- -
- 100%
- +
Пролог
– Куда делся кекс?! Ноги выросли?..
Собственный голос едва узнала – таким высоким и истеричным показался вскрик, отразившийся от стен в пустом помещении. Но… ситуация очень даже располагала к панике: отлучилась минут на десять, чтобы принести из кабинета капсулу с любимым экстрактом для чая, а когда вернулась – из бокса, оставленного на столе возле модулей с горячей водой, исчез один кекс. И ладно бы это был просто кекс…
В смятении отступив на шаг, обвела взглядом помещение раздаточной зоны, сейчас едва подсвеченное ночным желтоватым светом по периметру потолка. Днем здесь, конечно, светло и многолюдно – собираются сотрудники со всего этажа, чтобы перекусить или просто перехватить по пути чашку тонизирующего напитка. Но сейчас давно перевалило за полночь, все коллеги счастливо дрыхнут по домам в своих кроватях, да и я задержалась только по причине инвентаризации, решив не оставлять незавершенное дело на завтра… Как раз направлялась в хранилище, чтобы вернуть последние экспонаты, а по пути решила хлебнуть горяченького. Хлебнула! Куда-то делся один из подотчетных материалов.
– Провалился он!?
В сердцах притопнув, я резко поставила капсулу с травяным экстрактом на ближайший стол и в отчаянии вцепилась обеими руками в волосы. Возможность растормошить прическу неизменно действовала на меня успокаивающе.
– Чего шум поднимаете?
Неожиданно прозвучавший откуда-то сбоку голос заставил подскочить на месте. Чужого присутствия я не ощущала – что странно. Оттого перепугалась не на шутку, схватившись за сердце.
– Кто здесь? – Пискнула вопреки намерениям озвучить вопрос грозным тоном и уставилась в направлении звука.
Там темным пятном сгрудились мягкие диваны, где, соблюдая комфортную дистанцию, особенно любили оседать в обеденный перерыв все сотрудники восемьдесят третьего этажа судебной корпорации. Прищурившись я, наконец-то, рассмотрела там неясное движение – кто-то поднялся с дивана!
– А кого вы ожидаете увидеть?
Ленивый вопрос сопровождался неспешным приближением темного явно мужского силуэта. Паника накрыла с головой, заставив уже в полный голос завопить:
– Стойте!!!
– Что с вами не так? – И не подумал послушаться обладатель ленивого голоса, продолжая приближаться. – Бродите тут ночью, вопите как безумная. А я, между пр…
– Кекс? – Перебила я, сама невольно отступая назад. Но путь преградила столешница, недвусмысленно уткнувшись мне в спину. – Вы кекс взяли?!
– Что за шум из-за булки? Жалко вам? Да я. Думал, остался забытым со времени последних дневных перекусов. Сухой какой-то был… Но раз ваш – извините, сейчас синтезирую свеженький.
– Стойте! – Взмолилась, осознав жуткую истину, и замахала руками. – Вы его съели?! Совсем… съели?! – В полумраке сверкнули зеленоватым глаза моего полуночного собеседника, выдав в нем модифицированного человека и заставив опомниться. – Глаза закройте! Быстро! Не смотрите на меня!
– В чем дело?
На этот раз мужчина послушался – остановился, а подсвеченные зеленью всполохи его взглядов пропали, вновь превратив в безликий силуэт. Вероятно, до него тоже дошло, что никто не будет так вопить из-за бесплатного продукта углеводного синтезатора.
– Кекс! – Как заведенная повторяла я, сжимая голову руками в яростной попытке проредить шевелюру и пытаясь сообразить, что теперь делать. – Это… это… не просто кекс…
Последнее договорила уже шепотом, страшась признаться в собственном промахе. Что там, в роковой ошибке, грозящей увольнением!
– Что с ним не так? – Все еще спокойно спросил незнакомец, конечно, расслышав. Модификаты они такие – с улучшенным слухом.
– Вы только глаза не открывайте! – В панике снова перебила я.
– Хорошо, не буду, – не стал спорить мужчина. – Вы, наконец, объясните уже все…
– Видите ли, – глубоко вдохнув, я попыталась собраться с мыслями: – Я тут работаю… На этом этаже… В отделе брачного судейства. Сегодня задержалась…
Дернула меня нелегкая именно сегодня провести инвентаризацию улик из хранилища, приобщенных к брачным делам за последние годы.
– И?
– И… кекс…
– Кекс?
– Он как раз улика!
– Да?
Судя по голосу, мужчина искренне удивился.
– Он… они проходили по делу, где одна из сторон обвинялась в любовном привороте… И кекс… он… с присыпкой, которая…
– Которая? – Судя по голосу, мужчина напрягся – наконец-то, и до него начал доходить ужас ситуации.
– Я не химик, – от страха начала тараторить. – Что там с составом не скажу, но средство воздействует на нервную и гуморальную систему, влияя на сознание и вызывая зависимость от… от объекта…
– Короче!
– Да, эээ… В общем, это приворотное средство. Одной порции хватит, чтобы окончательно и бесповоротно влюбиться!
– Что за ерунда? Такое бывает?
Вот ему бы мой брачно-разводный опыт, знал бы, что и не такое бывает!
– Да-да, мы экспертизу заказывали. – Блеяла я, оттягивая миг страшного признания. – Работа и состав уникальные, явно дорогой заказ и специализированная лаборатория постаралась. Талантливый ученый состав этот изготовил. Трудное было дело… Кексы до сих пор вот храним на случай… хранили…
– Как оно действует? – Перебил мужчина.
– Все просто: у того, кто съест этот порошок, вырабатывается устойчивая привязанность, даже зависимость к тому, кого он первым увидит в момент воздействия вещества! Поэтому, умоляю, не открывайте пока глаза…
– У меня модифицированное зрение – я вас уже рассмотрел, – сухо прокомментировал незнакомец.
– Вот же ж!
Не сдержавшись, я от души выругалась. Являясь обычным человеком, эту их особенность из вида упустила. Кругом недотепа!
– И вы еще злитесь? – Он шикнул. – Почему этот уникальный кекс тут валялся, если этот порошок такой проблемный?
– Ээ… – Вот он щекотливый момент моего разоблачения! Не иначе как от ужаса, я тоже атаковала вопросом. – А вы вообще кто? И что здесь делаете в ночное время?!
Вспотевшие ладони пришлось тереть о юбку – прошибло холодным потом.
– Я работаю в этом же здании. Сегодня… задержался. Смысла отправляться домой уже нет, решил вздремнуть здесь. Услышал какие-то шорохи, подошел к раздаточной зоне, а тут эти кексы… Подумал, все одно утром их выкинут, жалко – еда пропадет.
Экономный модификат на мою несчастную голову!
– Погодите! – Я встрепенулась. – А вы как себя чувствуете?
– Глаза открыть можно? – Ответил он вопросом на вопрос. – Повторяю, я вас уже рассмотрел.
С тяжелым вздохом, разрешила:
– Под вашу ответственность! Не говорите потом, что я вас не предупреждала!
Поймала себя на нескольких осторожных шагах в сторону дверного проема.
– В смысле? – Он громко хмыкнул, демонстрируя неверие. Зря! – Если влюблюсь в вас? Может быть, это не так и плохо? Или вы что-то имеете против отношений?
– Вы сумасшедший?! – Я вновь возмутилась, мысленно прикидывая: смогу ли резко рвануть наутек. – Бродите тут в ночи и пугаете ни в чем не повинных женщин!
Запоздало сообразила, что лучше бы было прикусить язык. Особенно, по вопросу безвинности. Я действительно совершила огромный профессиональный проступок, но как исправить последствия – придумать не могла. Единственное, что приходило в голову: скрыться в надежде, что все как-нибудь само собой обойдется.
– Простите, – мужчина на мою нервозность не среагировал, лишь устало потер лицо руками. О последнем я скорее догадалась по размытым в полумраке движениям, рассмотреть его черты не выходило – модифицированных генов у меня не имелось, зрение вполне человеческое. – Но все-таки, что насчет угрозы влюбиться? Как вы сказали? Устойчивая привязанность к объекту? Готовы взять на себя ответственность за содеянное?
Сглотнув, немедленно дала себе мысленный ответ: нет! Малодушно и бесстыдно, но перспектива оказаться объектом ненужной любви меня совершенно не привлекала. До этого момента я страшилась осуждения своей профессиональной компетентности, сейчас же в полной мере прониклась перспективой любовного преследования… Ни за что!
– Извините, – решив действовать, я окончательно отлипла от столешницы и ринулась к пищевому синтезатору. Комбинация нужного кода, пара минут терпеливого ожидания – и вот я уже счастливая обладательница свежего теплого кекса! Им и заменила съеденный… – Я и так задержалась. Мне, знаете ли, некогда – все мысли и силы отдаю карьере, на любовь времени нет! Пойду завершу дела.
Стараясь не думать о том, что совершаю должностное преступление, подменив вещественное доказательство, я ринулась к выходу в коридор. Свидетель моего злостного профессионального нарушения остался позади.
– А зовут вас как? Чтобы знать к кому идти свататься? – Догнал насмешливо брошенный в спину вопрос.
Ага, так я вам и сообщила! Цель – скорее скрыться, завтра объясню все шефу. Див посоветует, как следует поступить.
– Майя! – Не оглядываясь, через плечо бросила модификату первое пришедшее в голову имя.
Забыв о намерении попить горячего чая, рысцой неслась в хранилище. Пока оставлю кексы – один настоящий и один подменный – там, а завтра буду разбираться с подлогом. И только захлопнув за собой дверь помещения, куда доступ имелся у крайне ограниченного числа сотрудников, осознала очевидное упущение – я так и не узнала кем был мой собеседник!
Глава 1
Планам сбыться было не суждено. Утром я проспала, что естественно – поздно отправилась в кровать накануне, еще и проворочалась до рассвета, мучаясь думами о содеянным. В итоге собиралась в огромной спешке – времени привести себя в порядок совершенно не оказалось. К счастью, как у всякой уважающей себя современной женщины в сумочке завалялась таблетка синтеза иллюзии – универсальная замена макияжа, фитнеса, ухода и парикмахерской. Как хочешь выглядеть – так и выгляди, причем без всяких усилий. Достаточно запить пилюлю водой, и в течении десяти минут, пока она растворяется и трансформирует энергетическое поле носителя, в деталях представить свой образ. Мозг сам отправит нужные сигналы – и готово, для всех ты выглядишь именно так, как пожелала. Эффект, правда, кратковременный и только визуальный…
На ходу проглотив пилюлю, запила ее водой и выскочила из дома, едва успев натянуть на себя первое попавшееся. Им оказалось платье из переработанного вторичного трикотажа с прямым силуэтом.
Мгновения стремительного перемещения в лифте, давно ставшие автоматическими действия, когда устремляешься вперед, двигаясь по инерции. Мысли витали где-то далеко, вновь и вновь возвращаясь к прошлой ночи. Как же я умудрилась настолько оплошать?..
Воспользовавшись одним из свободных выходов, выскользнула на улицу. Пусть открывшийся вид был всего лишь кусочком выверенного и во многом унифицированного придомового ландшафта, обустроенного внутри нашего типового кругообразного автономного жилого комплекса, имевшим мало общего с действительной природой, но небо… Небо все еще оставалось неизменным – величественным, неприступным и всякий раз удивительно новым. Сказалась моя извечная привычка смотреть вверх, изучая цветовые оттенки лазури и причудливые облака, успокаиваясь и набираясь сил перед очередным днем. Пожалуй, единственная константа в нашем изменчивом, стремительном и суетливом мире, наполненном хомофобами.
Прикрыв глаза, лишь минутку позволила себе ощутить дуновение ветра, скользнувшего по лицу. Некогда задерживаться!
Город есть город – средоточие жизни и толчея людского муравейника. И мой родной Сермир не исключение. Особенно это ощущаешь в часы пик, когда все вылезают из своих неприступных капсул-квартир в жилых комплексах и устремляются единым человеческим роем к сосредоточенным в стороне высоткам корпораций – на работу. Удушающее, если не сводящее с ума ощущение повсеместного давления и собственной незначительности… одиночества в нескончаемой толпе.
Наверное, человечество давно бы вымерло под давлением такого стресса, провоцирующего хомофобию, но лет двести назад инженеры совместно с психологами создали потоковый энергопуть, призванный с максимальным эмоциональным комфортом, изолированностью и скоростью разносить эту человеческую реку от жилых секторов до пунктов прибытия в трудовых секторах.
В основе всего принцип дистанцирования, люди как бы вместе, но при этом и отдельно. Спеша, быстро прошагала обязательную на всех придомовых территориях зону планированного озеленения первого уровня и замерла у кабинки индивидуального перемещения. Когда-то десятилетия назад здесь были дороги, сейчас их заменили многоуровневые потоки энергопути. Разветвленная сеть наземных и подземных индивидуальных кабинок, образующих бесконечную цепочку, плывущую в зоне направленных магнитных полей. Хочешь – едешь один, хочешь – в компании близких, но никогда – с незнакомыми людьми. Стены прозрачные, люди видят друг друга, сближаясь и снова расставаясь, если маршруты расходятся, но доставить неудобство друг другу никто не может. Исключительно комфортно!
Задав параметры пункта доставки, я немедленно плюхнулась на пластиковое сидение с намерением не терять время и поспать еще. Но сон не шел – душу бередило непонятное беспокойство. Я же так и не выяснила кому помешала своим появлением ночью в зоне отдыха. Странно это… Никого постороннего система безопасности бы не пропустила, а модификатов среди нашего коллектива не числилось. Откуда же взялся мой собеседник?
Взгляд бездумно скользил по зеленому куполу дикой природы, отгородившемуся от давно ставшему ей чуждым человечества зелеными кронами кустов и деревьев. Как и принято – жилой сектор отделен от трудового значительным пространством дикой местности, куда по причине опасности вход воспрещен. Да и кому может прийти в голову отправиться в эти дремучие дебри, кишащие всяким зверьем и насекомыми? Страх перед угрозами естественного мира давно въелся в наши сознания, став неотъемлемой частью жизни и сильнейшим сдерживающим механизмом. С детства мы усваиваем, что любое перемещение возможно в безопасных зонах, предназначенных для жизни и работы, связанных между собой энергопутем. А все что вне этих зон – табу, если тебе жизнь дорога. Достаточно и того, что пульсирующая своей отдельной жизнью и напичканная опасностями экосистема планеты обеспечивает нас ресурсами в виде воздуха, воды и полезных ископаемых, необходимых для производства.
Впрочем, я редко думала об этом, предпочитая просто созерцать яркость сезонных красок природного ландшафта, над которым проносились движимые магнитным потоком кабинки. Прожив всю жизнь в Сермире, давно привыкла к окрестным пейзажам. Словно фильм, где ты любуешься всей полнотой картины, но коснуться ничего не можешь. Сегодня же, совесть терзала так, что и расслабиться не получалось: что за темная полоса, промах за промахом!
Вчера страх и чувство вины не позволили мыслить здраво, сегодня же я вновь и вновь задавалась резонными вопросами. Впрочем, главный из них оставался неизменным: стала ли я объектом навязанного химическим средством обожания незнакомца? Будет ли он искать меня?
Конечно, он никак не воспрепятствовал моему уходу. Но кто знает, как быстро действует вещество? Что если сегодня мы столкнемся вновь?
– И что с того? – Уже вслух задалась логичным вопросом. – Я даже не пойму, что это он – не узнаю. И вообще, модификаты устойчивее к такого рода влиянию. Наверное…
Последний довод особенно приободрил – приворотная пилюля создавалась в расчете на обычного мужчину, может статься, что для странного незнакомца она и вовсе безвредна! Тогда последствия от моего проступка сведутся к должностной ошибке, конкретного вреда другому гражданину я не причиню. Точно!
И мы вряд ли еще встретимся – успокаивала я тревогу.
Время сегодня тянулось особенно медленно – беспокойство снедало заживо, обычно стремительное перемещение казалось нескончаемо долгим. Добравшись до цели, я немногим не бегом ринулась к мигавшему зеленым входу в судебную корпорацию: все уже давно явились, утренней сутолоки не наблюдалось. Пройдя все необходимые этапы контроля, я, наконец-то, добралась до рабочего этажа, изнывая от дурного предчувствия. Хорошо хоть главный судья у нас спокойный – точно поймет, если все объясню. Уповая на добродушный нрав шефа, не сразу обратила внимание на странную атмосферу на нашем этаже…
Там наблюдались небывалая суета и оживление! И ладно бы время обеда или конец дня, но сейчас?.. Чтобы коллеги с таким усердием сновали с утра по коридору?.. Инстинкт самосохранения заверещал – что-то в этом было пугающее, по воле необъяснимого порыва я нырнула в туалет вместо того, чтобы рысцой нестись на рабочее место. Сердце гулко застучало, нечистая совесть дала о себе знать: я сразу подумала, что обнаружен мой подлог! Проводят служебное расследование?! Требовались пара минут, чтобы собраться с духом и идти брать на себя ответственность.
«Устроили инвентаризацию? Проверяют остальное? Наверняка!»
Мир мгновенно окрасился в мрачные тона – я поняла, что чистосердечное признание меня уже не спасет.
– Кали, доброе! А что за движуха у нас с утра пораньше? – Выпалила вопрос, натолкнувшись на коллегу из отдела регистраций заявлений граждан.
Она словно в ожидании кого-то стояла в коридоре.
– Марин? – Моргнула Кали, уставившись на обязательный идентификационный жетон, не распознав меня под иллюзией; все же она значительно искажает исходные черты. И тут же понятливо уточнила: – Опаздываешь?
С Кали мы знали друг друга довольно неплохо, она часто выполняла поручения главного брачного судьи, поэтому мелькала в приемной.
– Легла поздно, – с готовность пояснила я. – Так что творится?
– Кадровые перестановки у нас, – немедленно притормозила она рядом на комфортном расстоянии, явно переполненная впечатлениями. Но сразу легкомысленно махнула рукой. – Твое отсутствие никто не заметил, если переживаешь – не до этого сейчас.
В животе тревожно потянуло: с чего бы вдруг? Но на сердце полегчало – не по мою душу этот переполох. Кивнув Кали в направлении дамской комнаты, поманила ее в сторону, чтобы выяснить детали. Прежде мы не раз пересекались в зоне отдыха, о словоохотливости коллеги я имела прекрасное представление – лучшего источника информации и не придумать.
– И… ээ… что за перестановки?
– Целый отдел заменили. Всех заверителей из второго скопом перевели в Талс, а к нам – группу от них. Но самое главное – все они модификаты!
Модификаты! Я медленно выдохнула: вот оно! Судьба пошла по трудному пути – с ночным незнакомцем нам явно не разминуться. Теперь понятно откуда прошлой ночью на нашем этаже появился он. Эта новость заслонила для меня все прочее.
Возбуждение Кали я могла понять: прежде за всю историю брачного судейства в Сермире никто из модификатов у нас не числился.
– Мужчины?
Впрочем, ответ я уже предвидела.
– Трое и две девушки.
Значит трое…
– Но самое главное, – продолжала шепотом информировать коллега, нетерпеливо подпрыгивая от значимости переполнявшей ее информации, – ведущего судью тоже заменили.
От удивления я моргнула: а такое возможно?.. Ладно какие-то ротации на уровне исполнительных сотрудников – обмен опытом и все такое, но чтобы главного судью?..
И тут как по лбу дали: так у меня теперь новый шеф. Еще и модификат! Скверно… Мы с Дивом отлично ладили, через столько дел вместе прошли. Последние три года я исправно работала его помощником.
От волнения и тревоги задрожали руки. Силясь вернуть самоконтроль, я незаметно сжала их в кулаки, вцепившись в полы платья. Взгляд заскользил вокруг, отмечая привычную обстановку дамской комнаты. Те же кремовые стены с перламутровым отливом, уютные диванчики, зеркала во всю стену и мягкий – корректирующий – свет. Все было как и вчера, но одновременно и совершенно иначе! Мир брачного судейства нашего города перевернулся с ног на голову.
Кали что-то эмоционально вещала, обильно жестикулируя и часто поправляя прическу. Но я не слышала ни слова из ее монолога – словно оглохла, определенно контуженная новостью о переменах. В голове стучало единственное слово: модификаты.
Что же делать?
Вздрогнув, опомнилась: мне надо спешить на рабочее место, теперь для этого еще больше оснований.
– Надо иди, – прикосновением к плечу прервала коллегу и посетовала вслух. – Может и меня… того… отправят в Талс. Вдруг судью переводят вместе с помощником.
С ума сойти: Талс. Для такой как я, что никогда не покидала родной сектор, это звучало подобно раскату грома зимой. Если у нас в Сермире большей частью жили обычные люди, то Талс считался вотчиной модификатов.
– Не думаю, – качнула головой Кали, – о помощниках речи не было. Придется тебе срабатываться с новым начальством. Кстати, – она хитро подмигнула, – он красавчик!
Душу царапнуло каким-то необъяснимым напряжением – взгляд коллеги на миг царапнул остротой, за внешним беззаботным лепетанием девушки было что-то… выжидательное.
– Разве с модификатами иначе бывает? – Безразлично пожала я плечами, встревоженная свалившимися переменами: новый шеф – не шутка!
В самом деле, родители, выбирающие путь «программирования» улучшенной версии потомства, о внешности пеклись никак не меньше чем о всяких видовых усовершенствованиях и усилении врожденных способностей. Мне всегда это представлялось чем-то сродни прокачиванию виртуального персонажа – каждый стремится сделать его исключительно превосходным, так и с планируемым потомством.
Мы же – обычные люди во всех смыслах далекие от совершенства – потомки тех, кто по старинке радел за естественность и рандомный геном. Но прогнозы не на нашей стороне – статистика и аналитики сходятся в том, что в будущем обычные люди исчезнут как класс, все человечество будет состоять из модификатов. Вроде как грядет эволюционный перелом – шаг вперед для нас как для цивилизации. Об этом талдычит и навязчивая реклама, преследующая повсюду уже третье поколение граждан – с момента запуска программы «модификация».
Порой и я задумывалась: что предпочла бы, случись мне стать мамой? Но все раздумья заканчивались одинаково: я гнала от себя мысль, прикрываясь неактуальностью вопроса – в ближайшие планы создание семьи не входило. Уж слишком сложен выбор.
– Иди уже, – покивала Кали на дверь, – сдавайся. А то вспомнят про помощника, кто знает в чем сильная сторона способностей нового судьи? Может быть, он какой-нибудь перфекционист и дотошный гений-законник? Любит, чтобы все строго по должностным инструкциям, все навытяжку, минута в минуту – будет драть с тебя три шкуры и придираться по мелочам…
На фоне таких новостей и перспектив мысли о собственном проступке притупились – на негнущихся ногах я шла к рабочему месту, поручив Кали чуть позже принести мою сумку, и по пути прихватив кофе, как если бы задержалась по этой причине. Вдруг удастся скрыть и опоздание?..
– Что за безответственный подход!
Фраза, произнесенная недовольным тоном, встретила меня в дверях приемной. Произнес ее высокий мужчина, что стоял возле окна. Его силуэт – все, что я могла видеть сейчас. Кольнуло воспоминанием… Споткнувшись на ровном месте, забыла о кружке с напитком. Она накренилась, и горячий кофе прыснул на пальцы. Зашипев от боли, я опомнилась. А трое присутствующих в комнате мужчин обернулись.
– Кто вы?
Спокойно озвучил вопрос говоривший ранее. Мужчина шагнул вперед, отойдя от окна, и… магия момента пропала. Да, он оказался красивым – высоким, с хорошими телосложением и чертами, кожей, которой и я могла позавидовать, глазами редкого янтарного цвета, светлыми волосами, но… на мой взгляд все его очарование портили плотно поджатые губы. Кем бы не был незнакомец, он точно отличался суровостью.
– Марина Мади, – заученно представилась я, почувствовав себя мотыльком под взглядом энтомолога. – Помощник второй ступени первого брачного судьи.
Сканирующий взгляд блондина обежал меня, замерев на профессиональном жетоне. В глубине его глаз мелькнуло удивление.
– Судя по тому, во сколько вы появляетесь на рабочем месте, не слишком переживаете о гневе начальника, – припечатал меня резким выводом незнакомец.
Мой проступок отмечен – факт! Я сконфуженно опустила взгляд: непрофессионализм очевиден. Но почему фраза прозвучала так двусмысленно? На что это он намекает? Я опешила от мелькнувшей догадки: заподозрил нас с Дивом в тайном романе?.. Смешно…
– Простите, – старалась не выдать снедавшего волнения. – Задержалась в кафетерии, решила, что начать день с вкусного напитка будет приятно каждому. С назначением! – С этими словами я протянула вперед кружку.
Сойдет же за мелкий подхалимаж? Глупо и незрело, конечно, прозвучало, но сейчас лучше не казаться чрезмерно умной.
– А что, прежнему судье нравилось получать от вас дрянной кофе поздним утром? Старая привычка?