Малышка Тирана

Глава 1. Ультиматум для отца. Артур

Я уже три года был беззаветно влюблен в нее. В Лилию Верховскую. Единственную дочь моего врага в криминальном мире - Марата Верховского. Я больше не мог оставаться в стороне. Ее папаша собирался выдать ее за Захара Миронова, сына своего давнего приятеля. Захар был тем еще ублюдком и садистом. Он обожал мучить девушек в постели до потери сознания. Я не мог позволить ему обладать той, которую сам хотел видеть в роли своей жены. Я женюсь на ней и буду делать все возможное, чтобы она отдала мне свое сердце и полюбила меня в ответ.

Мой бронированный "Мерседес" бесшумно катил по частному сектору, где за высокими заборами прятались особняки сильных мира сего. Таких, как Марат. Таких, как я. Руки, обтянутые кожей перчаток, с силой сжимали руль. Костяшки пальцев побелели. Внутри все клокотало от смеси решимости, ярости и предвкушения. Сегодня я поставлю точку в этом вопросе. Лилия будет моей. Любой ценой.

Я мельком взглянул на свое отражение в зеркале заднего вида. Бритая голова, волевой подбородок, покрытый легкой щетиной, жесткий взгляд темно-карих глаз. Люди говорили, что мой взгляд способен заморозить. Что ж, сегодня Марату Верховскому предстоит ощутить на себе всю его ледяную мощь.

Машина остановилась у ворот его дома. Камеры наблюдения тут же уставились на меня своими безжизненными зрачками. Я не сомневался, что охрана уже доложила хозяину о моем визите. Незваный гость всегда хуже татарина, особенно если этот гость - Артур Золотов.

Ворота медленно поползли в сторону, открывая вид на безупречно подстриженный газон и огромный, холодный, как склеп, особняк. Я вышел из машины, хлопнув дверью с такой силой, что звук эхом отразился от стен дома. Двое охранников, похожих на бульдогов, напряженно застыли у входа, но дорогу перегораживать не посмели. Они знали, кто я. Знали, что одно мое слово - и их хозяин лишится всего.

Двери в дом мне открыл сам Марат. Седеющий, но все еще крепкий мужчина с цепким, хищным взглядом. Он стоял в холле, скрестив руки на груди. На нем был дорогой домашний халат из шелка, но вид у него был отнюдь не расслабленный.

- Золотов. Какими судьбами? - его голос был пропитан ядом. - Не припомню, чтобы я тебя приглашал.

- Я ненадолго, - проигнорировав его враждебность, я прошел мимо него в гостиную.

Интерьер был таким же, как и сам хозяин - дорогим, вычурным и бездушным. Мрамор, позолота, тяжелая мебель. Все кричало о деньгах и власти, но не было ни капли уюта.

- Я пришел с предложением, Марат, - я развернулся к нему, расстегивая пиджак.

- У меня нет с тобой дел, - отрезал он, подходя ближе. В его глазах плясали злые огоньки. - Особенно после того, как твои люди перехватили мой последний груз.

- Это бизнес, ничего личного, - усмехнулся я. - Но сейчас речь пойдет как раз о личном. О самом ценном, что у тебя есть.

Я выдержал паузу, наблюдая, как на его лице недоумение сменяется тревогой.

- Я прошу у тебя, Марат, руки твоей дочери, Лилии. Я хочу жениться на ней... - без предисловий и долгих хождений вокруг да около объявил я, едва войдя в гостиную дома Верховских.

На мгновение в комнате повисла оглушительная тишина. Марат застыл, словно громом пораженный. Его лицо побагровело.

- Ты что? - прошипел он, не веря своим ушам. - Ты с ума сошел, Золотов? Отдать мою дочь за тебя? За своего врага? Никогда!

- У тебя нет выбора, - мой голос стал стальным. Я подошел к столу и небрежно бросил на него тонкую папку. - Здесь все. Твои оффшорные счета, схемы с поставками, связи с продажными чиновниками. Все то, что ты так тщательно скрывал. Один мой звонок - и твоя империя рухнет, а ты сядешь до конца своих дней.

Он рванул папку, лихорадочно листая страницы. С каждой секундой его лицо становилось все бледнее. Он понял. Понял, что я загнал его в угол, как крысу.

- Ублюдок... - выдохнул он, поднимая на меня взгляд, полный ненависти.

- Лилия помолвлена с Захаром Мироновым! - предпринял он последнюю отчаянную попытку.

- Этот брак не состоится, - отрезал я. - Ты же знаешь, что Захар - животное. Ты хочешь отдать свою единственную дочь, свою кровь, на растерзание этому садисту? Или ты отдашь ее мне? Да, я твой враг. Но я никогда ее не обижу. Она будет жить как королева. Я дам ей все, чего она пожелает. Взамен ты сохранишь свой бизнес и свою свободу.

В этот момент на шум из коридора вышла она. Лилия.

Она была еще прекраснее, чем я ее помнил. Длинные светлые волосы, вьющиеся от природы, падали на плечи. Она была без макияжа, в простых джинсах и уютном кашемировом свитере. Но даже в такой домашней одежде она выглядела как ангел. Ее голубые глаза, огромные и чистые, с тревогой перебегали с меня на отца.

- Папа, что здесь происходит? Кто это? - ее голос был тихим и мелодичным, как звон колокольчика.

Она смотрела на меня, и в ее взгляде читался страх и непонимание. Мое сердце пропустило удар. Я хотел подойти, сказать, что все хорошо, что я ее не обижу. Но я не мог. Не сейчас.

- Лилия, иди в свою комнату, - глухо приказал Марат, не глядя на нее.

- Твой будущий муж, Артур Золотов, - опередил я его. Я смотрел прямо на нее, стараясь вложить в свой взгляд всю ту нежность, что копилась во мне годами, но видел в ее глазах лишь нарастающий ужас.

- Что?.. - прошептала она, ее лицо стало белым, как полотно. - Папа, это какая-то шутка?

- Я сказал, иди в свою комнату! - рявкнул Марат.

Лилия вздрогнула от его крика, ее глаза наполнились слезами. Она бросила на меня еще один испуганный, полный ненависти взгляд и, развернувшись, убежала наверх. Я слышал, как хлопнула дверь ее комнаты.

Этот звук отозвался болью в моем сердце. Я сделал первый шаг, но он уже принес ей страдания.

- Итак, Марат? - я снова повернулся к нему. Мой голос не дрогнул. - Свадьба через неделю. Подготовь дочь. Сопротивление бесполезно. Ты это знаешь.

Он стоял, опустив плечи, сломленный и побежденный. В его глазах больше не было огня, лишь серая безысходность.

- Будь ты проклят, Золотов, - прохрипел он.

- Возможно, - спокойно ответил я. - Но твоя дочь будет моей женой.

Я развернулся и пошел к выходу, не оглядываясь. Я получил то, за чем пришел. Лилия отныне принадлежала мне. Осталось самое сложное - завоевать ее сердце, вырвав его из плена ненависти и страха, в который я сам ее и погрузил.

Глава 2. Холодный приказ. Лилия

Я стояла за дверью своей комнаты, прижавшись к ней спиной и задыхаясь от беззвучных рыданий. Мое тело била мелкая дрожь. Слова незнакомца, его стальной, властный голос и ледяной взгляд до сих пор стояли перед глазами. "Твой будущий муж, Артур Золотов". Муж...

Я сползла по двери на пол, обхватив колени руками. Этого не может быть. Это какой-то страшный сон, абсурдная ошибка. Артур Золотов. Я слышала это имя. Его шепотом произносили охранники отца, его с ненавистью упоминал сам отец. Золотов - это враг. Монстр. Человек из того же криминального мира, что и мой отец, только, судя по всему, куда более жестокий и опасный. И этот человек... он хочет на мне жениться? А мой отец... он позволит этому случиться?

Дверь внизу оглушительно хлопнула. Он ушел. Я вскочила на ноги и, не вытирая слез, выбежала из комнаты, несясь вниз по лестнице. Отец все еще стоял посреди гостиной, глядя в одну точку. Его лицо было серым, плечи опущены. Таким побежденным я его еще никогда не видела.

- Папа! - мой голос сорвался. - Что это было? Кто это был? Скажи, что это неправда! Скажи, что ты не отдашь меня ему!

Он медленно повернул голову. Его взгляд был пустым, отрешенным.

- Лилия, так надо.

- Надо? - взвизгнула я, чувствуя, как внутри все закипает от обиды и отчаяния. - Что значит "надо"? Ты продаешь меня своему врагу! Почему? За что? Я же твоя дочь!

- Именно потому, что ты моя дочь, ты сделаешь так, как я сказал! - впервые за долгое время он повысил на меня голос. В его тоне не было привычной отцовской любви, только холодный, непреклонный приказ. - Ты выйдешь замуж за Артура Золотова. Свадьба через неделю. Разговор окончен.

- Нет! - закричала я, слезы снова хлынули из глаз. - Я не выйду за него! Я не хочу! У меня есть Захар...

- Забудь о Захаре! - рявкнул он так, что я отшатнулась. - Помолвка расторгнута. Ты поняла меня?

Я смотрела на него, и не узнавала. Где мой любящий папа, который всегда говорил, что я его принцесса? Который обещал, что я сама выберу себе мужа и буду счастлива? Передо мной стоял чужой, жестокий человек, который одним росчерком перечеркнул всю мою жизнь.

- Ты... ты меня предаешь, - прошептала я, чувствуя, как сердце разрывается на части.

Он ничего не ответил. Просто развернулся и пошел к своему кабинету, оставив меня одну посреди огромной, холодной гостиной. Одну с моим горем и ужасом перед будущим.

Я вернулась в свою комнату, как в тумане. Моя комната... мое убежище. Светлые стены, мягкий ковер, большая кровать с балдахином. Мой маленький девичий мир, который казался таким надежным и безопасным. И который вот-вот будет разрушен.

Я подошла к зеркалу. Из него на меня смотрела растрепанная, заплаканная девушка с покрасневшими глазами и дрожащими губами. Невеста... Невеста чудовища.

В голове всплыл его образ. Высокий, мускулистый, с бритой головой и пронзительными темными глазами. Он не был уродлив, нет. Он был по-звериному красив, и от этой красоты веяло опасностью. Власть чувствовалась в каждом его движении, в каждом слове. Он смотрел на меня так, будто я уже принадлежу ему. Как на вещь. Трофей, который он отнял у врага.

Яростная волна ненависти захлестнула меня. К нему. К отцу. К этому проклятому миру, в котором я родилась и из которого мне никогда не выбраться. Я - лишь разменная монета в их жестоких играх. Пешка, которую двигают по доске, не спрашивая ее желания.

Я бросилась к шкафу и начала вытаскивать вещи, сбрасывая их на пол. Сумка... мне нужна сумка. Я убегу. Скроюсь. Куда-нибудь, где они меня не найдут. Но куда? У меня нет ни денег, ни знакомых за пределами этого золотого аквариума. Я даже не знаю, как купить билет на поезд. Отец всегда оберегал меня, создавая вокруг стерильный мир, в котором я была беспомощной куклой. Он готовил меня не к жизни. Он готовил меня к выгодной сделке.

Осознав всю тщетность своих попыток, я опустилась на пол среди разбросанной одежды и зарыдала в голос. От бессилия, от страха, от ненависти. Я плакала о своих разбитых мечтах, о неслучившейся любви, о потерянной свободе.

Свадьба через неделю. Семь дней. Всего семь дней, и моя жизнь превратится в ад. Я стану женой Артура Золотова. Его собственностью. Его игрушкой. И никто, даже собственный отец, меня не защитит. Он сам бросил меня в клетку к этому зверю.

Приговор был вынесен. И обжалованию он не подлежал.

Глава 3. Победа с привкусом горечи. Артур

Я сел в машину, и салон, казалось, мгновенно пропитался напряжением, которое я принес с собой из дома Верховских. Руслан, мой верный помощник и правая рука, сидевший на пассажирском сиденье, молчал. Он никогда не задавал лишних вопросов, но я чувствовал его вопросительный взгляд.

- Все, - коротко бросил я, заводя мотор. - Она будет моей. Свадьба через неделю.

- Поздравляю, босс, - ровным голосом ответил он. Но я уловил в его интонации нотку сомнения. Руслан знал, как долго я шел к этому. Знал, что Лилия для меня - не просто способ насолить врагу.

- Рано поздравлять, - рыкнул я, выруливая на дорогу. Образ заплаканных, полных ужаса голубых глаз стоял перед моим внутренним взором, вызывая тупую боль где-то в груди. - Она меня ненавидит.

- Она вас не знает, - резонно заметил Руслан. - Узнает - перестанет.

- Она дочь Марата. Она знает обо мне ровно то, что ей рассказывал папочка. Что я - монстр, который хочет разрушить их семью. И сегодня я полностью подтвердил этот образ.

Я с силой ударил ладонью по рулю. Победа. Абсолютная, безоговорочная победа над Маратом. Я получил то, что хотел. Но почему тогда на душе такой паршивый осадок? Почему вместо триумфа я чувствую горечь?

Потому что я видел ее страх. И этот страх был моей виной. Я ворвался в ее жизнь, как варвар, разрушая все на своем пути, и прикрывался благой целью - спасением от Захара. Но для нее я ничем не лучше. Я такой же хищник, который пришел забрать свое.

- Руслан, - мой голос стал жестче, возвращаясь к привычным деловым интонациям. - Первое. Подготовь все к свадьбе. Лучшее агентство, лучшие флористы, лучший ресторан. Пусть это будет свадьба века. Для нее. Второе. Обеспечь круглосуточное наблюдение за домом Верховских. Никто не должен к ней приближаться. Особенно Захар Миронов. Если он появится хотя бы в радиусе километра - сломайте ему ноги. Я ясно выражаюсь?

- Более чем, босс.

- Третье. Подготовь наш загородный дом. Полностью. Найми новый персонал, проверь каждого до седьмого колена. Там все должно быть идеально и безопасно. Это будет наш с ней дом.

- Будет сделано.

Остаток пути мы ехали молча. Я прокручивал в голове сцену в гостиной снова и снова. Ее испуганный шепот: "Папа, это какая-то шутка?". Ее взгляд, полный ненависти, перед тем, как она убежала. Я понимал, что поступил единственно верным способом. Переговоры с Маратом были невозможны. Просьбы бессмысленны. Только сила. Только давление. В нашем мире понимают лишь этот язык.

Но как объяснить это ей? Как показать, что за маской жестокого тирана скрывается мужчина, который готов бросить к ее ногам весь мир? Который три года тайно наблюдал за ней, собирая по крупицам информацию о ее жизни, зная ее любимые цветы, книги, музыку. Который влюбился в ее смех, случайно услышанный в парке, в ее светлую, чистую ауру, так сильно контрастирующую с грязью нашего мира.

Приехав в свой пентхаус, я прошел в кабинет и налил себе виски. Лед звякнул о хрусталь. Я подошел к панорамному окну, за которым раскинулся ночной город, сверкающий миллионами огней. Мой город. Моя империя. И скоро в ней появится королева. Моя маленькая, напуганная королева.

Но как объяснить это ей? Как показать, что за маской жестокого тирана скрывается мужчина, который готов бросить к ее ногам весь мир? Который три года тайно наблюдал за ней, собирая по крупицам информацию о ее жизни, зная ее любимые цветы, книги, музыку. Который влюбился в ее смех, случайно услышанный в парке, в ее светлую, чистую ауру, так сильно контрастирующую с грязью нашего мира.

Приехав в свой пентхаус, я прошел в кабинет и налил себе виски. Лед звякнул о хрусталь. Я подошел к панорамному окну, за которым раскинулся ночной город, сверкающий миллионами огней. Мой город. Моя империя. И скоро в ней появится королева. Моя маленькая, напуганная королева.

Я достал телефон и открыл галерею. Там была всего одна папка, скрытая под несколькими паролями. В ней - фотографии Лилии. Вот она смеется с подругами в кафе. Вот она сосредоточенно читает книгу на скамейке в парке. Вот она, в легком летнем платье, кружится под дождем. Эти снимки делал для меня лучший частный детектив. Я часами мог их разглядывать, изучая каждую черточку ее утонченного лица, каждую искорку в ее глазах.

Я остановился на последнем фото. Она была снята несколько дней назад. Счастливая, безмятежная. Не знающая, какая буря вот-вот обрушится на ее жизнь.

- Я сделаю тебя счастливой, малышка, - прошептал я, обращаясь к фотографии. - Клянусь, я сделаю. Даже если для этого мне придется сначала стать твоим главным кошмаром.

Я допил виски одним глотком, чувствуя, как обжигающая жидкость катится по горлу. План запущен. Пути назад нет. Война за ее сердце только началась, и я знал, что она будет самой сложной в моей жизни. Но я был готов. Я завоюю ее. Заставлю поверить мне. Заставлю полюбить. И тогда эта победа больше не будет отдавать горечью. Она станет сладкой. Самой сладкой в моей жизни.

Глава 4. Цвет неволи. Лилия

Прошел день. Или, может быть, два. Время слилось в один вязкий, серый кисель из отчаяния и страха. Я почти не выходила из своей комнаты, превратив ее в кокон, в котором пыталась спрятаться от наступающей реальности. Еду, которую приносила прислуга, я почти не трогала. Аппетита не было совершенно, любой кусок застревал в горле комом.

Отец больше не пытался со мной говорить. Я видела его пару раз в коридоре - он лишь бросал на меня быстрый, виноватый взгляд и спешил скрыться в своем кабинете. Он сделал свой выбор. Он продал меня, и теперь ему было стыдно смотреть мне в глаза. А мне было противно смотреть на него. Человек, которого я любила и считала своей единственной опорой, оказался предателем.

Я сидела на подоконнике, обхватив колени, и смотрела на безупречный сад. Раньше я любила это место, но теперь даже оно казалось мне частью тюрьмы. Высокий забор, камеры наблюдения, молчаливая охрана у ворот... Все это было не для защиты. Все это было для того, чтобы держать меня здесь до того момента, как придет мой новый хозяин.

Артур Золотов.

Я прокручивала в голове его имя, и оно отзывалось во мне ледяным ужасом и глухой, бессильной ненавистью. Я вспоминала его лицо - жесткие черты, подчеркнутые скулы, темные, пронзительные глаза, которые смотрели так, будто уже раздевали не только мое тело, но и душу. Властный. Уверенный. Неприступный. Он не просил. Он брал. И теперь он пришел, чтобы взять меня.

В дверь тихо постучали.

- Войдите, - безразлично бросила я, не оборачиваясь.

Вошла наша домработница, Анна Степановна, женщина, которая работала у нас с моего детства. В ее руках была большая, элегантная коробка темно-графитового цвета, перевязанная атласной лентой.

- Лилия, милая, это тебе, - тихо сказала она, ставя коробку на мою кровать. В ее голосе звучало сочувствие. Кажется, весь дом уже знал о моей незавидной участи.

- От кого это? - спросила я, хотя сердце уже сжалось в предчувствии ответа.

- Курьер доставил. Сказал, от господина Золотова.

Кровь отхлынула от моего лица. Подарок. От него. Первая цепь, которую он накидывал на мою шею.

- Унесите, - мой голос прозвучал глухо и враждебно. - Я не приму это. Выбросьте.

- Лилечка, я не могу, - вздохнула Анна Степановна. - Твой отец приказал передать тебе лично в руки.

Конечно. Отец теперь его верный пес. Он сделает все, что прикажет его новый покровитель.

Когда женщина ушла, я еще долго сидела, не двигаясь, сверля взглядом ненавистную коробку. Она лежала на моей белоснежной кровати, как темное, зловещее пятно. Часть меня хотела разорвать ее в клочья, сжечь, уничтожить. Но другая, более слабая и трусливая, дрожала от любопытства и страха. Что будет, если я ослушаюсь? Что сделает он?

Наконец, я не выдержала. Медленно, словно боясь, что коробка взорвется, я подошла к кровати. Пальцы дрожали, когда я потянула за ленту. Она бесшумно соскользнула на покрывало. Я подняла крышку.

Внутри, на подложке из черной шелковой бумаги, лежало платье. Изумрудное. Я затаила дыхание. Оно было невероятной красоты. Тончайший, струящийся шелк, идеальный крой, глубокий, насыщенный цвет драгоценного камня. Я никогда не видела ничего подобного. Это была вещь не из тех бутиков, куда меня водила мама. Это было что-то эксклюзивное, созданное для королевы.

Рядом с платьем лежала маленькая бархатная коробочка. Я открыла и ее. Внутри, на подушечке, покоились серьги - два крупных изумруда в обрамлении мелких бриллиантов. Они сверкали холодным, надменным светом.

Это было не просто платье. Это был наряд. Комплект. И я прекрасно понимала, что это не подарок. Это приказ. Он выбрал, что я надену. Он уже решал за меня.

Я достала платье из коробки. Ткань была прохладной и невесомой. Я приложила его к себе, глядя в зеркало. Изумрудный цвет идеально подходил к моим светлым волосам и голубым глазам. В этом платье я буду выглядеть... потрясающе. И от этой мысли мне стало еще хуже. Он хотел, чтобы я была красивой куклой. Его куклой.

Я швырнула платье на пол. Ненавижу! Ненавижу его! Он не получит меня! Я не надену это!

В этот момент мой телефон, лежавший на тумбочке, завибрировал. Я вздрогнула. Незнакомый номер. Сердце заколотилось, как бешеное. Я знала, кто это. Уже знала.

Дрожащей рукой я взяла телефон и открыла сообщение. Всего одна строчка. Без приветствий. Без подписей.

"Завтра в восемь вечера я за тобой заеду. У нас будет ужин. Надень мое платье".

Это был не вопрос. Не просьба. Это был приказ. Короткий, ясный, не терпящий возражений.

Я смотрела на экран, и слезы снова подступили к глазам. Но это были уже не слезы отчаяния. Это были слезы бессильной ярости. Он был далеко, но я чувствовала его присутствие здесь, в моей комнате. Он контролировал меня. Он уже управлял моей жизнью.

Я подняла с пола изумрудный шелк. Он струился в моих руках, холодный и гладкий, как змеиная кожа. Завтра. Завтра я увижу его снова. И я буду в его платье. Потому что я боялась. Я до смерти боялась узнать, что он сделает, если я не подчинюсь.

Глава 5. Ход завоевателя. Артур

Мой рабочий день был забит до предела. Переговоры с китайскими партнерами, отчеты службы безопасности по новому каналу поставок, совещание с юристами. Я решал вопросы, отдавал приказы, манипулировал людьми и цифрами с холодной, отточенной точностью хирурга. Моя империя работала как часы, и я был ее главным механизмом. Но сегодня сквозь привычный ритм дел красной нитью проходила одна посторонняя мысль. Одна навязчивая картина.

Лилия.

Я представлял, как она получает мою коробку. Как ее тонкие пальцы развязывают ленту. Как ее огромные голубые глаза смотрят на изумрудный шелк. Будет ли в них восхищение? Или только ненависть и страх? Скорее всего, второе. Пока что - второе.

Я сам выбрал это платье. Провел почти два часа с лучшим столичным дизайнером, отвергая десятки эскизов. Я хотел, чтобы оно было идеальным. Не вульгарным, но соблазнительным. Элегантным, но подчеркивающим каждый изгиб ее стройной фигуры. Изумрудный цвет... Он должен был оттенить ее фарфоровую кожу и сделать цвет ее глаз еще глубже. Я хотел, чтобы, взглянув на себя в зеркало, она увидела не пленницу, а королеву. Даже если она пока не понимает, что это ее королевство.

- Босс, все готово, - доложил Руслан, входя в кабинет. - Ресторан забронирован. Полностью. На весь вечер. Охрана проверила помещение, кухню, персонал. Все чисто.

- Хорошо, - кивнул я, отрываясь от документов. - Машину к семи сорока пяти.

- Артур... - Руслан замялся, что было на него совершенно не похоже. - Ты уверен, что это хорошая идея? Так сразу... ужин, давление. Может, стоило дать ей время?

Я поднял на него тяжелый взгляд.

- Время? Время работает против меня, Рус. Каждая минута, которую она проводит в том доме, вбивает ей в голову мысль, что я - ее враг и мучитель. Я должен показать ей другую сторону. Показать, что мир со мной - это не тюрьма. Это защита. Это возможности. Это красота, в конце концов.

- Она может отказаться.

- Не откажется, - уверенно сказал я, вспоминая сломленный вид Марата и ужас в глазах его дочери. - Она боится. И пока ее страх - мой единственный союзник. Но я собираюсь заменить его другим чувством.

Выбрав момент, я достал телефон и набрал короткое сообщение. Никакой вежливости. Никаких "пожалуйста" или "будь добра". В ее мире, воспитанной властным отцом, она привыкла к приказам. Сейчас она должна понять, что власть сменилась. Теперь приказы отдаю я.

"Завтра в восемь вечера я за тобой заеду. У нас будет ужин. Надень мое платье"

Отправив сообщение, я отложил телефон. Ход сделан. Теперь ожидание. Странное, незнакомое мне чувство. Смесь азарта охотника и волнения мальчишки перед первым свиданием. Я мог заполучить любой контракт, сломить любого конкурента, но заставить эту хрупкую девочку посмотреть на меня без ненависти казалось самой сложной задачей в моей жизни.

Вечером, стоя перед зеркалом в своей гардеробной, я поймал себя на том, что придирчиво выбираю костюм. Отбросил черный, слишком официально. Отверг серый, слишком скучно. Остановился на темно-синем, сшитом на заказ в Италии, и белоснежной рубашке. Несколько верхних пуговиц я оставил расстегнутыми. Я не хотел выглядеть как ее отец на деловой встрече. Я хотел, чтобы она увидела во мне мужчину.