- -
- 100%
- +
Владимир очень скоро понял, что поторопился с делением Руси на уделы. Святополк, сын старшего брата Владимира, решил, что имеет больше прав на Киевский престол, чем сам князь Владимир. Многие историки полагают, что к участию в заговоре имела отношение и Византия, потому что константинопольских монархов очень пугало крепнущее год от года государство к северу от имперских границ. Святополк был женат на дочери польского короля Болеслава Храброго, и вместе с ним и князем Ярославом он начал войну за престол. В ней погибли Владимир и три его сына – Святослав, Борис и Глеб.
После начался, как говорят историки, период междоусобиц, хотя правильнее называть это гражданской войной. Она шла 20 лет и закончилась только в 1036 году, когда под властью сына Владимира, Ярослава Мудрого, вновь были объединены все русские земли. Только Закарпатье не удалось отбить у венгров. И малая часть Галиции осталась за Польшей.
Собственно, подробное исследование истории киевского периода русского государства не является главной целью этой книги, поэтому позволю себе не углубляться в детали и не пересказывать биографии всех князей. Лишь в общих чертах напомню хронологию событий. После правления Владимира Мономаха, внука Ярослава Мудрого, начался новый период распада Руси. Главным считался Киевский великокняжеский престол, и формально ему подчинялись прочие уделы. При этом длившаяся сто лет с 1132 года княжеская междоусобица превратила Русь в легкую добычу завоевателей.
За эти сто лет на киевском великокняжеском престоле сменилось 48 князей. Нередко для захвата «стольного града» они привлекали наемников. Викингов, или, что чаще, половцев. Кочевники-половцы, понятное дело, приходили воевать за одного из князей не только за деньги, которые в то время были все же понятием куда более условным, чем сейчас, но и за возможность безнаказанно пограбить мирное население. Более того, видя княжью междоусобицу, понимая, что Русь защищать особо некому, половцы почти каждый год совершали набеги, причем не только на юго-восточное пограничье, но и на крупные города Приднепровья. Согласно летописям, большие набеги были в 1150, 1153, 1155, 1159, 1161, 1164, 1167, 1168 годах. Это только те, которые зафиксировали, и это только те летописи, что дошли до нас, не сгорели, не были уничтожены.
Гражданская междоусобная война на Руси отличалась жестокостью русских князей по отношению к своему же русскому населению. Взятие Киева в 1169 году Андреем Боголюбским, внуком Владимира Мономаха, сыном Юрия Долгорукого, князем Суздальским, было чудовищно кровавым. Ипатьевская летопись описывает его так:
…и два дня грабили весь город, Подол и Гору, и монастыри, и Софию, и Десятинную Богородицу, и не было помилования никому и ниоткуда. Церкви горели, христиан убивали, других вязали, жен вели в плен, разлучая силою с мужьями, младенцы рыдали, смотря на матерей своих. Взяли множество богатства, церкви обнажили, сорвали с них иконы, и ризы, и колоколы, взяли книги, все вынесли смольняне, и суздальцы, и черниговцы, и Ольгова дружина. А поганые зажгли монастырь Печерской Святой Богородицы, но Бог молитвами Святой Богородицы оберег его от такой беды. И было в Киеве стенание, и туга, и скорбь неутешная, и слезы непрестанные. Все же это случилось из-за наших грехов.
Впрочем, надо понимать, что грабить Киев пришел не только Андрей Боголюбский. Отобрать престол у Мстислава Изяславовича пришли еще 11 князей со своими войсками. Это были князья не только севернорусские, то есть суздальские, или владимирские, но и южнорусские – волынские Ростиславовичи, черниговские Олеговичи, переяславский князь Глеб. Это пояснение к тому, что сейчас на Украине историки пытаются объяснить: Украина была всегда, и вот уже, дескать, в 1169 году «клятые москали», ненавидевшие все «украинское», разграбили Киев, столицу древнеукраинского государства. На самом же деле все князья, что участвовали в столетней смуте, считали себя русскими. Никаких украинцев никто не знал.
Впрочем, слово «украина» в летописи встречалось уже тогда. Все та же Ипатьевская летопись рассказывает о походе против половцев русских князей в 1187 году. Половцы, узнав о том, что на них идет русское войско, бежали за Днепр. На обратном пути один из князей, Владимир Глебович, «разболеся болестию тяжкою, ею же скончался». И далее летописец уточняет: «Был князь добр, и крепок на рати (то есть в бою), и мужеством крепок показашеся, и всякими добродетями наполнен, и о нем Оукраина много постона». Ныне украинские ученые-историки часто ссылаются на это как на доказательство того, что Украина существовала уже тогда. На самом же деле Владимира Глебовича оплакивала не мифическая «протоукраина», и даже не все русские княжества. «Украиной» в этом случае именуется Переяславское княжество, которым он владел. Это южное пограничье русских земель, и слово «Оукра́ина» (укра́ина – окра́ина) уже тогда и означало «приграничная территория». Кстати, в сербском языке до сих пор осталось слово «pokrajina», означающее в переводе «провинция, область». Мы чуть позже увидим, что слово «укра́ина/оукра́ина» в русском языке встречалось очень долго именно в значении пограничье, но, что самое интересное, такое же значение оно имело и в польском языке.
Но вернемся в Киев 1169 года. Долго сидеть в разоренной великокняжеской столице Андрей Боголюбский не стал. Он просто провозгласил себя великим князем, но вернулся в свою землю, во Владимир. Киев к этому времени значение свое как политический центр русского мира уже потерял. Безусловно, все помнили, что в Киеве Русь была крещена, что духовный центр, духовный корень Руси находится именно здесь, но жить на берегах Днепра стало почти невозможно. Гражданская война, половецкие набеги, сокращение торговли, ставшая опасной перевозка товаров по Днепру, падение уровня жизни создали условия для серьезных миграционных процессов. Население потянулось из Приднепровья на русский северо-восток, защищенный густыми лесами и болотами, или на русский Запад, в Галицию и Волынь, потому что туда кочевникам было просто тяжелее добираться. Владимиро-Суздальская, Ростовская земля, вся северо-восточная область начали быстро заселяться, а области, прилегавшие к Киеву, – пустеть. В очередной раз Киев захватили, разгромили и сожгли в 1203 году смоленские и черниговские князья, в 1235 году черниговские уже сами, при поддержке наемников-половцев, снова ограбили бывшую столицу. Киев был в таком ужасном состоянии, что, когда войско Батыя подошло к нему в 1240 году, часть городских оборонительных сооружений так и не была восстановлена после междоусобиц, и в стенах города оставались незаделанные проломы от прошлых русских осад.
Так что в конце этого страшного междоусобного столетия каждый князь захватывал Киев лишь для того, чтобы считаться главным среди прочих, чтобы формально обладать великокняжеским престолом. Но после разорения Киева он отправлялся в свою вотчину, в свою столицу.
Когда на Русь пришли монголы, то Киев взяли уже они, через два года после начала похода, в 1240 году. И существование независимого русского государства от Карпат до Оки прекратилось. В истории Руси началась новая страница.
С этого момента русский народ стал, вероятно, самым разделенным народом. Потому что, по сути, возникли два новых центра русского мира, на северо-востоке начало расти и крепнуть будущее Московское государство. На юго-западе в предгорьях Карпат стало укрепляться Волынско-Галицкое княжество. Возникли два центра, и каждый из них мог стать будущим объединителем русского мира. Однако никаких сомнений в том, что это были части некогда единого государства, быть не может. Галицко-русский историк и публицист, сын литературоведа Юлиана Яворского, живший в США В. Ю. Яворский как-то отметил, что даже в названиях городов и мест отразилась вся эта русская миграция с юга на северо-восток.
В связи с огромным наплывом переселенцев в Суздальскую землю в 12–13 веках там началось строительство новых городов и селений. Многие из них получили названия покинутых городов Киевской Руси. Появились новые Звенигород (доселе их было несколько в Киевской и Галицкой землях), Переяславль, который в Полтавской области назывался Южным или Русским, и Переяславль-Рязанский на реке Трубеже (впоследствии Рязань), и Переяславль-Залесский во Владимирской области. То же можно сказать и о Вышгороде, Стародубе, Галиче и некоторых других, названия которых встречаются в старинных киевских летописях. Из старинных актов 14 века известно село Киёво в Киёвском овраге в Московской области, село Киевцы близ Алексина в Тульской области. Названия киевских речек Лыбедь и Почайна были перенесены в районы Рязани, Владимира и Нижнего Новгорода. Так получилось и с названием днепровского притока Ирпень – теперь так стали называться приток Клязьмы во Владимирской области, а приток Оки в Калужской области был назван Киевкой. Из этих нескольких примеров видно, что переселенцы из Киевской Руси принесли на северные укра́ины и названия дорогих их сердцу оставленных городов, селений, речек и даже оврагов.
Самым же убедительным и неопровержимым доказательством переселения огромного количества людей из Киевской Руси в северные укра́ины представляет собой весь богатырский киевский эпос, созданный в Киевской Руси еще до 14 века, то есть до появления на юге России литовцев и поляков, о которых в нем даже не упоминается. Весь цикл былин о могучих богатырях времен Владимира Святого был совсем забыт в тех местах, где он был сложен, после происшедших там опустошительных татарских набегов. Впоследствии, уже в 15 столетии, когда началось возвращение далеких потомков населения Киевской Руси, выселившегося в 12–13 столетиях на юго-запад, о нем уже не вспомнили и запели новый эпос казацких дум о борьбе с татарами, турками и поляками – очередными народными врагами. Но на севере, в Приуралье, в Олонецкой и Архангельской областях, в далекой Сибири и во всех других местах расселения киевских переселенцев богатырские былины Киевской Руси сохранились во всей своей свежести, неизменной форме и напевности. В центральной Великороссии, где уже забыли склад былинного стиха и утеряли искусство его петь, живая память о русских богатырях, оберегавших на юге русский народ и русскую землю от степных орд, сохранилась в прозаических сказаниях.
Но если историю Северо-Восточной Руси, Московского княжества мы отлично знаем, то история Южной Руси для нас обычно сплошная загадка. Мы ее просто не изучаем. И можно сказать, что Украина как государство, восприятие Украины как чего-то особенного, признание особой «украинской» истории заложены в наших школьных учебниках. Ведь как нам преподают историю в школе? Вполне линейно. Древняя Русь – Киевская Русь – нашествие монголов – 300 лет ига – возвышение Московского княжества – укрепление Московского государства – рождение Российской империи.
Такая схема была и в советских учебниках, она осталась и в современных, а появилась она еще в царской России и была призвана продемонстрировать полнейшую логичность воцарения на престоле династии Романовых. В этой убийственной для национального восприятия схеме заложена страшная идеологическая бомба. История Западной и Южной Руси нами в школах порой вовсе не изучается. После нашествия монголов Западная Русь словно погружается во тьму. Ее история перестает быть нам интересной. В лучшем случае мы изучаем историю Великого княжества Литовского, причем в учебниках она изложена так, что становится ясно – Литва была всегда врагом Москвы и всего русского. На самом же деле Великое княжество Литовское и Русское (а именно так звучит его полное название) было всего лишь западнорусским государством, конкурентом Москвы, и для русских людей очень долго сохранялся внутренний выбор «на какой Руси жить хорошо?»
Мы в школе часто читаем Пушкина, его довольно известное стихотворение «Клеветникам России», где есть такие строки:
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Нынешнему школьнику, да и взрослым, мало понятно, при чем тут Литва. Какие там славяне, если они, литовцы, вообще-то не славяне. Но вот Пушкин в начале 19 века еще помнил, что Литва, точнее, Великое княжество Литовское, – это государство, в котором говорили на русском, где религией было православие, где возникло русское книгопечатание, а вовсе не в Москве, как мы привыкли считать.
Итак, попробуем кратко, но по порядку разобраться в истории Западной Руси и княжества Литовского. Потому что историю Московского княжества, а потом и государства, мы и так неплохо представляем.
Как уже говорилось выше, Западная, или, как часто принято ее еще называть, Галицко-Волынская Русь, росла и крепла экономически и политически, потому что туда устремились беженцы из Приднепровья. С одной стороны, отражая притязания на свои земли польских и венгерских королей, местные князья также участвовали в междоусобице, захватывали Киев и к началу монгольского нашествия сделали Галицко-Волынское княжество сильнейшим среди русских. То, что они считали себя русскими, никаких сомнений нет. Галицко-Волынская летопись совершенно определенно характеризует князей как русских, землю как русскую, а галицкого князя Романа, с правления которого и начинается список, как «приснопамятнаго самодержьца всея Руси».
Начало правления князя Романа совпало с важными историческими событиями. Под натиском крестоносцев пала Византия, и в 1204 году вместо нее была создана Латинская империя. Православная Русь стала новым объектом экспансии католического Запада. И вот, собственно, поэтому соседи Галицко-Волынской Руси – Польша и Венгрия – начинают войну против нее. При этом папа римский предлагает князю Роману стать первым русским королем. Принять католицизм, признать главенство папы, за это Роману пообещали помощь и поддержку. Князь Роман папских послов выслушал и отправил восвояси. Вскоре он довольно внезапно умер, и, по предположению летописцев и историков, его смерть случайной не была.
После смерти князя Романа его вдова была вынуждена обратиться к королю Венгрии за помощью и покровительством. Иначе она с малолетними детьми вряд ли смогла бы сохранить трон от притязаний бояр. В 1206 году в титуле короля Венгрии появились слова «король Галича и Владимира». Историк Андрей Дикий считает:
Последствия этого добавления к титулу сказались много столетий спустя: в 1772 году, при разделе Польского государства между Австрией, Пруссией и Россией, Австрия получила Галицию. Австрийский император тогда был и «Королем Венгрии», и как таковой был признан Россией и Пруссией «законным» наследником Галицкой Руси.
Впрочем, заступничество венгерского короля все равно не помогло. Когда вдова князя Романа сбежала с детьми в Венгрию, в княжестве началась смута, которую смог остановить новгородский князь Мстислав. Он выдал дочь замуж за сына Романа князя Даниила, сам себя провозгласил князем Галицким, а после его смерти в 1228 году юный Даниил Романович занимает княжеский престол. Эта история довольно много проясняет в системе отношений Киевской Руси. Для жителей Галиции, точнее, для галицких русских, новгородский князь Мстислав Удатный (то есть Удачливый – кстати, дед Александра Невского) не был чужаком. Он был своим, русским, и его воцарение на галицком престоле поддержало все уставшее от смуты население. Это к вопросу о том, что дескать, Восток и Запад Руси (или, иначе, Московия и Украина) всегда противостояли друг другу. Именно это пытается внушить украинская историография. На самом деле русские в Новгороде или Галиче не видели никакой разницы между собой.
И тот же князь Даниил Романович еще совсем молодым принимал участие в знаменитой битве на реке Калке в 1223 году. В ней участвовали объединенные силы русских князей – от западных до северо-восточных. Это снова к вопросу о якобы традиционном противостоянии русского Востока и Запада.
Князь Даниил стал одним из влиятельных, как сейчас сказали бы, «политических игроков» своего времени. Он смог отстоять свое Галицко-Волынское княжество от попыток Польши и Венгрии вмешиваться в его дела.
Даниил, впрочем, не смог объединить Русь, хотя и очень сильно стремился это сделать, не смог он и противостоять в полной мере монголам. Когда после взятия Киева Батый двинулся на запад в Галицко-Волынскую Русь, он уничтожил город Галич, а Даниил не добился помощи от венгерского короля. В итоге Даниил Романович был вынужден, как прочие русские князья, поехать в Орду и получить у хана ярлык на княжение. Он не стал восстанавливать почти полностью уничтоженный Галич, он построил новую столицу, город Холм и основал Львов, назвав его в честь старшего сына Льва.
Даниил, конечно, понимал, что бороться с татарами ему одному не по силам. И пока его двоюродный брат Александр Невский отражал атаку рыцарских орденов на Северо-Западную Русь, на Новгород и Псков, Даниил пытался найти союзников на Западе – в Польше и Венгрии. В Риме понимали, что князю Даниилу деться особо некуда, и сделали ему то же предложение, что прежде делали его отцу. Пообещали поддержку католических государств и титул первого русского короля, если он согласится принять корону от папы римского. Даниил долго раздумывал, взвешивая все за и против, он помнил, что его матери поддержка венгерского короля не очень-то и помогла. Он помнил, что в 1240 году венгры и поляки не поддержали его в борьбе с войском Батыя. В итоге он все же согласился, впрочем, короновался тихо, незаметно для своих подданных, в небольшом городе Дрогичине.
Вскоре после этого Даниил решил совершить военный поход против монголо-татар, полагая, что ему поможет Запад. Помощь он, конечно, не получил, а потом ему пришлось отбиваться сначала от войска литовского князя, а затем в 1259 году татарский корпус полководца Бурундая вторгся в Галицию и Даниилу пришлось заплатить контрибуцию за поход против татар, а заодно и уничтожить часть укреплений вокруг западнорусских городов. Сказать, что Даниил был возмущен предательством Запада и вероломством «союзников», значит не сказать ничего. Он порвал все связи с Западом, отказался от королевского титула и был вынужден заново выстраивать отношения с татарами, которые хоть и требовали дань, хоть и лишали Галицко-Волынскую Русь части суверенитета, но тем не менее не требовали отказаться от православия, переходить в язычество или несторианство (а именно эти религии были распространены у татар).
Даниил умер в 1264 году, через год после своего двоюродного брата Александра Невского, который отличался от него тем, что никаких иллюзий по поводу Запада с самого начал не строил. Видимо, потому, что столкнулся с агрессией в самом начале своего княжения. И гораздо раньше Даниила понял, что с татарами придется как-то уживаться, и собственно тонкая политика по отношению к Орде позволила ему в итоге сосредоточиться на отражении агрессии Ливонского и Тевтонского орденов.
После смерти Даниила и его брата Василия их сыновья Лев и Владимир раздельно, но в целом согласованно и умно управляли: Лев – Галицкой, а Владимир – Волынской Русью. С татарами они сумели стать этакими политическими попутчиками, и как раз татарская конница помогла братьям отбить у Венгрии Прикарпатскую Русь, а у Польши – Люблинскую землю. После их смерти вся Галицко-Волынская Русь оказалась под властью князя Юрия Львовича, который стал называть себя «королем Руси». Именно с правлением Юрия связан очень важный эпизод общерусской истории. Для укрепления православия в Галицко-Волынской Руси, где все больше и больше распространялось влияние католицизма, он добился у Константинопольского патриарха посвящения митрополита для своего княжества.
Киевский митрополит Максим, считавшийся митрополитом «всея Руси» еще в 1299 году, оставил Киев и переселился в отдаленный Владимир-на-Клязьме в Суздальском княжестве. Так вот, когда князь Юрий Львович отправил кандидата на место митрополита Галицкого Петра в Константинополь для посвящения, митрополит Максим умер. А патриарх Афанасий посвятил Петра не в митрополиты Галицкие, а в митрополиты всея Руси. Вернувшись на Русь, Петр поначалу поселился в Киеве, потом во Владимире Суздальском, а потом в Москве. И именно факт нахождения митрополичьего престола в Москве способствовал усилению Московского государства.
Два сына Юрия Львовича, Андрей и Лев II, погибли в 1323 году в борьбе с татарами. В отличие от отца они не смогли найти в них союзников. Князем стал поляк Болеслав, сын Мазовецкого правителя, который вел такую внутреннюю и внешнюю политику, что его возненавидело все население – от крестьян до бояр. В 1340 году он был отравлен, а по всему княжеству прокатилась волна антипольских и антикатолических погромов. И с этого момента на 37 лет Галицко-Волынская Русь превращается в поле столкновения интересов Венгрии, Польши и Литвы. В 1387 году Русь разделили. Галиция отошла к Польше, Волынь – к Литве, а Прикарпатская Русь – к Венгрии. Северо-Восточная Русь, озадаченная борьбой с татарами, вопросами выживания и сохранения идентичности, ничем не могла помочь братьям на западе.
Но то, что Западная Русь и Северо-Восточная были не просто частями некогда единого государства, что они были объединены не только династическим единством, когда князья с Запада отправлялись княжить на Северо-Восток и наоборот, но и общими традициями, верой, языком, наконец, – это непреложный факт. Галицко-Волынская летопись написана на понятном даже нам языке.
Въ лѣто 6732. Приде неслыханая рать, безбожнии моавитяне, рекомыи татаръве, придоша на землю Половецькую. Половцемь же ставшимъ, Юрьгий Кончакович бѣ болийше всихъ половець, не може стати противу лицю их, бѣгающи же ему, и мнози избьени быша до рѣкы Днепра. Татаром же возвратившися, идоша в вежа своя. Прибѣгшимъ же половцемь в Рускую землю, глаголющимъ же имъ рускимъ княземь: «Аще не поможета намъ, мы нынѣ исѣчени быхомъ, а вы наутрѣе исѣчени будете»[1].
В конце 16 века Галицко-Волынская Русь снова заявит о себе, став центром антипольского восстания, которое приведет к частичному воссоединению Руси в 1654 году во время Переяславской рады.
Вообще же, есть один важный факт, который говорит о многом. Даже спустя многие столетия жители Галиции продолжали ощущать себя русскими. В 1931 году в Польше проходила перепись населения. Так вот, на вопрос о национальной принадлежности 1 196 855 галичан – а Галиция была тогда частью Польши – ответили, что они русские, еще 1 675 870 назвали себя украинцами. В 1937 году в Закарпатской Руси, то есть в нынешней Ужгородской области, которая с 1919 года была частью Чехословакии, решили на референдуме обсудить вопрос: преподавание в школах стоит вести на русском или украинском? По итогам за русский язык высказались 86 % жителей Закарпатья.
По сути, до конца 14 века Галицко-Волынская Русь и Владимиро-Суздальская Русь продолжали оставаться частями одного некогда единого русского государства. Ведь даже наш главный письменный источник из истории Руси «Повесть временных лет» мы знаем в двух списках – Лаврентьевском и Ипатьевском. Первый – это документ из Владимир, второй – как раз из Галицкой Руси. И, за редкими фактическими отличиями, это идентичный текст, это один и тот же язык, одна культура, одна традиция.
Кстати, история Великого княжества Литовского, это во много тоже русская история. Что звучит для нас довольно странно. Но тем не менее каких-то лет 150 назад это казалось очевидным каждому образованному жителю Российской империи.
8 сентября 1862 года в присутствии Александра II в Великом Новгороде открыли памятник «Тысячелетие России». Дата возникновения нашего государства, надо сказать, и сейчас считается весьма условной. Возникла она из текста все той же «Повести временных лет». Там говорится, что в 862 году в Новгород был приглашен на княжение глава варяжских дружин Рюрик. «Те варяги назывались русью и от тех варягов прозвалась русская земля».
В 1857 году Комитет министров Российской империи поставил вопрос о сооружении памятника первому русскому государю Рюрику. В итоге решили ставить памятник всей истории страны. Его фотографии может найти без труда каждый, а жители Великого Новгорода так и вовсе могут сходить на него посмотреть. Вокруг основания памятника установлены шесть скульптурных групп.
Памятник включает 31 фигуру просветителей земли Русской, 26 фигур государственных людей, 36 фигур военных людей и героев, 16 писателей и художников. Понятно, что на государственном уровне долго и серьезно обсуждалось, кого же помещать на памятник. Интересно, что там не нашлось места для скульптур таких исторических фигур, как, например, Павел I, Аракчеев, Бенкендорф. Не рискнули туда поместить и фигуру Ивана Грозного, хотя именно он наконец стал первым русским царем и при нем Россия победила Казанское и Астраханское ханства, начала всерьез покорять и присоединять Сибирь. Но тем не менее слишком спорной оказалась его персона, особенно из-за кровавой расправы, учиненной опричниками в Новгороде в 1570 году. Серьезные споры также вызывала персона Николая I, чью фигуру все же добавили в последний момент.