Аристарх Игнатьев. Герой по найму

– У меня с фигурой всё в порядке, – тихо буркнула Кудрявцева.

– Да, я вижу, – Колосов, чтобы не смущать девушку, отвёл взгляд в сторону. – Но вы всё же поешьте. У любого правила есть свои исключения.

Девушка хотела оспорить данное утверждение, но вовремя осознала, что с голодом спорить сложно.

– Спасибо.

Евгения Валерьевна жадно откусила пирожок и сделала глоток согревающего чая.

– Вкусно, – с набитым ртом произнесла Кудрявцева.

Колосов одобрительно кивнул. Ещё вчера он и представить не мог, что подобное чудо свершится буквально на пороге его тридцатого дня рождения.

– Пирожки с капустой. Свежие. Бабушка пекла. Вы ешьте.

Евгения с аппетитом истощавшего волка расправлялась с румяными пирожками. В данный момент ей казалось, что ничего вкуснее этой домашней стряпни он никогда не ела.

– Передавайте вашей бабушке огромную благодарность.

– От кого? – Колосов загадочно улыбнулся.

– От жертвы полицейского произвола, – Кудрявцева прожевала остатки пирожка и запила их чаем.

Игорь Иванович не стал оправдывать как собственную неблагодарную работу, так и своих коллег по цеху.

– Всякое бывает, – Колосов незамысловато пожал плечами.

Евгения Валерьевна допила чай и поставила кружку на поднос.

– Конечно, – Кудрявцева многозначительно качнула головой. – Я понимаю, деньги они всем нужны.

Игорь, будучи человеком неглупым, быстренько смекнул, откуда ноги растут. И тут же поспешил прояснить ситуацию.

– Я так понимаю, речь идёт о цыганке?

– Вы всё правильно понимаете.

– Бывает и такое, – Колосов неопределённо пожал плечами. – Ребята все приезжие, а в столице, вы сами знаете, великое множество соблазнов. И у каждого из них есть вполне конкретная стоимость.

– А вы, стало быть, коренной москвич? – поинтересовалась Кудрявцева.

– Нет, ну что вы. Я, как все, лимита. Приехал из Зеленограда.

– И, чтобы оплатить съёмную квартиру и услуги продажных женщин, вы торгуете честью мундира.

– Не совсем так, – Колосов усмехнулся. – Вернее, совсем не так. Живу я у бабушки, а продажная любовь меня не интересует. Потому как верю в любовь настоящую. Чистую и непорочную. С чистотой мундира тоже всё в порядке. Я не осуждаю своих коллег, но в душе против коррупции. Оттого и не участвую в делёжке сторонних финансовых поступлений.

После короткого откровения привлекательного офицера полиции Евгения Валерьевна взглянула на парня несколько иным взглядом. Потому как в наше непростое время люди честные и принципиальные ценятся на весь золота.

– Нелегко, наверное, вам, такому хорошему, существовать в подобном коллективе? – предположила Кудрявцева.

– Нелегко, – согласился Колосов. – Но сегодня я отрабатываю свою последнюю смену.

– И что? Увольняетесь.

– Нет, почему. Перевожусь.

– В полицию нравов?

– Московский уголовный розыск, – уточнил Колосов.

– Меня Женя зовут, – Кудрявцева доброжелательно улыбнулась.

– Я Игорь, – Колосов приложил ладонь к виску. – К вашим услугам.

Евгения Валерьевна, слегка поразмыслив, решила прибегнуть к предложенным услугам. Лёгкие сомнения одолевали Кудрявцеву, но, собрав в кулак всю свою решительность, она сделала уверенный шаг навстречу неизвестности.

– Игорь, мне очень нужно сделать один телефонный звонок.

– Я вас понимаю, – Колосов безразлично хмыкнул. – Но мы не в Америке.

– Значит, не позволите? – озадаченно спросила Кудрявцева.

– Конечно же, позволю.

Колосов тихо рассмеялся. Кудрявцева, видя искренность его глаз, широко улыбнулась и укоризненно покачала головой.

– Так чего вы тогда меня расстраиваете, товарищ старший лейтенант?

– Ну, – Колосов хитро прищурился. – Пирожки кушать вы тоже не сразу стали.

– А вы злопамятный и мстительный человек, Игорь, – Кудрявцева, сама не замечая того, прониклась к принципиальному полицейскому симпатией.

– Нет, – Колосов отрицательно покачал головой, – Я просто обожаю предельную ясность и категорически не приемлю недосказанность.

Игорь Иванович достал из кармана смартфон и протянул его Евгении.

Кудрявцева вопросительно взглянула на Колосова, вспоминая свой последний конспиративный звонок.

– Говорить нужно тихо и желательно в углу камеры. Так?

Колосов одобрительно кивнул головой.

– Желательно полушёпотом и стоя на коленях.

Евгения обиженно надула губы и едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Ну, я серьёзно, Игорь.

– Я тоже не шучу. Оставайтесь на месте и говорите отчётливо и внятно. В противном случае я буду вынужден вас арестовать и сопроводить в камеру предварительного заключения.

Незаметная искра промелькнула между двумя ещё совсем недавно посторонними людьми. В рамках мирового масштаба событие, безусловно, пустяковое, но в границах отдельно взятых судеб явление более чем глобальное.

Евгения Валерьевна по памяти набрала номер отца и вновь натолкнулась на непреодолимую стену. Затяжная серия длинных гудков поставила девушку в весьма затруднительное положение.

– Спасения ждать неоткуда? – поинтересовался Колосов.

– Похоже на то, – Кудрявцева печально улыбнулась. – Зря я, конечно, преступила черту закона. Ну, подумаешь, в карты играла на раздевание. Песни пошлые под гитару пела, старушку ограбила. Пустяки. А вот то, что я продавщицу цветочного ларька задушила, вот этого я себе никогда не прощу.

Игорь с умилением смотрел на прекрасную девушку. Соловьи взяли незначительную паузу, и в продрогшей душе молодого офицера расцвели ландыши.

– А несанкционированный митинг вы посетили уже после этого зверского убийства, – Колосов не смог сдержать улыбку. – Я правильно понимаю?

Евгения подошла к Игорю и протянула ему смартфон.

– Всё верно, гражданин начальник. Вот такой я непутёвый человек.

– А мне кажется совсем наоборот. И у меня этому есть масса подтверждений.

– Да что вы! – Кудрявцева села рядом с полицейским и удивлённо хмыкнула. – Ну приведите хотя бы одно обоснование моей порядочности.

Игорь Иванович вспомнил душевный разговор без срока давности и с распахнутой настежь душой изложил его суть задержанной гражданке.

– Когда мне было пятнадцать, – начал рассказ Колосов. – Моя бабушка сказала, что счастье не нужно искать, оно само найдёт меня. В специально отведённый для этого день и час.

Нечто подобное Евгения Валерьевна недавно слышала из уст цыганской провидицы. Девушка удивлённо хмыкнула и задумчиво опустила взгляд.

– Бабушка тогда сказала, что самое главное в нашей жизни – это встретить своего человека. Того, с кем ты будешь ощущать покой и безмятежность. Того, с кем ты будешь с радостью засыпать и с благодарностью встречать каждое новое утро.

– Что-то в этом есть, – призналась Кудрявцева. – Только как же его распознать, этого человека?

– Именно такой же вопрос я задал своей бабушке. Её ответ меня поразил и вдохновил одновременно.

– И что же она ответила?

– Она говорила, что эту встречу невозможно пропустить. Её невозможно обойти стороной. Бабушка сказала, что когда это произойдёт, моя душа запоёт серенаду и улыбка не будет сходить с моих уст. И она была права.

Откровенное признание в любви не оставило Евгению Валерьевну равнодушной. Хотя лёгкий румянец коснулся её нежных щёк. Подобное притяжение душ немного пугало девушку. Она полностью отдавала себе отчёт в том, что Игорь ей определённо нравился. И это лёгкое пламя симпатии обещало в скором времени вспыхнуть ярким костром возвышенных чувств.

– Поздно уже, – Кудрявцева смущённо отвела взгляд в сторону.

– Вы правы, Женя, – Колосов, понимая, что главные слова уже сказаны, взял Кудрявцеву за руку. – Пойдёмте. Вряд ли вам здесь удастся заснуть.

– И что? – Кудрявцева доверчиво посмотрела на Колосова. – Вы мне предоставите кушетку и верблюжье одеяло?

– Я предоставлю вам возможность провести остаток ночи дома.

– Не поняла? – Кудрявцева удивлённо вытаращилась. – А как же суд, скамья подсудимых и длительное тюремное заключение?

– Отменяется, – располагающая улыбка на лице старшего лейтенанта говорила о том, что доблестный блюститель правопорядка не шутит. – Мы сейчас выходим отсюда, и вы едете домой.

– А как же ваши коллеги?

– А это будет их прощальный подарок, – Колесов распахнул дверь камеры. – Хотя пару ящиков пива всё же купить придётся.

Уже стоя на улице в ожидании своего ангела-спасителя, Евгения в очередной раз вспомнила старую цыганку.

– Ай да Лейла, – Кудрявцева озадаченно качнула головой.

– Вы сейчас о чём? – Колосов подошёл сзади.

– Я говорю, что от судьбы не уйдёшь.

– Это точно. И у моей бабушки на этот счёт имеются неопровержимые доказательства.

– По всей видимости, она у вас очень мудрая женщина, – Кудрявцева лукаво улыбнулась.

– Её мудрость не знает границ. Если хотите, я могу вас познакомить.

Евгения Валерьевна решила не торопить ситуацию и проигнорировала оригинальное приглашение в гости.

– Такси, я надеюсь, вы вызвали?

– Конечно, Женя.

Игорь протянул Кудрявцевой её сумочку.

– Деньги у вас есть?

Евгения неуверенно пожала плечами.

– Ну, если ваши коллеги их не изъяли, тогда определённо есть.

– Всё на месте, – успокоил Колосов. – Я проверял. И кошелёк, и телефон – всё в сумке.

Жёлтая «Волга» плавно подъехала к отделению полиции. Игорь Иванович печально взглянул на автомобиль и коснулся кончика своего носа.

– Мне очень не хочется вас отпускать, Женя, – Колосов сказал правду.

– Вы хотите снова поместить меня в обезьянник? – Кудрявцева также тянула время.

– Пожалуй, не сегодня, – пошутил Колосов. – Может быть, в следующий раз.

– А когда он наступит?

– Ровно в тот миг, когда вы вновь кого-нибудь ограбите и убьёте.

– Ждите меня завтра.

Кудрявцева громко рассмеялась и подошла к Игорю ближе. Она стеснительно опустила взгляд и несмело поцеловала своего героя в щёку.

– Спасибо вам, Игорь.

– Вам спасибо, Женя, – Колосов воодушевлённо вздохнул.

– Мне-то за что?

– За встречу, за поцелуй. За то, что вы есть.

Водитель такси не был в душе романтиком и возвышенных порывов ни к кому не испытывал. Чувство прекрасного ему было неведомо, именно поэтому он раздражённо выругался и нервно нажал на клаксон. Пронзительный звуковой сигнал оповестил молодых людей, что время затяжного прощания подошло к концу.

– Я побежала, – Кудрявцева коснулась руки Игоря и сделала несколько шагов назад.

– Телефон! – выкрикнул Колосов. – Номер?

– Запомнишь?

– Запомню, – Колосов утвердительно кивнул головой.

Игорь Иванович долго смотрел вслед исчезающему автомобилю и прокручивал в голове заветные цифры. Эта ночь приоткрыла перед парнем плотную завесу снов, и он, набрав в лёгкие воздух, проникновенно запел. Серенад Колосов не знал, поэтому с его влюблённых уст сорвались незамысловатые слова старинного романса и разлетелись по всем окрестным дворам и переулкам.