Проект «Человек»
- -
- 100%
- +
Antonio Meneghetti
IL PROGETTO “UOMO”
Interventi di analisi ontopsicologica
Psicologica Editrice
© 1992-2007. Psicologica Editrice di T. Meneghetti, Viale delle Medaglie d’Oro, 428 – 00136 Roma (Italia – UE)
Предисловие ко второму изданию
Книга «Проект "Человек"» – одна из самых необычных в творчестве даже такого оригинального ученого как основатель онтопсихологии профессор Антонио Менегетти.
В этой работе сочетается логика ученого, стремящегося к максимальной объективности описаний самого сложного объекта науки – человека; страстность творца и гуманиста, желающего донести до читателя свою убежденность; деликатность психотерапевта, касающегося самых трудных, подчас болезненных проблем человеческой жизни; образность художника, умеющего разговаривать с этим миром языком искусства.
Все это образует живой сплав строгих научных рассуждений, игры образов, личного опыта, что и создает ту особую, отличающую работы профессора Антонио Менегетти, обаятельность и притягательность, которая так хорошо известна тем, кто знаком с его творчеством.
Но, прежде всего, – это все-таки научная книга по психологии Человека, той психологии, которую, возможно, во многом еще предстоит создать.
XX век стал веком обретения психологией самостоятельного научного статуса, своего права на существование, поиском способов и языков описания и исследования самого загадочного объекта нашей Вселенной – Человека. Не успев по-настоящему осознать и оценить свои возможности и ограничения, психологии пришлось стать и практической наукой – слишком стремительно менялось время, слишком сложные проблемы вставали перед обществом и индивидом. И теперь уже неотложные практические запросы современной жизни диктуют свои условия психологии, а практическая психология, в свою очередь, меняет общий облик современной психологической науки, не удовлетворяясь ее кабинетными описаниями фрагментов психической реальности. Именно практическая психология рождает необходимость перехода на язык оперирования «жизненными» категориями, дающими возможность целостного описания сложной человеческой реальности.
Онтопсихология – это психология существования человека. В свое время Б.Г.Ананьев, основатель Ленинградской-Петербургской школы психологии, писал: «Для онтопсихологии естественный масштаб измерений – человеческая жизнь в целом». Так и кажется, что он говорил это об онтопсихологии Менегетти. Одно из определений предмета онтопсихологии, которое дает Менегетти, это «анализ антропологического бытия во всех его проявлениях». Предлагаемая книга служит этому своеобразной иллюстрацией. Она включает в себя разделы, посвященные такой традиционной научной проблематике, как структура человека, проблемы познания, роль детства и семьи в формировании личности человека, и наряду с этим представляет в неожиданном ракурсе гендерные особенности людей, описывает практические формы наших отношений с социальной реальностью, способы нашего поведения, в том числе повседневные привычки, которые в предлагаемом контексте обретают значимость показателей нашего экзистенциального существования.
Текст напоминает мозаику, которая, в конечном счете, обещает сложиться в прекрасную картину, что, однако, требует от читателя некоторых усилий сотворчества. Не только очевидно сложные, но и обманчиво кажущиеся простыми рассуждения на самом деле предполагают обязательность интеллектуальной работы. Работы, которая на поверку перерастает из работы мысли в работу души, апеллируя к ее непреходящей способности к возрождению, к ее способности подняться над собственной предвзятостью, над привычным и открыться новому.
Мозаичность текста проявляется и в нарастающем ощущении необходимости восполнения чего-то тебе недостающего, чего-то, что может быть дано чтением других работ Антонио Менегетти и трудом собственной души в нарастающей «ностальгии по метафизическому», в потребности дальнейшего поиска, результатом которого должно стать открытие главного – самого себя.
Спасибо, Маэстро!
Доктор психологических наук,
профессор кафедры онтопсихологии
Санкт-Петербургского государственного университета
Наталия Гришина
Введение
1.Онтопсихология – это наука, которая в своей основе следует интенциональности жизни в человеческом существе. Для понимания этой науки необходимо знать весь предшествующий опыт психологии и представлять себе те колоссальные трудности, которые в прошлом приходилось преодолевать различным ее направлениям. В противном случае даже те, кто многие годы занимаются изучением онтопсихологии, рискуют опуститься до банального и поверхностного толкования того чрезвычайно глубокого знания, которое несет в себе эта наука, сводя все к какому-либо одному из ее аспектов, например, негативной психологии[1].
Вплоть до XVIII века психология добивалась больших успехов, исследуя внутренний психический мир человека, ибо ею занимались философы и теологи – великие учителя прошлого. Однако сейчас она «перекочевала на больничную койку», то есть стала заниматься людьми, полностью «вычеркнутыми» из логики жизни.
Научные предпосылки онтопсихологии с клинической точки зрения рассматриваются в книге «Клиническая онтопсихология»[2], с философской – в «Онтопсихологической философии»[3], а также в других изданиях. Фундаментальные теоретические и практические знания онтопсихологии представлены в «Учебнике по онтопсихологии»[4].
Онтопсихологию не следует воспринимать исключительно как метод психотерапии; онтопсихология – это наука, позволяющая человеку заглянуть внутрь себя и понять конечную цель собственного динамического действия. Онтопсихологическое познание эпистемично[5], что и делает онтопсихологию наукой, ибо наука творится самой жизнью, а не создается в учебных аудиториях.
В общем онтопсихологический подход можно представить тремя ключевыми моментами.
1. Кризис. Онтопсихология доводит до осознания тот факт, что человек не может в полной мере использовать свою рациональность из-за потери контакта с собственной отправной точкой, точкой связи с основой бытия. Первое, о чем сигнализирует онтопсихология: «Внимание! Внутри тебя есть некая часть, в которой ты являешься самим собой, в которой ты вступаешь в контакт с жизнью и в которой важен только ты сам, но эту часть ты должен найти». Это – Ин-се человека[6], та точка, в которой жизнь выступает посредником неповторимости каждого индивида, управляя процессом «Я есть»[7] и порождая личность, но для этого необходимо обрести власть над этой точкой.
Метанойя как терапия аутентификации. Онтопсихология обучает технике прочтения тех или иных оттенков ситуации, и ее послание гласит: «Я не оспариваю твою рациональность, но если ты хочешь вновь обрести бессознательное, то, что неведомо твоему сознанию…» Чтобы понимать бессознательное, необходима терапия аутентификации для осуществления метанойи. Этот процесс позволяет индивиду осознать свою сопричастность межпланетной истории, отголоски событий которой, отложившиеся во времени – монитор отклонения[8] – могут сказываться на его жизни.
3. Природная интенциональностъ. Послание онтопсихологии гласит: «Если ты хочешь быть точным инструментом, то должен следовать природной интенциональности». Жизнь действительно представляет собой науку, технику, порядок и не прощает наивного легковерия, не совпадающего с ее пропорциями.
На основе этих трех принципов расцветают лепестки жизни.
2.Формирование в себе высшей культуры – это индивидуальная задача каждого человека, которую он должен решать самостоятельно, не обращаясь за помощью к государству или общественным институтам.
Для всего мира актуальна проблема разрастания массы и потребительского отношения ко всему наряду с острой нехваткой позитивной творческой личности.
Наиболее признанные науки, изучающие человека, – от социологии до медицины и психологии – отдают себе отчет в том, что общество страдает не от того, что больных становится все больше, а от недостатка людей творческих, способных на духовное, научное и культурное возрождение во имя создания высшей культуры, которая объединит человечество с другими цивилизациями.
Мой клинический опыт в области психологии подтверждает: во всем мире ощущается недостаток в человеке творческом, обладающем высочайшим интеллектом. Везде и всюду превалирует стандарт – от музыки до живописи, от политики до управления финансами. Обществу не хватает людей, способных на выдающиеся свершения.
Сегодня все системы коммуникации направлены на распространение банальной, изоморфной культуры, но то, что одинаково, суть ничто. Однако человека отличает от других, в первую очередь, неповторимая уникальность его личности.
Одинаковое не способствует рождению гения, его создает отличие. Гениальное никогда не порождает масса, это – прерогатива индивида.
Перед крупномасштабными технологическими и социальными проблемами современного мира уже бессильны даже великие культурные и научные традиции. Машина постепенно уравнивает людей, делая их одномерными. Явления коллективной шизофрении, самоубийств или наркомании, особенно в молодежной среде, свидетельствуют о крахе традиционной и уже устаревшей педагогики. Несмотря на достигнутое богатство и определенное благосостояние, в западном мире отсутствует бытийное измерение.
Именно поиск научного ответа на эти актуальные для всего мира вопросы привел меня более тридцати лет тому назад к разработке основ онтопсихологии.
Великая научная психология остановилась в своем развитии в 60-е годы нашего столетия. В гуманистическом обществе, подобном тому, в котором мы сегодня живем, прежде всего, психология должна оказать помощь другим наукам, поскольку особым предметом ее исследования является точный человек. Точный человек послужит основой для создания точной науки и предвосхитит появление зрелых людей – великих политиков, великих учителей и наставников, великих ученых и великих художников, то есть новых людей, способных построить великое будущее.
Все плоды нашей современной цивилизации, скорее, выглядят как результат скрытой шизофрении. Во всех законах, общепринятых нормах поведения и различных структурах просматривается, прежде всего, человек-объект. Тогда как обусловить рождение творческого человека?
Онтопсихология поставила перед собой именно эту специфическую задачу: формирование из обычного рядового человека гениальное отличие. Именно к таким людям, наделенным интеллектуальными способностями и открытым новизне будущего, в первую очередь, обращена онтопсихологическая теория.
В основу возрождения такого нового человека положены не абстрактная теория, философские рассуждения или общественное мнение, а исключительно природный критерий, внутренне присущий подлинному человеку.
Каждый человек, прежде всего, обретает душу и лишь затем – язык, культуру, историю. Речь идет не о религии или реинкарнации, а о семени вечного разума жизни в глубинной онтической основе человека. Вне культуры, сознания или комплексов существует то, что позволяет вечному ребенку осуществлять гигантские свершения, – это разум[9], способный проложить путь всем наукам.
Онтопсихология представляет собой радикальное и новое видение в различных областях – от философии до искусства и науки, но ее первоочередной задачей является здоровье и жизнеспособность всего сущего. Любая наука истинна, если способна дать ответ на следующие вопросы: порождает ли она жизнь, умеет ли лечить, развивать, обеспечивать рост, давать метафизическую уверенность человеку, идущему вперед? Только в этом случае она есть жизнь, и лишь это является критерием истины для человека, а не мнения научных авторитетов или влияние крупных культурных течений, которые истину не гарантируют.
В этих целях онтопсихология предполагает обязательную терапию аутентификации для технической и аналитической проверки субъекта, определяющей, насколько его сознание действительно соответствует его единственному и неповторимому Ин-се – великому семени жизни, которое абсолютно индивидуально в каждом человеке. Только достигнув внутренней наполненности, зрелости, субъект сможет принести реальную пользу всему обществу. Но для этого необходимо, чтобы сознание человека было способно конкретно продемонстрировать подлинность субъекта.
Какое бы свое мнение или впечатление ни выражал субъект, важно проверить, согласуются ли они с его глубинным внутренним Ин-се. Если его суждения не совпадают с его Ин-се, значит он принадлежит к большинству ординарных людей, а не к творцам истории на этой планете.
Онтопсихология – это авангард современной психологии, ее научная методика кардинально отличается от всех прочих направлений, поскольку содержит в себе источник радости и логику, а также соответствует движению великих универсальных законов жизни. Эта методика применима как в клинической практике, так и при аутентификации личности, и, в первую очередь, предназначена тем лидерам, которые несут на своих плечах ответственность за все общество. Ее философия заключена в следующем: не жди помощи от жизни, а помогай ей сам. Человек должен самостоятельно решать свои проблемы и сам исправлять свои недостатки, изменяя себя аутентичным образом. Жить нужно не только для того, чтобы существовать или иметь, а ради того, чтобы быть.
Глава первая
Структура человека
1.1. Quid est veritas?[10]
Все ищут истину, но что есть истина? Латинское слово veritas (vis que ruit) с точки зрения этимологии представляет собой синтез латинского слова vis – сила, импульс, порыв, мощь и греческого τιθημι – устанавливать, класть, ставить. Vis в значении vita (жизнь) есть местопребывание vis, «место силы». Таким образом, слово veritas (истина) означает создавать место для силы. Это – место и способ разворачивания силы: как она раскрывается, развивается, во что оформляется в этом месте. Таково основное значение этого слова, которое вкладывали в него создатели человеческого языка, когда учили отображать в символе вещи в их истинности[11].
Человек крайне далек от vis.
Истина есть то, чем я – человек – являюсь в настоящее время: vis que adest (лат.) Если я ищу истину в традициях и культуре, то я еще очень далек от самого себя.
Я есть настоящий момент: я как человек, как реальность, как присутствие. Истина уже здесь, в том, где я существую. Истина – это способ и порядок, согласно которому движется и разворачивается сила.
Чем упорнее мы будем искать истину вне себя, тем больше будем отдаляться от нее. Чем больше мы сумеем понять то, чем мы являемся, тем сильнее истина утвердит нас в нас самих. Бытие здесь, там, где я есть, а не там, где я думаю, вспоминаю, составляю мнение, выражаю себя, люблю.
Кто я? Я – то, что я есть.
Что есть Бытие[12]? Это то высшее, которое я, как человек, могу постичь интуитивно. Каждый человек – это частица необозримой вселенной, момент Бытия. Если существует связь с этим отрезком Бытия, то я могу сказать: «Я есть то, что я есть». В таком случае Бытие – есть, и есть такое, каким я развиваю себя в данный момент.
Я живу, я есть, я обладаю властью над этой жизнью. Мне не о чем беспокоиться: я – единственный хозяин того места, в котором живу. У меня нет иных хозяев, кроме меня самого. Мне неведом страх. Я есть жизнь, ибо я знаю, кто я есть. Я не сам создал себя, я не родился из самого себя: я был создан и размещен здесь. Но с момента этого рождения я есть и черпаю всю свою силу и уверенность из этой реальности. Без этого момента никакие логические или диалектические рассуждения просто невозможны, и все превращается в наукообразие.
Если я не знаю того, кто я, все потеряно – потеряно для меня, но не для жизни.
С момента точного осознания[13], в который я способен осмыслить actus actuans, я есть истина и знаю истину. Я знаю истину и я есть истина, потому что отсюда – из этого маленького пространства – я раскрываюсь как сокровенное Бытию и я сокровенен любой истине. Без этого я остаюсь за бортом.
Из этой маленькой реальности я обнаруживаю себя в измерении Бытия и могу ответить истиной на истину, Бытием на Бытие.
Онтопсихология как метод позволяет каждому человеку конкретно и действенно вновь познать себя во всех своих проявлениях, посредством различных собственных феноменологий распознать свое actus actuans – онто Ин-се. В результате этой сокровенной близости, благодаря которой я существую и есть, дарующей мне присутствие, я могу познать весь мир как высшую возможность.
Ин-се как постоянный критерий самосовершенствуется, и эта созидающая меня сила одновременно является критерием, который помогает мне, указывая путь, идентифицирует меня не просто с тем, что есть, но именно с тем, что лучше для меня.
В каждый миг существует лучший путь, некая точка, которая побуждает и зовет. Это не только момент, но и непрерывное действие, которое неумолимо подталкивает меня к становлению, побуждая покинуть свое жизненное место во имя того, чтобы стать чем-то большим в другом, всегда более высоком месте, и – по достижении этого – устремиться к новой цели. И так без конца. Начать с маленького момента ради достижения родственной близости с бытием – чудесное приключение.
Истина – это выбор, она вовсе не обязательна для всех. Истина заключается в том, чтобы быть равным самому себе – с другим или без него. Известна ли она только кому-то одному или ее знают все, – истина остается истиной, но даже если ее не знает никто, для нее это совершенно безразлично. Истина не достигается верой, чтением или размышлением – она требует действия.
Истина – это не совпадение мнений, научных взглядов, философских, политических и религиозных постулатов. В реальности истина моего сознания должна быть подобна динамической истине клетки, звезд, воды.
Семантическое поле – это единый проводник целостной синергии[14]. Поэтому я в каждый момент близок любой другой вещи. Я вновь открываю свою близость со всеми другими вещами, благодаря чему при желании смогу достичь внутреннего родства со всеми людьми.
Истина созвучна истине подлинного человека, который представляет собой историческое сознание, постоянно сохраняющее единство с мотивацией или интенцией Бытия в том виде, в каком оно полагает себя здесь. Это показывает методический анализ способа моего биологического и физического бытия в данном месте.
Истина – это насилие, противоречие, разделение, чудесная борьба во имя продвижения вперед в бесконечном рождении как постоянном развитии.
Бытие не имеет ничего общего ни с опытом, ни с прошлым: оно всегда – в новизне действия, подталкивающей к дальнейшему совершенствованию. Истина – это то, чем я являюсь. Я – завоеватель, ставящий Бытие на первое место и создающий для Бытия – посредством самого себя – лучшее пространство, ради того, чтобы оно было. Я есть богоявление Бытия.
И, если мне удается стать прямым, структурным следствием этого опыта, в котором я истинен, то эта свобода все делает истиной.
1.2. Беспристрастность ума. Незримая точка: онто Ин-се[15]
На собственном опыте я убедился в том, как сложно облечь в теорию практический опыт, поскольку это требует такой формулировки некоего факта, которая будет доступна разным культурам и научным школам.
Истина, при условии ее функциональности, точно отражает порядок жизненного действия в определенном месте. Каков же порядок жизни в месте, определяемом как индивид? Это место – проблема индивида, и способ решения внутри этой проблемы представляет собой также и решение индивида. Следовательно, исходя из решения индивидуальных проблем можно найти решения и для проблем всего общества.
В нас есть некая невидимая точка, которая из своей глубины актуализирует динамику вещей, биологическую, психическую и эмоциональную феноменологию, приводит в движение разум и кровь, руку и мораль субъекта.
Поскольку в научном плане онтопсихология нацелена на функциональную истину, эта наука представляет собой практический, оптимистический и продуктивный подход: всегда, в каждое мгновение осуществлять лучшее.
Нам необходимо открыть эту незримую точку, которую я в теории определяю как онто Ин-се – интимную точку Бытия и его модуса в определенном месте.
Почему эта точка так важна? Не потому, что я фундаменталист или эссенциалист, хотя мне очень нравится разум «нулевой точки», который представляет собой беспристрастную энергетическую формализацию, совершенную трансцендентность: он определяет сущность, не проявляя себя, и структурирует, ни на миг не останавливаясь.
Пытаясь выделить Ин-се, мы понимаем, что оно – незримо, однако, совершенно отчетливо проявляется в своем порядке и своих результатах. Кроме того, оно обладает своей стратегией, характером, интенцией, своим точно определенным путем. Жизнь не нуждается в рассуждениях, теориях и мнениях, предпочитая действие.
Ин-се, порождаемое всеобщим духом мироздания, руководит всей человеческой деятельностью. Оно подобно семени большого растения. Из посаженного в землю маленького семени со временем вырастает большое дерево, которому передается его разум, хотя самого семени больше не видно.
В прошлом первичное ядро, недоступное для опытного восприятия, называли «душой». Я определил его как «Ин-се» («в-себе»), поскольку оно остается с самим собой, оно абсолютно цельно. Каждый человек, будучи единственным и неповторимым в самом себе, тем не менее, не должен заблуждаться, полагая, что он представляет собой уже нечто готовое и завершенное. В маленьком семени желудя уже содержится «Ин-се» большого дуба, но оно еще должно проявиться, а для этого потребуются время и благоприятные климатические условия. Таким образом, Ин-се представляет собой виртуальность, потенциал формы, в то время как содержание – суть лишь энергия.
Любая живая форма обладает своим «Ин-се», но каждое из них сохраняет свою индивидуальность, в том числе и у людей. Особенность человеческого Ин-се обусловлена постоянством базовой формы, которое я называю константой «Н»[16].
Как только Ин-се свершается, формализовав себя как человеческое тело, оно посредством «амебного» движения осуществляет историческую адаптацию и начинает обретать форму[17]. По мере развития достигается конечный результат – создается личность. В процессе формирования личности начинает раскрываться Ин-се. Однако у большинства людей оно так никогда и не проявляется.
Начиная быть экзистенциальным актом, Ин-се уже располагает процессом становления в рамках истории и проецирует некую форму сознания и этической ориентации: собой оно указывает единство динамических векторов. Оно развивается не случайно, но всегда обладает совершенной формой, которая непрерывно изменяется. Эту форму – завершенное действенное сознание – я определяю как априорное «Я»[18]. Она является «априорной», ибо предшествует любому другому модусу знания. Это – форма незримой причины, то есть та оптимальная форма, которой нам надлежит следовать.
Априорное «Я» есть реальное проявление Ин-се в ситуации, следовательно, оно представляет собой историческое отражение онтической интенциональности в историческом становлении.
Приведу конкретный пример: человек и стул. Каким должно быть оптимальное соотношение между ними? Можно рассмотреть всевозможные решения, но наиболее приемлемым окажется то единственное, которое обеспечит максимум эффективности и комфорта. Априорное «Я» – это проекция оптимальной связи между субъектом и средой. Собственная потребность диктует только один оптимальный способ действий: сесть на стул, чтобы отдохнуть; встать на стул, чтобы дотянуться до чего-либо, и, наконец, воспользоваться стулом как орудием защиты от нападения.
Жесткой, фиксированной морали не существует. Ин-се – гибко, оно меняет свою этику в зависимости от каждой конкретной ситуации. Априорное «Я» – это некое «сверхсознание», которое выбирает наиболее оптимальное действие для данного конкретного момента. Оно представляет собой естественную функцию, свойственную каждому здоровому человеку, которую, тем не менее, большинство людей не осознает.
У самого порога «Я», в зоне предсознательного, действует своего рода решетка, которая искажает реальную, истинную информацию, посылаемую онто Ин-се. Она обусловливает скрытое расщепление между образом действия нашего сознания и действием нашей целостной природы. В результате наше логико-историческое «Я» уподобляется водителю, который ведет машину, полагаясь на формальные показания приборов, а не на объективное реальное состояние двигателя.