Миры жизни. Мастерство игры

© Денис Медведев, 2017

ISBN 978-5-4485-8002-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Аннотация

Обычный парень, наш современник, живущий изо дня в день одинаково серой, будничной жизнью давно поставил на себе крест. Думал ли он, что «его» на самом деле двое, и что все люди живут не только в этом мире, но и одновременно с этим ещё в одном мире? А что делать когда, едва только узнав эту ошеломляющую новость, ты тут же узнаёшь, что эти оба мира под угрозой? Правильно! Их необходимо спасти, так же как надо спасти и свою только что обретённую любовь…

Глава 1

Было уже поздно, но спать не хотелось, гулять впрочем тоже. Да и вообще не хотелось ничего. Хотелось просто не выходить из этого необычного умиротворённо-спокойного состояния и не двигаться, сидеть просто вот так удобно устроившись на широком подоконнике, и не двигаться. Смотреть в чёрную пустоту ночи прижавшись лбом к холодному стеклу, ощущать его прохладу, которая так хорошо снимала напряжение накопившееся за последнее время. «Время… легкомысленное и быстрое Время… оно бежит ни на секунду не останавливаясь, бежит, а по пути раздаёт нам Жизнь. Каждому свою Жизнь. Только почему то за последние двенадцать лет я оставался без этого ценного подарка, я просто бежал рядом со временем. Бежал, бежал, бежал… пытался поймать раздаваемую всем Жизнь, но оно ускользала из моих рук отставая мне только Существование. Отстать мне Время не позволяло, а забежать вперёд никому ещё было не суждено. Бежал всегда безропотно, по пути всегда стараясь помочь поймать другим людям не пойманные ими кусочки Жизни. Этим мне мой бег и нравился – не понимая смысла своего Существования помогать другим в устройстве полученной ими от Времени жизни. Нравился до сих пор» – так размышлял сидящий на подоконнике человек. А сегодня он решил сойти с дистанции и пустить все дела на самотек. Просто пришёл из магазина домой. Просто разулся, просто бросил купленные продукты на стол, просто залез на свой любимый подоконник и встретив Закат просто сидел.

Сейчас ему было хорошо и спокойно, а прохладное и слабо вибрирующее от проезжающих по дороге возле дома грузовиков оконное стекло расслабляло и усыпляло. «Хм…. Но позвольте? Каких грузовиков блин? По нашей дороге только на танке можно проехать и то в сухую летнюю погоду, а нынешней затяжной осенью и танк мог бы застрять. А танки у нас не ездили, равно как и другая бронетехника, равно как и вообще любая техника больше мопеда или велосипеда» – подумал он. Но даже углубляться в размышления над причиной вибрации стекла ему было лень. Вибрирует, дрожит еле ощутимо – ну и ладно. Но между тем стекло продолжало свою непонятную вибрацию и тут он вдруг понял, что это не просто вибрация, а музыка, ритмичная музыка чем то напоминающая стиль «даб-степ». Он резко отодвинул лицо от стекла и музыка исчезла. Снова осторожно притронувшись к оконному стеклу, только уже не лицом, а рукой, он ничего не почувствовал. Никакой вибрации больше не было, просто обычное холодное стекло. «А… Задремал и начал засыпать видимо» – подумал он. Ладно пойду спать. И уже приготовившись слезть с подоконника он вдруг увидел за окном девушку. Только что там никого кроме ночи не было и тут вдруг «бац», и стоит человек. Стоит и смотрит без эмоций и движений… Жуть. Он бы наверное от испуга и заикаться начал, но поздно, он и так заикался с детства.

«Конечно подойти со стороны улицы к моему окну не проблема, забор огорода местами в дырах (если вообще эти два недоразумения можно назвать огородом и забором), и соседские мальчишки частенько мелькают возле моего окна забираясь за перелетевшим через забор мячом, но этой то чего тут надо посреди ночи? Вроде бы матча по женскому футболу на сегодняшнюю ночь на нашей улице не объявлялось» – думал он. «Ёлки-палки…» – продолжал размышлять он – «Дэн (так его сокращенно звали), какой на фиг футбол? Ты про что вообще? У тебя с той стороны окна стоит непонятная статуя живой женщины и смотрит не мигая на тебя, даже не на тебя, а будто сквозь тебя». Постучав легонько костяшками пальца по стеклу он махнул ей вопрошающе головой, мол: «Что? Чего тебе?» и почему то ожидаемо не дождался никакой реакции. И ведь страха или тревоги он не ощущал. Даже интересно было как то. Ведь за последние годы он редко с кем либо общался, так почему бы сейчас не пойти и не пообщаться хотя бы со странной девушкой, ведь судя по её отрешённому виду слушать она сумеет прекрасно. «Ладно, пойдём наладим аудиальный контакт» – отстранённо и весело решил Денис. «А что? Грабить меня никто в здравом уме не решит, это желание пропадёт у потенциальных грабителей только лишь они глянут снаружи на шедевр архитектуры в котором я живу, а уж стоит им заглянуть внутрь моего жилища, то они сразу разрыдаются и всей воровской общиной скинутся мне на ремонт. А вот застывшие изваянием девушки, впрочем равно как и любые другие девушки, у моего окна появляются не часто, я бы даже сказал, что гораздо реже чем «не часто». Вот об этом он и размышлял, торопливо обувая растоптанные туфли и попутно пытаясь вспомнить как в этой жизни вообще разговаривают с девушками.

Нацепив наконец туфли, а заодно и раздолбайскую ухмылочку светского ловеласа на лицо, Денис выскочил из дома и… никого не увидел. Возле окна не было никого, кроме ровного квадрата света падающего из окна. «Окном ошиблась видимо или трамвая дождалась» мелькнула у него идиотская мысль, но пришедшая следом другая мысль сказала: «Поздравляю с глюками на почве затянувшегося одиночества». «Спасибо» машинально вслух пробормотал он и рухнув, уселся прям на бетонные ступеньки крыльца своего дома. «Уйти так быстро и бесшумно она никуда не могла же, просто не успела бы», размышлял Денис… «КТО уйти???» – чуть ли не истерически мысленно перебил он самого себя. Вон, посмотри на мокрую после дождя землю под окном, освещаемую светом из дома, там НЕТ следов.

– «Шизофрения» – пришла ему на ум фраза профессора Стравинского из обожаемой им «Мастера и Маргариты».

– «Она самая» – ухмыльнувшись согласился он мысленно с самим собой и Профессором.

Музыка оконного стекла, непонятно откуда взявшиеся призрачные девушки, странно это всё, но всё происходящее почему то не поражало его своей удивительностью. Наоборот всё воспринималось мной нормально, с каким то отстранённым спокойствием. «Ладно Дэн, пошли спать», сказал он сам себе и остался сидеть на ступеньках крыльца. Привалился спиной к стене и уснул.

Ему снился неинтересный своим скучным реализмом сон о том, что ему исполнился тридцать один год, он жил в своём родном городе N в старом «жилкопе», который принадлежал его маме, в этом же доме он и работал, перебиваясь случайными заработками в интернете, а самыми длинной и единственной дорогой за последние полтора года его жизни была дорога к банкомату, мимо мусорного контейнера (чтобы выбросить мусор) с обязательным посещением на обратном пути супермаркета. Конечно до наступления долгого двенадцатилетнего застойного периода у него были и другие дороги, точно были, ведь должны были быть, должны были – надо было только вспомнить что это были за дороги и с кем он по ним ходил, но вспоминать не хотелось. Не хотелось, потому что он точно помнил – эта мельтешащая череда неважных событий и случайных лиц ему больше неинтересна. Интересно ему было в детстве, интересно было в школе, интересно было после школы и до армии. А обо всём что было после госпиталя вспоминать было неинтересно. Череда серых дней, серых лиц и таких же тускло серых его дел и поступков. В общем ему снился скучный сон, который вдруг прервался цветным сном в котором ему снилась ОНА. Та самая девушка, которая была за его окном. Только во сне она смотрела на него другим взглядом, живым взглядом своих прекрасных, смеющихся глаз с жёлто-коричневыми зрачками. Он потянулся к ней собираясь сказать ей что то важное, но тут он проснулся. А вот пробуждение было самым необычным за все годы его жизни, потому что проснулся он в… знать бы ещё где это он проснулся.

***

«Итак ещё раз, для самопроверки – я обычный парень. Мне 31 год. Я живу обычной заурядной жизнью неудачника-одиночки, многое в жизни я не помню потому что просто не хочу это вспоминать, но я точно не помню чтобы хоть раз в своей жизни я просыпался бы в трясущемся чём то (похоже что всё таки в трясущейся телеге) и чтобы при пробуждении мой взгляд упирался в потную рубаху одетую на широкую спину непонятной принадлежности (но похоже что человеческую и мужскую)» – думал он. После пробуждения всё его тело болело так, как будто бы по нему пару раз проехали этой самой телегой, во рту стоял привкус похоже той самой мужской потной рубахи на которую он смотрел, а голова чувствовала себя так, как будто на ней всю ночь пролежала эта самая непонятно чья широкая спина вместе с телегой. Шевелиться и думать ему не хотелось совсем. А самым последним что он помнил, было воспоминание его самого сидящего на ступеньках порога его же дома, на который он вышел, чтобы разобраться с появившейся посреди ночи перед его окном таинственной и прекрасной незнакомкой.

Тут его голову прострелила резкая боль и Дэн невольно застонал. На его стон спина обернулась и он понял, что она принадлежала усатому и бородатому мужику с добродушными глазами, которые впрочем взглянув на Дениса сразу стали осуждающими. «Оклемался» проворчал мужик и покачав (похоже что осуждающе) головой отвернулся. «Немногословно, ну и ладно» подумал Денис и продолжил ревизию окружающей его непонятности. В результате ревизии обнаружился чем то дурно пахнущий он сам (1 комплект) упомянутая выше спина, и сено. Но самое главное, что его поразило больше всего, это был воздух. Воздух был удивительно чистый и свежий, этим воздухом, казалось бы, и дышать нету необходимости, он будто бы сам вливался в человека и наполнял его кислородом. Дальше ревизовать окружающую его обстановку было лень, да и лёжа в одном положении много не наревизуешь, а шевелиться хоть и хотелось, но пока что не получалось.

В этот момент телега, или в чем там ещё он лежал, попала в ухаб одним колесом (или чем то там другим), короче условно – телега, условно колесом, попала в условно ухаб и Дениса слегка, но уже никак не условно, а вполне ощутимо подбросило… Ощущения собственного тела сразу к нему вернулись. Мать… твою… через задерищенскую… (мысленно извинился Дэн за свой французский) и другие известные ему ругательства вспыхнули в его голове вспышкой резкой боли и он перекатился на бок, потом условно телега снова выехала на ровный участок условно дороги, Денис перекатился в обратное положение потом резко сел и его вдруг стошнило. «Стой Вельда!» сказал мужик и всё движение замерло. Отдышавшись после приступа рвоты, Денис сплюнул и вдруг понял что боль и все остальные неприятные ощущения резко прекратились. На смену им пришла резкая слабость и внезапное головокружение, которое заставило его рухнуть обратно в лежачее положение, он закрыл глаза, а открыв их через долю секунды вдруг понял что его больше ничего не тревожит и что он лежит глядя в синее небо и видит перед своими глазами сухую травинку свисающую с его волос. Потом на фоне травинки перед ним появилось склонившееся мужское лицо извозчика (или кто он таков есть) которое повторило уже не ворчливо, а вполне удовлетворённо-утвердительно: «наконец то оклемался».

– Помогите мне сесть пожалуйста, – хриплым каркающим шёпотом попросил Денис.

Это были первые слова, которые произнесло его затёкшее тело. Поменяв с помощью условно извозчика (а как его ещё называть то?) положение с лежачего на сидячее, тело Дениса той своей частью, которое именуется «голова» начало оглядываться и думать. И первой его мыслью, появившейся в результате оглядывания, стало: «…попал». А какая мысль у него должна была появится, если он увидел окружающий его лес, извилистую грунтовую дорогу посреди леса и (всё таки он не ошибся) телегу с запряженной в неё лошадью, ну и ещё того самого дядьку. Ещё было голубое небо, и одно солнце. Увиденное несмотря на абсурдность ситуации радовало, потому что могло быть и хуже.

Тем временем пока Денис приходил в себя дядька грузно спрыгнул с облучка телеги и пошёл что то там поправлять в сбруе лошади (или всё таки коня) … нее-е-ет… лошади… потому что эта самая лошадь в этот момент тоже повернула свою голову и покосилась в сторону Дениса тоже явно осуждающе. «У хозяина небось научилась» – подумал Дэн, и сам же для себя уточнил: «почему научилАсь, а не научилСЯ? Да тут и гадать нечего. Отличить глаза любой особи женского пола от мужских глаз я смогу у любого живого существа крупнее домашней кошки, даже у динозавров, доведись мне попасть в стаю этих самых динозавров или ещё каких птеродактилей (хотя лучше конечно не попадать). Ибо женские глаза они особые – что у людей, что у динозавров, что у лошадей. Ладно отставить „хи-хи“ и давай рассуждать дальше» – скомандовал сам себе Денис и продолжил терзать мозг размышлениями о том где он всё таки находится и что с ним произошло.

Результатом этого мозгового штурма стала следующая произнесённая им гениальная фраза, причём произнесённая жалобным голосом с интонациями киногероя Андрея Мягкова из кинофильма «Ирония судьбы или с лёгким паром»:

– «Где я, а…?» – спросил он у незнакомца и его лошади.

– Где, где… известно где – в Счастье, – сказал незнакомец продолжая возится с упряжью.

– А зачем? – задал Денис очередной гениальный вопрос, в ответ на что незнакомец лишь лишь неопределённо хмыкнул и покачал при этом своей головой.

Тут слегка атрофированная после случившегося мозговая деятельность Дениса достигла своего максимума и он, на всякий случай, задал наверное самый гениальный вопрос с того момента, когда он очнулся:

– А кто я???

После этого вопроса незнакомец бросил наконец то свою возню с упряжью, выпрямился, посмотрел пристально на него, потом на свою лошадь и многозначительно сказал:

– Вот даже как…

Причём сказал он это почему то не Денису, а своей лошади. Та в свою очередь тоже решила присоединиться к беседе двух сумасшедших и согласно фыркнула кивнув своей головой.

– Ладно, хорош шутки шутить Денис, ложись, отдыхай и поехали.

Даже не удивляясь тому факту, что незнакомец назвал его по имени, Денис снова улёгся, только теперь поудобнее, и телега тряско тронулась в путь.

– Сколько лет уже тут обитаю, а такого как ты всего второй раз встречаю, только тебе судя по всему повезло гораздо больше чем ему, – между тем продолжил незнакомец, и снова, обернувшись, бросил на Дениса осуждающий взгляд. – Это же до чего надо было себя довести, чтобы у тебя всё настолько наперекосяк пошло… Скажи спасибо вон, Венде, кивнул он на лошадь, если бы она тебя не почуяла так бы и сгинул ты в трясине Тоски. Венда согласно всхрапнула.

– Спасибо – пробормотал Денис, после чего добавил – женщины меня всегда любили.

Дядька снова обернулся непонимающе посмотрев на него.

– Шутка – объяснил ему Денис. И тут же спросил:

– А Вы кто? и как Вас звать то? и что это за трясина Тоски такая? Как я в неё попал? И вообще – где я всё таки???

– Кузнец я здешний, – ответил дядька – и зовут меня именно Кузнец. Повторяю, попал ты в Счастье, Тоска известно, соседствует с нашим Счастьем, а трясина это земли Тоски.

И Кузнец снова замолчал.

«Так-с…» – подумал Денис. – «Если попал я по его словам в Счастье, а он по его словам Кузнец, то получается, что он Кузнец Счастья что ли??? бред… но какой то уж слишком реальный и натуральный бред… ущипнуть себя что ли? Но хотя можно и не щипать, реальным доказательством происходящего был запашок исходящий от меня». Тут словно прочитав мысли Дениса Кузнец снова закричал: «стой Венда!» И Венда послушно встала.

– Ты вот что парень, скидай-ка своё рваное непотребство и иди вон сперва отмойся хорошенько в реке, сказав это Кузнец бросил на Дениса словно бы испытывающий взгляд, а не то, извини за прямоту, воняешь ты уж слишком. Мыло возьми в ведре под телегой.

Денис полежал ещё пару секунд и поняв, что помогать выбираться ему никто не собирается, кряхтя принял сидячее положение, а сев, наконец то смог оглядеться по сторонам. А уж поглядеть было на что. Дорога вместе с границей леса резко обрывались и переходили в огромную поляну, которую пересекала живописная речка, а у самой стены леса стоял хутор из нескольких строений. Повсюду вокруг царила чуть ли не осязаемая на ощупь, эммм-м-м… гармония что ли, а прикасаясь к Денису эта ммм-м-м… (ладно пусть будет Гармония подумал он), начинала как то слегка напряжённо и как то знакомо вибрировать…

– Иди, иди мойся, чего сидишь то? – напомнил о себе Кузнец уже выпрягавший из телеги Венду. – А то в дом не пущу – посмеиваясь добавил он. Черезчур, похоже, грамотная Венда снова, всхрапнув, кивнула.

– Та иду – показав лошади язык ответил Денис, – кто бы мне ещё помог из этой телеги выбраться, а то всё тело затекло – намекающе продолжил он.

– Помочь? это можно – сказал Кузнец и свистнул. И кульминацией происходящего стало появление из за ближайшего к ним хуторского строения огромной… Рыси, которая замерла как вкопанная и уставилась на Дениса нервно подрагивая своим хвостом. Пару секунд посверлив его взглядом жёлто-коричневых глазищ и не дождавшись от него какой то, видимо ожидаемой реакции, рысь вздохнула и облизнувшись, грациозно припала на все четыре лапы, и не сводя с него своего хищного взгляда, начала плавно красться к Денису с явным гастрономическим интересом. Дэн всегда обожал кошек, поэтому исключительно (конечно же) в целях её же защиты, видимо не желая, чтобы она отравилась им, таким грязным и вонючим, он сказал «мама» и как то позабыв о затёкших конечностях на супер-ускорении рванул к речке. Уже ныряя с разбега в реку Денис услышал сзади, нет-нет-нет, не может быть, показалось наверное – но он был готов поклясться, что услышал прозвучавший ему вслед кошачий смех.

Вынырнув Денис конечно же увидел ожидаемо сидящую на берегу и невозмутимо облизывающую переднюю лапу рысь, которая якобы совсем не обращала на него никакого внимания, а рядом с ней (ну конечно) стоял веселящийся Кузнец.

– Смешно – буркнул Денис отплёвываясь от воды.

– Ты так спешил купаться, что второпях даже мыло забыл взять – сказал Кузнец не обратив на мою иронию ни малейшего внимания и положил его на прибрежный песок, и вдруг резко посерьёзневшим голосом задал другой вопрос:

– Ты это, парень, ты как себя сейчас чувствуешь?

– Нормально я себя чувствую – ответил Денис и вдруг понял, что он себя действительно прекрасно чувствовать, все боли ушли без следа, а звенящая на границе сознания вибрация как будто впиталась в него и затихла. Ну и ладно, – подумал Денис пожав мысленно плечами, – странностью больше, странностью меньше, потом всё равно разберусь что к чему.

– Захочешь, попроси вон Рысю она тебе спинку потрёт – снова начал веселиться Кузнец.

– Мрр-р-р-р… – подтвердила Рыся выпустив на облизываемой лапе когти размером с мизинец человека, грациозно потянулась, пропахав при этом четыре ровные борозды в земле (ясно кто помогает Кузнецу с посевной кампанией) и рухнула на песок сразу начав на нём вертеться и кувыркаться. «Надеюсь ополаскиваться от песка она будет подальше от меня» подумал Денис (хотя вроде бы рыси вообще не любительницы воды). Он взял мыло и избавившись от вонючих остатков того, что когда то называлось его одеждой – со вздохом начал мыться. После примерно получаса намыливаний, сотворив из прибрежных водорослей некое подобие мочалки и активно используя в качестве пемзы песок – он наконец то снова стал себе нравится и даже как то ощущать стал себя спокойнее, бодрее и чуть ли не моложе. Выбравшись из воды Денис с облегчением вздохнул не обнаружив нигде Рыси и даже не удивился обнаружив подготовленные явно для него (ведь других голых парней на новоявленном пляже не наблюдалось) простые тканые штаны с верёвкой зашитой в пояс и явно заменявшей ремень, и такую же простую тканую рубаху. «Ну что же, приобщимся к сельской глубинке» – подумал Денис и оделся, уже даже не удивляясь тому, что одежда пришлась ему идеально впору. В качестве обуви ему были предложены короткие полусапожки явно щегольского вида в комплекте с портянками. Причём всё было явно новым. Намотать портянки и обуться (спасибо тебе армия) не составило никакого труда. «Ещё бы кепку с лакированным козырьком нацепить набекрень и можно идти коров очаровывать» – мелькнула у него мысль. Странно, но за всё время проведённое им с момента появления в «непонятно где» называемом Счастье в компании с Кузнецом, вкупе с явно разумными лошадью Вендой и рысью Рысей, Дэн не испытал ни малейшего ощущения тревоги и непонятности всего происходящего с ним. Наоборот, всё происходящее (кроме размера зубов и когтей Рыси) даже определённо забавляло.

«Кстати о Кузнеце и компании – куда они все вдруг подевались? Надо найти его и наконец то задать всё таки интересующие меня вопросы на тему: «где же всё таки я, что мне делать дальше и где тут ближайшие аэропорт с автовокзалом? Во! Точно! Попрошу его мне билет на самолёт забронировать, в первый класс, за счёт принимающей стороны!» – решил Денис и сам же себе ответил: «Ага! На самолёт. Держи карман шире! Как бы тут на звездолёт не пришлось билет заказывать.»

***

Пошёл он конечно же туда, куда пошёл любой нормальный мужчина после всего пережитого – на запах, ибо после купания чувство голода заняло своё законное первое место среди других чувств. Следуя этому безошибочному ориентиру, Денис естественно пришёл куда нужно. Кузнец уже сидел за столом и в ожидании его нетерпеливо барабанил пальцами по столу. Одобрительно глянув на освежившегося Дениса, хозяин усадьбы снова, почему то поинтересовался его самочувствием после купания, и буркнув в бороду что то типа: «ну вот, другое дело», Кузнец жестом пригласил его за стол. Потирая руки в предвкушении одного из любимейших его процессов, а именно – процесса набивания желудка всяким вкусностями, Денис радостно плюхнулся за стол и от нетерпения аж засучил ногами и… лучше лучше бы он этого не делал, ибо вместо пола его ноги стукнули по чему то мягкому, объёмному и негодующе заоравшему диким «Мявом». Спасла Дэна только хорошая реакция усиленная эффектом неожиданности. Ну кто же знал что Рыся живёт у Кузнеца не просто как одомашненная дикая кошка, а как полностью домашняя кошка. Так сказать с правом беспрепятственного входа, выхода и лежания под столом во время обеда. Короче говоря стоя на столе, куда он запрыгнул в поисках спасения, Денис выслушал положенные порции гнева от Рыси и её хозяина, после чего извинился перед обоими и все, наконец то, смогли спокойно поесть. Стоит отдельно сказать, что все извинения Кузнец принял сразу, а вот Рыся их приняла только после того, как Денис, в тот момент всё ещё стоявший на столе, как будто бы совсем случайно задел ногой и (ой!) сбросил ей солидный кусок мяса. Но даже после принятых Рысей извинений он сел за стол с поджатыми под себя (на всякий случай) ногами. Дальнейшая трапеза происходила в молчании, за исключением изредка произносимых общепринятых за столом фраз.

Наконец то Дэн наелся и расслабленно откинувшись на спинку стула открыл было рот чтобы начать задавать вопросы, но был сразу прерван Кузнецом:

– Не здесь, – сказал он, и жестом показал Денису следовать за ним.

Выйдя во двор Кузнец снова повёл Дэна на речку, где они уселись под раскидистой ивой росшей на слегка обрывистом берегу, чуть в стороне от места его купания и Кузнец начал говорить.

– Знаю всё что ты хочешь у меня спросить и готов ответить тебе на все твои вопросы, – сказал он, и продолжил, – я даже расскажу тебе больше того, что ты хотел у меня спросить, гораздо больше, поэтому прошу не перебивай меня пока я не закончу, а потом уже спросишь то, что непонятно.

И он начал рассказывать.

– Вот эта речка на берегу которой мы сейчас сидим называется Река Жизни. Начинает она свой путь где то на склонах Гор Изначальных, протекает через Земли Детства и Становления проходит около моей Кузницы Счастья, потом она течёт через Землю Испытаний, через огромные Срединные Земли, потом через Земли Старости, а заканчивает она свой бег на Земле Решений. Всё это я тебе рассказываю потому, что ты теперь должен узнать многое о человеческой жизни. Так вот, кроме всех перечисленных Земель здесь есть Земли Тоски с их трясинами, непроходимые и сухие Пески Потерь и Земли Хранителей и Лабиринт. А всё это вместе взятое «ЗДЕСЬ» называется Зеркальный Мир или, как некоторые ещё его называют в обиходе – изнанка. А теперь забудь обо всём, что ты помнишь из школьной программы и включи своё воображение.