- -
- 100%
- +
Яна проснулась рано утром, когда все домочадцы еще спали. Взглянула на мужа и подумала о том, как она счастлива с ним все эти годы. Вместе прожито двадцать лет, счастливых лет.
Мысли унесли далеко в прошлое, туда, где они были совсем молодыми. Вот она, стройная, среднего роста девушка, с пышной прической и в модном платье, на высоченных каблучищах, спешит навстречу ему, высокому, широкоплечему десантнику, с по-мужски красивым лицом. Они виделись вчера, но им казалось, что это вчера было очень и очень давно. Они нуждались друг в друге каждую минуту, им было хорошо вместе, легко и весело. Когда после их женитьбы стали возникать житейские трудности, они старались их прятать внутри своих чувств, не давая бытовым тяготам брать верх над их любовью.
С рождением сына их и без того крепкая пара стала настоящей семьей, где, наряду с любовью мужской и женской, в них появилась родительская любовь к своему желанному ребенку, который получил от них в наследство самые лучшие их качества и черты. И чем старше становилась их семья, тем более счастливой Яна ощущала себя рядом с мужем и сыном.
Многие завидовали ей. Да и как не завидовать? Заботливый муж, который с годами осуществил свое желание обеспечить семью так, чтобы она ни в чем не нуждалась: стал респектабельным мужчиной, который мог подарить своей жене не только бриллианты и меха, но и квартиру, и дом. Умный и росший без особых хлопот сын был предметом гордости для родителей. Кому не нужна такая семья?.. Секрет был в том, что они жили друг для друга, развивались каждый в своей области, но, опять же, друг для друга. Они были счастливы вместе, поэтому все попытки извне разбить их дружную семью были высмеяны ими и не замечены.
Приобретя с годами мудрость и зрелость, они берегли свои, по-юношески острые, чувства любящей пары. Это не значит, что они никогда в жизни не поругались, в семейной жизни бывает все. Но никогда и ни при каких обстоятельствах они не переходили той грани, за которой взаимное уважение разлетается на осколки. Это правило они не придумали, их внутренние ощущения не позволяли им переступать край, за которым двое с сожалением собирают по кусочкам разбитое вдребезги одно на двоих сердце, после того как страсти утихли.
Она почувствовала, что муж сейчас проснется и ее мысли остановятся. Она этого не хотела и поэтому закрыла глаза, притворившись спящей. Через секунду она ощутила на себе его легкое прикосновение. Так, чтобы она не проснулась, он губами тронул ее щеку и тихо вышел из комнаты.
Его прикосновение пробудило воспоминание о вчерашнем вечере. У них никогда не было запланированного секса, и только чувства диктовали желание близости.
Ей захотелось потянуться. Она заложила руки за голову, выпрямила ноги и, закрыв глаза, выгнула спину. Постель послушно прогнулась под ее телом, и она снова ощутила желание прижаться к своему любимому, обнять его крепкое тело. Вдруг до нее донесся запах кофе. Этот восхитительный тонкий аромат вернул ее в прекрасное утро. Она открыла глаза и в проеме приоткрытой двери увидела мужа. В его руках был поднос с кофе. Увидев, что она уже не спит, он радостно произнес:
– Доброе утро! Не мог дождаться, когда ты выйдешь, решил разбудить тебя соблазнительными запахами.
– Привет! Кофе сделал свое дело, я бодра и весела.
Он наклонился, опустил поднос на кровать и, целуя ее в макушку, подсунул под ее спину подушку, чтобы ей было удобнее сидеть.
Она взяла чашку, а он сел в кресло напротив и стал рассказывать об их планах на выходные. Так начинались каждые выходные дни. Он заботливо будил ее, приносил кофе в постель и строил планы на день. Она его слушала и, с удовольствием отпивая мелкими глотками приготовленный им капучино, одобряла его предложения.
Им это нравилось обоим. Ей, потому что не надо было ломать голову о построении отдыха, и она знала, что муж постарается обеспечить хорошее времяпровождение. А ему потому, что она полностью ему доверяла и со всем соглашалась.
Он любил наблюдать за ней. Ему нравилось, как она, всегда с удовольствием, брала чашку с подноса и, наклонившись над ней, вдыхала замечательный кофейный аромат, закрыв глаза. Потом она приоткрывала глаза, и хитрый озорной взгляд, устремленный на него, свидетельствовал о готовности слушать его.
Он очень любил жену. Любил не простой страстной любовью, как в юности, а сердцем, которое ликовало, когда ей было хорошо, и страдало, когда ей было плохо.
– Думаю, сегодня мы отправимся по магазинам. Хочу, чтобы ты выбрала себе подарок ко дню нашей свадьбы. Домашним делам посвятим завтрашний день.
– Согласна. В писании тоже сказано: чти день субботний. А стирка, готовка и уборка на фоне подарков подождут, – рассмеялась она.
– Начнем с какого, с продовольственного? Ничто так не утешает, как еда, – пошутил он.
– Да-да, куплю себе коробку конфет побольше, чтобы день нашей свадьбы в этом году запомнился страданиями от изжоги, хватит уже помнить мед и пряники, – поддержала она шутку мужа.
– От шоколада, что? Одна изжога! А ты знаешь, Роберт, – обратившись к себе, продолжил муж известную фразу из любимого фильма: – Купи ей часы, золотые.
– Золотые? В копеечку встанут! – прищурившись, сказала она.
– С золотым браслетом! – воскликнул Роберт, и они рассмеялись.
Они любили шутить, им это давало силы, расслабляло и умиротворяло.
Яна была согласна с утверждением о том, что «юмор укрепляет браки». По ее убеждению, люди, способные шутить и понимать шутки, интеллектуальны и добры.
– Так с какого ювелирного начнем? – спросил муж.
– С самого дорогого! – заключила Яна и поставила кружку на поднос.
Он подал ей руку, и Яна встала с кровати. Роберт не мог удержаться, чтобы не поцеловать ее. Она это знала, но не знала, чем этот поцелуй может закончиться, поэтому спросила:
– А где Артур? Он проснулся?
– Проснулся, но вставать не торопится, – ответил муж.
Она подставила мужу щеку для поцелуя и прямо в пижаме вышла из комнаты.
В комнате у сына было тихо, и Яна, решив его не беспокоить, вернулась в спальню. Роберта там уже не было. Пожалев об этом, она оделась.
После завтрака они отправились по магазинам.
Первый день похода по ювелирным магазинам не принес результатов. За долгие годы супружества они знали, что торопиться с выбором не стоит. Именно поэтому в арсенале ее драгоценностей были только изысканные и элегантные украшения. Ему же, кроме обручального кольца, не было ничего нужно. Оставшиеся после променада силы они бросили на домашние дела, победив их к вечеру воскресного дня.
Глава 2
В понедельник Яна пришла на работу. Она работала в налоговом управлении, начальником отдела. Работа ей очень нравилась. Начав простым специалистом, она освоила за двадцать лет все направления деятельности и последние пять лет руководила коллективом в десять человек. Несмотря на то, что на работе все складывалось для нее более-менее удачно, ее беспокоили предстоящие изменения в организации работы налоговых органов. Непрекращающиеся реформы обещали не слишком приятные перемены. Слияние отделов и сокращение штатов предвещали увеличение объема работы при той же зарплате. Ее отдел должен быть поглощен другим отделом. Что будет с ней, она не знала. Кого из двух начальников отделов предпочтет руководство, ей было неизвестно. Конечно, она хотела возглавить новый отдел, поскольку привыкла быть руководителем. Ей нравилось организовывать людей, ставить перед коллективом задачи и анализировать результаты. Доброе отношение к ней со стороны работников позволяло ей считать себя хорошим начальником. Она никогда не повышала голоса на подчиненных, никогда не обижала их сама и не позволяла обижать другим, старалась быть справедливой, но была и требовательной. У нее имелся единственный недостаток: она была женщиной, а с женщинами всегда сложно. Так ей сказал когда-то руководитель их Управления, сообщив о предстоящих изменениях. И ей было о чем переживать. Начальниками других отделов были мужчины, с которыми руководитель мог не церемониться, а при необходимости мог изъясниться и русским матом.
– Что же вы, сударыня, невеселы, что вы голову повесили? – услышала она.
В своих нерадужных мыслях она не заметила, как, выйдя из лифта, наткнулась на заместителя руководителя Управления. Она его знала мало, поскольку не находилась в его подчинении и их общение сводилось лишь к приветствиям на общих совещаниях. При первом знакомстве его внешность особого впечатления не произвела, а потому интереса к его личности у нее не возникло.
Яна подняла голову и поздоровалась.
– Да так, задумалась, – продолжила она, – есть о чем, грядущие перемены не слишком радуют.
– У вас все будет хорошо! – улыбнулся он и легко тронул ее за локоть.
Его улыбка была такой уверенной, а взгляд таким добрым, что Яна поверила ему сразу.
– Надежда умирает последней, – растерянно ответила она.
В этот момент к лифту подошли сотрудники, и она, не зная, что делать дальше, пожелала ему всего доброго и пошла в свой кабинет.
Наверное, она была не права в том, что первой прекратила их общение. В их организации руководитель выше рангом решал, когда прекратить разговор. Об этом думала Яна, стоя у окна. Она впервые отметила в их общении что-то неказенное, отчего и забыла о субординации.
Яна села за стол. Его голос, тихий, вкрадчивый и мягкий, звучал в ушах: «У вас все будет хорошо!».
– Все будет хорошо, – произнесла Яна вслух, когда в кабинет вошла ее подруга Кира, работавшая в их Управлении начальником отдела кадров.
– Что дало моей рыбке такую уверенность? – спросила подруга.
– Я занимаюсь аутотренингом, – слукавила Яна.
Она доверяла подруге, но в этот раз внутренний голос протестовал правде. Не понимая почему, она решила не рассказывать Кире о встрече с Филиппом Максимовичем Добровым, так звали заместителя руководителя Управления.
– Как дела, как дома? – спросила Яна подругу, зная ее сложные отношения в семье.
– Да вроде ничего, слава Богу! – ответила Кира, побоявшаяся сглазить временное перемирие, наступившее в ее семье.
За чаем Кира рассказала, что назначено совещание по поводу высвобождения работников. Она для каждого заместителя руководителя подготовила сведения о том, кто из начальников какие отделы сейчас возглавляет, и какие отделы формируются после изменения структуры.
Яна, слушая ее, вспоминала утреннюю встречу. Она поймала себя на мысли, что ей приятно думать об этой встрече, хотя она была очень короткой.
– Ты чего улыбаешься? – удивилась Кира, – дело-то серьезное. Шансов остаться в начальниках у тебя мало. Медведев, Подгорнов, Вавилов копытом бьют, жаром пышут.
Яна посмотрела в зеркало, стоявшее на столе: на ее лице действительно сияла улыбка, а она и не заметила.
– У меня все будет хорошо! – твердо сказала Яна и снова представила лицо Филиппа Максимовича, доброе, открытое и надежное.
Зазвонил телефон, разыскивали Киру.
– Ладно, потом договорим, – убегая, сказала она, – завидую твоей уверенности.
Рабочий день прошел быстро, период отчетный, работы много, даже пообедать некогда. Время от времени Яна возвращалась в утро у лифта и, ощущая внутреннюю теплоту, прислушивалась к мягкому шелесту в ушах: «У вас все будет хорошо!».
Дома, как всегда, был вкусный ужин от заботливого Роберта.
– Ты знаешь, Роберт, я очень переживаю, как сложатся обстоятельства на работе. Кира говорит, что шансов немного, – поделилась сомнениями Яна.
– Ян, ты же знаешь мое отношение к твоей занятости. Мне, конечно, нравится, что моя жена красивая и умная, но ты останешься такой же, если перестанешь быть начальником. Мне так даже больше нравится, у тебя время на семью тогда появится не только в выходные дни. Я что-то подустал от вечерних забот по дому. Дай, подай, принеси, – закончил муж с улыбкой.
– Я надеюсь, ты шутишь, – надула губы Яна.
– Да, конечно, – невесело произнес муж, – но в каждой шутке есть доля шутки, не забывай об этом.
Яна знала, что Роберту уже надоело быть мужем вечно занятой жены. Он хотел свободное время проводить вместе не только в выходные и праздничные дни, но и по вечерам. Вместе готовить ужин, вместе смотреть фильмы, вместе читать, в конце концов. Но рабочее время Яны не заканчивалось с окончанием рабочего дня. Всегда нужно было что-то доделать, дочитать, досчитать, проанализировать и так далее. Очень часто и спать-то ложились не вместе, из-за чего даже ссорились.
По своей воле Яна ничего не хотела менять. Ей нравилось быть главной в коллективе, быть на виду, производить впечатление. Так было и сейчас: она хотела возглавить новый отдел, это повысило бы ее профессиональный уровень и человеческий кругозор.
Яна не соглашалась с желанием мужа опустить ее до уровня обычной жены. Она с удовольствием убирала, стирала, гладила, готовила еду для близких, но для этого было достаточно времени в выходные дни. Тем более что Роберт часто уезжал в командировки, Артур был уже взрослый и домой приходил только ночевать.
Внутри Яны появился неприятный холодок от непонимания Робертом ее устремлений. Она надеялась, что он поддержит ее, придаст уверенности в завтрашнем дне, как он делал это всегда. Но ее работа, видимо, не тот вопрос, решение которого понравилось бы им обоим.
Думая об этом, она вдруг вспомнила тихое «У вас все будет хорошо!». У нее потеплело в душе. Она даже улыбнулась…
Как муж ушел спать, она не заметила. Ее мысли вернулись в сегодняшнее утро. Яна задумалась о том, что, пожалуй, это – единственный человек, который поддержал ее. Как жаль, что не муж. Мама тоже была на стороне Роберта, она, хотя и гордилась своей дочерью, считала, что женщина, даже если она руководитель, должна больше уделять времени семье. Артуру было все равно, он, конечно, любил свою маму, однако его собственные дела занимали его куда больше. У него была девушка, которой он и посвящал свое время. Яна опять улыбнулась, вспомнив о сыне. Как хорошо быть молодым!..
Ее мысли прервал стук открывшейся двери.
Глава 3
– Мамуль, привет!
– Артурчик, наконец-то, три дня тебя не видела, – заговорила Яна, обняв сына.
– Мам, есть разговор, – напустил загадочности Артур.
Яне стало смешно, она видела его насквозь и почувствовала, о чем пойдет речь.
– Я думаю, вы с Жанной решили пожениться, – торжественно посмотрев на сына, произнесла Яна.
– Да, – с восторгом выдохнул Артур, – от тебя ничего не утаишь.
– Значит, будем готовиться к свадьбе?! – заключила Яна.
– У нас ведь все будет хорошо, да, мам? – настороженно спросил сын.
В это мгновение она вспомнила «У вас все будет хорошо!» и захотела немедленно это повторить.
– У вас все будет хорошо! – уверенно ответила она, а сама подумала: – Какие замечательные слова!
После ужина любимый сыночек переместился на кровать, и Яна еще долго оставалась рядом, ласково поглаживая его. Она внимательно смотрела на него, понимая его волнение.
У Артура и Жанны не все было гладко. Им, как и всем молодым, хотелось всего и сразу, но для желаемого не хватало ни мудрости, ни чуткости, ни терпения. Их нежелание мириться с недостатками друг друга приводило к непониманию и скандалам. Яна нередко вмешивалась в их отношения, видя, как трудно сыну преодолеть себя, уговаривала обоих и убеждала следовать чувствам, а не эмоциям. Существование между ними любви было видно невооруженным взглядом, но горячность и неуступчивость поднимали такую волну ярости, с силой которой они самостоятельно справляться не могли. Яна надеялась, что со временем дети повзрослеют, поумнеют и станут мудрее. Она питала надежду передать молодым их с Робертом собственный опыт. Опасения и тревоги сына ей были понятны. Однако ей хотелось успокоить своего любимого сыночка, и она повторила, как можно мягче: «У вас все будет хорошо». Поцеловав сына, она вышла из комнаты.
Было уже поздно. Роберт спал. Она легла в постель и прислушалась к себе. Ей было спокойно, что ее удивило. Ей не нравилось отношение мужа к ее проблемам на работе, волновала и тревожила предстоящая женитьба, но никакого беспокойства она не ощущала.
Глава 4
Утром Яна проснулась от подкатившей тошноты. Она резко села на кровати и почувствовала, что ей нехорошо: голова кружилась. Роберт тоже проснулся.
– Ты что? – заботливо спросил он.
– Не знаю, что-то мне плохо, давление, что ли? Принеси мне воды, пожалуйста.
Он вышел, вернулся со стаканом воды. Яна большими глотками опустошила стакан.
– Вроде, полегчало. Надо что-нибудь выпить от давления, – сказала Яна.
– Может, смерить его для начала? – доставая тонометр, проговорил муж.
От сдавливания руки Яне опять стало нехорошо.
– Давление в норме. Может, тебя к врачу отвезти? – зазвучала тревога в голосе мужа.
– Да нет, мне некогда сейчас болеть, – тихо сказала Яна, вставая с кровати.
Голова не кружилась, но была тяжелой. «Старость что ли, подступает», – подумала Яна, вспомнив о предстоящей свадьбе сына. Она не стала ничего говорить Роберту о намерениях молодых, зная, что он не очень одобряет выбор Артура. Отсутствие сил лишало ее желания обсуждать этот вопрос. Муж считал, что если смолоду, в состоянии любви, люди не могут договориться, то нечего время терять, все равно ничего хорошего не получится. Яна была с ним отчасти согласна, но была уверена, что все в жизни можно урегулировать, если есть любовь.
За этими мыслями Яна не заметила, как они с Робертом подъехали к зданию налогового управления. Муж вышел из машины, открыл дверь с ее стороны, подал руку. Яна вышла, и Роберт притянул ее к себе, крепко обняв. Стало так уютно, и она обняла его в ответ.
– Вот так и любовалась бы, – заставил их обернуться голос Киры, – но хватит обниматься, на работу пора.
Загадочно улыбаясь, Кира подошла к Яне, взяла ее за руку и шутливо принялась тянуть в сторону входа в здание. Все рассмеялись.
– Привет, – сказала Кира.
– Привет, как дела? – одновременно произнесли Яна и Роберт.
– Нормально. Ян, мы опаздываем, догоняй.
Кира ушла, помахав рукой Роберту.
– Ладно, надо действительно идти, – грустно сказала Яна.
– Ну, до вечера, – ответил Роберт и поцеловал жену в губы.
Так, целуясь, они расставались каждый раз, независимо от того расставались они на несколько часов или дней.
Яна сидела за столом и, поправляя макияж, смотрела в зеркало.
– Ну, красавица! – воскликнула вошедшая в кабинет Кира. – Давай кофейку махнем, потом некогда будет: на сегодня совещание назначено по штатам.
– Давай, – Яна достала из ящика стола печенье.
Кира налила кофе и выложила бутерброды с вареной колбасой. От запаха и вида колбасы у Яны подкатил комок к горлу.
– Ты чего это такая бледная? – озабоченно посмотрела ей в глаза Кира. – Волнуешься за должность? Не волнуйся, сегодня ее не обсуждают.
– Да нет, с утра что-то нехорошо, мутит. Думала давление, но нет, оно в норме. Наверное, нервяк. Представляешь, Артур решил жениться, – сказала Яна, наслаждаясь благоухающим напитком.
– Ой, Ян, не могу сказать, что я в восторге от вашей Жанны. Мне она какой-то фальшивой кажется, – выразила сомнение подруга.
– Ну ты, как Роберт, она ему тоже не очень, – сказала Яна. Ее взгляд упал на колбасу, и тошнота снова подступила к горлу. Яна выскочила из кабинета, еле успела добежать до раковины в туалете.
– Ян, а ты не того? – спросила Кира, когда Яна вернулась в кабинет.
– Ну, нет. Хотя, не знаю. Я могу забеременеть даже от поцелуя Роберта, – задумчиво произнесла Яна.
– Будем надеяться, что нет, не в нашем возрасте рожать. Тебе это сейчас совсем не кстати. Назначения точно не произойдет, если ты объявишь, что беременна, – Кира твердо посмотрела на Яну.
– Поживем, увидим, – ответила она.
Зазвонил телефон, Киру вызвали на совещание.
Яна принялась за работу. Мысли о беременности, однако, не давали ей покоя. Она посчитала дни, что не обрадовало ее. Она поняла: такое вполне возможно. Она растеряно искала глазами текст отчета, но цифры в голову не шли. Она подняла трубку телефона и записалась на прием к гинекологу на завтра. Ждать не хотелось. Можно было, конечно, тест на беременность купить, но ей не хотелось будоражить Роберта. Она знала, что он будет ее уговаривать оставить ребенка, она будет сомневаться и плакать, делать выбор. А ей беременность сейчас совсем не нужна. Хорошо, что Роберт ночью уезжает в командировку, ей хотелось побыть одной.
– Янка, представляешь, что сейчас было? – ворвалась в кабинет Кира, – на совещании первый зам поднял вопрос о кандидатурах на должности начальников новых отделов, обсуждали-обсуждали, как вдруг на руководство отделом, который поглощает твой отдел, он предложил твою кандидатуру. Главный долго не соглашался, но Филипп Максимович поставил в пример политику Владимира Владимировича Путина, который на высокие посты назначает женщин, дал тебе отличную характеристику и попросил всех, кто имеет право участвовать в принятии решения, одобрить твою кандидатуру. В результате Борис Борисович согласился и с твоими деловыми качествами, и с твоим назначением. Так что я тебя поздравляю: быть тебе начальником нового отдела.
– Ты же говорила, что в повестке не было этого вопроса? – подняла брови Яна.
– Так и не было. Я же говорю, вопрос поднял первый зам и настоял, чтобы он был решен в его присутствии. Он на месяц в командировку уезжает, – пояснила Кира.
– Ясно, – вздохнула Яна.
– А ты как себя чувствуешь? Не тошнит больше? – озабоченно спросила подруга.
– Мне теперь не до болезней. Но на завтра я записалась к врачу, хочу все сразу решить, – отрезала Яна.
– Тебе, может, за тестом сходить? Сомнения развеешь, – предложила Кира.
– Не хочу. До завтра продумаю все варианты, и никакая неожиданность не застигнет меня врасплох.
– Ян, ты меня извини, конечно, но когда будешь принимать решение, подумай: тебе уже тридцать девять лет, у тебя сын женится, неужели тебе хочется ночами не спать, по яслям, садам и школам на старости лет бегать. С внуками набегаешься скоро. Да и должность, ты представляешь, как подставишь своего благодетеля, ну и себя, конечно. Главный так и скажет: «Бабы, бабы и есть».
– Кир, и так тошно, – отмахнулась Яна.
– Ладно, все будет так, как должно быть. Пошли на обед, – твердо сказала Кира.
– Мне не хочется, может, чая попьем, – предложила Яна.
– Давай, продолжим беречь фигуры, – достав чашки, сказала Кира.
– Слушай, мне показалось, первый зам тобой заинтересовался не на шутку, вы где-то еще пересекались, может, я чего не знаю? – вопросительно посмотрела подруга.
– Да нет, сама не понимаю. А он тебе вообще, как? – Яна подняла глаза на Киру.
– Я знаю таких мужиков. Ему ведь около шестидесяти, а это – старая закалка еще. Он, наверное, много знает, хорошо говорит, может убеждать, очень заботливый. У меня когда-то начальник такой был. У него подруга была на двадцать лет моложе, так он ей во всем помог: и с хорошей должностью, и с квартирой, и с институтом для дочери. А романсы пел так проникновенно, что душа рвалась вслед за словами. У него бывал такой взгляд, нежный и уважительный, знаешь, мол, не молод и не красив, но желание любить с годами не проходит. Он умер уже давно, но теплота в душе возникает всегда, когда я его вспоминаю, хотя его песни и взгляды меня не касались. И его приятели такими же были, с кем мне доводилось встречаться. Таких, как они, среди молодых я не встречала. А сегодня, когда я смотрела на Филиппа Максимовича, мне они вдруг опять вспомнились. В общем, если он на тебя запал, у тебя интересный этап в жизни начинается, ну, если ты не возражаешь, конечно. Роман моего начальника с его подругой закончился лишь с его смертью.
– У нее был муж? – спросила Яна.
– Она с мужем разошлась, после того как у них начался роман. Он свою семью не оставил. Любил издалека. Она, не знаю, любила ли, но, что относилась к нему с глубочайшим уважением, это – факт. У нее был еще один мужик, которого она от всех скрывала. Скрывала очень тщательно, иногда казалось, она его придумывает, когда что-то по секрету рассказывает. Он, я узнала случайно, тоже был большим начальником, но помоложе.
– Эта подруга любила начальников, – подвела итог Яна.
– Очень искренне и нежно, заметь, – ответила Кира.
– У меня есть муж, и я его никогда ни на кого не променяю, – горячо заверила Яна.
– Роберту повезло, – закончила разговор Кира, лукаво посмотрев на подругу.
Кира ушла, а Яна задумалась. Она представила лицо Филиппа Максимовича и снова услышала его голос: «У вас все будет хорошо!». В зеркале отразилась ее улыбка.
«Как странно. Неужели он проявил ко мне интерес? Почему бы и нет. По сравнению с его женой, а ей тоже, наверное, около шестидесяти, я молода, свежа и хороша собой», – думала Яна.