Украина. Геополитический миф

Еще в правление Казимира недовольные положением дел приграничные князья несколько раз переходили на сторону Москвы. Но надо понимать: это же не был переход одного князя, который сел на коня и уехал со свитой на Северо-Восток. Князь переходил со своей землей и населением. Поэтому слияние и поглощение Литовской Руси полякам приходилось проводить крайне осторожно. Например, когда в Киеве умер князь Симеон Олелькович, который был зависимым от Литвы, но все же самостоятельным, Казимир ликвидировал Киевское княжество, создал воеводство и назначил туда воеводой католика-литовца Гаштовта. В Киеве вспыхнуло восстание горожан, город достался полякам только после его подавления. Чтобы было понятно современному читателю, что тогда происходило в Литве, объясним это на таком примере. Например, завтра чиновники в России решают ликвидировать Башкирию в составе Российской Федерации, а вместо нее создать Уфимскую область, где будет править не президент, а губернатор. Реакцию башкир и татар, населяющих республику, представляете?

Так что в 15 веке речь шла не просто о формировании новых административных единиц. Шаг за шагом, планомерно ликвидировались остатки самостоятельности Западной Руси. Ведь еще раньше, при Ягайло, Галицко-Волынское княжество было превращено в Русское воеводство со столицей во Львове. Вот, кстати, тоже важный факт. Для поляков не было никаких сомнений, что за народ населяет Галицию и Волынь, ведь назвали воеводство именно «Русским».

Когда в 1492 году Казимир умер, литовско-русское княжество тут же выбрало себе отдельного великого князя. Им стал младший сына Казимира – Александр. Его старший брат, Ян I Альбрехт стал королем Польши.

Литва при новом князе постаралась всерьез отгородиться от Польши. Русская шляхта продавила законы, по которым полякам было запрещено не только покупать земли в Литве, но даже там жить. Впрочем, вскоре им снова пришлось сближаться. Московское государство потребовало у Литвы вернуть «исконно русские земли». Московские войска вторглись в Черниговскую землю. Так вот, самое ужасное для магнатов в Польше и Литве было то, что русские города войскам Москвы практически не сопротивлялись, а напротив, встречали их как освободителей от польских оккупантов. Например, брянские горожане не только без боя открыли ворота московской армии, но и потом сами оборонялись от польско-литовских войск. Война возобновилась через несколько лет, и Александр, ставший по традиции после смерти брата и великим князем, и польским королем, ее проиграл. Москва забрала себе не только Чернигов, но и Рыльск, и Новгород-Северский, и Стародуб.

Осознание себя частью большого русского народа было свойственно жителям Западной Руси долгие века. Даже в 1914 году во Львове, после сотен лет под властью Польши и Австро-Венгрии, русское население встречало русских солдат как освободителей.

Впрочем, надо сказать, что в 15 веке во время войны с Москвой немало представителей православной шляхты литовско-польского государства воевали за него совершенно искренне. И дело было не только в их шляхетских вольностях, не только в том, что это была борьба за сословные интересы. Думаю, что правильным будет сказать, что они боролись за свою Русь. За то, как они понимали ее и видели, не принимая деспотичного устройства Руси Московской.

Вот, например, судьба князя Константина Ивановича Острожского. Защитник православия в Литве, именно благодаря его усилиям, просьбам к королю было установлено юридическое положение православной церкви в Литве. Он дружил с митрополитами, способствовал народному просвещению и половину жизни провоевал с Москвой. В 1497 году, в 37 лет, Константин Острожский стал гетманом литовским. А в 1500 году началась война с русским государством, в которое выросло Московское княжество. Константин Иванович стал во главе литовского войска, 14 июля оно было разбито русским войском во главе с князем Даниилом Васильевичем Щеней. Вообще, правильнее в этом абзаце было бы написать так: 14 июля русские войска сошлись с русскими, и одни русские победили других. Русско-литовские войны 16 века – это в действительности большая национальная трагедия русского народа. За научными терминами мы теряем суть происходившего, а именно: две части Древней Руси сошлись в схватке, выясняя, кому дальше быть центром русской цивилизации, и какой путь эта цивилизация выберет. Острожского взяли в плен, отвезли в Москву, оттуда сослали в Вологду. В 1506 году князь Острожский согласился служить русскому государю. Ему был дан сан боярина, он принес присягу Василию III. Под предлогом осмотра вверенных ему войск Острожский уехал из Москвы и сбежал в Литву. Ему дали должность старосты Луцкого и маршалка – то есть военно-гражданского начальника всей Волыни.

Он воевал с Москвой еще и в 1508 году, в награду его назначили паном Виленским, и только после этого Острожский стал частью высшей литовской знати. В русско-литовской войне 1512–1522 годов Острожский осаждал Смоленск, потом разгромил московские войска под Оршей, в 1517 году под Опочкой потерпел страшное поражение от воевод Федора Телепнева-Оболенского и Ивана Ляцкого и бежал в Литву, бросив артиллерию и обоз. Острожский защищал свою Литовскую Русь не за деньги, он талантливый политик и полководец, прекрасно образованный, и в Москве сделал бы карьеру. Но для него выбор в пользу Литвы был совершенно осознанный. И тут еще стоит отметить такой факт – литовско-русская знать, дворянство, были куда более образованные, нежели московская знать. Литва в известной степени считалась частью Европы или как минимум не была так изолирована от Европы, как Москва, и она куда раньше стала развивать образование и культуру. Например, Ягайло в 1409 году поручил отдать специальный дом для размещения бедных студентов, особенно тех, которые «прибыли из Литвы и Руси». Русско-литовские магнаты и дворяне знали иностранные языки, знали латынь, читали и писали на ней.

Именно в Литовском княжестве была напечатана первая книга на русском языке. Именно в Литве работал русский первопечатник Франциск Лукич Скорина, уроженец Полоцка. Его в современных источниках часто называют белорусским или восточнославянским первопечатником и философом, а заодно сообщают, что он перевел Библию на старобелорусский или, в других вариантах, западнорусский язык. Смысла вступать в полемику тут, наверное, нет, но стоит лишь посмотреть на титульный лист Библии Скорины 1517 года, чтобы понять, каким сам первопечатник считал язык своих книг. На титульном листе там ясно написано: «Библия руска, выложена доктором Франциском Скориною из славного города Полоцка».

Франциск Скорина родился в конце 15 века, первоначальное образование получил в Полоцке. Латинский язык изучал в школе монахов-бернардинцев, он учился в Краковском университете, окончил его со степенью бакалавра. Степень доктора медицины он защитил в Падуанском университете в Италии. В архивах университета осталась актовая запись, датированная 5 ноября 1512 года:

<…> прибыл некий весьма учёный бедный молодой человек, доктор искусств, родом из очень отдалённых стран, возможно, за четыре тысячи миль и более от этого славного города, для того, чтобы увеличить славу и блеск Падуи, а также процветающего собрания философов гимназии и святой нашей Коллегии. Он обратился к Коллегии с просьбой разрешить ему в качестве дара и особой милости подвергнуться милостью божьей испытаниям в области медицины при этой святой Коллегии. Если, Ваши превосходительства, позволите, то представлю его самого. Молодой человек и вышеупомянутый доктор носит имя господина Франциска, сына покойного Луки Скорины из Полоцка, русин…

Примечания