Жизнь мага: Выбор

Меня так заворожил Кальгон, что я не решился сразу искать академию, а просто стал бродить по городу. Меня, приехавшего из глуши, и впервые видевшего большой город во всем его дневном величии, удивляло и потрясало все. Наряды пышные, несуразные, смешные, со странными шнурками, одутловатостями, придававшими телам носивших их скорее нелепость, нежели важность, с которой они ходили по городу. Попрошайки, которые, похоже, знали цену своей работе, готовы были драться за место на площади. Стражи, сколь бдительные ночью, столь же и бесполезные сейчас, когда на улице было много народу. Удивляло, что здесь множество не только лассонесцев, но на улицах было нетрудно найти черноволосых инголдийцев, наверняка державших здесь лавки с лучшими пряностями, смуглых и светлоглазых драгорийцев, а изредка даже попадались и серокожие жители Артании. Обитателей Ширианского Архипелага я никогда не видел, и здесь они так же не встречались.

Меня поразил местный храм. В нашей деревне вся жизнь крутилась вокруг церкви. Здесь же, вместо того, чтобы строить восемь церквей и запретить поклонение Шотеру, то есть сделать все как полагается, все было наоборот. Одно большое здание было разделено на девять частей, и никто не думал запрещать поклонение темному божеству. И, ко всему прочему, собор стоял на самой окраине города.

Вообще храм не был древним, как и весь Кальгон, поскольку этому городу всего-навсего двести лет. Поэтому в отличие от Дрома, и нашей маленькой деревни, Храмовая площадь изначально была задумана так, чтобы храм мог служить многим божествам. Главное, и самое большое здание храма стояло спиной к городской стене, и в основании представляло из себя полукруг. У храма было девять входов и один общий зал. Где проводились большие литургии. Дорога к каждому из залов была выложена определенным цветным камнем, а на дверях была написана та часть священного писания, что относилась к божеству этого зала. Слева был западный корпус, где располагалась библиотека храма. Как я сразу выяснил, ей могли пользоваться только священники, или люди, посвятившие себя паломничеству к святыням божеств, похожих на ту, что была рядом с нашей деревней. Все остальные должны были заплатить немалые деньги, за то, что бы читать книги, принадлежавшие храму.

Справа располагались все хозяйственные помещения храма. Внимательно всё осмотрев, я решил зайти помолиться Толону и Свенне. Другие основатели еще не стали для меня столь же значимыми, как эти двое.

Продолжить осмотр достопримечательностей я решил, направившись в центр города, где располагался королевский дворец. Он находился за двумя рядами мощных стен, и рассмотреть его было очень сложно, но выступающая часть напоминала остальную архитектуру города. Разве что несколько инородными казались остроконечные башни, и то, что замок был не желтовато-серым, как весь город, а бел как снег.

Я еще побродил по прекрасным чистым улицам, зашел в несколько магазинов, где ничего толком не мог купить, но так и не нашел королевской гвардейской школы. Тогда я не выдержал и все же обратился к первому попавшемуся на глаза прохожему с целью выяснить, куда мне нужно идти. Первым прохожим оказалась девушка, на вид обыкновенная, в достаточно простом свободном платье.

– О, вы собираетесь поступать? – не без интереса спросила она.

– Да, – скромно ответил я.

– Вы, безусловно, выиграли королевский турнир на своей оконечности острова.

– Нет, я не смог выиграть. Я занял только… А с чего вы решили, будто я вообще что-то выигрывал?

– Вы одеты незатейливо, по-деревенски, не похожи на аристократа. У вас простое лицо, и вы явно первый раз в городе, раз не знаете, где находится Королевская гвардейская школа. Поэтому я и решила, что вы издалека, а лицензию, которую сжимаете в руке, можно получить только одним способом, – при этих словах она игриво улыбнулась. – То что вы ищете находится за стеной королевского дворца. Просто покажите стражникам у ворот эту бумажку, и они будут должны тебя пропустить. Дальше я не могу вам помочь.

– Спасибо за помощь, вы… – я замешкался, вглядевшись в ее лицо. Я не сразу отметил эту красоту – темные волосы, едва смуглая кожа, словно после летнего загара, голубые глаза, тонкие, черные брови, эмоционально поднимающиеся вверх-вниз с каждым ее словом – очень мне помогли, – наконец выдохнул я.

– Обращайтесь, – сказала она и хотела уйти, но я остановил ее.

– А к кому обращаться?

Она серьезно взглянула на меня, и нахмурила тонкие черные брови.

– Если что меня зовут Арна.

– А меня Гол, – неуклюже слетело с моих губ, когда она уже повернулась и вприпрыжку убегала по узкой улице. Вскоре воздушная девушка, словно видение, явившееся мне, скрылась за проходящими мимо людьми, и я с разочарованием подумал о том, что не скоро увижу ее вновь.

Когда я подошел к охранникам у ворот, они долго изучали мою лицензию, но не захотели меня пропускать. Я выглядел совершенно измотанным, вся моя одежда была в пыли после дороги, а помимо внешнего вида, наверняка надоел этим стражам тем, что торчал тут рассматривая замок.

– Ты грязный оборванец, и я не могу быть уверен, что ты не украл эту лицензию у кого-нибудь более достойного.

В моей душе начала подниматься ярость. Мне показалось это настолько несправедливым, что я не нашелся, что ему ответить. Но мимо меня прошли Эрес и Хауг Хармотен, и тепло поприветствовали меня и словом, и жестом. Я увязался за ними, и уязвленный сторож ворот не решился при них ничего мне высказывать. Мне оставалось лишь удивляться, как за прошедшие два года они не забыли мое лицо.

Однако, пятый дорин короля, похлопав по плечу своего сына, отправился в замок, ведь у него наверняка были дела, и мы отправились в академию вдвоем. Стоило старшему Хармотену отойти, как Эрес толкнул меня в плечо и скороговоркой выфпалил дюжину вопросов, которые я даже разобрать не с умел не то что ответить на них.

– Ты не сильно разговорчив, – сказал он и его голубые глаза смеялись, – и это хорошо. Здесь не любят разговорчивых, таких как я.

– Просто устал от долгой дороги.

– Ничего, я думаю, ты успеешь отдохнуть. Знаешь, у нас есть возможность поступить не только в гвардию, но и в кавалерию, в каких войсках ты себя видишь?

– Я не умею толком верхом ездить, поэтому представляю себя только пешим. Ты так говоришь, что поступление кажется вопросом уже решенным, а экзамены вряд-ли окажутся простыми.

– Не волнуйся. Эти испытания условны. Королю в гвардии нужны сильные воины, а не ученые мужи. Вопросы по истории ограничатся самыми важными сражениями, а военная тактика это не сложно. На самом деле королевская гвардия – самые безопасные войска. Мы почти все время будем находиться при короле, и являться его личным полком. И еще лучшие из нас – при этих словах он многозначительно посмотрел на меня, – будут руководить армией. В этой школе нас должны будут всему научить всего за три года.

– Ты далеко заглядываешь. Нужно еще поступить, – ответил я, уверенный в том, что все будет не так радужно, как расписывает Эрес.

– Не волнуйся. Ты занял третье место в турнире, объединяющим две большие деревни, а так же пригороды Аброта.

– А почему оттуда люди ехали соревноваться к нам, путь-то неблизкий.

– Потому что Аброт огромный и очень богатый город, и в нем хватает людей и на свой внутренний турнир. В общем, кому-кому, а тебе волноваться не о чем. Проблемы с поступлением будут у тех, кто не сумел получить королевской лицензии.

Я не был в этом так уверен, но все же не стал возражать – Эрес наверняка лучше это знал, ведь его брат уже учился здесь.

– Слушай, Гол, мне не дает покоя одно обстоятельство.

– Какое?

– Во время нашего сражения ты посмотрел мне в глаза, и я потерял сознание. Что это было?

– Не знаю. Просто ты, наверное, очень устал, и твое тело не выдержало напряжения, – соврал я. Уже тогда я прекрасно понимал, что во время той схватки я пользовался магией.

Эрес хмуро посмотрел на меня. Эта гримаса ему совершенно не шла – у него были светлые волосы, бровей почти не было видно, и голубые глаза казались такими наивными, что когда он хмурился, он был похож на обиженного ребенка.

А по телосложению мы были похожи – оба были не очень высоки, худы и жилисты, и у нас обоих были чуть более длинные руки, чем обычно. В фехтовании такое телосложение давало преимущество над противником.

Эрес знал, где находится здание школы, и уверенно шел по аккуратно выложенным каменным дорожкам. Мы прошли мимо замка, который вблизи казался еще больше нежели издалека, вошли в парк. Люди, изредка встречавшиеся нам на этом коротком пути, в основном гвардейцы на службе, направляли изумленные взгляды на мое бедное одеяние, но я, следуя совету Эреса, в знак приветствия поднимал левую руку. Многие приветствовали моего знакомого, и старались не обращать внимания на меня. Это нисколько не задевало меня. «Они еще будут уважать меня» – пронеслось у меня в голове.

Вскоре мы дошли до большого здания. Оно было построено из темного серого камня, и в нем было три этажа. На уровне второго из них был большой треугольный козырек, подпираемый с каждой стороны тремя колоннами. Мы поднялись по трем внушительным каменным ступеням и оказались перед большими деревянными дверями, выкрашенными в белый цвет. На дверях висели огромные железные кольца. Эрес уверенно постучал, и незамедлительно дверь открыл человек в начищенных до блеска доспехах с королевской символикой.

– Поступающие?

– Так точно, – сказал Эрес, и прислонил левую руку к правому плечу.

Я последовал его примеру. Человек широко улыбнулся, и спросил, есть ли у нас лицензии. Мы оба продемонстрировали золоченые листы с печатью короля.

– В таком случае, вы первые поступающие в этом году. Проходите. Нужно решить вопрос с вашим поселением. Надо полагать вы друзья, и хотите поселиться в одной комнате?

Эрес ответил раньше, чем я успел обдумать вопрос.

– Да. Если Вам не сложно, поселите нас в восточном крыле.

– Конечно, – и улыбчивый человек что-то пометил в своем журнале.

Я последовал за своим проводником в этот новый для меня мир по деревянной лестнице, расположенной по левую руку от входа. Каждый второй пролет выходил на новый этаж, и вскоре мы вышли в длинный коридор, тянущийся, судя по всему на всю длину здания. Но оказалось, что это не совсем так. Здание нашей школы представляло из себя огромный квадрат, внутри которого был двор, где проводились уроки по верховой езде, и другие занятия, требующие простора и свежего воздуха. Соответственно вскоре коридор повернул, и мы оказались в очень похожем помещении. Как и в предыдущем проходе, по бокам здесь были двери для комнат.

Как оказалось, окна были только в тех комнатах, что были с внутренней стороны квадрата, и с улицы наша школа смотрелась как темное безоконное здание. Теперь я здесь буду жить как минимум ближайший месяц.

Первым экзаменом была военная история, и в первый раз ее принимали третьего числа месяца Звезд, а после этого восьмого. Но попытка была всего одна, а время ее использования – любое. За два с половиной дня я изучил книгу об основных сражениях первой эпохи, причем оказалось, что о многих из них я знал из книжки о тактике, где большинство этих битв приводилось в пример. Правда, во многих случаях важным фактором являлись личные подвиги и воля к победе, и все тактические расстановки являлись лишь дополнением к человеческому мужеству.

В общем, сдать этот экзамен, как и предсказывал Эрес, не представляло ни какого труда, и следующим на очереди были испытания на силу и выносливость. Мы таскали ведра с водой из одного конца двора в другой, и должны были набрать огромный чан. Я не раз занимался чем-то подобным и у себя в деревне, помогая матери по дому, поэтому и этот экзамен для меня прошел успешно. Это было шестое число месяца, и сразу после экзамена мы с Эресом решили узнать, какие еще комнаты заселены, и кто как обосновался. Оказалось, что лишь в комнату рядом с нами поселился мальчик по имени Нейдер, выигравший свой турнир, только он жил не на острове Ласса, а на материке Сааш, в местности, что называлась Аритрианией и граничила с инголдийскими землями. Он приплыл сюда на огромном торговом судне, и ехал, как и я, через весь остров, мимо Дрома и полей Виирен. Но только, не через мою деревню, а через Аброт, по реке Теньлуа.

Кроме меня, Эреса и Нейдера приехало еще семь человек, все они были сыновьями аристократов. Всего же было пятнадцать комнат, из них двенадцать жилых, на четыре человека каждая, и располагались они корпусами, по разным сторонам света, на которые были ориентированы стены. В каждом из отделений было по четыре комнаты, то есть по двенадцать человек в корпусе, а во всех остальных комнатах жили люди со второго и третьего курса. Правда, там редко в комнатах было по четыре человека, очень многих отсюда исключали за неуспеваемость.

Пожалуй, стоит описать и сами жилые помещения – это были простые комнатушки с голыми стенами и холодным полом, в каждой стояло по две двухэтажные кровати, каких я до этого не видел. У нижних мест были прикроватные тумбочки, а рядом с верхними прикручены специальные полки. Так же тут стояло два больших стола, были крючки, что бы вешать одежду. Этим убранство комнаты ограничивалось. Так же на каждый корпус был один туалет и душ, в который мы должны были сами каждое утро носить воду. Мыться, по уставу школы нужно каждый день.

Последним, экзаменом был предмет «основы военной тактики», где мы должны были передвигать деревянные фигурки солдатиков, правильно расставляя их на большом зеленом поле. Экзамен оказался на редкость простым – по специально разработанным правилам мы должны были одолеть экзаменатора, который располагал гораздо меньшим войском, чем поступающий. Я с легкостью смог окружить неприятеля и взять его флаг. Эти флажки было разрешено забрать себе на память, и я всегда носил свой приколотым к нагрудному карману формы. Сразу после удачно проведенных боев мы с Эресом и Нейдером решили последний раз свободно погулять по территории дворцового парка, и рассказывать друг другу всякие веселые истории. В школе была очень строгая дисциплина, и едва ли нам удалось там так повеселиться.

Слушая их рассказы и звонкий смех, я не раз вставал на цыпочки, старая усмотреть все детали замка, спрятанного за еще одной высоченной стеной, защищенный рвом и мощными пушками. Нет, разглядеть замок было невозможно, оставалось лишь смотреть во все глаза на угловые башни стен, да на верхние ярусы дворца. И, конечно, по обычаю, здесь так же были резные деревянные ворота. На них было изображено писание девяти – на верху, где огромные створки сужались, был изображен Толон Воитель, и некоторые из его деяний, дальше Миста, Ихару, Волрон, Нитог, Свенна, Агаш, а чуть ниже, на самых маленьких из делений Гордрог и Шотер. Первый – символ мужества и невероятной силы воли, и второй его противоположность, покровитель смерти и страха. У первых семи основателей лица были изображены довольно просто, все они были похожи между собой, а у последних двух нет. Эти двое были рождены в Неллионе, и не могли сравниться с Великими, но зато их лица остались в памяти человечества, и здесь они были крайне реалистичны, можно было представить их перед собой, и не узнать в них великих людей. Именно это больше всего привлекало в них, заставляло идти за ними, жаждать их расположения, восхищаться их поступками. Именно поэтому даже у Шотера было огромное количество последователей. Я долго вглядывался в смеющееся лицо темного основателя, колдуна, что принес в мир больше зла, чем кто либо другой.

– Хватит, еще насмотришься, – толкнул меня в бок Эрес, – лучше пойдем в город, ведь потом нас не будут выпускать из школы. Вы когда-нибудь пили штар?

Я слышал об этом напитке, но у нас в деревне его не варили, а продавцы заламывали такие невозможные цены за него, что мы не могли позволить себе такой роскоши. Да и потом простые обыватели относятся к Штару с предубеждениями, ведь он обладает чарами, а кто позволит вмешиваться колдовству в свою жизнь?

– Всегда мечтал попробовать, но сам понимаешь, больно дорого, – ответил Нейдер, а я лишь отрицательно покачал головой.

– Тогда я предлагаю сходить в «Проклятие хессета». Там очень неплохой штар, а так же можно просто выпить пива, или чего покрепче, – он лукаво посмотрел на нас.

– Прости Эрес, – тихо сказал я, – у меня осталось совсем мало денег.

– Не волнуйтесь. У меня их вполне хватит. Я думаю, что нужно отметить наше поступление, а то бесцельное хождение меня угнетает, – его верхняя губа капризно дернулась при этих словах.

Нам с Нейдером не пришлось долго думать, чтобы дать утвердительный ответ на это предложение.

В трактире было душно, мест за столами почти не было. В основном здесь сидели обыкновенные горожане, и отдыхали после тяжелого дня, обмениваясь новостями. Поэтому в зале стоял невыносимый гам, да еще, ко всему прочему, надрывались два менестреля с лютнями. Некоторые курили длинные трубки, от которых шел легкий дымок, и выпускали изо рта красивые колечки. Эрес, видимо, здесь уже бывал не раз, трактирщик знал его.

– Три штара, только как можно горячее, – почти прокричал мой друг, и положил на стол три большие золотые монеты. Таких денег я даже в руках не держал никогда. У меня была какая-то медная мелочь, но здесь я не мог на нее ничего купить.

Трактирщик был не разговорчив, и просто поставил на стол три кружки, от которых поднимался густой пар.

Мы быстро нашли самый дальний угол, и устроились туда. Там было темно и тихо, что, несомненно, было приятным обстоятельством в шумной таверне.

Я никогда, никогда не забуду момент, когда в первый раз в жизни попробовал Штар. Это был густой горячий напиток, который, словно металл затекал в горло и обжигал все внутренности. Меня словно бросило за грань, а затем столь же стремительно обратно, я безвольно поставил локти на стол, и положил на ладони падающую голову. Еще мгновение, и это превратилось в невероятное, неземное наслаждение. Легкий соленый привкус во рту, туман в глазах, и слова, без моего желания, слетевшие с языка.

– Эрес, обещай, что никогда не убьешь меня.

– Гол, ты в порядке?

– Обещай!

– Конечно, я никогда не сделаю подобной глупости, – растерянно произнес он.

– Обещай!

– Обещаю, клянусь, только успокойся!

Я упал на стол и закрыл лицо руками. Слова друзей казались далекими, а их силуэты призрачными, мне было легко и приятно чувствовать каждую колдовскую соринку, всю магическую пыль, что витала в воздухе.

– Мне говорили, что иногда подобное бывает, – услышал я Эреса, – тебе нужно охладиться, иначе совсем башню снесет!

Мы взяли холодного пива, которое после Штара казалось пресным и не вызывало никаких эмоций. Мне даже показалось, что совершеннее напитка, чем штар не существует, будто никогда не пробовал ничего вкуснее. Все казалось таким простым и посредственным, что ничего не хотелось.

– Кстати, штар нельзя пить ни офицерам, ни солдатам. По крайней мере, на службе. Мой старший брат, когда король отпустил его домой на месяц, пил этот напиток целыми днями, – Эрес говорил несколько раскованно, словно уже немного опьянел.

– А твой отец знает, что ты любишь выпить? – неожиданно спросил Нейдер.

– Полгода назад он разрешил присутствовать на важных приемах, а значит, и употреблять напитки, которые подают гостям. Так что обвинить меня в этом он не может.

Мы сидели еще некоторое время, но вскоре нам это наскучило. Голова была уже тяжелая, и мы направились в школу, спать. Охранник у ворот хмыкнул, увидев, как мы плетемся, при этом отпуская веселые, и не слишком приличные шутки в адрес друг друга. Мы дошли до школы еще засветло, и, поднявшись на третий этаж, завалились спать. Нейдер еще после первого же экзамена перебрался в комнату к нам с Эресом, а теперь у нас жил еще один парень, которому еще осталось сдать тактику и стратегию. Его знали Рагол Санвер, он был угрюм и не разговорчив. Первые два дня мы шутили, что приказы солдатам он будет отдавать жестами. Но потом прекратили, поскольку на него это совершенно не действовало, а человеком он был добрым, и его несколько смущало то, что он намного богаче нас всех вместе взятых, ведь его отец был первым дорином короля, а значит – вторым лицом на острове и главным советником. Помимо всего прочего Рагол был наследником своего отца, и поступил сюда по собственному желанию, и был старше всех нас на несколько лет.