Показания обвиняемой

© Александра Мельникова, 2018

ISBN 978-5-4490-3920-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

20 сентября около 10.00 я нанесла Мельникову ножевой порез, о чем очень и очень раскаиваюсь. Свои действия считаю чрезмерно жестокими в рамках человечности. Объяснить содеянное могу следующими факторами:

– Длительная ежедневная алкоголизация супруга (около недели)

– Постоянные придирки с его стороны

– Отсутствие средств на жизнь. За эту неделю пьянки он упустил немало заработков – неоднократно его приглашали для строительства домов в Подмосковье, но в таком состоянии он не мог ехать.

Хотя я и получаю пенсию, но на полноценную жизнь ее категорически не хватает. У нас есть ребенок, а это немалые затраты – покупка одежды, оплата детского сада, сбор средств на ремонт и попутные расходы, питание. Когда муж пил, и у него не было денег, он требовал их у меня. Я, конечно же, ничего не давала. Это вызывало у него недоумение и возмущение.

В тот период работать я не могла. Я пишу тексты для сайтов, а это требует концентрации внимания и отсутствия постороннего пьяного бреда. Работать было невозможно, т.к. в этом состоянии он ведет себя неадекватно: громко включает музыку, приводит пьяные компании.

Неоднократно я пыталась говорить с ним протрезвевшим. Он обещал, клялся, что завтра такого не повториться. Почему-то я ему верила, но когда начинался следующий день все повторялось. Последней каплей стало его желание сходить в туалет в стиральную машину.

Все это мне очень и очень надоело. Не видя выхода из сложившейся ситуации я не раз звонила маме. Я умоляла супруга обратиться к наркологу или психиатру, но он отвечал, что у него все хорошо и в помощи он не нуждается. Я пригрозила ему разводом, на что услышала одни оскорбления в свой адрес. Он ни во что меня не ставил, только издевался – ты, психопатка и прочее, хотя сам имеет категорию «D» в военном билете, в связи с чем он не служил в армии.

Непосредственно в день событий я твердо решила помочь ему прекратить запой. Я сняла все ручки с пластиковых окон, чтобы муж не ушел через окно, т.к. такое уже не раз происходило. Отведя ребенка в детский сад, я почувствовала от потерпевшего свежий запах спиртного. Оказалось, что он нашел мой кошелек и взял последние деньги, отложенные на молоко для ребенка. Вышел он через окно на веранде, которое затем вставил. На мой вопрос зачем он это сделала, он принял властную позу и сказал: «Подумаешь, я выпил всего бутылку. Мне это надо, чтобы стало лучше и больше пить я не буду». Здесь я уже не поверила ему и возмутилась, сильно расстроившись, что не на что теперь купить молоко дочери, заплакала. Увидев мои слезы он ухмыльнулся и сказал о том, что все равно будет пить, когда ему надо и сколько ему надо. Это был предел всего. Я пошла в огород копать картошку, предварительно спрятав все ключи и закрыв его дома с внешней стороны. Когда пошел дождь я решила вернуться домой. Он лежал на диване и бормотал что-то нечленораздельное. В доме стоял запах алкоголя, и я открыла кухонное окно, т. К. сама находилась там. Решив перекусить я достала хлеб. Пустой кошелек лежал на холодильнике. Мельников, видимо забыв о том, что его «последняя бутылка» давно в нем, уверенно направился в сторону холодильника со словами о том, что ему нужно выпить, т.к. от этого станет легче. Я видела его невменяемое состояние и была в шоке от такого напора. Он оттолкнул меня и взял пустой кошелек. Увидев, что там нет денег, в ярости стал требовать у меня деньги, оскорбляя при этом последними словами и утверждая, что все равно уйдет. В этот момент я отрезала хлеб и пыталась объяснить ему, что из дома в таком состоянии он не выйдет. Он замахнулся, я увернулась от удара, и испугавшись за свою жизнь нанесла ему удар правой рукой по левому предплечью. Он сразу же успокоился и с дикими воплями забегал по дому. Крови я не видела, т.к. в ужасе бросила нож в раковину, где была вода. По его рвению выйти из дома было непонятно, что ему нужно – то ли новая порция алкоголя, то ли что-то ещё… Увидев, что дождь на улице прекратился, я вышла во двор. Дверь я закрыла на ключ с обратной стороны, про открытое кухонное окно в свете произошедшего забыла. Через какое-то время я решила посмотреть, что с Алексеем и вновь открыла дверь. Первое, что я увидела это настежь открытое кухонное окно. Все стало ясно. От бессилия я заплакала и позвонила маме, рассказав ей всю ситуацию. Она пыталась меня успокоить, но это было не так легко. Я понимала, что совершила противоправное действие и должна понести за него наказание. Немного успокоившись я снова вышла в сад, где и увидела подъезжающую машину полиции. На месте я рассказала всю ситуацию. Они предложили проехать в отделение для дачи показаний.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.