Сказки и рождественские истории. Приданое дочери колдуна

© Пюрвя Мендяев, 2020

ISBN 978-5-4498-3707-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сказки и рождественские истории.

«Мутабор» – запоздавшая рождественская сказка.

Сказка посвящается моей маме, Исаевой Любови Манджиевне, написана в честь дня её рождения.

Несколько лет подряд на новый год я писал рождественские сказки, вам ведь известно о том, что существует в Германии и других западных странах традиция рассказывать в ночь на Рождество разные сказочные истории. В них обычно речь идет о невероятных чудесах, о том, как обычные люди в борьбе за лучшую долю вступают в соперничество с представителями нечистой силы, и после тяжелых испытаний, добиваются победы. Такие истории известны с седой древности. Это славная традиция. Но вот последние три года я не смог написать ни одной сказки. Тут не всё от меня зависит. Сказка сама просто так не приходит в гости. И на этот раз прошел и новый год, и рождество, потом и новый год по восточному календарю, а сказка так и не явилась на порог моего дома и не потребовала себя рассказать. Я уж совсем было решил, что и в этом году сказка не придет, но оказалось, что монголы и калмыки в этом году справляют новый год 24 февраля, так что есть еще время для рождественской сказки. И самое главное. Подул сказочный рождественский ветер! Так что произнесем волшебные слова – рекс-фек-пекс и пусть сказка придет к нам!

В Тюбингене, старинном немецком городе, жил в имении своего дедушки мальчик Вильгельм с мамой и братьями и сестрами. Папа его был важным чиновником в Штутгарте, но умер, когда мальчику исполнилось семь лет, и тогда мама решила перевезти детей к дедушке. Больше всего на свете любил маленький Вильгельм читать книги, коих было огромное количество в библиотеки отца его матери. А еще мальчик любил лошадей, которых разводил для продажи дедушка в своем имении. Дело это шло очень успешно, так как главным конюхом у него был один человек, которого звали Мусха Му, калмык из далекой восточной страны. К тому времени Мусха Му, был уже стариком. Сам небольшого роста, но при этом он отличался невероятной ловкостью и сноровкой. Он быстро подчинял себе любую, самую дикую лошадь. И знал он о лошадях столько, что никто не смог с ним сравниться в знании природы. С самых дальних мест приезжали конюхи посоветоваться с Мусха Му. Иногда старика калмыка приглашали с разрешенья дедушки Вильгельма к себе на помощь лучшие коневодческие хозяйства из разных немецких земель и щедро платили за его услуги. Старик жил, несмотря на солидный заработок, совершенно один в маленьком доме возле конюшни и сам варил себе пищу.

Как-то под рождество Вильгельм вдруг подумал, что почему-то старому Мусха Му никто никогда не дарит подарков на рождество. И ему захотелось сделать подарок пожилому человеку. Но что он может подарить? То, что сам любит. А что он любит? Разные истории из книг. Книги дедушкины и подарить их главному конюху он не может, но зато он может подарить сами истории. И вот взяв с собой сборник «Сказки Братьев Гримм» мальчик отправился на конюшню. Здесь он поздравил пожилого конюха с рождеством и рассказал, что в подарок ему он хочет прочитать свои любимые сказки. Мусха Му очень обрадовался такому вниманию. Он сказал, чтобы мальчик начинал читать, а сам уселся на стул и стал внимательно слушать. Послушав сказки, старый конюх сказал, что ничего интересней и поучительней ему раньше не приходилось слышать за всю его долгую жизнь. И что такой подарок требует вознаграждения.

– Я совсем не бедный старик – сказал Мусха Му. – Я подарю тебе за такие замечательные сказки хороший подарок. Что ты хочешь? Конфеты или хорошую новую книгу из лавки господина Мюллера? Я подарю, я тебе обещаю!

– Спасибо добрый Мусха Му – ответил Вильгельм. – Я подарил вам свои любимые истории и прошу вас в подарок рассказа о том, как вы смогли так много узнать о лошадях. Ваши знания невероятны. Неужели в вашей стране все так же могут понимать саму душу лошадей. Со стороны, кажется, что вы просто знаете о любой лошади всё, всего лишь быстро осмотрев её. Расскажите мне, пожалуйста, как вам далось это знание?

Лицо конюха слегка омрачилось. Он на некоторое время сидел молча, а потом набил свою трубку табаком и закурил. Потом задумчиво сказал:

– Это очень неприятная для меня история. Поклянись мне, что никогда её никому не расскажешь. Хотя очень сложно не рассказать хорошую историю. Хорошо. Во всяком случае, пообещай мне, что рассказывая её, ты не будешь упоминать моего имени.

– Клянусь, я не выдам вашей тайны – сказал мальчик.

– Я верю тебе – сказал конюх. – Но ты еще так мал. А история моя полна страшными подробностями.

– Книги, которые я читаю, полны страшными историями – ответил мальчик.

– Это верно – признал Мусха Му. – Так слушай мою историю. Когда мне было столько лет, как сейчас тебе мой отец решил взять меня на ярмарку, которая проходила в большом русском селе недалеко от наших пастбищ. Мы погнали на продажу баранов. Так же мы собирались выгодно продать шерсть. А желали мы купить много муки и прочих необходимых товаров. Ярмарка начиналась рано утром, поэтому на неё мы отправились ночью, так чтобы уже на рассвете занять место на рынке. Я был впервые за пределами своего кочевого становища и совершенно не умел себя вести среди людей. Это было заметно другим мальчишкам, которых так же отцы привезли с собой помогать им на ярмарке. Они все насмехались надо мной, над моим крайне неопрятным нарядом, над моей речью, а я никогда не отличался спокойным нравом и поэтому на каждую шутку в мой адрес отвечал бранью, чем только сильнее раззадоривал моих мучителей. Они просто изводили меня своими насмешками. Так в постоянных мучениях для меня прошел весь день. К тому же и торговля наша шла отвратительно. Мы не продали ни одного барана, ни одного тюка шерсти. А другие калмыки распродали весь свой скот и всю свою шерсть и отправились сами совершать покупки. Отец мой был страшно зол. Он сказал, что я принес ему неудачу в торговле и что больше он никогда с собой меня не возьмет на ярмарку. Я был невероятно расстроен и обижен. Постепенно стало вечереть.

– Нам скоро будет пора закрывать рынок – сказал сторож. – Начинайте собираться домой, завтра торговля будет закрыта.

Отец мой, шепча ругательства, приказал мне начинать собираться в дорогу. Пока мы собирались, наступила самая настоящая ночь. Вдруг из темноты на ярморочную площадь въехал всадник. Это был очень странный человек. Высокий и ужасно худой старик, богато одетый, был похож на мертвеца, голова его напоминала голову волка, его странно вытянутый и продолговатый подбородок выглядел одновременно и устрашающим и смешным. Узкие глаза были подобны двум кинжалом, они буквально прожигали насквозь. Но всего любопытней была лошадь у этого странного всадника. Она была похожа на скелет обтянутый кожей, тонкие ноги её казалось, вот-вот переломятся, непонятно, как она могла нести своего седока. Казалось, что каждый шаг ей дается с невероятным трудом. Всадник без всякого внимания проехал мимо нас, и отправился было дальше по своим делам, но тут я выскочил на площадь и закричал, что старик позорит всех нас, калмыков, поскольку ездить на такой страшной кляче, а это величайший позор для степняка. Я сейчас не смогу вспомнить всех тех ругательств, что произнес тогда по отношению к тому старцу. Весь день копился во мне гнев и вот он излился из меня на этого странного всадника, явившегося из темноты. Всадник, наконец, обратил внимание на поток моей брани, развернул коня и вскоре он прискакал к нам. Мой отец ударил меня сильно по шее. И попросил прощения за мою брань.

Старик в ответ расхохотался, каким-то жутким смехом и сказал:

– Давно никто не смел, меня бранить прямо в лицо. Но надо признать, что на самом деле твой сын прав. Негоже жителю наших мест ездить на плохой лошади. Это, позор для степняка. Я просто очень привязчив и не могу долго расстаться с любимой лошадью. Но, действительно, пришло время. Пора мне взять себе другую лошадь. Нет ли у тебя лошадей на продажу?

– Нет – ответил мой отец. – На этот раз я лошадей на продажу на ярмарку не взял. Только баранов и шерсть мы собирались продать здесь, да ничего не продали.

– Странно, бараны твои хороши, да и шерсть неплохая – сказал старик.

– День неудачный – ответил отец.

– А если я куплю всех твоих баранов и всю шерсть разом сейчас, какую цену ты предложишь? – спросил странный старик.

– Я уступлю всё за самую выгодную цену – ответил отец.

После этих слов покупатель и продавец начали торговаться и быстро сошлись в цене. Все наши бараны и шерсть перешли в собственность странного старика, а увесистый кошель перекочевал из рук старика в карман моего отца. После завершения торга старик попросил нас помочь отогнать баранов в его владения.

– Я рад бы вам угодить – ответил мой отец. – Но пока совсем не закрылась ярмарка, я должен успеть сделать необходимые покупки. А скот вам поможет перегнать мой сын.

И отец мой отправился за покупками, а я сел в арбу и, правя верблюдом, запряженным в неё, погнал стадо к владениям странного старика. Мы ехали несколько часов и приехали к огромному подворью, оно стояло в холмистой местности, со всех сторон окруженное высокой стеной из невероятно колючего кустарника. Мы въехали в ворота, и тут я чуть не вскрикнул от ужаса. Посередине двора была растянута для просушки человеческая шкура. Гигантские псы тут же бросились к своему хозяину, виляя хвостами. Вдруг я понял, что это не собаки, а самые настоящие свирепые степные волки. Вслед за ними явилось много степных сусликов в человеческих одеждах; на них были повязаны кожаные фартуки, а в лапках они держали острые ножи. За ними прибежали степные лисы, на них были широкие шаровары, и они ходили на задних лапах, а в передних лапах они держали топоры. И увидев стадо баранов, они буквально застонали – мясо! Вслед за лисами во двор спустились степные соколы, коршуны и орлы и так же стали требовать себе мясо. Последним во двор прилетел огромный черный ворон. Он сказал:

– Рад видеть вас, хозяин, вас давно не было дома.

– Я так же рад своему возвращению в родные края. Радуйтесь мои детки – сказал старик – поедите вы сегодня много мяса в честь моего возвращения, к тому же у нас есть еще один повод для торжества. У нас будет замечательный вечер прощания. Мы сегодня проводим на покой нашего старого товарища. Много лет он жил здесь в этом подворье вместе с нами. Но сегодня пришло время проститься с ним. Все на свете проходит, вот и пришло время для моей лошади покинуть этот мир.

– Давно пора было съесть эту лошадь – закричали животные.

– Я не мог проститься со своей лошадью до тех пока не нашел на её место достойную замену – сказал старик. – Сегодня нашелся мальчуган, который оскорбил меня прилюдно. До этого меня посмела оскорбить сорок лет назад одна из дочерей нойона из соседней волости. И в расплату она сорок лет возила на себе меня. Но теперь ей повезло. Она покинет этот мир и освободится от заклятия.

– Мы её, наконец, съедим – снова воскликнули животные.

– Но сначала забьём баранов и сварим мясо – приказал старец.

Волки, лисы, и суслики вместе с пернатыми хищниками бросились исполнять приказ своего повелителя. Вскоре всё стадо было забито. Во дворе запылал огромный костер, на котором в необъятных по размеру котлах стали варить мясо. Ворон ходил по двору и отдавал распоряжения от имени хозяина. Тут я почувствовал ужасный голод. Ведь я ничего не ел с самого того момента, как выехал из родного дома. Я чуть не потерял сознание от слабости. И мне тут же суслики по приказу ворона поднесли большую пиалу с каким-то напитком бурого цвета. Я попробовал его. Это был какой-то суп, весьма недурной на вкус. Я быстро выпил содержимое пиалы. Мне тут же поднесли еще одну пиалу с супом. Я и её выпил почти одним глотком. Потом лисы подошли ко мне и стали меня окуривать каким-то зельем. Голова моя закружилась. Я стал медленно терять сознание. В голове начало шуметь. И тут меня лисы взяли за руки и привели к лошади, поставили прямо рядом с ней и стали мне засовывать в нос какой-то порошок. Потом они стали громко кричать – мутабор, мутабор, мутабор. Я невольно вслед за ними три раза повторил эти слова. И вдруг я услышал сквозь шум, наполнявший мой мозг, женский голос:

– Главное, полностью не превратится в животное, не отупеть. Я была не умна и быстро потеряла свой человеческий ум. И превратилась в скотину, стала самой обычной лошадью. Ты же постарайся остаться человеком в любых условиях. Не повтори мою несчастную судьбу.

Тут голова моя сильно закружилась, и я стал медленно терять сознание. Сквозь тьму, в которую проваливался мой мозг, я увидел, как волки набросились на лошадь. В этот момент я полностью погрузился в беспамятство.

Здесь конюх прервал свой рассказ, поскольку слезы не давали ему говорить. Немного успокоившись, старик снова набил свою трубку и закурил. После долгого молчания он сказал:

– Очнулся я поздно ночью с телом лошади в конюшне. Трудно передать тот ужас, который пришлось мне тогда пережить. А вскоре ко мне в конюшню прилетел черный ворон и со смехом рассказал о том, что отныне и до самой своей смерти я буду служить своему новому хозяину злому волшебнику Кёкшн Ур. С удивлением я понял, что стал понимать, о чем разговаривают животные. Ворон долго надо мной потешался, говорил, что скоро меня пустят на колбасу, но когда я ударом копыта чуть не превратил его в кусок окровавленного мяса, он в ужасе покинул конюшню, обещая жестоко отомстить мне за попытку убить его.

До утра я не смог уснуть. А утром в конюшню явился хозяин подворья. Он вывел меня во двор, и крепко держась за гриву, вскочил мне на спину. Острые шпоры вонзились в мои бока. Я попытался сбросить с себя старика, но ноги его обвились вокруг моих боков, а плеть его нещадно лупила по моим ребрам, причиняя мне ужасную боль. Как я не бился, но пришлось мне смириться. С тех пор я стал безропотно возить на себе старика. Много раз я был со старым колдуном в самых разных походах и путешествиях. Мне пришлось увидеть огромное количество жестоких злодейств в то время. Кёкшн Ур был невероятно хитрым и злобным существом. Он всюду рыскал в поисках жертв очередного своего жуткого колдовства. Отдыхал я лишь в те дни, когда колдун упражнялся в магии и читал волшебные книги, запершись в своем доме. Так прошло ровно семь лет.

Надо тут рассказать о том, что на следующий день, после того, как попал в дом колдуна, я повез Кёкшн Ур в гости к другому злому волшебнику Хар Су. Хар Су жил в ста верстах от дома моего хозяина. Но благодаря его чарам, я, как лошадь был наделен невероятно быстрым бегом. Сто верст я одолевал меньше, чем за час времени. И вот, почти через час я достиг подворья Хар Су и меня злой волшебник привязал к коновязи, а сам отправился в дом. Вскоре туда же на своем коне прискакал еще один злой волшебник Ик Вя. Слуги накрыли стол и волшебники стали пировать. Напившись хмельных напитков, они хвастались друг перед другом теми злодеяниями, которые они совершили благодаря знанию тайн колдовства. Такие встречи у этих колдунов проходили раз в месяц. По очереди каждый из колдунов принимал у себя в гостях двух остальных колдунов.

И вот однажды, когда прошло семь лет с того дня, когда я стал конем, пришла очередь Кёкшн Ур принимать других колдунов у себя в доме. В тот вечер, меня плохо привязали, и я смог покинуть конюшню. Я не попытался бежать. Куда мне было деваться? Волки, пернатые хищники и лисы сторожили все входы и выходы. Я всего лишь просто подкрался к дому старого колдуна и решил послушать, о чем говорят хозяин и его гости. И вот, что я услышал.

– Сегодня исполняется ровно семь лет с того дня, как я завел себе новую лошадь – сказал Кёкшн Ур. – Это была занимательная история.

И злой колдун подробно рассказал о том, что произошло семь лет назад. Гости долго смеялись над рассказом Кёкшн Ур. А потом Ик Вя сказал:

– Я так понимаю, что жизнь твоего коня все эти годы проходила в сплошных страданиях. Это очень плохо для твоего дела. Ведь только рассмеявшийся в облике животного человек забывает волшебное слово, с помощью которого его превратили в животное. А твой конь никогда не смеялся за эти семь лет. Так что в любой момент он может вспомнить слово заклятия и освободиться от чар и снова превратиться в человека. Для этого достаточно ему будет три раза поклониться на восток и произнести слово мутабор, и он снова станет человеком. А если ему снова захочется обернуться конем, он должен будет три раза поклониться на запад и сказать мутабор и он снова станет конем.

– Ты прав, злобный Ик Вя, но кто же расскажет этому коню о таинствах магии? Да и за эти годы мой конь точно потерял весь свой человеческий ум и превратился в животное. Так что опасаться мне нечего – ответил Кёкшн Ур.

– Нет – возразил я в душе своей. – Я не потерял свой человеческий ум.

Я вернулся в конюшню и попытался снова привязаться к коновязи. Утром я, как обычно отвез колдуна на рынок в соседнюю волость. А на обратном пути, когда колдун немного задремал в седле, я сбросил с себя старого злодея и затопал его насмерть. Голова старого колдуна лопнула, как переспевший арбуз. После сего действа я превратился в человека и на костре сжег останки злого колдуна, чтобы он не воскрес и не покарал меня за свою смерть. Потом снова превратился в коня. И отправился к кочевью моего отца. Добравшись до дома, я снова превратился в человека. Так я вернулся в отчий дом.

– Так и закончились твои страдания в конском теле? – спросил Вильгельм.

– Хорошо, если бы это было так – ответил пожилой конюх. – Но, правда, в том, что злоключения мои на этом не завершились.

– Что же было дальше? – спросил Вильгельм.

– Родители были ужасно рады моему чудесному спасению – продолжил свой рассказ старый конюх. – Они долго просили рассказать, где я был семь лет и я им всё рассказал. Я им подробно описал те годы, которые провел в теле коня под властью злого волшебника. Родители чуть с ума от горя не сошли от моего рассказа. В честь моего возвращения мы устроили пир. А потом у меня вновь началась простая крестьянская жизнь. Так прошло два года. Я уже стал постепенно забывать об ужасах жизни у колдуна, когда случилось большое ненастье. Снег той зимой выпал выше колена. Почва покрылась ледяной корой. И бараны не могли добраться до травы. На наш скот напал мор. Отец стал резать скот и пытаться продавать мясо, но никто за него не давал хорошую цену. Мы в один миг стали бедняками.

Нужно было что-то придумать, чтобы выжить. И я придумал. Я предложил отцу зарабатывать деньги на ярмарках. В ярмарочный день я превращался в коня, и отец вел меня на рынок, и начиналось представление. Люди со всей площади собирались вокруг чудесного коня и смотрели на удивительные вещи, на которые был способен конь. А конь мог многое. Он знал числа и мог считать до десяти. Если коню, к примеру, задавали вопрос, сколько будет два плюс три, то конь пять раз стучал копытом о землю. Так же конь плясал калмыцкие танцы. И делал еще много разных интересных вещей. Промысел наш был весьма успешен. Зрители были щедры к нам. Мы разъезжали по ярмаркам и зарабатывали деньги. Жизнь наша стала снова налаживаться.

Но вот однажды, во время выступления прямо передо мной на крышу торговой лавки возле будки сторожа рынка сел огромный черный ворон и стал громко каркать. Мальчишки схватили с земли камни и стали швырять в черную птицу. Несколько камней попало в ворона и над площадью явственно прозвучали проклятия на калмыцком языке. Люди в ужасе заголосили, а ворон стремительно взлетел и улетел прочь. Я был сильно обеспокоен этим происшествием. А через несколько дней после очередного выступления к моему отцу подошел богатый господин и предложил за меня в облике коня целый мешок золота. Отец шепнул мне об этом на ухо. Я сказал, что нужно отказать покупателю. Но отец сказал, что завтра вместо меня он отдаст незнакомцу другую лошадь и возьмет деньги, а выступления мы свои завершим, поскольку ходить на ярмарку ему не сильно нравится. Нет у него таланта и призвания артиста. Я пожалел отца, хоть и выступать мне нравилось, и разрешил ему совершить сделку с незнакомцем.

На следующий день незнакомец явился к нам в кочевье и передал моему отцу целый мешок золота. А отец привел к нему нашу пегую лошадь. Но покупатель возмутился. Это другая лошадь. Она пегая, а чудесный конь был другой масти. Отец стал возражать, мол, покупатель вчера был невнимателен. Тогда незнакомец стал требовать, чтобы лошадь исполнила те трюки, что исполняла на ярмарочной площади. Отец мой совсем растерялся. Я же прочитал заклинание, поклонился три раза на запад и возжелал оказаться в теле пегой лошадки. Тут же я начал, уже, как пегая лошадка исполнять трюки. И покупатель радостно воскликнул – это другое дело. Я беру эту лошадь. Меня привязали к телеге, и мы выехали за пределы отцовского кочевья. Я был спокоен. Очень скоро я избавлюсь от пут и освобожусь. А там, глядишь, избавлюсь навсегда и от назойливого покупателя.

Так я думал тогда. Тут незнакомец ни с того, ни с сего стал рассказывать вслух любопытные и занятные рассказы. Рассказчик он оказался великолепным. Невольно я заслушался и потерял бдительность. Постепенно рассказы становились все бесшабашнее и веселее. И вот в какой-то момент я расхохотался, забыв обо всем на свете. А ответом на мой смех явился ужасный смех ворона, в которого внезапно превратился покупатель.

– Вот мы и снова свиделись – сказал ворон. – Много прошло времени с того дня, когда ты покинул наш гостеприимный кров. Пора нам возобновить наше знакомство. Тебе придется вернуться на жительство, на старое место. В свою конюшню. Но не бойся, я не явился к тебе мстить за своего отца. Я не подвергну тебя мучительной смерти. Старый колдун превратил когда-то меня самого в ворона, в наказание за то, что у нас с ним расходились взгляды на жизнь. Он был старомодным злодеем. И ничего не понимал в жизни. Хотя и был великим колдуном. Но он творил зло ради любви к искусству. Это давно не модно. После того, как ты убил старого колдуна, я освободился от его чар и стал наследником всего его хозяйства. Теперь я сам себе хозяин. А вороном я становлюсь для удобства передвижения. Так что мне не за что тебе мстить.

– Тогда зачем я тебе нужен? – спросил я.

– Я соскучился по тебе – сказал со смехом ворон. – Да еще. Я потратил на тебя много денег. Но я хочу на тебе заработать много больше. Зло ради зла, это не для меня. Зло должно приносить прибыль! Это мой девиз. Я деловой человек. Ты мне должен будешь отработать все мои затраты на тебя. Пока с твоей помощью не заработаю сто золотых мешков, я тебя не отпущу от себя.

– Я сбегу от тебя в любой момент и верну себе человеческий облик – ответил я.

– Горе тому, кто смеется не вовремя – ответил ворон. – Ты рассмеялся. И ты теперь никогда не вспомнишь, как снова вернуть себе человеческий облик. Ты будешь мне служить. Но не плачь. Я заинтересован в том, чтобы ты долго приносил мне пользу и поэтому жизнь твоя будет вполне сносной. И я помню о том, что мой отец был тобой забит насмерть. Поэтому я никогда не позволю тебе напасть на меня. Сам ездить на тебе я не стану.

Я с ужасом внимал словам ворона. Этот злодей поймал меня снова в ловушку, из которой теперь мне предстояло попытаться освободиться. Я тут же спросил:

– Почему же ты не боишься смеяться в обличии ворона?

– Знай же, несчастный, у меня есть волшебное кольцо, на которое не воздействует магия и на нем написано заклинание – ответил мне ворон. – Поэтому я никогда не забуду заклятия.

– Ты хитрец, но как тебя зовут? – спросил я. – Я много лет жил рядом с тобой, но имя твое мне так и не знакомо.

– Зови меня Миш Ра – ответил сын колдуна. – Хотя для чего тебе знать мое имя, ведь ты же теперь до конца своих дней будешь лошадью? Какие могут быть разговоры у человека с лошадью?

– А у ворона с лошадью могут быть общие темы для разговора? – спросил я.

– У ворона могут – согласился Миш Ра. – Но хватит трепать языками. Скоро приедем в мои владения, и ты увидишь, насколько там все изменилось к лучшему, за то время пока тебя не было.

Дальше мы ехали молча. А когда мы приехали вечером на подворье, которое раньше принадлежало старому колдуну, я увидел, что там произошли действительно разительные перемены. Гигантские псы, точнее, самые настоящие свирепые степные волки, которые верно служили старому колдуну, раньше были весьма упитанными, и шерсть их лоснилась жиром. Теперь же они напоминали чучела, набитые соломой. Оказалось, что новый хозяин больше не тратил денег на покупки стад овец и баранов для своих слуг. Нет. Наоборот. Теперь эти волки сами бегали по степи, воровали скот у крестьян, пригоняли сюда, здесь его забивали и обрабатывали, а Миш Ра отправлялся на рынок торговать мясом и колбасами. Самим же зачарованным волкам хорошо, если доставались объедки с хозяйского стола, да отходы производства.