Волшебство лета. Четыре солнечные истории о любви

Глава 8

– Для участия в конкурсе приглашаются три девушки и три юноши. Прошу! – звучно зазывал желающих повеселиться диджей местного клуба, который сегодня, видимо, взял на себя участь не только включать музыку, но и вести конкурсы. – Ну что же вы? Активней! Подходим, не стесняемся! Будут призы!

– Хочешь поучаствовать? – склонившись к моему уху, произнёс Андрей, который был возле нас со Светкой весь вечер.

Подругу это лишь радовало. А о себе я не могла сказать того же, хоть и противно мне тоже не было. Ну, есть и есть.

– Нет, ни за что, – скептически сжав губы, произнесла я.

И в тот же миг почувствовала толчок в спину и яркий свет софитов в мою сторону.

– О, у нас есть новые участники! Замечательно! Становитесь сюда, – разразился восторгами ведущий мероприятия.

Я обернулась, собираясь наградить Андрея рассерженным взглядом, но он с улыбкой подмигнул мне и прошептал:

– Ничего страшного. Я с тобой.

Ладно, с этим московским выскочкой я потом разберусь.

– Итак, у нас есть шесть участников, пожелавших принять участие в конкурсе…

Я здесь по ошибке!

– ..Наверное, вы все помните правила игры в фанты?

О, нет, только не это! Он бы ещё бутылочку предложил раскрутить. Это дискотека или чья-то свадьба? Я не понимаю!

– Так вот, сейчас перед вами окажется пять стульев. Да, вот сюда, пожалуйста, спасибо. Вот они – пять стульев. Но игроков-то шесть, верно? – он обвёл публику интригующим взглядом. – А это значит, что сейчас под музыку вы будете танцевать, что делали и до этого конкурса. Но как только её звуки стихнут, нужно сразу же занять место. Тот, кому стула не хватит, выбирает любой фант из моей чудо-коробочки и выполняет его задание, после чего он выбывает из игры и, если правильно выполнит задание, получает утешительный приз. С каждым коном стульев будет всё меньше и меньше, а последний оставшийся участник, наделённый самой быстрой реакцией, получит приз! А что это – я пока не скажу.

Ой, и не надо. Дайте подумать… чупа-чупс? Или шоколадный батончик?

Ну Андрей! Ты у меня попляшешь!

– Готовы? Тогда на-а-ачи-и-ина-а-аем! – прокричал ведущий в микрофон и вернулся к своим диджейским обязанностям.

– Не злись, – произнёс Андрей, вновь оказываясь рядом со мной. – Я ведь участвую вместе с тобой.

– Какая честь, – фыркнула я, не сдерживая своей злости.

И тут музыка прервалась, и все ринулись к стульям. Кроме меня.

Я, конечно, сделала вид, что очень хочу успеть и расстроилась, но, в целом, это было именно то, чего я добивалась.

– Как жаль, как жаль! Милая дама покидает нас. Но сначала – фант!

Диджей протянул мне коробочку, и я достала первую попавшуюся под руку бумажку. Мне тут же сунули под нос микрофон, и я прочла во всеуслышание:

– Сделать каждому игроку комплимент.

– Отлично! Тишина, – призвал он публику. – Держи микрофон.

Я неуверенно взяла из его рук микрофон и отправилась к первому из участников:

– У тебя красивые глаза.

Затем – дальше:

– Мне нравится твоя причёска.

И всё в этом духе. Когда дошла до Андрея, то заметила его насмешливую улыбку. Могу поспорить, он вполне ожидал, что я выдам при всех что-то вроде: «Ты просто придурок!» Но я произнесла самым вежливым тоном:

– У тебе очень оригинальное чувство юмора.

– Спасибо нашей участнице! – прокричал ведущий. – И наш утешительный приз – шоколадка с орешками!

Даже не сомневалась.

Буркнув: «Спасибо», я с облегчением заняла своё место и принялась следить за игрой. К нам протиснулись Даша и Миша – её молодой человек.

– Ух ты, Вика! Просто фантастика! Ты такая смелая.

Я усмехнулась, но переубеждать её не стала.

– А это кто? – кивнула она на Андрея. – Вы знакомы? Так круто зажигали вместе!

– Только что познакомились. Парень из Москвы, – пояснила я, выискивая глазами Рому. Интересно, он тоже так думает?

– Да кого вы слушаете! «Парень из Москвы», – передразнила меня Светка. – Он к ней явные клинья подбивает, а наша принцесса-недотрога даже улыбнуться ему не может.

– Потому что он не в моём вкусе, – резко ответила я.

Светка возмущенно хмыкнула, а Даша с улыбкой произнесла:

– Какой изощрённый у тебя вкус! А он ничего, ты присмотрись.

Я промолчала. Переубеждать их бессмысленно. Мне не нужен никакой Андрей. И я просто хотела развлечься, а не знакомиться.

– Андрей… Как жаль, – с досадой прошептала Света, и я вновь взглянула туда, где вовсю шла игра.

– Ваш фант, молодой человек, – протягивая ему коробку, улыбнулся ведущий.

Теперь игроков осталось лишь двое. Он ещё здорово продержался.

– Поцелуй с самой красивой девушкой зала, – прочёл Андрей и хмыкнул.

По залу разнёсся лёгкий шёпот.

– Вот это везунчик! – воскликнул ведущий. – Но и девушке повезло. Как думаете?

Со всех сторон раздалось одобрительное улюлюканье, а какой-то девичий голос по другую сторону от меня даже выкрикнул:

– Меня выбери! Пожалуйста! – и следом – взрыв хохота.

Андрей пробежал глазами по залу, замечая на себе заинтересованные взгляды. И вдруг его взгляд замер на мне.

Я чуть заметно качнула головой, давая понять: «Даже не думай». Но он уже растянул свои красиво очерченные губы в улыбке и протянул мне руку.

– О, да мы, кажется, уже знаем эту девушку, – довольно резюмировал ведущий. – Итак…

Произошла заминка. Ведущий нетерпеливо переминался на месте, Андрей стоял с протянутой мне навстречу рукой, и все взгляды вокруг были прикованы к нам. Я ощутила себя героиней какого-то странного фильма, действие которого происходит в замедленной съёмке.

Вот он подходит ко мне ближе, кладёт руку на талию и чуть слышно произносит:

– Ну же…

Свет софитов перемещается на моё лицо. Ещё секунда – и Андрей меня поцелует.

Но я не хочу этого!

Мгновенно вырвавшись из плена его рук, я бросилась к выходу, расталкивая – сколько же их! – людей вокруг. Наконец – заветная дверь. И вот я на улице, на свежем воздухе. А позади уже грохочет музыка. Неужели ведущий прервал этот конкурс и вернулся наконец к исполнению своих прямых обязанностей?

Дверь за моей спиной распахнулась, и я отскочила в сторону.

Андрей смотрел прямо на меня, без привычной улыбки, и мне стало неловко.

– Что случилось? – произнёс он.

– Тебе не кажется, что ты… – я запнулась, не находя подходящих слов.

«Ты слишком спешишь»? Нет, это не то. Это подразумевает, что в дальнейшем у нас, может, что-то и получится, что мне просто нужно время. А это не так. Я люблю другого, и целоваться ему назло или просто чтобы выбросить из головы мысли о нём – не хочу. Не поможет.

– Я тебе не нравлюсь? – не отводя свой пытливый взгляд, спросил Андрей и сделал шаг мне навстречу.

Я машинально отступила назад, побаиваясь сокращать расстояние.

– Нет. Дело не в этом.

Он на секунду замешкался, а потом догадался.

– А-а-а, ну конечно. «Но я другому отдана, и буду век ему верна», так?

– Извини, – пролепетала я, не соглашаясь, но и не отвергая только что озвученную версию. – Мне пора домой.

– Проводить?

– Не стоит.

Он не настаивал, и я была благодарна за это. Мне жутко хотелось обернуться и посмотреть, стоит ли он ещё у порога или уже зашёл внутрь? Но я не рискнула.

Темнота кругом давила и настораживала. Как только чуть отдаляешься от центра, фонарей на пути почти не встречается. А до бабушкиного дома ещё идти и идти.

Может быть, зря я не позволила себя проводить? Или хотя бы вернулась за Ксюшей. Вдвоём не так страшно. Хотя, кого тут бояться? Местные жители давно спят, а молодёжь собралась в клубе. Тишина летней ночи, что раскинулась на десятки километров, затопила землю, точно огромное море.

И в этот момент я услышала:

– Стой!

Я обернулась, пытаясь определить, с какой стороны прозвучал голос. Откуда-то сзади.

И снова:

– Не хочешь познакомиться?

Мужской голос раздался совсем близко, и я уже могла разглядеть его силуэт всего в десятке шагов от себя.

Взвизгнув так, как не кричала никогда в жизни, я рванула прочь. Вперёд, вперёд, скорее. Мне казалось, что я задыхаюсь.

Я торопила ноги, руки, всё тело. Я бежала вперёд, ощущая, как страх с каждой секундой всё больше сковывает меня.

– Эй, девушка, ну я же к тебе обращаюсь! Остановись ты!

Мужчина бежал за мной, я слышала его шаги, чувствовала, каким прерывистым стало моё дыхание. Нет, всё-таки зря я в детстве не послушалась папу и не пошла в спортивную секцию. Бегать совсем не умею. А до дома ещё…

Я была дура, я не знала, что такое страх. Только бы добраться домой! Хоть бы добраться! Если только я доберусь домой, больше никогда в жизни никуда не пойду одна.

Я перебежала дорогу и кинулась дальше, вперёд, по обочине. Мужчина не отставал. Я слышала его выкрики и чувствовала отчаянное сердцебиение в груди.

Осознав, что до дома могу и не успеть – слишком долго бежать, а силы уже на исходе, – я решилась на отчаянный шаг. Толкнув первую попавшуюся на пути калитку, за которой виднелся свет в окне дома, я ворвалась во двор и забарабанила в дверь, надеясь на то, что хозяева услышат меня и откроют. Пусть только откроют!

Где-то неподалёку залаял встревоженный пес. А незнакомый мужчина уже нарисовался в проёме калитки и разулыбался во весь рот.

– Девушка, а меня в гости пустишь?

«Он же пьян», – догадалась я.

И тем не менее опасен.

Я отчаяннее заколотила руками в дверь, выкрикивая:

– Откройте! Пожалуйста!

В комнате рядом с дверью вспыхнул свет, и я удвоила усилия.

– Пожалуйста! – крикнула я, и дверь отворилась, так что я едва не ввалилась внутрь.

– Помогите, пожалуйста, – взмолилась я, видя перед собой женщину лет пятидесяти, с курткой на плечах, наспех накинутой поверх халата.

Я обернулась, намереваясь указать на преследовавшего меня мужчину, но его уже и след простыл.

– Кто там? – спросила женщина, поймав мой тревожный взгляд.

– Какой-то мужчина. Он бежал за мной. А я живу далеко, мне ещё минут десять идти. Помогите, пожалуйста, мне очень страшно.

– Проходи, – кивнула она, пропуская меня в свой дом и закрывая дверь. – Переночуешь у меня.

Я смутилась, но возражать не стала. Сейчас напишу Ксюше эсэмэску, она объяснит всё бабушке.

– Ты откуда так поздно шла? – поставив чайник на плиту и доставая из ящика кружки, поинтересовалась женщина.

– Я из клуба шла. Там дискотека сегодня. А он увязался. Я побежала, и он за мной, – сбивчиво пояснила я.

– А что ж не проводил никто?

Я лишь пожала плечами. А что тут скажешь? Я ведь сама отказалась.

– Сильно напугалась? – участливо поинтересовалась женщина. – Это Валерка наверное, пьяница. Днём спит, а вечером наберётся и шастает по улицам. Тёть Маше – матери его – сладу с ним нет никакого. Уж сколько раз в полицию заявляли, а он отсидит пятнадцать суток, и по новой. Ты не бойся его.

Легко сказать: не бойся! Но разве мне известно, что у него на уме?

Я слушала свою спасительницу и постепенно успокаивалась. При ярком свете ламп я могла лучше разглядеть её. Она была уже немолодой, даже старше, чем мне показалось сначала, но весьма ухоженной. Крашенные в каштановый цвет волосы собраны в аккуратный пучок. Ясные глаза, обрамлённые сеточкой морщин, светятся добротой.

– Меня Надеждой Николаевной зовут. А тебя?

– Вика.

– Ну что ж, пей чай, Вика. Чем богаты, тем и рады.

– Спасибо большое. Вы извините за моё вторжение, да ещё и ночью. Я не хотела Вас будить и пугать, но…

– Ничего страшного. Бери печенье. У меня его внук очень любит, я всегда такое покупаю. А ты сама откуда?

– Из города. Но каждое лето – здесь, у бабушки. Вера Павловна Наумова – может быть, знаете?

– А-а-а, знаю, знаю, конечно.

Она хотела было сказать что-то ещё, но тут дверь открылась с чуть слышным шумом. Я мгновенно обернулась, ожидая увидеть своего преследователя, каким-то образом пробравшегося в дом Надежды Николаевны, но это был не он. Это был… Рома.

– Рома, наконец-то! – вздохнула его… бабушка? – Давай, проходи. Чай будешь? У нас вот гости.

Я опустила печенье, поднесённое ко рту, и поспешно отвела взгляд от гипнотических Роминых глаз. Сказать, что он был изумлён – не сказать ничего. Представляю картину: приходишь домой, время позднее, а тут одна твоя знакомая распивает чаи и болтает с бабулей. Точнее, не так. В Роминых глазах это, видимо, выглядит по-другому: приходишь домой, время позднее, а тут предательница, из-за которой отменили гонки на мопедах, сидит, распивает чаи и болтает с бабулей как ни в чём не бывало.

Признаться, я была удивлена не меньше. Конечно, я была осведомлена, что Ромина бабушка живёт где-то неподалёку, но в каком конкретно доме – не знала наверняка. Что это: случай? Судьба? Закон подлости?

– Ба, а чё происходит? – наконец отмер парень.

– Рома, девушка у нас переночует. Я ей в гостиной постелю. Вы, кстати, не знакомы?

Мы переглянулись. Я не знала, какую тактику избрать, поэтому право отвечать предоставила Роме.

– Знакомы, – пробормотал он не слишком доброжелательно. – Пусть в моей комнате спит, а я в гостиной.

– Ну, как хотите, – не стала вмешиваться Надежда Николаевна. – Я постельное сейчас дам.

Она отправилась в другую комнату, тактично оставив нас наедине. Добрая Ромкина бабушка, если б она только знала, что это лишь больше усугубит разверзшуюся между нами пропасть.

– Я не знала, что это твой дом, – произнесла я, сидя к нему вполоборота, почти спиной, уткнувшись в чашку с ароматным чаем и покручивая в руке недоеденное печенье.

– Да? И как же тогда здесь оказалась? – недоверчиво спросил он.

– Я знаю, что это выглядит глупо. – Я вздохнула. – Сложно объяснить. Я возвращалась домой, а ко мне пристал какой-то нетрезвый мужик. Я испугалась, ну и в первый попавшийся дом… В этот… Твоя бабушка очень мне помогла. Мне правда неловко.

Я повернулась к нему лицом, чтобы взглянуть на парня. Помимо прочего мне было неловко ещё и сидеть к нему спиной, словно я со стенами общаюсь.

– А что же твой кавалер тебя не проводил?

Ага, значит, всё-таки, заметил. И неужели приревновал?

– Он не мой кавалер, – произнесла я, чеканя каждое слово. – Мы познакомились на дискотеке.

Рома ничего не сказал, а когда уже сделал шаг к двери, чтобы оставить меня одну, я воскликнула:

– Ну что ты молчишь?

– А что я должен говорить? – замер он и, потоптавшись пару секунд на месте, так и не дождавшись ответа, ушёл.

Когда я вошла в комнату, меня ждала аккуратно застеленная кровать и вещи для сна: длинная хлопчатобумажная футболка цвета хаки, тканевые бриджи и носки.

Я переоделась, но ложиться спать не спешила. Мне хотелось получше рассмотреть Ромину комнату, раз уж появилась такая возможность, понять, как он живёт и чем интересуется. Вряд ли я когда-нибудь окажусь здесь снова.

Комнатка была небольшой, но очень уютной. Неброские обои светло-коричневого оттенка на стенах. Окно напротив двери. С одной стороны от него – кровать. С другой – письменный стол и лежащий на нем чёрный ноутбук. Надо же, даже в посёлке Рома не расстаётся с техникой и соцсетями. Может быть, общается так со своей девушкой?

От этой мысли мне стало не по себе, и я, чтобы отвлечься, снова занялась созерцанием окружающего меня интерьера.

На стене над столом висела какая-то рамка, и я подошла ближе, чтобы рассмотреть. Это было детское фото Ромы. Вряд ли эта затея (повесить сюда фото) – его рук дело. Что-то я не заметила за ним особой чувствительности к воспоминаниям и сентиментальности. Наверное, бабушка повесила. Или родители.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Я отошла от стола и коротко ответила:

– Да, – потому что говорить в чужом доме «войдите» считала неприличным.

– Не спишь? – высунулась из-за двери Ромкина голова.

– Как раз собираюсь.

– Тогда спокойной ночи, – закусив губу, сконфуженно произнёс он.

– Эй, стой! Ты же пришёл сюда не за этим, – догадалась я.

Парень обернулся, подошёл к столу и присел на краешек стула.

– Как так получилось, что к тебе приставал какой-то мужик?

– Вон оно что… Не хочу я об этом.

Помолчав пару секунд, сдалась и коротко повторила всю историю:

– Просто возвращалась домой, а он увязался и стал приставать. У меня не было вариантов, кроме как заскочить в ближайший дом. Ты же знаешь, до моего ещё добрых десять минут идти, может, чуть меньше. Я правда не знала, что здесь живёшь ты!

Он глазами обвёл свою комнату, а затем вновь посмотрел на меня.

– А если бы знала – не зашла?

Секунду я колебалась, взвешивая «да» и «нет». Такой вопрос не посещал мою голову.

– Не знаю. Времени думать не было. Может быть, и зашла бы. Уместней сказать – ворвалась.

– Главное, что всё обошлось.

– Угу, – кивнула я, не зная, что делать дальше, и снова взглянула на детскую фотку на стене.

– Насчёт гонок… – внезапно перевёл тему Рома.

Я напряглась, стараясь не показать этого внешне. Сердце в груди бешено заколотилось, гулким эхом отдавая в виски.

– Я знаю, что это не ты.

Я вопросительно взглянула на него, и Рома, тут же отводя глаза, поспешил объяснить:

– Это не ты виновата. Просто ты одна была против, и я сразу подумал, что больше некому. Прости, я думал…

– Что я могу тебя предать? – закончила за него я с нотками горечи в голосе.

Он снова закусил губу, выдавая своё волнение. Но я чувствовала себя не лучше.

– Прости, – повторил Рома.

– Ладно, проехали. А что насчёт городских соревнований? Вы будете участвовать?

– Надеюсь. Если нам вернут к тому времени мопеды.

– А заявки вы подали?

– Да.

– Ну что ж, желаю удачи, – улыбнулась я, надеясь поставить точку в этой истории.

Ну вот и разобрались. Рома знает, что я не при чём, но теперь уже слишком поздно. Он с Машей, а у меня есть Андрей – он так считает.

Рома поднялся, направляясь к двери и снова желая спокойной ночи, но я заставила его замереть, обронив:

– А кто это сделал? Кто рассказал родителям?

– Неважно, – произнёс он, закрывая за собой дверь.

«Ну и ладно», – подумала я в тот миг, как дверь вновь отворилась, и Ромка сказал, не переступая порога:

– Мои родители услышали, как я болтал об этом с Димкой по телефону. И приняли меры. Они тогда ещё тут были, в посёлке. Ещё и остальных родителей обзвонили. А я только сегодня узнал, когда пытался узнать у них, ты это была или не ты. Так что ты была права, это мой косяк. Но всё так совпало…

– Но если ты и так был уверен, что это я, почему допытывался у родителей?

Ромка отвернулся, будто пытался избежать ответа на этот вопрос. Потом нехотя буркнул:

– Я хотел быть уверен. Спокойной ночи!

И снова захлопнул дверь. Теперь уже до утра.

Глава 9

Едва проснувшись, я удивлённо обвела глазами комнату, пытаясь опознать незнакомую обстановку.

Это же Ромина спальня! А я в его доме. То есть, в доме его бабушки.

Сколько же времени? А вдруг уже полдень, а я ещё сплю?

Я подскочила, хватаясь за мобильный, но тут же облегчённо вздохнула. Начало десятого. Не слишком поздно.

Переодевшись в свою одежду и аккуратно убрав за собой постель, я вышла на кухню, где хлопотала Надежда Николаевна.

– Доброе утро!

– А-а-а, Вика! Доброе утро! Проходи, сейчас завтракать будем.

– А Рома… – нерешительно начала было я.

– Рома спит ещё, но скоро должен подняться. Ты кофе с молоком или без?

– С молоком. Спасибо.

Пока я пила кофе и ела вкусные блинчики Роминой бабушки, парень проснулся и, сонный, появился на кухне.

– Привет.

– Привет, – поздоровалась я.

Он стоял в одних шортах, с взлохмаченными ото сна волосами. Такой милый и родной.

Я поспешно отвернулась, стараясь спрятаться от нахлынувших чувств. Между нами ничего не может быть. Только дружба.

– Рома, оделся бы, – пристыдила его бабушка.

– Угу, – кивнул он и направился в ванную.

– Как привык, так и ходит, – пояснила мне Надежда Николаевна.

– Ничего страшного. Спасибо за вкусный завтрак и вообще, – поднимаясь из-за стола, с улыбкой произнесла я.

– Не за что, мне только в радость, – улыбнулась она. – Заходи в гости.

– Хорошо, – вежливо кивнула я и, попрощавшись, не дожидаясь повторного появления Ромы на кухне, вышла из дома.

Думать о том, что меня ждёт, когда я дойду наконец в пункт назначения, не хотелось. Буду надеяться, что буря будет не слишком большой магнитуды – я всё-таки предупредила Ксюшу, а она должна была объяснить ситуацию бабушке. Однако о том, чтобы ещё раз пойти на дискотеку, можно и не мечтать. Да и не велика потеря.

Когда я наконец заявилась, мысленно подготовив множество вариантов оборонительной речи, меня встретила одна только Ксюша.

– Привет. А бабушка где? – с ходу начала я.

– На огороде, где ж ей быть!

– Она не сильно ругалась из-за меня?

– Вообще не ругалась.

– Да ладно? – не поверила я.

– Честное слово. Я сказала ей, что ты ночуешь у Светки, и она ни о чём не догадалась.

– Что ты сказала?

– Ты слышала, – спокойно ответила она. – Так что с тебя шоколадка.

– С удовольствием отдам ту, что выиграла вчера на дискотеке, – пробормотала я, мысленно возблагодарив сестру за её отлично продуманный план.

– Кстати! – загорелась очередной идеей она. – А почему ты мне ничего не сказала про этого парня? Кто этот Андрей? Вы давно с ним знакомы?

– Я не понимаю, теперь все будут спрашивать меня об одном и том же? Мы познакомились вчера, на дискотеке. И вполне возможно, что больше я его не увижу.

– А я бы так не сказала. Он вёл себя весьма… недвусмысленно.

– В каком смысле? – насторожилась я.

– Как будто ты – его собственность. Ну, девушка, я имею в виду.

– Это не так.

– И он тебе не нравится? – продолжала допытываться Ксюша.