я промолчала. Хватило такта не спрашивать, тяжело ли находиться практически в рабстве. И так ясно, что сладко жить при такой зависимости можно лишь в мечтах.

– Мы привыкли, – предвосхищая какие-либо вопросы, ответила девушка. – И леди Матильда не плохая, что бы вам ни казалось. Просто она не может сидеть без дела. Для нее это пытка. И она пытается занять себя хоть чем-нибудь. А здесь… к ней не все хорошо отнеслись. Полукровок не любят, – печально закончила она.

– Мне казалось, здесь все с нечистой кровью.

– Да, но кровь эльфа и человека легко совместима. А вот тролля… Но вы не думайте, от дедушки леди Матильда практически ничего не унаследовала. К тому же он был очень умный для своего народа. Иначе бы наш предок не пошел под его руку.

– Не сомневаюсь, – проговорила я, пока мне не стали излагать полное генеалогическое древо достойнейшей Матильды. – Что ж, если все обстоит именно так, то я спокойна.

– Спасибо вам, – улыбнулась девушка.

– За что?

– Теперь нас не будут игнорировать. С нами придется считаться.

И сказано это было так, что мне захотелось проверить, как быстро переходник унесет меня хоть куда-нибудь. Все же не на пустом месте у гоблинов возникла репутация злопамятных пакостников.

До самой ночи «избушка» не спала. Шатались стены, звенели окна, чей-то мрачный голос отчитывал мимо проходящий праздно шатающийся народ, но стоило луне показаться на горизонте, общежитие как вымерло. Перестали хлопать двери, погас лишний свет. Даже коридор погрузился в полумрак. Вернувшись с прогулки по этажам, Матильда с девочками разобрали кровати и мирно уснули, пожелав мне приятных сновидений.

Увы, последовать их примеру я не могла. Заточенный в кольце Аларис начал показывать характер, накаляя перстень и требуя внимания. А мне необходимо было время, чтобы вновь резануть палец, зная, что заживить порез сможет только настойка Саргоса. Это полезное зелье изобрел, как следовало из названия, в незапамятные времена некромант Саргос, которому надоело истекать кровью после своих ритуалов. Обычные целительские чары бессильны против ран, полученных в результате обряда жертвования. А таковых в некромантии – большинство. И если бы кто-нибудь поднял статистику, то увидел бы, что чаще всего во время ритуалов от потери крови умирала не жертва, а сам заклинатель, слегка переборщивший с порезом. Но такую статистику вели разве что гномы, подсчитывая число отбывших к духам магов и собирая налоги на захоронение тел. Отчего-то другие расы неохотно принимали на посмертный постой некромантов.

Бутылек с требуемым зельем с трудом отыскался в моей сумке повышенной вместимости, но выставить весь свой арсенал я не имела возможности. Какие уж тут духи, если большинство моих скляночек нельзя провозить через границу без специального снаряжения. И даже тот факт, что у меня оно имелось, едва ли станет смягчающим обстоятельством для злой эльфийской стражи. Разве что Алест заступится и признает контрабанду своей.

Несмотря на свою полезность, настойка Саргоса обладала и рядом негативных свойств. Она воняла как протухший кабачок, разъедала практически любой материал и стоила так дорого, что начинающие некроманты предпочитали пускать кровь себе буквально, нежели залезать в долги ради нее. Но Аларис настаивал именно на настойке, объясняя свой выбор тем, что отследить ее использование будет невозможно, в отличие от других исцеляющих приемов. А в незаметности мы нуждались, как в воздухе. По крайней мере, пока дух не объяснит, чего нам ожидать от его эльфийских потомков. Признательности или священного костра.

Проворачивать кровопускание в темноте было не самым умным решением, но выходить в лес, чтобы все эльфы сбежались на представление… Пришлось импровизировать. Свеча могла бы помешать здоровому сну соседок, осветительный шар навеки похоронил бы мои планы на конфиденциальность, а вот небольшие люминесцирующие палочки, с которыми всегда ходят в туннели, давали достаточно света, чтобы я не перепутала палец с шеей.

Больно. Сколько раз попадала детским облегченным молотком по пальцу, но с надрезом ритуальным ножиком это не сравнить. Как будто специально инвентарь для темных делали максимально неудобным. Чтобы дети лишний раз подумали, прежде чем вступать на темный путь. Ведь даже печенек у них не было: сплошные вилы, кровопускание и огромные счета за лечение. Нет, позволить себе темного мага в семье могли лишь богатейшие семьи – слишком дорогое удовольствие. Один инвентарь…

А кровь тем временем капала на блюдце, утащенное мною во время ужина на кухне. Кап-кап-кап… Дзынь! Кап-кап-кап… Дзынь! Со звоном, различаемым лишь заклинателем, рвались ограждающие чары. Первый контур, второй… А все же неплохой из меня вышел бы некромант, раз уж под руководством одного незабвенного темного мне удалось повторить ритуал уровня подмастерья. Так повторить, что даже магистр Реливиан за день до поездки поинтересовался, не отпустила ли я духа восвояси или оставила в банке вместе с перстнем?

– Как долго я этого ждал, – прошептал мне на ухо освобожденный дух.

Хотя он мог ничего не говорить: я слышала все его мысли, как и он – мои. С каждым днем наша связь становилась все глубже и устойчивее, и совсем скоро развоплотить неудобного свидетеля давно минувших дней сможет лишь моя кончина. И то меня не оставляло чувство, что дух выкрутится и в этом случае.

– Как долго об этом мечтал, – вздохнула я, откладывая нож из «Набора номер четыре для практикующих некромантов» и перехватывая бутылек с настойкой.

Зубами вытянула пробку и щедро плеснула на порез. Больно! Как же больно! Но приходилось терпеть: настойка Саргоса уничтожала не только видимые следы, но сжигала и остаточные чары от ритуала. В ином случае от каждого ритуала, требовавшего кровопускания, у темного оставались бы шрамы. А мы себе подобного позволить никак не могли: гномы бы не поняли, да и стража начала бы придираться.

– Добро пожаловать домой, – прошелестел освобожденный дух.

Кольцо накалилось, вновь вмещая сущность своего пленника, и остыло, покрывшись изморозью.

Поежившись от пронесшегося по спине холодка, я поспешила обтереть перстень платком и, стараясь не наследить, вышла в коридор. Блюдце требовалось отмыть и вернуть на место, а платок – сжечь, чтобы никто не смог обратить мою кровь против меня.